1. Иисусе сладчайший, невидимый Женише души моей! Однако ж страшусь потому, что вера моя мала.

2. Господи Иисусе Христе, Сыне Бога живаго! сотвори и над нами чудеса, каковые мы ныне слышали во священном Твоем Евангелии!

3. Убо, о надеждо! Ты — добродетель святая, сокровище бесценное; Господи, сподоби меня благодатью Твоею, чтобы никогда не надеялся на человеки и на временные мирские вещи.

4. Господи Иисусе, сохрани нас от пагубного заблуждения неверных и злочестивых и засвидетельствовать пред Тобою спасительное исповедание веры.

5. Господи милости! пощади создание Твое, искорени от сердец наших душепагубную злобу.

6. Господи Иисусе Христе, Сыне Бога живого! Тебе убо молим, вложи в сердца наши сей огнь ревности к вере и добродетели.

7. Боже и Господи сил и всея твари содетелю! Дай нам дар совершен, чтобы, когда мучат нас болезненные недуги, или терзает скорбь в бедствиях, не смотрели бы мы долу на землю как бессловесные животные

8. Всемилостиве Боже мой! Даруй покаяние и обращение, пока время есть

9. Господи, Боже мой, даждь покаяние, даждь обращение, даждь умиление, даждь слезы, даждь плодоношение добрых дел

10. Господи Боже мой, умилосердись, положи хранение устом нашим, и дверь ограждения о устнах наших.

11. Треокаянная моя душе! како не разумеешь Божественного благодеяния?

12. Господи Иисусе Христе, ежели я буду причащаться недостойно, то немощным бываю, недугующим, и умираю. Ежели я не буду причащаться, смерть; ежели буду причащаться недостойно, также смерть! Что убо сотворю всещедрый Господи?

1. Иисусе сладчайший, невидимый Женише души моей! Однако ж страшусь потому, что вера моя мала

Иисусе сладчайший, невидимый Женише души моей! Ты сотворил меня, даровал мне плоть, кости, душу, дыхание и жизнь: Ты поставил меня Царем всей видимой твари: Ты благоволил мне дать в наслаждение красоты райские, но я преслушал заповедь Твою: однако ж Ты не оставил меня в бездне погибели моей, но сошед с высоты престола Божественной славы Твоей, воплотился для меня, и быв послушлив Отцу Твоему даже до смерти, претерпел крест и смерть для спасения моего. Ты для меня восприяв на себя человечество, соделал меня членом пречистого Твоего тела: Ты обещал мне, и сказал: «верующий в Меня имеет жизнь вечную» (Ин.6:47). Господи мой, я верую всем сердцем моим и исповедую усты моими, яко Ты еси Сын Божий, избавитель мира. Сия вера, как научил Апостол твой, спасает. «Если устами твоими – говорит он, — будешь исповедывать Иисуса Господом и сердцем твоим веровать, что Бог воскресил Его из мертвых, то спасешься» (Рим.10:9). Однако ж страшусь потому, что вера моя мала: и отсюда и Божественные повеления Твои кажутся мне тяжкими, отсюда повседневно преступаю святые Твои заповеди, и будучи по всему безответен, мню, что могу оправдаться пред тобою: верю, но страшусь потому, что вера моя столь мала, что подходит близко к неверию: почему преклоняю, пред премилосердым Твоим всемогуществом колена души и тела моего, и с сокрушенным сердцем и с теплыми слезами взываю к Тебе, якоже отец отрока, одержимого бесом: «верую, Господи, помоги моему неверию» (Мк.9:24): согрей веру мою, и соделай ее как зерно горчичное, да ею благоугодивши Тебе, получу милость от Тебя в день судный. Аминь.

2. Господи Иисусе Христе, Сыне Бога живаго! сотвори и над нами чудеса, каковые мы ныне слышали во священном Твоем Евангелии!

Господи Иисусе Христе, Сыне Бога живаго! сотвори и над нами чудеса, каковые мы ныне слышали во священном Твоем Евангелии! Как даровал свет очам двух слепых, так просвети мысленные очи души нашей, да познаем неисповедимую Твою силу. Ты, Господи Иисусе, Иже отверзл слух глухого, отверзи слух души нашей, да услышим небесное и душеспасительное Твое учение. Ты, Господи, как тогда исцелил всякую болезнь и немощь, исцели ныне многоразличные страсти каждого из предстоящих и слышащих Евангельскую проповедь. Поскольку страсти иногда, как саранча и хрущи, истребляют все новосаждения, каковые произращает в сердцах наших посев Божественного слова Твоего; иногда же алчные семеноядные птицы самое семя слова при самом посеве поедают. От сего происходит, что и самых первоначальных ростков добродетели не возникает, то есть, страха и сокрушения в душе нашей. Сыне Давидов, помилуй нас! вопием и мы, якоже два слепца.

3. Убо, о надеждо! Ты — добродетель святая, сокровище бесценное; Господи, сподоби меня благодатью Твоею, чтобы никогда не надеялся на человеки и на временные мирские вещи

Убо, о надеждо! Ты еси добродетель святая, сокровище бесценное, бальзам небесный, дар совершенный, свыше исходящий от Отца светов! Ты утоляешь скорби мои; ты усыпляешь лютость страданий немощи моей; ты единая во всяком скорбном и опасном обстоянии предстательствуешь; ты и страх смертный прогоняешь, и отчаяние во множестве грехов моих рассеваешь. Царю невидимый, сладчайший Женише души моей! Ты всё можешь, и все Тебе послушают. Ты, насадивый в сердце моем надежду, сподоби меня благодатью Твоею, чтобы никогда не надеялся на человеки и на временные мирские вещи, но да возлагаю присно все мое упование на всемогущество и благоутробие Твое. Тогда-то буду я всесчастлив и блажен! Ты же сказал чрез Пророка Твоего, что блажен есть тот человек, который возложил все свое на Тебя упование: «блажен человек уповающий на Тебя» (Пс.83:13).

4. Господи Иисусе, сохрани нас от пагубного заблуждения неверных и злочестивых и засвидетельствовать пред Тобою спасительное исповедание веры

Господи Иисусе, Свете вечный от вечного Света, Боже истинный от Бога истинного, Сыне Единородный, сияние славы Отчия и начертание Ипостаси Его! Ты, Слово воплощенне, первый научил мир догматам истинной веры: Ты, Всесильне, укреплял учеников своих в проповедании Божественной Твоей веры во вселенной: Ты Светоподателю, просветил души слушавших проповедь их, и утвердил слово Твое великими чудесами, которые сотворила всесильная рука Твоя. Ты, Человеколюбче и Всещедре, дал нам недостойным небесный и бесценный дар истинной веры, которая изливает на нас все Божественные и Спасительные дарования! Что убо мы грешные воздадим Тебе за сие? Мы знаем и веруем, что ты благих наших не требуешь, но требуешь нашего сердца: «даждь ми», глаголешь Ты, «сыне, твое сердце» (Притч.23:26). И так выну, принося оное яко жертву всесожжения, прилежно просим и умиленно молим Тебя: сохрани нас от пагубного заблуждения неверных и злочестивых: сподоби каждого из нас в час смертный и в самую последнюю минуту засвидетельствовать пред Тобою спасительное исповедание веры, и сказать не обинуясь: верую, Господи, и исповедую, яко Ты еси Сын Божий, Ты еси Искупитель мира! Да тако с полным упованием на бесконечное Твое милосердие предадим дух наш в Пречистые и Святые Твои руки! Аминь. 

5. Господи милости! пощади создание Твое, искорени от сердец наших душепагубную злобу

Господи милости! пощади создание Твое, искорени от сердец наших душепагубную злобу и насади душеспасительную Твою любовь к братиям нашим, сострадание, ради которого рекл еси, яко изглаждаешь согрешения наши и сподобляешь нас бесконечной Твоей славы и блаженства. «Если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный» (Мф.6:14).

6. Господи Иисусе Христе, Сыне Бога живого! Тебе убо молим, вложи в сердца наши сей огнь ревности к вере и добродетели

Господи Иисусе Христе, Сыне Бога живого! Ты пришел на землю, да вложиши в сердца наши огнь, якоже рекл еси: «Огонь пришел Я низвести на землю» (Лк.12:49): Тебе убо молим, вложи в сердца наши сей огнь ревности к вере и добродетели, но огнь же не осоленный или безрассудный, а приправленный солию, то есть рассудительный: да им согревшись, и вкупе осолившись, приносим Тебе всякую жертву нашу не только право, но и рассудно. Таковыми бо жертвами благоугождается милость твоя, ейже честь и величие, и на нее же упование наше во веки веков! Аминь.

7. Боже и Господи сил и всея твари содетелю! Дай нам дар совершен, чтобы, когда мучат нас болезненные недуги, или терзает скорбь в бедствиях, не смотрели бы мы долу на землю как бессловесные животные

Боже и Господи сил и всея твари содетелю! «Всяко даяние благо, и всяк дар совершен свыше есть сходяй от Тебе Отца светов» (Иак.1:17). Дай нам сей дар, чтобы, когда мучат нас болезненные недуги, или терзает скорбь в бедствиях, не смотрели бы мы долу на землю как бессловесные животные, но яко словесные люди, возводили бы очи горе на небо; сподоби нас памятовать то, что ты Отец наш, Который столько возлюбил нас, что единородного Своего Сына дал для спасения нашего, и что Ты посылаешь и счастие и несчастие, и здравие и болезнь. Удостоверь ум наш в том, что Ты к пользе нашей посылаешь различные скорби, и что поражаешь для того, да исцелишь, биешь, да помилуешь, наказуешь, да прославишь. Вложи в ум наш мысль ту, которую имел блаженный Иов, когда Ты скорбями терпение его испытывал. Вложи в душу нашу помышление словес Божественной молитвы, которой научил нас Единородный Твой Сын. 

8. Всемилостиве Боже мой! Даруй покаяние и обращение, пока время есть!

Всемилостиве Боже мой! когда сие дебелое тело свергнет дебелость и облечется в нетление (1Кор.15:54), и отверзется очам совершенное познание того, что ныне видно якоже в зерцале и гадании: какой дам ответ тогда? Когда предстоя пред страшным Твоим престолом, узрю Тебя лицем к лицу (1Кор.13:12), и познаю не от части, так как ныне, но столько совершенно, сколько и Ты меня познал; когда познаю, яко Ты создал меня, дал мне кости, и плоть, и дыхание, и душу, и жизнь; когда, говорю, совершенно познаю, что Ты ради спасения моего предавал законы, посылал Пророков, проповедывал покаяние; когда познаю совершенно, что Ты столько возлюбил меня, что, чтобы освободить от работы диавола врага моего и от клятвы законной и соделать меня сыном Своим, посылал в мир «единороднаго Твоего Сына, раждаемаго от Жены, бываемаго под законом» (Гал.4:4): что возглаголю тогда? Что возглаголю тогда, когда узрю и истинно познаю Спасителя моего Иисуса, Бога моего воплощенного, узрю крест, и раны, и терновый венец, и оцт, и желчь, и копие, и ризу червленну, и признаю откровенно на руках и ногах Его язвы гвоздинные, и биения по главе Его, и прободение ребра, от которого истекла вода, да омыет меня, и кровь, да спасет меня, — какой воздам тогда ответ мой? Когда увижу, что не только добрыми делами моими никогда не прославил Его за благодеяния Его, не только ниже словом не показал пред Ним долженствуемую благодарность, но и воздал Ему злая за благая: богатство иждил на удовольствия, здравие на роскошества, честь на притеснение, убожество на роптания, болезнь на негодование и невоздержание; когда увижу, что орудия ко спасению сотворил орудиями к погибели моей, и что за грех неблагодарности ни слез никогда не изливал, ни раскаивался, ни исповедовался, что сотворю тогда, или что возглаголю? О, какой постигнет страх тогда, какой стыд, какое мучение совести, какое отчаяние! Многоблагоутробне, даруй покаяние и обращение, дондеже время есть! Всесильне, насади в сердцах наших великую добродетель благопризнательности! Господи милости! Пощади создание Твое. Аминь.

9. Господи, Боже мой, даждь покаяние, даждь обращение, даждь умиление, даждь слезы, даждь плодоношение добрых дел

Господи Боже мой, Ты создал меня, и даровал мне жизнь, дыхание и душу «на дела благая»: Ты грехом сокрушенного меня восставил животворящею Кровию Единородного Твоего Сына, да творю волю Твою: дал закон, послал Пророков, проповедал Евангелие, даровал Апостолов, поставил учителей, да делаю я дела добродетели. Господи Боже мой, отверзаю я очи мои телесные и вижу, что все твари со всяким тщанием повинуются законам, Тобою в них вложенным. Отверзаю очи мои душевные и вижу, что даровал Ты мне силы, нужные к совершению всякой добродетели. Рассудок, разум, совесть убеждают меня творить всесвятую волю Твою. Струи Божественного слова Твоего и святой Твоей благодати напояют меня, «яко древо насажденное при исходищах вод» (Пс.1:3). Но я, всеокаянный, не приношу животворного плода добродетели, а произращаю смертоносные терния греха. Увы мне, чего я должен ожидать? Господи милости, умилосердись! Ты все можешь, ничтоже Тебе невозможно есть, и от Тебя происходит все: даждь покаяние, даждь обращение, даждь умиление, даждь слезы, даждь плодоношение добрых дел, избави создание Твое от ужасного посечения и огня вечного. Аминь.

10. Господи Боже мой, умилосердись, положи хранение устом нашим, и дверь ограждения о устнах наших

Господи Боже мой, Ты произвел язык, создал устне, Ты устроил уста, и сотворил оные удободвижными, удобообращательными, и способными говорить. Ты премудрый и всемощныи даровал оным силу гласа, вещания, и образования слова, дабы мы посредством слова песнословили величие Божества Твоего, проповедывали истину веры, поучали Божественным Твоим законам, давали наставления и советы друг другу, и таким образом соделывались бы достойными небесного Твоего Царствия. Но мы, всеокаянные, органы добродетели делаем орудием порока, движа оные к обвинению и осуждению ближнего. Чем убо мы оправдаемся, когда воссядешь Ты судити живых и мертвых? О Господи, спаси же, о Господи, умилосердись, положи хранение устом нашим, и дверь ограждения о устнах наших: да не возглаголют уста наши дел человеческих, да не осуждаем братий наших, и тако да неосужденными явимся на страшном Твоем судилище, по благоутробнейшему оному слову Твоему: «не судите, да не судими будете».

11. Треокаянная моя душе! како не разумеешь Божественного благодеяния?

Треокаянная моя душе! како не разумеешь Божественного благодеяния? Како являешься толико неблагодарною пред тем всеблагим Благотворителем, Который украсил тебя толикими преимуществами, Который обогатил тебя толикими дарами и почестями? како соглашаешься покорять хотение твое во власть твоего раба, и предавать господство твое в руки врага твоего? Како нерадишь и творишься рабою раба твоего и служительницею слуги твоего? Нет сомнения, что тело услаждает тебя смертоносною приятностию вожделений, распаляет тебя погибельным огнем своих удовольствий: но известно тебе есть и открыто, что если победишь, спасешь себя и тело; если же останешься побежденною, погубишь и себя и тело. Имеешь свободу, имеешь дарованную тебе Богом способность, готова есть на помощь тебе всемогущественная благодать всемилостивого Бога: востани убо, что спиши? Когда ты разлучишься с телом твоим; неизвестно есть и скрыто от тебя. Не веси ни дня, ни часа, в который Бог разлучит тебя с телом, притом, по разлучении твоем, нет никакой надежды к исправлению твоему, или покаянию. Доколе убо спиши? Доколе сама себя приуготовляешь к вечному осуждению? Востани, прими владычество твое, покори раба твоего, исполняй делание свое, да с сим же рабом твоим внидеши в чертог Божественной славы, во светлости святых, в вечное Царствие, уготованное от сложения мира всеблагим Богом, восставившим тебя из не сущего в бытие. Аминь.

12. Господи Иисусе Христе, ежели я буду причащаться недостойно, то немощным бываю, недугующим, и умираю. Ежели я не буду причащаться, смерть; ежели буду причащаться недостойно, также смерть! Что убо сотворю всещедрый Господи?

Господи Иисусе Христе, человеколюбивейший и всещедрый, признаю я бедный безмерное богатство благости Твоей: Ты хочешь, чтобы я причащался Пречистого Тела и Крови Твоей, дабы иметь мне в душе своей залог вечной жизни. Верую и исповедую, что Ты еси Бог Творец всякой твари, Вседержитель и Всеобладатель: Ты еси, Коего все ужасается и трепещет от лица силы Твоей, и самые чистейшие и святые Серафимы не дерзают воззреть и видеть Божественное Твое лице, но со страхом и трепетом пред Тобою предстоя, закрывают лица свои, не терпя светлости Божественного Твоего светосияния: Ты еси Бог ненавидяй беззаконие и отвращаяйся греха. Како убо дерзну я оскверненный подъять Тебя Царя славы? Боюсь, да не попален буду яко воск, и пожжен яко трава от нестерпимого огня Божества Твоего. Хочешь, Святе Святых, да пребудешь со мною: но где? Где обрящешь место приклонить святую Твою главу? В устах ли моих? Но оные исполнены осуждения, лжи, срамословия и празднословия. В уме ли моем? Но он есть делатель всех лукавых помыслов. В сердце ли моем? Но оно есть вместилище всякой злой похоти. В душе ли моей? Но она есть жилище всякой скверны и нечистоты. «Аще не снесте Плоти Сына человеческаго, ни пиете Крове Его, живота не имате в себе» (Ин.6:53). Сие есть ответ Твой, многоблагоутробне Искупителю мой. Почему я, хотя и недостоин, дерзаю, и причащаюсь: «Иже аще яст хлеб сей, или пиет чашу Господню недостойне, повинен будет Телу и Крови Господни. Сего ради в вас мнози немощни и недужливи, и усыпают довольни» (1Кор.11:27,30). Сие отвещаешь Ты Жизнодавче, гласом Апостола Твоего. То есть, что ежели я буду причащаться недостойно, то немощным бываю, недугующим, и умираю. Увы мне всеокаянному! Ежели я не буду причащаться, смерть; ежели буду причащаться недостойно, также смерть! Что убо сотворю всещедрый Господи? «Да испытывает же себя человек» (1Кор.11:28).

The post Никифор Феотокис. Молитвы из творений appeared first on НИ-КА.

2. В неделю Антипасхи, то есть, по Пасхе (2-я неделя) толкование на Евангелие от Иоанна (Ин.20:19-31)
**Беседа о вере.
2.1. В неделю Антипасхи или Фомину толкование на Апостол из Деяний Апостольских, (Деян.5:12-20)
**Беседа о Божественной, бесовской и о безрассудной ревности.

3. В неделю жен Мироносиц (3-я Неделя по Пасхе) толкование на Евангелие от Марка (Мк.15:43-16:8)
**Беседа о великодушии.
3.1. Толкование на Апостол из Деяний Апостольских, читаемый неделю жен Мироносиц (Деян.6:1-7)
**Беседа о незлобии и терпении.

4. В неделю Расслабленного (4-ая Неделя по Пасхе) толкование на Евангелие от Иоанна (Ин.5:1-15)
**Беседа о грехе.
4.1. В неделю расслабленного толкование на Апостол из Деяний Апостольских (Деян.9:32-42)
**Беседа о том, сколь великую силу имеет милостыня.

5. В неделю Самаряныни толкование на Евангелие от Иоанна (Ин.4:5-42)
**Беседа о предопределении.
5.1. Толкование на Апостол из Деяний Апостольских, в неделю Самаряныни (Деян.11:19-26)
**Беседа о том, что значит имя Христианин.

6. В неделю Слепого толкование на Евангелие от Иоанна (Ин.9:1-38)
**Беседа о временном грешников наказании.
6.1. Толкование на Апостол из Деяний Апостольских, читаемый в неделю слепого (Деян.16:16-34)
**Беседа о людях, приводящих других в суды, и о самих судиях.

1. На святую Пасху толкование на Евангелие от Иоанна (Ин.1:1-17)

Святые мужи, уставившие поучения в Церкви, достолепно и премудро узаконили во всякий Господский праздник читать приличные к тому празднику священные Евангелия. Почему же ныне Церковию принято читать на сей праздник вместо чтения Евангелий, повествующих о воскресении Христовом, первое зачало Евангелия от Иоанна, в котором ничего о сем пресветлом празднике не упоминается? Причина сего, возлюбленная братия, есть весьма высокая, богомудрая и достовнимательная. Сей день во Святом Писании, яко первый день и начало числа дней, назван единым, Христианами же Господним или воскресным, по имени Господа, ныне из мертвых воскресшего. Сей день есть первый пред прочими днями и по причине мироздания, и по причине возобновления. Ибо в сей Бог чрез произведение из не сущего, начал мироздание тако: «и бысть вечер, и бысть утро: день един» (Быт.1:5). В сей и единородный Его Сын чрез воскресение из мертвых совершил человеческого естества возобновление: «во едину от суббот» (Лк.24:1), или, по писанию Евангелиста Марка: «воскрес Иисус заутра в первую субботу, явися прежде Марии Магдалини» (Мк.16:9). Удивительное, подлинно, беспредельной премудрости всемогущего Бога строение! В первый день, то есть воскресный, было и исполнение всего творения, и возобновление всего человечества. Творение дело бесплотного Слова: «десница Господня сотвори силу» (Пс.117:16): обновление же — дело воплощенного Слова: «десница Господня вознесе мя» (Пс.117:16). поелику убо в нынешний день Сыном и Словом Божиим совершено дело и творения, и возобновления: того для ныне установлено чтение благовестия сына громова, богословствующего: «в начале бе Слово» (Ин.1:1), то есть, о вечном существовании Слова, Имже мироздание бысть; также: «и Слово плоть бысть» (Ин.1:14), то есть, о временном Его вочеловечении, Имже возобновление бысть. В сей день сотворены небо и земля, и услышан был первый Творческий глас: «и рече Бог: да будет свет, и бысть свет» (Быт.1:3). В сей же единородный Сын Божий и Мироносицам первую радостотворную весть возвестил возобновления: «и се Иисус срете я, глаголя: радуйтеся» (Мф.28:9). И для сего убо дни лепо есть начинать и чтение от первых догматов спасения. «Сей день, егоже сотвори Господь» (Пс.117:24), первый есть по порядку, первый по достоинству, первый по явлению благодати, первый день воскресения человеческого и восстановления к вечной славе и царствию. В оный убо читаются и первейшие, высочайшие и начальнейшие Евангельские слова православной веры. И воистину ныне чтенное Евангелие заключает все великое таинство предвечного от Отца рождения Сына и Слова Божия, и Божественное Его и неизреченное смотрение, сущего от Матери Девы временного вочеловечения Его. Итак, тому, кто приступает сие изъяснять, нужно иметь глубокий и здравый разум, слушающим же охотное и тщательное внимание. Немощны мы и грешны; но да поможет нам безначальный света Податель Бог, Отец Господа нашего Иисуса Христа, посылая свыше нам свет ко истолкованию предлежащих словес Божиих. Вы же, очистив себя от всякого земного мудрования, и чрез молитву и благочестие ум горе возвысив, внемлите сему высокому и душеспасительному веры учению.

Ин.1:1. В начале бе Слово.

Первое речение в Ветхом Завете — «в начале”: первое и в благовествовании от Иоанна: «в начале». Согласно Ветхое Писание с Евангелием; поелику обоих сих есть един и тот же Творец Бог. Но поелику Ветхое Писание повествует о создании тварей, Евангелие же показывает предвечное Сына Божия рождение: то знать надобно, что иной смысл есть речения Моисейской книги, «в начале», а иной Евангелия от Иоанна, «в начале». Моисей чрез слово «в начале» означил сотворенное в начале, то есть, что в начале сотворил Бог небо и землю, а потом прочие твари; а Иоанн чрез сие, «в начале», показал безначальное и предвечное всего Начало, то есть Бога и Отца. «Бе», сказал он, — во-первых, для показания, что не было времени, в которое Сын Божий не существовал бы, но рожден от Отца предвечно и Ему совечен. Ибо якоже луч солнечный никогда без света не является: тако никогда не был Отец без Сына, но всегда купно, то есть в одно и то же время Отец и купно Сын, так как луч и купно свет. Неправильно будет, есть ли скажем, что прежде видим луч, а потом свет. Нечестиво убо, если и веровать так будем, что прежде был Отец, а после рожден Сын. Посему Евангельское оное речение, «бе», заграждает богохульные Арианские уста, глаголющие, аки бы было время, в которое не был Сын Божий, и аки бы не есть Он современен и совечен Отцу, но подлетен и после рожден. Ибо Евангелист, говоря, «бе», довольно исключил и отдалил всякое, какое то ни было бы, время. И посему, во- первых, потребно знать, какое время через слово «бе» надобно понимать. Во-вторых, «бе» сказал он, а не «сотвори», якоже рече Моисей, — для того, чтобы мы чрез Сына не создание или тварь, но Бога единосущного Отцу понимали. Сказал: «бе», а не находился, дабы и самым речением, «находился» не затмить нашего понятия, и да не судим о Божественном и предвечном Сына Божия бытии по человечеству. «В начале” — убо написал Евангелист, назвав «началом» Бога Отца, яко начало и вину всяческого, тварей, по творению, Сына же Своего — по существу. «Бе» же, сказал для показания, что с самого начала, то есть, с Богом Отцем был Сын прежде всех век. И что сие, «в начале бе», такой точно имеет смысл, объясняет и последи сказанное: «и Слово бе к Богу» (Ин.1:1): и ниже: «единородный Сын, сый в лоне Отчи»; полагается же вместо «бе» — «сый», а вместо «в начале» — «в лоне Отчи» (Ин.1:18). Подобно и сказанное: «да разумеете и веруете, яко во Мне Отец и Аз в Нем» (Ин.10:38) — и пророк Давид также о Сыне Божии воспевает, подтверждая: «с Тобою начало в день силы Твоея, во светлостех святых Твоих» (Пс.109:3).

Почему же Словом, а не Сыном, Евангелист назвал Сына Божия, вещая: «в начале бе Слово»? По многим причинам: первая сходна с тою, что сказано о речении «находился», то есть, для того назвал Словом, а не Сыном, чтобы кто, услышав имя Сына, не отнес к Нему и время, и естественное рождение, и прочее, что только при рождении сынов человеческих случается. Другая же причина есть некоторое сходство относительное слова человеческого с Сыном Божиим. Таковое сходство есть сие: из разума нашего бесстрастно и безвременно происходит слово: от Бога Отца бесстрастно и безлетно рождается Сын. Всю мысль изображает и показывает ума нашего слово, будучи совершенно само по себе: всего рождшего Отца носит в Себе и показывает Сын, образ сый рождшего Отца, и пресовершен Сам по Себе. Слово ума во устех наших произносительным содевается: Сын Божий во утробе Матеро-Девы плоть бывает; слово произносительное слышимо бывает и пишемо: Сын Божий, быв человек, был слышим и видим, и осязаем. Назвал убо Словом Евангелист для того, чтобы представить истинное от Отца рождение, и избогословствовать Сыновнее существование, и показать безлетный Его со Отцем союз, — и чрез то предрасположить сердца слушателей к боголепному учению о воплощении Сына Божия. Послушай же и другой причины: назван Словом Сын Божий, да Новый Завет согласен будет и объяснит Ветхий. «И рече Бог», — читаем мы в книге мироздания, — «да будет свет: и рече Бог, да будет твердь» (Быт.1:3, 6). Также и последи при создании каждого творения Моисей подобно говорит: «рече Бог». Речение же сие, «рече», явно означает Слово, якоже и порфироносец Давид толкует, вещая: «Словом Господним небеса утвердишася» (Пс.32:6). Посему Иоанн, именовав Словом Сына Божия, и сказав: «вся Тем быша» (Ин.1:3), чрез сие и те слова Ветхого Писания объяснил, и оба Заветы согласными между собою показал. А из сего удобовразумительно есть и сказанное Апостолом Павлом: «но даже до днесь, внегда чтется Моисей, покрывало на сердце их лежит: внегда же обратятся ко Господу, взимается покрывало» (2Кор.3:15- 16). Когда читаем одно Ветхое Писание, то темными и прикровенными находим упомянутые речения; не могши же понять, како Бог сый бестелесен, имеет уста и произносительное слово, то недоумеваем. Но когда те слова Ветхого Завета снесем с Евангельскими, и оные приложим ко Господу нашему Иисусу Христу: то абие отъемлется от очей нашего ума покрывало, исчезает недоумение и видим ясно, что и Моисеево речение, «рече», и Давидово, «словом Господним», показывают Сына Божия, коего Богослов именовал Словом. Сими убо краткими словами: «в начале бе Слово», научив нас сему спасительному учению, Богомудрый учитель, далее продолжает высочайшего своего Богословия догмат, вещая: «и Слово бе к Богу».

Сие как бы изъяснением есть вышесказанного. Виждь же Божия Духа глубину. Паки и многажды речение «бе» повторяет, да догмат о совечности Сына утвердит и предостережет всякий ум от того помысла, аки бы было некогда такое время, егда Сын Божий не существовал. Далее говорит: «к Богу», а не в Боге, — для того, да чрез сие явственнее покажет свойство лица Сыновнего, и истинно от оного отличит лице Отчее, и покажет, что по ипостаси иной есть Отец, а иной Сын, по существу же и естеству — едино. Да посрамится убо еретик Савеллий, три лица Святой Троицы отвергающий и утверждающий, что едино токмо есть лице Божества, явльшееся иногда в виде Отца, а иногда в виде Сына, иногда же в виде Святого Духа, понеже Евангелист сказав: «Слово бе к Богу», ясно показал два лица: Сыновнее чрез сие: «и Слово бе»; Отчее же чрез сие: «к Богу». А понеже дважды упомянул он Слово, не объяснив, какое то есть слово, то присоединяет не медля и следующее:

Ин.1:1. и Бог бе Слово.

Преясно возвещает, что Слово, о котором он глаголет, есть Бог. И сим речением: «и Бог бе Слово», положил на сердцах верующих первое основание Православной веры, и заградил все богохульные уста, глаголющие, яко Сын и Слово Божие есть Бог. Но и у самих Еллин многажды значение слова приемлется весьма в добром смысле. Платон, стоические философы и Филон Иудеянин, утверждая, что Бог вся словом сотворил, яко Божественному делу веровали оному слову, хотя и не яко Сыну Божию, и Богу Отцу единосущному и ипостасному. Но отнележе Богоглаголивый Иоанн чрез Божие откровение избогословствовал и яснейше предал, что «Бог бе Слово»: то кто из верующих усомнится, что

Слово, о Котором он говорит, есть Сын Божий и Бог; Но чтобы небесную сию истину истее впечатлеть в мыслях наших, и во глубине сердец наших насадить Божественный сей догмат, продолжая, паки вещает:

Ин.1:2. Сей бе искони (или сначала) к Богу.

Сей: кто ж такой? Слово, Сын Божий и Бог. «Сей бе искони к Богу». Сей же речение, «искони», другое здесь имеет значение, нежели вышеозначенное: «в начале бе Слово». Ибо слово «искони», здесь значит от века и соприсносущно, так как и сие: «еже бе исперва» (1Ин.1:1); или означает начальство и власть, которую имел Сын, сый в лоне Бога Отца. Слово сие, вещает он, «бе к Богу» (или у Бога), не раболепно так, как прочие твари, но начальственно и так, как имеющее власть над всею тварию. «Бе к Богу», не яко Святый или Ангел, по благодати от Бога могущество и власть приемляй, но яко Сын Божий и по естеству Бог, имеяй начальство и всемогущество, якоже и Отец Его. Сию мысль подтверждает и нижеследующее:

Ин.1:3. Вся Тем (или чрез Него) быша, и без Него ничтоже бысть, еже бысть.

Слышишь ли, какова власть и сила Сына Божия? «Вся» — то есть, и небо, и земля, и море. «Вся», елицы суть превыше небес, Ангельские чины: Престоли, Херувимы и Серафимы, Господствия, Силы и Власти, Начала, Архангелы, и Ангелы. «Вся», елика видима и невидима суть, сим Сыном Божиим создашася. Слыша же сие, не подумай, аки бы Бог Отец употребил Сына Своего к сотворению мира так, как господин слугу, или художник орудие, да не буди! Таковая мысль есть арианская и богохульная. Предлог «чрез», то есть чрез Того, значит здесь соединение и содействие, то есть, что содействующу Сыну, и с Самым сим Сыном, Отец сотворил вся. Сию мысль Евангелист объяснил в следующих словах, ибо сказав: «вся Тем быша», присовокупил тут же: «и без Него ничтоже бысть». Понеже убо «без Него ничтоже бысть»: то следовательно с Ним, и чрез Его содействие «вся быша». Да не соблазняет же тебя сей предлог, «чрез», то есть чрез Того, или Тем; ибо сей предлог и о Боге Отце говорится, но не означает однако ни посредствующего, ниже рабского служения. «Верен Бог», говорит Павел, «Имже» (или чрез Негоже) «звани бысте во общение Сына Его» (1Кор.1:9). Также и Иосиф Патриарх: «еда не Богом» (или чрез Бога) «изъявление их есть»? (Быт.40:8) Речение же, «еже бысть», хотя и кажется излишним, поелику сказано уже, что без Него «ничтоже бысть»: однако в Священном Писании нет ничего излишнего, ниже праздного. Все в оном слова имеют мысли Божественные и цель боголепную. Присовокуплено же сие: «еже бысть», для того, что бы мы, слышав сие, «вся Тем быша», по ошибке не подумали, аки бы и Дух Святой Сыном бысть, и аки бы есть бываемый творимый, якоже и прочие твари. Ибо Всесвятой Дух не создан есть и не бываем, но Бог по естеству, от Отца исходящ, и содетельный Отцу и Сыну. «Словом бо Господним», свидетельствует Пророк, «небеса утвердишася, и Духом уст Его вся сила их» (Пс.32:6). Яснее же сие речение можно уразуметь, читая таким образом: «и ничтоже еже бысть, без Него бысть», то есть, никакая вещь, творимая и произведенная, без Сына Божия не была сотворена. Сими убо словами представив нам Божественный Евангелист Сына и Слово Божие всемогущим, и Творцом всех тварей, и прочие Божества Его свойства описывает в следующих словах:

Ин.1:4. В Том живот бе, и живот бе свет человеком.

В сем Сыне и Слове Божии бе живот. Паки речение «бе» употребляет, да покажет, что Сын Божий есть по естеству искони животворящ, источник жизни, и самая жизнь. «В Том живот», ибо есть Податель жизни всех живущих; «в Том живот», ибо Он блюдет и хранит жизни всех живущих. Следующее же речение, то есть: «живот бе свет человеком», к другим равно высоким и преудивительным мыслям возводит ум. Богоглаголивый Иоанн не токмо согласно провещал, но и явственно объяснил книгу Боговидца Моисея. Моисей начал историю о мироздании сим: «в начале»; и Иоанн Евангелие сим же — «в начале». «Рече Бог», пишет Моисей, «бе Слово», учит Иоанн. «Сотвори небо и землю», вещает Моисей; «вся Тем быша», богословствует Иоанн. Таковое же согласие и в последующем находится. Моисей, прежде описав человеческого тела составление, говорит потом: «и вдуну Бог в лице его дыхание жизни, и бысть человек в душу живу» (Быт.2:7); и Иоанн, показав Творца всей твари, пишет: «в Том живот бе, и живот бе свет человеком». Смотри, каковое согласие! «Вдуну дыхание жизни», сказал Моисей: следовательно нет сомнения, что Вдохнувый дыхание жизни в Себе имел жизнь или живот. Сие-то убо извещает Иоанн: «в Том живот бе». Паки Моисей продолжает: «и бысть человек в душу живу», то есть жив и одушевлен, что есть изъяснением того, что человек чрез вдохновение Божие получил душу словесную, подаятельную (или сообщительную) и слова, и жизни. Сие и Иоанн изъясняет, сказуя: что «живот бе свет человеком». Послушай же, како живот есть свет человеком. Душа имеет разум, разум же есть свет, просвещающий человека в распознании добра и зла. Се убо, како живот есть свет человеком! Но изречение сие приемлет и другое толкование, весьма приличное следующим Евангельским словам; живот есть Сам Сын и Слово Божие: «Аз бо есмь», говорит Он, «воскрешение и живот» (Ин.11:25). «Воскрешение», ибо воскресши из мертвых, воскресил падшее человеческое естество; «жизнь», ибо даровал человеком вечную жизнь. Той же Сын Божий есть и свет человеком, по реченному: «Аз есмь свет миру» (Ин.8:12); и еще: «бе свет истинный, иже просвещает всякаго человека грядущаго в мир» (Ин.1:9). Светом убо наперсный Иисусов ученик возвестив Сына Божия, описывает потом, что творит сей Свет.

Ин.1:5. И свет во тьме светится, и тьма его не объят.

Что свойство света есть лучеизлияние в темном месте, сие всем явно и известно: но какая та была тьма, и како она не объяла света? Тьма есть грех. Послушай Павла, сие подтверждающего: «отложим убо дела темная» (Рим.13:12); также: «не приобщайтеся к делом неплодным тьмы, паче же и обличайте» (Еф.5:11). Грех называется тьмою, яко потемняющий ум человека, и отъемлющий у него свет распознания. В сей-то тьме греха прежде воплощения Сына Божия сидели люди: «бесте бо иногда», свидетельствует Апостол, «тьма, ныне же свет о Господе» (Еф.5:8). Когда же благословил Бог послать Сына Своего единородного в мир; тогда «сущим во тьме и сени смертней свет возсия: людие ходящии во тьме, видеша свет велий» (Ис.9:2), — свет истинного Богопознания, свет истинной веры, свет нелицемерной добродетели. Сей свет и доныне чрез благовестие Евангельское, сияет во тьме сердец наших. «Иисус бо Христос вчера и днесь Той же и во веки» (Евр.13:8). Сие-то значит вышеупомянутое речение: «и свет во тьме светится». Ибо не токмо тогда воссиял, но и до днесь сияет, и во веки сиять будет. Како же тьма его не объяла, послушай. Воплотивыйся Сын Божий, хотя и восприял немощи наши, и был по всему нам подобен, якоже пишет боговещательный Павел: «искушена по всяческим, по подобию, разве греха» (Евр.4:15): но грех Его не объял, ниже коснулся, ниже мало приближился к Нему. Искушена по всяческим, по подобию, разве (кроме) греха. «Тьма», то есть грех, не объя, то есть не могла приближиться к свету, сиречь ко Христу: «яко беззакония не сотвори, ниже обретеся лесть во устех Его» (Ис.53:9). Тако убо, во- первых, научив Богослов о Божестве Сына Божия, предначинает потом извещать и о деле воплощения Его таким образом:

Ин.1:6. Бысть человек послан от Бога, имя ему Иоанн.

О сем и Малахия Пророк предвозвестил, говоря: «се Аз посылаю Ангела Моего пред лицем Твоим» (Мал.3:1). Евангелист по естеству назвал Его человеком, а Пророк — Ангелом, или ради Ангельской Его жизни, или ради извещения спасительных о Господе Иисусе Христе вестей. «Человек послан от Бога»: великое есть поистине сие достоинство, великая честь и благодать. «Человек послан от Бога»: убо слово его достоверно, учение его истинно, жизнь его свята. «Человек послан от Бога»: и самое имя его означает благодать, которую он от Бога приял. Ибо имя Иоанн еврейски значит благодатный. Но для чего послан был Иоанн?

Ин.1:7. Сей прииде во свидетельство, да свидетельствует о Свете, да вси веру имут ему.

Прииде Иоанн из пустыни во грады и веси во свидетельство, да свидетельствует о Свете, то есть о Сыне Божии. Но какую Владыка всех и Творец имеет нужду во свидетельстве раба? Ту, что «Слово плоть бысть, и вселися в ны» (Ин.1:14). Иисус Христос Бог и человек, небесный купно и земный: посему, и великому и непостижимому таинству вочеловечения не только нужно было небесное, но и земное свидетельство. Посему с небеси убо о Божестве Его свидетельствовали Ангелы, благовестив Святой Деве зачатие, явився и беседовав со Иосифом, сшед яко бесчисленное воинство в Вифлеемскую пещеру, возвестив пастырям, путеводствовав звездою волхвов, служив Иисусу Христу, возвестив воскресение Его Мироносицам. Свидетельствовал с небеси о Его Божестве Отец и во Иордане, вещая: «Сей есть Сын Мой возлюбленный» (Мф.3:17); также и на Фаворе ясным гласом: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, Того послушайте» (Лк.9:35). Засвидетельствовали о Божественной Его силе все четыре стихии: земля трясением и разседанием, море яко суша проходимое, воздух послушанием ветров, огнь затмением солнца. Да и самые бесы засвидетельствовали о Божестве Спасителя, взывая и вопия: «что нам и Тебе, Иисусе Сыне Бога вышняго?» (Лк.8:28) Но нужно было и человеческое свидетельство, понеже Иисус не токмо был Бог, но и человек. Посему свидетельствовали о Нем все Пророки чрез пророчества, свидетельствовали немощные чрез исцеление, беснующиеся чрез избавление, мертвые чрез воскресение из мертвых; но Иоанн, Предтеча Его, паче всех человеков о Нем свидетельствовал: зачатый от заматоревшей и неплодной матери, взыграл и поклонился Ему еще во утробе матери своей. Показал Его перстом, сказав: «се есть Агнец Божий» (Ин.1:36); крестил крещением покаяния, предуготовления и веры во грядущего по нем, то есть Иисуса Христа (Деян.19:4). Проповедовал, яко виде небеса отверсты, и Духа Святого сходяща нань (Мф.3:16). Свидетельствовал и проповедию, и делами, и всяким образом о Божестве Иисуса Христа: свидетельствовал же для того, да вси за свидетельство его уверуют, яко Христос есть Сын Божий. Сему убо научив нас, Богоглаголивый Евангелист, предварительно разрушает и то сомнение, которое некие о Иоанне имели, вещая:

Ин.1:8. Не бе той свет, но да свидетельствует о свете.

Многие были такие, кои зная чудное Иоанново зачатие и рождение, и Ангельской его жизни удивляясь, почитали его чаемым Мессиею: «чающим же людем», сказует святой Лука, «и помышляющим всем в сердцах своих, еда той есть Христос» (Лк.3:15). Почему таковое мнение совершенно искореняет Евангелист, велегласно научая: «не бе той”, то есть Иоанн, «свет», то есть, чаемый Христос. Иоанн имел свет, якоже и прочие святые, сияя и лучеизливая добрыми своими делами, по речению: «вы есте свет мира» (Мф.5:14); но не бе он самый Свет, то есть Сын Божий. Имел Иоанн свет, но не по естеству, якоже Бог, а по благодати и причастию, якоже все праведные. Не бе Иоанн свет, то есть Христос, но послан, да свидетельствует о свете. Евангелист объясняет, какой то бе сей свет, вещая:

Ин.1:9. Бе Свет истинный, иже просвещает всякаго человека грядущаго в мир.

Сей свет, говорит он, «бе Свет истинный», то есть естественный Свет по превосходству, вечный, неистощимый, неизменяемый, независимый, или самобытный, пребезначальный, присноизливаемый и освещающий «всякаго человека грядущаго в мир». Как же сей Свет освещает? Насаждая на сердце каждого силу разума, мудрости и ведения, и семена истинного Богопознания. Правда, просвещают людей и Ангелы, как видеть можно на Маное отце Гедеоновом, Данииле Пророке, Захарии родителе Предтечеве, на Иосифе обручнике Девы, и на других многих просвещенных Ангелами. Просвещают и люди людей, как то: Филипп евнуха, Петр Корнилия и прочие Апостолы и проповедники Евангелия всех верующих. Но как Ангелы, так и люди учительне просвещают, и заимствуя свет от Бога; другим сообщают; истинный же Свет, то есть Сын Божий и Слово, ни от кого не заимствуя, но Сам от Себя естественно имея свет, творчески просвещает, подавая нам силы, посредством коих и словесными, и мудрыми, и благочестивыми бываем. Но ежели Сын Божий просвещает всякого человека грядущего в мир: то почему же остается премного людей непросвещенных? Как солнце на всех разливает свои светозарные лучи, но не все освещаются, понеже слепые остаются неосвещенными, не могши видеть света: так и Бог хотя и на всех изливает спасительную благодать, но не все бывают благочестивыми, ибо злые самопроизвольно такового света отвращаются. Или как земледелец хотя всюду повергает семя, но там только плоды собирает, где есть земля добрая: тако и Бог насеевает на сердце каждого человека семена ведения и истины, но оные плодоносны бывают токмо для тех, кои имеют благое произволение. Подтверждает сие Богопроповедник следующими словами:

Ин.1:10-11. В мире бе, и мир Тем бысть, и мир Его не позна. Во своя прииде, и свои Его не прияша.

Слышишь ли? «В мире бе: и мир Его не позна». Так, как свет солнечный хотя разливается по всему лицу земли, но слепые не видят его. Безумен тот человек, который, сам по себе будучи слеп и зреть не могущий, начинает винить в том свет: потому что болезнь очей есть причиною той слепоты, а не сияние солнечное. Подобно, безумен и глуп есть неверный человек, когда дерзнет винить Бога. Понеже причиною его нераскаянности и неверия не Бог есть, но злое его собственное произволение. Лукавое расположение его сердца творит его невмещающим света Божией благодати: так точно, как слепого немощь очей его не вмещает вещественного света. Но как между собою согласует сие: «в мире бе, и во своя прииде»? Сие кажется одно другому противно. Ибо ежели Он «бе», то не прииде: а ежели прииде, то не бе. Речение «бе» по Божеству Его приемлется: «а прииде» — по человечеству. Бе Иисус Христос в мире от века, яко беспредельный Бог, и везде сый и вся исполняяй. Бе Христос, яко Бог, искони в мире, понеже и мир Тем бысть. Прииде же яко человек тогда, когда воплотився от Святой Девы, явился в мире и с человеки поживе. Заметь еще, что сие речение, «мир», двоякое здесь имеет значение. Берется за вселенную, и за множество людей. Когда говорится: «в мире бе, и мир Тем бысть»: то взимается за всю тварь, так как и в сих Писания словах: «Сей бо даде мне о сущих познание неложное, познати составление мира, и действие стихий» (Прем.7:17). И еще: «не неможаше бо всесильная рука Твоя, яже сотвори мир от безобразнаго вещества» (Прем.11:18). Когда же говорится: «и мир Его не позна», то за людей взимается, хотя и не за всех, но за некоторых токмо, так как здесь: «се мир по нем идет» (Ин.12:19). Ибо и прежде, нежели Сын Божий воплотился, таинство Его воплощения знали праведные и святые мужи; сего ради и Господь наш рече о Аврааме: «Авраам отец ваш рад бы был, дабы видел день Мой: и виде, и возрадовася» (Ин.8:56); о Давиде же: «како убо Давид духом Господа его нарицает, глаголя: рече Господь Господеви моему, седи одесную Мене»? (Мф.22:43-44) Также и Пророк Моисей, предвидя и уверовав в пришествие Его плотию, сказал: «пророка от братии твоея, якоже мене, возставит тебе Господь Бог наш» (Втор.18:15). Подобно «и вси пророцы от Самуила и иже по сих, елицы глаголаша, такожде предвозвестиша Господне вочеловечение» (Деян.3:24). Сим же, «во своя», Евангелист назвал землю, так как собственное Божие творение: «своими же» всех человеков (поелику все суть Божия тварь), а паче Иудеев, «от них же и Христос по плоти» (Римл.9:5).

А поелику многие и из Иудеев и из язычников прияли Его, то есть, во имя Его уверовали, Он же сказал, что «свои Его не прияли»; то чтоб кто не подумал, что все не уверовали, присовокупляет вскоре:

Ин.1:12. Елицы же прияша Его, даде им область чадом Божиим быти, верующим во имя Его.

Сим «елицы» опровергает высокомудрие Иудеев, кои, думая, что один токмо их род есть избранный и Богом возлюбленный, творили Бога лицеприятельным. «Елицы», говорит Иоанн, — хотя бы Израильтяне, хотя бы язычники, хотя бы и Еллины, хотя бы и варвары, рабы или свободные, всякого рода, всякого возраста, звания и состояния люди, — елицы прияша Его, то есть признали Его Богом, и уверовали во имя Его, уверовали то есть, что Он есть Спаситель мира, — всем сим дал власть быть чадами Божиими. О сущих же в законе Израильтянах говорит Исаия: «сыны родих и возвысих, тии же отвергошася Мене» (Ис.1:2); и Павел: «иже суть Израилите, ихже всыновление и слава, и завети и законоположение, и служение и обетования» (Рим.9:4). Если убо и те были уже чада Божия, имеющие благодать усыновления: то почто Евангелист говорит, что Сын Божий даде область верующим во имя Его быти чадом Божиим? Сущие под законом Иудейским, поелику веровали во истинного Бога, и во обетования Его, то имели прообразовательную и сенную благодать усыновления. Обрезание и прехождение чрез Чермное море были прообразованием святого крещения, посредством коего верующие во Христа бывают чадами Божиими. Но ниже обрезание, ниже прехождение чрез Чермное море, ниже прочие уставы и обряды законные сильны были по себе сделать человека чадом Божиим: «сень бо имел закон грядущих благ, не самый образ вещей, никогдаже можаше приступающих совершити» (Евр.10:1). Всякий человек, по прегрешении Адамовом, соделался грешник и враг Богу; едина токмо смерть единородного Сына Его примирила человека с Богом. Кровь и вода, от прободенного ребра Спасителя нашего исшедшая, освятила человека и сотворила его чадом и сыном Божиим. Почему ж не сказал он: сотвори их чадами Божиими, но — «даде область быти чадом Божиим»? Елицы хотя и уверовали во имя Господа нашего Иисуса Христа, но не приняли Божественного крещения, те не суть чада Божии, но чрез веру во Христа имеют силу и власть быть чадами Божиими. Тогда же таковыми бывают, когда через Божественное крещение омывшись от праотеческого греха, сподобятся соединиться со Иисусом Христом, единородным Сыном Бога Отца: «Елицы бо во Христа крестистеся», учит Богоглаголивый Павел, «во Христа облекостеся» (Гал.3:27). Сего ради неверующий не управлен есть, и никакого дерзновения и власти не имеет быть чадом Божиим: уверовавший же во Христа предуготован и близок есть ко усыновлению, имея дерзновение и силу веры. Но уверовавший и крестивыйся воистину есть чадо Божие, и Его сын и вечного Царствия наследник: «иже бо веру имет и крестится, спасен будет» (Мк.16:16). Но посмотрим и на другое сих слов толкование. Когда сын приемлет право сыновства? Тогда, когда вступит в наследие отца своего. Мы, поелику чрез веру и крещение есмы чада Божия, то и наследники Его есмы: «аще же чада и наследницы Богу, снаследницы же Христу» (Рим.8:17). А понеже наследие сие не в сем веке, но в будущем приемлем; для того и сказал Евангелист: «даде им область чадом Божиим быти», то есть, чтобы показать, что в будущей жизни приемлем совершенное и неизменное право и благодать усыновления, вступая в наследие Бога и Отца нашего. Слыша же сие «чада», не подумай плотское и пристрастное быти рождение; ибо говорит:

Ин.1:13. Иже не от крове, ни от похоти плотския, ни от похоти мужеския, но от Бога родишася.

Сии, говорит, чада не плотски родились, так как людей рождают люди, но от Бога, чрез веру и благодать Божественного крещения. Рождение таковых чад не есть плотское и человеческое, но духовное и Божественное. Когда Петр уверовал, то услышал от Христа почти те же слова: «блажен еси Симоне вар Иона, яко плоть и кровь не яви тебе, но Отец мой, Иже на небесех» (Мф.16:17). Но сии речения и другой имеют, таинственный смысл. Мы видим, что бывшие прежде закона, принося Богу жертву кровей, чаяли чрез оные соделаться благоугодными пред лицем Его: живущие же под законом обрезывали крайнюю плоть, мня, что чрез обрезание делаются чадами Божиими. Но мы слышим Апостола, пишущего к тем, коих он называл чадами Божиими: что «не в мудрости плоти, но благодатию Божиею жихом в мире» (2Кор.1:12). Сказанное же им значит то, что ни чрез кровожертвоприношение, ни чрез плотское обрезание, ниже чрез мирскую философию, но единственно чрез веру во Христа бывают люди чадами Божиими; то есть, что ниже жертвы бывших прежде закона, ниже обрезание сущих под законом, ниже мирская мудрость в различные времена мудрословствовавших, не делают человека чадом Божиим, но единая во Христа Господа вера. Причину же такового усыновления Евангелист приводит следующую:

Ин.1:14. И Слово плоть бысть: и вселися в ны, и видехом славу Его, славу яко единороднаго от Отца, исполнь благодати и истины.

Связь речи требует того, чтобы мы соединительный союз и почитали за винословный. Если же сие так понимать будешь, то смысл слова будет такой: от Бога родились верующие во Христа, «ибо Слово плоть бысть»: то есть, понеже единородный Сын и Слово Божие воплотилось, то посему в Него уверовавшие сподобились быти чадами Божиими. Для чего ж не сказал: Слово бысть человек, но: «плоть бысть»? Для того, чтоб кто не возомнил, аки бы Он восприял на Себя, или облекся в кого-либо из человек, или одного только внутреннего человека, то есть, единую человеческую душу: и чтобы показать, что не токмо с человеческою душою, но и с плотию Слово Божие соединилось; также и изъявить безмерное Его смирение, и заградить еретические Манесовы уста, который говорил, будто бы Сын Божий мечтательно точию воплотился, то есть, вид только приял человека: еще ж, чтобы сообразиться прежде бывшему созданию человеческого естества. Ибо во первых, Бог сотворил тело, а потом вдохнул в лице его дыхание жизни, то есть, душу. «Плоть», сказал он: ибо свойственно Священному Писанию плотию нарицать всего человека. «К Тебе», сказано, «всяка плоть приидет» (Пс.64:3); также: «излию от Духа Моего на всяку плоть» (Иоил.2:28); и еще: «да благословит всяка плоть имя святое Его» (Пс.144:21); также: «и узрит всяка плоть спасение Божие» (Ис.40:5). Сих слов, как видно, не уразумел безумный Апполинарий, и потому утверждал, что тело Господа Иисуса было без ума и без души. Потому что из оных слов явствует, что плоть берется за всего человека, то есть, и за душу и за тело. «Слово убо плоть бысть» Не пременилось оно в плоть: сего да не буди! но, пребыв беспревратно и неизменно, соединилось с человеческим естеством. И Бог, будучи совершен, бысть совершен и человек, в едином лице два естества имущий, едино Божеское, а другое человеческое, непревращенные и неизменные и неслитные. Ибо ниже Божество пременилось в человечество, ниже человечество в Божество. Сей смысл ясно изображает, говоря: «И Слово плоть бысть, и вселися в ны». Слышишь ли? «Вселися в ны», говорит. Иной убо есть вселивыйся, иже есть Божество: а иное — место вселения, еже есть человечество. «В ны же», — говорит: ибо мы все во Христе зримся, и Он представляет все человечество, якоже и первый праотец Адам. Сего ради и вторым человеком нарицается: «первый человек от земли перстен: вторый человек, Господь с небесе» (1Кор.15:47). Заметь притом, что речение: «исполнь благодати и истины», некоторые относят к Слову, так толкуя: «и Слово плоть бысть, и вселися в ны, исполнь благодати и истины» (Аммон. и Ориген на Иоанна); между оными же находящиеся слова как бы изъемлют. Иные же относят оное речение к славе, сочиняя так и говоря: «исполнь, то есть, полна убо бе (то есть, слава) благодати и истины» (Кирилл, Златоуст, Феофил.). Сии оба толкования хотя и не суть противны, однако первое кажется приличнее и сообразнее следующим словам Евангелиста. По первому убо толкованию, «исполнь благодати» называется Сын; понеже не яко святые или Ангелы, благодать от Бога приемлет, но имеет оную Сам от Себе по естеству, яко Бог. «Исполнь благодати», — поелику от Него всякая благодать присно и неистощимо проистекает. Им подается оставление грехов: «приидите ко Мне вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы» (Мф.11:28). Им усыновление: «даде им область чадом Божиим быти» (Ин.1:12). Им жизнь вечная: «да всяк веруяй в Онь не погибнет, но имать живот вечный» (Ин.3:15). Им всякое дарование: «и аще что попросите во имя Мое, сотворю вам» (Ин.14:14). «Исполнь же истины»: поелику есть самая Истина, истинный Бог. «Аз есмь», говорит, «истина — исполнь истины» (Ин.14:6); ибо упразднил сень закона и прообразования, наставил истиннейшим догматам Пресвятой Троицы, предал безпогрешительные нравоучения, исполнил и исполняет, елика обещает. «Исполнь благодати и истины». Свидетельствует о сем сам Евангелист, видевший славу Его, говоря: «и видехом славу Его, славу яко единороднаго от Отца». Но когда ж Иоанн видел славу Иисуса Христа и познал, что слава Его была не такая, какая святых, но слава, яко единородного, то есть, без сомнения единородного Сына, от Бога Отца рожденного? Послушай, что о сем вещает блаженный Петр: «не ухищренным бо баснем последовавше, сказахом вам силу и пришествие Господа нашего Иисуса Христа, но самовидцы бывше величествия онаго» (2Петр.1:16). «Прием бо от Бога Отца честь и славу, гласу пришедшу к Нему такову от велелепныя славы: Сей есть Сын Мой возлюбленный, о Немже Аз благоволих» (2Петр.1:17). «И сей глас мы слышахом с небесе сшедш, с Ним суще на горе святей» (2Петр.1:18). Тогда убо, когда Господь преобразился на горе Фаворстей, когда просияло лице Его яко солнце, когда ризы Его были белы яко свет, когда Моисей и Илия предстояли пред Ним яко рабы, когда Отец с небеси свидетельствовал: «Сей Сын Мой возлюбленный, о Немже благоволих» (Лк.9:35): тогда Иоанн присутствуя, видел славу Его; не точию тогда только, но еще когда и в след за Ним ходил, видел славу Его: видел стихии повинующиеся, бесов убегающих, Ангелов служащих, больных исцеляемых, мертвых воскрешаемых; и во время страдания Его, стояв при Кресте, видел Его славу, то есть, всю тварь состраждущую, солнце затмившееся, завесу церковную раздравшуюся, землю колеблющуюся, гробы отверзаемые, мертвых восстающих; видел славу Его, когда предварив Петра, «прииде прежде ко гробу» (Ин.20:4). Когда видел Его из мертвых воскресшего, и Фомою осязаемого, и с собою и с прочими учениками купно обедующего: познал он, что таковая слава не была слава человеческая, но слава единородного Сына Божия; ибо ни Моисей, просветившийся лицем, ниже Илия, заключивый и разверзый небеса и огнь с неба сведший, ни Елисей, при жизни и по смерти воскрешавший мертвых, ни Даниил, заградивый уста львов, ни трие отроки, угасившие силу огненную, ниже ин кто из человек толикие чудеса не сотворил, ниже из мертвых восстал, ниже глас о нем слышан бысть с небеси: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, о Немже благоволих, Того послушайте» (Мф.17:5). Праведно убо и благомудро засвидетельствовал он, говоря: «и видехом славу Его, славу яко единороднаго от Отца». Но хотя сие свидетельство есть и предовольное, однако не довольствуясь и сим, приводит и другое, Иоанново:

Ин.1:15. Иоанн свидетельствует о Нем, и воззва глаголя: Сей бе, егоже рех, Иже по мне грядый, предо мною бысть: яко первее мене бе.

Не токмо я, говорит Евангелист, свидетельствую, но и Предтеча Иоанн велегласно и с великим дерзновением о Нем уверяет. Какое же Иоанново есть свидетельство? Сие: «Иже по мне грядый, предо мною бысть: яко первее мене бе». Свидетельство его, кажется, будто имеет противоречие: Той же Христос и после и прежде, и первее и последи Иоанна. Истинно видится противоречие: ибо Христос, как сказал блаженный Симеон, прияв Его на руки свои, — есть знамение пререкаемое, то есть, Бог и человек (Лк.2:34). Яко убо Бог, и прежде и первее есть Иоанна; а яко человек, по Иоанну есть и последи его, чрез шесть месяцев после его родившись. Ибо чрез шесть уже месяцев по зачатии Иоанна, пришед Ангел ко святой Деве, благовестил Ей зачатие Иисуса Христа. И «се», сказал Ангел Деве: «Елисавет южика твоя, и та зачат сына в старости своей: и сей месяц шестый есть ей, нарицаемей неплоды» (Лк.1:36). Посему чудное есть Предтечи свидетельство, сходное с Евангелистовым, яко утверждающее, что Христос есть Бог и человек. Впрочем не удивляйся, слыша, что Иоанн столь гадательно провещал: ибо сей образ сказания есть обыкновенный, каковой Пророки употребляли, а Иудеи слушали. Предпоставив Евангелист о сказуемом два свидетельства, то есть, свое и Иоанново, паки к связи слова обращается, глаголя:

Ин.1:16. И от исполнения Его мы вси прияхом и благодать возблагодать.

Виждь последствие слова Его: «Слово плоть бысть, и вселися в ны, исполнь благодати и истины, и от исполнения Его мы вси прияхом». Сие, вещает он, воплотившееся и вочеловечившееся Слово, то есть, Иисус Христос, имело исполнение благодати и истины: а от исполнения Его, то есть, от самого совершеннейшего и вечного Божиих благодатей источника, прияли и все мы, уверовавшие в Него, Божия благодати. Приял от Самого Спасителя род человеческий благодать всыновления, священства, пророчества, чудотворения, исцелений, языков, ведения таинств: «яко вам дано есть», сказал Господь, «разумети тайны царствия небеснаго» (Мф.13:11). Дар разумения Божественных писаний: «тогда отверзе им ум разумети писания» (Лк.24:45). Дар преестественный причащения тела и крове Самого единородного Сына Божия: «приимите, ядите: сие есть тело Мое. Пийте от нея вси, сия есть кровь Моя» (Мф.26:26-28). Но еще мы «прияхом благодать возблагодать», то есть, что вместо благодати, которую мы погубили праотеческими грехом, получили благодать Спасителя, нас усыновляющую. Смысл же сих слов есть таковый: что мы прияли благодать Евангельскую вместо благодати законной, великую вместо малой, вящую и высшую вместо меньшей и убогой. Вот и причину приводит Евангелист, по которой Евангельская благодать несравненно превышает сущую от закона.

Ин.1:17. Яко закон Моисеом дан бысть: благодать же и истина Иисус Христом бысть.

И Моисеев закон благодать есть: ибо не по долгу, но по человеколюбию Своему благоволил Бог дать оный людям для руководства к добродетели и предуготовления ко приятию Евангелия; но благодать прообразительная и привременная. Благодать есть и Евангелие, ибо по премногой Своей милости даровал оное Спаситель мира; но благодать уже истинная и вечная. Благодать — закон, но несовершенная «и не могущая спасти приступающих» (Евр.10:1). Благодать — Евангелие, но пресовершенная и спасающая верующих: «всяк, иже имет веру и крестится, спасен будет» (Мк.16:16). Благодать — закон, но данная рабом, то есть Моисеем; благодать — Евангелие, но ниспосланная Самим Владыкою всех и Господом Иисус Христом. Елико убо превосходит Владыка раба, и Бог человека: толико и Евангельский закон превышает Моисеев, так что мы вместо благодати прообразительной, не могущей спасти, данной рабом, прияли благодать истинную, пресовершенную, спасительную и дарованную нам чрез Самого всяческих Владыку и Бога, Господа нашего Иисуса Христа.

Беседа о празднике

Первый дар и источник прочих всех дарований, каковые род человеческий получил от исполнения воплощенного Сына Божия, есть благодать усыновления. Мы все за грех прародителя нашего враги были Божии, и чужды небесного Его царствия. Сын Божий, быв человек, разрушил смертию Своею прародительский грех, и примирил вражду между Богом и человеком; примирив же человека с Богом, соделал его сыном и наследником вечного Своего царствия: «аще бо врази бывше примирихомся Богу смертию Сына Его, множае паче примирившеся, спасемся в живот Его» (Рим.5:10). Мы, погружаясь в купели Святого крещения, погребаем там ветхого греховного человека и, обновляясь, облекаемся в нового, безгрешного Иисуса Христа: «елицы бо во Христа крестистеся, во Христа облекостеся» (Гал.3:27). Сие же есть благодать; ибо не за добрые наши дела нам дается, но по Его милости: «не от дел праведных, ихже сотворихом мы, но по Своей Его милости, спасе нас банею пакибытия и обновления Духа Святаго» (Тит.3:5). Велика есть поистине сия благодать. Без нее ни единого Божественного не получаем дарования, посредством же оной все прочие подаются нам дары. Но довлеет ли единая сия благодать ко спасению нашему? Поистине так. Довлеет со стороны благодати: «благодатию бо спасени есте» (Еф.2:8), учит Богоглаголивый Павел. Но если к сему не присоединится и человеческое хотение, то ничтоже может единая благодать. Ибо Сам Бог, подающий благодать, глаголет: «аще хощете и послушаете Мене, благая земли снесте: аще ли же не хощете, ниже послушаете Мене, мечь вы пояст: уста бо Господня глаголаша сия» (Ис.1:19-20). Той же Павел вещающий: «благодатию спасени есте», подтверждает, что Бог «воздаст комуждо по делом его» (Рим.2:6). Дадеся нам благодать, если и наше хотение присоединится к творению добрых дел: тогда спасени есмы. О благодати и добрых делах той же Апостол пишет так: «явися благодать Божия спасительная всем человеком, наказующая нас, да отвергшеся нечестия и мирских похотей, целомудренно и праведно поживем в нынешнем веце» (Тит.2:11-12). Из сего ж научаемся мы, что ко спасению нашему не токмо добрые дела нужны суть, но и что во все дни живота нашего подобает оные творить.

Мы иногда кажемся готовыми к исполнению воли Божией, иногда же напротив совершенно нерадея, погружаемся во глубину беззакония. Христиане! в прошедшие дни святой Четыредесятницы воздержавшись сколько-нибудь от злых дел, пост, молитву, бдение и другие боголюбезные творили дела: а отныне некие, разрешив пост, разрешают и узду востягивающую нечестие, вдаются в объедение и пьянство, в пляски и бесчинные игры, в сквернословия, пересуждения и в другие нелепые и беззаконные деяния. Какое нечестие, коль великий грех! Праздник, который есть случай к добродетели, делают поводом беззакония. Бог установил, братия моя, праздники для того, чтобы оставив работу рук, творить дела духовные: «всякаго дела работна» (то есть, плотского) «да не сотворите в них, разве елика (снести) сотворятся всякой души, сия точию да сотворятся вам» (Исх.12:16). Таков есть закон, Богом данный о праздниках: оставление всякого плотского дела и творение добродетели. Мы же хотя от рукоделий престаем, но нерадя о духовных деяниях, творим похоти плоти нашей. Мы ожидаем праздников, да престанем от рукоделий, и посвятим себя не на дела духовные, но на дела беззаконные. Заблуждаем мы, христиане! Ненавидит Бог таковых праздников и гнушается ими. «Праздников ваших», глаголет Он чрез Исаию, «ненавидит душа Моя» (Ис.1:14); и чрез Пророка Амоса вещает: «возненавидех и отвергох ваши праздники, и не обоняю жертв в сонмех ваших» (Ам.5:21).

Бог, когда установил Израильтянам обряд первого и великого праздника Пасхи, восхотел, чтоб они первее бежали из Египта: «и изведеши люди Моя сыны Израилевы из земли Египетския» (Исх.3:10); потом вшед в пустыню, чтобы там праздновали: «отпусти люди Моя, да праздник сотворят Мне в пустыни» (Исх.5:1). Для чего ж в пустыни праздновать повелел, а не в Египте? Бог без причины ничего не повелевает. Что ж значит бежание из Египта? В Египте смятение и беспокойство; в Египте служение Фараону. Повелевает убо Бог, чтобы бежали из Египта, в совершении праздника, да и ты, христианине, познаешь, что когда празднуешь, то должно избежать от волнования твоих страстей, удалиться от плотских похотей и сладострастий, и свергнуть с себя работу диавольскую. Израильтяне, пришедши праздновать в пустыню, первее свобождаются от плена, пиют воду из камене, питаются небесною манною, обрезывают плоть, и потом празднуют праздник Пасхи. И ты, христианине, егда празднуеши, притецы к Церкви; она от Пророка называется пустынею: «многа чада пустыя паче» (Ис.54:1); понеже пуста или тща была всякой благодати, прежде вочеловечения Христова. Разруши узы греха твоего, пий, якоже Самаряныня, воду живую, текущую, то есть учение слова, проистекающее «от камене, иже есть Христос» (1Кор.10:4). Обрежи всякое твое злое пожелание, причастись манны истинной, то есть, тела и крови Спасителя нашего Христа, и таким образом будешь праздновать праздник свят, истинен, боголепен. Слепотствующие и треокаянные идолопоклонники чрез грехи совершали свои праздники. Праздник Венерин состоял в плотоугодии и блудодеянии; Бахусов в пьянстве, в колдовстве и блуде; Сатурнов в объедении, козлогласовании и бесчинии. Нечестивы боги — нечестивы и их праздники. Но мы, христиане, празднуем, «не в квасе ветсе, ни в квасе злобы и лукавства, но в безквасиях чистоты и истины» (1Кор.5:8). Свят есть Бог наш, святы и праздники Его.

Праздник истинному Богу не токмо есть престание от рукоделий, но и неделание всякого греха: «всякаго дела работна не сотворите в них» (Исх.12:16). Не токмо престание от всякой работы телесной, но и творение дел духовных составляет праздник: «разве елика снести сотворяется всякой души, сия точию да сотворятся вам». Престаете же от работ, престаньте и от злобы: «яко да во дни праздника благообразно ходите, не козлогласовании и пиянствы, не любодеянии и студодеянии, не рвением и завистию» (Рим.13:13). Оставьте дела телесные, но творите дела духовные. Какие же они суть? Учит сему Божественный Апостол, говоря: «плод же духовный есть любы, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание» (Гал.5:22). Хочет Бог, поистине хочет, чтобы мы в веселии праздники торжествовали: «да возвеселишися в празднице твоем», говорит Он, «ты и сын твой, и дщи твоя, раб твой, и раба твоя, и левит и пришлец, и сирота и вдова, яже во градех твоих» (Втор.16:14). Но о какой говорит радости? О безгрешной, истинной, духовной, о радовании и веселии, проистекающем от добрых дел. Моления, славословия, псалмопения, толкование Божественного Писания, чтение церковных книг, духовная беседа, призрение бедных и прочие добродетельные деяния. Сии-то составляют истинную радость, сии-то составляют истинный и Богоугодный праздник, сии-то суть воня благоухания праздников, о коей Бог заповедал: «в праздники ваша сотворите воню благоухания» (Числ.15:3). Сими-то, братие, постараемся убо праздновать сей светоносный день и прочие святые праздники: «глаголюще себе во псалмех и пениих и песнех духовных, воспевающе и поюще в сердцах наших Господеви» (Еф.5:19); да от сих временных праздников прейдем во всерадостнейший и некончаемый праздник царствия Господа нашего Иисуса Христа, Емуже слава и держава во веки веков. Аминь.

1.1. В неделю святой Пасхи толкование на Апостол из Деяний Апостольских (Деян.1:1-8)

Небо и земля и преисподняя возрадовались радостию великою зело в день оный, в который Иисус Христос смерть поправ, воскресе тридневен, и живот даровал миру. На небеси возрадовались Ангелы о человеческом спасении, на земли человецы — о своем восстановлении в первобытное их достоинство, а в преисподних возрадовались праведные о своем освобождении от уз, их там связывавших. Церковь Христова, вспоминая ежелетно в день святой Пасхи о причинах такового всемирного торжества, воспевает радости и веселия преисполненные песни: вкупе же читает по древнейшему преданию святых отец от сего дня до Пятидесятницы и книгу Деяний Апостольских. Деяньями же Святых Апостол именуется книга сия потому, что содержит в себе их дела, проповедь и чудотворения (Злат. слов. яко не безбед. слушат.): а писатель оныя есть Апостол и Евангелист Лука, который написал первее Евангелие, потом сии Деяния Апостольские, и оба сии послания послал к Феофилу. Книга сия поистине есть Богодухновенная, как и Евангелие им писанное. Богоглаголивый Лука, повествуя в ней о делах святых Апостол, описывает исполнение обетований Иисуса Христа, и событие Его предречений. Здесь читаем обстоятельное описание сошествия с небеси пресвятого Духа Спасителем обещанного (Ин.15:26): здесь видим от совершенной любви происшедшее единство души и сердца веровавших (Деян.4:32), по сим словам молитвы Господней: «да будут едино, яко Мы едино есмы» (Ин.17:22), видим Божественных Апостолов, по предсказанию учителя их и Господа предаваемых на сонмы и соборища (Мф.10:17), поносимых, камением побиваемых и претерпевающих мученическую смерть (Деян.5:40, 7 и др.); видим их путешествования, подвиги, ревность, бедствования, страдания, добродетели, чудеса и все то, что предрек о них Сам пославый их Господь (Лк.21:12). Правильность речений, приятность слова, высота мыслей, чистота слога и краткость в описании нужных во всяком деле обстоятельств, все сие не только доказывает, что книга сия точно есть списание духовитийственного Луки, но и веселит и приводит в умиление сердце всякого читающего или слушающего оную. Имеет же священная книга сия особенный образ учения. Она учит вере не догматически, но исторически, не высокою речию, но простою: учит добродетели не советами, но описанием добродетелей, не увещательными изречениями, но живым представлением добродетельных дел: не угрозами или обещаниями мздовоздаяний, но примерами и деяниями. А уча таким образом, чудесно привлекает и утверждает ум человека в истине веры, и сердце дивным образом согревает к люблению к добродетели. Читается книга сия в церквах от нынешнего дня до Пятидесятницы потому, что повествуется в ней о четыредесятидневном по воскресении Иисуса Христа обращении его со святыми своими учениками, о Его вознесении на небеса, и сошествии в день Пятидесятницы всесвятого Духа. Так Богоносный Лука научает нас в сей священной книге слову Божию, начиная от сего даже дня даже до Пятидесятницы. Но когда мы учение сие слушаем, не понимая оного, то или не получаем от того или никакой пользы, или весьма малую. Для сего-то богодухновенный Павел повелел Коринфянам иметь толкователя Божественных словес, говоря: «и един да сказует» (1Кор.14:27). Признаюсь откровенно, что я недостоин принять на себя столь важное и трудное дело, каково есть истолкование сея книги: но, надеясь на утаившего смысл Божественных словес Своих «от премудрых и разумных,» и открывшего оный «младенцам» (Мф.11:25), призвав всесвятое Его имя, приступаю к предпринятому мною толкованию: вас же прошу обратить к тому внимание, да, слышавше и уразумевше, обрящете плоды Божественных дарований (1Кор.14:1,12).

Деян.1:1-2. Первое убо слово сотворих о всех, о Феофиле! яже начат Иисус творити же и учити, даже до дне, в оньже заповедав Апостолом Духом Святым, ихже избра, вознесеся.

Апостол Павел назвал Евангелие Богоглаголивого Луки, яко благовестие спасения, назвал первым его списанием, сказав о нем утвердительно, что все церкви верующих, в различных местах находящиеся, увенчали за оное похвалами священнотаинника Луку. «Послахом же,» пишет он к Коринфянам, «с ним и брата, егоже похвала во Евангелии по всем Церквам» (2Кор.8:18). Сам же треблаженный Лука назвал оное первым словом: словом потому, что речение сие означает вообще описание всякой истины, или потому, что смиренномудрствуя избегал похвал человеческих, а первым потому, что Евангелие написано им первее Деяний Апостольских. А что Феофил, к которому он послал сии две книги, был не простой человек, но Игемон и Князь: то видно, из прилагательного, которое в Евангелии приложено к его имени: «державный Феофиле» (Лк.1:3). Потому что державными также названы и Филикс, игемон Кесарийский, и преемник его Фист. Где же Феофил был игемоном, откуда родом и прочее, что до него касается, неизвестно. Но, слыша Луку, глаголющего: «слово сотворих о всех,» то есть о всех делах Иисуса Христа, не подумай, чтобы сие противоречило следующим словам Евангелиста Иоанна: «яже аще бы по единому писана Быша, ни самому мню всему миру вместити пишемых книг» (Ин.21:25). Лука поистине сказал о всем, но только вообще, оглавительно и кратко: а Иоанн говорит, что если бы дела Христовы, чудеса и учение Его описаны были по единому, то есть, каждое порознь, обстоятельно и подробно, то бы и весь мир не мог вместить пишемых книг. Впрочем, Иоанн глаголом мню, уменшил увеличение речи своей. Что же значит: «даже до дне, в оньже, заповедав Апостолом то Святым?» Сие значит Духом, что Лука описал во своем Евангелии не только то, что сотворил и заповедал Иисус Христос Апостолам прежде воскресения своего, но и то, что было заповедано Им по воскресении Его из мертвых, даже до того дня, в который Он вознесся от земли на небо. Он, во-первых, повествовал в Евангелии, что Иисус Христос по воскресении Своем представил Апостолам чрез истолкование Божественных писаний все, что предсказал о нем Моисей и другие Пророки: «и начен от Моисея и от всех Пророк, сказаше има от всех писаний, яже о нем» (Лк.24:27). Во-вторых, что приветствословием своим, к ним произнесенным, преподал им заповедь мира: «и Сам Иисус ста посреде их, и глагола им: мир вам» (Лк.24:36). В-третьих, что заповедал им, яко очевидным свидетелем всех Его дел, проповедывать Его имя, и покаяние, и отпущение чрез Него грехов всякому языку, начав от Иерусалима: «и проповедатися во имя Его покаянию, и отпущению грехов во всех языцех, наченше от Иерусалима; вы же есте свидетелие сим» (Лк.24:47-48). В-четвертых то, что повелел им пребывать во Иерусалиме до того времени, как приимут имеющую сойти на них с небеси силу: «вы же седите в граде Иерусалимсте, Дондеже облечетися силою свыше» (Лк.24:49). И это есть последняя заповедь, которую Иисус Христос дал ученикам своим в день Своего вознесения на небеса: ибо Он сказав сие, извел их вон из Иерусалима даже до Вифании, и благословив, «отступи от них, и возношашеся на небо» (Лк.24:51). поелику же все, что ни заповедал Господь Апостолам Своим как прежде воскресения Своего, так и после, было духовное и Божественное, и поелику Он творил все и учил, будучи неразлучен сый, от Святого Духа, яко единоестествен Ему по Божеству, и единосущен: потому и сказано у Луки: Духом Святым. И так, вот весь смысл оных слов в яснейшем виде предложенный: Феофиле! в первом моем слове, то есть во Евангелии, которое я, написав послал к тебе, говорил я о всех делах, чудесах и учениях Господа Иисуса с того самого времени, как Он начал сие творити со Святым Духом, ему соприсутствующим, даже до того дня, в который, дав последние заповедания Апостолам, яко избранным своим от всего мира, вознесся на небо (Ин.15:10: Лк.24:51). Далее то, о чем сказал теперь вообще всеблаженнейший Апостол, объясняет теперь подробно, говоря так:

Деян.1:3-4. Пред нимиже и постави Себе жива по страдании Своем во мнозех (истинных) знамениих, деньми четыредесятьми являяся им, и глаголя, яже о Царствии Божии. С нимиже и ядый повеле им от Иерусалима не отлучатися, но ждати обетования Отча, еже слышасте от Мене.

Вкратце, единым токмо словом, (Апостол) рек пред сим, что Иисус Христос вознесся, теперь же описует пространнее все, что Он творил со времени Своего из мертвых воскресения до того дня, в который вознесся на небо. Сей Иисус Христос, который по смертном своем страдании воскрес из мертвых, поставил, говорит Он, Себе жива пред Апостолами: « являяся им деньми четыредесятьми во мнозех истинных знамениих». Какие же суть знамения сии? Они суть те показания и доказательства, каковые Иисус Христос творил для уверения в Своем воскресении, как то: «воскрес заутра в первую субботу, явися прежде Марии Магдалини» (Мк.16:9). В тойже день явился Он еще двум ученикам, шедшим в Еммаус (Лк.24:13), а по вечеру того же дня приходил Он «дверем затворенным, идеже бяху ученицы Его собрани» (Ин.20:19). Таким же образом и по прошествии осьми дней паки предстал пред Апостолами Своими. Являлся единонадесяти своим ученикам на Галилейской горе (Мф.28:16): потом являлся им на Тивериадском море (Ин.21:1). Во все то время Христос, являясь ученикам Своим, беседовал с ними, толковал им Писание, и между прочим повелел им не отлучатися от Иерусалима (Лк.24:49). Но дабы еще более уверить их в истине Своего воскресения, то «показа им руце и нозе и ребра Своя; также дуну» (Ин.20:20, 22), и даровал им благодать пресвятого Духа решити и вязати грехи. Притом еще позволил неверному Фоме осязать Свои ребра (Ин.20:27). Сверх же сего и яде с ними: «яде пред ними рыбы печены часть, и от пчел сот» (Лк.24:42): яде также с ними хлеб и рыбу на Тивериадском море (Ин.21:13). Сии-то суть истинные знамения, каковые Иисус Христос, через четыредесять дней являяся, показывал ученикам Своим для уверения их в Своем из мертвых воскресении. Здесь должно заметить то, что явился Он по воскресении Своем не одним только Апостолам и Марии Магдалине, но и другим братиям, коих числом было более пятисот, как свидетельствует Божественный Павел (1Кор.15:6). Но когда и где явился сим пятистам братиям, также кто они таковы были, о сем Павел умолчал, а только сказал, что в его время многие из них были еще живы, а некоторые уже умерли: «от нихже множайшии пребывают доселе, нецыи же почиша» (1Кор.15:6). Может быть сие на горе Галилейской, куда Господь, как уверяет Евангелист Матфей, велел собраться ученикам Своим (Мф.28:16): всем же сим помянутым явился Он потому, что одни они достойны были воззреть на нетленное и Божественное Его тело, и подъять чудесное таинство Его воскресения из мертвых. К сим заметить должно и то, что о вознесении на небеса Господа Иисуса уверяет нас и Евангелист Марк: «Господь же убо, по глаголании Его к ним, вознесеся на небо, и седе одесную Бога» (Мк.16:19); также самый оный Богоглаголивый Лука пишет в своем Евангелии: «и бысть егда благославляше их, отступи от них и возношашеся на небо» (Лк.24:51). Почто Спаситель вознесся в четыредесятый день по воскресении Своем, что Он преподал Апостолам учение о Царствии Божии, и что повелел не отлучаться от Иерусалима, а ожидать там исполнения того обетования Отча, о котором они прежде слышали от Него: о сем упоминает одна токмо сия книга Апостольских Деяний. Когда же Апостолы слышали о сем обетовании? Егда Господь рек им: «и Аз умолю Отца, и иного Утешителя даст вам, да будет с вами в век» (Ин.14:16). А поелику Лука, сказав: «обетования Отча, еже слышасте от Мене», — тем представил Христа, глаголющего к Апостолам: то и следующие словеса приводит, яко от Христа такожде глаголемые тогда к ним.

Деян.1:5. Яко Иоанн убо крестил есть водою, вы же имате креститися Духом Святым, не по мнозех сих днех.

Сими словами Богочеловек объяснил ту причину, для которой Он заповедал ученикам Своим ожидать исполнения обетования Своего Отца. Нужно, говорит Он, вам ожидать исполнения обетования Моего Отца, потому что Иоанн Креститель и Предтеча Мой крестил водою, а вы не по мнозех днех имеете быть крещены Духом Святым: что самое сказал и Иоанн Креститель: «аз убо крещаю вы водою в покаяние; той вы крестит Духом Святым и огнем» (Мф.3:11). Здесь Иоанн упомянул об огне потому, что он, яко Пророк, предузнал, что Дух Святый снидет на Апостолов в огненном виде. Сие же: «вы же имате креститися Духом Святым», производит недоумение о крещении Божественных Апостолов (Злат. Феоф. икум. на он. месте). Некоторые, думая, как видно, что Апостолы тогда крестились, когда Дух Святый сошел на них в горнице оной, идеже бяху седяще, говорят, что хотя и не было воды в горнице той, но был Дух Святый; что и Христос хотя и не был помазан чувственным миром, однакож есть помазанник. Притом же говорят, что Апостолы крестившися прежде в разное время водою в крещение Иоанново, крестились потом в день Пятидесятницы и крещением Духа Святого. Но отсюда выходит, что Апостолы до дня Пятидесятницы не были крещены крещением Иисус Христовым, и следовательно, не были чисты от скверны прародительского греха. Почему же они, первое, не восхотели креститься крещением Иисус Христовым, видя Самого Его крестившегося в Иордане, и зная силу слов Его, к Никодиму реченных: «аще кто не родится водою и Духом, не может внити в Царствие Божие»? (Ин.3:5) Второе, как они бывши сами некрещеными, крестили других, как свидетельствует о сем Евангелист Иоанн: «Иисус же Сам не крещаше, но ученицы Его» (Ин.4:2). И третье, как Богочеловек открыто рек о них, что чисты суть: «и вы чисти есте, но не вси» (Ин.13:10), — когда они все еще были не очищены от прародительского греха? Итак, разве не предпочесть ли всем мнениям другим повествования Еводия, первого Антиохийского епископа, мужа святого и Апостольского преемника? Он повествует о том следующее: «Христос Своими руками крестил одного токмо Петра: а Петр — Андрея и сынов Заведеевых, Андрей же и дети Заведеевы — прочих Апостолов; а тех учеников, которых считается семьдесят, крестили Петр и Иоанн Богослов» (Евс. Ист. кн. 3, гл. 11. у Ник. Ксанф. кн. 2 и 3). Приняв же сие мнение его за справедливое, следует утвердить, что слова оные: «имате креститеся Духом Святым», — не означают крещение, но имеют смысл переносный, и показуют богатство благодати Святого Духа, которое ученики Спасителя получили в день Пятидесятницы. Получили они подлинно еще прежде различные дары Святого Духа, как-то: «власть наступати на змию и на скорпию, и на всю силу вражию» (Лк.10:19), «власть на дусех нечистых, яко да изгонят их: силу целити всяк недуг, и всяку язю» (Мф.10:1); также дар решить и вязать грехи (Мф.18:18). В день же Пятидесятницы получили они не по одному или по два дара (Ин.20:22), но все исполнение даров Пресвятого Духа (Деян.2:4), исполнившись премудрости, и силы, и всякого другого дарования Божия. Следовательно, здесь речение, крещаю, употреблено в переносном смысле для того, чтобы выразить им обилие и богатство даров Божиих. Ибо как вода омочает все тело в ней погружающегося, так тогда Дух Святой исполнил весь ум и душу и сердце учеников Спасителя. Что же Господь не назначил ни дни, ни часа сошествия Святого Духа, то для того, дабы Апостолы, с большим вниманием и горячностию ожидая, соделались достойнейшими принятия Его. Однако Он рек им, что Дух Святой снидет на них не по мнозех днех, для того, чтобы утешить их в сердечной их горести по причине разлучения Его с ними, и чтобы тем укрепить в них веру и упование. Написав же Апостол сии словеса реченные Иисусом Христом к ученикам Своим во время Его обращения с ними по воскресении, повествует далее о вопросах Апостольских, которые они предлагали Иисусу Христу и о Его на оные ответах.

Деян.1:6. Они же убо сошедшееся, вопрошаху Его, глаголюще: Господи, аще в лето сие устрояеши царствие Израилево?

Пресвятой Дух, сошедши на Апостолов, просветил ум их, и возвысил от дольных и земных мыслей к высоким и небесным по оному предречению Господню: «Утешитель же Дух Святый, егоже послет Отец во имя Мое, той вы научит всему, и воспомянет вам вся, яже Рех вам» (Ин.14:26). А прежде сошествия Святого Духа столь они были несовершенны, что и самые словеса, означающие предметы духовные и небесные, в чувственном принимали смысле: они, предубеждены будучи общенародным мнением Иудеев, думали, что Мессия, пришедши, возвратит им земное царство, которое Римские Императоры у них похитили, а потому и полагали, что Иисус Христос по воскресении Своем из мертвых сядет на престоле царства Израилева. Посему-то самому дети Заведеевы приступив к Нему, молили и просили Его: «дажь нам, да един одесную Тебе, и един ошуюю Тебе, сядева во славе Твоей» (Мк.10:37). По сей-то причине Лука и Клеопа, когда сретившись на пути с воскресшим Христом, не познали Его, и как были Им вопрошены, о чем они между собою состязаются, то возвещая о Иисусе, и чего они ожидают от Него, говорили: «мы же надеяхомся, яко сей есть хотяй избавити Израиля» (Лк.24:21). Таковых будучи мыслей о Христе Иисусе, Апостолы, когда видели, что наступает уже время, в которое Он имел отлучиться от них, собравшися пред Ним, вопрошали Его: Господи, яви нам, не в сие ли время Ты приведеши царство Израильское в первобытное его состояние? Господи, аще в лето сие устрояеши царствие Израилево? Он же ответствовал им:

Деян.1:7. Несть ваше разумети времена и лета, яже Отец положи во Своей власти.

Иисус Христос прежде спасительной Своей страсти, будучи вопрошен Апостолами, когда имеет быть кончина мира, ответствовал им так: «о дни же том или о часе никтоже весть, ни Ангели, иже суть на небесех, ни Сын, токмо Отец» (Мк.13:32). А по воскресении из мертвых, будучи вопрошен ими, когда Он возвратит Израильтянам прежнее их царство, ответствовал: «несть ваше разумети времена и лета, яже Отец положи во своей власти». Снося между собою оба сии ответы, усматриваем мы, что они заключают в себе один и тот же смысл: то есть, что сокрыто от Апостолов требуемое ими знание времен. Не сходствуют же они между собою тем, что в первом причиною неведения времен поставляется незнание Самого Иисуса Христа, а во втором — слабость человеческая. Не можно сомневаться, что Иисус Христос не токмо яко Бог, но и яко человек по ипостасному соединению Божества не знал времен, годов, дней и часов, когда что быть имеет: а что Он смотрительно рек, яко не Сын весть, то есть для того, чтобы прекратить излишнее любопытство в Апостолах, сие верно и несомнительно есть. Почему же люди не могут знать времен и лет? Потому, глаголет Он, что Отец положил их во Своей власти. И не только лета, но и все находится под державою владычества Его: но когда хощет, открывает то людям. По какой же причине так владеет Он летами, что не дал разуметь оныя? Бог, якоже хощет, пременяет времена и лета, продолжая или сокращая их течение. Таковые перемены мы находим в Священном Писании. При Иисусе Навине соделал Бог течение одного дня продолжительнейшим пред прочими (Нав.10:12): при Езекии пременил Он число дней жизни сего царя, приложив к оной еще пятьнадесять лет (Ис.38:5): во время Ионы пременил Он три дня на многие веки: ибо град Ниневия был разрушен уже по прошествии многих веков, а не по трех днех как Он определял, и как проповедывал Иона (Ион.3:4): во время же кончины мира определенное число дней сократит избранных ради (Мф.24:22). Все сии примеры удостоверяют нас в том, что Бог пременяет и времена и пределы человеческой жизни: почему Он или исполняет человека долготой дней, или наводит на него внезапную смерть. А поелику таковые перемены суть таинственны, зависят от власти единого Бога, и совершаются тогда, когда Ему будет угодно, и так, как Он восхощет: то и рек Иисус Христос, яко «времена и лета Отец положил во Своей власти». По причине сих самых таинственных премен предела времен, не совместно человеку знать оные. Но и сокрыл от нас Бог знание времен не потому, якобы не хотел, или не мог открыть нам оных, но потому, что ум человеческий не может вместить тайны перемен бывающих в оных. Не ваше есть, не есть человеческие силы знать времена и лета: не может человек знать, когда, как и для чего Бог делает таковые премены во временах. Вот убо причина, для чего Богочеловек утаил от нас знание кончины мира и последней минуты жизни каждого. Таит Он от нас времена, да тако устроит оные на пользу душ наших. Но рассмотрим еще, почему Христос не вывел Апостолов из сего предрассуждения, которому они были подвержены; Они почитая Царство Его земным, просили Его объявить им о том времени, когда Он царство Израильское возведет в первое его состояние: для чего ж Он не ответствовал им, так как Пилату: «царство Мое несть от мира сего» (Ин.18:36), — но, ответствовав вообще одною неизвестностью времен, тем как бы утвердил их мнение; Он неоднократно говорил им о сем: но они не могли понимать Его слов: почему сказал им: «еще много имам глаголати вам, но не можете носити ныне; егда же приидет Он, Дух истины, наставит вы на всяку истину» (Ин.16:12-13). Следовательно, оставил Он врачевать предрассуждение их для того, да Дух истины, имевший по немнозех днех сойти на них, просвещением благодати Своей уврачует оное. Между тем, ответствовав на вопрос их вообще, и тотчас обратив Свое слово к предлежащей Ему цели, начал говорить о сошествии Святаго Духа и о дарах оного.

Деян.1:8. Но приимете силу, нашедшему Святому Духу на вы, и будете Ми свидетели во Иерусалиме же, и во всей Иудеи и Самарии, и даже до последних земли.

Почему Богочеловек прежде воскресения Своего повелел двенадцати Апостолам проповедывать слово Свое в пограничных токмо малых и тесных пределах, заповедав им: «на путь язык не идите, и во град Самарянский не внидите» (Мф.10:5); по воскресении Своем из мертвых распространил проповедь их не токмо по всей Иудеи и Самарии, но даже и до последних концев земли: «и будете Ми свидетели во Иерусалиме же и во всей Иудее и Самарии, и даже до последних земли». Во-первых, потому что Израильтянам приличествовало в сем деле предпочтение, как народу благочестивому и предрасположенному святыми Пророками ко принятию веры во Христа, имевшему же и небесные преимущества: «ихже», — говорит Божественный Павел, — «всыновление, и слава, и завети, и законоположение, и служение и обетования, ихже отцы, и от нихже Христос по плоти» (Рим.9:4-5). Впрочем, и Спаситель наш не лишал язычников проповеди Своей и прежде Своего воскресения, но токмо предпочитал им Израильтян: «идите же паче», — говорил Он, — «ко овцам погибшим дому Израилева» (Мф.10:6). А во-вторых потому, что Апостолы, прежде сошествия на них Святого Духа, не имели еще дарований, нужных к обращению язычников: довольными же они к тому, чтобы проповедывать веру и народам, совсем неведующим Бога, поклоняющимся твари вместо Творца, соделались уже тогда, как в день Пятидесятницы получили исполнение Божественных дарований. Но примете, говорит, силу, когда снидет на вас Дух Святый, силу, то есть, премудрости, языков, ревности, чудотворений, совершенной добродетели, сии нужнейшие дарования к обращению язычников: и тогда-то уже, будучи таким образом предуготованы и предустроены, вы будете Ми свидетели, то есть, будете свидетельствовать о том, что видели и слышали: будете проповедывать веру в Меня в Иерусалиме, во всей Иудеи и Самарии, и даже до самых последних концев земли. Здесь должно заметить, что сии слова из всех слов глаголанных Иисусом Христом во время пребывания Его на земли, суть последние: ибо Он после сего тот же час пред очами Апостолов вознесся от земли, и облако, подъявшее пресвятое Его тело, сокрыло Его от очию их. «И сия рек, зрящим им взятся, и облак подъят Его от очию их» (Деян.1:9).

Беседа о воскресении Христовом

Мужие братие! «Сей день, егоже сотвори Господь, возрадуемся и возвеселимся в онь. Составите праздник во учащающих до рог олтаревых» (Пс.117:24, 27). Бог сотворил все дни: какой же есть день тот, о котором святой Пророк говорит: «егоже сотвори Господь»? и почему Бог повелевает в оный радоваться, веселиться, праздновать сошедшися вкупе, торжествовать и приближаться даже «до рог (краев) олтаревых»? Бог, братия моя! создал два творения: одно вещественное, каково есть небо, земля и все на них находящееся: а другое есть духовное, какова есть Церковь и все верные, оную составляющие, кои суть члены ее. И так, дабы вам познать, что то за день, егоже сотвори Господь, сравните между собою творение вещественное и духовное. «В начале сотвори Бог небо и землю» (Быт.1:1). В начале также Бог учредил Церковь «первородных на небесех написанных» (Евр.12:23), и верных на земли воинствующих. «Земля же бе невидима и неустроена» (Быт.1:2), и Церковь прежде закона была также невидима, потому что не имела еще законного света, а по законе неустроена, поколику имела одну токмо сень законную: «сень бо имый закон» (Евр.10:1). «И бысть свет» (Быт.1:3), то есть свет, чувствам подлежащий и освещающий вещественное творение: но «бе свет” (Ин.1:4) и умственный, то есть Христос просвещающий творение духовное, свет велий, просвещающий сущих во тьме и сени смертней. Сие предвидев Пророк Исаия воскликнул: «людие ходящии во тме видеша свет велий: живущии во стране и сени смертней, свет возсияет на вы» (Ис.9:2). А Евангелист именует Иисуса Христа солнцем: «и зело заутра во едину от суббот приидоша на гроб, возсиявшу солнцу» (Мк.16:2). «И нарече Бог свет день, а тму нарече нощь: и бысть утро, день един» (Быт.1:5). Слышите ли, братия моя! Чувственный свет Бог назвал днем и днем единым, то есть первым прочих шести дней седмицы. Послушайте теперь и Евангелистов свидетельствующих, что во един день, то есть, в первый день седмицы, который после по имени воскресшего в оной Господа, назван воскресным1, воссиял от гроба умственный свет Христов. «Зело рано во едину от суббот,» — говорит Матфей (Мф.28:1). «Воскрес же заутра в первую субботу,» — уверяет Марк (Мк.16:9). «Во едину же от суббот зело рано,» — свидетельствует Лука (Лк.24:1); «сущу же позде, в день той во едину от суббот,» — подтверждает Иоанн (Ин.20:1). Видите убо, что свет как созданный сотворен (в день недельный), так и несозданный воссиял в день недельный. В недельный же день создан вещественный свет осветивший творение, в оной же воссиял и свет умственный, озаривший род человеческий. Чудесно поистине строение и сходство сих двух дней: они оба имеют одного и того же творца Бога. Бог сотворил первый день создания мира: Бог сотворил и воссоздания его первый день, то есть, день воскресения Христова.

Поелику же в оный день, в который Христос воскрес, упразднилась смерть, содержащая тела человеческие в тлении без всякой надежды воскресения, и поруган ад, лишенный содержимых в нем праведных душ: поелику, говорю, в день сей род человеческий совоскрес воскресшему Христу, и человек восшел на высоту, высшую первыя, и во славу светлейшую той, которую имел до падения, соделавшись сонаследником царствия Иисуса Христа, нас ради вочеловечившегося, и врага восстанием Своим упразднившего: сего ради Бог и повелел нам в сей день радоваться душою, и веселиться духом, радостию духовною и неотъемлемою. «Сей день, егоже сотвори Господь, возрадуемся и возвеселимся в онь» (Пс.117:24). О сем-то радовании и веселии возвещал Богочеловек ученикам Своим, глаголя к ним: «паки же узрю вы, и возрадуется сердце ваше, и радости вашея никтоже возмет от вас» (Ин.16, 22).

Но для чего Бог повелел нам в сей день воскресения не токмо радоваться и веселиться, но и составлять праздник? Для того, что мы в праздники Господни радуемся духом, в праздники наипаче собираемся во храмы по сей заповеди Божией: «в церквах, благословите Бога, Господа от источник Израилевых» (Пс.67:27), и там сходясь, приносим благословения, песни, славословия, благодарения, поклонение и служение Творцу твари, Создателю нашему и Спасителю. «А идеже суть два или трие,» кольми паче многие, собрани во славу имени Иисуса Христа, «ту и Он Сам посреде их» (Мф.18:20), где же Он Сам, там мир, там истинная душевная радость и веселие. Но дабы представить, что в сей великий праздник все верные должны приходить в церковь, для сего рек Он: «составите праздник во учащающих до рог олтаревых», то есть празднуйте и собирайтесь в церковь все мужи и жены, юноши и старцы, и самые малые дети: сходитесь все славословить Христа, воскресшего из мертвых и свободившего вас от тления: и тако внидет в сердце ваше духовная радость и Божественное веселие.

Здесь должно заметить, во-первых то, что хотя единый оный и первый день, то есть воскресный, бывает и по истечении каждых шести дней, составляя с сими седмицу, и коликократно в лето таким образом обращается, толикократно и воскресение Христово празднуется: но седмичный сей круг ведет свое начало от дня святой Пасхи, которой день преимущественно и собственно почитается воскресным, яко день тот самый, в который воскрес Христос из мертвых. А во вторых заметить следует то, что праздник Христова воскресения сотворил и установил не человек какой-либо и не Ангел, но Сам Господь, как говорит Царе-пророк: «сей день, егоже сотвори Господь… Составите праздник во учащающих до рог олтаревых» (Пс.117:24. 27).

Достодолжно убо и праведно дню сему дано толь великое отличие, честь и слава, яко самим Богом определенному для воспоминания воскресения Спасителя нашего, которое есть утверждением веры в Него и основанием упования всех верных. Отыми сие основание, суетна будет вера и все ею объемлемое. Посему-то премудрый Павел и написал к Коринфянам: «аще же Христос не воста, тще убо проповедание наше, тща же и вера ваша: аще же Христос не воста, суетна вера ваша: убо и умершии о Христе, погибоша» (ШорА^^М, 17-18). Уверь только неверного в воскресении Христовом: — он тот же час признает Христа за истинного Бога, примет Евангельский Его закон, будет ожидать воскресения мертвых, суда, воздаяния и будущей вечной жизни: он тот же час все, чему научает Христианская вера, возлюбит и будет исповедывать.

Для сего-то всеблагий Бог, желая уверить всех в воскресении Христовом из мертвых, еще за многие века прежде оного посылал в мир святых мужей, дабы они воскресение Его предвозвестили чрез прообразования и Пророческие словеса. Авраам радостно желал видеть день Господень, день воскресения Его из мертвых, и «виде» оной, «и возрадовася» (Ин.8:56); виде же тогда, как образовательно приносил на жертву сына своего Исаака. Он связал его, сие было прообразованием той плащаницы, которою Иосиф Аримафеянин обвил тело Иисусово: положил его на жертвенник: сие прообразовало Христа, во гроб положенного: разрешил его от уз, и он востал с жертвенника жив: сим предозначено воскресение из мертвых Спасителя нашего, Который, разрешившись от плащаницы и сударя, воскрес из гроба, и живет во веки. Иосиф не делает прообразований, но сам был прообразованием Христова в мир от Бога Отца послания и послушания: поколику он послан был также от отца своего Иакова к братиям своим, и послушав его, пошел в Дофан, где братия его тогда находились (Быт.37:17): будучи же ввержен оными в ров, прообразовал сим погребение Христово: а когда вышел из рова, получил царскую власть во Египте: то сим прообразовал воскресение Христа и власть, данную Ему на небеси и на земли. Какое же другое прообразование может быть яснейшее прообразования Ионина? Сей Пророк, быв погребен во чреве китове, тем явственно предъизобразил погребение Иисуса Христа: а что по прошествии трех дней вышел из чрева китова жив и здрав, тем предъизобразил тридневное Его воскресение (Ион.2).

Вот прообразования воскресения Спасителя нашего. Есть о том много и Пророчеств: из оных я предложу теперь одни только праотца Иисус Христова Давида, яко славнейшего других. Сей Царе-пророк, предвозвещая Христово воскресение, иногда воспевал: «да воскреснет Бог», и вместе описывал действия воскресения Его, как-то во-первых, уничтожение диавольской власти: «и расточатся врази Его, и да бежат от лица Его ненавядящии Его. Яко изчезает дым, да изчезнут: яко тает воск от лица огня, тако да погибнут грешницы от лица Божия»; во-вторых, «радость и веселие праведных, а праведницы да возвеселятся, да возрадуются пред Богом, да насладятся в веселии» (Пс.67:1-4). Иногда возведши сердце свое горе, просил он горячайше, да вскоре исполнится воскресение Христово: «востани», говорил, «слава моя, востани псалтирю и гусли» (Пс.56:9). Слышите ли? Он Иисуса Христа называет тремя именами: славою, псалтирью и гусльми, относя слова сии к Божеству, к душе и телу. поелику же просил с великим благоговением и умилением: то Бог, услышав глас моления его, открыл ему время воскресения Своего из мертвых: востану рано, якоже и сбыстся по сему слову его: ибо Мироносицы, пришедши ко гробу Господню утру глубоку, нашли камень отвален от оного, тела же Спасителева не обрели там (Лк.24:1-3). По сем Пророк Божий, будучи «тростью книжника скорописца» (Пс.44:2), написал слова оные Духа Святого, относящиеся ко дню воскресения Христова: «Сей день, егоже сотвори Господь, возрадуемся и возвеселимся в онь» (Пс.117:24) и прочее. А громогласнейший Исаия предвозвестил нам о воскресении не токмо Христовом, но и прочих мертвых, исшедших из гробов тогда, егда, «Иисус воззвав гласом велиим, испусти Дух» (Мф.27:50); предвозвестил также о той радости, коей вся земля исполнилась по причине избавления от прародительской язвы, и о том спасении, которое люди получили от воскресения Христова: «Воскреснут мертвии, и востанут иже во гробех, и возрадуются, иже на земли: Роса бо, яже от Тебе, исцеление им есть» (Ис.26:19).

По пророческих прообразованиях и яснейших провозвещениях Само воплотившееся Божие слово пред страданием Своим возвестил о тридневном Своем воскресении, говоря во-первых в смысле иносказательном: «разорите церковь сию, и треми денми воздвигну ю» (Ин.2:19): потом в возводительном: «якоже бо бе Иона во чреве Китове три дни и три нощи: тако будет и Сын человеческий в сердце земли три дни и три нощи» (Мф.12:40). Наконец в смысле и собственном, ясными словами: «предан имать быти Сын человеческий в руце человеком, и убиют Его, и в третий день востанет» (Мф.17:22-23). И во время также самого страдания предрек с обещанием о воскресении Своем из мертвых: «вси вы соблазнитеся о Мне в нощь сию. Писано бо есть: поражу пастыря, и разыдутся овцы стада, по воскресении же Моем варяю вы в Галилеи» (Мф.26:31-32).

Вняли ли вы притом, братия моя! како поучают нас о воскресении Христовом и ныне чтенные Деяния Апостольские? В них говорится, что Спаситель наш по воскресении Своем являлся Апостолам в течении четыредесяти дней во «мнозех знамениих» (Деян.1:3). Ежели вникните в писания Божественных Евангелистов, то узрите там, коликократно, как, где и кому являлся Иисус Христос для уверения в воскресении своем из мертвых: узрите там те знамения и чудеса, которые Он сотворил по воскресении Своем: узрите, говорю, там, что Он двоекратно входил «дверем затворенным, идеже бяху собрани ученицы» (Ин.20:19,26), и когда в Еммаусе преломлял хлеб пред двумя учениками своими, тотчас «невидим бысть има» (Лк.24:30-31): увидите там, что когда Он на море Тивериадском сказал ученикам Своим: вверзите мрежу одесную страну корабля, то такое множество рыбы попало во мрежу, что они не могли привлещи ее. Но и обретенные на берегу того моря, огнь, рыба и хлеб были также знамением всемогущества Спасителя, воскресшего из мертвых (Ин.21:1.6. 9).

Заметьте же и великие тайны смотрения Божия. Бог, дабы уверить вселенную в воскресении из мертвых единородного Своего Сына, попустил будущим свидетелям и проповедникам Его воскресения святым Апостолам сомневаться в оном и не верить. Когда жены Мироносицы, возвратившись от гроба, возвестили им, что они не обрели там тела Господня, а видели токмо двух Ангелов в ризах блещащихся, рекших им, яко воста Господь: тогда они ни мало не поверили словам их, но сочли их ложными. «И явившася пред ними яко лжа глаголы их, и не вероваху им» (Лк.24:11). Некоторые из них сомневались в воскресении Христовом даже и тогда, когда уже своими глазами видели Его на горе Галилейской (Мф.28:17). После сего они, веровав сами, старались уверить Фому, яко воистину воскрес Христос. Мы, говорили они ему, сами видели Его, видели руце и ребра Его, слышали глас Его, когда Он рек: мир вам: чувствовали дуновение Его, когда Он дунул и рек нам: «приимите Дух Свят» (Ин.20:22). Но Фома ответствовал им: «аще не вижу на руку Его язвы гвоздинныя, и вложу перста моего в язвы гвоздинныя, и вложу руку мою в ребра Его, не иму веры» (Ин.20:25). О, благого неверия Фомы, которое стало материю веры и утверждения! Блаженный сей Апостол узрел напоследок гвоздиные язвы, вложил руку свою в прободенное ребро, уверился и возопил: «Господь мой и Бог мой» (Ин.20:28). И, таким образом возопив, он уверил весь мир в воскресении Христовом. А Спаситель потом ублажал невидевших и веровавших: «блажени невидевшии, и веровавш» (Ин.20:29). Все же сие устроил Бог для того, чтобы весь мир познал, что Апостолы не просто и без исследования поверили, что Христос воскрес из мертвых, но испытав и исследовав, и твердыми и неоспоримыми доказательствами уверившись, и чтобы все, сие познавши, верили воскресению Христову из мертвых: а на основании сем, чтобы верили и всему тому, чему научает вера Христианская, и таким образом соделались бы достойными наследовать Царствие Христово.

Возлюбленная братия! Слышали вы о величиях сего дня, слышали и доказательства воскресения Христова: познали купно и то, для чего Бог повелел нам торжествовать в сей день составивши праздник. Блюдитеся убо, да никтоже от вас опорочить себя скверною греховною в сей святой день: в день, который воссиял свет просвещающий душу вашу, не впадайте во тьму греховную, помрачающую ум ваш. Сей день сотворен для спасения вашего: да не соделаете его днем вашей погибели. Сей день есть день радости и духовного веселия: поелику же ничто так не исполняет душу радости и веселия, как Божественная добродетель, и ничто напротив так не поражает оную печалию и прискорбием, как бесовское исчадие — порок: то не опечаляйте души вашей делами греховными: но возвеселите оную преуспеяниями в добродетели.

Настоящий день есть праздников праздник и торжество торжеств. Празднуйте убо, зане «пасха наша за ны пожрен бысть Христос». Торжествуйте, токмо «не в квасе ветсе, ни в квасе злобы и лукавства, но в безквасиих чистоты и истины» (1Кор.5:7-8). Празднуйте, «но ходяще благообразно яко во дни, не козлогласовании и пиянствы, не любодеянии и студодянии, не рвением и завистию: но облецытеся Господем нашим Иисусом Христом, и плоти угодия не творите в похоти» (Рим.13:13-14). Торжествуйте, но так, как прилично Христианам. Веселитесь, токмо духовно, «и не упивайтеся вином, в немже есть блуд: но паче исполняйтеся Духом, глаголюще себе во псалмех и пениих и песнех духовных, воспевающе и поюще в сердцах ваших Господеви, благодаряще всегда о всех о имени Господа нашего Иисуса Христа Богу и Отцу» (Еф.5:18-20). Аминь.

2. В неделю Антипасхи, то есть, по Пасхе (2-я неделя) толкование на Евангелие от Иоанна (Ин.20:19-31)

Воскресение из мертвых Господа нашего Иисуса Христа, мужие братие, яснее каждого другого доказательства удостоверяет, что Он есть Сын Божий и Избавитель всего мира. Иудеи, яко непримиримые Христовы враги, искажают о Нем бывшие пророчества, относя иные к Иисусу Навину, иные к Соломону, а другие к иным, безумно, яко безумные: преестественные же чудеса, бывшие от зачатия Христова даже до смерти и погребения Его, равными поставляют содеянным Моисеем, Илиею и Елисеем. А против воскресения Христова из мертвых не имея что рещи, ниже находя подобного сему примера, прибегают к отрицанию, нечувственнейшие самых камней. Ради чего и воинов, на страже бывших при Его гробе, многим сребром подкупали, да солгут и разгласят, что Его ученики украли Его. Сея-то убо ради причины Владыка всех и Господь, хотя удостоверить о Своем из мертвых воскресении, премногие об оном, как Божеские, так и человеческие представил доказательства. Убедительнейшие из оных заключает в себе ныне чтенное Евангелие: оные убо, возлюбленные христиане! со вниманием и благоговением послушайте, да утвердитесь в учении, емуже научистеся, купно же и блаженства сподобитесь, яко не видевше воскресения Христова, но слышавше и веровавше.

Ин.20:19. Сущу позде, в день той, во едину от суббот, и дверем затворенным, идеже бяху ученицы Его собрани страха ради Иудейска, прииде Иисус и ста посреде, и глагола им: мир вам.

Суббота первая есть одна. Субботами же или и субботою Евреи именуют всю седмицу, по словам: «пощуся два краты в субботу» (Лк.18:12), то есть, два краты в седмицу или в неделю. И так, единою от суббот называется здесь первый день недели, то есть, воскресный. В сей убо день воскресный, в который было воскресение, «сущу позде», то есть, по вечеру весьма поздно, или при начале ночи, прииде Господь наш Иисус, и вниде в дом, коего двери затворены были, и в коем собраны были ученики, боявшиеся от гонящих их Иудеев. Почему ж пришел «сущу позде»? Для чего вшел «дверем затворенным» сущим? Также, почто стал посреде, и сказал: «мир вам”? Пришел сущу позде, то есть, по вечеру весьма поздно, для того, что Апостоли, боясь Иудеев, по большой части по вечеру сходились в виталище свое. Для того-то и пришел к ним туда в вечеру, чтоб их всех обресть собранных. Но и ради другой еще, таинственной причины Господь сие устроил. Прежде воскресения Спасителя все человеческое естество лежало в тьме греховной, и в сени смертней сидело. Почему Давид, пророчествуя о просвещении оного, сказал: «возсия во тьме свет правым» (Пс.111:4). И Исаия: «людие ходящии во тьме, видеша свет велий» (Ис.9:2). И на другом месте: «тогда возсияет во тьме свет Твой» (Ис.58:10). Также Захария: «в нихже посетил есть нас восток свыше, просветити во тьме и сени смертней седящия» (Лк.1:78-79). Почему и воскрес Христос в ночи, и к ученикам Своим пришел в начале ночи, да исполнив бывшие о Нем таковые пророчества по Писанию, докажет, что сущим во тьме греховной Он воссиял, и просветил в нощи невежествия спящих. «Вшел же дверем затворенным» — во-первых, для того, да не устрашит и не возмутит учеников, толкнув в двери; во- вторых, дабы они, видя чудо, уверовали воскресению Его из мертвых; в- третьих, да покажет, что Он к тем людям приходит, которые имеют затворенные двери дома души своей, то есть, чувства тела, да не входит грех. Каким же образом Господь наш, нося человеческое тело, прешел чрез затворенные двери? Так, как прешел чрез ложесна Святой Девы, не нарушив Оные девства; так, как ходил по морю, не погрязши во глубине оного; так как соделал и другие толь бесчисленные чудеса, то есть, всемогуществом Своего Божества. Стал же посреде, да все тамо предстоявшие беспрепятственно зрят Его Самого, и руце и ребро Его. «Ста посреде», да покажет, что Он всех равно любит, о всех равно промышляет, и всем равно хочет спасения. Сказал: «мир вам”, понеже сие соделал пришед в мир: разрушил средостение преграды, соединил разстоящая, примирил и Бога и человека. «Той бо есть мир наш, сотворивый обоя едино, и средостение ограды разоривый» (Еф.2:14). Почему, якоже, егда родился в мир, воспели Ангелы: «Слава в вышних Богу, и на земли мир, в человецех благоволение»! (Лк.2:14) Тако, егда и от мира преселялся, «мир» глаголет Он, «оставляю вам» (Ин.14:27). Тако восстав и из мертвых, «мир вам», сказал Он ко ученикам Своим.

Ин.20:20. И сие рек, показа им руце и нозе и ребра Своя. Возрадовашася убо ученицы видевше Господа.

Показал им руце, да видят язвы гвоздинные; показал ребра, да признают прободение копия, а таким образом да уверятся, что Сам посреде их стояй, и ими видимый, точно есть Самый страдавый, пригвожденный и прободенный. Но послушайте еще и другой, духовнейшей причины: показал Он руце, яко орудия творения человека; ребро же, яко источник спасения. Почему показание сих частей аки глас бысть к ним вещающий: видите ли, ученицы, сии пробитые гвоздями руце? Оне-то сотворили человека. Видите ли сие прободенное ребро? От сего-то истекла кровь и вода, спасительное человеков врачевство. Руце Адамовы простерлись ко снеди запрещенного плода: но руце сии за то простерты были на крестном осуждения древе. От ребра Адама созданная жена, змием быв прельщена, согрешила: сие ребро, копием прободенное, уврачевало оный грех. Когда же ученики увидели и узнали Господа, тогда исполнилось сердце их великой радости, так как во время спасительного страдания предрек им Богочеловек Иисус: «паки же узрю вы, и возрадуется сердце ваше, и радости вашея никтоже возмет от вас» (Ин.16:22).

Ин.20:21. Рече же им Иисус паки, мир вам: якоже посла Мя Отец, и Аз посылаю вы.

Почему ж и прежде страдания дважды дал мир, говоря: «мир оставляю вам, мир Мой даю вам»; равно и по воскресении — «мир вам”, и паки — «мир вам»? (Ин.14:27) поелику человек из двух состоит частей, из души и тела: чувствует и душа скорби и смущения, так как и тело. Убо Начальник мира подал мир и духу и телу. Послушайте и другой причины. Мы часто мир с другими людьми имеем, но брань сами с собою, от наших страстей. Усугубил убо Он даяние мира для того, чтобы не только с другими людьми, но и с своим духом, и плотию, и совестию мир имели все в Него верующие. Когда же сильным оружием мира против всякой брани вооружил Своих учеников; тогда послал их на всемирную проповедь, сказав: «якоже посла Мя Отец, и Аз посылаю вы». Великое воистину, преславное, Божественное и небесное Апостольское достоинство! Якоже предвечный Отец единородного Своего Сына послал в мир: тако и единородный Его Сын и Бог во вселенную послал Своих учеников. Как же послал Отец Сына? Со всякою властию и силою, так как Сам Сын свидетельствовал, говоря: «вся Мне предана суть Отцем Моим» (Мф.11:27). С силою и властию посланы были и Богоносные Апостолы: посему больных они исцеляли, бесов изгоняли, мертвых воскрешали, вышеестественные чудеса творили, и своим учением весь мир покорили. «Якоже посла Мя Отец, и Аз посылаю вы». Велика есть сия благодать, дар неоцененный! Богопосланник есть Сын Божий Господь наш Иисус Христос, Богопосланники и святые Апостолы. Для чего же послал Отец Сына? «Благовестити», говорит Он, «нищим посла Мя, исцелити сокрушенныя сердцем, проповедати плененным отпущение и слепым прозрение, даровати обращающимся оставление, нарещи лето Господне приятно, и день воздаяния, утешити вся плачущия» (Ис.61:1-2). Также и на другом месте: «не посла бо Бог Сына Своего в мир, да судит мирови, но да спасется Им мир» (Ин.3:17). Ради сего же самого посланы были и знаменоносные Апостолы, то есть, чтобы проповедать благовестие спасения, обратить мир от прелести, и прощать людям грехи. поелику же едина точию Всесвятого Духа сила решит греховные оковы, того для Евангелист приводит и сии Спасителевы слова:

Ин.20:22-23. И сие рек, дуну, и глагола им: приимите Дух Свят. Имже отпустите грехи, отпустятся им, и имже держите, держатся.

Чрез Духа Святого нарицает Он благодать и силу Всесвятого Духа, так как и на другом месте: «глаголы, яже Аз глаголах вам, дух суть» (Ин.6:63), то есть, имеют благодать и силу духовную. Какую же благодать прияли Апостолы? Власть решить и вязать грехи. Таковую благодать Спаситель наш, во первых, обещал Петру, говоря к нему: «и дам ти ключи царствия небеснаго, и еже аще свяжеши земли, будет связано на небесех: и еже аще разрешиши на земли, будет разрешено на небесех» (Мф.16:19). Потом обещал оную подобно и всем ученикам, говоря: «аминь, глаголю вам, елика аще свяжете на земли, будут связана на небеси: елика аще разрешите на земли, будут разрешена на небесех» (Мф.18:18). Сию обещанную благодать по воскресении Своем Господь дал равно всем Апостолам, сказав: «приимите Дух Свят», и прочее; чрез Апостолов же и всем после бывшим истинным оных преемникам, то есть, православным Архиереям туюжде благодать подает Христос. Сию сугубую власть показал Божественный Павел, пиша к Коринфянам: «о имени Господа нашего Иисуса Христа, собравшимся вам и моему духу, с силою Господа нашего Иисуса Христа, предати таковаго сатане во измождение плоти», — се власть вязати! — «да дух спасется в день Господа нашего Иисуса Христа» (1Кор.5:4-5), — се власть решить грехи! Коль великая благодать! Воистину небесного и душеспасительного человечество удостоилось дара! Почему же Дароподатель прежде дунул, а потом и благодать сообщил? Божественным вдуновением получил человек душу; «вдуну», пишется, «в лице его дыхание жизни, и бысть человек в душу живу» (Быт.2:7). Душа человеческая умерщвлена была грехом по Божественному определению: «в оньже аще день снесте от него, смертию умрете» (Быт.2:17). Дунул убо Жизноподатель для того, да умерщвленную человеческую душу оживотворит, и сотворит оную вмещающу благодать Всесвятого Духа, и да покажет, что Он-то есть Творец, вдохнувый в лице человека и подавший ему дыхание жизни, и да представит, что тогда создавый человека есть Той же, Который и ныне обновляет человеческую душу.

Ин.20:24. Фома же един от обоюнадесяте, глаголемый близнец, не бе ту с ними, егда прииде Иисус.

Господь сотворил дванадесять Апостолов. Но Иуда после предания ниспал от сана Апостольского. Посему когда Христос из мертвых воскрес, одиннадцать токмо было Апостолов. Евангелист же написал: «един от обоюнадесяте», а не от единонадесяте, упомянув первое Апостолов число, которое последи Матфием Апостолы дополнили. Речение же «глаголемый», вместо толкуемый, сказал Он, ибо имя Фома есть халдейское, происходящее от Еврейского Феом, гречески же толкуется δίδυμος, то есть, близнец. Правильно Божественный учитель так истолковал речение, да изъявит, что и самое название сего Апостола, то есть, Фома, изображает, что он был двоемнителен и недоверчив. Для чего ж Фома тогда не был, когда пришел ко ученикам Богочеловек? Сие было смотрительне, то есть, для вящего уверения о воскресении Христовом. Правда, Евангелист умалчивает о том, где тогда Фома находился: но поелику во время спасительного страдания все ученицы разбежались и рассеялись; то очень вероятно кажется, что и он, разлучившись тогда от Апостолов, находился еще в том месте, где скрылся. Но другое недоумение рождается из небытия тамо Фомы, то есть: каким образом он соделался причастников благодати Всесвятого Духа, не быв с другими учениками тогда, когда Господь дунул и сказал: «приимите Дух Свят»? Недоумение сие решит образ сего дела. Избирает Моисей по повелению Божию седмьдесять старейшин, и вписывает их имена, да приимут благодать от Бога. Все сии ожидают благодати, стоя окрест Скинии. Два точию мужа, Елдад и Модад, ко Скинии не пришли, а остались в полце. Снисходит Бог во облаце в Скинию — и дает благодать не токмо предстоящим в Скинии шестидесят осмь старцем, но и двум отсутствовавшим, то есть, Елдаду и Модаду: приемлют равно благодать и присутствующие, и отсутствующие. Препочивает Дух и на шестидесяти осми сущих в Скинии, и на тех двух, находившихся в полку. И те, кои были в Скинии, и те, кои оставались в полку, равно пророчествуют. Первые, поелику предстояли; а вторые, поелику были избраны и вписаны. «Осташася два мужа», говорит Божественное Писание, «в полце: имя единому Елдад, и имя второму Модад, и препочи на них Дух: и сии беша от вписанных и не приидоша ко Скинии, и пророчествоваша в полце» (Чис.11:26). Ветхий Завет есть прообразование Нового; посему благодать, тогда данная старцам, знаменовала духовное дарование, которое последи прияли святые Апостолы, якоже сам великий Моисей свидетельствует, говоря: «и кто даст всем людям Господним быти пророки, егда даст Господь Духа Своего на них»? (Чис.11:29) Убо якоже древле Елдад и Модад, отсутствуя, сподобились пророческого дара: тако и зде Фома, отсутствуя, приял власть вязати и решити. Елдад и Модад потому прияли дар, что Моисей вписал их в число седмидесяти старцев: и Фоме потому дана благодать Всесвятого Духа, что был Христом сопричислен в число двунадесяти Апостолов. поелику же Фома, когда пришел Иисус, не обретался, то

Ин.20:25. Глаголаху же ему друзии ученицы: видехом Господа. Он же рече им: аще не вижу на руку Его язвы гвоздинныя, и вложу перста моего в язвы гвоздинныя, и вложу руку мою в ребра Его, не иму веры.

О всем, как видно, ему ученицы рассказали, то есть, что видели Господа, и руце и ребра Его, и язвы гвоздинные. Откуда же толикая и таковая неверность? Великое поистине и неудобоверуемое дело есть воскресение из мертвых: но Фома видел и дочь Иаирову, и сына вдовицы, и четверодневного Лазаря, из мертвых воскресшего; откуда же убо таковая неверность? Разве величайшая скорбь, что не удостоился видеть Господа, возмутила дух его, от коей он впал в толикое неверие? Или честолюбие рождало неверие, — хотел, то есть, и он видеть то, что другие Апостолы видели, да не почтется низшим в Апостольской благодати и сане? Или ревность к проповедованию возбуждала в нем неверие? Желал, то есть, видеть и осязать, да проповедь его будет всякого вероятия достойною, и да свидетельствует и проповедует миру, что не только он слышал, но и видел, и осязал Христа воскресшего, и таким образом да утвердит то, чему имел он научать о Христе и яко слышатель, и яко самовидец и свидетель. Таковое поистине Апостол Господень имел намерение. Непохвально неверие, но похвален таковый конец неверности. Посему Человеколюбец, испытуяй сердца и утробы, знав святейшее Фомино намерение, особенное попечение приемлет, да уверит его, а с ним и всю вселенную. Ибо, повествует Евангельская История, —

Ин.20:26. И по днех осмих паки бяху внутрь ученицы Его и Фома с ними: прииде Иисус дверем затворенным, и ста посреде их и рече: мир вам.

Почему ж не скоро, но по осми днях паки явился Богочеловек? Да будет сие явление Фоме по всему подобно прежнему, при котором не находился Фома. Двери затворенные, ученицы собранные, то же стояние посреди и то же приветствие: «мир вам”, — одно и то же и в обоих явлениях. поелику убо первое было в день воскресный, то и второе было в день воскресный, да ни в чем не различествует от первого. А таким образом Фома, видя обоих явлений сходность и единообразность, ниже малейшего не имел бы случая к неверию. Не заключает ли же, может быть, сие по осми днех явление другого, таинственнейшего смысла, то есть, осмь не означает ли осьмый и последний век, а Фома — часть тех людей, кои не покорились Христу по неверствию? «Ныне бо», говорит Божественный Апостол, «не увидим всяческая Ему покорена» (Евр.2:8): потом же все уверуют, «и будет едино стадо и един пастырь» (Ин.10:16). По осми убо днях паки явився Спаситель мира, и сказав: «мир вам»,

Ин.20:27. Потом глагола Фоме: принеси перст твой семо, и виждь руце Мои; и принеси руку твою, и вложи в ребра Моя, и не буди неверен, но верен.

О неизреченного человеколюбия Господа нашего Иисуса Христа! Ответствует Господь на все, что только ни говорил Фома, показывая, что Он вся, яко сердцеведец, ведает. Потом призывает его для осязания, да покажет, что ради спасения и единой души готов вся подъять. Хотя же Марии Магдалине не позволил осязать Себя, или потому что она, любопытством подстрекаема будучи, сего искала, или что неосмотрительно и дерзостно устремилась, или что не была достойна, яко благодатию Святого Духа еще не очищена, которую прияли уверовавшие по восшествии Спасителя к Отцу Своему, почему и сказал ей: «не у бо взыдох ко Отцу Моему» (Ин.20:17); но Фому, поелику искал достоверия о воскресении из мертвых, и уже сподобился благодати Святого Духа, чрез глагол: «приимите Дух Свят», — и призывает его и побуждает осязать, говоря: «принеси перст твой семо, и виждь руце Мои, и принеси руку твою, и вложи в ребра Моя». Человеколюбец убо первее его убедил тем доказательством, какового он искал; потом наставил его, говоря: «не буди неверен, но верен».

Ин.20:28. И отвеща Фома, и рече Ему: Господь мой и Бог мой!

Фома, медлительный в вере, скор ко исповедыванию. Виждь, каковую искренность и совершенство имеет его исповедывание; купно же и сходство с Петровым исповеданием. Петр сказал: «Ты еси Христос, Сын Бога живаго»; Фома исповедует: «Господь мой и Бог мой»! (Мф.16:16) Оба равно исповедуют человечество, и богословствуют о Божестве Христовом. Оба исповедуют два естества, а едино лице Богочеловека Спасителя, — Петр естество человеческое сим: «Ты еси Христос»; а Фома — сим: «Господь мой». Естество же Божеское Петр тако: «Сын Бога живаго»; а Фома тако: «Бог мой». Едино же лице оба, и Петр и Фома, совокупив обоя во едино,- первый чрез сие: «Ты еси Христос, Сын Бога живаго», а второй тако: «Господь мой, и Бог мой». Единого и Тогожде Бога и человека Христа, согласно с Петром исповедует и проповедует Фома. Явив же Спаситель наш толикое попечение для уверения Фомы, простирает благодеяние Божественного Своего промысла и на прочих, кои ниже видели, ниже осязали, но однако уверовали в Его из мертвых воскресение. Почему сказал Фоме:

Ин.20:29. Глагола ему Иисус: яко видев Мя, веровал еси: блажени не видевшии, и веровавше.

Ты, говорит Он, Фомо, уверовал, понеже видел Меня: предстал Я пред тобою, показал тебе руце Мои и ребра Мои; почему узрел ты, осязал, уверовал. Видящие и осязающие самыми чувствами принуждаются веровать: невидевшие же, ниже осязавшие, но слышавшие проповедь и уверовавшие, без всякой нужды веру емлют; почему блажени суть и треблажени. Что ж? Фома и прочие Божественные Апостолы, видевшие и уверовавшие, ужели такового блаженства не суть достойны? Заключенным дверем видели они Господа пришедшего в дом, где были собраны, и страхом одержимые не верили, что видели Господа из мертвых воскресшего, но думали, что видели дух: «убояшеся же и пристрашни бывше, мняху дух видети» (Лк.24:37). Но призванные уже Господом, видели руце и нозе Его. «Видите», сказал им, «руце Мои и нозе Мои, яко дух плоти и кости не имать, якоже Мене видите имуща. И сие рек, показа им руце и нозе» (Лк.24:39-40). Что ж из сего? Неужели от сего не были они блаженны? Да не будет! Господь, сказав: «блажени не видевшии, и веровавше», не исключил из сего блаженства видевших и веровавших, ниже назвал тех блаженнейшими из сих. Но поелику прежде Своего из мертвых воскресения ублажил Апостолов, яко видевших Его и Его чудодеяния, а потому и сказал: «ваша же блаженна очеса, яко видят, и уши ваши, яко слышат. Аминь бо глаголю вам, яко мнози пророцы и праведницы вожделеша видети, яже видите, и не видеша: и слышати, яже слышите, и не слышаша» (Мф.13:16-17): то дабы мы не подумали, что одни видевшие Его и веровавшие суть блаженны, и дабы уверить всех после невидевших, но веровавших, что и они суть того же блаженства достойны, сказал таким образом: «блажени не видевшии, и веровавше». Каким же образом в нетленном Господнем телеси видимы были язвы гвоздей и копия? Како Фома к нетленному телу прикоснулся? Сие было по снисхождению и силе Божией для удостоверения о Его из мертвых воскресении. И якоже Ангелы, когда Господь от земли вознеслся, видя Его ризы червленые, взывали: «почто червлены ризы Твоя, и одежды Твоя яко от истоптания точила?» (Ис.63:2) Тако и Апостолы видели язвы гвоздей и копия, и Фома осязал неосязаемые Его ребра. Может же быть, не о сем ли осязании пророчествовал царствующий Пророк, когда сказал: «Бога взысках рукама моима нощию пред Ним, и не прелыщен бых» (Пс.76:3). поелику же сие всесильным действием сотворися; то для сего богодухновенно Евангелист причисляет сие к прочим знамениям и чудесам, говоря:

Ин.20:30. Многа же и ина знамения сотвори Иисус пред ученики Своими, яже не суть писана в книгах сих.

Знамениями нарицает дела необычайные, дивные, чудесные. Но о каких он упоминает знамениях? О тех ли, кои были прежде воскресения Господа нашего Иисуса Христа, или о тех, кои по воскресении? Весьма вероятным кажется, что он упоминает о сотворенных Им по воскресении: понеже прежде воскресения чудеса не токмо пред учениками Своими, но и пред другими многими людьми творил. Какие же суть неписанные в книге сей, то есть, в Его Евангелии? Может быть, те, кои Иоанн оставил, но другие Евангелисты прежде его о том писали. Ибо Матфей писал о великом трусе и о молниеносном Ангеле, который отвалил камень от двери гроба (Мф.28:2); Лука о сопутствии и собеседовании воскресшего Христа с двумя учениками, идущими во Еммаус, сказал, что первее держал очи их, да не познают Его, потом же бысть невидим; кроме того, о том, что отверз ум Апостолов разумети Писания, и что вознесся на небо пред глазами их. О сих Евангелист Иоанн умолчал. Может же быть, чрез «многа» и «ина» разумеет многая, ни от единого Евангелиста не написанная. Ибо Христа Спасителя бесчисленны суть чудодеяния, как на другом месте той же Иоанн засвидетельствовал сими словами: «суть же ина многа, яже сотвори Иисус, яже аще бы по единому писана быша, ни самому, мню, всему миру вместити пишемых книг» (Ин.21:25). Для чего ж сии знамения вписал?

Ин.20:31. Сия же писана быша, да веруете, яко Иисус есть Христос Сын Божий, и да верующе, живот имате во имя Его.

Для того убо писано об них, чтобы мы верили, что Иисус Христос есть Сын Божий. Примечай же беспредельную благость Божию: ищет Бог веры нашей не для Себя, и не для Своей пользы, ибо не требует благих наших; но чтобы мы, веруя, приобрели жизнь треблаженную и вечную (Пс.15:2). Что ж значит сие: «во имя Его»? Имя Его есть Иисус; Иисус же значит на еврейском языке «Спаситель», так что слова «во имя Его» значат: спасенные Им, то есть, чтоб мы Им спаслись.

Беседа о вере

Велика убо есть сила веры, чудны оной произведения, бесчисленна от нее польза. Жизнь дарует бессмертную, царствие подает нам вечное. «Да верующе», — говорит, — «живот имате во имя Его» (Ин.20:31); и инде: «иже веру имет и крестится, спасен будет» (Мк.16:16); и паки на другом месте: «веруй в Господа Иисуса Христа, и спасешися ты и весь дом твой» (Деян.16:31). Убо вера спасает. Посему довлеет человеку точию веровать, чтобы спастись. Почему ж то же Божественное Писание говорит: «приити имать Сын человеческий во славе Отца Своего, со Ангелы Своими: и тогда воздаст комуждо по деянием его» (Мф.16:27). И на других местах: «Иже воздаст коемуждо по делом его» (Рим.2:6); также: «изыдут сотворшии благая в воскрешение живота, а сотворшии злая в воскрешение суда» (Ин.5:29). Что сие? Инде говорит Божественное Писание, что вера спасает человека; а инде учит, что добрые дела доставляют спасение. Противны, посему, между собою кажутся Богоданных писаний слова. Не прельщайтесь, братие, согласны суть Божественные учения. Ни одна вера, ниже одни добрые дела, но вера купно и добрые дела спасают человека.

Вера разделяется на умозрительную и деятельную. Вера умозрительная называется та, когда токмо мысленно тому веруем, чему учит вера, а добрых дел нимало не творим. Но таковая вера есть мертвая и бесполезная, и не могущая спасти человека. Вера, свидетельствует Божественный Иаков, «аще дел не имать, мертва есть о себе. Кая польза, братие моя, аще веру глаголет кто имети, дел же не имать? еда может вера спасти его?» (Иак.2:17,14) Вера же деятельная есть та, когда мы и веруем тому, чему вера учит, и делаем то, что она повелевает. Таковая же вера есть та, о коей небошествователь Апостол глаголет: «вера любовию поспешествуема» (Гал.5:6). И так, когда Божественное Писание говорит: «да верующе живот имате», также — «всяк иже веру имет и крестится, спасен будет», и прочее подобное, — то говорит о вере деятельной, любовию поспешествуемой, с добрыми делами соединенной. И паки, когда учит Писание, что «воздаст комуждо по делом его» (Рим.2:6), и сему подобное; то «коемуждо верующему» разумеет, дела же называет от веры сотворенные. Рассудите, сколь с великою подлинностию изъясняет Богоглаголивый Апостол сию мысль примерами. Похваляет веру Авелеву, но прославляет и добрые его дела, то есть, приятную жертву, которую он принес Богу: похваляет веру Еноха, но вместе превозносит и богоугодные его дела; похваляет веру Ноеву, но купно спохваляет и подвиг его о устроении ковчега; похваляет веру и величает чудеса, но воспевает и их геройские подвиги, и превозносит их страдания. «Инии», говорит Писание, «избиении быша, друзии же руганием и ранами искушение прияша, еще же и узами и темницею: камением побиени быша, претрени быша, искушени быша, убийством меча умроша: проидоша в милотях и в козиях кожах, лишени, скорбяще, озлоблении, в пустынях скитающеся, и в горах, и в вертепах, и в пропастех земных» (Евр.11:35-38). Из сего убо ясно видите, что спасительная вера есть соединена с добрыми делами. Единая без дел вера мертва есть и недействительна. «Якоже бо тело», говорит брат Господа, «без духа мертво есть: тако и вера без дел мертва есть» (Иак.2:26).

Христианине! ты хвалишься, что веруешь: но какая тебе польза, если творишь дела беззаконные? И беси веруют и трепещут, но бесполезно. Ты веришь, что Бог предал десять заповедей, и что нарушивший едину из оных, без сомнения, накажется, — потом во весь почти день бесстрашно и неудержно презираешь каждую заповедь: как же воспользует тебе вера твоя? Ты веришь, что Бог повелел, чтобы Его любить от всея души, сердца и помышления, и ближнего своего якоже самого себя (Мф.22:37), — но потом нарушением закона презираешь Бога, и ближнего твоего всячески притесняешь и обижаешь: какая убо польза тебе из веры твоей? Ты веришь, что если не отпустишь согрешения человеком, не отпустит тебе и Бог твоих (Мф.6:15), но сам за малейший брата твоего проступок ищешь мщения и суда; веришь, что Бог тебе повелевает любить врагов твоих, но сам ненавидишь их и гонишь даже до смерти (Мф.5:44): что ж убо пользы тебе в вере твоей? Ты веришь, что Бог тебе научает, говоря: «научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем» (Мф.11:29), — сам же вспыльчивым и гордым бываешь; какая убо польза тебе в вере твоей? Нищий предстоит в лице Христовом, и если что сотворишь нищему, Самому сотворишь Богу: «понеже сотвористе единому сих братий Моих меньших, Мне сотвористе» (Мф.25:40): веришь ли сему? Так воистину. Однако когда видишь нищего, тогда же лице твое отвращаешь от него. Видишь нищего, но вместо милостыни, отягощаешь его злословиями: что ж тебе пользы в вере твоей? Веришь, что тебя ждет другая жизнь вечная (Мф.25:46), но однако живешь как Епикур, и душою умерый: какую убо пользу доставит тебе вера твоя? Веришь, что приидет день, в который Господь сядет на престоле славы Своей судити землю, судити вселенную, и что сотворившие добрые дела пойдут в жизнь вечную, грешившие же в муку вечную (Мф.25:31). но однако о добродетели всеконечно нерадишь, всякий же грех охотно содеваешь: какая польза тебе в вере твоей? Не спасает таковая вера человека. «Еда может”, свидетельствует Иаков, «вера спасти его?» (Иак.2:14) Таковая вера есть мертвая и недовольная. поелику вера силу и совершенство свое заемлет от добрых дел. «Видиши ли», свидетельствует сей Апостол о Аврааме, «яко вера поспешествоваше делом его, и от дел совершися вера?» (Иак.2:22) Богодухновенное поистине и премудрейшее учение! Вера вспомоществует нам делать добрые дела, а добрые дела способствуют к совершенству веры.

Братие! мы ниже, яко Апостолы, видели Господа нашего Иисуса Христа, ниже, якоже Фома, осязали ребра Его: мы слышали точию Евангельское учение, и уверовали, что Он есть Сын Божий и Избавитель мира. Господь ублажает невидевших и веровавших. «Блажени», говорит Он, «не видевшии, и веровавше» (Ин.20:29). Посмотрим убо на себя: достойны ли мы такового блаженства? Находимся ли блаженными, не видевшии и веровавше? Поистине тако, если вера наша есть вера деятельная, вера любовию споспешествуемая, вера, вспомоществующая творению добрых дел, вера, наконец, добрыми делами совершаемая. Вы имеете веру, по милости и благодати Божией, православную и истинную; присоедините убо к оной Боголюбезные добродетели, и тако будете блаженны. «Прочее же», возлюбленная «братие моя, елика суть истинна», возвещает нам Богоглаголивый Апостол, «елика честна, елика праведна, елика пречиста, елика прелюбезна, елика доброхвальна, аще кая добродетель и аще кая похвала, сия помышляйте: имже и научистеся и приясте, и слышасте и видесте во мне, сия творите, и Бог мира будет с вами» (Флп.4:8-9). Аминь.

2.1. В неделю Антипасхи или Фомину толкование на Апостол из Деяний Апостольских, (Деян.5:12-20)

Нравственные дела, подобно как и физические вещи, ежели при самом начале встретятся им великие препятствия, теряют свою силу и не имеют успеха. Идолопоклонство не возросло бы до толикой силы, не распространилось бы в толикой многочисленности по всей вселенной, если бы при самом рождении его поставлены были ему препятствия, если бы в самом начале кто-нибудь осмелился восстать против него. Да и всякая другая ересь и заблуждение распространились на многие роды потому, что там, где они в первых появились, ни один не восстал против них, чтобы в самом начале их истребить. Посему, когда видим, что при самом начале какого-нибудь дела многие восстают против него сильные враги, властные, мощные, имеющие всякую власть упразднить оное, и всячески старающиеся его ослабить и уничтожить, производители же оного суть немногие, бедные, бессильные, простого и низкого рода люди, но дело их не останавливается, и не уничтожается, а от часу усиливается, возрастает и умножается, то что иное отсюда необходимо заключить должны, разве то, что не естества и не произволения сила, но сила Божеская производит дело оное, управляет и благоустрояет? И сие-то есть похваление и слава Христианской веры, сие преизбыточно доказывает, что вера во Христа Богонаученная, Богопреданная и Боговозращенная. Восстают против дела Христианской проповеди в самом оного начала Архиереи, Князи, Игемоны, целые сонмища, и всеми силами стараются не только воспрепятствовать оному, но и совершенно то истребить. Делатели же, то есть проповедники веры суть дванадесять рыбарей, люди простые, некнижные, безоружные и бедные; но дело Евангельской проповеди будучи гонимо, благопоспешествуется; будучи воюемо возрастает, и в короткое расстояние времени размножается и распространяется по родам, племенам, народам и языкам: преодолевает вера все препятствия, побеждает восстающие на оную брани, и проповедуется во всей вселенной. Что сие иное есть, разве сила Вышнего? «Десница Господня вознесе мя, десница Господня сотвори силу» (Пс.117:16); «вера ваша возвещается во всем мире» (Рим.1:8). В сем удостоверяет нас ныне чтенное Апостольское деяние: обратим внимание к оному.

Деян.5:12. Во дни оны руками Апостольскими Быша знамения и чудеса в людех многа: и бяху единодушно вси в притворе Соломони.

Убо иное суть знамения, иное чудеса или дивные происшествия. Чудеса суть знамения, чудеса суть и дивные происшествия: и хотя знамения и дивные дела, или происшествия берутся часто в Священном Писании за одно: однако известно, что собственно и будучи взяты сами по себе, дивные дела, суть чудеса, причиняющие страх и ужас: ибо дивное дело означает нечто страшное: знамения же суть чудеса, производящие удивление и благотворение. Таким образом, Пророк Иоиль говоря: «И дам чудеса на небеси» горе, «и» знамения «на земли” низу, описует потом знамения сими словами: «кровь и огнь и курение дыма» (Иоил.2:30). Каковые знамения суть знамения удивления благопокорности, поелику они предозначали плоть и Божество Богочеловека и Духа Святого нашедшего на Приснодеву. А о прочих чудесах он пишет так: «солнце обратится во тьму, и луна в кровь, прежде неже приити дню Господню великому и просвещенному» (Иоил.2:31). Кто же скажет, чтобы сие было весьма страшно и ужасно? Сам Господь наш, говоря о знамениях, дал нам уразуметь, что знамения приводят нас и в удивление, и вместе суть для нас благотворны. «Знамения же», сказал он, «веровавшим сия последуют: именем Моим бесы ижденут: языки возглаголют новы: змия возмут: аще и что смертно испиют, не вредит их: на недужныя руки возложат, и здрави будут» (Мк.16:17-18). Богоносные Апостолы творили и чудеса и знамения: к чудесам должно отнести нечаянную и насильственную смерть Анании и Сапфиры, которая произвела страх великий не только в видевших, но и слышавших о сем (Деян.5:5); также — ослепление волхва Еллимы (ДеяиЛЗЛ); а к знамениям исцеление больных, изгнание нечистых духов, воскресение мертвых и прочие благотворительные их чудодеяния, о которых Божественный историк возвещает нам.

Что же такое есть притвор Соломонов, и для чего все Апостолы единодушно, то есть, вкупе, с единым и тем же намерением в оной собираясь творили там чудеса? Притвор Соломонов был некое преддверие храма оного, или так сказать паперть, как то видно из десятой главы Деяний Апостольских. Находился же он вне храма Соломонова, на стороне врат называвшихся красными. Сей притвор на греческом языке назывался по истолкованию на языке нашем, стояло, потому, что он один только устоял, или остался, от всего здания Соломонова храма, который Навуходоносор разорил, а Кир Персидский возобновил (4Цар.25; 1Ездр.5:13). поелику же притвор сей был весьма пространен, и мог вмещать в себе великое множество народа: то Апостолы все купно и собирались туда для того, чтобы учить там народ (См. кн. 15, ст. 14. и кн. 20, гл. 8, древ. Иосиф.)

Деян.5:13-14. От прочих же никтоже смеяше прилеплятися им, но величаху их людие: Паче же прилагахуся верующии Господеви, множество мужей же и жен.

Когда Апостол Петр обличил в святотатстве Ананию и Сапфиру, когда они оба тот же час пали мертвы пред ногами его: тогда сердце народа, все сие слышавшего и видевшего, поражено было великим страхом и трепетом. Почему «никтоже от прочих», то есть, от неверовавших, «смеяше», говорит священный историк, «прилеплятися им», то есть, приближаться к ним, с намерением оскорбить их: но все «людие их величаху», то есть, великое имели к ним уважение, и многими хвалами увенчали их. Притом не только народ их величал, но еще множество мужей и жен уверовали в Господа нашего Иисуса Христа, и число верующих в Него собою преумножили. Приметить должно, что слова «и бяху единодушно вси» даже до сих слов «мужей же и жен» вложены между прочими, а что далее говорится, то прямо следует после оных слов: «быша знамения и чудеса в людех многа».

Деян.5:15-16. Яко и на стогны износити недужныя, и полагати на постелях и на одрех, да грядущу Петру поне сень его осенит некоего от них. Схождашеся же и множество от окрестных градов во Иерусалим, приносяще недужныя и страждущыя от дух нечистых, иже исцелевахуся вси.

Толики знамения и чудеса руками Апостольскими совершаемы были, что народ видя оные, немощных своих, положив на постели и одры, выносили на большие дороги, и там полагали, дабы хотя тень Петрова, когда он будет проходить путем тем, которого-нибудь из них коснулась. Отсюда видно, что и самая тень Петрова немощных исцеляла: иначе не для чего было бы выносить их на дороги. Вот исполнение слов Спасителя нашего: «веруяй в Мя, дела, яже Аз творю, и той сотворит, и больша сих сотворит» (Ин.14:12). Христос кровоточивую жену и больных немощных, во стране Геннисаретской обитающих исцелил не тению Своею, но краем ризы (Лк.8:44; Мф.14:36); а Петр врачевал лежащих на постелях и одрах не ризою, но единою тению своею. Ежели убо тень Петрова имела от Бога данную целительную благодать, то много паче кости его и мощи других святых. Безрассудно убо некоторые под видом благочестия осуждают православных в том, что они чтут мощи святых, что мощи сии могут силою Христовою исцелять болезни, и другие совершать чудеса. Видите же, что чудеса Апостольские толико славными тогда соделались, что и из окрестных стран Иерусалима приносили множество немощных и страждущих от духов нечистых, и все получали исцеление немощей своих. «Иже исцелевахуся вси». Вот исполнение и сих слов Господних: «именем Моим бесы ижденут: на недужныя руки возложат и здрави будут» (Мк.16:17,18). Выслушайте же теперь и то, что по толиких Апостольских чудесах последовало.

Деян.5:17-18. Восстав же архиерей и вси, иже с ним, сущая ересь Саддукейская, исполнишася зависти, И возложиша руки своя на Апостолы, и послаша их в соблюдение общее.

Еретики Саддукеи были потому, что они говорили, якобы нет ни воскресения мертвых, ни духов, ни Ангелов (Деян.23:6,8). Число сих еретиков увеличилось до того, что одну часть сонмища Иудейского составляли они, а другую Фарисеи. поелику же Архиерей, в то время бывший, как думать надобно, Каиафа и все сущие с ним, последователи ереси Саддукейской услышали тогда, что Апостолы проповедуют воскресение Иисуса Христа из мертвых, и проповедь свою утверждали многими чудесами, а следовательно увидели, что ересь их, отвергающая воскресение из мертвых, изобличается яко ложная, напротив вера во Христа час от часу возрастает и усиливается: для того они воставше исполнились ревности, то есть, столь жарко вступились за свое учение, что дерзнули возложить на божественных оных Учителей беззаконные свои руки, «И емше их, послаша в соблюдение общее, то есть, заключили их в общенародную темицу». И сие сделали оные богоборцы с намерением, положить препоны истине Евангельской проповеди, и истребить веру во Христа.

Деян.5:19-20. Ангел же Господень нощию отверзе двери темницы, извед же их, рече: Идите, и ставше глаголите в церкви людем вся глаголы жизни сея.

Слышите ли, какая сила разрушила препоны Евангельской проповеди? Не сила Игемонов и князей, ниже дары и ходатайство, но сила единая всемогущего Бога. Безрассудный и злобный Иудейский Архиерей и сущие с ним нечестивые и еретичествующия власти Иудейского сонмища, желая прекратить успехи веры во Христа, заключают в темницу проповедников оной: но всемогущий Бог, хотя яко всеблагий распространить веру для спасения человеческого, посылает нощию с небеси Своего Ангела, который, отверзши темничные двери и изведши Апостолов, рек им: идите, в церковь, и тамо ставшее пред народом объясните ему. Глаголами жизни здесь Ангел назвал учение веры во Христа, так как и Петр: «Господи, к кому идем? Глаголы живота вечнаго имаши» (Ин.6:68). Учение же веры зовется глаголами жизни потому, что верующий и хранящий все то, чему глаголы оные учат, делается наследником вечной жизни и Царствия.

Беседа о Божественной, бесовской и о безрассудной ревности

Слышали ли вы, возлюбленная братия моя, что повествуется в ныне чтенном Апостольском деянии; в нем говорится, что Архиерей и сущие с ним начальники сонмища исполнишася зависти, то есть, ревности (Деян.5:17). Но что значит ревность, и какую ревность имели оные злые люди. Ревность, как самое имя ее показывает, означает горячность и рвение: и когда сердце наше горит любовию к Богу, тогда мы с великим жаром поборствуем по истине, правде, по законе Божием, и самом Боге: «ревнуя поревновах о Господе вседержителе», говорил Илия Фесвитянин (3Цар.19:10). Когда же сердце наше наполняют тлетворные страсти: тогда мы с горячностью защищаем ложь, неправду, дела диавольские и самого сатану. О таковой ревности брат Божий Иаков сказал следующее: «идеже бо зависть и рвение, ту нестроение и всяка зла вещь» (ибо где зависть и сварливость, там неустройство и всё худое) (Иак.3:16). И так, от благовонных дерев, когда зажжешь их, приятный происходит и запах, а от зловонных противный для обоняния: так и когда сердце наше горит Божественной любовию, тогда дела наши бывают добродетельные: когда же оно воспаляется страстьми, тогда дела наши бывают греховные. И так два суть рода ревности: одна Божественная, а другая демонская. Первая обитает в сердце людей добродетельных, а вторая в душе людей порочных.

Зол был и развращен Иудейский Архиерей тогдашний, начальники также Иудейского сонмища большею частию были еретики, люди лукавые и самые злейшие. Следовательно, сердца их исполнились ревности демонской. «Исполнишася зависти, ревности». Какие же были дела таковой их ревности? Они возлагают беззаконные свои руки, и заключают в темницу тех проповедников истины, тех светильников вселенной, те сосуды пресвятого Духа, те громогласные трубы спасения, и тех благотворителей человечества, ихже Бог, яко превысших всех людей на земли как верою, так и святостью жизни, избрал от мира, да и после сего не взирая на то, что всемогущий Бог извел сих Божественных учителей из темницы чрез Ангела своего, они, будучи возжигаемы бесовскою ревностию, представляют их в беззаконные свои судилища, дерзко поносят их, жестоко биют, и наконец с угрозами запрещают им проповедывать пресвятое имя Иисуса Христа, да тако весь род человеческий лишат спасения.

В истории всеславного Пророка Илии можно видеть действия и той и другой ревности. Там можно усмотреть, как ревность Божественная и бесовская между собою борются: слепая привязанность к своему заблуждению произвела в сердце Иезавели бесовскую ревность по идолопоклонстве: а святые деяния добродетели возродили в душе Пророка Илии Божественную ревность по благочестии. Иезавель развращает Ахаава, своего мужа и царя, исторгает из сердца его к истинному Богу почитание, и вместо того насадив в оном неистовствующее идолопоклонство, делает его орудием злых своих пожеланий: а Илия обличает Ахаава: «развращаеши», говорит ему, «не я смущаю Израиля, а ты и дом отца твоего, тем, что вы презрели повеления Господни и идете вслед Ваалам» (3Цар.18:18). Угрожает же Пророчески и Иезавели: «съедят», говорит, «псы тело Иезавели, и будет труп Иезавели на участке Изреельском, как навоз на поле, так что никто не скажет: это Иезавель» (4Цар.9:36, 37). Бесовская ревность Иезавели сооружает кумир Ваалу, и в дубраве идольские требища: она учреждает Пророков четыреста пятьдесят Вааловых и четыреста дубравных (3Цар.18:22), и готовит для них каждодневно пышную трапезу: она гонит и умерщвляет Пророков истинного Бога, мучит и развращает благочестивых до того, что почти всех отторгает от истинного Богослужения: ибо из многих тысячей тысяч оного народа осталось токмо семь тысяч, которые не преклонили колен своих пред Ваалом, и не поклонились ему яко Богу (3Цар.19:18). Но ополчается против всего того Божественная ревность Илии. Илия идет безбоязненно к Ахааву, возвестить ему Божескую казнь за нечестие народа. Илия, человече Божий! к Ахааву ли ты идешь? «Но он сотвори дубраву: и приложи творити прогневания, еже разгневати Господа Бога Израилева, и душу свою погубити: злодействова паче всех царей Израилевых бывших прежде его» (3Цар.16:33): а ты идешь к нему вещать именем Бога Израилева? Како не боишься? Како не страшишься ярости Иезавели, которая ищет души твоей? Божественная ревность есть дщерь совершенной любви: «совершенная же любы вон изгоняет страх» (1Ин.4:18): посему-то Илия ревнитель не малодушествует и ничего не страшится, но идет смело к Ахааву, и став пред ним, безбоязненно говорит ему: слыши, царю, я возвещаю тебе в присутствии Господа Бога сил, Бога Израилева живаго, которому я служу, что на земли сей три лета не будет дождя, ни росы, доколе наконец уста мои не воззовут о сем к истинному Богу: «жив Господь Бог сил, Бог Израилев, емуже предстою пред ним, аще будет в лета сия роса и дождь, точию от уст словесе моего» (3Цар.17:1, 5, 10). После сего святой Пророк сей удалился оттуда к потоку Хорафскому, а отсюда, когда источник сей иссяк, в Сарепту Сидонскую, и ожидал там как окончания трехлетия, так и исправления наказуемого народа.

Когда же исполнились три лета, а Ахаав с народом своим, хотя и был наказан бездождием, не обращался однако же к Богу, он пребывал в нечестии и поклонялся Ваалу: тогда Илия возвращается в Самарию, и предлагает Ахааву собрать всех Пророков студных, коих питает Иезавель: и когда сии собравшись пришли пред Илию, то он их обличил, к народу же сказал: дадите нам два вола, и пусть одного из них изберут ваши Пророки, и приготовят жертву свою, токмо да не возгнещают огня: потом и я тоже сделаю с другим волом. Призовите же вы, сказал он лжепророкам, богов ваших, и я призову имя Господа Бога моего, и кого Бог послушает, и пошлет с небеси огнь на жертву его, той Бог будет истинный Бог. Сие предложение всем было угодно: «и отвещаша вси людие и реша: добр глагол, егоже глагола» (3Цар.18:24). И так студные жрецы приготовили жертву, начали призывать Ваала, и призывали его от утра до полудне, резались ножами, и бились бичьми до пролития крови, но не бе гласа, ни послушания (3Цар.18:26). Тогда Илия сказал им: дадите мне место, да и аз принесу всесожжение мое: потом приготовив олтарь, возложил вола на дрова: но дабы не было какого-нибудь сомнения, и дабы более уверить зрителей в истине чудеси, повелел предстоящим троекратно лить воду на жертву им изготовленную, и на дрова: как же скоро вода разлилась вокруг всего олтаря, тогда он начал взывать и молить Бога с великим благоговением, да ниспошлет с небеси огнь на жертву, да тако люди познавши, яко он есть истинный Бог, обратятся к нему (3Цар.18:36). И как скоро он окончил молитву свою, то, о преславного чудесе! той же час «спаде огнь от Господа с небесе, и пояде всесожегаемая, и дрова, и воду, яже в мори4 и камение и персть полиза огнь» (3Цар.18:38). Тогда весь народ, видя сие велие чудо, пали ниц на землю и возопили гласом велиим: «воистину Господь Бог, той есть Бог» (3Цар.18:39). Тогда все обратились от нечестия к благочестию, тогда вскоре ниспал и великий дождь и напоил землю во всей стране той. Вот каким образом Божественная ревность преодолела и уничтожила дела ревности бесовской.

Многие суть поистине и досточудные дела ревности: но поелику различны суть виды ее: то потребно великое рассуждение, чтобы знать, какая ревность Богу благоприятна, и какая Ему противна. Кроме ревности Божественной, от любви к Богу происходящей, и бесовской, от пагубных страстей возгорающейся, есть еще и другая ревность, так называемая не по разуму: сия ревность, равно как и бесовская, бывает виною многих и великих беззаконий: таковую ревность имели Иудеи, как свидетельствует Павел: «свидетельствую бо им, яко ревность Божию имут, но не по разуму» (Рим. 10:2). Они не могли рассудить, что закон Моисеев свидетельствует о Иисусе Христе, и есть изряднейший пестун, руководствующий всех к вере во Христа: почему не веровали в Него, но гнали Его, и наконец распяли, посмевались же и воскресению Его из мертвых: «аще бо Быша разумели», глаголет тойже Апостол, «не Быша Господа славы распяли» (1Кор.2:8). Впрочем, ежели безрассудная ревность происходит не от страсти какой-либо, а от одного неведения: то она заслуживает некоторое извинение. Сие подтвердил и сам Спаситель мира, когда Он оправдывал своих распинателей пред Отцем Своим, и о них молился: «Отче, остави им: не ведят бо, что творят» (Лк.23:34).

Сия безрассудная ревность обладала некогда сердцем Апостола Павла: он, почитая добродетелью защищать отеческие предания, гнал чрезмерно церковь Христову, и всячески оскорблял оную. Вот собственное его признание: «Слышасте», говорит он, «мое житие иногда в жидовстве, яко попремногу гоних церковь Божию, и разрушах ю: и преспевах в жидовстве паче многих сверстник моих в роде моем, излиха ревнитель сый отеческих преданий» (Гал.1:13-14). Безрассудная ревность воспламеняет его сердце и помрачает ум: он делает церкви всякие оскорбления: соучаствует в побиении камением первомученика Стефана: рыкая на верующих, яко лютый лев, вбегает в домы их, влечет бесчеловечно под стражу мужей и жен, и заключает их в темницу. Пламень безрассудной сей ревности исполняет его духом прещения и убийства, и он просит у Иудейского Архиерея позволения отправиться в Дамаск, дабы всех, коих обрящет там, чтущих Иисуса Христа, связав привести во Иерусалим: Савл же еще дыхая прещением «и убийством на ученики Господни, приступль ко Архиерею, испроси от него послания в Дамаск к соборищем, яко да аще некия обрящет того пути сущия, мужи же и жены, связаны приведет во Иерусалим» (Деян.9:1-2). Впрочем сей хулитель и гонитель церкви помилован: «но помилован бых, яко неведый сотворих в неверствии» (1Тим.1:13).

Сия безрассудная ревность нередко берет владычество над сердцами многих. Один ревнителен, но вместе и несведущ в догматах веры и законах Божиих. поелику же имеет ревность, а рассуждения не имеет: то дерзновенно учит других тому, что касается до веры и нравов, но вместо пользы причиняет вред: ибо вместо правых догматов, проповедует странные учения, и вместо законов Божиих, посевает пустые суеверства. Другой имеет ревность, но не по разуму: ибо предпринимает дело исправления без всякого рассуждения, то есть, или с чрезмерною строгостью, или без рассмотрения обстоятельств, или без надлежащего искусства. Почему вместо исправления часто производит ненависть между родственниками и друзьями, соблазны между родителями и чадами их, и несогласие между супругами. Всякий Христианин, по Апостольской заповеди, должен пребывать в пределах своего чина и звания: «Кийждо в звании, в немже призван бысть, в том да пребывает» (1Кор.7:20). Но безрассудная ревность, объяв человека, выводит его из пределов своего чина и звания. Посему-то подчиненный восстает против своего начальника, народ не слушает иерея, сын не почитает отца, раб не повинуется господину, и подданный идет против своего владельца. А от сего неповиновения кто может исчислить, коликие происходят бесчиния, мятежи и злодейства? Безрассудная ревность многократно была виною браней и убийств, была виною возмущения градов и других бесчисленных злоключений.

Ревность в Апостоле Павле была прежде поистине нерассудительная, но ревность однако простая и чуждая всякой страсти: почему сердцеведец Бог, рассеяв душевный мрак его, и просветив ум его божественным своим светом, пременил нерассудительную его ревность в рассудительную, мудрую и Божественную: сею-то ревностию будучи он воодушевляем, совершил преславные деяния добродетели, превышающие силы человеческие. А наша ревность есть не только безрассудная, но и основанная на одних страстях. Ее источник, откуда проистекает она, есть или гордость, или зависть, или честолюбие: она только кажется ревностию, а в самом деле есть какая-нибудь постыдная и пагубная страсть: ревнуем, но часто для того, чтобы прославиться между людьми. Ревность бесстрастная заслуживает извинение, хотя она бывает и не по разуму: страстная же неизвинительна.

Но как можно узнать, какая ревность есть Божественная и какая бесовская, какая рассудительная, и какая безрассудная? Сие узнать нелегко: ибо и страсти помрачают ум наш, и самолюбие нас обманывает, и сатана преобразуясь во Ангела светла представляет уму нашему порок в виде добродетели, а добродетель в виде порока (2Кор.11:14). Для сего Богодухновенный Павел повелевает нам со вниманием рассматривать каждое дело, и, когда усмотрим, что предприемлемое нами есть дело доброе, тогда уже избирать его и делать: «Вся искушающе, добрая держите» (1Сол.5:21). Общее же правило в рассуждении искушения сего, то есть, в рассуждении рассматривания вещей, дал нам сам Господь всяческих: «от плода бо», рек Он, «древо познано будет» (Мф.12:33). Искушайте убо ревность вашу исследованием плодов ее: и ежели увидите, что плоды ее суть любовь, правда, послушание, благоустроение, исполнение Божественных законов и душевное исправление: то ревность ваша есть ревность Божественная, есть ревность по разуму. Ежели ж напротив увидите, что плоды ее суть несогласие, неправда, неповиновение, бесчиние, нарушение Божественных законов и душевная погибель: то ревность ваша есть ревность бесовская, безрассудная и страстная.

Возлюбленная братия! ревность по Бозе есть плод совершенной любви к Богу: никто другой не имеет ее, разве любящий Бога всею душою, всем сердцем, всею крепостию и всем помышлением: посему-то она есть великая добродетель и виновница многих других и великих добродетелей. Все Апостольские подвиги, все мученические страдания, все добродетели святых учителей, все труды преподобных отцев суть плодотворения Божественной ревности. Блажен убо тот, кто приобрел великое сокровище сея ревности. Ревность же бесовская, равно как и безрассудная, есть источник многих и великих беззаконий. Отсюда проистекли толикие гонения на Христианство, толикие мучения от тиранов, убийства от еретиков, нападения, злоковарства, и соблазны. Окаянен и беден тот человек, которого обдержит ревность или бесовская, или не по разуму. Внемлите убо, братие, и со всяким тщанием искушайте вашу ревность, да не соделаете греха вместо добродетели, и да не стяжете для души вашей вместо спасения вечную муку: «вся искушающе, добрая держите» (1Сол.5:21).

3. В неделю жен Мироносиц (3-я Неделя по Пасхе) толкование на Евангелие от Марка (Мк.15:43-16:8)

Телесное погребение и из мертвых воскресение Господа нашего Иисуса Христа два суть члена православной нашей веры. О сих двух некоторые Пророки писанием предвозвестили, но знамение или прообразование Ионино на самом деле предобъявило. Великий кит, поглотивший Иону, означал ненасытную смерть, которая коснулась и Самого Безгрешного; чрево китово — гроб, в нем же погребено живоносное Господа нашего Тело, а потопление во глубине морстей — схождение Спасителя нашего во ад. Вышел Иона по триех днях из чрева китова, да изобразит, что по триех днях воскреснет из мертвых и единородный Сын Божий. Но когда знамение сие со Ионою случилось, оно было неизвестно и неудобоистолковательно; когда же Сын Божий пришел в мир, то изъяснил оное и истолковал, говоря: «якоже бо бе Иона во чреве китове три дни и три нощи, тако будет и Сын человеческий в сердцы земли три дни и три нощи» (Мф.12:40). О сем же погребении и воскресении и Богоглаголивый Апостол пишет в послании к Коринфянам: «предах бо вам исперва, еже и приях, яко Христос умре грех ради наших по писанием, и яко погребен бысть, и яко воста в третий день по писанием» (1Кор.15:3). И Соборная и Апостольская Христова Церковь в четвертом члене Символа веры поучает так: «Распятаго же за ны при Понтийстем Пилате, и страдавша и погребена»; потом в следующем пятом члене: «и воскресшаго в третий день по писанием». Сего погребения и воскресения происшествие со всеми обстоятельствами описывает нынешнее Евангелие, упоминая купно о благочестии чудного Иосифа, и святых жен Мироносиц. Два посему члена веры и два примера благочестия содержит ныне чтенная Евангельская история. Учение о членах веры необходимо нужно к вечному спасению: пример же благочестия премного душеполезен. Первое, научая нас, когда, как, где и от кого был погребен Господь наш, также свидетельствует, каким образом и кем воскресение Его было познано и засвидетельствовано, укрепляет нас во истине веры; слышание же о благочестивых делах упомянутых святых поощряет к преуспеянию в добродетели.

Мк.15:43. Во время оно, прииде Иосиф, иже от Аримафеа, благообразен советник, иже и той бе чая царствия Божия: дерзнув вниде к Пилату, и проси тело Иисусово.

Поелику треблаженный Иосиф сподобился погребсти тело Господне, Евангелисты же о нем ни на одном другом месте не писали: посему здесь все, что до него касается, подробно они нам показали. И во-первых, имя его Иосиф, отечество же от Аримафеа, то есть, житель Аримафейский, — которое место отечество было Пророка Самуила; нравом благообразен, то есть, честен и благоговеен, якоже и Богоглаголивый Лука вместо благообразен говорит: «муж благ и праведен» (Лк.23:50); достоинство его — советник, то есть, в совете находившийся, един от старейшин, отправлявший сию должность, — надсматривал и отправлял дела судебные. О богатстве его засвидетельствовал Матфей, говоря: «прииде человек богат от Аримафеа, именем Иосиф» (Мф.27:57). А какая его была вера, объявил Марко, пиша: «иже и той бе чая царствия Божия», то есть, был истинный и льсти непричастный Израильтянин, чающий пришествия Мессии. Матфей же называет его учеником Господним: «иже и той учися у Иисуса» (Мф.27:57). Равно и Иоанн: «Иосиф, иже от Аримафеа, сый ученик Иисусов, потаен же страха ради Иудейска» (Ин.19:38). Все же, что касается до Иосифа, Богодухновенные Евангелисты показали не ради другой причины, разве только для уверения и утверждения в повествуемой ими истине. Сей убо Иосиф дерзнул и, вшед к Пилату, испросил тело Иисуса Христа, да оное погребет. Но для чего ж сказано «дерзнул»? Ибо, в самом деле, дерзость была просить мертвого тела единого из распятых, осужденника, чтобы то погребсти с великолепием и честию; дерзость, когда хотел почтить Того, Коему все Иудеи поругались, презрели Его и осудили на крестную смерть; а он, сый ученик Христов, потаенный страха ради Иудейска, быв великодушен, отвергнул тогда страх и оттряс всякую робость, показал себя учеником Иисуса Христа и, дерзнув, просил у Пилата тело Учителя своего.

Мк.15:44. Пилат же дивися, аще уже умре: и призвав сотника, вопроси его: аще уже умре?

Удивился Пилат, слыша от Иосифа, что Христос умер; не поверил словам Иосифовым; почему призывает сотника, то есть стоначальника, и вопрошает его: аще уже, то есть, давно ли Христос умер? Не без причины же и праведно Пилат удивлялся: ибо Христос был распят около шестого часа. «Бе же пяток Пасце», пишет Иоанн, «час же яко шестый: тогда убо предаде Его им, да распнется» (Ин.19:14,16). В девятом же часе умер (Мф.27:46); то же, что говорит Евангелист Марко: «бе же час третий, и распяша Его» (Мк.15:25), нимало не противоречит писанию Иоаннову. Согласны между собою Богодухновенные Евангелисты: но Марко означил тот час, в который Пилат решил, да пропнут Христа, а Иоанн — тот, в который был распят. Так свидетельствует Богоносец Игнатий, говоря: «в пяток убо в третьем часу решение прия от Пилата, Богу Отцу соизволяющу: в шестый час был распят, в девятый и.здттте» (в послан. к Трул.). Удивился убо Пилат, что по трех часах Христос на кресте умер. Человек юный и здоровый мог живым быть на древе крестном гораздо долее, как видно на двух разбойниках, с Ним сраспятых. Удивился, ибо не верил, что Сей по Своей силе и власти, яко Сын Божий, восхотев, предал Богу Отцу Божественную Свою душу, возопив гласом великим и рек: «Отче, в руце Твои предаю дух Мой»! (Лк.23:46)

Мк.15:45-46. И увидев от сотника, даде тело Иосифови. И купив плащаницу, и снем Его, обвит плащаницею, и положи Его во гроб, иже бе изсечен от камене: и привали камень над двери гроба.

Когда известился Пилат от сотника, что Иисус Христос умер, повелел отдать живомертвое Его тело Иосифу: Иосиф же, купив плащаницу, снял тело со креста, обвил оное плащаницею, положил во гроб каменный, и возвалив камень, затворил двери гроба. Так о сем свидетельствует Евангелист Марко: но Иоанн и о других достопамятных упоминает обстоятельствах, о коих Марко не упомянул. Первое: что на погребение Господне приходил еще и Никодим, «нося смешение смирнено и алойно, яко литр сто» (Ин.19:39). Второе: что ароматами помазали, и ризами, то есть льняным платьем, обвили тело Его по обычаю, каковой наблюдали Иудеи при погребении мертвых. Третье: что на том месте, где был Господь погребен, находился вертоград, и в вертограде гроб, в котором николиже никтоже был положен, и что в том самом гробе погребли тело Иисуса Христа. Но Матфей и другой еще достопримечательный не упустил случай, а именно, что Иудеи, опасаясь, да не украден будет, запечатали по повелению Пилата гроб Господень и поставили на стражу царских воинов. Все сие было по Божию строению, а Богодухновенными Евангелистами для уверения и убеждения о воскресении Христовом из мертвых обстоятельно описано. Ибо великий камень, возваленный над дверьми гроба, заключал непреодолимую трудность в рассуждении кражи. Стража воинская представляла великий и бесподобный страх: новый гроб, в котором никто никогда не был положен, заградил уста лжесвидетелей. Смирна и алой, возлитые на ризы, и сударь на всенепорочном Спасителя теле, отдалили всякое в краже подозрение. Посему, кто может поверить, якобы приходившие красть обманули бдящих со всевозможным старанием и стрегущих воинов, отвалили великий камень от двери гроба и будто, вшед туда, успели обнажить тело от обвитых риз и сударя, что все обрел Петр, когда пришел к гробу? (Ин.20:6-7) По Божиему убо строению с толикою строгостию было погребено живоносное тело Господа Иисуса.

Мк.15:47. Мариа же Магдалина и Мариа Иосиева зрясте, где Его полагаху.

Мария Магдалина есть та самая, из неяже Господь изгнал седмь бесов. Магдалиною же называлась, так как была жительница веси, называемой Магдала (Мк.16:9). Чрез Марию же Иосиеву иные разумеют Пресвятую Богородицу, Которую и Мариею Иаковлевою сей Евангелист Марко потом называет (Злат. и Феофил.); ибо Иосиф обручник с первою своею женою, двух имел сынов, Иосию и Иакова. Почему Святая Богородица, якоже женою нарицается Иосифа, ради обручения: тако равно и материю того сыновей. Иосия же и Иаков были Иудеям известные и знаменитые, как видно: и под сим именем, то есть, Мария Иосиева и Иаковля, знаема была ими Пресвятая Богородица; чего для таким образом и назвали Оную Евангелисты Марко и Матфей. Но иные Марию Иосиеву разумеют сестру Пресвятой Богородицы и жену Клеопову, ссылаясь на слова наперсного Иоанна (Калм. в глав. 27, 51): «стояху же при кресте Иисусове Мати Его, и сестра Матере Его Мариа Клеопова» (Ин.19:25). И так сии две Марии и с другими женами, как повествует священный Лука, «яже бяху пришли с Ним от Галилеи, видеша гроб, и яко положено бысть тело Его» (Лк.23:55): то есть, примечали то место, где погребен был Господь с тем намерением, да принесут миро, и помажут Его.

Мк.16:1. И минувшей субботе, Мариа Магдалина и Мариа Иаковля и Саломиа купиша ароматы, да пришедше помажут Иисуса.

Когда прошел день субботний, Мария Магдалина и Мария Иаковля и Саломия, то есть, матерь сынов Зеведеевых, купили ароматы, да приидут ко гробу и помажут тело Господне. Но Лука о сем так пишет: «и день бе пяток, и суббота светаше. Во след же шедшия жены, яже бяху пришли с Ним от Галилеи, видеша гроб, и яко положено бысть тело Его, возвращшеся же уготоваша ароматы, и миро: и в субботу убо умолчаша по заповеди. Во едину же от суббот» и проч. (Лк.23:54-56, 24:1). Почему по писанию Луки видно, что жены Мироносицы в пяток, а не по прошествии субботы, купили ароматы: но знай, что Лука говорит, что суббота светаше, то есть, был светозарный свет субботы, когда сии жены последовали за Иосифом, да видят гроб, в котором был погребен Христос. Потом, возвратившись оттуда, уготовали ароматы и миро; следовательно, пока они ходили в вертоград, пока погребали тело Господне и паки возвращались во Иерусалим и зашли купить мира, прошел почти весь день субботний. Кроме же сего Лука говорит: «заготовиша», Марко же — «купиша». И посему вероятно, что в пяток в ночи, при наступлении субботнего дня, на рассвете, — и «суббота светаше», — приходили святые жены к продающим, и заготовили, то есть сторговали, а не купили: или потому, что не имели в готовности денег, или потому, что начиналась суббота, в которую закон всякое дело запрещал. Почему когда прошла суббота, пришли за заготовленными ароматами и купили оные, как священный повествует Марко. Не зная же святые жены, что Христос из мертвых воскреснет, по любви к Нему и усердию желали помазать тело Его миром и ароматами как для того, чтобы тогдашний исполнить обычай, так и для того, чтобы сохранить тело Господне не только благовонным, но и нетленным.

Мк.16:2. И зело заутра во едину от суббот приидоша на гроб, возсиявшу солнцу.

Сие: «зело заутра во едину от суббот», и Евангелиста Матфея: «в вечер же субботный, свитающи во едину от суббот» (Мф.28:1), и Луки: «во едину же от суббот зело рано» (Лк.24:1), и Иоанна: «во едину же от суббот, еще сущей тме» (Ин.20:1), — во всем есть сходно. Ибо Иудеи субботами или субботою называли неделю или седмицу: почему единоустно показывают нам Евангелисты, что во едину от суббот, то есть, в первый день недели, то есть в воскресение, заутра пришли Мироносицы жены на гроб Господень. Но следующее, то есть: «возсиявшу солнцу» (что значит — по восхождении солнца), кажется, заключает нечто несходное с словами прочих Евангелистов. Ибо Матфей говорит: «в вечер субботний свитающи», то есть, в начале лучезарного света воскресного дня; Лука же, «зело рано”: а Иоанн — «еще сущей тме»2). Да и в самых предложенных словах Марка видится противоречие. Ибо он прежде сказал, «зело заутра», потом — «возсиявшу солнцу». Убо сии три Евангелиста не говорят ли о иных женах, ходивших в разное время на гроб? Или сии три Евангелиста не означили ли единое токмо то время, в которое сии жены собирались идти ко гробу? Марко же и о двукратном упомянул времени: и о том, в которое они намеревались идти, для того и сказал — «зело заутра»; и о том, в которое они пришли уже ко гробу, то есть, по восхождении солнца. Если прибегнешь к иносказанию, то удобнейшее сего недоумения решение получишь, которое соглашает Марка и с собою, и с прочими Евангелистами. «Солнцем» Божественное Писание называет Господа Иисуса Христа. «Не зрите мене», — вопиет невеста песненная, то есть благочестивая душа, — «яко аз есмь очернена, яко опали мя солнце» (Песн.1:5). «Возсияет», говорит пророк Малахия, «боящимся имене Моего солнце правды» (Мал.4:2). «И знамение велие», вещает возлегий на персях Иоанн, — «явися на небеси: жена», то есть Церковь, «облечена в солнце» (Апок.12:1), то есть во Христа. Жены же Мироносицы по воскресении Иисуса Христа приходили на гроб. Ибо сказал им Ангел: «воста, несть зде» (Мф.28:6). И так, вот весь смысл предложенных Евангельских слов: в воскресный день зело заутра, когда Солнце правды Иисус Христос, из мертвых воскресши и от гроба исшедши, воссиял миру, пришли жены Мироносицы на гроб.

Мк.16:3. И глаголаху к себе: кто отвалит нам камень от дверий гроба?

Пришли ко гробу честнейшие жены, да помажут тело Господа Иисуса. поелику же камень, лежащий на двери гроба, был весьма велик, как ниже говорит Евангелист, сии же жены были слабы и немощны; посему не неприлично заботились и праведно одна с другою на пути беседовали: кто нам может отвалить камень от дверей гроба, да туда вшедши, помажем тело Господа Иисуса? «Кто отвалит нам камень от дверий гроба?»

Мк.16:4. И воззревше, видеша, яко отвален бе камень: бе бо велий зело.

Евангелист Марко упоминает об отвалении камня, но каким образом был отвален, умалчивает: ибо вместо его о сем известил Богоглаголивый Матфей, пиша: «и се трус бе велий: Ангел бо Господень сшед с небесе, приступль отвали камень от дверий гроба» (Мф.28:2).

Мк.16:5. И вшедше во гроб, видеша юношу седяща в десных, одеяна во одежду белу, и ужасошася.

В сем, кажется, паки не согласуют Божественные Евангелисты. Ибо Марко пишет, что «вшедше во гроб видеша юношу», то есть, Ангела во образе юноши, «седяща в десных гроба»; но Матфей, что тот сидел на камне: «отвали», говорит, «камень от дверий, и седяше на нем» (Мф.28:2). Ради чего некоторые утверждали, что будто иные были жены, упоминаемые Матфеем, а иные Марком, и что было два видения, и в разное время, и будто Мария Магдалина в обоих сих случаях находилась3. Однако вероятно, что оба Евангелиста о тех же женах упоминают и об одном и том же видении. Те же жены прежде видели Ангела на камне сидящего, и о сем повествует Матфей, и после тот же Ангел, яко путеводствуяй, вшел во гроб, куда и жены вшедше, видели его в десных гроба сидящего, и сие показывает Марко, так как от Матфея умолчанное. Подобно и о тех же женах, кажется, упоминает и Лука, хотя и говорит, что «два мужа стаста пред ними», и один из них говорил: «помяните, якоже глагола вам еще сый в Галилеи», и проч. (Лк.24:4,6). Ибо хотя два являлись Ангела, но Матфей и Марко единого только представляют, то есть, с женами беседовавшего: Лука же и другого, но не беседовавшего. поелику же Лука писал Евангелие после Матфея и Марка, то о каких словах Ангельских те умолчали, сей о тех упомянул и дополнил.

Правильно же ужаснулись и изумились сии треблаженные жены. Видели великий камень, отваленный от гроба, видели лице Ангельское яко звезду сияющую, и одеяние его белое яко снег; видели гроб пустой, то есть, без тела Господня; видели дела вероятие превышающие, слышали благовествование, удивления достойное. Посему страх их объял и исступление.

Мк.16:6. Он же глагола им: не ужасайтеся. Иисуса ищете Назарянина распятаго? воста, несть зде: се место, идеже положиша Его.

Успокоил Ангел смущающийся их дух: не смущайтесь, говорит; не беспокойтесь, не ужасайтесь. поелику же при страхе и изумлении забвение рождается, сделались они изумленными и непомнящими; для того, во-первых, им напоминает о искомом: вы, говорит, «ищете Иисуса Назарянина распятого»; но Его нет зде, восстал. Потом, чтобы зримое не почли за привидение, уверяет: «се место, идеже положиша Его». Место пустое, где уже нет тела Иисусова. Ибо Он воскрес из мертвых.

Мк.16:7. Но идите, рцыте учеником Его и Петрови, яко варяет вы в Галилеи: тамо Его видите, якоже рече вам.

Проповедниками воскресения посылает Ангел святых жен. «Идите», говорит, «рцыте учеником и Петрови». Для чего ж о Петре именно упоминает? Для того, что Петр, трижды отрекшись Иисуса Христа, ниспал из лика и чина учеников. Ежели бы Ангел не упомянул именно о Петре, но только бы сказал так: «рцыте учеником»; жены и сказали бы слова Ангельские Апостолам. Петр же ведая, что он чужд сделался Апостольской благодати, подумал бы, что не к нему сия проповедь; почему ниже в Галилею пошел бы с прочими Апостолами. Того для убо Ангел именно о Петре упомянул, да и он, слыша сие от Мироносиц, подкрепится и уверится, что ради горьких его слез призывает его Господь паки в сан Апостольства. Что самое случилось, когда Богочеловек чрез трикратное вопрошение о любви исправил то трикратное его отвержение. Почему ж Ангел чрез жен посылает учеников в Галилею, и обещает им, что там узрят Господа, подобно как и Сам Христос воскресший из мертвых заповедал им, говоря: «идите возвестите братии Моей, да идут в Галилею, и ту Мя видят»? (Мф.28:10) Господь явился ученикам во Иерусалиме в тот же самый день, в который воскрес. «Сущу же позде, в день той во едину от суббот, и дверем затворенным, идеже бяху ученицы Его собрани страха ради Иудейска, прииде Иисус и ста посреде, и глагола им: мир вам» (Ин.20:19, 26). И паки, по осьми днях, уже при Фоме, там же ученикам Своим явился. Почему же паки, скажете, явление именно в Галилеи и Ангел и Господь провозвестили? Для того, что сие явление в Галилеи пред другими было очевиднейшее и славнейшее. Тамо воскресший Христос явился не в доме, дверем затворенным сущим, но на горе, дерзновенно и очевидно. Тамо ученики видевше Его, поклонишася; тамо Иисус с великою откровенностию объявил им данную Ему Отцем власть: «дадеся Ми”, говоря, «всяка власть на небеси и на земли» (Мф.28:17-18). Оттоль послал их во всю вселенную, да проповедуют Евангелие всякой твари. И оттоле пребывал являясь им, «и глаголя, яже о царствии Божии» (Деян.1:3), и сожительствуя с ними. Знай же, что ни Ангел не сказал, что тамо токмо Его узрят, ниже Господь, тамо точию «Мя узрите». Убо явился Христос прежде явления Своего в Галилеи ученикам Своим во Иерусалиме, «идеже беша собраны», да поскорее обрадует их смущенное сердце, и да веруют без сомнения в Его из мертвых воскресение.

Мк.16:8. И изтттедттте, бежаша от гроба: имяше же их трепет и ужас, и никомуже ничтоже реша: бояхубося.

Кого боялись жены? Иудеев ли? Или видение столько их привело в страх, что остались пристрашными и изумленными? Почему же Марко пишет, что «никомуже ничтоже реша»; а Лука, что «возвращшеся от гроба, возвестиша вся сия единомунадесяти» (Лк.24:9), и всем прочим? Некоторые утверждают, что будто Лука о другом упоминает видении (Феофил.): однако вероятнее кажется, что оба они о том же упоминают явлении. Марко, говоря: «никомуже ничтоже реша жены» ради страха, разумеет, никому, то есть, из не сущих Христовых учеников. «Никомуже ничтоже реша на пути», когда шли; «бежаша», говорит, от гроба. Когда же бежали; прежде нежели дошли, от страха и ужаса трепещущие, «никомуже ничтоже реша». Лука же, говоря: «возвращшеся от гроба», разумеет, что по возвращения оных от гроба, когда пришли до места самого, где были ученики собраны, возвестили, что видели и слышали, единомунадесяти и всем прочим ученикам Господа Иисуса Христа.

Беседа о великодушии

Слышали, возлюбленные христиане, все, что касается до погребения и воскресения Господа нашего Иисуса Христа. Слышали, что Иосиф был служителем при погребении, жены же Мироносицы — первые проповедники Его воскресения. Полезно и спасительно побеседовать теперь о том, за какую добродетель сии люди удостоились толь великой благодати? Кажется мне, что к совершению сего дела мужество тогда столько было нужно, что без оного не могли бы они ничего совершить, если бы были боязливы во всем, что касается до совершения сего начинания: сия робость воспрепятствовала бы. Поистине, мужество есть матерь премногих добродетельных деяний: мужество же разумею я не плотское, но душевное, называемое великодушием. Телесное мужество зависит от природы, душеное же от свободы. По хотению естественно быть мужественным никто не может: быть же великодушным есть в нашей воле. Сию добродетель великодушия имел благообразный Иосиф и святые жены Мироносицы. Свирепствовал и скрежетал зубами Иудейский род на Иисуса Христа: книжники, фарисеи, законники, старейшины людские, архиереи — все сонмище, аки бунтовщика и богохульника, предали Его смерти, все излиха вопиюще: «возми, возми, распни Его» (Ин.19:15). Притом, по чрезмерной своей зависти и величайшей злобе, и самых учеников Христовых Иудеи искали умертвить. Почему ради страха все они разбежались, рассеялись, и единого оставили Учителя; точию два за Ним последовали, Иоанн и Петр. Но Иоанна скрыла архиерейская любовь; Петр же, хотя с ревностию сперва за Ним пошел, однако потом в толикий пришел страх, что с отрицанием и клятвою трикратно от Него отвергся. Иосифу, чтобы успеть в своем намерении, долженствовало предстать в игемонском дворце, где всегда собиралось множество Иудеев, и просить тела Господа Иисуса. Таковое же предприятие довольно обнаруживало, что он есть ученик Христов, ревнитель и любящий Учителя своего паче всех других учеников Его. А сие довольно служило к возбуждению на него гонения и нападения Иудейского. С толиким благоговением снятие со креста тела Жизнодавца, чистая плащаница, высеченный из камене гроб, великий камень на дверях гроба — были раною сердцу злобных Иудеев. Посему ничего другого Иосифу не оставалось ожидать, разве гонения и опасности своей жизни. Но он великодушествует, дерзает, приходит к Пилату, показывает себя учеником Христовым, просит и приемлет Его тело. Сие-то великодушие соделало его служителем великого таинства погребения всех Владыки. Он помиловал помиловавшего весь род человеческий, повил плащаницею покрывающего небо облаки, возбуждавшему от гробов мертвых даровал гроб, погреб погребшего грех всего мира. О треблаженный Иосифе! достопочтенны суть твои руце, прикасавшиеся тела Господня; пречестны твои очи, видевшие мертва, нага, распростерта единородного Сына Божия; святы суть твои уста, лобызавшие нозе Жизнодавца! Коль знаменитая добродетель! коль удивительная благодать, каковой удостоился великодушный Иосиф! Подобным образом великое и удивительное было великодушие и жен Мироносиц. Жены от природы бывают слабы и боязливы, часто страшатся тамо, идеже несть страх; жены же Мироносицы, паче женского естества великодушные, и самых еще мужей мужественнее, не страшатся ни гонения Иудейского, ни воинской дерзости, ни стража смущает их сердце. Ученики, мужи суще, страшатся; Мироносицы же, будучи жены, дерзают. Те бегают, сии приходят; те рассеваются, сии собираются; те кроются, сии обнаруживаются. Приходят в миропродательницу, покупают от мироварителя ароматы и миро, потом, взяв оные, поспешают треблаженные не медля, да помажут живоносное тело. О жены всечестные! како вы не устрашаетесь одне в ночи ходить? Како дерзаете придти в то место, которое стерегут царские воины? Како не содрогаетесь, но ищете отвалить камень, разрушить печати, открыть гроб и помазать лежащее Господне тело? Великой, поистине, вы удостоились благодати за ваше мужество. Вот, возлюбленная братия! сии поелику отвергнули всякую боязнь и страх, были мужественны и великодушны: то для сего и удостоились видеть святых Ангелов, и с ними беседовать. Они первые услышали благовествование о воскресении, первые сретили из мертвых воскресшего Спасителя, первые благовествовали и ученикам о воскресении Господнем. Христиане! премногих добродетелей мужество духа бывает причиною: так как с противной стороны, малодушие и страх препятствуют к преуспеванию в добродетели. Чего для Моисей так заповедует ученику своему Иисусу: «мужайся и крепися» (Втор.31:7); Давид сыну своему Соломону: «укрепляйся и мужайся и твори, не бойся» (1Пар.28:20); также, во-первых, Господь всех и Владыка Бог то же заповедал тому ж Иисусу Навину, говоря: «крепися и мужайся, ни ужасайся, ниже убойся» (Нав.1:6). Потом и Иисус Христос ученикам Своим, когда их посылал для великого и чудного добродетельного подвига, то есть, для обращения всей вселенной, «не убойтеся убо их», говорил, — «не убойтеся от убивающих тело, души же не могущих убити» (Мф.10:26, 28). Посему и Его Апостол верующих так научал: «мужайтеся, утверждайтеся» (1Кор.16:13).

Обратите ли свой взор на Моисея? Он, когда боялся Фараона, бежал из Египта, пришел в землю Мадиамскую, скрылся у Иофора и там никакого чудного не сотворил дела. Когда же оградился мужеством и облекся великодушием; тогда же, пошедши в Египет, предстал Фараону, сотворил великие чудеса, освободил род Израильский от рабства, пресек Чермное море и провел люди, поразил камень и изыде вода, разверз двери неба и свел манну, подал крастели, постился сорок дней и сорок ночей, приял скрижали закона, укротил дерзость народа, упас толико упорное полчище, соделал толь многие и великие добродетели, учинил толь чудные и удивления достойные деяния.

Посмотришь ли на Илию? Вооружаясь мужеством, обличает он злочестие Ахаава и обнаруживает бессилие лживого бога, выводит на среду обман лжежрецов, и проповедует истинную веру; показывает дерзновенно, кто есть истинный Бог, и обращает Израиля от заблуждения Ваалова. Видите ли чудные и преславные сея добродетели плоды? Но когда страх от угрожений злой Иезавели овладел его сердцем; то убежал в пустыню, сокрылся в пещеру, желал смерти и престал от творения великих добродетелей.

Если равно вникнем мы в преестественные Божественных Апостолов подвиги, в вышеестественные святых мучеников страдания, и в неизреченные преподобных пустынников борения, и в великие деяния всех святых: то ясно увидим, что все то плод есть мужества и великости духа. Кои же малодушествовали, или устрашались, то иные из тех никакого не сотворили благоугодного дела, а иные пали падением жалостным и ужасным.

Приметить сие, возлюбленная братия, и осязать каждый иногда может человек в самом себе. Падаешь ты иногда во грех. Бог по неизреченному Своему человеколюбию посылает тебе просвещение; познаешь ты грех свой и рану твоей души, и решишься прибегнуть к покаянию; но се вдруг входит в сердце твое страх. Как могу, говоришь ты, отвратиться от сего возлюбленного лица? Как противустану плотской борьбе и каким образом могу отстать от долговременной привычки? В сем, если укрепишься мужеством, — победишь, избежишь греха, наследишь блаженство: если же возмалодушествуешь и убоишься, — оставшись побежденным, пребудешь нераскаянным, наследишь мучение. Слышишь ты Евангельский глас: «Аз же глаголю вам, любите враги ваша» (Мф.5:44), и хочешь, так как Христов ученик, простить врагам своим: но вот вдруг брань мирская. Это, внушает она, служит к бесчестию твоему; если ты ныне не отмстишь, то заутра тебя и другие обидят, и будешь посмешищем людским, бесславием мира. Если ты при таковой брани вооружишься крепостию духа, то простишь врагу, пребудешь мирным и спокойным, и приимешь от Бога грехов твоих оставление: если же возмалодушествуешь, то злоба и неспокойство возобладают твоим сердцем, осуждается же и душа твоя. Сей малодушный боится, да не обнищает, почему руки своей не простирает на вспоможение бедных; но великодушием огражденный, и во весь день взаим дает. Тот в постные дни объедается мясом, боясь, да пост не повредит его здоровья; но сей свергает с себя таковые оковы страха, и постится с великодушием. То же самое случается и в рассуждении прочих добродетелей. Богоглаголивый Павел проповедует, что все Христиане суть воины Христовы, почему пишет к Тимофею: «ты убо злопостражди яко добр воин Иисус Христов» (2Тим.2:3); а к Ефесеям: «да восприимут и щит, и шлем и мечь духовный» (Еф.6:16-17), противу врагов, кои суть три: похоть плотская, гордость житейская, искушения диавольские, и воюют с нами во вся дни живота нашего.

Посему как на сражениях телесных, так равно и на духовной брани никто без мужества победы одержать не может. Воин слабый никогда не побеждает своего врага, и христианин малодушный никогда не торжествует над воюющими противу души его. Воин мужественный получает победоносные трофеи, и христианин великодушный преуспевает в добродетели.

Так почему ж мы немощны в творении добродетели пребываем? Что страшишься, брате, малодушествуешь, обращаясь ко грехопадению? Грех есть стыд и срам. «Да постыдятся», свидетельствует Пророк, «беззаконнующии вотще» (Пс.24:3). За грех Бог обличает и обвиняет жестоко: «во обличениих о беззаконии наказал еси человека, и истаял еси яко паучину душу его» (Пс.38:12), за грех наказуют и гражданские законы: для чего ж стыдишься или боишься творить дело Божие? Добродетель есть и слава и честь и похвала: кого страшишься, когда делаешь добрые дела? Тогда «Господь просвещение твое и Спаситель твой, кого убоишься? Господь защититель живота твоего, от кого устрашишься?» (Пс.26:1) Что приводит тебя в страх? Мир ли? Но добродетель есть дело и миром хвалимое и одобряемое. Добродетель и враги хвалят и одобряют. Что приводит тебя в страх? Брань ли плотская? Но рабы Иисус Христовы, свидетельствует Богоглаголивый Апостол, толико крепки, что «распинают плоть со страстьми и похотьми» (Гал.5:24). Устрашаешься ли козней диавольских? Но да не устрашишься лица их; «не убоишися от страха нощнаго, от стрелы летящия во дни, от вещи во тьме преходящия, от сряща и беса полуденнаго» (Пс.90:5-6). Хотя бы тысячи, хотя бы тьмы бесовские ополчались, но заходят оне со страны, и не могши приближиться к тебе, падают. «Падет от страны твоея тысяща, и тьма одесную тебе, к тебе же не приближится» (Пс.90:7). Повелит Бог Ангелом Своим, да сохранят тя от всякого злого нападения, от всякой беды и вреда: «яко Ангелом Своим заповесть о тебе, сохранити тя во всех путех твоих: на руках возмут тя, да не когда преткнеши о камень ногу твою» (Пс.90:11-12). Творящий благие дела бывает славным, честным, всегда счастливым, мирным и блаженным. «Слава же”, свидетельствует Богодухновенный Апостол, «и честь и мир всякому делающему благое» (Рим.2:10).

3.1. Толкование на Апостол из Деяний Апостольских, читаемый неделю жен Мироносиц (Деян.6:1-7)

Ни мало неудивительно, что народ Израильский, вышедши из Египта, толикократно роптал на Моисея и Аарона (Чис.14:2). Народ простой, многочисленный, грубый в понятиях, поврежденный во нравах, несовершенный в вере, удивительно ли, что лишившись снедей Египетских, ходя по такой пустыне, где и воды или совсем не было, или была, но горькая и к питию неспособная, роптал на тех, которые его вывели из Египта, и заставили терпеть толикую бедность и нужду. Подивиться же паче же должно тому, что Апостол Лука повествует об учениках Христовых. Их было несравненно менее Израильтян, их ум был возвышен к созерцанию будущих благ: они имели толикую между собою любовь, что все были одних мыслей, одной воли и души: «народу же”, говорит тот же Лука, «бе сердце едино и душа едина» (Деян.4:32). Они имели толикую веру во Христа, что презирая всякое мирское пристрастие, продавали свое имение, и цену за оное получаемую полагали пред ногами Апостол (Деян.4:35). Они все толикое имели довольство в нужных вещах, что из них не было ни одного бедного: «не бяше бо нищ ни един в них» (Деян.4:34). Отчего ж родилось в сердцах их роптание, когда толикое было во всем у них равенство? «Вси же веровавшии бяху вкупе, и имяху вся обща. Толикое совершенство в делах добродетели, толикая радость и простота: по вся дни терпяще единодушно в церкви и ломяще по домом хлеб, приимаху пищу в радости и в простоте сердца, хваляще Бога и имуще благодать у всех людей» (Деян.2:44,46-47). И при всем том роптание? Удивительное дело! Выслушайте со вниманием толкование ныне чтенного Апостольского деяния, и вы узнаете не только причину роптания сего, но и то, с каким благоразумием и с какою мудростию Богоносные Апостолы прекратили оное.

Деян.6:1. Во днех онех умножившимся учеником, бысть роптание Еллинов ко Евреом, яко презираеми бываху во вседневнем служении вдовицы их.

Еллины по роду своему и по Богослужению были Евреи: назывались же они сим именем потому, что от предков их жили в Еллинских городах как то: в Александрии, в Малой Азии, на островах Архипелага и в других местах, а притом и говорили языком Еллинским. Сии Еллины собирались каждогодно во Иерусалиме по причине праздника Пасхи и Пятидесятницы. А что повседневное служение оное означает ежедневное занятие приготовлением и раздаянием нужного для пищи: то явствует не токмо отсюда: «Марфа же молвяше о мнозе службе» (Лк.10:40), но и из сих слов Божественного Луки: «не угодно есть нам оставльшим слово Божие, служити трапезам» (Деян.6:2). Приставники убо сей каждодневной службы или потому, что число верующих во Христа со дня на день умножалось, или по небрежению, или по другой какой причине, презирали жен вдовиц Еллинов оных. Каким же образом они презирали их? Может быть они думая, что вдовицы оные Еллинские недостойны служить Апостолам и учениками, не допускали их к сему служению: может быть не давали им такого содержания, какое давали женам вдовицам Евреев, живших во Иерусалиме: или может быть определяли их на тягчайшие и самые низкие службы: сие видя Еллины оные возроптали на Евреев, живших во Иудеи, которые, как явствует, были надзирателями того служения. О сем убо Апостол повествует: в те, говорит, дни, когда то есть Апостолы и ученики5 были все во Иерусалиме, число учеников умножилось. Еллины же видя, что во вседневном приуготовлении и раздаянии пищи Евреи, начальники сего дела, презирали их вдовиц, начали роптать и жаловаться о сем самым же оным Евреем. Что же сделали Апостолы, услышав таковой ропот?

Деян.6:2. Призвавше же дванадесять множество ученик, реша: не угодно есть нам оставльшим слово Божие, служити трапезам.

Дванадесять Апостолы призывают к себе все множество учеников Христовых, и отзываются пред ними от трапезного служения: не угодно есть, говорят они, нам оставить слово Божие, то есть, Евангельскую проповедь, и заботиться о потребном для трапезы. Но кому не угодно, как Богу, пославшему их проповедывать Евангелие во все языки, так и самим Апостолам, посвятившим себя Апостольской проповеди? Почему же не угодно? Потому, что дела трапезные могли исправлять и другие точно также, как бы и Апостолы, а проповедывать Евангелие с такою деятельностию, и с таким успехом кроме их самих не мог никто. Ибо для сего великого дела их токмо одних Иисус Христос избрал от сего мира. Заметьте здесь, как одна добродетель бывает преимущественнее другой. Добродетель есть и служение трапезное, яко дело любви и милосердия: но проповедание веры добродетель есть высшая, поелику без веры невозможно угодить Богу (Евр.11:6): и толикоже высшая, колико душа выше есть тела: ибо слово Божие питает душу, а хлеб трапезный тело. Посему-то дванадесять Апостолы и отреклись пред всем множеством учеников от трапезного служения: посему-то они, уверив их, что такое дело им неприлично, и сказали им потом:

Деян.6:3-4. Усмотрите убо, братие, мужы от вас свидетельствованы седмь, исполнены Духа Свята и премудрости, ихже поставим над службою сею: Мы же в молитве и служении слова пребудем.

Божественные Апостолы, будучи исполнены даров Пресвятого Духа, и знали совершенно людей достойных сего служения, и имели полную власть избрать и поставить таковых служителей: однако дабы показать, что прочие ученики имели сведение и власть в сем избрании и поставлении, и дабы отъять от них повод к роптанию: они дело сие поручили им же самим, объяснив только, с какими свойствами должны быть имеющие принять на себя таковое служение. Рассмотрите, говорили они им, братие, самих себя, и изберите из вас седмь мужей: число седмь назначили они, может быть потому, что столько требовалось к оному служению, или может быть потому, что число сие почиталось священным и таинственным: свидетельствованных от многих, то есть таких, о которых известно, что они воодушевлены верою, и способны к отправлению оной должности: «исполненных Святаго Духа», то есть людей добродетельных, которых бы дела доказывали, что в них обитает благодать Пресвятого Духа: исполненных премудрости, то есть людей сведущих, разумных и ревностных, которые бы могли, как надлежит, располагать общими делами, Богу посвященными для общей всех пользы: и тех вами избранных, говорили они, поставим мы попечителями и служителями повседневных сих нужд, а сами пребудем, как прежде, в молитве и проповедывании веры. Отсюда видеть можно высоту и достоинство молитвы: ее Божественные Апостолы соединили с великою и высокою добродетелию Евангельской проповеди, сказав: «мы же в молитве и служении слова пребудем».

Деян.6:5. И угодно бысть слово сие пред всем народом: и избраша Стефана мужа исполнена веры и Духа Свята, и Филиппа, и Прохора и Никанора, и Тимона и Пармена, и Николаа пришельца Антиохийскаго.

Предложение дванадесяти Апостолов угодно было всему многочисленному собору учеников Христовых: почему они и избрали, по заповеданию их, седмь мужей, которые все, кроме Николая, были из числа седмидесяти учеников, и были Еллинисты, то есть, по роду и по Богослужению, как выше сказано, Евреи, а по местопребыванию, и языку, что доказывают и самые имена их, Еллины (См. Минеи месяч. в день). Из сих седми мужей особенного примечания достойны, Стефан и Николай: первый по добродетели, а последний по злочестию. Стефан был славен яко «исполнь веры» (Деян.6:8), то есть поколику имел веру теплую, любовию действуемую и плодотворящую все Богоугодные дела: также и яко исполнь Духа Святого, то есть яко исполненный благодати Святого Духа, посредством коей «творяше знамения и чудеса велия в людех» (Деян.6:8), и с толикою мудростию и силою учил слову Божию, что ни един не мог «противустати премудрости и духу, имже глаголаше» (Деян.6:10). А пришелец Николай, которой бывши прежде Еллином, вступил в веру Иудейскую, от чего и назывался пришельцем, а потом уверовав во Христа, избран был между прочими во диакона, по рукоположении и поставлении его над службою оною, и сделался начальником там называемой по его имени Николаитской ереси. Сих-то седмь мужей представили избравшие их пред Апостолов.

Деян.6:6. Ихже поставиша пред Апостолы: и помолившеся возложиша на ня руце.

Избранные седмь мужей представлены к Апостолам, и Апостолы, помолившись возложили на главы их свои руки. Молитва и возложение рук означает излияние благодати Святого Духа, сие доказывают нижеследующие примеры: Когда Апостолы, бывшие во Иерусалиме, услышали, что Самаряне приняли «слово Божие» тогда они «послаша к ним Петра и Иоанна, которые пришедши туда помолишася о них, и возложиша руце на ня, и прияша Духа Святаго» (Деян.8:14,15,17). Равно и бывшие в Антиохии Апостолы, когда отпускали от себя Варнаву и Савла, то постились и молились, «и возложше руки на ня, отпустиша их» (Деян.13:3). То же самое сотворил потом и сам Павел. Он чрез возложение рук своих преподал благодать Святого Духа ученикам, бывшим во Ефесе. «И возложшу», говорит Святый Лука, «Павлу на ня руце, прииде Дух Святый на ня, глаголаху же языки и пророчествоваху» (Деян.19:6). Нет убо сомнения, что и сии седмь мужей получили чрез молитву и возложение рук Апостольских благодать Божию: сомнение же только в том, какую благодать. Иные говорят, что они не были рукоположены во диаконы6 (Злат. на Деян.), потому что тогдашнее церковное служение не требовала диаконов, а одних токмо пресвитеров7: другие думают, что они имели и название и достоинство пресвитерское (Феоф. на Деян.): иные же утверждают, что Апостолы рукоположили их во диаконы не по степени, в церквах приятому (Икум. на Деян.), но по чину смотрения в рассуждении трапезы, дабы они не небрежно, но со всяким тщанием разделяли хлеб сиротам и вдовицам. Однако ж, ежели принять в рассуждение то, что сии избранные седмь мужей были не токмо свидетельствованы от всех в добродетели и искусстве, но еще исполнены Святого Духа и премудрости: и что Апостолы не токмо молились о них, но и возлагали на них руце свои: ежели рассмотреть, что Стефан не токмо творил великие чудеса и знамения, но еще со дерзновением учил проповедуя Христа, и пред самым сонмищем о нем провозвещал и обличал в народе Иудейском жестокость и Богоубийство: ежели, говорю, во все сие вникнуть: то едва ли поверить можно, чтобы они были токмо служители телесной трапезы, паче признаться должно, что не телесного токмо, но духовного служения были они диаконы, и что Апостолы преподавши им молитвою и рукоположением благодать Святого Духа, поставили их диаконами как Божественных таинств, так и раздаяния телесных брашен. Истину сию доказывает церковь наша сама собою. Ибо с того самого времени, как вера Христианская распространилась по многим странам света и тогдашнее общежитие Христиан иерусалимских, а следовательно и попечение об общей трапезе прекратилось, диаконы рукополагались и до ныне рукополагаются, так как и тогда, только для служения не телесного, ибо оно уже ненужно, а для священного, да служат при совершении Божественных таинств. Свидетельствует о сем современник Апостольский Богоносец Игнатий: «подобает же, говорит он, Диаконам, сущим служителям таинств Иисуса Христа, по всякому образу угождати: не бо брашен и пития суть служителие, но церкви Божией» (Игнат. писм. в Трал.). И далее: «что же суть диакони: подражатели Ангельским силам, приносящие Богови службу чисту и непорочну: якоже святый Стефан блаженному Иакову». Свидетельствует о сем также и святой Поликарп, ученик Иоанна Богослова: «такожде диакони, пишет он, должны быть непорочни пред правосудием, яко служителие Бога во Христе, а не человеков» (Полик. писм. в Филип.). Святой же мученик Иустин Философ открывает, в чем особенно состояло тогда духовное служение диаконов: «называемые нами, говорит он, диакони преподавали комуждо из сущих в церкви от благословеннаго хлеба, вина и воды, а не бывшим при священнослужении приносили в домы» (Иуст. во 2 аполог.). Выслушайте же и то, что святой Лука повествует нам по истории оной о семи диаконах.

Деян.6:7. И слово Божие растяше, и множашеся число ученик во Иерусалиме зело, мног же народ священников послушаху веры.

Слово Божие возрастало по трем причинам: или потому, что умножавшееся число верующих во Христа приумножало и число проповедников веры Христианской, или потому, что слушающие слово Божие умножали со дня на день плоды оного, то есть Боголюбезные добродетели, или потому, что и то и другое соединялось вместе, то есть и число священных проповедников умножалось, и успехи в добродетелях увеличивались. Почему сие «и множашеся» есть как бы причина первого. «Растяше», говорит, «слово Божие», потому, что число учеников во Иерусалиме весьма умножалось: даже и из самых священников Еврейских, великое множество «послушаху веры», то есть, приемля веру во Христа, подчиняли себя всем ее заповедям, и завещаниям.

Беседа о незлобии и терпении

Отчего в краткое время возросло столь великое число учеников Христовых, и отчего весьма многие даже из самых священников Иудейских восприяли веру в Господа нашего Иисуса Христа? Благодать Божия есть первая вина их обращения. Она, нашедши тогда людей достойных себя и возымев действие в их сердцах, обращала оных от заблуждения их: а чудеса, повседневно от Апостолов творимые, преклоняли ум их к принятию истины веры. Сверх сего сила, которую Бог дал слову, Апостолами проповедуемому, подобно магниту привлекала ко Христу сердца слушателей. Но и самый пресветлый свет столь многих и столь великих Апостольских добродетелей весьма много просвещал ум и мысль слушающих слово веры: ибо свет добродетели имеет такую силу, которая ум человеческий чудесным образом просвещает, убеждает, и заставляет повиноваться словесам мужа, добродетелию исполненного. «Тако да просветится», рек Господь, «свет ваш пред человеки, яко да видят ваша добрая дела: и прославят Отца вашего, иже на небесех» (Мф.5:16). Свет добрых дел просвещает верных, и возбуждает их к славословию Божию: озаряет он и неверующих и возбуждает их ум к познанию истинного Бога: действует же в нас свет добродетели или потому, что добродетель есть дело благодати Божией, или потому, что семена добродетели насаждены в естестве человеческом: а что по естеству, то бывает нам угодно, и влечет нас к себе. Действие света сего мы тогда внутрь себя ощущаем, когда, взирая на дела добродетели, чувствуем обличение совести, умиление сердца, ревность к подражанию, наклонность повиноваться тому, что говорит или чему научает муж, украшенный добродетелями. Взирая на святость дел учителя, заключаем мы, что и учение его есть также свято и истинно. Чем больше бывает добродетель, темь больший и свет от нее происходит: а чем больше свет, тем большее бывает от него и просвещение. поелику же светильник дел Богоугодных воссиял во времена Апостольские несравненно в большем свете, нежели когда-либо прежде: потому и несравненно большее множество людей достойных света тогда просветилось. Тогда люди видели толикую чистоту во нравах, толикое отвращение ко всему земному, толикую любовь к ближнему, толикое милосердие к бедным, толикую добродетель во всех деяниях Апостольских: видели, что верующие продавали свое имущество, и сребро, за него получаемое, повергали его к ногам Апостолов, которые употребляли его на пропитание и прочие потребности вдов, сирот и всех неимущих: тогда люди видели небесное оное общежительство, в котором никто не имел собственного, а все было общее: видели такое единомыслие, такую любовь и согласие между верующими, что казалось всему тому «народу бе сердце и душа едина» (Деян.4:32). Видели, с каким благоразумием и с каким беспристрастным домостроением прекратили Апостолы ропот народный, совершенно истребив его: видели, говорю, пресветлый свет всех Апостольских добродетелей, и просвещаясь от него, познавали истину проповедуемой веры во Христа. Между прочими же их добродетелями славнейшая была великая добродетель незлобие, которое не только просвещало людей, но и нужно было к обращению их: оно, обитая в сердцах Апостолов, содействовало к обращению мира.

Сколь великую любовь имели Апостолы к Иисусу Христу, Божественному своему Учителю и Спасителю, сие известно, и никакого не требует доказательства. Они из любви к Нему не токмо оставили свое отечество, домы, друзей, сродников и все, что ни имели: не токмо с великим желанием потекли в отдаленные пути, не токмо решились на ежедневные бедствия и смертные опасности: решились, говорю, переносить гонения, биения, заточения и мучения: но и презрев свою жизнь, предали себя на смерть. И так, когда взирали они на тех священников, на тех начальников собора, которые неправедно осудили безгрешного Иисуса: когда взирали на тех воинов, которые заплевали Ему лице, которые по ланитома ударяли Его, заушали, били и распяли: в то время, в каком смущении они должны были находиться? Ужели помысл памятозлобия не восставал против них, говоря так: сии люди суть те самые, которые подъяв неправедные свои руки, поносною смертию умертвили вашего Учителя и Спасителя мира, которые не только распяли Его на кресте, но еще старались после всячески сокрыть славное Его воскресение из мертвых? Они суть враги спасения человеческого, почему и недостойны слышать Евангельскую проповедь: недостойны того, чтобы принять веру и получить спасение. Бегите убо от них, отвратите от них лице ваше, оставьте их в бездне собственной их погибели. Уже ли о сем не говорил им закон, сущий во удех наших, «противовоющий закону ума» (Рим.7:23) и понуждающий нас делать то, что мы не хотим? Без сомнения им то было внушаемо: ибо они были люди, также как и мы. Но вот, сколь велико было незлобие их! Они начинают Евангельскую проповедь в Иерусалиме, в преддверии храма Соломонова и в самом храме, среди тех священников, Фарисеев и книжников, среди тех Иудеев, которые осудили Иисуса Христа на смерть и распяли его посреде двух разбойников. Что же они им проповедывали? Они проповедывали им покаяние и, убеждая их веровать в Иисуса Христа, обещали им отпущение грехов и дарования Святого Духа. «Покайтеся», говорили они им, «и да крестится кийждо вас во имя Иисуса Христа во оставление грехов, и приимете дар Святаго Духа» (Деян.2:38). Что же значит сие, как не желание Апостольское облаготворить тех, которые предали на крестную смерть Иисуса Христа, коего они столько возлюбили, что из любви к нему презрели весь мир и собственную свою жизнь? Что, говорю, значит сие, как не беззлобие сердца их совершенное непамятозлобие?

Мы не можем смотреть без отвращения на людей, причинивших какую-нибудь обиду тем из наших друзей, которых мы отлично любим: не можем забыть обид, им нанесенных: и никто не подвизается, чтобы облаготворить убийц любезного своего друга. Одно незлобие Божественных Апостолов совершило сие великое и преславное дело. Они все силы свои посвятили на то, чтобы облаготворить врагов, гонителей и убийц Иисуса Христа, паче всего ими возлюбленного, наставляя и научая их святейшим правилам вечного спасения.

Послушайте же и еще большего незлобия. Тот по справедливости называется весьма незлобивым, кто благотворит убийцам своего друга: но тот несравненно должен быть незлобивее, кто благотворит поносившим и бившим его самого. Ибо мы по врожденному нам самолюбию, сколь бы ни много любили друга своего, но самих себя любим более, нежели его. Божественные Апостолы были благотворителями не только распявших паче всего возлюбленного ими Иисуса, но и тех, кои гнали и мучили их самих. Когда князи, старцы, книжники, Архиереи Анна и Каиафа (Деян.4:5,6), и елицы Быша от рода Архиерейского, услышали, что Апостолы проповедуют Иисуса Христа, утверждая свою проповедь чудесами, и что тысячи людей уже соделались Христианами: тогда они, собравшись и поставивши Апостолов посреди себя, жестоко грозили им, заповедая не учить, и даже не говорить ничего о имени Иисусове. Как же в сем случае поступили Апостолы? Прогневались ли они на грозивших им, и сказали ли так: мы, желая вам спасения, спешили открыть вам истину веры: поколику же вы того не желаете, и нам еще грозите, то мы замолчим после сего, и вы в наследие себе получите муку оную, уготованную для непокоряющихся истине? Нет, они ничего такого не говорили: но во-первых со всякою кротостию в ответ им сказали, отдая им самим то дело на суд: «судите, аще праведно есть пред Богом вас послушати паче, нежели Бога. Не можем бо мы яже видехом и слышахом, неглаголати» (Деян.4:19, 20), а потом помолившись, и испросивши у Всесильного Бога себе помощи, паки начали облаготворять их, паки начали со дерзновением проповедывать им слово Божие.

И так Апостолы, ни мало не злопамятствуя, паки проповедуют: Иудеи же гневоборствуя, заключают их в темницу. Но Апостолы сим не останавливаются в своих предприятиях. Они, как Ангел Господень отверз им темничные двери, паки вшедши во храм, безбоязненно преподают свое учение: тогда Иудеи из храма их извлекают, отдают под стражу и представляют в собор свой, где всячески им поругавшись, и жестоко бив, определяют наконец удалить их от своих взоров.

Что же после сего учинили Апостолы? Возненавидели ли они поругавшихся им и бивших их? Оставили ли проповедь свою? или хотя бы возмутились ли? оскорбились ли и опечалились? Нет, послушайте, как они то приняли. «Они же”, говорит Божественный Лука, «идяху радующеся от лица собора, яко за имя Господа Иисуса сподобишася безчестие прияти» (Деян.5:41). О чрезвычайного незлобия! О непамятозлобия наисовершеннейшего! Презрение и бесчестие за имя Христово они почитают своею славою и достоинством, а биения составляют для них радость и веселие. «Идяху радующеся от лица собора». Чему ж они радовались? Тому, яко за имя Господа Иисуса сподобились бесчестие прияти. По учиненных им поношениях и биениях, они паки охотно по всяк день благотворят их поносившим и бившим, проповедуя им слово спасения: «по вся же дни в церкви и в домех не престаяху учаще и благовествующе Иисуса Христа» (Деян.5:42). Вот поистине незлобие, исполненное святости! Кто из нас почитает поношение честию, и презрение славою? Кто из нас радуется, когда биют его люди, им благотворенные? Кто из нас, будучи бесчестим и бием от облагодетельствованных, не престает благотворить им? Увы нам окаянным, что мы ни мало не подражаем сим святым примерам! Так, когда я советую кому что-либо полезное, то смотрю, с каким видом принимает он от меня советы: и ежели примечу на лице его признаки неудовольствия или гнева, то, хотя бы он не бил меня, хотя бы ничем не оскорблял, хотя бы не устрашал меня, и не говорил мне, молчи: я тотчас оскорбляюсь, замолкаю, не хочу отверсть уст моих, отвращаю от него лице мое, и оставляю его в бездне его погибели. Святый Павел велегласно молит нас, «молю же вас», говорит он, «подобни мне бывайте. Подражатели мне бывайте, якоже и аз Христу» (1Кор.4:16,11:1). Но мы, как бы глухие и бесчувственные, ни мало не слушая сего святейшего моления его и не чувствуя спасительной пользы, от того произойти имеющей, столь далеко удаляемся от подражания сему Апостольскому примеру, сколько небо отстоит от земли. Мы к величайшему, говорю, нашему несчастию, ни мало не понимаем, сколь высокая добродетель есть незлобие, и сколь много во вселенной произвела она великого и чудесного.

Великая добродетель незлобие доставила людям спасение. Сие кажется странно, но совершенная истина: выслушайте на то доказательство. Без веры, никто не может спастись: о сем говорит Богоглаголивый Павел: «без веры не возможно угодити Богу» (Евр.11:6). Но никто не уверует без проповеди, подтверждает сие тот же Апостол: «како же уверуют, егоже не услышаша? Како же услышать без проповедующаго?» (Рим.10:14). Для сего-то Апостолы посланы были от Бога во всю вселенную, да проповедуют Евангельскую веру. «Шедше», рек к ним Господь, «в мир весь, проповедайте Евангелие всей твари» (Мк.16:15). Но ежели бы Апостолы не были незлобивы, а злопамятны и мстительны: ежели бы они не благословляли бесчествующих их, а воздавали им равное: ежели бы они не переносили гонений, но удалялись от гонителей: не молились бы за хулящих их, но на них гневались бы и их убегали: то обратился ли бы мир? приняли ли бы веру столь многие народы? нет. Если бы Апостолы не имели в сердцах своих священной добродетели незлобия, а были злопамятны, гневливы и мстительны: то без сомнения затворили бы они уста свои, оставили бы дело свое, и возненавидели их оскорбляющих и гонящих. Ежели же бы вера престала быть проповедуема, то люди остались бы во мраке неверия. И так обращение мира есть дело незлобия.

Ежели посмотреть, откуда в мире происходит всякое зло: то видеть можно, что оное происходит более от того, что нет в сердцах наших незлобия, а вместо того, вкоренилось злопомнение и дух мщения. «Не возможно есть», сказал Господь, «не приити соблазном» (Лк.17:1). Мы яко люди, плоть носящие, живущие в мире, и от диавола искушаемые, удобно можем оскорбить друг друга, и словом и делом: а поелику не незлобивы, то не можем равнодушно переносить оскорбления друг другу чинимые, не можем один другому снисходить в погрешностях. Иногда за одно оскорбительное слово, а часто и за один только неблагоприятный взгляд, сколь много мы гневаемся, досадуем, гнушаемся и ненавидим своих братий! Часто за один самый малейший и скороминуемый вред, нам причиненный, сколько чиним мы умышлений, сколько клевет, лжесвидетельств, мятежей, браней, соблазнов, сколько беззаконий, самых достоплачевных и ужаснейших? Соделаи сердце человеческое незлобивым. И тогда узришь людей невинных, «целых яко голубие» (Мф.10:16), снисходящих один другому в немощах и погрешностях: узришь людей благословляющих своих поносителей, благотворящих своим гонителям, «не воздающих зла за зло, но промышляющих, добрая пред всеми человеки» (Рим.12:17). Тогда не увидишь более на земли пороков, а вместо того увидишь благие нравы, мир, любовь, повсеместное исполнение законов: узришь, говорю, исполнение той молитвы, которой научил нас сам Господь: то есть «да приидет царствие твое, да будет воля твоя, яко на небеси и на земли» (Мф.6:10). Тогда люди, на земли сущие, исполнят волю Божию, равно как и Ангелы пребывающие на небесех: тогда приидет к людям царствие Божие, то есть, воцарятся тогда в сердцах их добродетель, радость и слава Господня.

Но кто может насадить в сердце человеческом незлобие, сию великую и чудесную добродетель? Кто иной, Вседержителю Господи! как не Ты, Бог Всемилостивый и Всесильный? Ты убо, Господи, Источниче благости, ниспошли с высоты жилища Твоего незлобие душам нашим, да тако друг друга тяготы носяще, исполним Божественный и спасительный закон Твой, во Христе Иисусе Спасителе нашем, емуже слава и держава во веки веков. Аминь.

4. В неделю Расслабленного (4-ая Неделя по Пасхе) толкование на Евангелие от Иоанна (Ин.5:1-15)

Была в Иерусалиме купель, около которой было пять притворов, а в оных лежало множество больных. Ибо Ангел Господень на всякое лето сходил в купель и возмущал воду: и кто из больных по возмущении первый влазил в воду, здравым бывал. Господь наш Иисус пришел из Галилеи во Иерусалим на праздник, и нашед на притворе человека расслабленного чрез тридцать осмь лет, вопросил его: хочет ли он здравия? Но больной ответствовал: не имею человека, который бы ввергнул меня в купель; ибо прежде нежели я прииду, другой слазит и, вшед первее в купель, здравым бывает. Тогда же Господь Иисус сказал ему: «востани, возми одр твой, и ходи» (Ин.5:8). И в тот же час расслабленный встает, берет одр на рамена свои, и ходит. Но Иудеи, поелику тот день был день субботы, соблазняются, обвиняют расслабленного. Не имеешь власти, говорят, взять ныне одр. Тот же им ответствует: исцеливый меня повелел, да возьму одр мой. И хотя Иудеи спрашивают о том, кто есть исцеливый? однако расслабленный сего не знал, поелику Иисус, сотворив чудо, уклонился ради множества народа, там находящегося. Потом же незадолго, обрет его в церкви, сказал: «се здрав еси, ктому не согрешай, да не горше ти что будет» (Ин.5:14). Вот сие есть содержание истории нынешнего Евангелия. Просто все здесь кажется и нелюбопрительно; однако смысл заключает высокий и душеспасительный. Почему, если кто усердно приклонит к сему ухо свое, может исцелять благодатию Христовою душевное свое расслабление.

Ин.5:1. Во время оно, взыде Иисус во Иерусалим.

В Кане Галилейской находясь, Господь Иисус сына царедворцева исцелил от смертоносной болезни: когда ж наступил праздник Иудейский, пришел во Иерусалим (Ин.4:47). О празднике сем иные говорят, что была Пятидесятница, а другие Пасху поставляют4. Приходил на таковые праздники Иисус для того, что тогда многое собиралось людей множество, а паче тех, кои были благочестивые и празднолюбные. Почему Он, научая и чудодействуя, многих обращал, да веруют в Него. Ради праздника убо пришел во Иерусалим.

Ин.5:2. Есть же во Иерусалимех овчая купель, яже глаголется еврейски Вифезда, пять притвор имуща.

Во Иерусалиме, повествует, есть купель Овчая, то есть, близ Овчих врат; называлась же купелию Овчею для того, что туда овцы были приносимы, определенные на жертву, и внутренняя их в той омывались-. Врата Овчая, о коих упоминает Неемия, название свое получили от сей Овчей купели. Называлась сия купель на Еврейском диалекте Вифезда, что значит дом милосердия. Около купели было пять притворов; притворами же называются места (или огородки) столпами утвержденные, ибо было два ряда столпов, кровлю поддерживающих.

Ин.5:3. В тех слежаше множество болящих, слепых, хромых, сухих, чающих движения воды.

В тех около купели притворах лежало множество бесчисленное болящих, слепых, хромых, сухих, то есть расслабленных и других, разными болезнями страждущих. Сии все, лежа в притворах, ожидали возмущения в купели водного, да избавятся от своих болезней.

Ин.5:4. Ангел бо Господень на всяко лето схождаше в купель, и возмущаше воду: и иже первее влазяше по возмущении воды, здрав бываше, яцем же недугом одержим бываше.

В некоторое время года, говорит, сходил Ангел в купель, и возмущал воду. Но какое ж то было время? Определенное ли и известное? или неопределенное и одному Богу известное? Во время ли Пятидесятницы, или на праздник Пасхи, или во всякий праздник? Иные6 говорят, будто в день Пятидесятницы сходил Ангел; но из слов расслабленного вероятнее признать надобно, что время было неопределенное. Он говорил: «Господи, человека не имам, да егда возмутится вода, ввержет мя в купель» (Ин.5:7). Если бы время было известное и определенное, бедный и немощный расслабленный, хотя бы по толиком времени, то есть, по тридцати осми летнем, сыскал бы такого человека, который, умилосердясь, бросил бы его в купель. Но неизвестность времени причиняла в нем отчаяние. Сходил же Ангел в купель, да не подумают Иудеи, что та вода по естеству имела врачебную силу, но да веруют, что благодать Божия целит немощных: а воду возмущал для того, да даст знать тамо сущим о своем схождении, чтобы они ввергали больных в купель. Почему ж Ангел, сколько раз ни сходил в купель, исцелял одного только? Могущество Божие есть беспредельно, благодать преизбыточествующа, милосердие неисчерпаемо. Почему, говорю, не все, а один только исцелялся при возмущении Ангельском? Поистине сие неудобоистолковательно, если не коснемся рассуждением таинственного сего действия смысла. В Овчих вратах бывшая купель означала в Церкви таинственную святого крещения купель: омываемые же и очищаемые в той овцы — крещающихся в таинственной купели и от грехов своих омывающихся; схождение Ангельское в купель — сошествие благодати Святого Духа в воду крещения: возмущение в оной воды — стертие глав невидимых змиев, производимое силою Святого Духа. Не вода купели Овчей, но Божественная сила исцеляла плотские недуги. Не простая подобно вода, но благодать Божия в воде крещения целит душевные язвы. Ради пришествия Ангельского купельная вода была целительною: ради нашествия Святого Духа, вода крещения приемлет благодать омовения. В Овчей купели Ангел был служитель телесного врачевания: в духовной купели Владыка всех дарует благодать усыновления. Единого только исцелила Овчая купель, ибо для одного только Иудейского рода был дан закон; бесчисленное множество врачует купель крещения, ибо во все языки изыде вещание: «тттедттте в мир весь, проповедите Евангелие всей твари. Иже веру имет и крестится, спасен будет: а иже не имет веры, осужден будет» (Мк.16:15-16). Но посмотрим далее.

Ин.5:5. Бе же ту некий человек, тридесять и осмь лет имый в недузе своем.

Какой был тот человек, — то есть, какой фамилии, поколения, имущества, — умолчал Евангелист; видно же, что был бедный и неимущий, может быть, и странник, когда ни прислужника, ни сродника, ни друга не имел, который бы его ввергнул в купель. Время же ясно означил, говоря, что тридцать осмь лет страдал недугом, да и тяжесть болезни страждущего и величество силы Врача познаем.

Ин.5:6. Сего видев Иисус лежаща, и разумев, яко многа лета уже имяше в недузе, глагола ему: хощеши ли цел быти?

Вот истинное благоутробие! вот Божественное милосердие! вот беспредельное человеколюбие! Ниже требует расслабленный, да здрав будет, ниже малейшую просьбу предлагает Иисусу; но Он, видя его на одре лежащего и ведая, яко Бог, многолетний его недуг, в тот же час дарствует ему исцеление. Какое же было предположение вопроса Господня: «хощеши ли здрав быти?» Кто когда спрашивает немощного: хочешь ли себе здравия? Сверх сего Иисус Христос, яко сердцеведец Бог, всесовершенно знал больного хотение. Для чего ж убо спрашивает? Веры от других больных искал Богочеловек; «веруета ли, яко могу сие сотворити» (Мф.9:28). От сего ж расслабленного только желания ищет: «хощеши ли цел быти?» (Ин.5:6) Те не за грехи страдали: «ниже сей согреши, ни родителя его» (Ин.9:3); почему вера во Христа довольна была ко исцелению оных. Сей же за грехи свои страдал: «ктому не согрешай» (Ин.5:14). Почему к исцелению его требовалось содействие его хотения. Сим убо вопросом Своим Господь нам изъявил, что для получения прощения грехов нужно есть и содействие произволения грешащего.

Заметь еще, что вопрос Господень вызвал ответ расслабленного, ответ же обнаружил немощь и терпение расслабленного, также и жестокосердие Иудейского народа.

Ин.5:7. Отвеща Ему недужный: ей, Господи, человека не имам, да, егда возмутится вода, ввержет мя в купель: егда же прихожду аз, ин прежде мене слазит.

Не оплакивает своего несчастия, ниже стенает от болезни, как делают малодушные, находясь в болезни, но кротко и великодушно ответствует Владыке Христу: «Господи», говорит, «человека не имам, да, егда возмутится вода, ввержет мя в купель»: в то же время, когда я прихожу к купели, другой предупреждает, и первее меня слазит. Из чего явствует, что сей расслабленный не совсем был недвижим, ибо говорит, «егда я прихожду». Может быть, и ходил он, но с великою трудностию и медленностию, так что всегда другие больные его предускоряли, или сами приходя, или от других приносимые. Удивления же достойно то, что он в этом же месте, в котором толикое множество было людей, чрез тридцать восемь лет не находил себе человека, могущего ему сделать помощь. Сие ясно представляет и тамо сущих жесткость бесчеловечных Иудеев, и жестокое грешникам наказание Божие. Ибо тридцать восемь лет страдал расслабленный за свои грехи. Когда же исполнилось время наказания, тогда

Ин.5:8-9. Глагола ему Иисус: востани, возми одр твой, и ходи. И абие здрав бысть человек: и взем одр свой, и хождаше. Бе же суббота в той день.

Сие приличное Богу повеление ясное доказательство есть власти над человеком, и беспредельного могущества Богочеловека Иисуса. Не призывает, ни молит Бога Отца Своего, так, как творил при воскресении Лазаря, для того единственно, да не подумают сущие с Ним, что Он есть простой человек, так как один из чудотворивших Пророк; но повелевает как Владыка всех и Бог: «Восстани!» И в тот же час восприяли жилы естественную их деятельную силу; жизненный дух, по расположению естественному, отделившись от крови, беспрепятственно прошел во все члены, и весь непорядок устроения телесного восстановился в стройность естественную и порядок. Той же Бог, Который говорил некогда: «да будет свет, да будет твердь, да соберется вода, и бысть тако» (Быт.1:3. 6, 9), — сказал и сие: «востани». Тогда слово «да будет» из не сущего вдруг произвело вся: ныне же слово «востани» исправило весь непорядок и нестройство расслабленного тела. Для большего же о чуде бывшем доказательства, берет расслабленный на рамена одр свой, и ходит. В день субботний сотворил чудо для того, да покажет, что Он есть Господь субботы, и купно да уврачует Иудейские суеверия и безумные их о субботе строгости. Но смотри, коль великая Иудейская злоба! Не могши что сказать о чуде, молчат; на расслабленного же восстают таким образом:

Ин.5:10. Глаголаху же жидове исцелевшему: суббота есть, и не достоит ти взяти одра своего.

Нет сомнения, что закон повелевал: «в день же седьмый, суббота Господу Богу твоему, да не сотвориши всякаго дела в онь» (Исх.20:10); Пророк же Иеремия: «и не носите бремен в день суббот» (Иер.17:22). Но когда бы злоба не помрачала их ума: удивлялись бы сему великому чуду, удивляясь же поверили, что сим единым словом, «востани», никто кроме единого Бога не может укрепить чрез тридцать восемь лет расслабленные члены. Поверили бы, говорю, что Тот, Который покорил телесные расслабленного силы естественным законам, чрез исцеление его расслабления, Тот Самый имел власть нарушить и соблюдение субботы по хотению Своему для исцеления человека, для коего сотворена суббота. Таким убо образом слепотствующие Иудеи говорили расслабленному: «не достоит ти взяти одра». Надобно же знать, что и мы часто, подобясь Иудеям, видя ошибки и погрешности других, осуждаем по лукавству сердца нашего: добродетели же и добрых дел, наподобие слепых, никогда не примечаем, и об них, как немые, нимало не говорим. Расслабленный, однако, с величайшею смелостию ответствуя Иудеям, сказал:

Ин.5:11. Он же отвеща им: Иже мя сотвори цела, Той мне рече: возми одр твой, и ходи.

Не я дерзнул, говорит, сие учинить, но Врач мой, мне сказавший: «возми одр твой, и ходи». Сие же служило величайшим для Иудеев обличением, когда так им ответствовал: Тот, Который имеет такую власть, что одним только словом исцелил мою многолетнюю и неисцелимую болезнь, Тот имеет по справедливости власть нарушить и субботу. Таковый Божественный и всемогущественнейший человек никак бы мне не повелел взять одра моего, если бы ведал, что таковое дело есть грех.

Ин.5:12. Вопросиша же его: кто есть человек, рекий ти: возми одр твой и ходи?

Виждь злость Иудейскую! Расслабленный отвечал им, что исцеливый меня повелел мне сие сделать: и они молчанием проходят исцеление, судят же только о взятии одра. Не говорят: кто есть сотворивый тя здравым, кто есть твой врач? но «кто есть рекий ти: возми одр твой, и ходи?» Оставляют великое и удивления достойное дело, а настоят на мнимое закона нарушение. Хотят чудо утаить, но вывесть на среду кажущееся закона преступление.

Ин.5:13. Исцелевый же не ведяше, кто есть: Иисус бо уклонися, народу сущу на месте.

Не ведал исцелевый расслабленный, кто был Врач его; ибо Иисус Христос скоро, по совершении чудеси, уклонился, то есть, отшел и удалился от множества народа, тамо Его ищущего. Сделал же сие, во- первых, бегая человеческие славы; также, чтобы при Его отсутствии свидетельство расслабленного было достоверным и неоспоримым; еще же, дабы Его присутствие вящей не воспалило во Иудеях зависти, ибо присутствие тех, которым завидуют, воспаляет сердца завидующих: напоследок, чтобы и нам показать пример нелицемерного и совершенного благотворения. Сим примером прямо научает нас Спаситель, вопия: людие, не ожидайте молитв и прошения, когда намереваетесь помощь сделать нуждающимся: но сами вызываясь, произвольно благодетельствуйте, сколько можете благодетельствовать, так как и Я помиловал расслабленного. Не требуйте от облагодетельствованных вами мзды и благодарности; но бегайте тщеславия, мздовоздаяния и платы, как Я уклонился, исцелив расслабленного, совсем будучи незнаемый. Тогда за благодеяние ваше воздаст вам праведный добрых дел воздаятель Бог. Но рассмотрим и другое подобное Иисуса Христа благотворение.

Ин.5:14. Потом же обрете его Иисус в церкви, и рече ему: се здрав еси, ктому не согрешай, да не горше ти что будет.

Потом, — то есть, по излечении, по взятии им одра своего, по вопрошении Иудейском, по ответе расслабленного, — обрел его Иисус в церкви, и паки чрез Божественное Свое наставление благодетельствует ему, говоря: «ктому не согрешай», более грехов не твори. Требует Бог от нас воздержания нашего от греха, которое составляет душевное наше спасение, и сие вменяет в воздаяние за Свои благотворения! Коль великое поистине Божие человеколюбие! Люди требуют мзды благодетельствуя, но Бог вместо мзды ищет душевного только нашего спасения. «Ктому не согрешай», говорит; потом придает и угрожение: «да не горше ти что будет». Смотри, приказывает, исцелившись от расслабления твоего, паки не согрешай, да не будешь наказан жесточае. Из чего мы научаемся, что грех причиною бывает болезни: и ежели Бог по благоутробию Своему, исцелит нас от недуга, мы же паки, исцелившись, устремимся ко грехам, то жесточае тогда наказывает нас.

Ин.5:15. Иде же человек, и поведа Иудеом, яко Иисус есть, Иже мя сотвори цела.

Виждь благоразумие расслабленного. Пришед он ко Иудеям, о взятии одра, чем их соблазнил, ничего совсем не сказал; но токмо объявил имя Того, Кто его исцелил: Иисус, сказал, есть Врач мой; Иисус, исцелив неисцелимую мою болезнь, освободил меня от многолетнего расслабления и соделал целым и здравым.

Беседа о грехе

Единый ли был грех расслабленного, или многие? И ежели один, то какой именно был? Лишнее и бесполезное есть любопытство о том, о чем Божественное Писание совсем умолчало. Сие: «се здрав еси, ктому не согрешай, да горше ти что будет», показывает, что расслабленный тридцать восемь лет страдал за свои грехи. Но что умолчано Евангелистом, какой был его грех: сие не без причины, но чтобы нам дать знать, что не только за сей грех, который делал расслабленный, но и за всякий другой наказывает Бог нераскаянного грешника.

Мы когда рассудим, что ни Ангел, ни человек не мог излечить язву первобытного прародительского греха; когда вникнем, что для очищения от греха нужно было небесное Божественное схождение и воплощение Сына Божия, страдание, крест, кровь и смерть: то ясно увидим, коль великая есть греховная тяжесть. Единая только кровь Сына Божия могла примирить Бога с человеком. Сила и благодать оной бесценной крови, доныне в православном таинстве Евхаристии изливаемые, омывает нас от всякого греха.

Грех есть нарушение закона. Три же вещи встречаются нам при нарушении закона: законодатель, закон и нарушение закона. Чем более вникнешь в каждое из сих, тем паче увидишь, коль великое зло есть грех.

Законодатель есть Тот, Который из не сущего сотворил небо и землю, и море, и вся, иже в них; Который, взяв брение от земли, создал человека, вдунул в лице его дыхание жизни, сотворил его по образу Своему, ввел его в рай сладости, поставил обладателем и господином и царем всея земли, «и покорил вся под нозе его» (Пс.8:7). Той, ради последовавшего прельщения падшего человека и спасения его души, сшел на землю, воплотился от Святого Духа и Марии Девы вочеловечился, страдал яко осужденник, и умер на крестном древе. Законодатель, говорю, есть Тот, Коему служат Ангелы, повинуется тварь, боятся стихии, трепещут беси. Тот есть Законодатель, Который единым мановением соорудил небо и землю, и преисподняя, и вся видимая и невидимая. Законодатель есть праведнейший Судия и сострадательнейший Бог, обещающий хранящим закон Его вечное царствие, а нарушающим нескончаемую муку. Законодателя лице высочайшее, могущество беспредельное, слава неувядающая, честь преславная, власть неограниченная, благость безмерная, правда бесподобная, милосердие нескончаемое, суд неумолимый.

Закон же, который Бог Законодатель дал людям, весь клонится к пользе же человеческой. Он есть светильник и свет. «Светильник ногама моима закон Твой, и свет стезям моим» (Пс.118:105). Яко светильник, просвещает ум твой к доброму житию; и яко свет, руководит тебя ко стези спасения. Смотри же, колико преуспевают и в сем временном мире хранящие закон Божий, и колико бедствуют его презирающие. Кого почитает мир? Воров ли и хищников, или творящих правду и не прикасающихся к чужому стяжанию? Кого почитает мир? Блудников ли и похотливых, или воздержных и трезвых? Кому вверяют имение свое, разбойникам ли, убийцам и лжесвидетелям, или никого не обижающим, добро творящим ближнему своему, и ненавидящим неправды? Кого похваляем, того ли, кто чтит отца и матерь свою, или того, кто презирает и поносит родителей своих? Весь мир, братие, хранящих токмо заповеди Божия почитает, хвалит, полагается на них, верит им и всячески вспомоществует. Преступников же закона ненавидит, не доверяет им и отвращается от них. И так, добро творящие люди в сем мире, как бы залог будущего воздаяния, имеют почтение и доброжелательство человеческое; а после сей временной жизни ожидает их радость неизглаголанная, свет невечерний, небесное царствие, жизнь вечная: «аще ли хощеши внити в живот, соблюди заповеди» (Мф.19:17).

Рассмотрим же далее беспредельное Божие человеколюбие. Он все Свои заповеди включил в едину добродетель, любовь: «исполнение убо закона любы есть» (Рим.13:10). И таким образом соделал закон Свой не только спасительным, но и легким и удобным. Почему и сказал: «иго бо Мое благо, и бремя Мое легко есть» (Мф.11:30). И поистине: какую трудность и тяжесть заключает в себе сия сладчайшая добродетель, любовь? Ради сея ниже труды потребны, ни поты изливаются: восхотел только, — и тот же час возлюбил. Когда же сия Божественной любви отрасль возрастает и вкоренится в сердце твоем; то приносит плоды душе твоей: плод мира, долготерпения, благости и всякую другую добродетель. Посему закон Божий есть полезен в сей жизни, спасителен в будущей, легок и благ в творении, сладок и плодотворителен сердцу. Вот каков есть Законодатель, и каков закон! Рассмотрим же теперь и то, что такое есть нарушение закона.

Преступник есть презритель закона, и называется грешник: и поелику преступление закона касается лица Законодателя, то явствует, что грешник дерзает презирать Бога. Но бедный грешник! ты ли, будучи тварь, дерзаешь на Творца твоего? ты ли восстаешь на Спасителя твоего, на Судию твоего? Если бы был закон тяжек, имел бы извинение в немощи твоей; если бы был вреден, имел бы отговорку в нерадении твоем; но закон есть легок, полезен и спасителен: неизвинителен убо ты и безответен. Праведно убо Бог открывает гнев Свой на беззаконнующих, и столько строго наказывает согрешающих. Отверзаются хляби небесные и потопляется водою вся земля; ниспадает огнь от облаков и поядает пятиградие; десять страшных казней наказуют Египет; Фараон со всем воинством погружается во глубине моря; разверзается земля и поглощает Дафана и Авирона; заражаются проказою Мария, Озия и Гиезий от головы до ног; усыхает рука Озы; падают мертвыми Анания и Сапфира; ослепляется волхв Елим, и другие еще премногие примеры гнева Божия на грешников обретаем в Божественных Писаниях. И доныне видим преступников заповедей Божиих наказуемых, и Пророческое сие слово исполняющееся: «во обличениих о беззаконии наказал еси человека, и истаял еси яко паучину душу его» (Пс.38:12). Иному земля, хотя он ее и удобряет, не дает плода своего; другого же труд, и по многом поте, остается тщетен. Один страждет нестерпимою и многолетнею болезнию; другой умирает смертию нечаянною и скоропостижимою; а иной впадает в ров несчастия бедственнейшего и неутешимого.

Почему ж, возражают некие, видим мы иногда грешников таких, кои не только никакого и не претерпели наказания, но жизнь провождали благополучную и благоденствовали в сем настоящем веке? На сем пункте и великий пророк Иеремия остановился, говоря: «что яко путь нечестивых спеется? Угобзишася вси творящии беззакония?» (Иер.12:1) Но там же он сие вдруг и решил, ответствуя: «близ еси Ты уст их, далече же от утроб их» (Иер.12:2). Чрез уста разумеет внешняя и временная благая, которые Бог от них не отнимает: а чрез утробу — внутренняя и вечная, от коих те за грехи свои далече отстоят. Потом и казнь объясняет, для которой спеются нечестивые: «очисти их в день заколения их» (Иер.12:3). Жестоко также Божественный Апостол осуждает грешника, не о Боге мыслящего, но нерадящего о благости, кротости и долготерпении Божием и неведущего, что сею благостию призывает его Бог на покаяние. Нераскаянне, говорит, — ты ли восстаешь против Бога? «Или о богатстве благости Его и кротости и долготерпении нерадиши, не ведый, яко благость Божия на покаяние тя ведет?» (Рим.2:4) Посему, если никоторые из грешников не наказываются в сем мире: то сие есть знак благости Божией, призывающей их на покаяние. Горе же им, если сердце их ожесточается, и пребывают нераскаянными. Почему сии несчастные собирают тогда весь Божий гнев в страшный день суда. «По жестокости же и нераскаянному сердцу, собираеши себе гнев в день гнева и откровения праведнаго суда Божия» (Рим.2:5). поелику Бог есть праведнейший и нелицеприятный, то без сомнения равно наказывает всех преступающих повеления Его. А понеже наша жизнь есть не одна, но две, — одна временная, а другая вечная; то посему иных, то есть тех, коих грехи суть легчайшие, наказывает в сей жизни, да видя наказания и устрашась праведного Его гнева и мщения, отвратятся от греха: а иных, то есть, жесточае согрешающих, оставляет ненаказанными, да не сомневаемся, что есть будущая жизнь, и суд и воздаяние, если верим что Бог есть праведен. Убо когда видим иных грешников наказуемых, а иных не только не наказанных, но и благоденствующих: то по необходимости признать убеждаемся, что приидет день, в который ненаказанные грешники восприимут достойное наказание.

Посему, христиане, когда видишь благоденствующим нечестивого и беззаконного человека, не гонись за его счастием, ниже поревнуй ему: «не ревнуй лукавнующим, ниже завиди творящим беззаконие» (Пс.36:1). Почему ж? «Зане яко трава скоро изсшут, и яко зелие злака скоро отпадут» (Пс.36:2). Когда видишь славу и честь грешничу, нимало не удивляйся; «яко грешницы погибнут, врази же Господни, купно прославитися им и вознестися, исчезающе яко дым изчезоша» (Пс.36:19-20). Когда видишь нечестивого возвышающегося яко кедры Ливанские, не соблазняйся: ибо, «мимо идох», свидетельствует Пророк, «и се не бе, и взысках его, и не обретеся место его» (Пс.36:35-36). Когда видишь преступника ненаказанного, нимало не малодушествуй; ибо хранится он в день суда: «хранится нечестивый на день зол» (Притч.16:9) Если же ты сам грешник, и никакого от Бога не получаешь наказания; знай, что сие есть благость Божия и кротость и долготерпение, тебя призывающее; прииди, вопиет тебе: — покайся. Если же сердце твое пребывает каменно и нераскаянно, — горе тебе: «собираеши гнев в день гнева и откровения праведнаго суда Божия»! (Рим.2:5) Если пребываешь в беззаконии, и вместо наказания получаешь счастие, — горе тебе: ибо готовишься в день заколения, «хранишься на день зол». За нераскаяние твое Бог тебя оставляет, и никогда не наказывает тебя наказанием временным, но приуготовляет тебе вечную казнь.

Братие! наказание за грех есть неизбежное. Если не наказываемся временно, накажемся со временем вечно. поелику же грех отовсюду нас окружает: где бы кто ни был, куда б ни обратил очей своих, везде искушения и сети и бедствие греховное. «Помышление бо наше прилежит прилежно на злая от юности нашея» (Быт.8:21): так что ж нам остается делать? Дерзайте, не отчаивайтесь. Имеем великое убежище, имеем подкрепление и довольную надежду на беспредельное Божие благоутробие к раскаивающимся. Через покаяние и исповедание не только избежим временного наказания, но и совершенное получим грехов оставление. «Беззаконие мое познах», говорит Пророк, «и греха моего не покрых: рех, исповем на мя беззаконие мое Господеви, и Ты оставил еси нечестие сердца моего» (Пс.31:5).

4.1. В неделю расслабленного толкование на Апостол из Деяний Апостольских (Деян.9:32-42)

Ныне чтенная История Деяний Апостольских представляет нам точное событие сих слов Господних: «веруяй в Мя, дела яже Аз творю, и той сотворит» (Ин.14:12). Владыка всяческих исцелил расслабленного в овчей купели от недуга, которым он был мучим тридесять восемь лет: а Петр уверовавши в Него, Енеа в Лидде, восемь лет лежащего на одре, восставив с постели здрава сотворил. Иисус Христос единым словом «куми»- даровал жизнь умершей дщери Иаировой (Мк.5:41): а уверовавший в Него Петр, единым словом: «востани», воскресил из мертвых Тавифу. О сколь сладостны и умилительны чудодействия величества и благоутробия Божия, и сколь ясно открывается в них сила веры! Вера и чудеса суть две вещи, которые имеют между собою тесный союз. Выслушайте, братие, всю ныне чтенную Историю с должным замечанием и вниманием, да уразумевши взаимообразное отношение веры к чудодействиям, удостоверитесь в том, что вера есть мать чудес, а чудеса суть утверждение веры.

Деян.9:32. И бысть Петру посещающу всех, снити и ко святым живущим в Лидде.

Апостол Петр все то время, в которое новосоставленная Церковь Христова испытывала жестокость гонений, пребывал с прочими Апостолами во Иерусалиме. А когда промысл Божий для большего умножения веры даровал «мир церквам, бывшем по всей Иудеи и Галелеи и Симарии» (Деян.9:31), тогда он исшел из Иерусалима, посещая, говорит Божественный Историк, всех. Не сказал, посещая грады: но посещая всех, дабы показать, что он навещал всех живущих в тех местах, чрез которые проходил, верных утверждая в вере и добродетели, неверующих же подвизаясь обратить от заблуждения к истине. Таким образом Петр, посещая всех, пришел наконец и ко святым живущим в Лидде. Святыми здесь Апостол Лука называет, так как называл и Павел всех верующих во Христа потому, что и звание, и дела их были святы (2Тим.1:9): город же Лидда, иначе называвшийся Диосполь, лежал близ Иопии (Иерон. в Имян.): а назиранием таковых верных святой Петр подал пример Пастырям Церкви, дабы и они так же посещали всех находящихся под их управлением, исправляли их погрешности, и утверждали в добродетели. Что же случилось по пришествии Петровом в Лидду?

Деян.9:33. Обрете же там человека, некоего именем Енеа, от осьми лет лежаща на одре, иже бе разслаблен.

Кто такой был Еней? Какого состояния человек? Какого рода? Какого исповедания? Какого звания? Верный ли был, или неверный? Прежде ли уверовал во Христа, а потом уже получил исцеление, или прежде исцелился, а потом уже принял веру? Он ли просил у Петра здравия, или Петр сам по себе исцелил его? О всем том святой Историк, наблюдая краткость, умолчал, а упомянул только, для удостоверения в происшедшем чуде, о его имени, о болезни и о способе исцеления.

Поелику же из того, что запечатлено молчанием, ничего в точности узнать не можно: то мы в сем случае должны быть довольны только тем, что вероятия достойно. Может быть Еней был человек тогда весьма известный и знаменитый: и потому Божественный Лука о многом в рассуждении его умолчал. Может быть он уверовал во Иисуса Христа тогда, как исцелился, а может быть еще прежде, и потому получил исцеление. Вероятно также, что Петр из единого человеколюбия, без всякого прошения исцелил его, подражая Иисусу Христу, который многажды, никем не будучи просим, творил чудеса, умоляем единым токмо своим благоутробием. Назывался немощный оный человек Енеем: болезнь же его была самая жестокая и продолжительная, то есть, расслабление всего тела: почему он и лежал восемь лет на одре. Выслушайте же способ исцеления.

Деян.9:34. И рече ему Петр: исцеляет тя Иисус Христос: востани с постели твоея: и абие воста.

Сколь тяжка и долговременна была болезнь, столь легко и скоро произошло исцеление ее. Енее, сказал болящему Петр, исцеляет тя Иисус Христос: востани с постели твоей: и расслабленный, восемь лет лежавший на одре и не могший востать с постели своей, тотчас востал, и начал ходить. Какое чудо! Какая удивительная сила имени твоего, Иисусе Христе! Примечания достойно, что выражение сие: «востани с постели твоея» слово же в слово с греческого языка постели самому себе9 в одном только сем месте находится: и поелику есть неудобопонятно, то различным образом его толкуют: некоторые объясняют так: востани, и накрой себе трапезу, да яси: иные, востани, и постели себе одр, который прежде другие для тебя постилали: а некоторые, возьми одр твой, почему и говорили: «и в доказательство истины, чуда онаго повелел взять одр ему» (Злат. на Деян. Апост.). Какое же действие имело сие чудо?

Деян.9:35. И видеша его вси живущии в Лидде и во Ассароне, иже обратишася ко Господу.

Вера Петрова соделала чудо, которое обратило к вере и утвердило в оной всех живущих в Лидде и Ассароне: они, увидев, что расслабленный недвижимо прежде лежавший, силою имени Христова, Петром произнесенного, соделался здрав, востал и начал ходить, от заблуждения своего обратился ко Господу нашему Иисусу Христу. Лидда же и Ассарон находятся между горою Фавором, и морем Тивериадским, между Палестинскою Кесариею и Иоппиею. Таким образом описав сие чудо, Богоглаголивый Лука приступает к описанию другого, еще более удивительного, пиша:

Деян.9:36. Во Иоппии же бе некая ученица, именем Тавифа, яже сказаема глаголется Серна: сия бяше исполнена благих дел и милостынь, яже творяше.

Слышите, как он, яко высокий Историограф, описал вкратце отличные свойства сей святой жены. Она, говорит, родом была из Иоппии приморского города в Палестине, который и доныне существует, была ученица Иисуса Христа, была добродетельна и подавала милостыни. Он даже и имя ее истолковал: Тавифа, Еврейское слово, сказал он, значит на нашем языке Серна. Сие животное имеет самое острое зрение и скоро бегает? а сим дал нам знать, что самое имя ее означало как остроту ума ее в избирании дел истинно добрых, так и ее усердие и скорость в исполнении добродетели.

Деян.9:37. Бысть же во дни тыя болевшей ей умрети: омывше же ю положиша в горнице.

«Во дни тыя», то есть в то время, когда Петр проходил чрез Иудейские грады, посещая всех там живущих, Тавифа заболела и умерла. Верные, при ней бывшие, омыли ее тело, и положили оное в горнице до прибытия Петрова, которого они просить были намерены, как видно из последующих слов. Здесь, братия моя, ясно видеть можем, откуда православные Христиане получили и доныне сохраняемый обряд омывать водою тела умерших. Делают же сие для того, чтобы мертвец тот имел тело свое чисто от всякой телесной скверны, также как и душу имеет очищенную от всякой душевной скверны, и чтобы внешняя чистота означала внутреннюю.

Деян.9:38. Близ же сущей Лидде Иоппии, ученицы слышавше, яко Петр есть в ней, послаша два мужа к нему, моляще его не обленитися приити до них.

Лидда находилась близ города Иоппии, где умерла Тавифа: почему ученики Христовы, бывшие тогда в Иоппии, услышав, что Апостол Петр находится в Лидде, послали к нему двух мужей, прося его немедленно к ним прийти. Они надеялись, что Петр, исцеливший пред ними расслабленного Енеа, и тению своею толикие чудеса совершивший, может воскресить из мертвых и Тавифу: иначе бы не дерзнули они и беспокоить его в то время, как занимался он проповедью Евангельскою: притом в надежде сей подкрепляли их бедные своим молением, и вдовицы своими слезами. Петр же явился весьма готовым к исполнению прошения учеников оных.

Деян.9:39. Востав же Петр иде с нима: егоже пришедша возведоша в горницу: и предсташа ему вся вдовицы плачуща и показующа ризы и одежды, елика творяше с ними сущи Серна.

Посланные от учеников просить Петра объяснили ему, как видно из сего, ту причину, для которой они его просили: по которой он тотчас с ними же и пришел. Они ввели его в горницу, где лежало мертвое тело Тавифы: там тотчас предстали пред него бедные вдовы, плачущие и рыдающие о том, что лишились они питательницы и благотворительницы своей. А дабы уверить его в благотворительности Тавифы, и изобразить ему то усердие и готовность, с каковою она подавала милостыню, они показали ему те ризы и одежды, коими она жаловала их. Заметьте же здесь, сколько сия блаженная жена была смиренна: она не только подавала милостыню несчастным вдовицам, но и обращение свое имела с ними: сие Божественный Историк объяснил оными словами: «с ними сущи». Что же сделал тогда Петр?

Деян.9:40. Изгнав же вон вся Петр, преклонь колена помолися: и обращся к телу, рече: Тавифо, востани. Она же отверзе очи свои: и видевши Петра, седе.

Для чего Петр изгнал всех вон? Для того, что ум при множестве плачущего народа, неудобь восходит к престолу Божию: изгнал убо всех вон, дабы устремить наедине все мысли свои к Богу: дабы сим сделать подражание своему Учителю, который также, прежде изгнал всех из дому Иаирова (Мк.5:40), потом воскресил дочь его, и дабы тем избавиться, сколько было можно, людских похвал и почестей. Когда же все вышли вон, то он, преклонив на землю колена свои, излил свое моление пред Богом: но в каких словах оно состояло, о сем Божественный Историк умолчал, яко то уже известно от самых дел: ибо о чем ином просил он тогда всещедрого Бога, как не о том, чтобы умилосердившись над бедными оными, воскресил из мертвых их благотворительницу? Но для чего Петр не поступил таким же образом и тогда, когда исцелил Енея? Воскресить мертвого есть дело более чудесное, нежели исцелить расслабленного. Для того и моление о нем было прилежное и с коленопреклонением. поелику же священный Дееписатель говорит, что Петр по молитве своей обратился к мертвому телу Тавифы, то из сего и видно, что он тогда, когда молился за нее, имел устремленный на небеса не только ум свой, но и лице и очи. И так воззрел он на мертвое тело Тавифы, и начал говорить ей, как бы спящей, и она услышала слова его. Тавифо, сказал он. Она же, О чудес твоих Христе Царю! как бы от сна отверзла очи свои, видевши его, села.

Деян.9:41. Подав же ей руку, воздвиже ю: и призвав святыя и вдовицы, постави ю живу.

В Истории о Тавифе два востания находим: одно из мертвых, а другое с места, на котором она лежала. Первое соделал Бог, вняв прошению Петра: а второе сам Петр, подав ей руку помощи. Сие место Священного Писания объясняет нам, что Бог относительно добрых дел то только производит, что превышает наши силы, а то, что не превосходит оных, предоставляет оканчивать нам самим. Когда же Тавифа востала из мертвых и с одра своего, тогда Петр призвав святых, то есть верных и бедных вдовиц, которые прежде неутешно плакали, поставил ее пред ними живу. Сие он соделал для того, дабы показать, что он просил Бога о воскресении ее ради их слез и их утешения. Что же последовало за сим преславным чудом?

Деян.9:42. Уведано же бысть по всей Иоппии, и мнози вероваша в Господа.

Сие великое чудо соделалось известным во всей Иоппии: и потому многие из живущих в ней уверовали в Господа нашего Иисуса Христа. Вот сила веры, ее же ради Бог творит чудеса: «и вся, елика аще воспросите в молитве, верующе, приимете» (Мф.21:22). Чудеса же делают неверных верными. «И видеша его», то есть Енеа, «вси живущие в Лидде и во Ассароне, иже обратишася ко Господу» (Деян.9:35). «Уведано же бысть по всей Иоппии» чудо воскресения Тавифы из мертвых: «и мнози вероваша в Господа».

Беседа о том, сколь великую силу имеет милостыня

Кто вложил мысль в учеников Христовых, живущих во Иоппии, оставить непогребенным мертвое тело Тавифы, и призвать к себе Петра из Лидды? кто их уверил, что Петр, пришед во Иоппию, воскресит из мертвых Тавифу? Много было верных, живших тогда во Иудеи, Галилеи и Самарии, почему несомнительно, что некоторые из них умерли в то время, в которое Петр проходил чрез их города: почему же то, что мы читаем в Истории о Тавифе, произошло только с нею одною, а не с другим еще кем- либо? Слезы нищих заставили учеников тех поступить таким образом: милостыня Тавифы, которую она щедро раздавала нищим, уверила их, что Петр придет к ним, и помолится о ее воскресении: и что премилосердый Бог, услышав моление Петрово, воскресит ее из мертвых. Одна же она из всех удостоилась сея благодати за многие милостыни свои. Сие Петр объяснил во-первых тем, что, увидев слезы нищих, увидев ризы и одежды Тавифы в руках их, тотчас с большим дерзновением, с большим надеянием преклонив на землю колена свои, и просил Бога о ее воскресении: во- вторых тем, что когда Тавифа воскресла, то призвав, по словам Апостола Евангелиста Луки, святых и вдовиц, постави ю живу. Сие Петр учинил единственно для того, чтобы показать что Бог воскресил ее ради святых и вдовиц: ради святых, да утвердятся во святом деле милостыни: ради вдовиц, да возвратит им прежнюю помощницу в их нуждах, и дабы сим чудеснейшим примером показать всему миру, сколь великую силу имеет милостыня.

Священное Писание исполнено законоположений, побуждений, примеров, обещаний, наград и мздовоздаяний за милостыню: по коим всем ясно видеть можно, коликую милостыня имеет благодать и силу. И что она предписана законом, в том всяк может увериться, когда прочтет сии Господни слова: «обаче от сущих дадите милостыня: продадите имения ваша и дадите милостыню» (Лк.11:41,12:33). Какое другое законоположение яснее и выразительнее сего законоположения? Смотрите же, коликую благодать и силу имеет милостыня!

Милостыня имеет крыле, коими она возлетает на небеса, и предстоит всегда пред престолом Божиим, да Всевышний воззрев и воспомянув о ней, помилует нас. Истину сию открыл нам Бог послав Ангела своего к Корнилию сотнику возвестить ему следующее: «молитвы твоя и милостыни твоя взыдоша на память пред Бога» (Деян.10:4). Милостыня есть превыше всякой жертвы: всякое доброе дело, из любви к Богу творимое, есть жертва Богу приносимая. Любовь, смирение, целомудрие, послушание, пост, молитва, сокрушение сердца суть жертва, по сим словам Давида: «жертва Богу дух сокрушен» (Пс.50:19), но так как и всякое другое деяние благих дел, милостыня преимущественнее всех жертв. Хощет Бог жертв, хощет добрых дел, потому что Сам Он установил жертвоприношения, Сам же Он есть и благих дел Источник: а дабы показать, что Он милостыню предпочитает всем другим жертвам, то рек: «шедше же научитеся, что есть: милости хощу, а не жертвы» (Мф.9:13). Я предпочитаю, говорит Он, милость и самой жертве.

Милостыня не есть дар, как некоторые думают, но даяние взаим: в сем займе, милуяй дает, нищий берет, а Бог делается поручителем.

Попекись, глаголет Господь, о бедном немощном, и ежели что издержишь на него, Я воздам тебе, когда прииду паки в мир судить живых и мертвых. «Прилежи ему: и еже аще прииждивеши, Аз, егда возращуся, воздам ти» (Лк.10:35): слышите: «Аз», глаголет, «воздам ти”. И какого другого поручителя можно найти вернее, богатее и истиннее Бога? поелику же платить долг настояще обязывается должник, а не поручитель: для сего Преблагий Бог, дабы более расположить сердца наши к подаянию милостыни, делается из поручителя должником, и яко должник обещается заплатить долг сими словами: «взаим дает Богови милуяй нища, по даянию же его воздастся ему» (Притч.19:17). Какое чудесное дело! милостыня отступает от всех законов: по законам природы, порядка и ума, одолжения человеческие неприличны Богу: но милостыня делает его должником человеку: видите, коликую силу имеет милостыня.

Но человеколюбивейший Бог на сем еще не останавливается: Он приемля на себя лице нищего говорит: когда придет к тебе нищий, тогда Я предстою пред тобою: когда он просит у тебя милостыни: тогда Я прошу у тебя милостыни: ты все что ни подаешь нищему, хлеб ли, одежду ли, сребро ли, или что другое, Мне подаешь: все, что ни сделаешь для него, сделаешь для Меня. «Аминь, глаголю вам, понеже сотвористе единому сих братий моих менших, Мне сотвористе» (Мф.25:40). О! коль велико человеколюбие Твое, Всеблагий Царю! Ты, который обитаешь на небесех, сходишь на землю принять от меня милостыню: которому поклоняются, которого славят все небесные силы, который владычествует над всею землею и над всею вселенною, предстоит предо мною яко нищий, покрытый уничижением: который отверзает руку свою, и всяческой исполняет благости, простирает ко мне свою десницу, и просит у меня малейшей части хлеба, да насытится: который покрывает небо облаками, просит у меня себе одежды, да прикрыет наготу свою: Ты, Всесилен сый и Вседержитель, требуешь моего вспомоществования в Твоих нуждах. Господи, Господи милости, Ты просишь у меня милостыни? Так точно, братие, и так устроил Бог для спасения нашего. «Аминь глаголю вам, понеже сотвористе единому сих братий Моих меньших, Мне сотвористе» (Мф.25:40). Толика есть высота милостыни, толика благодать и сила ее.

Посему для людей милосердых приуготовлены и воздаяния, как мы видим из Священного Писания, велики и многи, земные и небесные. Посмотрим прежде на земные. Царе-Пророк Давид описал их в кратких в словах: «весь день милует, и взаим дает праведный, и семя его во благословение будет» (Пс.36:26). Что же значит благословение Божие? Оно означает всякое добро, и всякое благополучие: «Авраама благослови Бог, благослови же и последняя Иовля паче, неже прежняя» (Быт.12:2: Иов.42:12), и они оба соделались богаты, славны, пресчастливы и всякою честию почтенны. Какою убо радостию наполнятся сердца ваши, чадолюбивые родители, когда поверите, что Бог за милостыню вашу посылает благословение свое на чад ваших? Колико блаженными почтете самих себя, когда узрите на сынах, на дщерях и на чадах чад ваших благословение Божие, то есть мир, любовь, честь, богатство и всякое другое земное благополучие? Вот земная награда людей милосердых: «весь день милует, и взаим дает праведный, и семя его во благословение будет».

Посмотрим теперь на воздаяния духовные или небесные. Из них первое есть отпущение грехов: «обаче от сущих», рек Господь, «дадите милостыню: и се вся чиста вам будет» (Лк.11:41). Вот духовное воздаяние за милостыню, во сто крат оную превышающее. Даешь хлеб, подверженный тлению, а получаешь очищение грехов: даешь вещество земное, а получаешь спасение душевное: даешь вещь временную, а получаешь благодать вечную: «обаче от сущих дадите милостыню: и се вся чиста вам будет». И нет человека, которой бы не имел нужды в таковой награде: нет, говорю, человека в мире, который бы чист и безгрешен был, а потому и не имел бы нужды в очищении: «не глаголи», говорит праведный Иов, «яко чист есмь делы, и безпорочен пред ним. Кто бо чист будет от скверны?» (Иов.11:4,14). Никтоже, «аще и един день житие его на земли» (Иов.14:4-5). На что убо иное можем иметь мы бедные надежду спасения нашего, как не на милость Божию? Милость же сия дается милующим в воздаяние за их милостыни: она не токмо исцеляет раны греховные и очищает оные от всякой скверны, но и освящает души людей милосердых. Истину сего подтвердил сам единородный Сын Божий глаголя, яко милующие не токмо помилованы бывают, но и блаженны: «Блажени милостивии, яко тии помиловани будут» (Мф.5:7). И так будь милостив к нищим, и не сомневайся о том, что помилует тебя Бог. Будь милостив к нищим, и ты будешь без всякого сомнения достоин жизни блаженной. «Блажени милостивии, яко тии помиловани будут». Всещедрый Бог, открывая нам сию истину, изглаждает вместе из сердец наших всякую недоверчивость и всякое сомнение.

А когда придет тот день, в которой праведный Судия воссядет на престоле славы Своей, будучи окружен силами небесными, и в которой все сущие от века человеки соберутся пред Него: тогда ты, человек милосердый, ты, который питал алчущих и одевал нагих, который призирал сирых и помогал вдовицам, который служил немощным и принимал странных, который посещал заключенных в темнице и отверзал щедрую свою руку убогим: ты, говорю, человек блаженный, коего сердце исполнено сострадательности и человеколюбия, ты получишь тогда неисчетные, никогда неувядающие венцы наград за свои подвиги. Тогда во-первых Царь славы за ту земную честь, коею ты почтил Его, воздаст тебе честь небесную, поставит то есть тебя одесную Себе пред всеми Ангелы и пред всеми человеки: потом возвестит пред ними те твои благодеяния, которые ты оказал Ему: «Аз», речет, «взалкахся, и ты дал Ми еси ясти: возжадахся, и ты напоил Мя еси, наг бех, и ты одеял Мя еси, странен бех, и ты к себе приял Мя еси: болен бех, и посетил Мя еси: в темнице бех, и пришел еси ко Мне» (Мф.25:35-36). О хвала исполненная бессмертной славы! О честь, несравненно высшая всех почестей и достоинств земных! Прииди, речет потом Царь правды и милости, прииди благословенне Отца моего, наследуй царствие, уготованное для тебя от сложения мира (Мф.25:34). Вот, братия моя, воздаяние всех воздаяний высшее, воздаяние вечной радости и бессмертной славы, воздаяние блаженства и царствия некончаемого!

Какая другая добродетель, кроме милосердия, имеет у Бога толикую благодать и силу? За какую другую добродетель обещал Всевышний столько наград, сколько за милосердие? И какой добродетели дела описаны в книгах Священного Писания с такою точностью, как дела милосердия? Ныне чтенное Апостольское деяние открыло нам всю силу милостыни, чего ни в каком ином месте Божественного Писания найти не можно. Оно объяснило нам, что слезы вдовиц и нищих, которым Тавифа оказывала свои милости, воскресили ее из мертвых. Вот коликую силу имеет милостыня! Она и мертвых воскрешает. Христе Спасителю мой! ежели слезы нищих толико могут, то прошу от всей души моей и от всего моего сердца беспредельное Твое благоутробие, даждь ми благодать сию, да егда положено будет мертвое мое тело на одр смертный, окружат ложе мое нищие, и пролиют слезы не пред Петром, да воскресит мя из мертвых, но пред Тобою, Всещедрый, да помилует мою душу! Аминь.

5. В неделю Самаряныни толкование на Евангелие от Иоанна (Ин.4:5-42)

Многие и достовнимательные ныне чтенная Евангельская история заключает в себе вещи. Она явно доказывает Иисуса Христа Богом и человеком, описывает беспредельное Иисус Христово человеколюбие и снисхождение, и горячую веру и ревность Самаряныни в рассуждении обращения своих соотечественников; научает, коль обильная есть струя Божией благодати, и какое есть истинное поклонение Богу; также — коль действительно было слово Господа Иисуса. Внемлите же, христиане! да слыша сие душеспасительное учение, сподобитесь и вы, как Самаряныня, пить живую воду, то есть, управиться на путь спасения.

Ин.4:5. Во время оно, прииде Иисус во град Самарийский, глаголемый Сихарь, близ веси, юже даде Иаков Иосифу сыну своему.

Древние Самарийские жители были Израильтяне. В царство же Охоза и Осии, пленив оных, Салманассар, царь Ассирийский, переселил всех в Вавилон и Мидию: а там, собрав различные народы, отослал их в Самарию. поелику же те народы были идолопоклонники, то Бог насылал на них львов, кои многих из них умертвили. О сем узнав, царь Ассирийский послал в Самарию единого из плененных иереев Израильских, да учит тамо сущие народы вере Иудейской. Почему, от того иерея научаемые, хотя и уверовали в истинного Бога, однако не преставали служить и изваянным. «И бяху», говорит Писание, «языцы сии боящеся Господа, и изваянным своим служаще» (4Цар.17:41). Но после, когда Иудеи возвратились от пленения, хотя и называли тех народов Самарянами, так как живущих в Самарии, которые название свое получили от горы Самар: однако же от них, так как язычников иноплеменных, отвращались. Сии Самаряне держась единого Моисейского Пятокнижия и отвергая прочие Священного Писания книги, называли сами себя чадами Аврамовыми и Иаковлевыми7. Знать же надобно, почему Господь наш повелевал ученикам Своим, чтобы не ходили во грады Самарийские: «и во град Самарийский не внидите», а чтобы предпочитали Израильтян: «идите же паче ко овцам погибшим дому Израилева» (Мф.10:5-6). И сим способом представил Он их безответными, яко язычникам предпочтенных, однако же проповедь благочестия презревших. Вам же всемирный Спаситель да покажет, что пришел в мир спасти всех равно Израильтян и язычников, приходит во един Самарийский город, называемый Сихарь. Сей город был близ места того, которое сыны Патриарха Иакова, побив Сикимлян за нарушение девства сестры их Дины, наследили (Быт.34). Но Патриарх Иаков отдал оное сыну своему Иосифу (Быт.42:22). Иде убо Господь наш в город Сихарь.

Ин.4:6. Бе же ту источник Иаковль, Иисус же утруждся от пути, седяше тако на источнице: бе же яко час шестый.

Источником называет студенец, или кладязь, так как и Самаряныня ниже говорит: «Господи, ни почерпала имаши, и студенец есть глубок» (Ин.4:11). Там, то есть, в Сихаре, был студенец, называемый источником Иаковлевым, или потому, что Иаков его ископал, или для того, что он находился на том поле, которое он купил у Еммора отца Сихемова и князя Сикимского (Быт.33:19). Там убо Господь Иисус, утрудились, сидел. Две же были причины утруждения: путешествие и жар. «Утруждся», свидетельствует, «от пути»: потом придает: «бе яко час шестый», то есть о полудни. Путешествие и труд научают нас, во-первых, что Христос есть совершенный человек: ибо каждый человек после пути и жара чувствует утруждение и требует места для отдохновения. Еще же показывают, что Спаситель наш пеший в полудни ходил не для другого чего, как ища нашего спасения. Но и сие: «седяше тако на источнице», крайнее Его обнаруживает смирение. Ибо сидел не на убранном и на устланном, но на простом и неприуготовленном при источнике месте, что самое довольно пышности наши опровергает. Ибо Господь неба и земли пеший ходил среди самого зноя и сидел, где случилось: мы же требуем коней, колясок, назначаем часы и осматриваем места для сидения. Еще же Господь и труд и путь предпринимал ради спасения Своих рабов, мы же нималого попечения не прилагаем ради вспоможения и пользы братии нашей. Там убо седяше Владыка всех, и се,

Ин.4:7. Прииде жена от Самарии почерпати воду. Глагола ей Иисус: даждь Ми пити.

По случаю ли пришла жена в тот час почерпать воду? Нет, но по Божиему мановению и строению. Ибо туда пришедши, обрела спасение: спасение же людей не непредвидимо бывает, не случайно, но по Божиему провидению и попечению. Как Закхей обрел спасение возлезши, по Божию смотрению, на смоковницу, Матфей же седя на мытнице, Нафанаил стоя под смоковницею, Андрей и Петр — ввергая мрежи в море: так и Самаряныня, пришедши тогда на студенец для почерпания воды, обрела души своей Спасителя. Но потому ли Он требовал воды от жены, что жаждал телесно? Хотя жаждал Он, яко человек, по пути полуденном, но яко Бог мог бы, если бы захотел, и из камени извести воду, как источил оную в Рафидине, и оною утолить Свою жажду так, как напоил жаждущих тогда Израильтян; но требует воды, человеколюбивейший, от Самаряныни, да требованием тленной воды, напоит ее живою богопознания водою и покажет, что Он жаждет и ищет по премногому Своему человеколюбию спасения всех человеков. И что Он требовал, о сем нет сомнения; но пил ли, о сем неизвестно: ибо умолчано Божественным Евангелистом. Видно же, что Он с толикою ревностию начал учение о вере, что ниже пищи вкушать хотел, когда ученики пришедшие принесли оную.

Ин.4:8. Ученицы бо Его отшли бяху во град, да брашно купят.

Требовал, говорит Евангелист, Иисус воды от Самаряныни, поелику ученики Его не были с Ним, но отлучились в город, чтобы купить брашна. Но какую имел нужду покупать брашна Тот, Который Сам в одном месте насытил пятьми хлебами пять тысяч, а на другом семью хлебами препитал четыре тысячи мужей, «разве» (кроме) «жен и детей» (Мф.14:21,15:38). Сие сотворил Господь наш Иисус Христос, желая удостоверить всех, что Он был и совершенный Бог, и совершенный человек. Почему иногда творил преславные и удивления достойные чудеса, обнаруживая чрез то силу Своего Божества: а иногда все, что касается до человечества, исполнял, то есть, покупал пищу и, седя с другими, вкушал; утрудившись, отдыхал при источнице и, жаждая, требовал воды от Самаряныни: «даждь ми», говоря, «пити».

Ин.4:9. Глагола Ему жена Самаряныня: како Ты, жидовин сый, от Мене пити просиши, жены Самаряныни сущей? не прикасаютбося жидове Самаряном.

Каким образом узнала Самаряныня, что Господь был Иудеянин? По голосу и произношению, так как и мужи Галаадстии узнали Ефремлян (Суд.12:6), и бывшие во дворе Архиерейском — Петра; тако узнав, удивилась, что Он от нее требует воды. Как Ты, — сказала, жидовин сый, просишь от меня, которая есмь Самаряныня, пить воды? И сие только рекла жена. Но Евангелист придал и причину, упоминая, почему так сказала жена; ибо Иудеи ни соединяются, ниже обращаются с Самарянами. Но правильно ли так поступали Иудеи, или только по обыкновению и несогласию? Самым делом запрещал закон Иудеям обращаться с язычниками, и вступать с ними в браки (Лев.20:24). Законно убо Иудеи, почитая язычниками Самарян, так как из Ассирии поселившихся и идолам поклоняющихся, отвращались от них, бегали их сообщения и не обращались с ними (Нав.23:12-13). Когда ж убо закон запрещал обращаться с язычниками: как же Иисус Христос обращался с Самарянынею, и просил от нее воды? Сие запрещал Иудеям закон для того, чтобы они не навыкли делам языческим, и не поклонились их богам, так как многажды случалось; «смесишася бо», свидетельствует Пророк, «во языцех, и навыкоша делом их, и поработаша истуканным их» (Пс.105:35-36). Но Богочеловек, обращаясь с язычниками, не делам их навыкал, но научая их делам Божиим, обращал их в истинную веру. Почему не нарушал закон, но исполнил его конец: и о сем Сам Господь засвидетельствовал пред женою.

Ин.4:10. Отвеща Иисус и рече ей: аще бы ведала еси дар Божий, и кто есть глаголяй ти, даждь Ми пити: ты бы просила у Него, и дал бы ти воду живу.

Если бы ты знала, говорит, благодать Божию, и кто есть Тот, Который просит у тебя воды, умолчала бы о законном уложении, а от Того бы просила, и получила воду живую. Какая же есть благодать Божия, и какая живая вода? Благодатию Божиею назвал Боголюбивый Апостол смотрение Божие, вочеловечение и пребывание в мире Единородного Его Сына. «Явися», свидетельствует, «благодать Божия спасительная всем человеком» (Тит.2:11). Живая вода разумеется та самая, о которой предсказано пророком Исаиею: «почерпите воду с веселием от источник спасения» (Ис.12:3). Что же значит сия вода, сам Евангелист Иоанн показал. Ибо когда упомянул, что Господь наш сказал: «веруяй в Мя, якоже рече писание, реки от чрева его истекут воды живы» (Ин.7:38): там же истолковал и воду живую, говоря: «сие же рече о Дусе, егоже хотяху приимати верующие во имя Его» (Ин.7:39). поелику же все Пророки и закон был токмо до Иоанна, «кончина же закона Христос» (Мф.11:13; Рим.10:4), «закон же бе пестун во Христа, пришедшей же вере, не под пестуном есмы» (Гал.3:24-25) для того Господь и сказал Самаряныне: если бы ты ведала, какой дар есть Моего пришествия, узнала бы, что оно упразднило те Ветхого Закона установления, дается же закон новый равно и Иудеям, и Самарянам, и по всей вселенной языкам. Если бы знала, что Я, просящий у тебя: «даждь Ми пити», есмь воплощенный Сын Божий и Спаситель мира, то просила бы ты от Меня живой воды, то есть, животворящей благодати Всесвятого Духа, и получила бы оную от Меня. Говорил же иносказательно жене Господь для того, да, когда бы сказал вдруг: Аз есмь Христос и Мессия, — не соблазнилась она, и не почла Его человеком гордым и самохвалом. Сия же, услышав и не могши понять силы Его слов, ответствует ему так:

Ин.4:11-12. Глагола Ему жена: Господи, ни почерпала имаши, и студенец есть глубок: откуда убо имаши воду живу? Еда Ты болий еси отца нашего Иакова, иже даде нам студенец сей, и той из него пит, и сынове его и скоти его?

Водою живою называл Моисей воду, из земли текущую или ключевую. Ибо о Агари говорил: «и узре кладязь воды живы» (Быт.21:19): и о рабах Исааковых: «и обретоша тамо кладязь воды живы» (Быт.26:19)8. А из сих слов, и слов Самаряныни, видно, что она, говоря о живой воде, разумеет воду кладязную. Отцем же назвала Иакова или потому, что древние Самарийские жители были чада Иаковля, или потому, что и самые Ассирияне, преселившиеся после в Самарию, по прежнему, называли самих себя, по сходству веры, чадами Иаковлевыми. Представила она и знатность воды в студенце Иаковлевом, говоря, что патриарх Иаков и сынове его из него пили: и обилие, уверяя, и скотов своих из сего источника поил Патриарх. Приметь, что с Самарянынею то же самое случилось, что и с Никодимом, слышавшим Господа глаголющего: «аминь аминь, глаголю тебе: аще кто не родится свыше, не может видети царствия Божия» (Ин.3:3): также и то, что и с Божественными Апостолами, когда они услышали сие: «Лазарь друг наш успе» (Ин.11:11): и сие: «Аз брашно имам ясти» (Ин.4:32), — то есть, совсем того не понимала, что ей говорил Господь. Ибо Господь Иисус говорил ей о благодати Всесвятого Духа; она же, думая, что Он говорит о вещественной и тленной воде, ответствовала Ему и говорила: Господи, Ты не имеешь почерпала, чтобы почерпнуть воды, студенец же сей есть глубок; откуда же возьмешь текущей воды? Или Ты более и искуснее отца нашего Иакова, который сделал и дал нам сей студенец, пил же из него и сам, и сынове его, и скоты его? поелику убо она не могла понять сказанных слов, Господь следующим образом ей объясняет:

Ин.4:13-14. Отвеща Иисус, и рече ей: всяк пияй от воды сея, вжаждется паки: А иже пиет от воды, юже Аз дам ему, не вжаждется во веки: но вода, юже Аз дам ему, будет в нем источник воды, текущия в живот вечный.

Сии слова показывают, что ответ не был на вопрос жены. Однако тако Богочеловек отвечал весьма богомудро. Если бы сказал Он: поистине более есмь Иакова; то она, ради высокого о Иакове мнения, тогда же бы усомнилась и отвратилась бы от Него, так как высоко о Себе мечтающего. Говоря же, что кто пиет от той Иаковлевой воды, вжаждется паки, а кто будет пить от воды, юже Аз дам, не вжаждется во веки, показал, что вода, которую Он дает, гораздо лучшая есть пред водою Иаковлевою. Говоря убо, что Его дары суть гораздо превосходнее Иаковлевых, дал случай жене заключить, что Он есть того более. Вода же, о коей говорит Господь наш, есть благодать Всесвятого Духа, как выше сказали. И кто удостоится сея благодати, никогда не вжаждет в познании Божественного учения, ниже будет иметь нужду, чтобы другой его кто учил: но бывает и сам источником учения, которое, проистекая и исходя из уст его, напоявает и направляет слушающих в жизнь вечную. Таковые были Богоносные Апостолы, кои, прияв благодать Всесвятого Духа, толико просветились, что имели полное сведение о истине Божественных Таин, якоже Богочеловек их уверил: «егда же приидет Он, Дух истины, наставит вы на всяку истину» (Ин.16:13). Были они как источниками Божественного учения, так напоявая всю вселенную струею богопознания, наставляли человеков на путь спасения. Слыша же Самаряныня сей Спасителя нашего ответ, ниже удивлялась, ниже не доверяла, но тогда же просила той воды.

Ин.4:15. Глагола к нему жена: Господи, даждь ми сию воду, да ни жажду, ни прихожду семо почерпати.

Паки жена земное мудрствует. Разумеет вещественную и земную, а не нетленную и небесную Спасителя воду. Итак дай мне, говорит, Господи, сию воду, да не жажду, и не прихожу сюда почерпать воды. поелику убо ни сии слова могли обратить ум ее к познанию высочайшего: то иным образом Человеколюбивейший приводит ее к вере.

Ин.4:16. Глагола ей Иисус: иди, пригласи мужа твоего, и прииди семо.

Вот другое средство: позови, говорит, мужа твоего, и с ним сюда прииди. Предусматривает, яко Сердцеведец, что она, о сем услышав, скажет Ему, что не имеет мужа; но Он, из сего взяв случай, и открыв ей тайные ее дела, показует Себя сердцеведцем, да приведет сим оную в веру в Него. Что самое и случилось. Ибо

Ин.4:17-18. Отвеща жена и рече Ему: не имам мужа; глагола ей Иисус: добре рекла еси, яко мужа не имам. Пять бо мужей имела еси: и ныне, егоже имаши, несть ти муж; се воистинну рекла еси.

За простого человека почла Богочеловека Самаряныня; почему мнила, что она может утаить от Него свои преступления. Но человеколюбивейший Бог кротчайшим образом обличает ее ложь и беззаконие, говоря: справедливо ответствовала, что мужа не имею. Истину рекла: ибо пять мужей имела, а которого теперь имеешь, не есть твой муж. Что ж последний сей муж Самаряныни был незаконный, видно из сего, что Господь сказал: «и ныне, егоже имаши, несть ти муж». Но о пяти первых неизвестно, законные ли они были, или незаконные. Слышав же Самаряныня о открытии тайны своей, почла за пророка Иисуса Христа.

Ин.4:19-20. Глагола Ему жена: Господи, вижу, яко пророк еси Ты. Отцы наши в горе сей поклонишася: и вы глаголете, яко во Иерусалимех есть место, идеже кланятися подобает.

Две было горы на восточной стороне Иерихона: гора Гаризин и гора Гевал. На горе Гаризин Иудеи творили благословения, а на горе Гевал проклятия: «да даси, повелевает Бог, благословение на горе Гаризин, и клятву на горе Гевал» (Втор.11:29)9. Сего придерживаясь, Самаряне поклонялись на горе Гаризин; ибо была гора благословения. А Иудеи с причиною утверждали, что место для поклонения есть во Иерусалиме; ибо закон повелевал: «внемли себе, да не принесеши всесожжений твоих на всяком месте, еже аще узриши: токмо на месте, еже изберет Господь Бог твой, в едином от племен твоих, тамо да принесеши всесожжения твоя, и тамо сотвориши вся, елика Аз заповедаю тебе днесь» (Втор.12:13-14). Приметь же, что Самаряныня, узнав, что Иисус Христос Иудеянин есть и Пророк, хотя и не вопрошает, но предлагает Ему о различии между Иудеями и Самарянами по месту поклонения. Отцы наши, говорит, — называя отцами прежде бывших Самарян, — поклонишася, то есть, молились и приносили жертвы свои, на сей горе: вы же, Иудеи, утверждаете, что место для поклонения есть Иерусалим. Сие сказав, ожидала ответа Господня, да узнает, какое истинное и должное место поклонения. Почему

Ин.4:21. Глагола ей Иисус: жено, веру Ми ими, яко грядет час, егда ни в горе сей, ни во Иерусалимех поклонитеся Отцу.

Какой есть «грядущий час»? Есть то время, в которое и храм Иерусалимский, и святыни Самарянские имели быть уничтожены, или — «час» есть время пришествия Его в мир и Божественного явления, которое уничтожило уставы закона и показало, что всякое место есть пристойно для поклонения Богу. Почему и ниже говорит: «но приидет час, и ныне есть» (Ин.4:23). Но для чего сказал, что во время пришествия Его ни в горе Самарийской, ни в Иерусалимех не будут люди поклоняться? Все в Него верующие и в Иерусалиме, и в Самарии, и на всяком месте кланяются, молятся и бескровные приносят Богу жертвы. Какой же смысл заключают слова Господни? Мнение Самарян и Иудеев чрез сие отвергает Спаситель, и возвещает кончину законных и сенных жертв, а истинное Богу поклонение определяет. Ни на горе сей, говорит Он, — ни во Иерусалимех поклонитесь, думая, что одни точию сии места приличны к поклонению Божию. Когда же Господь поговорил с женою о месте поклонения, начинает потом беседовать и о лице, Коему кланяться надобно, продолжая:

Ин.4:22. Вы кланяетеся, егоже не весте: мы кланяемся, егоже вемы: яко спасение от Иудей есть.

Каким же образом Самаряне поклонялись незнаемому Богу, а Иудеи — Богу знаемому? Самаряне веровали богу местному и частному, так как и Ассирияне объявили царю своему: «языки, ихже превел и пресадил еси во градех Самарийских, не разумеша суда Бога земли» (4Цар.17:26). К сему же Самаряне вместо истинного Бога служили и изваянным. «И бяху», пишется, «языцы сии боящеся Господа, и изваянным своим служаще» (4Цар.17:41). А посему Господь и сказал, что они не знали, чему и кланялись; Иудеи же признавали неописанного, беспредельного Господа всея твари Бога, и Сему единому жертвовали. Кроме же того они, имея Пророческие книги, не только признавали Бога Отца, но и в плоти имущему быть смотрению Сына Божия поучались; Самаряне же такового знания чужды были, поколику не принимали Пророческих книг. Не удивляйтесь же, что Христос всею тварию, яко Бог истинный, поклоняемый и обожаемый, а Сам никому не поклоняющийся, причисляет Самого Себя к Иудеям, и говорит во множественном числе: «мы кланяемся». Ибо разговаривает Он, как Иудеянин, по мнению Самаряныни; обращается яко человек, а не яко Бог. Яко человек, и поклонялся Богу Отцу, и ныне ходатайствует за нас. «Христос», свидетельствует Богодухновенный Павел, «Иисус умерый, паче же и воскресый, Иже и ходатайствует о нас» (Рим.8:34). Показал же, что спасение есть от Иудеев, для того, что он Сам, Спаситель и Избавитель всего мира, воссиял от колена Иудова. Понеже и Матерь Его, Святая Дева Мария, от Которой воплотился, произошла от фамилии Давидовой. Поговорив убо Господь о месте поклонения и о поклоняемом Боге, показывает образ, как кланяться Богу надлежит, говоря:

Ин.4:23. Но грядет час, и ныне есть, егда истиннии поклонницы поклонятся Отцу духом и истиною: ибо Отец таковых ищет покланяющихся Ему.

Сие «грядет час» означает время будущее. Грядет, говорит, время, когда поклонения в Иерусалимех и Самарии уничтожатся и проповестся проповедь веры. Сие же «и ныне есть» показывает время настоящее. Почему как бы так говорит: время, в которое Я разговариваю и учу, время пристойное есть, да поклонятся истиннии поклонницы Отцу духом и истиною. Какие же суть истинные поклонницы? Верующие во имя Его. Ибо поклонение Самарянское было ложное и неосновательное, иудейское же — прообразовательное и сенное; а христианское есть совершенное и истинное. Сии во Христа верующие суть истинные поклонницы, которые кланяются Богу и Отцу «духом», то есть восхождением ума и духа к Богу; «и истиною», то есть, не прообразованиями и приношением животных, но делами, то есть, истинным исполнением Божеских заповедей, и совершением и причастием в истинных таинствах. Может быть еще, «духом» означает посвящение ума нашего Богу, ”а истиною” — телесное служение деятельной добродетели. Человек состоит из души и тела; двоякое и поклонение от него бывает, когда мысль восходит к Богу, а тело вспомоществует преуспевать в заповедях. Почему же такового поклонения и таковых поклонников ищет Бог? Ибо

Ин.4:24. Дух есть Бог: и иже кланяется Ему, духом и истиною достоит кланятися.

Бог есть невещественен, бестелесен, невидим паче, нежели душа человеческая. Подобным убо подобное почитается. Для души потребны истинные догматы веры, и истинным мудрованием прославляет она Бога. Разум проницает в невидимая Божия, во всемогущество, благость, человеколюбие, любовь, правду и в прочие Его совершенства, и воспевает Его беспредельное величество. Разум видит, какую мы нужду имеем в Боге, и какой мзды от Него себе чаять должны, и как можем приносить Ему жертву по подобию святых Ангелов, кои умственно Ему служат и духовно Его прославляют. Сие убо «духом» значит мысленно, душевно, духовно. И сие есть истинное поклонение, называемое также мысленною молитвою, божественным поучением, умственною добродетелию и духовным богозрением. Но чтобы кто из сего не заключил, что Бог только ищет единого мысленного поклонения, то присоединил Богочеловек к тому и сие: «истиною», дабы сим научить, что духовное поклонение купно с деятельною добродетелию поставляет человеков совершенными и истинными поклонниками Его Божества. Ибо всякая добродетель есть истина, по реченному: «вся заповеди Твоя истина»; также: «закон Твой истина» (Пс.118:86,142). Те убо суть истинные поклонницы Божии и служители, которые умственно Ему кланяются и деятельно (то есть, чрез дела) Его славословят. Те суть истинные поклонницы, которые деятельным богозрением работают Богу. Сие как услышала Самаряныня, познала, что сии слова были Божественные, а не человеческие. Почему ответствовала таким образом:

Ин.4:25. Глагола Ему жена: вем, яко Мессиа приидет, глаголемый Христос: егда Той приидет, возвестит нам вся.

Поелику Самаряне имели Пятокнижие Моисеево, Моисей же в книге Второзаконий так написал: «Пророка от братии твоея, якоже мене, возставит тебе Господь Бог твой, Того послушайте» (Втор.18:15): следовательно и Самаряне чаяли пришествия Мессии, веруя, что Он им покажет все, что только касается до веры и богопочитания. Но понеже Богочеловек разговаривал о вещах Божественных, Самаряныня же не знала о Нем, кто Он таков, для того и сказала: «егда приидет Той», — то есть Мессия, называемый Христос, — Тот покажет нам все, что нужно в рассуждении Бога.

Ин.4:26. Глагола ей Иисус: Аз есмь, глаголяй с тобою.

Великой благодати удостоилась Самаряныня! Ни одному человеку Господь наш так ясно о Себе не объяснялся, и никому так не говорил: «Аз есмь Мессиа», называемый Христос; удостоилась же сего Самаряныня пред прочими ради ревности и усердия, которое Господь предвидел в ее сердце. Может же быть, предпочтена она была потому, что первая была Апостолом, которая проповедала имя Господа Иисуса.

Ин.4:27. И тогда приидоша ученицы Его, и чудяхуся, яко с женою глаголаше: никтоже бо рече: чесо ищеши? или что глаголеши с нею?

И тогда, то есть, то время, в которое беседовал Иисус, пришли ученики Его. Для чего ж тому удивлялись, что Он с женою разговаривал? Не для того удивлялись, что Он беседовал с женою, но для того, что с такою женою, то есть Самарянынею. Ибо отвратительными и ненавистными Иудеям были Самаряне, так как и выше свидетельствовал Евангелист, говоря: «не прикасаютбося жидове Самаряном» (Ин.4:9). Равно и потому еще удивлялись, что Иисус не имел обычая разговаривать наедине с женою. И сия последняя причина, кажется, ближайшая есть. Ибо Евангелист не написал: удивились, что с Самарянынею беседовал, но, с женою просто. Однако никто из учеников не смел вопросить Господа: чего ищешь, или почему беседуешь с нею? оказывая своему Учителю приличное усердие и достодолжное почтение, а купно и нас научая, чтобы мы от бесполезного любопытства уклонялись.

Ин.4:28-29. Остави же водонос свой жена, и иде во град, и глагола человеком: Приидите, и видите человека, Иже рече ми вся, елика сотворих: еда Той есть Христос?

Виждь ревность к вере и горячность душевную. Она приходила на студенец почерпать вещественной воды, но понеже там удостоилась пить воду животворную: оставила тогда же свой водонос тамо, так как Божественные Апостолы — сети, и побежала во град, проповедуя и благовествуя, и другим дарствуя дар спасения. Приидите, говорит согражданам своим, — и видите человека, Который мне все, что я ни делала, объявил. Смирение препобедило естественную стыдливость. Не говорила им: идите, да видите пророка или сердцеведца; но идите, говорит, видите человека, который сказал мне вся, елика сотворих, то есть, и тайная моя деяния. Хотя же она веровала, что Он есть Христос, однако Самарянам не сказала прямо: Сей есть Христос, но как бы сомневаясь, сказала: еда Той есть Христос? Таким же образом о Нем сказала для того, чтобы гораздо большее возбудить в тех любопытство, да пришед к Иисусу Христу и услышав Его учение, и они тако уверуют, как она уверовала.

Ин.4:30-31. Изыдоша же из града, и грядяху к Нему. Между же сим, моляху Его ученицы Его, глаголюще: Равви, яждь.

Действительно было слово Самаряныни. Ибо коль скоро Самаряне услышали слова ее, вышли из града и пришли к Иисусу Христу. Но между тем, — то есть, пока они дошли до того места, где сидел Христос, — ученики Его, ведая, что Он пребывал алчным, просили Его, чтобы вкусил купленной пищи. «Учителю», — говорили, «яждь».

Ин.4:32-33. Он же рече им: Аз брашно имам ясти, егоже вы не весте. глаголаху же ученицы к себе: еда кто принесе Ему ясти?

Иносказательно ответствовал ученикам Своим Христос. Почему, не понимая силы слова Его и думая, что Он им о телесной говорил пище, говорили между собою: ужели кто принес Ему пищи ясти?

Ин.4:34. Глагола им Иисус: Мое брашно есть, да сотворю волю пославшаго Мя, и совершу дело Его.

Изъясняет убо иносказание Господь, говоря, что Его пища есть воля пославшего Его Бога Отца и совершение дела Его, — то есть, спасение человеческое. Назвал же пищею волю Божию для того, что она питает душу хранящего оную; еще же чтобы показать, что Он толикое имеет попечение о спасении человеческом, колико алчные пекутся о пище. Но слыша, что Христос от Отца посылается, да сотворит волю и совершит Его дела, не отнеси сего ко Иисусову Божеству. Ибо Он, яко Бог истинный, единосущный Отцу, не посылается от Него, едино же и то же имеет и хотение, и дело с Богом Отцем. Ибо все, что имеет Отец, имеет и Сын, по словам: «вся, елика имать Отец, Моя суть» (Ин.16:15); но отнеси те слова к человечеству Христову, и разумей, что сие: «посылается от Отца», значит то токмо, что Он по благоволению Бога Отца воплотился и стал быть человек. Почему, яко человек, всегда исполняет волю Божию и совершает дело нашего спасения.

Ин.4:35. Не вы ли глаголете, яко еще четыри месяцы суть, и жатва приидет? се глаголю вам: возведите очи ваши, и видите нивы, яко плавы суть к жатве уже.

Какую же связь имеют сии слова с вышесказанными? Выше сказал Он, что пища Его есть воля пославшего Его Отца, и совершение Его дела; воля же Божия и совершение Его дела есть обращение человеков от заблуждения. О сем убо обращении упоминает в вышепредложенных и сих словах, взимая случай от человеческих и чувственных дел. Не вы ли глаголете, что по четырех месяцах приидет жатва нивы? Се Я говорю вам возведите очи душевные от сея земной и вещественной жатвы на жатву духовную, то есть, на обращение человеков. Возведите мысленные очи и видите, что нивы суть плавы, то есть, зрелы или готовы к собиранию сущих в них человеков в житницу веры. Назвал нивы «плавыми», вместо «готовыми»: ибо и хлеб когда поспеет и для жатвы бывает годным, тогда колосы его являются плавыми, или белыми.

Ин.4:36. И жняй мзду приемлет, и собирает плод в живот вечный: да сеяй вкупе радуется, и жняй.

Смотри, какое есть различие между телесною и духовною жатвою: кто жнет жатву вещественную, собирает плод тлеющий и временный; кто жнет жатву духовную, то есть, отвращает человеков от их заблуждения, тот собирает плод вечный, то есть, вносит плод жатвы своей, который есть верующие, в блаженную и нескончаемую жизнь. Паки: в вещественном земледелии не сеятель радуется, но жнец, наслаждающийся плодом и наградою своего труда; в духовном же земледелии равно радуется и сеющий, то есть, учащий, и живущий, то есть, обращающий и братию приобретающий. Пророки посеяли первые семена богопознания: Апостолы же, чрез проповедь Евангельскую удобрив пророческое семя, пожали класы веры от верующих во Иисуса Христа. Но равно радуются радостию неизреченною и Пророки сеявшие, и Апостолы пожавшие.

Ин.4:37. О сем бо слово есть истинное, яко ин есть сеяй, и ин есть жняй.

Какое есть слово истинное? То самое, что иной есть, который сеет, а другой, который пожинает. Сие видно на человеческих делах: ибо часто иной сеет в поле семя, а иной — плод пожинает. Говорит убо Спаситель: «о сем», то есть, о сем деле, о котором я говорю, свидетельствует сие истинное слово. Ибо Патриархи и Пророки насеяли семена благочестия на сердцах человеческих, уча о истинном Боге и о Моем вочеловечении: вы же плод учения их, усовершившийся удобрением Евангельской проповеди, пожинаете, приводя верующих в небесное царство.

Ин.4:38. Аз послах вы жати, идеже вы не трудистеся: инии трудишася, и вы в труд их внидосте.

Зная Господь наш Иисус Христос, что род Израильский был предуготованнее к приятию Евангельского благовестия паче прочих народов, и потому, когда послал Апостолов на проповедь, заповедал им, чтобы Иудеев предпочитали: «идите же паче, сказал, ко овцам погибшим дому Израилева» (Мф.10:6). Но в сем предуготовлении другие, а не Апостолы, предварительно трудились, то есть, Моисей, Иисус Навин, Исаия, Иеремия, Даниил, все Пророки и праведные ветхозаветные, «лишени, скорбяще, озлоблени, в пустынях скитающеся, и в горах, и в вертепах земных» (Евр.11:37-38). Трудились для того, да посеют на сердцах человеческих познание истинного Бога, и надежду на пришествие в мир Спасителя Иисуса Христа. Семя же, которое они сеяли, были пророческие книги и предрасположение, которое они сделали в сердцах Иудеев, к приятию во Христа веры. Смотри же, каким образом Апостолы внидоша в их труды и пожали классы спасаемых. На чем основал первомученик Стефан учение о Христе, которое предлагал пред сонмищем? (Деян.7) На трудах Патриархов и Пророков. Откуда начал Петр проповедь во Христа, которую в один день обратил числом «яко тысящ пять»? (Деян.4:4) От Пророческого проповедания. Из чего Павел уверял на синагогах Иудеев о том, что долженствовало Христу пострадать и воскреснуть из мертвых, и что Христос есть Самый Тот обещанный Мессия и Бог? (Деян.17:2-3) Из Божественного Писания. Чрез что Евангелисты и все прочие Апостолы проповедывали Христа во Иудеях? На чем утверждали Евангельскую свою проповедь? На основаниях семян пророческих. Да и Сам Господь наш Иисус Христос утверждал учение Свое на пророческих писаниях, почему и сказал: «аще бо бысте веровали Моисеови, веровали бысте убо и Мне» (Ин.5:46).

Ин.4:39. От града же того мнози вероваша в Онь от Самарян, за слово жены свидетельствующия, яко рече ми вся, елика сотворих.

Показав Божественный Евангелист, чему Богочеловек учил учеников Своих, обращается паки к своему предложению, говоря: многие из града того, то есть, из Самарии, слыша свидетельствующую согражданку свою Самаряныню, что она обрела такого человека, который сказал ей все, что она ни делала, уверовали во Иисуса Христа.

Ин.4:40. Егда же приидоша к Нему Самаряне, моляху Его, дабы пребыл у них: и пребысть ту два дни.

Самаряне убо, вышед из Самарии, пришли в город Сихарь и, приступив к Иисусу Христу, просили Его, чтобы пребыл у них. Человеколюбец же Иисус пребыл там у них два дня. Отсюда явствует, коль великая была вера и ревность Самарян, также и крайнее Господа Иисуса человеколюбие. Те просят усердно. Сей же снисходит человеколюбиво на исполнение их просьбы.

Ин.4:41-42. И много паче вероваша за слово Его. Жене же глаголаху, яко не ктому за твою беседу веруем: сами бо слышахом, и вемы, яко Сей есть воистинну Спас миру Христос.

Из сего слова: «сами бо слышахом» явствует, что Господь в те два дни, в которые там был, научал всех, которые к Нему приходили: и слово учения Его вящий сотворило плод, нежели свидетельство Самаряныни. Ибо гораздо больше уверовало, слыша учение Его, пред числом уверовавших за свидетельство жены. Почему и сказали ей: мы веруем во Иисуса Христа не так как прежде, за твои слова и свидетельство; но уже сами, слышав Его учение, знаем, что Сей есть истинно чаемый Христос Спаситель мира. Из чего же сие Самаряне познали? Поистине из книг Моисеевых, которые читали и благоговели к оным; увидели в них: «возсияет звезда от Иакова» (Чис.24:17); и сие: «Пророка от братии твоея, якоже мене, возставит тебе Господь Бог твой, Того послушайте»; также: «и Сей благословение языков» (Втор.18:15). Из оных заимствуя, и Самаряныня говорила: «вем, яко егда приидет Мессиа, глаголемый Христос» (Ин.4:25). Небесное же учение Иисуса Христа, вшедши в их сердца, убедило их, что Он-то есть Тот самый, о Коем сие было предсказываемо.

Беседа о предопределении

Повествование о Самаряныне выводит на среду важный и неудобопостигаемый о предопределении запрос. Самаряныня пришла на источник Иаковлев почерпнуть воды. Она ниже предвидела, ниже совсем помышляла, что там обрящет она Спасителя мира; однако обрела душевное спасение. Иного ищет, иное обретает. Ищет воды тленной, а обретает царствие небесное. Се событие свидетельства Божественного Павла: «убо егоже хощет, милует: а егоже хощет, ожесточает» (Рим.9:18). Восхотел Бог помиловать Самаряныню, почему и устроил, чтобы в тот же самый час, в который единородный Его Сын приидет к источнику Иаковлеву, и она пришла туда для почерпания воды, и таким образом, уверовавши, спаслась. От века Бог предуставил ее ко спасению: призвал ее учением Своего Сына, сотворил праведною и святою чрез веру и покаяние, наконец прославил на небесех, увенчав мученическим венцем ее душу. «Ихже предустави, тех и призва: а ихже призва, сих и оправда: а ихже оправда, сих и прослави» (Рим.8:30). Ежели же Бог тому, кому хочет, являет Свое милосердие, и того, кого хочет, ожесточает сердце; ежели Бог предуставляет, и призывает, и оправдывает, и прославляет; если, говорю, Сам Бог иных делает сосудами, достойными милости Своей и уготовляет их в жизнь вечную, а других творит сосудами гнева, осужденными в погибель: то для чего ж потом обвиняет и осуждает злых человеков? Если Бог захотел ожесточить мое сердце, и соделать сосудом гнева, достойным погибели: виновен ли я в сем остаюсь? Кто я есмь, да воспротивлюсь Его хотению? «Воли Его кто противитися может?» (Рим.9:19).

Богоглаголивый Апостол, когда предлагает сие недоумение, первее жестоко обвиняет того человека, который отваживается и произносит сии предерзкие слова. Человече, говорит он: — кто еси ты, против отвещаяй Богови? Ты ли, творение Божие, дерзаешь и говоришь Богу, твоему Творцу: почто мя сотворил еси тако? Или не имеет власти скудельник на брении, от тогожде бренного смешения иной сосуд сотворит для употребления в честь, а иной — для употребления непотребным и негодным? А таким образом Апостол, положив преграду устам дерзкого и необузданнейшего языка, решит неудоборешимость примерами двух народов, то есть, языческого и Израильского. Языки, говорит, и не помышляли о спасении своем, однако от веры получили оправдание и спасение: Израиль знал закон правды, но однако лишился и не постиг. И в сих самых словах заключается вышепредложенное Апостолом недоумение. Потом говорит: чесо ради? И тогда же приводит на сие решение: «Израиль, продолжает, не постиже правды: зане не от веры, но от дел закона» гнал оную (Рим.9:31-32); «от дел же закона, — на другом месте свидетельствует, не оправдится всяка плоть» (Рим.3:20). Таковое Апостольское изъяснение научает нас, что Бог, егоже хочет, милует; но хочет не просто и без всякой причины, но по причине, то есть хочет помиловать достойного милости. егоже хочет, ожесточает, то есть делает нераскаянным; но того, который имеет непреклонный разум и каменное сердце. Творит сосудами честными, но тех, коих расположение есть честное; и сосудами бесчестными, но тех, кои прилепляются к страстям нечестия. Поистине предуставляет, призывает, оправдывает и прославляет, — но только тех, коих достойными предвидел: «ихже бо предуведе, тех и предустави» (Рим.8:29).

Восхотел Бог спасти Самаряныню, но восхотел потому, что она была достойною спасения, ради благого ее намерения и расположения. Показывает сие нам самая Евангельская история, когда оная жена узнала, что Господь, требующий от нее воды, был Иудеянин: если бы имела отвращение и презрение, отказала бы в даянии воды, тотчас бы убежала и уклонилась от Иисуса Христа; ибо не одни только Иудеи бегали Самарян, но Самаряне еще гораздо более отвращались от Иудеев. Она, однако, будучи непричастною раздорного несогласия, также разумною и мудрою, ничего того не делала. Но прежде удивлялась, как Он, будучи Иудеянин, просил от нее воды; потом вступила с Ним в разговор, и слушала со вниманием Божественные Его словеса. Когда ж услышала, что Господь имеет воду живую, и что «пияй оную, не вжаждется во веки» (Ин.4:14), — нимало сие не привело ее в смущение. Не сомневалась, ниже не доверяла, ниже невозможным почитала сказанное; но тот же час, поверив и возжаждав, сказала: Господи, «даждь ми сию воду, да ни жажду, ни прихожду семо почерпати» (Ин.4:15), — что самое доказывает простоту ее сердца. Когда же паки услышала Господа, тайные ее действия обличающего, ниже устыдилась, ни возмутилась, но исповедала и подтвердила сказанное, сказав: «Господи, вижу яко Пророк еси Ты» (Ин.4:19). Что являет смиренномудрие и кротость сей святой жены. А что она предложила о Мессии, говоря: «вем, егда приидет Мессиа, называемый Христос» (Ин.4:25); сие доказательством есть ее прилежания в чтении и поучении Святого Писания, также и спасительной надежды на ожидаемого Иисуса Христа: «егда Той приидет, возвестит нам вся». Она, когда услышала учение Спасителево, толикую охоту и ревность и любовь показала, что оставила свой водонос на источнике, и пошла скоро в город, и проповедала имя Иисуса Христа своим согражданам. Смотрите убо, какими добродетелями украшена была сия удивления достойная жена: мудрость, простота, незлобие, смиренномудрие, кротость, прилежание к Божественному Писанию, вера во Христа, ревность и любовь к ближним своим были ее сопутники. Ради убо добродетели и доброго ее расположения удостоил оную Бог богатой Своей милости.

Но скажешь: сам Апостол говорит, что «Бог есть действуяй в вас, и еже хотети, и еже деяти» (Фил.2:13). И так Бог дал ей хотение благое и дела добрые. Ежели убо Бог производит и хотение благое, и исполнение добродетели, то почему после говорит: «аще ли хощеши внити в живот, соблюди заповеди»? (Мф.19:17) Сам Он подает хотение, но Сам же потом говорит: ежели ты хочешь, каким образом может быть в сем согласие? Согласно сие есть, если уразумеем так, как должно. Хотение человеческое добра не другое что есть, как разве малое некоторое доброе расположение, которое одно не есть довольно к исполнению добра. Оно подобно малейшим растениям, когда начинают возникать на поверхности безводной земли. Будучи же таковыми, если дождь не напоит лица земли, засыхают: так и малое расположение человеческого хотения, ежели благодать Божия не подкрепит оного, разрушается. Бог зрит в нас малую наклонность к добру и, по беспредельному Своему человеколюбию, вменяя оную в совершенное хотение, ниспосылает вскоре Свою благодать, которая, вспомоществуя оному, творит хотением твердым и довольным к творению добродетели. Таким убо образом мы хотим, и Бог в нас действует «и еже хотети, и еже деяти»; когда же Бог видит злое нашего сердца положение, тогда отнимает от нас Свою благодать. Почему сердце наше, одичав, терние растит и волчцы, то есть, жестокие и нечестивейшие дела. Предвидит Бог, что человек будет делать; но как предузнание врача для больного не бывает лекарством, или смертию: тако и предвидение Божие ни добродетели, ни злости человеческой не бывает причиною. Приходит мудрый врач к одру болящего, прилежно испытует болезнь, и если видит знаки здравия, то предусматривает жизнь, если же знаки смерти, то смерть: подобно и Бог зрит на человеческое сердце, и ежели обретет благое расположение, предвидит успех в богоугодных делах; если же злое — в злых. Паки, когда врач предусмотрит окончание болезни, тогда предопределяет, говоря: сей человек скоро будет здрав, или, что он скоро умрет: подобно и Бог, когда предусмотрит человеческое хотение, предопределяет его или в блаженство, или на муку. И как предусмотрение врача и определение ни жизни, ни смерти больному не причиняют: тако предвидение и определение Божие не бывает виною ни спасения, ни погибели человеческой. Не потому больной ожил или умер, что врач так предусмотрел и определил: но поелику больному долженствовало или ожить по легкости болезни, или умереть по тяжести недуга; потому и врач предусмотрел и определил жизнь или смерть. Не потому и человек получил спасение или муку, что Бог предвидел и предопределил ему спасение или осуждение, что человек имел делать добрые дела и получить спасение, по благому своему расположению, или — успевать во зле и осудиться, по злому своему пожеланию.

Но неужели нет никакого различия между предопределением Бога и врача? Никак. Великая находится разность. Ибо Бог всех и всегда предвидит и предопределяет; врач — некоторых только, и редко. Также Божие предвидение и предопределение есть необманчивое, а врача — часто и обманчивое.

«Пусть же я, — возражает упорный человек, — а не предопределение Божие, буду виною добрых моих и худых деяний; а поелику предопределение Божие есть непреложное, убо и я есмь или определен в рай, или в муку. И ежели в рай, то излишне будет мое старание о добрых делах; ежели же в муку, бесполезное попечение о покаянии». Се явное заблуждение рассудка! Ибо Бог за добрые дела предуставляет тебя во спасение, так как и в муку за худые. Конечно, Бог предуставляет; но предопределение Его никакой принужденности не делает свободе твоей. Предопределяет Он тебя ко спасению или муке, но купно видит и самопроизвольность твоего хотения; купно ведает, что ты сам, по сей самопроизвольности, бываешь ныне зол, а завтра добр, если захочешь. Сегодня стоишь в добродетели, а заутра, ежели захочешь, падешь в грех. Почему как врач, не могши воспрепятствовать естественным переменам, хотя больному и предопределит смерть, однако не перестает употреблять лекарственные травы даже до последнего издыхания больного: тако и Бог, не хотя по правосудию Своему препятствовать человеческому произволению, хотя и предопределяет муку грешнику, не перестает однако даже до конца жизни его употреблять всякие средства к его исправлению. Предопределен был Фараон в погибель; так для чего ж бы Богу творить толь многие чудеса, к обращению его и исправлению служащие? Для того, что Фараон, имел свободное произволение; ежели бы захотел, мог бы жестоковыйность свою превратить в мягкосердие. Предопределен был Иуда в погибель; но для чего ж Христос принял его в число Апостолов? Для чего бы его удостаивать Божественного Своего сообращения, трапезы и повседневного наставления? Зачем бы позволять ему носить ковчежец и сребро? Для чего бы омывать ноги его, и причастником делать Божественных таинств? Для того, что Иуда имел свободную волю; почему если бы захотел, избежал бы сребролюбия, и наследовал вечное спасение. Предопределено было превращение Ниневитян: «еще три дни, и Ниневиа превратится» (Ион.3:4); однако Ниневитяне раскаиваются, и спасаются. Предопределен был Езекия умереть: «устрой о дому твоем, умираеши бо ты, и не будеши жив» (Ис.38:1). Плачет Езекия, — и вместо смерти получает жизнь. Предопределяет Бог разрушение пяти градам, — однако, от Авраама вопрошенный, говорит: «аще обрящутся тамо десять (праведников) не погублю десятих ради» (Быт.18:32). Из сих примеров кто не видит, что несмыслен есть тот Христианин, который не прилагает старания о спасении своей души?

Истинно, непостижно есть, како Божие предопределение бывает неизменно, человеческое же произволение свободно от добродетели наклоняется к пороку, или от порока к добродетели. Сие есть едино из непостижимых судеб Божиих, о коих Павел взывает: «о глубина богатства и премудрости и разума Божия! яко неиспытани судове Его, и неизследовани путие Его. Кто бо разуме ум Господень? или кто советник Ему бысть?» (Рим.11:33-34) Ум Господень есть беспределен и неограничен, ум человеческий — стеснен и маломощен; следовательно мы никаким образом не можем проникнуть в сущность Божественного Его предопределения. Но чего бы ни рассуждали, чего бы ни говорили, никогда совершенно удовлетворить не можем надменному ума нашего любопытству. Посему как не бывает тебе приятно носить на раменах твоих такую тяжесть, которая не по силам твоим: подобным образом не дерзай искать уразумения дел, понятие твое превосходящих: «вышших себе не ищи» (Сир.3:21); не дерзай никогда испытывать то, что паче твоих сил: «и крепльших себе не испытуй». Почему ж? Потому что строишь себе сети ко впадению в неверие: «да не когда приступят к Богу уразумети, и падут от них мнози» (Исх.19:21). Сие заповедывал Сам Бог Моисею. Почему? Для того, что какая тебе нужда познавать сокровенные и тайные дела? «Несть бо твое разумети тайная» (Сир.3:22). Бог хочет, чтобы все люди веровали и спаслись; «Бог хощет всем спастися и в разум истины приити» (1Тим.2:4). Человек имеет произвольное и свободное хотение избирать и делать добро или зло: «Сам из начала сотвори человека, и остави его в руце произволения его. Предложил ти огнь и воду, и на неже хощеши, простреши руку твою» (Сир.15:14,16). Единое хотение Божие не довлеет ко спасению человека, но нужно и содействие хотения человеческого. «Аще хощете, свидетельствует Бог, и послушаете Мене, благая земли снесте» (Ис.1:19). Воздаст Бог каждому в день суда по делом его: «Иже воздаст, утверждает Апостол, коемуждо по делом его» (Рим.2:6) И Сам Спаситель и Владыка всех предвозвестил тако, говоря: «и изыдут сотворшии благая, в воскрешение живота: а сотворшии злая, в воскрешение суда» (Ин.5:29). Все сие есть несомнительно, истинно и непреложно; сие все есть толь известно и явно, что все от мала до велика оное понимаем. О сих-то повелевает Бог непрестанно разумевать: «яже ти повеленна, сия разумевай» (Сир.3:22); а исследование тайности предопределения — остави, ибо есть неисследованное, паче же, что в познании таковом нет тебе нужды: «несть бо твое разумети тайная». Сего убо, Христианине, что тебе повелено, всегда держись. И если ты творишь добродетель, следуй оной путем, ибо доведет она тебя до блаженства; если же ко греху прилепляешься, отвратись от него: ибо он тебя низвержет в погибель. Сие твори: «вышших же себе не ищи, и крепльших себе не испытуй; а яже ти повеленна, сия разумевай: несть бо твое разумети тайны».

5.1. Толкование на Апостол из Деяний Апостольских, в неделю Самаряныни (Деян.11:19-26)

Коликократно диавол вооружался на Церковь Христову, толикократно же он был со стыдом отражаем и преодолеваем. Он произвел великое гонение на Церковь при самом ее начале, усиливаясь изгладить из сердец и уст человеческих пресвятое имя Иисуса Христа. Но видя, что гонения бесполезны, поелику число верных, с умножением гонений, более возрастало, вознамерился совершенно истребить исповедников веры. И потому, когда перводиакон и Апостол Стефан с дерзновением проповедывал имя Христово, он такую ярость и гнев воспламенил в сердцах Иудеев, что они скрежетали зубы своими, и устремившись на него, без всякого милосердия камением его побили (Деян.7:54-59). «Бысть же в той день гонение велие на Церковь Иерусалимскую» (Деян.8:1).Сие гонение было причиною того, что ученики Христовы все, кроме Апостолов, рассеялись по странам Иудейским и Самарийским. Посему враг Церкви радовался, преодолев, по его мнению, проповедников имени Христова, и упразднив веру в Него. Но сия мнимая его победа, соделавшая имя Христово более известным и более славным, покрыла его навсегда стыдом и бесчестием: потому что некоторые из рассеявшихся учеников Христовых, пришедши в великий град Антиохию, обратили там великое число людей к вере во Христа. И во граде оном первый раз услышано было имя, «Христианин», потому что там во-первых веровавшие во Христа названы были Христианами. И так имя Христово во время гонения сего не токмо не изгладилось, чего диавол всячески домогался, но еще в большей открылось славе, и соделалось именем, славою и величием всех верных, якоже Бог восхотел и от века определил. Христиане! Выслушайте объяснение ныне чтенного деяния Апостольского, да, почудившись делам Божиим, возвеличите всечестное и великолепое имя Иисуса Христа.

Деян.11:19. Во днех онех, Апостоли, разсеявшиися от скорби бывшия при Стефане, проидоша даже до Финикии и Кипра и Антиохии, ниединому же глаголюще слово, токмо Иудеем.

Скорбь, бывшая при Стефане, есть не иное что, как печаль, которою все верные были поражены, видя Стефана побиенного камением, и представляя все ужасы, гонения на Церковь, бывшего в день смерти сего праведника. Апостолами же здесь названы не те, коих считается дванадесять (Деян.11:22): ибо они в то время были во Иерусалиме, назидая там Церковь: но прочие ученики Христовы, потому что и они посланы были на проповедь. Сии убо ученики по причине гонения, бывшего при Стефане во Иерусалиме, ушед оттуда, рассеялись по разным местам: иные из них пошли в Финикию, в Сирскую провинцию, где находились Тир и Сидон: другие в славный остров Кипр, а некоторые в великий и многолюдный град Антиохию, первый по тогдашнему времени из восточных градов. В местах сих много жило Иудеев: а некоторые из них, хотя там не жили, но по часту туда приходили. Сих-то одних, а не язычников, сии святые ученики Христовы учили слову веры, исполняя завещание Учителя своего, которое Он им дал, повеление предпочитать Иудеев, и им первым проповедывать Евангелие. «На путь язык не идите», рек им Господь, «и во град Самарянский не внидите: Идите же паче ко овцам погибшим дому Израилева» (Мф.10:5-6). Почему и блаженный Павел сказал Иудеям не приявшим Евангельской проповеди: «вам бе лепо первее глаголати слово Божие, а понеже отвергосте е, и недостойны творите сами себе вечному животу, се обращаемся во языки» (Деян.13:46). Таковое предпочтение народ Иудейский получил потому, что по Боговедению, которое он имел, дано ему было первее «всыновление, и слава, и завети, и законоположение, и служение, и обетования» (Рим.9:4). Из сего же рода были Праотцы, то есть Авраам, Исаак, Иаков и все Пророки: из сего рода и сам Христос по плоти. Почему они были предуготовлены ко принятию Евангельской истины.

Деян.11:20-21. Бяху же неции от них мужие Кипрстии и Киринейстии, иже вшедше во Антиохию, глаголаху к Еллином, благовествующе Господа Иисуса. И бе рука Господня с ними: многое же число веровавше, обратишася ко Господу.

Из вышепомянутых учеников Христовых некоторые, родом Кипряне и Киринеане, пошли в Антиохию, и учили находящихся там Еллинов, то есть тех людей, которые по роду и по исповеданию были Иудеи, а по местопребыванию и по языку Еллины. Сим Еллинам благовествовали они Господа, то есть Иисуса, вся яже о нем возвещали им, и проповедовали. «И бе», говорит Апостол, «рука Господня с ними». Божественный Лука называешь рукою Господнею чудеса не токмо на сем месте, но и на другом: а именно, когда говорит он от лица Апостолов: «внегда руку твою прострети ти во исцеление» (Деян.4:30). Равным образом, когда говорит от лица Павлова: «и ныне се рука Господня на тя: и будеши слеп» (Деян.13:11). И так сии святые мужи творили в Антиохии чудеса, утверждая оное слово Евангельское, ими проповедуемое: почему они и великое множество народа, там обитающего обратили в веру Христову.

Деян.11:22. Слышано же бысть слово о них во ушию церкве, сущия во Иерусалиме: и послаша Варнаву преити до Антиохии.

Церковь Иерусалимская есть первая, есть матерь всех церквей Христианских. Апостолы и ученики Христовы, исходя из оной, обращая чрез проповедь Евангельскую людей к вере во Христа, учреждали по разным местам церкви: она же яко первая, яко матерь, яко учитель, и яко имевшая тогда в себе Богоносных Апостолов, не токмо разрешала недоумения других церквей: не токмо полагала свои определения, которые прочие церкви принимали за слово Божие: но и пеклась о том, чтобы принявшие веру более и более утверждались в истине правых догматов, и преуспевали в Боголюбезных добродетелях. Почему она как тогда, когда узнала, что Самария прияла слово Божие, послала к ним Петра и Иоанна (Деян.8:14-15): так и тогда, когда дошло во ушию ее происшедшее в Антиохии, то есть, когда услышала она о чудесах, которые творили там ученики туда пришедшие, и об обращении многих из Антиохиан, послала к ним Варнаву, дабы он, споспешествуя делу тому, утвердил в вере приявших оную, и обратил к оной неверующих. Но для чего послала она Варнаву, а не другого кого? Потому что он первый из семидесяти учеников показал горячайшую любовь ко Христу и ревность «продав свое село и положив цену пред ногами Апостол» (Деян.4:37). И Апостолы, видев его способность утешать братию, назвали его вместо Иосии Варнавою, то есть сыном утешения: он был также «муж благ, и исполнь Духа Свята и веры» (Деян.11:24). Сверх сего он имел и мирские преимущества благопотребные к сему посольству: поелику яко Киприянин по отечеству его и от колена Левиина, благоугоден был соотечественникам его Кипрянам, пришедшим первее в Антиохию и веру там проповедавшим: а яко по родителям его ведущий язык Еллинский способен был проповедывать учение в Антиохии. По сим добродетелям и дарованиям Варнавы церковь Иерусалимская избрав его, туда и послала.

Деян.11:23-24. Иже пришед и видев благодать Божию, возрадовася: и утешаше вся изволением сердца терпети о Господе: Яко бе муж благ и исполнь Духа Свята и веры: и приложися народ мног Господеви.

Вот плод посольства Варнавина. Сей благий муж исполненный даров Святого Духа, теплой и твердой веры, когда пришед в Антиохию, узрел там благодать Божию, то есть чудеса, веру и добродетель верующих, возрадовался и возвеселился: Божественную же ревность восприяв, просил принявших веру пребыть твердыми и непоколебимыми в том сердечном их расположении, с каковым они, уверовавши во Христа, творили дела добродетели. Известно притом, что он с таковою же ревностию научал и неверных, и увещевал их обратиться от заблуждения их: потому что со времени пришествия его в Антиохию число верующих весьма много увеличилось: но он сим не удовлетворился: а видя, «яко жатва бе многа, делателей же мало» (Мф.9:37), вышел из Антиохии, взыскуя способнейшего и рачительнейшего делателя Евангелия.

Деян.11:25. Изыде же Варнава в Тарс взыскати Савла, и обрет его, приведе его во Антиохию.

Павел назывался Саулом и Савлом: так неужели он имел три имени, или только два (Деян.9:4,17; См. Злат. 8 Феоф. на Деян.11): ежели Саул и Савл суть одно и тоже, а различествуют в одном произношении. Или он назывался Саулом и Савлом, а Божественные Апостолы назвали его Павлом, так как и Иосию Варнавою, Иосифа, нарицаемого Варсаву, Иустом, а Иоанна Маркою (Деян.4:36,1:23,12:25,13:9). Сие последнее кажется вероятно. Неизвестно только, почему Богоглаголивый Лука называет Павла Савлом до тринадесятой главы Деяний, а с нее, где он пишет, что Савл, иже и Павел, предстал пред Анфипата Сергиа Павла, даже до конца Деяний называет его Павлом. А что некоторые думают, будто он назвал Савла Павлом, следуя обычаю Римлян: то невероятно и недостойно высоких мыслей Апостольских. Оставив сие, обратимся к Варнаве: в Апостоле Варнаве были две великие добродетели, достойные примечания: во-первых, та Апостольская ревность его, которою он, будучи воспламенен предпочитал собственной пользе пользу ближнего; во вторых, то истинное его смирение, которое заставляло его мало думать о самом себе, а много о Павле. Варнава, яко посланник Апостольский в Антиохию, имел там первенство, всякую честь и уважение: но будучи побеждаем ревностию к вере, приводит в Антиохию Павла, и объявляет его учителем и начальником проповеди. Варнава был учитель веры предовольный и изящный, что показывают дела его: ибо с того времени, как он пришел в Антиохию, число верных умножилось: но смирение внушило ему, что потребно иметь ему помощника, и что Павел, яко муж совершеннейший может принести больше плода, нежели он: посему он и пошел в Тарс, чтобы найти Павла, коего там нашедши, привел в Антиохию. Здесь заметить также должно ревность и послушание Павлово: ибо он как скоро узнал причину пришествия Варнавина, тотчас его послушался, и охотно за ним последовал.

Деян.11:26. Бысть же им лето цело собиратися в церкви, и учити народ мног, нарещи же прежде во Антиохии ученики Христианы.

Божественный Варнава достиг цели своей: они оба с Павлом начиная с того времени, как Павел прибыл в Антиохию, ходя целый год в Церковь, учили собирающийся туда народ. «Нарещи же прежде в Антиохии ученики Христианы»: сии слова означают, что ученики, верующие во Христа, тогда в первый еще раз названы Христианами: а хотя здесь и не упоминается, кем они названы: однако ж безошибочно можем заключить, как видеть можно из слов вышеупомянутых, и как внушает нам разум, и подтверждают святые Отцы, что верных назвали Христианами Богоносные Апостолы по откровению (Афан. в 45 Отв. Нисс. о совер. Злат. Икум. Феоф. на Деян.). Некоторые честь сию приписывают Павлу, говоря, что он прославил имя Христово в Антиохии, назвав учеников Христианами. Великую же славу для Антиохии и Антиохиан составляет то, что в ней первый раз услышано имя Христианин: и что в ней верующие первые именованы Христианами: прежде сего верующие во Христа назывались учениками, братиями, святыми, верными: а Иудеи называли их Галилеанами, или Назореанами. С сего же времени, как назвали их в Антиохии Христианами, начали сим именем называть их уже все, как верные, так и неверные. «Аще ли же яко Христианин, да не стыдится» (1Пет.4:16), написал в своем послании святый Петр? «вмале мя препираеши Христианина быти» (Деян.26:28), сказал Царь Агриппа Павлу.

Деян.11:27. В тыя же дни, снидоша от Иерусалима пророцы во Антиохию.

Не удивляйтесь, слыша во Евангелии, что все Пророки до Иоанна Крестителя пророчествовали: и что здесь, Пророки пришли из Иерусалима в Антиохию, и не думайте, чтобы Евангелие противоречило Деяниям Апостольским. Сии Евангельские слова: «вси бо Пророцы и закон до Иоанна прорекоша» (Мф.11:13). означают тех Пророков, которые предрекли о пришествии Христовом, которые пророчествовали начиная от Адама, даже до Иоанна, а потом уже престали: Пророки же, бывшие по Рождестве Христовом, суть те, которые предсказывали не о Иисусе Христе, но о вещах быть имеющих: о сем то Пророческом даре предсказал Пророк Иоиль, говоря: «и будет по сих, излию от духа моего на всяку плоть, и прорекут сынове ваши, и дщери ваши» (Иоил.2:28). Сей Пророческий дар получили дванадесять Апостолы чрез Духа Святаго, излиявшегося на них в день Пятидесятницы: а прочие получили его чрез возложение на них рук Апостольских. «И возложшу», пишет Божественный Лука, «Павлу на ня руце, прииде Дух Святый на ня: глаголаху же языки, и пророчествоваху» (Деян.19:6). Сей Пророческий дар получили по предсказанию Иоилеву не токмо мужи, но и жены: потому что и четыре девицы, дщери Филиппа благовестника, пророчествовали (Деян.21:9). Здесь святой Историк упомянул о имени одного только Агава, а о прочих Пророках, пришедших с ним из Иерусалима в Антиохию, умолчал. Может быть они были самые те, имена коих описывает он в тринадесятой главе. «Бяху же нецыи», пишет он, «во Церкви сущей во Антиохии Пророцы и учителие, Варнава же и Симеон нарицаемый Нигер, и Лукий Киринеанин, и Манаил со Иродом четверовластником воспитанный, и Савл» (Деян.13:1).

Деян.11:28. Восстав же един от них именем Агав, назнаменаше духом, глад велик хотяще быти по всей вселенной: иже и бысть при Клавдии Кесаре.

Один из трех Пророков, которые пришли из Иерусалима в Антиохию, именем Агав, став посреди верных, там находившихся, предсказал благодатию Святого Духа, что великий глад имеет быть по всей вселенной, которой и был во время царствования в Риме и Клавдия Кесаря. Агав, получивший дар пророчества, был один из семидесяти Апостолов: православная Церковь совершает память его вместе с прочими четвертого января. А что глад подлинно был во время царствования Клавдиева, о том свидетельствует не токмо Божественный Лука, говоря: «иже и бысть при Клавдии Кесаре», но Иосиф Иудеянин, которой повествует, что царица Адиавинская Елена узнав, что тогда, то есть во время царствования Клавдиева, свирепствовал глад во Иерусалиме (Иос. Книг. 20 гл. 1 и 2. Древн.), послала туда прежде сама нарочитое количество хлеба и смокв, а потом и сын ее Изат послал туда же великое число денег. Сверх сего свидетельствует о сем и Римский писатель Светоний Транквилл, пиша о Клавдие, что он от народа ругательствами и хлебными кусками так был заметан, что едва мог уйти во дворец задним путем (Свет. о Клав. гл. 18). Но что глад оный был по всей вселенной, на то свидетельства мы не имеем, потому ли, что не везде были Историки, или потому, что книги, об оном повествовавшие, потеряны. А может быть Пророк Агав употребил в сем случае риторическое украшение именуемое «увеличение»10 и под словами: по всей вселенной, разумел те земли, коими обладали тогда Римляне. Предрек же он сие во-первых для того, чтобы неверные в происшедшем гладе не обвиняли верных говоря, что такое наказание послано за то, что вера их, которую они получили от отцев своих, изменяется: во-вторых для того, чтобы предузнав о сем верные постарались о учинении помощи Христианам, жившим тогда во Иудеи, где глад жесточае свирепствовал: что верные, находившиеся в Антиохии, и исполнили, как из следующих слов явствует:

Деян.11:29-30. От ученик же, поелику кто имеяше что, изволиша кийждо их на службу послати живущим во Иудеи братиям: Еже и сотвориша, пославше к старцем рукою Варнавлею и Савлею.

Ученики, то есть, Христиане, находившиеся в Антиохии, услышав пророчество Агавово, поверили ему: и посему каждой из них, по возможности своей, иной многое, а другой малое что определили послать к братиям своим Христианам, живущим во Иудеи, на службу, то есть на служение и вспоможение, что и исполнили, собрав все, кто что дал, и послав оное с Апостолами Варнавою и Павлом к старцам во Иудею, дабы они разделили оное по неимущим. Кто же такие были сии старцы? Слово старец, старейшина или пресвитер, равно как и Епископ, имеет два значения: одно собственное или буквальное, а другое в церковном знаменовании принятое. По первому знаменованию Епископ, означает наставника, блюстителя и правителя, а по второму, Архиерея11: так и старец по первому значению означает человека старшего летами: а по второму — совершителя таинств, то есть Священника, или настоятеля в Церкви. Сих-то старцев, то есть священников, рукоположили Павел и Варнава в Листре и Иконии и Антиохии: о сих-то старцах Павел писал к Титу, дабы он поставил их по всем градам, как и устно то сделать ему повелевал: сии-то были старцы оные Ефесской Церкви, коих тот же Павел призывал в Милит: сих-то старцев Иаков брат Божий завещевал болящему к призывать, да помажут его елеем для очищения грехов и здравия телесного (Деян.14:23; Тит.1Деян.20:17; Иак.5:14). Что ж касается до того, что Евангелист и Апостол Иоанн назвал самого себя старцем (2Ин.1:1; 3Ин.1:1), то он назвал себя не по сему значению, а по первому, то есть потому, что он был старший: ибо он был не только священник, но и Архиерей: так как и все Апостолы, яко совершители всех таинств и правители всякой Церкви, были Архиереи: а старцы или пресвитеры Церковные были только священники, управляющие каждые в особенности одною некою Церковию. Истину сего мы видим во-первых из того, что Павел подчиняет пресвитеров суду Тимофеа, который был Архиерей Ефесский: «На пресвитера», пишет он к нему, «хулы не приемли, разве при двою или триех свидетелех» (1Тим.5:19): но не сделал бы он такого предписания, если бы Архиерей и пресвитер значили одно и то же: во- вторых из того, что во всякой епархии, или городе был один только Архиерей, а пресвитеров было много: ежели же пресвитеры были Архиереи, то Иаков пиша: «Да призовет пресвитеры Церковные» (Иак.5:14), написал невозможное: поелику какой больной в состоянии призвать Архиереев из разных городов. Почему же сказал и Лука, что Павел «послав от Милита во Ефесс, призва пресвитеры церковные»? (Деян.20:17) Здесь заметить должно, что Павел тех же самых пресвитеров Ефесских назвал Епископами: «в немже», сказал он им, «вас Дух Святый постави Епископы» (Деян.20:28). Епископами он их назвал по первому значению сего слова, то есть наставниками и блюстителями: потому что и самые пресвитеры или старейшины Церковные суть начальники и правители дел той Церкви, которая под их правлением. поелику же Лука, говорит просто: «к старцем пославше», а не к старцем Церковным, или пресвитерам: то может быть пресвитеры сии, о коих он говорит, не имели характера священства, а были только люди старшие летами, верные, дознанные в благости и милосердии, и определенные Апостолами для раздаяния милостыни и для хождения за убогими. Пример Антиохиан, которые послали милостыню живущим во Иудеи, научает нас, чтобы мы, как скоро услышим, что братия наши претерпевают нужду и страждут под бременем бедствий, спешили по возможности нашей на помощь, не только к тем, которые при нас живут, но и к отсутствующим и в отдалении от нас находящимся бедным.

Беседа о том, что значит имя Христианин

Слышали вы сего дня, возлюбленная моя братия, от кого и когда мы названы Христианами: не бесполезно также для души вашей узнать и то, для чего дано нам сие всечестное и славное имя, и до какой степени славы оно нас возносит. Некоторые думают, что Божественные Апостолы веровавших во Христа назвали Христианами для того, чтобы отличить их от Фарисеев, Саддукеев и Иродиан: а другие судят, что Апостолы сделали сие из подражания языческим схоластикам, которые получали наименования свои от имени первого учителя той философской системы, которой они держались: например, от Пифагора получили наименование свое пифагорейцы, от Платона платоники, от Аристотеля аристотелики, а от Епикура епикурейцы: но суждения сии недовольны, и ни мало недостойны Богопросвещенного ума великих проповедников Божественной веры. Богоносные оные мужи дали ученикам Христовым сие святое имя для того, чтобы открыть чрез сие великие и чудесные дела Христовы, чтобы так именующихся почитать сим именем, чтобы возвысить ум их к видению первобытного человеческого состояния, и научить удостоившихся сего Богодарованного наименования, каким образом должны они вести себя.

Христос на греческом языке значит «помазанник»: помазанниками же Священное Писание называет Царей, яко миром помазанных. «Да не будет ми», сказал Давид о Царе Сауле, «от Господа нанести руку моя на Христа Господня» (1Цар.26:11). Сим именем Христос, то есть Царь, по преимуществу именован Спаситель мира: оно принадлежит Ему так потому, что Он имел естество человеческое, помазанное не миром вещественным, но ипостасным соединением Божества, так и потому, что Он был Царь всей видимой и невидимой твари: назывался Он и Иисусом, то есть Спасителем, поелику спас Он «люди своя”, то есть веровавших в Него, «от грех их» (Мф.1:21). Имя Иисус никому, кроме Искупителя нашего, неприлично, ни человеку, ни Ангелу: потому что не другой кто, а Он един, принеся себя в жертву на древе крестном, спас род человеческий: от имени же Помазанник, или, скажем по-гречески, Христос. Божественные Апостолы произведши другое имя Христианин дали оное верным, яко весьма приличное им: потому что страдания, крест и смерть Христова, возвысившие веровавших в Него до первобытного, блаженного состояния, соделали их Царями вечного Его царствия.

Царем поставил Бог человека в то время, когда Он, взем персть от земли, его создал. «Раститеся», рек Он первосозданным человекам, «и множитеся и наполните землю, и господствуйте ею» (Быт.1:28). Сие господствование над землею что другое означает, как не власть, как не владычество и царствование? Бог исчислил и подчиненное власти человеческой, глаголя: «и обладайте рыбами морскими, и зверьми и птицами небесными, и всеми скотами, всею землею, и всеми гадами пресмыкающимися по земли. Се дах вам траву семенную, сеющую семя, еже есть верху земли всея: и всякое древо, еже имать в себе плод семене семеннаго, вам будет в снедь» (Быт.1:28-29). Человек удостоился получить не только сие владычество, но еще и славнейшее сего, то есть господствование над страстьми: доказательством сея истины может быть во-первых самое то место, которое Бог первому человеку определил в жилище: оно было место сладости. «И введе его», говорит Священное Писание, «в рай сладости» (Быт.2:15): а где сладость и веселие, там нет возмущения и угнетения страстей. Во-вторых сие доказывается тою невинностью и простотою первых двух человеков, которые были в них до такой степени, что они не понимали своей наготы и не чувствовали страсти стыда. «И беста», говорит то же Писание, «оба нага, Адам же и жена его, и не стыдястася» (Быт.2:25). Сию наготу они познали уже тогда, когда преступив заповедь Божию, лишились бесстрастия, тогда стыд покрыл лица их. «И отверзошася очи обема, и разумеша яко нази беша» (Быт.3:7). Познавши сие они устыдились: чего ради «сшиста листвие смоковное, и сотвориста себе препоясания».

Человек дотоле имел власть над земными творениями и господствование над страстьми, доколе был в послушании Творцу своему и Царю всея твари: а как скоро вышел из повиновения своему Создателю и послушал диавола, то лишился и того и другого владычествования, и вместо Царя соделался рабом. Почему видим мы человека по грехопадении, увы несчастия, изгнанного из рая, где был престол его царствия и владычества над страстьми: видим его обуреваемого многоразличными страстьми как физическими, каковы суть, терния и волчцы, болезни и труды: так и нравственными, каковы суть, зависть, братоубийство, плотоугодие и умножение злобы: видим его по прегрешении служащего и поклоняющегося силе бесовской под именем идолов: видим, говорю, человека Царя толико славного и великого, который сотворен был для того, чтобы жил и царствовал во все веки, порабощенного страстям, умирающего, разрушаемого и претворяющегося в землю, без надежды воскресения.

Но человеколюбие Бога побеждает его правосудие: «и хвалится милость на суде» (Иак.2:13) отступления человеков. Бог послал в мир Сына Своего, да избавит человека от ужасных и достоплачевных его бедствий: Сын Божий приемлет на себя плоть человеческую, страждет, распинается на кресте, воскресает из мертвых, и возводит человека в первобытное достоинство, возвратив ему ту власть, которую он преступлением потерял. «Именем Моим», рек Искупитель наш, «бесы ижденут: языки возглаголют новы: змия возмут, аще и что смертно испиют, не вредит их: на недужныя руки возложат, и здравы будут» (Мк.16:17-18). «Приимите», глагола, «Дух Свят: имже отпустите грехи, отпустятся им, и имже держите, держатся» (Ин.20:22-23). «Аминь, глаголю вам, аще имате веру, и не усумнитеся, не токмо смоковничное сотворите, но аще и горе сей речете, двигнися и верзися в море, будет: И вся, елика аще воспросите в молитве верующе, приимете» (Мф.21:21-22). И сие есть власть, которую Иисус Христос даровал людям над вещами земными: но вот и власть, которую Богочеловек дал верующим в Него над страстьми и диаволом. «Се», рек Он, «даю вам власть наступати на змию и на скорпию, и на всю силу вражию: и ничесоже вас вредит» (Лк.10:19). Здесь под именем змиев и скорпиев разуметь должно, что само по себе явствует, ядовитые и смертоносные страсти: под именем же силы вражия все искушения и разженные стрелы диавола. А что Иисус Христос, воскресши из мертвых, совоскресил и все человеческое естество, о сем Он рек: «Веруяй в Мя, аще и умрет, оживет» (Ин.11:25), и также, что по воскресении Его ни един из мертвых не остается во гробе, яко земля и пепел, но востает из оного и нетленен делается. «Вострубят бо, и мертвии востанут нетленни» (1Кор.15:52). Что ж касается до того, что Богочеловек поставил нас Царями царствия не земного и тленного, но небесного и вечного, сие засвидетельствовал наперстный ученик Иоанн, сказав прямо: «И сотворил есть нас Цари, и иереи Богу Отцу своему» (Апок.1:6). Прияв то от самого Единородного Сына Божия, рекшего: «И аз завещаю вам, якоже завеща Мне Отец Мой, царство: да ясте и пиете на трапезе Моей, во царствии Моем» (Лк.22:20, 30): и паки: «приидите, благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира» (Мф.25:34).

Поелику убо Всеблагий и Человеколюбивейший Иисус, очистив нас Своею кровию, и возобновив в нас черты того образа, которым мы уподоблялись сотворшему нас Царю и Богу, соделал нас паки Царями, каковыми мы были поставлены в самом начале нашего существования: для сего и благоволил нам от имени Своего, то есть от имени Христа, означающего помазанника или Царя, называться Христианами, да тако имя самое откроет дела. Соделав нас верующих в Него Царями небесного своего Царствия, и имя царское дал нам. Хвала сия, честь и слава верных превышает все земные почести и отличия. Имя Христианин славнее всех других имен, которые означают достоинства, возвышения, властительства, и отличности человеческой: оно величественнее имен: князя, игемона, владыки, царя и всякого другого имени, какое-нибудь достоинство означающего. Зрите же человеколюбие Христово: якоже Бог и Отец «дарова ему имя, еже паче всякаго имене» (Флп.2:9), тако и Он даровал нам чрез Апостолов своих имя превысшее всех имен, земные достоинства означающих, то есть, имя Христианина.

Посему-то диавол, когда узнал, что ученики Христовы начали называться Христианами, возродил в сердцах бывших тогда гонителей и тиранов толикой гнев и ярость, толикое отвращение и ненависть к сему имени, что всех, кто ни скажет о себе, что он Христианин, за одно только слово сие жестоко мучили, даже до смерти. Тогда становился на поприще подвижничества пред лице тирана святой Христов мученик, и тиран говорил к нему: отрекись от сего имени, да избежишь истязаний: скажи, что ты не Христианин, и тем избавишься смерти: мученик же Христов вопил велегласно: я Христианин: и так охотно предавал себя на многоразличные и жестокие истязания, и имя Христианин предпочитал собственной своей жизни. Церковные истории преисполнены таковыми святыми примерами.

Но довольно ли одного сего святого имени ко спасению? Ежели ты имеешь мудрость в уме, мужество в душе, целомудрие во нравах, и ежели ты имеешь любовь к ближнему, и соблюдаешь правду во всех деяниях твоих: ежели творишь дела, соответствующие царскому имени твоему: то имени сего довольно к твоей славе и спасению. Ежели же называешься Христианином, то есть Царем, а бываешь безумен, и жизнь провождаешь яко немощный, и мужества не имеющий: называешься Царем, а не стыдишься находиться в домах пиянственных, и студных местах, растлевающих нравы твои: называешься Царем, а коварствуешь над ближним своим, похищаешь чуждое, обижаешь своих собратий, и творишь без страха все непотребное и бесчестное: тогда горе тебе! тогда самое имя твое осуждает тебя. Бог поставил и назвал тебя Царем: для чего же ты не соблюдаешь достоинства своего, но пренебрегаешь оное? Ты образ и подобие Вседержителя Бога: для чего же теряешь власть, тебе данную? Всесильный даровал тебе власть над земными творениями, господство над твоими страстьми, владычество над врагом твоим: для чего же ты сам отдаешься во власть вещам временным, скорогиблющим? Для чего позволяешь господствовать над тобою страстям твоим, делаешься рабом твоего врага? Для чего не помнишь высоты и славы царства твоего? Царство для тебя Бог приуготовил нетленное и нескончаемое. О! горе нам несчастным! мы не возводим очес наших на небо, не взираем на те великие, чудесные и сверхъестественные дары, которые Всещедрый Бог на нас излил: но пресмыкаемся всегда долу, и подобно свиньям валяемся в тине грехов и беззаконий. Горе нам! зане святое имя, нам данное, не прославляется, но хулится от неверных по причине лукавых наших дел (Рим.2:24).

Христиане! вам ясно открыто во Евангелии определение Божие на лукавого оного человека, которому Бог и дал власть, и наименовал его домостроителем. Человек сей не поступал соответственно власти своей и своему имени: но начал «бити рабы и рабыни, ясти же и пити и упиватися» (Лк.12:45). Братия моя возлюбленная! от того, кто носит на себе токмо имя Христианина, а дела творит диавола, отъемлет Господь, егда воссядет судить живых и мертвых, Божественные свои дары, вместе и благодатное свое имя: самого же его нага и обнаженна осудит туда, куда осуждены будут и неверные, имени Христианского не удостоенные. «И растешет его», говорит Господь, «и часть его с неверными положит» (Лк.12:46). Тамо будет плачь и скрежет зубом. Господи благости и милосердия! избави нас сего страшного и неизъяснимого суда, щедрот ради Единородного Сына Твоего, с ним же благословен еси со Пресвятым Твоим Духом, во веки веков. Аминь.

6. Толкование на Евангелие от Иоанна в неделю Слепого (Ин.9:1-38)

Две чудные вещи заключает в себе нынешнее Евангелие: прозрение слепорожденного от матерней утробы и ужасное завистливых Фарисеев умоослепление. Первое есть чудо великое, удивительное и превышающее естественную силу; второе есть суд ума развратнейший, и противный умственной и рассудительной способности. Чудо произвела сила Богочеловека, а умоослепление — страсть зависти. Богочеловек просветил слепого; зависть ослепила зрящих. Богочеловек слепорожденному отверз очи; зависть отверстые закрыла. Благословенные Христиане! вперите ум в слышание толкования нынешнего Евангелия, да узрите, что сколько Бог просвещает, столько страсти помрачают человека: купно и научитесь, что некие в мире страждут для того, да прославится Бог.

Ин.9:1. Во время оно, мимоидый Иисус виде человека слепа от рождества.

Вышел Иисус Христос из церкви, ибо Иудеи искали Его камением побить; проходя же путем, видел человека, слепорожденного от матерней утробы. Какую же слепоту имел тот слепой? Вежди ли (веки) его были отверсты, а повреждены очные зеницы? или совсем были закрыты вежди, а зеницы неповрежденны? или и веждей не имел он и зениц, и даже и признака очей, так как один древний толкователь написал? (Воин. Егип.) Говорит ниже Евангелист: «и отверзе очи его»; из чего видно, что слепой имел глаза, но только вежди его были закрыты. Сие самое подтверждает нижеследующее: «како ти отверзостеся очи?» (Ин.9:10) Также и сие: «отверзе очи твои» (Ин.9:17). Евангелист о сем, како был слепой ослеплен, умолчал; поелику и сие едино, «от рождения слепый», составляет величество чуда. Ученицы же Господни, увидев сего слепого, тогда же предложили Ему вопрос:

Ин.9:2. И вопросиша Его ученицы Его, глаголюще: Равви, кто согреши, сей ли, или родителя его, да слеп родися?

Учителю! вопрошают: — кто согрешил, сей ли, то есть слепой, или родители его, яко слеп родился? Вопрос сей неудобопонятен: ибо ежели сей слепой от матерней утробы родился слеп, то когда он согрешил, чтоб вместо наказания за грех его родиться ему слепым? Когда не родился, тогда и не был; следовательно и согрешить не мог. И сие: «или родители его?» также кажется несогласным с словами Апостольскими; ибо они сами научены были от Божественного Писания, что Бог за грех своих родителей никого не наказывает, но каждого за свои беззакония. «Душа, сказано, яже согрешит, та умрет» (Иез.18:4). Нет сомнения, что Апостолы предложили такой вопрос по учению мнения Фарисейского и обносящейся у Иудеев притчи. Фарисеи принимали перехождение душ, то есть признавали, что по смерти душа человеческая входила в другое тело для очищения грехов своих10. По сему убо погрешительному мнению и мнили, что и сей слепой не был ли при первом рождении зрячим; согрешив же в первом своем теле, не родился ли во второй раз слепым, вместо наказания и для очищения прежних своих грехов? Притча же обносимая у них была сия: «отцы ядоша терпкое, и зубом чад их оскомины быша» (Иез.18:2). Сию притчу многие из Иудеев не разумея принимали, хотя Бог чрез Пророка Иезекииля с клятвою утверждал, что никогда не узрят события оной. «Живу Аз, глаголет Адонаи Господь, аще будет еще глаголема притча сия во Израили» (Иез.18:3). Из сего ж и видим, откуда ученики Спасителевы заемля, предлагали сей вопрос: кто согрешил, сей ли, или родители его? Но вот каким образом на сие ответствуя, сказал Богочеловек:

Ин.9:3. Отвеща Иисус: ни сей согреши, ни родителя его: но да явится дела Божия на нем.

Кратко Всемудрейший ответом Своим как Еллинскую с Фарисейскою отверг погрешительность, так и Иудейское разрушил неправильное мнение. «Ни сей, говорит, согреши, ни родителя его, но да явятся дела Божия на нем». Какие же дела Божия явились на слепом? Явилось на нем всемогущество Божие, которое тьму слепого превратило в свет; явилась Творческая сила, которая брением и плюновением сотворила светлыми очеса. Но неужели такое несчастие слепому определено для того только, да явятся на нем дела Божия? Но что за несчастие, скажи мне, сие есть? Кто был слепым и никогда не понимал пользы зрения, несравненно меньшие чувствует прискорбности пред тем, который прежде зрел, но потом лишился света. Был он слепым, но после получилось и воздаяние за сие малое и почти нечувствительное прискорбие. Ибо сугубые получил очеса: то есть, телесные, коими увидел сущее в мире, и душевные, коими узнал Создателя мира; следовательно слепота очес его телесных была причиною просвещения душевных его очес. Если же здраво рассудишь, ужели усомнишься, что имеющие очеса и неуверовавшие, гораздо несчастливее были, нежели слепой, просвещенный после и уверовавший? Решив же таким образом Богочеловек Апостольское сомнение Своим ответом, продолжает и далее:

Ин.9:4. Мне подобает делати дела Пославшаго Мя, дондеже день есть: приидет нощь, егда никтоже может делати.

Чтобы понять предложенные нашего Спасителя слова, знай, что чрез день разумеет Он течение дней в мире жизни Своей, так как когда Он сказал: «Авраам отец ваш рад бы был, да видит день Мой» (Ин.8:56). Чрез ночь же разумеет телесную Свою смерть, и от мира сего человеческое Его отлучение, что самое и сими словами Он подтвердил, говоря: «еще мало время свет в вас есть: ходите, дондеже свет имате, да тьма вас не имет» (Ин.12:35). То же самое, что Он сказал о Себе Самом, и ко всякому человеку относиться может. Днем, то есть, называется течение дней жизни каждого человека; ночью же конец жизни и смерть его. Я, говорил Богочеловек, доколе текут дни в мире жизни Моей, за нужное ставлю творить дела Отца Моего, пославшего Меня в мир, как-то: благовествование веры и благотворительные чудодеяния. Приидет ночь, — то есть, приидет смерть, — и тогда никто не может творить дел добродетели. Приметь, что не сказал, что когда Я не могу творить; но что никто не может творити: ибо Он и по телесной смерти Своей, и воскресении из мертвых, и до ныне даже творит к Отцу Своему молитвы и прошения о нас, так же не отъемлет ни благоутробия, ни правосудия, ни утверждения благовествования веры, ни бываемых чудес. Но из человек никто не может творити по смерти: ибо вера престает, покаяние пресекается, старания о добродетели остаются недействительными, но каковыми обрящемся в час смерти, таковыми уже и пребываем. поелику же Божие дело, каковое Он хотел тогда сотворить, было просвещение слепого, для того Он и коснулся света, говоря:

Ин.9:5. Егда в мире есмь, свет есмь миру.

Не только по Божеству всегда есть свет миру, воссиявающий солнце и звезды в мире, дающий зрение человекам и животным в мире и невидимо всякого человека просвещающий, грядущего в мир; но и по человечеству, когда походил в мире, был пресветлым светом добродетели. Был свет чудный чудодеяниями, свет, просвещающий слепых очеса, свет святой веры, многих просветивший и освятивший. Научая же словом, что Он есть свет миру, показывает и делом, что Он есть светотворец и светоподатель, дарствующий свет человекам.

Ин.9:6. Сия рек, плюну на землю, и сотвори брение от плюновения, и помаза очи брением слепому.

Но ужели Богочеловек не мог единым словом просветить сего слепого, так как Вартимея, сказав ему: «вера твоя спасе тя»? (Мк.10:52) Мог, по всемогуществу Своему: никто из верующих о сем не сомневается. Для чего же творит брение от плюновения и пыли, и помазует очи слепого? Для того, чтобы показать, что Он есть Творец и Создатель человека. Ибо как во время творения, взяв персть от земли, создал человеческую плоть: так и во время светоподаяния, взяв брение, сотворил очеса слепому. Тогда, дунув в персть, даровал человеку душу и жизнь; и ныне, плюнув на брение, ниспослал слепому благодать и силу освещательную. Там персть, здесь брение; там вдохновение, здесь плюновение; там сотворение человека, здесь просвещение слепого. Для сего убо плюнул и сотворил брение, да чрез сходство дел покажет Себя Творцом и человека, и света. Может же быть, сей слепой от рождения совсем не имел зениц, и потому Христос, чтобы не сотворить их из не сущего, сотворил брение и силою плюновения Своего пременил оное в зеницы; потом же плюнул, чтоб показать, что плюновение Его имело целительную силу так, как и руки, и края риз Его. Помазав же очи слепого,

Ин.9:7. И рече ему: иди, умыйся в купели Силоамсте, еже сказается, послан. Иде же, и умыся, и прииде видя.

Источник Силоамский был на восточной стране стен Иерусалимских. Воды сего источника принимала величайшая купель, для пользы там живущих, и называлась купелию Силоамскою. В сию купель послал Господь слепого умыться. Но какая нужда была в сем умовении? Вода купельная могла ли отверсть очи слепого? Для чего же послал его к купели? Да сотворит чудо пред всеми ясным, известным и несомнительным. Ибо на пути бывшие видели слепого идущего и имеющего очи, обмазанные брением, и при купели сущие: потом того же оттуда возвращающегося и исцелевшего. Послал же его в купели и для того, чтобы испытать его и веру и послушание. Нееман Сириянин не поверил и не согласился, когда повелено было ему Елисеем умыться во Иордане, едва же только многими советами рабов своих был уговорен; но сей слепой вдруг и послушался повеления Господня, и уверовал, что получит прозрение чрез умовение. Заключает же в себе сие послание и другую, духовную и таинственную причину. Купель Силоам, значащая «послан», знаменовала Иисуса Христа; ибо Он есть посланный от Бога Отца. Почему и говорил «якоже посла Мя Отец, и Аз посылаю вы» (Ин.20:21). В сходственность чего и Посланником называется: «разумейте Посланника и Святителя исповедания нашего Иисуса Христа» (Евр.3:1). Слепой знаменовал все человеческое естество, которое чрез грех сделавшись чуждым духовного просвещения и, как ослепшее, поработився твари паче, нежели Создавшему, просветилось благодатию Христовою. Почему и Пророк в лице Его вещает: «благовестити нищим посла Мя, исцелити сокрушенныя сердцем, проповедати пленником отпущение, и слепым прозрение» (Ис.61:1). Воды купели Силоамской прообразовали воду святого Крещения; поелику как слепой, омывшись в тех, чуждым стал слепоты и получил зрение: так и крещаемые в воде святого Крещения совлекаются греха, и облекаются светом Божественной благодати. Почему и просвещением называется святое Крещение. Умылся убо слепой в купели — и возвратился уже не слепым, но здравым и видящим.

Ин.9:8-9. Соседи же и иже бяху видели его прежде, яко слеп бе, глаголаху: не сей ли есть седяй и просяй? Овии глаголаху, яко сей есть: инии же глаголаху, яко подобен ему есть. Он же глаголаше, яко аз есмь.

И соседи слепого, и все видевшие и знавшие его слепым, узрев его имеющим очи и зрящим, удивились, один у другого спрашивали: тот ли есть этот слепой, который сидел и прашивал милостыни? Иные говорили, что тот есть; другие же, что другой ему подобный; но он сам о себе свидетельствуя, взывал: я есмь, прежде бывший слепой. Приметь, что Божественный Евангелист чрез сие показал: «седяй, и просяй»: то есть, что сей слепой столько был беден и убог, что сидя на пути, просил милостыни, чтобы доказать неизреченное человеколюбие Господа нашего Иисуса Христа, призирающего не на богатейших людей, но паче на таковых благоутробно и отечески, чтобы также и нас научить являть бедным и отчаянным щедролюбие и милость. Уверившись же соседи слепого и знающие его, что он есть без сомнения тот бывший слепой, вопрошали его: как он исцелился?

Ин.9:10. Глаголаху же ему: како ти отверзостеся очи?

Закрыты были, как видно, вежди очей слепого; посему и говорили ему: «како ти отверзостеся очи?» Или сие значит то: как ты начал видеть? Каким образом исцелилась болезнь твоих очей? Как зришь, бывши прежде слепым?

Ин.9:11. Отвеща он, и рече: человек, нарицаемый Иисус, брение сотвори, и помаза очи мои, и рече ми: иди в купель Силоамлю, и умыйся. Шед же и умывся, прозрех.

С великим дерзновением, краткостию и ясностию показал и врача, и средство, как исцелил его, истолковал.

Ин.9:12. Реша же ему: кто Той есть? Глагола: не вем.

Презрительный вопрос! Не спрашивают, где есть Тот чудотворный человек? или где есть Тот, Который отверз твои очи? или хотя бы: где есть Иисус? а только — кто есть Тот? Из чего видно, что они не с добрым намерением, но с злобою спрашивали, чтобы, узнав того Врача, судить Его так, как нарушителя субботы. Подтверждает сие то самое, что они повели слепого к Фарисеям.

Ин.9:13. Ведоша же его к Фарисеом, иже бе иногда слеп.

Повели прежде бывшего слепца, и поставили его пред Фарисеями с тем, чтобы те разведали и обвинили как чудо, так и Чудотворца; ибо чудо было сделано в день субботы.

Ин.9:14. Бе же суббота, егда сотвори брение Иисус, и отверзе ему очи.

Означил Евангелист и день тот самый, в который брение сотворил Иисус, чтобы чрез сие объяснить, что Иудеи потому свирепствовали и негодовали на Него, поелику в день субботы сотворил и брение, и очи слепого помазал, и посылал его умыться в купели Силоамстей. Для чего же Богочеловек в день субботы не только сего от рождения слепого исцелил, но и мужа, сухую руку имевшего (Мф.12:13), еще жену, не могшую восклонитися (Лк.13:13), имущего водяный труд, в доме Фарисейском (Лк.14:4). и расслабленного во Овчей купели? (Ин.5:9) Чтобы таким образом погрешительные мнения Иудеев о субботе исправить и показать, что Он есть Господь и Владыка как закона, так и субботы. Почему, когда Иудеи соблазнялись, видя учеников рвущих класы в день субботний, обличал их, так говоря: «суббота человека ради бысть, а не человек субботы ради» (Мк.2:27); подобно на другом месте: «Господь бо есть и субботы Сын человеческий» (Мф.12:8). И так Фарисеи, когда привели слепого к ним, спрашивали его:

Ин.9:15. Паки же вопрошаху Его и Фарисее: како прозре? Он же рече им: брение положи мне на очи, и умыхся, и вижу.

Прежде слепого спрашивали соседи и знающие, как он исцелился; потом паки вопрошали его Фарисеи: слепой же без страха и боязни то ж, что и прежде говорил, паки, кратчае только, повторил. Умолчал о имени Иисусовом, также о сем: «взял брение, и сказал мне: иди в купель Силоамлю и умыйся». Вероятно, так он поступил для того, чтобы Фарисеям не подать вящей причины к обвинению Иисуса Христа, так как творившего и повелевшего делать в день субботы. Может быть, слепой кратчае ответствовал для того, поелику слышал, что ведущие его к Фарисеям рассказали уже им, как он им свидетельствовал; или, может быть, для того, что Евангелист, описав обстоятельный слепого к своим соседом ответ, включительно здесь описывает оный к Фарисеям. Смотрите же, что на сие ответствовали Фарисеи:

Ин.9:16. Глаголаху же от Фарисей нецыи: несть Сей от Бога человек, яко субботу не хранит. Овии глаголаху: како может человек грешен сицева знамения творити? И распря бе в них.

Нецыи от Фарисеев, то есть злонравные, завистливые и суеверные, говорили, что Иисус Христос, поелику не хранит субботы, не есть человек посланный от Бога; иные же, мягкосерднейшие и мудрейшие, говорили: как человек презритель закона и грешник может творить толь чудные дела? Почему распря была и несогласие между ими. До того же довела их безрассудность и злоба, что будучи учителями и закон имущими в руках своих, не устыдились спрашивать слепого, неученого и нищего, что он скажет о Иисусе Христе и кем он Его назовет.

Ин.9:17. Глаголаху убо слепцу паки: ты что глаголеши о Нем, яко отверзе очи твои? Он же рече: яко Пророк есть.

Спрашивали слепого не потому, что желали от него слышать, кто есть Сей Христос, но поелику прежде сказали, что человек Сей несть от Бога, яко разоряет субботы, о чем и слепой слышал; итак вопрошают его, думая, что и он осудит Иисуса Христа, так как нарушителя закона, а следовательно утаится и в забвении останется чудо. Однако слепой пребыл непременен и, ничего не страшась, смело ответствовал: я говорю, что Тот, Который даровал свет моим очам, Пророк есть. Христос слепому таковым казался по сходственности, ибо и Пророки имели благодать чудотворения.

Ин.9:18. Не яша убо веры Иудее о нем, яко слеп бе и прозре, дондеже возгласиша родителя того прозревшаго.

Не поверили, пишет Евангелист, Иудеи, пока не возгласили его родители. Что ж потом? Уверовали ли после того, то есть, призвав и уверившись родителями слепого? Никак; ибо и после того паки пребывали неверными, как видно из нижеследующих Евангельских слов. Речение же сие: дондеже, до, доколе — не всегда в Священном Писании значит определенное время и конец имеющее, но берется и за беспредельное и неокончаемое. Доказывает сие сказанное о вране: «изшед не возвратися, дондеже изсяче вода от земли» (Быт.8:7); также: «седи одесную Мене, дондеже положу враги Твоя подножие ног Твоих» (Пс.109:1); и еще: «и не знаяше ея, дондеже роди Сына своего первенца» (Мф.1:25); также: «се Аз с вами есмь во вся дни до скончания века» (Мф.28:20). Ибо вран никогда уже не возвращался в ковчег; также и Сын Божий всегда седит одесную славы и величествия в вышних; и пресвятая Богородица всегда и вечно пребывает Девою; и Господь наш Иисус Христос не только есть до скончания мира с Апостолами и праведными, но и после того будет во веки веков нескончаемых. Призвали же родителей слепого Фарисеи, думая, что те, устрашась власти их, умолчат о чуде.

Ин.9:19. И вопросиша я, глаголюще: сей ли есть сын ваю, егоже вы глаголете, яко слеп родися? како убо ныне видит?

С лукавством вопрошают, имея намерение устрашить родителей слепого, да таким образом они отрекутся от истины. «Егоже вы глаголете»: вы ли, то есть, родители его, говорите, что он слеп родился, когда ни мы, ниже кто другой сему не верит? Но обманулись окаянные, ибо истина чем более разведывается, тем паче обнаруживается. Они чаяли, что исследыванием своим обрящут случай скрыть чудо; но чем более разведывали, тем паче истиннейшим и чуднейшим оное показывалось.

Ин.9:20-21. Отвещаста же има родителя его, и реста: вемы, яко сей есть сын наю, и яко слеп родися: Како же ныне видит, не вемы: или кто отверзе ему очи, мы не вемы. Сам возраст имать, самого вопросите: сам о себе да глаголет.

Исповедуют родители слепого, что сей есть сын их, и что слепым родился; о том же, как и кто его исцелил, — сказали, — не вемы: сам сын наш, прежде бывший слепым, имеет довольные лета возраста, его о сем и вопросите. Но ужели самым делом не знали они, как и кто исцелил сына их? Без сомнения ведали, но сказали, не знаем; ибо боялись Иудеев.

Ин.9:22-23. Сия рекоста родителя его, яко боястася жидов: уже бо бяху сложилися жидове, да, аще кто Его исповесть Христа, отлучен сонмища да будет. Сего ради родителя его рекоста, яко возраст имать, самаго вопросите.

Вот как страх от уст человеческих изженяет истину и выводит ложь! Боялись родители слепого Иудеев, поелику они сделали приговор, что кто будет исповедывать, что Иисус Христос есть чаемый Мессия, то тогда же да отлучится от сонмища их. Видя же Фарисеи, что намерение свое не могли исполнить ни чрез слепого, ни чрез родителей его, паки бывшего слепого призывают.

Ин.9:24. Возгласиша же вторицею человека, иже бе слеп, и реша ему: даждь славу Богу: мы вемы, яко человек Сей грешен есть.

Поелику видели, что не успели скрыть чуда, другое средство притворное и коварное приемлют. Не горят слепому въявь и без стыда: отрекись, что Христос тебя исцелил; но притворно, под видом благочестивым стараются убедить его, что Иисус Христос, как нарушитель закона, есть человек грешный. Прослави, повелевают, Бога, ибо Он дал тебе свет; Христос же ничего не сотворил, не Он излечил тебя. Мы знаем, что Он есть человек грешен; ибо нарушает субботу. Видишь ли слепоту и обезумление? Повелевают слепому, чтобы он за соделанное чудо прославил Бога, Иисуса же Христа, сотворшего чудо, обвинил так, как нарушителя закона и грешника.

Ин.9:25. Отвеща же он, и рече: аще грешен есть, не вем: едино вем, яко слеп бех, ныне же вижу.

Ужели сомневался слепой, или от страха сие сказал: «аще грешник есть, не вем»? Никак. Ибо он пред Фарисеями исповедал, что Христос есть Пророк, и Самому Христу сказал: «верую, Господи! и поклонися Ему» (Ин.9:38). Но поелику те были законоучители, он же неученый; то исповедав таким образом: не вем, грешник ли есть Иисус Христос, или праведный, распрю состоящую в словах решил, и доказал чрез подтверждение о бывшем на нем преславном чуде, что Христос есть Всемогущий. Грешник ли, говорит, есть Христос, или праведник, не вем: сие же знаю, что Он даровал мне свет. Сей ответ столько посрамил Фарисеев, что паки начали его вопрошать: что сотворил Иисус, и как отверз очи ему?

Ин.9:26. Реша же ему паки: что сотвори тебе? како отверзе очи твои?

Добро есть тщательное и усугубляемое изыскивание, когда конец оного добр; поелику объясняет искомую истину. Но Фарисеи с коварством предлагали те же запросы, думая, что слепой или забудет что-либо из представленных им прежде обстоятельств, и так потеряет силу его доказательство, или паки упомянет о сотворении брения, о помазании, и о умывании, и таким образом они, представя на среду нарушение субботы, обвинят Иисуса, как нарушителя субботы. Но послушай, как мудро слепой ответствует, вторичный их вопрос в добром приемля смысле.

Ин.9:27. Отвеща им: рекох вам уже, и не слышасте: что паки хощете слышати? еда и вы ученицы Его хощете быти?

Объявил я вам прежде, говорит, как Он отверз очи мои, и вы не хотели слушать; почто паки вопрошаете, и о том же хочете слушать? Не для того ли вы паки вопрошаете, что желаете и вы, так как и я, быть Его учениками?

Ин.9:28. Они же укориша Его, и реша ему: ты ученик еси Того, мы же Моисеовы есмы ученицы.

Укоряют они, не имея ни ответа, ни причины. «Укориша слепого»: ты, говорили, ученик Того, мы же есмы ученики Моисеовы. Приметь во- первых, что они имели против Христа такую ненависть, что даже ни о имени Его хотели упоминать, но прежде говорили: «Сей человек», потом: «ты что глаголеши о Нем»; еще ж: «ты ученик еси Того» (Ин.9:16-17). Во- вторых, что они напрасно хвалились, будто суть ученики Моисеевы; ибо если бы слушали они и понимали Моисеево учение, то повинулись бы Христу и Его были бы учениками. Поколику Моисей ясно о Христе засвидетельствовал, говоря: «Пророка от братии твоея, якоже мене, возставит тебе Господь Бог твой: Того послушайте. И человек той, иже не послушает словес Его, елика возглаголет Пророк Оный во имя Мое, аз отмщу от него» (Втор.18:15,19). В сходственность сего и Господь наш научал Иудеев: «есть, иже на вы глаголет, Моисей, наньже вы уповаете. О Мне бо той писа» (Ин.5:45-46). Но посмотрим и далее на злобу фарисейскую.

Ин.9:29. Мы вемы, яко Моисеови глагола Бог: Сего же не вемы, откуду есть.

Как ни изъяснишь сие слово «откуду», увидишь, что Иудеи лгут, говоря: «не вемы, откуду есть». Ибо ежели сие «откуду» относится к родителям и сродникам, то они знали их, посему и говорили: «не Сей ли есть Сын тектонов? И мати Его называется Мариам, и братия Его Иаков, и Осиа, и Симон и Иуда? И сестры Его не вся ли в нас суть?» (Мф.13:55-56) Если же значит отечество, то и отечество Иисуса им не было скрыто, почему и говорили: «и ты был еси со Иисусом Галилейским» (Мф.26:69). Если же «откуду» означает: «откуда приходит» или «откуда посылается», то паки лгут. Ибо из чего они о том знали, что Бог Моисеови глагола? Конечно, из Писания; но Писание научает, откуда и Христос: и к сему ж и предтеча Иоанн, и Сам Иисус проповедывал, что Он с неба пришел, и от Бога Отца послан в мир. Притом видели они и великие чудеса, о сем свидетельствующие. Смотри же, как на сии лжесловия Фарисейские ответствует слепой.

Ин.9:30. Отвеща человек, и рече им: о сем бо дивно есть, яко вы не весте, откуду есть, и отверзе очи мои.

Се, како Бог умудряет и немудрых! Се исполнения слова Пророка Давида: «Господь умудряет слепцы»! (Пс.145:8) Обличает неученый слепец мнящихся мудрыми быти Фарисеев, и обличая, показывает святость и могущество Иисуса Христа. Удивления достойна, говорит, сия чудная вещь: что вы, будучи учители, поучающиеся в законе Божии и являющие святую жизнь, не знаете, откуда приходит Сей чудотворный человек; и однако Сей, вами незнаемый, отверз очи мои. Сие сказав, предлагает и доказательства власти и благодати Иисус Христовой, говоря:

Ин.9:31. Вем же, яко грешники Бог не послушает: но аще кто Богочтец есть, и волю Его творит, того послушает.

И самое Писание учит сему, что грешников Бог не послушает. «Неправду аще узрех в сердце моем, да не услышит мене Господь» (Пс.65:18). «Егда прострете руки ваша ко Мне, отвращу очи Мои от вас, и аще умножите моление, не услышу вас: руки бо ваша исполнены крове» (Ис.1:15). И многое сему подобное обрящешь в Священном Писании. Знать же надобно, что Бог сие говорит о нераскаянных, то есть, о тех, которые в грехе закосневают, и не думают покаяться и исправиться; кои же прибегают к покаянию, таковых моление Бог тогда же принимает. Услышал моление разбойника: «помяни мя, Господи» (Лк.23:42); также и сие: «Боже, милостив буди мне грешнику» (Лк.18:13); еще же слезы блудничи. Сам Бог повелел, да просим оставления грехов наших, говоря: «остави нам долги наша» (Мф.6:12). Но то еще удивительнее, что иногда Бог грешникам и самую благодать чудотворения ниспосылает для их исправления, и для других спасения. «Мнози, говорит, рекут Мне во он день: Господи, Господи, не в Твое ли имя пророчествовахом, и Твоим именем бесы изгонихом, и Твоим именем силы многи сотворихом? И тогда исповем им, яко николиже знах вас: отъидите от Мене вси делающии беззаконие» (Мф.7:22-23). Почему не надобно понимать, чтоб изречение: «грешников Бог не послушает», было неизменяемо и общее для всякого обстоятельства. Сие же следующее: «аще кто Богочтец есть, и волю Его творит, того послушает», есть непременяющееся и всеобщее. Ибо всех Его чтущих, и хранящих заповеди Его, моление о спасении слышит, так как Дух Святой научает устами Пророка, свидетельствуя: «близ Господь всем призывающим Его во истине. Волю боящихся Его сотворит, и молитву их услышит» (Пс.144:18-19). Потом слепой увеличивает величество чуда, говоря:

Ин.9:32-33. От века несть слышано, яко кто отверзе очи слепу рождену. Аще не бы был Сей от Бога, не могл бы творити ничесоже.

От сотворения мира, говорит, не слышно было, чтобы человек отверз очи такому человеку, который от утробы матерней родился слепым. И поистине никто, ниже из праведников прежде закона, ниже из сущих под законом святых Пророк, ниже кто-либо в благодати из Апостолов и учеников Христовых соделал таковое славное чудо. Если бы Христос, продолжает слепец, не был человек, посланный от Бога; то ничего, то есть, никакого бы дела толико славного, учинить не мог. Неоспоримо слепого доказательство: но смотри, что на сие ему ответствуют Фарисеи.

Ин.9:34. Отвещаша и реша ему: во гресех ты родился еси весь, и ты ли ны учиши? и изгнаша его вон.

«Се бо, сказал пророк Давид, в беззакониих зачат есмь, и во гресех роди мя мати моя» (Пс.50:7), — разумевая грех прародительский, с коим все рождаемся. Посему убо справедливо, что слепой весь во грехах родился; однако Фарисеи не с сим говорили сии слова (ибо таковое обвинение есть общее всякому человеку: поелику каждый человек родился весь во грехах), но понимали они так, как вопрошали самые Апостолы, говоря: «Учителю, кто согреши, сей ли, или родителя его, яко слеп родися?» (Ин.9:2) То есть, думали Фарисеи, что и душа слепого еще с первым, иным телом своим согрешила, прежде нежели перешла в ее тело настоящее; еще же и родители его были таковые грешники. Ты ли убо, говорили, таковым будучи грешником, учишь нас, непорочных и святых? Сие же сказав, изгнали его из церкви.

Ин.9:35. Услыша Иисус, яко изгнаша его вон, и обрете его рече ему: ты веруеши ли в Сына Божия?

Презирается слепой от человек, но призирается Богом. Изгнан из церкве, но обрел Владыку оной. Отлучен от человек, но соединился с Богом. Но на сем, «услыша Иисус», остановиться должно. Сие означает то, что когда мы, ради любве Его, притесняемы бываем и гонимы, Он знает сие, и видит таковые гонения: посему Сам приходит утешать и защищать нас. Вопросил же Богочеловек слепого: «веруеши ли?» не для того, будто бы Он о сем не знал, но желая показать ему, что Он есть «Сын Божий», и услышать из уст его веры исповедание.

Ин.9:36. Отвеща он и рече: и кто есть, Господи, да верую в Него?

Явствует убо, что слепой не знал, что Иисус Христос есть Сын Божий. Называл же Его только Пророком и святым мужем, почему спрашивает у Него: кто есть Сын Божий, да верую в Него?

Ин.9:37. Рече же ему Иисус: и видел еси Его, и глаголяй с тобою, Той есть.

Почему же Христос не ответствовал прямо: Я есмь, но косвенно: «и видел еси Его, и глаголяй с тобою, Той есть»? Дабы напомнить о чуде чрез сие: «и видел еси Его», — то есть, недавно видел, получа свет, силу Его и чудодеяние, — и дабы показать, что Сын Божий не есть Слово бесплотное, но воплотившийся Христос. Сей, говорит, Человек, которого видишь и слышишь говорящего с тобою, сей есть Сын Божий.

Ин.9:38. Он же рече: верую, Господи: и поклонися Ему.

Не только исповедал в тот же час, что он верует во Иисуса Христа Сына Божия, но еще и служебным поклонением Ему пожертвовал.

Беседа о временном грешников наказании

Неизвестность, почему слепой родился слеп от роду, решил Богочеловек Иисус, говоря, что он родился слепым, да прославится о нем Бог. Однако наказания, коими и доныне видим многих наказуемых человеков, в толикую бездну погружают неразумия нездравомыслящих и надменных, что дерзают порицать всепремудрейший промысл Бога, могуществом беспредельного. И праведников видим мы наказуемых, и грешников; и праведных спокойно и счастливо умирающих, и грешников равно же. Воистину «судеб Господних бездна многа: неиспытани судове Его и неизследовани путие Его»! (Пс.35:7; Рим.11:33) Посему «кто когда может уразумети ум Господень? или кто бысть Ему советник?» (Рим.11:34) Однако ж разум наш, который дал Бог всякому человеку, просвещаемый светом Божественного Писания, хотя некоторую может представить причину сих наказаний, коими Бог в мире сем наказует некоторых человеков.

Мы читаем Священное Писание, и даже видим, что Бог иных грешников наказывает, а иные наказания избегают и благоденствуют. Наказует Бог Фараона, Надава, Авиуда, Саула, Авессалома, Ахава, Навуходоносора и других бесчисленных; Ровоам, Авия, Амврий — люди, злобы и нечестия преисполненные — мирно покоятся и с своими опочивают отцами. То же самое и в наши примечаем времена: иные из грешников наказуются, а иные спокойно умирают. Какая бо сему причина? Та, что ежели бы Бог в сем веке наказывал всякого грешника, то добродетель бы содеваема была по принуждению, а не по произволению; тогда всяк держался бы добродетели не по собственному своему избранию, яко вещи полезной и душеспасительной, но по нужде, боясь скорого и неизбежного наказания. Посему добродетель лишилась бы тогда своего свойства или характера — быть любезною самой по себе, а Бог, по законам правосудия Своего, не мог бы увенчивать добродетельных, понеже люди тогда бы не ради любви к Нему, ни ради усердия к добру, ни ради наслаждения вечного Царствия, ниже для избежания нескончаемой муки, но ради страха чувственной и временной казни, держались добродетели. Добродетель тогда, говорю, не заслуживала бы никакого достоинства, никакой мзды, для того, что тогда человек покорялся бы законам подобным образом, и обуздывался бы как конь уздою, или вол ярмом, из коих первый боится бича, а второй стегала. Если бы Бог всех грешников наказывал в настоящей жизни, то бы будущий суд был излишен: люди же, видя воздаяние по делом во временной сей жизни, почли бы себя всетленными, и душою умирающими. поелику же мы веруем, что Бог есть правосуднейший: то, видя некоторых грешников наказуемых в настоящей жизни, удостовериться должны, что есть и другая будущая жизнь, и что приидет день, в который Бог накажет тех беззаконников, кои пребыли ненаказанными. Но что некоторых нарушителей Божественного закона и здесь наказывает, то для того сие делает, чтобы укротить и устрашить злых и распутных, также доказать, что Он не не промышляет о всех, и не не видит дел человеческих. Ибо если бы все до одного делающие беззаконие оставались ненаказанными, то преумножился бы грех, без всякого страха: люди предались бы злым делам и промысл всемогущего Бога отвергли бы.

Но каких же грешников Бог наказывает в сей жизни, и каких оставляет ненаказанными? Иные утверждают, что Бог тех во временной наказует жизни, которых премного за премногие их злодеяния возненавидел, и премного на них прогневался: а тех оставляет ненаказанными, кои мало и не чрезвычайно согрешили. Но мы однако противное видим сему в Святом Писании. Ибо вот как свидетельствует Святой Дух о наказуемых грешниках: «егоже бо любит Господь, наказует: биет же всякаго сына, егоже приемлет» (Притч.3:12). А о тех, кои без наказания остаются, так пишется: «не присещу на дщери ваша, егда соблудят, и на невесты ваша, егда возлюбодеют, яко и тии со блудницами смесишася, и со блудниками требы жряху» (Ос.4:14). А из сего кто не видит, что грешников наказуемых в настоящей жизни, поелику мало согрешили, Бог еще любит, но наказанием ведет их к покаянию, и когда раскаются, приемлет их в сыны свои; а те, кои паки грешат и нимало не наказываются, суть неприсещаемые за тяжесть их беззаконий, и Богом оставленные? И поистине так: ибо наказуемые или раскаиваются и, приемля конечное грехов оставление, избавляются вечной муки; или, хотя и не исправляются, то по крайней мере за претерпенные ими здесь мучения уменьшается ожидающая их грядущая казнь. Сие Сам Бог утверждает: Бию, Я, говорит, жезлом грешников за их беззакония, и поражаю их ради неправд их; однако таковое наказание есть Мое присещение; ибо чрез сие изливаю на них милость Мою. «Посещу жезлом беззакония их, и ранами неправды их: милость же Мою не разорю от них» (Пс.88:33-34). Но тем грешникам, которые никогда в сей жизни не наказываются и никогда не раскаиваются, отложена в будущем веце всякая мука: «хранится же нечестивый на день зол» (Притч.16:9). Посему некто из древних мудрых сказал: каждый человек, который знает, что он согрешил, да просит Бога, чтобы его наказал. Ибо благо нам не творити дел достойных муки: если же и сотворили что таковое, то лучше тако да накажемся, чтобы восприяв в сем мире достойное нам наказание, упокоились после в лоне Авраамовом. «Всяк убо, признающийся во грехе, да молится быти наказан. Добро бо нам не творящим достойного дела казни: аще же что мы сотворили достойное мщения, да и наказуемся тако, да зде пострадав, упокоимся по сем на лоне Авраамли». (Ориг. 776, т. 1, в бесед.).

Но мы видим, что с самыми праведными то ж самое случается. Иные, то есть, благоденствуют в настоящей жизни и славимы суть: иные же страждут и гонимы бывают. Иосиф седит на царской колеснице, но Иов — на гноищи, пораженный; Давид на престоле царском высится, Иеремия в тинный ров ввергается; Даниил Навуходоносором почитается, но Михей Седекием заушается. Сим, братие, нимало не соблазняйтесь. Ибо Богом прославляются в мире некоторые из праведников для того, чтобы люди, видя таковых, почитали добродетель, любили оную и утверждались в ней; а страждут некоторые из святых для того, чтобы искушено было великодушие их, да просветится в мире свет добродетели их, да удостоятся сугубых почестей и венцев, и терпением их да прославится Бог, Который тех праведников искушает чрез страдания, коих знает быти мужественными во страданиях, твердыми во благочестии и превосходящими прочих преуспеянием в добродетели. Тако Иова чрез многие искусил поражения. Послушайте же, что о нем свидетельствует: «внял ли еси мыслию твоею на раба Моего Иова? Зане несть, яко он, на земли человек непорочен, истинен, богочестив, удаляяйся от всякия лукавыя вещи» (Иов.1:8).

Но почему ж древле и за один только грех грешник тогда же наказывался, ныне же за то же, или еще гораздо важнейшее законопреступление, никакого не получает мщения? Некто бедный человек собирает мало дров в субботу, — и Бог за таковое его преступление повелел, да побиют его камением: «смертию да умрет человек сей, да побиете его камением весь сонм вне полка» (Чис.15:35). Ныне же коль многие, в сей самый день делая то же преступление, презирают праздники Божии? Сколько, говорю, не только собирают, рубят и носят дрова во дни святых праздников, но и сеют, и жнут, и покупают, и продают и всякое творят рукоделие? Коль многие иждивают праздничные дни не на молитву, но на пьянство, не на славословие Божие, но на празднословие, не на хождение в Церковь, но в театры, в питейные домы, в соблазнительные виталища? Коль многие ожидают праздников не для того, да исправят душу, но да развяжут узду целомудрия и да творят греховное и беззаконное деяние, однако ни камением не побиваются, ниже умирают? Мариам с Аароном, осуждая брата своего Моисея, что взял жену Ефиоплянку, два только укорительных слова сказали: «еда Моисею единому глагола Господь? еда и нам не глаголаше?» (Чис.12:2,10) — и се абие последовала казнь: проказа по всему телу Мариамы, бела яко снег. Сколько же ныне, в сеи самый день, находится таких, кои седя пред лицем многих, не только осуждают брата своего, но и клевещут, «и полагают соблазн на сына матере своея»? (Пс.49:20) Коль многие и на самых священных мужей, яко бритву, изощряют языки свои, — однако на них и знака не бывает проказы? Оза, поелику дерзнул простерть руку свою на кивот, «поражен был, и умре там, у кивота Господня пред Богом» (2Цар.6:7); коль же многие ныне дерзостно простирают руки свои не на кивот Божий, но к самому Всесвятейшему Божественной Евхаристии таинству, — однако ниже смерть следует за таковыми, ниже какая-либо казнь? Иные, наподобие Ахара, похищают и крадут церковные Богопосвященные вещи; иные от зависти снедаются и злобствуют на братий своих паче, нежели Саул на Давида; иные же сребролюбствуют и лгут паче, нежели Гиезий; одни грешат, как во дни Ноевы, другие святотатствуют, как Анания и Сапфира; другие презирают священных особ, как Павла — архиерей Анания: однако сии не наказываются так, как те наказаны.

Бог, христиане, сый всемудрейший и правосуднейший, когда люди жили и по правам естественного закона, и под законом, и под явлением благодати, для того обнаруживал различные образы казней, чтобы уверить, что Он мстит за грех и казнит согрешающих, также — да утвердит истину законов, да устрашит грешников и таким образом да отвратит от греха; но ныне, поелику довольно уже показал примеров мщения за всякое законопреступление, «всякое же преступление за ослушание праведное прият мздовоздаяние» (Евр.2:2), — долготерпит и не наказывает более всякого в настоящей жизни, вскоре по грехе, да не принудится силою своепроизвольство человеческое, но да пребудет оно свободно в избрании добродетели. Дал Он законы, определяющие казнь грешникам; утвердил оные мстительными примерами; научил, что настоящее время не есть время воздаяния: но грядет день, в оньже кийждо приимет воздаяние по делом своим. Упразднил убо Бог частые и временные наказания примеры, да пребудет человек беспринужден и да получит праведно или вечный за добродетели венец, или вечную за грех муку.

Наказываются и ныне грешники, хотя не все, ни столь часто, ниже вскоре по учинении греха, как прежде: но мы, или яко глухие, не слышим, или яко слепые, не видим чувственных наказаний. Охладела горячность к вере; почему, и затыкая уши и сжимая очи, думаем, что видимые или слышимые казни не от Бога бывают посылаемы, но или по случаю, или по действию естественному. Но когда отверзем очи веры, то узрим и доныне и грешников наказуемых, как и праведников страждущих. Наказывает Бог доселе, яко Отец чадолюбивый, грешников, да обратит их к покаянию, и да уменьшит им будущую казнь, а праведников — да искусит их терпение, и соплетет им вящие венцы славы.

Итак, христианине! если ты бедствуешь, или немощствуешь, или инако страждешь, радуйся; сноси великодушно и прославляй бесконечно благоутробнейшего и всемилостивейшего Бога. Ибо если ты грешник, то наказание есть бальзам на раны греха твоего: «посещу жезлом беззакония их» (Пс.88:33). Несчастия твои суть доказательством любви Божией: «егоже бо любит Господь, наказует» (Притч.3:12). Несчастие твое есть глас Божий, призывающий тебя на покаяние: «биет же сына, егоже приемлет». Страдания таковые освобождают тебя от вечной муки: «милость же Мою не разорю от них» (Пс.88:34). Если же праведен, — страдания твои соплетают тебе венец, скорби твои уготовляют тебе радость неизглаголанную, и бедствия твои — славу вечную. Привременные страдания, сравниваемые с неизреченною славою и радостию, тебя ожидающею, ничтоже суть: «недостойны страсти нынешняго времене к хотящей славе явитися в нас» (Рим.8:18). Тогда же только скорби и сетуй, когда видишь, что ежедневно грешишь, и провождаешь дни твои в богатстве и удовольствиях, никакого не испытуя несчастия. Тогда-то плачь неутешно, тогда-то изливай реки слез. Ибо за беззакония твои оставил тебя Бог: хранится же тебе казнь твоя в страшный день суда. «Хранится же нечестивый на день зол» (Прит.16:9).

6.1. Толкование на Апостол из Деяний Апостольских, читаемый в неделю слепого (Деян.16:16-34)

Ныне чтенное Богоносных Апостол деяние открывает два чуда и одно неслыханное неправосудие. Первое чудо есть изгнание беса, прельщавшего жителей Филиппийских: второе — потрясение земли, которое отворило темничные двери, дабы вышли оттуда невинно заключенные там Апостолы: но и самый безрассудный и зверский поступок князей с Апостолами есть также чудесное дело, но дело не силы Божией, а безмерной человеческой злобы. Кто со вниманием выслушивает толкование чтенной истории, тот, узнав из первого чуда, коль велико лукавство злых бесов, блюстись будет, дабы не быть от них прельщену: из второго узрев неусыпный Божий промысл, хранящий Апостолов в подвигах добродетели, возымеет надежду на Божеское заступление, когда будет творить Богоугодные дела добродетели: а из третьего, услышав, сколь пристрастно и несправедливо осуждены были Божественные Апостолы от князей и воевод Филиппийских, будет удаляться от всякого суждения безрассудного, пристрастного и несправедливого.

Деян.16:16. Во дни тыя, бысть идущим нам на молитву, отроковица некая имущая дух пытлив срете нас, яже стяжание много даяше Господем своим, волхвующи.

Павел, Сила и Тимофей шедши в Македонию по тому видению, которое видел Павел, пребыли несколько дней во граде Филиппах (Деян.15:40,16:3, 9): с ними находился и Лука, сие повествующий, что видеть можно из сих его слов: «идущим нам Апостолом, и ниже, Павлу и нам» (Деян.16:16-17). Где же находилось то место, в которое помянутые Апостолы шли помолиться? Оно было вне града близ реки, там протекающей. «В день же суботный», пишет Божественный историк, «изыдохом вон из града при реце, идеже мняшеся молитвенница быти» (Деян.16:13). Иудеи собирались на молитву вне града, может быть потому, что Филиппийские Еллины не позволяли им иметь Синагог внутрь града. Что же такое есть дух пытлив, или, по греческому речению, дух Пифона, который находился в отроковице? Пифием или Пифоном назывался Аполлон, которого идолопоклонники почитали богом: идолу сего языческого Бога, стоявшему во храме Дельфийском, служили женщины, называемые Пифиями: в сем храме был ров, и близ рва столик, треножником называемый, потому что имел три ноги: на сем столике сидела Пифия: злой же дух исходя из рова, в нее входил, и она делалась беснуемою: тогда она распускала власы главы своей: цвет лица ее изменялся, уста пенились, и она как бы упоенная вином, предсказывала будущее: отсюда-то всякая бесовская сила, могущая что-нибудь предсказывать, называлась духом Пифона. И так когда помянутые Апостолы шли в определенное место молитвы не только для того, дабы там помолиться, но и дабы обратить и научить собравшийся там народ: тогда встретилась им одна раба, которая была одержима духом Пифона (пытливым), предсказывала будущее, и предсказыванием сим приносила великую пользу господам своим (Деян.16:14,15).

Деян.16:17. Та последовавши Павлу и нам, взываше глаголющи: сии человецы раби Бога Вышняго суть, иже возвещают нам путь спасения.

Сия одержимая бесом раба, следуя за Павлом и прочими Апостолами, с ним находившимися, вопила велегласно, говоря о них: сии люди суть рабы Бога Вышнего: они проповедуют и показуют нам путь спасения. Но каким образом диавол, будучи отец лжи, проповедал сию истину? Как не убоялся он того, что люди, услышав сии слова его, поверят Апостольской проповеди? Так, он исповедал велегласно, что Иисус Христос есть Сын Божий и Бог: «что мне и тебе, Иисусе Сыне Бога Вышняго? Заклинаю тя Богом, не мучи мене» (Мк.5:7). Но то сделать Он был принужден повелением Иисусовым? «Глаголаша бо ему: изыди душе нечистый от человека» (Мк.5:8). Что же побудило его засвидетельствовать о Апостолах, что они были рабы Бога Вышнего, и возвещали путь спасения? Он сделать сие не имел никакой нужды, а только употребил злоковарную свою хитрость, поставив таким образом на Апостолов сети двоякого рода, а именно: надеялся, что или они, услышав таковые похвалы, поражены будут честолюбием, и о себе много возмечтают: или найдутся принужденными изгнать его из бедной рабы: и что господа ее, рассердившись на них за то, что лишились выгод своих, будут наветовать на их жизнь. Сия-то надежда изгнала из него тот страх, что слышащие истину, им свидетельствуемую, могут тем обратиться к вере. Видно же из последующего, что произошло на деле второе его преднамерение. Но между тем заметим здесь, что и сам сатана, по словам Павловым, «преобразуется во Ангела светла» (2Кор.11:14) и возвещает истину не для того, чтобы принести сим пользу слушающим, но дабы нанести им вред.

Деян.16:18. Се же творяше на многи дни: стужив же си Павел, и обращся, духови рече: запрещаю ти именем Иисуса Христа, изыди из нея: и изыде в том часе.

Не один только день, но многие дни рабыня та творила сие, то есть, взывала во след Апостолов, говоря: «сии человецы раби Бога Вышняго суть, иже возвещают нам путь спасения» (Деян.16:17). Но Павел не вдруг с самого начала изгнал из нее беса, как потому, что он предусмотрел наветы сего злого духа, которые он предполагал исполнить над ним и над прочими Апостолами, с ним в то время бывшими, как скоро только изгнан будет из оной рабы: так и потому, чтобы не показаться, что ищет он от людей похвал за чудеса, им творимые. После же, как дух сей не преставал искушать его, «стужив же си Павел», то есть, тронувшись и отяготившись таковым искушением, сказал злому духу, обративши лице свое к отроковице: повелеваю тебе именем Иисуса Христа выйти из нее: и бес, убоявшись имени Христова, и послушав повеления Апостольского, тотчас, о чудесе! вышел из отроковицы, и оставил ее свободною от бесовской своей силы и мучения: а сим исполнилось то пророчество Господне, которое предрек Он о веровавших в Него: «знамения же веровавшим», рече, «сия последуют: именем Моим бесы ижденут» (Мк.16:17).

Деян.16:19. Видевше же господие ея, яко изыде надежда стяжания их, поемше Павла и Силу, влекоша на торг ко князем.

Как скоро вышел демон из той рабыни, то и волхования престали, потому, что не она сама, но бес чрез нее волхвовал. Почему господа ее, видя, что они лишились надежды на получение тех корыстей, которые доставляла им раба их своим волхвованием, воспламенившись гневом и мщением, а может быть и надеясь, что когда убиют Апостолов, то паки раба их будет им гадательствовать, взяли Павла и Силу, яко виновников дела того, и привели их на торжище, где по тогдашнему обыкновению заседали князи и судили народ.

Деян.16:20-21. И приведите их к воеводам, реша: сии человецы возмущают град наш, Иудее суще: И возвещавают обычаи, яже не достоит нам приимати, ни товорити, Римляном сущим.

Почему жители града Филиппов назвали себя Римлянами? Град сей построен Филиппом Македонским, по имени коего и назван Филиппы: но когда Римляне сделались обладателями Греции, тогда они послали туда из Рима колонию (Смт. Калмет. на он мест.). Колонии у Римлян были двух родов: к первому роду относятся те, которые поселяли они на местах, издревле ненаселяемых, или некогда опустевших; а ко второму принадлежат те, которые посылали они во грады, заселяемые воинами и частию подданными их. Град Филиппы был Римская колония последнего рода: распространил же его сперва Юлий Кесарь, а потом Август: по сему- то на монетах сего града, употреблявшихся при Клавдии Кесаре, было надписано: Колонии Юлиевой Августовой Филиппийской. Для сего и Святый Лука назвал сей град Римским словом Колония, то есть поселение. «Оттудуже», говорит он, «в Филиппы, иже есть первый град части Македонии, Колониа» (Деян.16:12). По сей-то причине и обитавшие там назвали себя Римлянами: по сей же самой причине и Павел сказал о самом себе, что он Римлянин, хотя и был родом Иудеянин, родившийся в Тарсе Киликийском. (Деян.16:37, 22:3, 25). Воеводами же называет священный Историк тех, которых выше назвал князьями потому, что они отправляли должности гражданские и вместе воинские. Приведши же пред них господа отроковицы Павла и Силу, начали говорить им: сии люди суть Иудеи, они возмущают град наш, вводя обычаи, которых нам ни принимать, ни исполнять не достоит потому, что мы Римляне,

Деян.16:22-24. И снидеся народ на них, и воеводы растерзавше им ризы, веляху палицами бити их: Многи же давше им раны, всадиша в темницу, завещавше темничному стражу, твердо стрещи их: Иже таково завещание прием, всади их во внутреннюю темницу, и ноги их заби в кладе.

Вот неправедный суд и жестокое наказание! Господа отроковицы обвиняют пред воеводами Павла и Силу, якобы они мятежники и возмутители общего спокойствия: воеводы, не взяв от обвиняемых никакого объяснения, и не исследовав, справедливо ли то обвинение их, к сему же видя, что вся толпа народная, которая была на торжище, с ними в том согласна, и яко сильная буря восстала на судимых Апостолов, не токмо не останавливают сего дела и не пресекают их обид, которые народом чинимы были Апостолам в их присутствии: но и сами собственными своими руками, дабы более посрамить судимых, разодрав на них ризы, повелевают их палицами бить: и хотя повеление сие было исполнено над Апостолами с неописанною жестокостью: но они сим еще не удовольствовались, а посадили их в темницу, приказав темничному стражу строжайше стрещи их: страж, получив таковое приказание, и боясь, дабы вверенные его хранению Апостолы не ушли ночью, приложил наказание к наказанию, посадил, то есть их во внутреннейшую и следственно самую мрачнейшую темницу, набив на ноги их колодки.

Деян.16:25. В полунощи же Павел и Сила молящеся пояху Бога: послушаху же их юзницы.

Всеблаженные Апостолы не забыли о молитве и тогда, когда находились во внутренней темнице, когда они от биения были в ранах, и ноги их были в кладе. Пример сей для нас весьма полезен: он научает нас и в самых горестнейших обстоятельствах молиться, принося Богу благодарение. Апостолы молилися в полуночи тишины ради и безмолвия времени, преисполнены же будучи любви к Богу, молились не тайно, но гласно, так что моление их слышно было узникам, в той темнице находившимся. Они в молитве своей не отмщения неправедно наказавшим их, не освобождения от уз и темницы, ниже исцеления ран своих просили от Бога: но песни Ему и славословия приносили. «Молящеся», говорит, «пояху Бога», сподобившего их толико пострадать за имя Единородного Его Сына, якоже и Петр и сущие с ним Апостолы, егда биемы были на сонмище Иудейском, «идяху радующеся от лица собора, яко за имя Господа Иисуса сподобишася безчестие прияти» (Деян.5:41). Хотя же Апостолы не просили Бога в пении и молитве своей, об освобождении своем из сего мрачного жилища: однако Всещедрый и Человеколюбивейший Творец, «иже весть, ихже требуем, прежде прошения нашего» (Мф.6:8), сотворил чудо, дабы тем избавить их.

Деян.16:26-27. Внезапу же трус бысть велий, яко поколебатися основанию темничному: отверзошася же абие двери вся, и всем юзы ослабеша. Возбуждся же темничный страж, и видев отверсты двери темницы, извлек нож, хотяше себе убити, мня избегша юзники.

Вот чудо, которое сотворил Бог в то время, когда Апостолы были под стражею! вдруг произошло колебание столь великое и сильное, что поколебалось основание темницы, отворились в ней все двери, и с ног всех заключенных спали узы. Страж темничный, проснувшись и видя двери в темнице растворенными, подумал, что узники разбежались: посему, дабы избавиться наказания, которое он неминуемо должен понести за избежание узников, вынув из ножен своих нож, хотел убить себя. Положим, что сильное движение потрясло темничное основание и растворило в ней двери: кто же разрешил узы, которыми был связаны узники? Сие уже есть действие не силы движения оного, но силы Божеской. Отсюда явствует, что не одно было тогда чудо, а два: внезапное колебание и разрушение уз.

Деян.16:28. Возгласи же гласом велиим Павел глаголя, ничтоже сотвори себе зла: вси бо есмы зде.

Вот пример незлобия, истинной любви и благотворения врагам, по заповеди Господней! Павел старается сохранить жизнь того стража, которой незадолго пред тем заключил его в мрачнейшую темницу, и связал ноги его в кладе, а потому громогласно говорит к нему: не делай себе никакого зла, ибо, никто из узников не ушел, а все здесь. Страж находился вне темницы, а Павел внутри оной: и как внутри мрак был темничный, так мрак полуночный: как же Апостол увидел, что страж тот вынув нож, намеревался им умертвить себя, и от чего он узнал, что помянутый страж подозревал узников в побеге? Он видел посредством благодатного света, которым Пресвятой Дух озарял его, что страж оный делал, о чем размышлял и какое имел намерение: «свет бо праведным всегда. Свет возсия праведнику» (Притч.13:9; Пс.96:11).

Деян.16:29-30. Просив же свещи вскочи, и трепетен быв, припаде к Павлу и Силе: И изведе их вон, рече: господие! что ми подобает творити, да спасуся?

Страж темничный, услышав Павловы слова, ободрился: и дабы увериться в том, что узники не разбежались, попросил свещи, и с оною пошел внутрь темницы. «И трепетен быв», пишет Божественный историк: ибо колебание оное толико поразило его, что от ужаса трепетал. Но почему он вдруг возымел такое почтение к Павлу и Силе, что пал, пред ними? «припаде к Павлу и Силе». Почему теперь не боится воевод своих, но выводит из темницы тех, коих недавно посадил в оную? по какой, говорю, причине возлагает он всю надежду спасения своего на сих святых учителей, и спрашивает совета их, что ему должно делать, дабы спастись? «И извед их вон, рече: господие! что ми подобает творити, да спасуся?» «Сия измена есть десницы Вышняго» (Пс.76:11). Он, пробудившись от великого колебания, увидел двери темничные растворенными, и узников от уз разрешенными, услышал потом незлобивый и благодетельнейший глас Павлов, которой исхитил его от врат смертных, когда он извлекши нож уже хотел умертвить себя: увидел, говорю, чудеса Господни, и почувствовал силу небесной добродетели: тогда сердце его пришло в умиление, и душа его преклонилась к раскаянию, а благодать Божия вложила в него страх Господень, благоговение и спасительное повиновение к советам Павла и Силы.

Деян.16:31-32. Она же рекоста: веруй в Господа Иисуса Христа, и спасешися ты и весь дом твой. И глаголаста ему слово Господне, и всем, иже в дому его.

Апостолы Христовы ответствовали стражу темничному сперва кратко: «веруй», сказали они, «в Господа Иисуса Христа, и спасешися ты и весь дом твой». Но сии немногие слова заключают в себе все, чему благочестивые веруют: ибо вера во Христа не имеет другого основания, кроме самого Иисуса Христа: «Основания бо инаго никтоже может положити паче лежащаго, иже есть Иисус Христос» (1Кор.3:11). Все то, чему мы веруем, относится к Иисусу Христу, к Нему принадлежит, и Его имеет основанием своим и утверждением: кто же верует в Него, тот наследует вечную жизнь. «Веруяй в Сына», говорит Писание, «имать живот вечный: а иже не верует в Сына, не узрит живота» (Ин.3:36). По кратком же сем учении Апостолы возвещали, пишет святой Лука, слово Господне ему и его домашним, то есть, научали их догматам Пресвятой Троицы: открывали им в воплощении Сына Божия содержащиеся тайны смотрения о нас Господня. Объясняли пользу святых таинств, и наставляли быть в послушании Божеским законам. Заметим здесь ту Апостольскую ревность и усердие, каковыми воспламенены были Павел и Сила: они при всем том, что были изранены, и что имели по выходе из темницы великую нужду в отдохновении и в услугах к облегчению телесной скорби их, нимало не заботились о лечении тела своего, но со всяким тщанием поучали слову Господню.

Деян.16:33-34. И поем я в той же час нощи измы от ран, и крестися сам и свои ему вси абие: Введе же я в дом свой, постави трапезу, и возрадовася со всем домом своим, веровав Богу.

Темничный страж взял с собою Апостолов в тот же самой час ночи, в которой они вышли из темницы: и во первых омыл кровь их ран, потом крестился от них со всеми своими домашними: а затем приготовил трапезу, и возрадовался со всем домом своим: возрадовался же он не по причине яств трапезных, но потому, что сподобился принять веру в истинного Бога: «возрадовася со всем домом своим, веровав в Бога». А из порядка, что за чем повествуется, явствует, что оглашение веры, омытие ран и крещение происходило не в самом доме, но в другом каком-либо месте, и может быть на дворе: а в самом доме приготовлена была токмо трапеза: ибо священный Историк, описав прежде все другие происшествия, потом уже говорит о трапезе, пиша: «введ же я в дом свой, постави трапезу». Темничный страж омывает водою телесные раны Апостолов: а они очищают от грехов его душу святым крещением: он питает их за трапезою пищею телесною, а они насыщают его пищею духовною, учением веры. Приметьте, что духовные дела предшествуют телесным: прежде происходит оглашение и крещение, а потом приуготовляется трапеза. Сие место Деяний Апостольских научает нас всегда предпочитать духовные дела телесным.

Беседа о людях, приводящих других в суды, и о самих судиях

Повеления Иисус Христовы все суть святы и всечестны: но некоторые из оных кажутся нам неудобоприемлемыми: кажутся же таковыми потому, что мы не разумеваем, какую они имеют цель и конец: но кто совершенно понимает их цель, тот охотно их приемлет и хранит со всяким рачением. «Хотящему», глаголет Господь, «судитися с тобою, и ризу твою взяти, отпусти ему и срачицу» (Мф.5:40). Сего принять, кажется, невозможно.

Обязан ли я тому, кто требует от меня одежды, да и грозит еще судом, если не дам, отдать даже и срачицу, дабы тем избавиться суда? Апостол Павел, пиша к Коринфянам о сем же самом, и напоминая им слова Христовы, явственно сказал, что заниматься тяжбами есть срамно, то есть грешно. «Уже убо отнюдь вам срам есть, яко тяжбы имате между собою» (1Кор.6:7). Потом, обличая занимающихся сими тяжбами, говорит: для чего вы не желаете лучше, чтобы вас обижали, и у вас отнимали имение: но сами других обижаете и лишаете их собственности, а тем паче, что еще братий своих? «Почто не паче обидими есте? Почто не паче лишени бываете? Но вы сами обидите и лишаете, да еще братию» (1Кор.6:7). Так, братия, трудно сие исполнить: но дотоле будет нам казаться то трудным, доколе не вникнем тщательнее, на какой конец и с какою целью запрещает Бог судебные тяжбы.

Цель, братия моя, завещания сего есть милосердие Божие: знает Господь, что как доносчики, так и самые судии причиняют себе вред, превосходящий всякий временный урон: и потому Он, яко Творец Человеколюбивый жалея о создании своем, завещает судимым терпеливо сносить всякую земных вещей потерю, да не будут виною грехов, и избавят как доносчиков, так и судей от множества прегрешений и вечного осуждения: ибо и те другие легко впадают в великие и ужасные прегрешения. Справедливость сего мнения подтверждает ныне чтенная история, в которой описывается поступок доносчиков, приведших Павла и Силу в судебное место князей филиппийских.

Сколь великие и Богоненавистные грехи суть ложь, клевета и лицемерие, сие известно и никакого доказательства не требует. В грехи сия впали доносчики, приведшие Павла и Силу на суд: они там бесстыдно лгут, клевещут и лицемерствуют. Раба, имея в себе дух Пифона (пытлив), волхвовала, и волхвованием сим много доставляла денег господам своим. Павел с Силою изгнали сего злого духа из рабы: волхвование престало, и господа помянутой отроковицы лишились своих выгод. Вот сущая истина всего дела. Но доносчики вместо истины сей, что говорят пред судиями? «И приведите их к воеводам, реша: сии человецы возмущают град наш, Иудее суще: завещавают обычаи, яже не достоит нам приимати, ни творити, Римляном сущим» (Деян.16:20-21). Слышите, что они говорят совсем иное, а истины самой не открывают. Они бесстыдно произносят совершенную ложь, и притом не одну только ложь, но еще ужасную клевету: «сии человецы возмущаю град наш». Как? Павел и Сила, учители мира и тишины, возмущают град и предписывают Римлянам такие законы, которых они принять не могут? Нет! Божественные Апостолы сии проповедывали одну взаимную любовь, одну правду, кротость и незлобие: они внушали одно повиновение и преданность к царям, одну любовь и почтение к старшим и должное уважение ко всем: вот в чем состояли те обычаи, которых Римляне не могли ни принять, ни выполнить. Какая ложь! какая клевета! Посмотрим теперь и на коварное их лицемерие. Они воспаляются гневом, и снедаются мщением за то, что лишились выгод своих: но гнев свой прикрывают священною ревностию, и страсть мщения преобразуют в защищение законов. Они мстят за собственную свою потерю, а себя выставляют защитниками тех постановлений, которые издревле родом их уважаемы: они объяты сребролюбием, а кажутся исполненными любви к отечеству: по жизни и поступкам своим нечестивы и порочны, а по виду и словам добродетельны и святы.

Но нет ли и ныне таких людей, которые, приводя братий своих в судебные места, лгут пред судьями, клевещут на них, и принимают на себя вид добродетели и священной ревности, дабы тем больший нанести им вред? Не попусти, Господи! никого учинить то, что учинили против Павла и Силы господа рабы, имеющей дух Пифона (пытлив)!

Не мните, чтобы и самые судии не впадали удобно во многие и великие прегрешения: лицеприятие и мздоприимство, сии причины всех несправедливостей судейских, всегда окружают их. Судия смотрит на богатого и скудного, которые судятся у него: и надежда на воздаяние, могущее быть ему от богатого, вселяется в сердце его: она легко преклоняет его к тому, чтобы оправдать богатого и обвинить скудного, хотя и видит, что тот виновен, а сей прав. Смотрит судия на чиновного и на простолюдина тяжущихся у него, и страшится лица чиновного: а сей страх принуждает его оправдывать чиновного, которой виновен, и обвинять простолюдина, который прав. Являются к судье родственник его и чуждый, или друг и незнакомый: родственническая и дружеская любовь берут власть над сердцем судии, и заставляют его защищать сторону своего родственника или друга, хотя бы он ни мало не был прав, а осуждать чуждого или незнакомого, хотя бы он по всему был прав. Ежели сердце судии заражено лихоимством: то кто может представить, коликие производит он неправды и беззакония: тогда в решениях его черное бывает белым, горькое сладким, мрак светом, и то, что в высшей степени неправильно, справедливым?

Сие же притом в рассуждении судей примечания достойно, то есть, что тот же самый грех, который и в других есть, в лице судии увеличивается, и бывает виною многих зол. Нерадение есть само по себе порок. «Что зде стоите весь день праздны?» (Мф.20:6), так обличал

Господь нерадивых. Но когда ленится человек частный: то он вредит тем только самому себе: когда же судия, то он причиняет вред и другим. Ибо его нерадение бывает причиною того, что как виновные не наказываются в свое время, так обиженные нескоро избавляются от насильства и оскорбления: откуда и проистекает множество зол. Роскошь есть порок, достойный слез: «приидите ныне богатии», говорит Иаков, брат Божий, «плачитеся: Возвеселистеся на земли, и насладистеся» (Иак.5:1, 5). Колико же порок сей увеличивается, когда судия сидит за пышным столом и наполняет чрево свое яствами, роскошно приготовленными, а виновные между тем пребывая еще ненаказанными, делаются худшими, и причиняют другим вред? Колико увеличивается порок сей, когда судия занимается веселием на зрелищах и проводит ночи в плясках и играх: а судимые между тем, кольми паче ежели случатся скудные и недостаточные, приходят в крайнее истощание, оставив отправлять нужные свои дела, и проводя время только в том, что взад и вперед ходят во двор судии, и ожидают, когда окончит он свои пиры и забавы, и приступит к решению их дела? а запальчивость судии, его зависть, ненависть и всякая другая страсть коликих зол, несправедливостей и невинных наказаний бывают причиною?

Ныне чтенная история умалчивает о всех других пороках судей, кои судили Павла и Силу: описывает же только их неправосудие и властительство. «Еда закон наш», сказал Никодим Иудеям, «судит человеку, аще не слышит от него прежде, и разумеет, что творит?» (Ин.7:51). Закон сей был не у одних Евреев, но и у Римлян, также у Еллинов и у всех народов, которые имели судей и судилища: свидетельствуют о сем народные речи Цицероновы, Димосфеновы и Есхиновы, которыми они защищали как самих себя против доносов, на них бывших, так и друзей своих, когда они в чем обвиняемы были. Немалым также доказательством сего может послужить достопамятное оное и всеми употребляемое изречение: «ни суда не чини прежде, нежели от обоих показание услышишь». Во всяком суде для подтверждения дела потребны бывают свидетели: «да при устех», сказал Господь«, двою или триех свидетелей станет всек глагол» (Мф.18:16). А что и сей закон есть общий, то явствует из народных же речей помянутых ораторов, где для подтверждения слов их приводятся свидетели. Какой же справедливый судия решится поверить словам доносчика, не потребовав от него надлежащих доказательств? Сверх сего приметить должно, что если кто имеет власть остановить беззаконие, но не останавливает оного, таковой равно виновен в беззаконии том, как и самый соделавший оное.

Доносчики Павла и Силы говорят пред судиями, что оные Апостолы возмущают град, и учат таким законам, которых Римлянам принимать не достоит: и беззаконные судии верят словам их, не требуют ни объяснения от Павла и Силы, ни свидетелей для подтверждения доноса на них, но без всякого исследования начинают дело: сверх они смотрят на бесчинствующий на торжище народ, и не токмо не останавливают его бешенства и злобы против Апостолов, имея власть остановить: но еще и сами собственными руками раздирают на Божественных оных учителях ризы, и повелевают палицами их бить. «И снидеся народ на них, и воеводы разтерзавше им ризы, веляху палицами бити их» (Деян.16:22). Избивши же и изранивши, определяют посадить их в темницу: «Многи же давше им раны всадиша их в темницу» (Деян.16:23). Какой другой суд может быть сего нерассуднее, несправедливее и самовластнее? Судии беззаконные! для чего вы, выслушав доносчиков, не требуете ответа от обвиняемых, но тотчас их осуждаете? Судии неправедные! для чего вы тотчас без всякого исследования верите словам доносчиков, и не требуете от них свидетельств в доносе? Судии могущественные! для чего вы не удерживаете нападения народного, но паче усиливаете его, раздирая одежду еще не на осужденных, повелевая бить никакого преступления не учинивших, и заключая в темницу безвинных?

Нет уж ныне таковых варварских народовозмущений, и бесчеловечных жестокостей власти: не видно уже сего в судах народов благими законами управляемых: но остались другие зла, растлевающие правосудие. Остались страсти волнующие душу и почти нечувствительно похищающие рассудок: осталось нерадение, взошло в употребление ходатайство, берет верх родственническая и дружеская любовь, наводят страх вельможи: одним словом, действует сильно лицеприятие: а дары ослепляют глаза судей под различными предлогами и названиями их: судии (какое бесчестие, какое бедствие!), судии, говорю, иногда продаются, и суд покупается: вот почему богатый почти всегда исходит из судилища оправданным и невинным, а бедный осужденным и виновным.

Но что значит, спросите вы, такое рассуждение? то ли, что когда нас обижают, должны мы молчать и не искать права своего в судебных местах? На какой конец, скажете вы, предлагается такое учение? на тот ли, чтобы затворить судебные места, вовсе не производить суда, не оправдывать невинных и не наказывать виновных? Нет, отнюдь не сие намерение настоящего слова. Судей и судебные места учредил сам Бог: «судии», сказал Он Моисею, «и книгочии поставиши себе во всех градех твоих, яже Господь Бог твой дает тебе по племенам, и да судят людем суд праведный» (Втор.16:18). Описаны же здесь несправедливости доносчиков и пороки судей для того, чтобы и тем и другим открыть настоящие их должности: вы, кои за малейшую вину влечете братий своих в судебные места, познайте отсюда, какой опасности подвергаете себя, и не оставляйте прежде нежели пойдете в суд, исследовать в точности совесть вашу, чтобы видеть, что побуждает вас на такое предприятие, не страсть ли какая, или справедливость дела: советуйтесь в том наперед с честными, умными и опытными друзьями вашими. По таковом исследовании и советовании, ежели узнаете, что сердцем вашим управляют в сем случае гнев, зависть, сребролюбие или другая какая-нибудь порочная страсть, то оставить должны предприятие свое, дабы, притесняя брата своего, не попрать священной заповеди любви, то есть всего закона и Пророков, и следовательно не соделаться бы повинными вечному мучению: ежели ж удостоверитесь, что не страсть, но справедливость дела побуждает вас на такое предприятие, то изберите прежде благоразумных посредников, которые могли бы сопернику открыть правоту вашу: и после, когда уже соперник на убеждения не преклонится, не стерпя по малодушию обиды, можете, если пожелаете, представить его в суд, где должны открыть пред судиями правоту вашу, и смело говорить всю истину, не лгать, не клеветать, ни лицемерствовать, и не обольщать также судей дарами, или чем-либо другим: но должны положиться во всем на Бога. Он, яко защитник обиженных, видя справедливость вашего дела, расположит сердце судей к оправданию вас и ко взысканию за обиду вам причиненную:

«Мне отмщение: Аз воздам, глаголет Господь» (Рим.12:19). Где же нет судов христианских, откуда лучше удалитеся? Там нечего ожидать вам, кроме вреда себе и другим. Избирайте лучше обиженными быть, нежели обидеть, как то увещевает Божественный Павел: «почто не паче обидимы есте? Почто не паче лишени бываете? Но вы сами обидете и лишаете, да еще братию» (1Кор.6:7, 8): а вас, судии, пример ныне чтенной истории научает тем правилам, каковые Бог дал людям суд судящим: «да не уклоняет», рек Он, «суда, ниже познают лице, ниже да возмут даров: дары бо ослепляют очи мудрых, и отмещут словеса праведных» (Втор.16:19). Когда входите вы, судии, в судебное место, памятуйте, что приступаете вы тогда к престолу правды, и приемлете на себя лице Божие: «яко суд Божий есть» (Втор. 1,17). Бог судит праведно и яко бесстрастный бесстрастно: поелику убо вы когда восседите на судейском седалище, являете лице Божие, то гоните от себя тогда страсти, далече да будет от вас гнев, ненависть, зависть, страх и лицеприятие: далече да будет от вас в тот час, в который судите, и самое милосердие, да не отженет оно правосудия: «и нищаго», глаголет Всевышний Судия, «да не помилуеши на суде» (Исх.23:3). Старайтесь, чтобы ни малейших ни тени, ни подозрения какого-либо ходатайства, лихоимства и несправедливости: да будет всюду правда, да будет она и в сердце вашем, и в душе вашей, и во устах, и на хартии подписуемой вами. «Мерила праведна, и весы праведны, и мера праведна да будет в вас» (Лев.19:36). «Взыщите суда, избавите обидимаго, судите сиру, и оправдите вдовицу» (Ис.1:17). И когда исполните сие, то сколь великое поистине получите награждение от Бога за труды свои: совершенное отпущение грехов будет вечным вам воздаянием! «Приидите и истяжимся», глаголет Господь, «и аще будут греси ваши яко багряное, яко снег убелю: аще же будут яко червленое, яко волну убелю» (Ис.1:18). Аминь.

The post Никифор (Феотокис), архиеп. Астраханский. Толкование Воскресных Евангелий и Воскресных Апостолов с нравоучительными беседами (ч.1, читаемых от Пасхи до недели слепого) appeared first on НИ-КА.

Толкование Воскресных Евангелий и Воскресных Апостолов с нравоучительными беседами

7. В неделю Святых Отец толкование на Евангелие от Иоанна (Ин.17:1-13)
**Беседа о молитве.
7.1. Толкование на Апостол из Деяний Апостольских, читаемый в неделю святых Отец первого Вселенского Собора (Деян.20:16-18, 28-36)
**Беседа о долге церковных Пастырей.

8. В неделю Святой Пятидесятницы толкование на Евангелие от Иоанна (Ин.7:37-52, 8:12)
**Беседа о господстве страстей.
8.1. Толкование на Апостол из Деяний Апостольских, читаемый в неделю Пятидесятницы (Деян.2:1-11)
**Беседа о вере.

9. В неделю 1-ую Всех Святых толкование на Евангелие от Матфея (Мф.10:32-33, 37-38, 19:27-30)
**Беседа о добродетели.
9.1. Толкование на Апостол из посланий Апостола Павла к Евреям, читаемый в первую неделю по Пятидесятнице, именуемую Всех Святых (Евр.11:33-12:2)
**Беседа о том, что всякий имеет собственный предлежащий ему подвиг, и как достолепно проходить оный можно.

10. Во вторую неделю по Пятидесятнице толкование на Евангелие от Матфея (Мф.4:18-23)
**Беседа о пекущихся о душе.
10.1. Толкование на Апостол из посланий Апостола Павла к Римлянам, читаемый в неделю вторую по Пятидесятнице (Рим.2:10-16)
**Беседа о том, что Павловы слова добродетельных укрепляют, а грешных делают безответными.

11. В неделю третью по Пятидесятнице толкование на Евангелие от Матфея (Мф.6:22-33)
**Беседа о сребролюбии.
11.1. Толкование на Апостол из посланий Апостола Павла к Римлянам, читаемый в неделю третью по Пятидесятнице (Рим.5:1-10)
**Беседа о том, что вера без добрых дел бесполезна.

12. В неделю четвертую толкование на Евангелие от Матфея (Мф.8:5-13)
**Беседа о Божественном причащении.
12.1. Толкование на Апостол из посланий Апостола Павла к Римлянам, читаемый в четвертую неделю по Пятидесятнице (Рим.6:18-23)
**Беседа о том, что святость праведных и срам грешников суть видимы и ощутительны.

7. Толкование на Евангелие от Иоанна в неделю Святых Отец (Ин.17:1-13)

Арий богохульный ересеначальник, родом из Ливии и Александрийской церкве протопресвитер, после триста двадцать первого года от Рождества Христова, начал насеивать на сердцах верующих губительные и смертоносные плевелы еретических и богохульных своих догматов. Тварию, а не истинным Богом единосущным Отцу, богоненавистный, называл он единородного Сына Божия и Слово, Спасителя и Владыку. поелику же сие Арианское заблуждение и сия тлетворная ересь распространялась и возрастала: то первый христианский царь, равноапостольный Константин, ревностию Божиею движимый, от всея вселенной созвал пастырей Христовой церкви и учителей к защищению бедствующих благочестивых догматов и к утверждению истинной и православной веры. Собрались убо они в знатном граде Никее, числом триста осмьнадесять, кои были архиереи и иереи, и диаконы и монахи. Из архиереев иные были исповедники веры такие, кои носили язвы Господа, то есть раны, напечатленные на теле их от мучителей, как- то: Ираклий Потамский, Пафнутий Фивейский, Павел Неокесарийский и Евстафий Антиохийский; другие же были чудотворцы и знаменоносцы, как-то: Спиридон Тримифунтский и Иаков Нисивийский. Прочие мужи были боголюбивые и честные, учители Божественного Писания и в догматах православных искусные. Сии, составя собор, все единоустно и единогласно Сына и Слово Божие единосущным Отцу и Богом истинным от Бога истинна исповедали, написав святой веры Символ, зловерного же и злочестивого Ария низложили, предав его анафеме с его богохульными умствованиями. Сих Божественных отец православная Христова Церковь признав вторыми по Богоглаголивых Апостолах проповедниками веры, учителями истинных догматов и благотворителями и спасителями душ наших, учредила, да каждое лето память их Собора, называемого первым вселенским, благоговейно празднуем в славу и благодарение Богу, в похвалу и честь их и во утверждение истинной веры, которую сии Богодухновенные, основываясь на Священном Писании, проповедали и научили. На сей конец и нынешнее Евангелие чтено, понеже заключает в себе прошение и молитву Господа нашего Иисуса Христа к Богу и Отцу. Мир узнал, что сия молитва услышана есть, во первых видя, после Апостольского жития, пример сих Божественных отец: понеже и они, став учениками Христовыми, соблюли слово Божие. Приняли и они словеса Божии, и познали и уверовали, что от Отца рожден Сын, и послан в мир. Имея и они после Апостолов едино сердце и едину душу, проповедали Иисуса Христа быти Сына Божия по естеству, и единоустно научили велией благочестия тайне. Молитва Господа Иисуса исполнена есть Богословия, есть правило и образ истинной и благоприятной Богу молитвы. Послушайте убо толкования оной, да стяжете небесное добродетели сокровище.

Ин.17:1. Во время оно, возведе Иисус очи Свои на небо, и рече: Отче, прииде час, прослави Сына Твоего, да и Сын Твой прославит Тя.

Не яко Бог, но яко человек, яко Архиерей и Ходатай за нас, пролил сию молитву пред Богом Господь наш Иисус Христос. Почему и Апостол Павел, сказав: Христос яко человек есть Архиерей наш, тут же придает: «Иже во днех плоти Своея, моления же и молитвы к могущему спасти Его от смерти, с воплем крепким и со слезами принес, и усышан был от благоговеинства, аще и Сын бяше, обаче навыче от сих, яже пострада, послушанию» (Евр.5:7-8). Почему ж Господь Иисус в сей молитве возвел очи Свои на небо, так как и тогда, когда воскресил Лазаря, а иногда «поклонь колена моляшеся»? (Лк.22:41) Подобающим в молитве телесным видам чрез сие научил нас Божественный Искупитель наш и Учитель, кои знаменуют вещи Божественные и духовные. Возвел Он очи на небо, показуя нам, что когда и мы молимся, и нам надобно возводить очи наши на небо, никакого земного и мирского не имея помышления, но и ум и сердце наше посвящая на попечение и созерцание небесного и выше мира сущего; преклонил же колена, да и мы во время нашей молитвы преклоняем оные, смиряясь и показывая чрез коленопреклонение себя падшими в грех. Возвед убо Иисус очи Свои на небо, рече: «Отче, прииде час». Какой? Час Его страдания. Почему ж просит, да прославится в сие время страдания? Страдание Иисуса Христа соблазняло и зрящих на оное, и слышащих о Нем, как Сам предсказал: «вси вы соблазнитеся о Мне в нощь сию» (Мф.26:31). Кто ж бы признал Богом Того, Коего видел презираема, хулима, распинаема и посреде двух разбойников висяща? Крест соблазнял, и распятый почитался безумием: «мы же проповедуем Христа распята, Иудеем убо соблазн, Еллином же безумие» (1Кор.1:23): да упразднит убо соблазн сей, и да все уверуют, что Он самый, страждущий и на кресте висимый, есть Сын Божий, молил Он, яко человек, Бога и Отца Своего, да прославит Его в тот час, в который страдал. Молитва Его и была услышана. Ибо тогда, когда страдал, раздрася церковная завеса, солнце померкло, земля потрясеся, камение распадошася, гроби отверзошася, мертвые восташа. Все сие погасило соблазн страдания и креста. Почему «вси, видяще бывающая, биюще перси своя возвращахуся», и велегласно вопиюще: «воистинну Божий Сын бе Сей»! (Лк.23:48; Мф.27:54) Богоглаголивый же Павел так о сем проповедывал: «видим Иисуса за приятие смерти славою и честию венчанна» (Евр.2:9). Сей же славы просил Богочеловек не точию да Он един прославится, но да сопрославится с Ним Отец Его. Ибо сказал: «прослави Сына Твоего», тут же прилагает и сие: «да и Сын Твой прославит Тя». Прославляется же Отец, когда прославляет Сына; ибо едино есть естество и существо Отца и Сына и Святого Духа. Почему едина и слава, и сила, и поклонение, и служение Божества их. Кто с истинною верою прославляет едино лице Святой Троицы, спрославляет купно и прочие два лица, по причине единства и нераздельности их Божества. Слава Отца есть Сын: ибо есть «сияние славы и образ ипостаси Его» (Евр.1:3). Якоже бо от солнца рождаемый света луч есть сияние светлости солнечной и образ просветительного его свойства: тако от Отца рождаемый Сын есть сияние славы Отчей, и образ Отеческой Его ипостаси. Когда веруешь в Сына Божия, непременно веруешь и в Бога Отца. Понеже как Отец не есть без Сына, тако и Сын не есть без Отца. По превосходству же славы Божия есть, едва ведаем и веруем, яко Он есть Отец по естеству Сына. Творцом, Создателем, всесильным, всемудрым, проповедают Его все твари: Отцем же — един Сын. Веруя мы, что Иисус Христос есть по естеству Сын Божий, и прославляя и поклоняясь Ему яко Сыну, веруем купно, спрославляем и споклоняемся рождшему Его Отцу. Сего-то убо ради сказал Христос: «прослави Сына Твоего», то есть, яви Мене незнающим Меня: покажи, что есмь Сын Твой единородный, «да и Сын Твой прославит Тя». Ибо если мир уверует, что Ты имеешь Сына единосущного, прославит Тя не токмо яко Создателя, но и яко Отца Сына по естеству. Сию же мысль, то есть, что прославляемому Сыну спрославляется и Отец, объясняют и нижеследующие слова Владычней молитвы:

Ин.17:2. Якоже дал еси Ему власть всякия плоти, да всяко еже дал еси Ему, даст им живот вечный.

Куда относится сие слово: «якоже», или где его соответствие? Слово «якоже» никакого не имеет соответствия по грамматическому сочинению: ибо соответствующая ему частица «тако» умолчана здесь. Однако относится она       к преждереченным словам, и хотя опущена, подразумевается. Смотри же, каким образом, сказав выше: «прослави Сына Твоего, да и Сын Твой прославит Тя», присовокупил тут же слово «якоже», то есть: тако прославль и прославлься, якоже прославил еси Его, и прославился от Него, егда дал еси Ему власть, да дарствует всему еже дал еси Ему, то есть, всем верующим в Него, живот вечный. А что Отец прославил Сына, «дав вся во власть Его», по слову: «вся Мне предана суть Отцем Моим» (Мф.11:27), сие явно есть и исповедуемо: ибо полновластие Сына над всеми что другое есть, как разве слава Его? Что же данною от Отца Сыну властию прославился и Отец, то и сие видно: ибо таковою властию совершив Сын великие и поразительнейшие чудеса, даровал верующим жизнь вечную, то есть, убедил их веровать, что Он есть единородный Сын Божий, посланный от Бога Отца и от Него власть приявший. Се же есть слава Отча, что имеет Сына всевластительного, якоже есть и Сам Он; се же есть и жизнь вечная, юже дал есть верующим в Него, так как следующие показывают слова:

Ин.17:3. Се же есть живот вечный, да знают Тебе единаго истиннаго Бога, и егоже послал еси Иисус Христа.

Знание истинного Бога, то есть вера, не есть жизнь вечная, но виновно и руководительно к жизни вечной. Вместо убо сего: познание истинного Бога бывает виною и руководством к жизни вечной, — сказал Богочеловек переносно, что знание Бога есть жизнь вечная. Таким же образом переносно и на других местах говорил Господь: «глаголы, яже Аз глаголах вам, Дух суть и живот суть» (Ин.6:63), — вместо сего: глаголы, яже Аз глаголю, подают вам Духа Божия и живот. «Аз есмь воскрешение и живот» (Ин.11:25), — вместо того: Я даю воскресение и жизнь; «заповедь Его живот вечный есть» (Ин.12:50), — вместо сего: заповедь Его ведет в жизнь вечную. «Аз есмь путь, и истина и живот» (Ин.14:6) — вместо сего: Я наставляю на путь спасения, истинной веры и жизни вечной. поелику же те наследуют жизнь вечную, кои знают единого точию истинного Бога, и егоже Он послал Иисус Христа: то явствует, что чрез спасение верующих прославляется и Отец, и Сын. Итак вся связь в смысле слов Господних есть сия: «прослави Сына Твоего, да и Сын Твой Тя прославит, якоже прославил еси Его», и Им прославился, «егда дал еси Ему власть всякия плоти» (Ин.17:1-2), а Он дал верующим жизнь вечную. Виждь же, како и единству Божества научил, сказав: «да знают Тебе единаго истинного Бога». К сему ж еще предал и догмат спасительного Своего воплощения: «и егоже послал еси Иисус Христа». Не сказал: еже послал еси Слово, — дабы кто-нибудь, отсюда взяв повод, не подумал, что разлучает и разделяет Божество Свое от Божества Отча; но сказал: «Егоже послал еси Иисус Христа», да всяк уразумеет, что Он говорит о Своем вочеловечении, откуда отделяет Он едино токмо Божество от Своего человечества, многобожие всеконечно исторгая. Да знают, говорит, и веруют в единого токмо истинного Бога, и воплощенного Христа. Не в двух богов, но во единое точию Божество Отца и Сына и Святого Духа, хотя Сын воплотивыйся бысть и человеком. О чем же молясь глаголал, то самое паки в нижеследующих объясняет словах, говоря:

Ин.17:4. Аз прославих Тя на земли: дело соверших, еже дал еси Мне, да сотворю.

Праведно говорит, «на земли»: понеже на небеси Бог Отец Его всегда препрославлен был с Самим Своим Сыном, и с Пресвятым Своим Духом, имея по естеству бесконечную славу, и святыми Ангелами непрестанно славословимый. Прославил же Его «на земли», яко человек, совершением того дела, еже предал есть Ему. Какое же есть сие дело? То не есть дело, но дела, якоже инде и Сам изъявил, сказав: «дела, яже даде Мне Отец, да совершу я» (Ин.5:36). Дело есть проповедание спасительной веры «благовестити Ми подобает царствие Божие, яко на се послан есмь» (Лк.4:43). Дело — обращение грешников: «не приидох бо призвати праведники, но грешники на покаяние» (Мф.9:13). Дело — примирение и соединение человека с Богом, по слову: «аще бо, врази бывше, примирихомся Богу смертию Сына Его, множае паче примирившеся спасемся в живот Его: не точию же, но и хвалимся о Бозе Господем нашим Иисус Христом, Имже ныне примирение прияхом» (Рим.5:10-11). «Той бо есть мир наш, сотворивый обоя едино, и средостение ограды разоривый» (Еф.2:14). Дело — возведение человеческого естества в первое достоинство, и прославление человечества, и усыновление человеков: «Аз приидох, да живот имут, и лишше имут» (Ин.10:10). Сии-то суть дела, яже даде Отец Сыну Своему. Назвал же вся сия одним делом, поелику к одному концу, спасению и прославлению человека, клонятся. Почему же Господь прежде страдания, креста, смерти и воскресения, сказал: «дело соверших»? Око Божие видит будущее так, как мы зрим настоящее. Определение Иисусу креста и смерти от века предназначено было, на которое согласилась и человеческая Его воля. «Отче мой, сказал, — аще не может сия чаша мимоити от Мене, аще не пию ея, буди воля Твоя» (Мф.26:42). Почему и страдание, и распятие, и смерть, и погребение, и воскресение — яко совершенные уже пред очами Божиими вменились. «Аз прославих Тя на земли», сказал; потом прибавил:

Ин.17:5. И ныне прослави Мя Ты, Отче, у тебе Самаго славою, юже имех у тебе прежде мир не бысть.

Выше сказал: «прослави Сына Твоего»; паки то же говорит: «прослави Мя Ты, Отче, у тебе Самаго», но и объясняет, какой славы от Отца Своего просит, глаголя: «славою, юже имех у тебе прежде мир не бысть». Какую же славу имел Сын прежде создания мира? Бесконечную, естественную славу Божества, славу яко единородный от Отца, яко Бог истинный, — славу Божию, яко Бог. Сею-то славою, молил Иисус яко человек, да прославится человеческое Его естество. Но виждь, что Он просил сей славы, яко возмездия за дело, которое совершив, прославил Бога. «Аз, говорит, прославих Тя на земли; даждь убо мзду Мою: и ныне прослави Мя Ты, Отче, у тебе Самаго». Просив же, и получил; ибо по страдании и воскресении, человеческое Его естество стало нетленным, получило Божеские преимущества, и превознесеся паче всякой твари: «седе одесную престола величествия на небесех» (Евр.8:1). «Толико лучший быв Ангелов, елико преславне паче их наследствова имя» (Евр.1:4). Чем и самые Ариане, слыша: «славою, юже Аз имех у тебе прежде мир не бысть», посрамляются. Понеже какую другую славу имел Сын Божий, сопребывая с Божеством прежде создания мира, кроме Божественной, прославляемый яко Бог, единосущный Отцу? Мы же, слыша сие: «Аз прославих Тя, и ныне прослави Мя», — научаемся из сего, что те токмо достойны суть Божественной славы, которые добрыми делами прославляли Бога: «никакоже Мне, зане токмо прославляющия Мя прославляю» (1Цар.2:30). Показав же Спаситель наш, какой Он просил славы у Отца Своего, показывает потом и образ, как Он прославил Бога и Отца Своего, говоря:

Ин.17:6. Явих имя Твое человеком.

Знаем был Бог во всем Иудейском роде: «ведом во Иудеи Бог» (Пс.75:2); почему же Богочеловек говорит: «явих имя Твое человеком»? Язычникам ли, поклоняющимся твари паче Создавшего, и неведущим истинного твари Создателя? Поистине язычникам. Однако и самим Израильтянам: ибо хотя знали они Бога, но точию яко Творца, а не яко Отца и Сына. Посему-то Спаситель наш не сказал: явих Тебе, но: «явих имя Твое». Какое имя? Отеческое. Моисей темно показал три лица Божества, говоря: «сотворим человека по образу Нашему и по подобию» (Быт.1:26); также: «Аз есмь Бог отца Твоего, Бог Авраамов, Бог Исааков, Бог Иаковль» (Исх.3:6). Но Господь наш Иисус Христос прямо возвестил имя Отца, Сына и Святого Духа. «Аз и Отец едино есма» (Ин.10:30). «Видевый Мене, виде Отца. Аз во Отце, и Отец во Мне есть» (Ин.14:9-10). «Дух истины, Иже от Отца исходит» (Ин.15:26). «Крестяще их во имя Отца и Сына и Святаго Духа» (Мф.28:19). Чего для Иудеи паче соблазнялись: «искаху Его убити, яко не токмо разоряше субботу, но и Отца Своего глаголаше Бога, равен Ся творя Богу» (Ин.5:18). А поелику сие имя, Отец, вящая есть слава Божия, нежели оное имя, Бог (Бог бо значит достоинство, а Отец — существенное свойство; имя Бога показывает Его Творцом и Господом ограниченной твари, а имя Отца — родителем беспредельной ипостаси Его Сына): то посему более прославляется Бог, называемый и веруемый Отцем Сына и источником Святого Духа, нежели Богом токмо называемый и Создателем веруемый. Закон писанный (Моисеев) несовершен сый, и пестун, и имущий цель, да отвлечет людей от многобожия идольского, научает явно — что Бог есть един, но прикровенно — что Он есть Отец и Сын и Святой Дух. Почему и Апостол говорил: «ничтоже совершил закон, привведение же есть лучшему упованию, имже приближаемся к Богу» (Евр.7:19). Евангельская же Христова проповедь, будучи совершенно Владычняя и клонящаяся к возведению человеков в совершенство веры, откровенно научила и единству Божества, и тройчеству Божиих лиц (ипостасей). Почему справедливо сказал Богочеловек: «явих имя Твое человеком», то есть, показал человекам, что Ты еси по естеству Отец Сына и источник Святого Духа. Окончив же молитву о Самом Себе, начинает и о учениках Своих молиться, говоря:

Ин.17:6. Ихже дал еси Мне от мира, Твои беша, и Мне их дал еси, и слово Твое сохраниша.

Ученики, говорит, коих дал Ты Мне, не беша небесные Ангелы, но люди, в мире от людей родившиеся. Дал же еси Мне, говорит, потому что Отец Его просветил их, да веруют в Него, по словам: «никтоже может приити ко Мне, аще не Отец пославый Мя привлечет его» (Ин.6:44). «Твои же беша», сказал или потому, что и все люди, как Божие творение, суть Божии; или потому, что они ради своей добродетели ближайшими были к Богу. «И Мне их дал», — сотворив, то есть, Моими учениками, предал их Мне, да научу их тайнам благочестия. «И слово Твое сохраниша»: они же, слышав Твое учение от Мене, ниже так, яко Иуда, оное отметнули, и ниже, яко Иудеи, презрели, но приняв оное вся, имже научишася, тщательно сохранили.

Ин.17:7-8. Ныне разумеша, яко вся, елика дал еси Мне, дах им. И тии прияша, и разумеша воистинну, яко от Тебе изыдох, и вероваша, яко Ты Мя послал еси.

Они разумели, что вся, — то есть, владычество над стихиями, господство над нечистыми духами, целительную силу над немощствующими, власть воскрешать мертвых, свидетельства на реце Иордане и горе Фаворе, что «Аз есмь Сын Твой возлюбленный» (Мф.3:17); Духа Святого, нисшедшего и пребывшего во Мне, проповедь небесного учения Твоего, — вся, елика дал еси Мне, — разумеша, яко от Тебе Бога Отца сия Мне дана суть. Откуда же сия разумеша? «Слова, яже дал еси Мне, им дал есмь» (Ин.17:8). Разумеша сия, понеже предал есмь им слова, кои от Тебе приях. Научил Я их, что «вся Мне предана суть Тобою, Отцем» (Мф.11:27). И тии прияли учение Твое, и разумели, и уверовали не притворно, но истинно, что Я «от Тебе изыдох», то есть, что от Тебе Отца рожден, и возсиях из Твоего существа; и они удостоверились, «что Ты Мя послал еси», то есть, что по Твоему благоволению, прияв плоть и быв человеком, явился Я миру.

Ин.17:9. Аз о сих молю: не о всем мире молю, но о тех, ихже дал еси Мне, яко Твои суть.

О Своих учениках молит; повторяет же сие: «дал еси Мне», также — «Твои суть», желая показать и уверить, что ученики Его Богом даны Ему суть, и что ближайшие были они к Богу по добродетели их. Сим же показывает Себя Самого согласным Отцу, а учеников Своих — сосудами избрания. Почему ж Он говорит: не молю о мире? Он есть Агнец Божий, вземляй грехи мира (Ин.1:29); Он есть очищение всего мира; Он и за распинающих Его молился, говоря: «Отче, остави им, не ведят бо, что творят» (Лк.23:34). Какой же убо есть тот мир, о коем не молит Спаситель? Две приличные мысли кажутся к решению сего недоумения. Во-первых, молитва сия особенно касается до учеников Его, и о сих единых молится, яко вящую имеющих пред другими нужду в благодати Божией и силе к великому и всемирному делу Евангельской проповеди. Сего для убо сказал: «не о мире молю», аки бы так сказал: некогда Я о всем мире молил, и после буду молить; но ныне о сих Моих единых учениках, а не о мире молю. Что же собственно об одних Апостолах молился, подтверждают сие самые слова Иисуса Христа; ибо молясь о них прежде, придал потом и сие: «не о сих же молю токмо, но и о верующих словесе их ради в Мя» (Ин.17:20). Второе, имя мира берется часто за нечестивых людей, никогда не хотящих раскаяться, но всегда служащих диаволу, по словам: «грядет бо сего мира князь, и во Мне не имать ничесоже» (Ин.14:30). О сем убо мире или о таковых отчаянных и нераскаянных злочестивцах — сказал — не молю; ибо сии, как Пророк свидетельствует, «отчуждишася от ложесн, заблудиша от чрева, глаголаша лжу. Ярость их по подобию змиину, яко аспида глуха и затыкающаго уши свои: иже не услышит гласа обавающих» (Пс.57:4-5). Сказав же Спаситель «о тех, ихже дал еси Мне, и яко Твои суть», приводит тут же и причину, но глаголя не яко человек, а яко Бог.

Ин.17:10. И Моя вся, Твоя суть, и Твоя Моя: и прославихся в них.

Союз «и» кажется, что здесь то же значит, что ибо. Хотя, говорит, Ты дал Мне Моих учеников, однако Твои суть: ибо «вся Моя Твоя суть, якоже и Твоя суть Моя». Сии слова показывают Его единосущным и соестественным Отцу; ибо что не имеет общего естества и существа, то не имеет всего общего. А понеже говорит: «вся Моя Твоя суть, и Твоя Моя»: убо и существо, и естество, и воля, и хотение, и власть, и царствие, и сила, и премудрость, и благость, и правосудие, и вся прочая Божественная общая суть Отцу, Сыну и Святому Духу: паче же суть таяжде. Но ипостасные и личные свойства не суть общие: ибо Отец рождает и исходотворит, Сам же ни рождается, ниже исходит; Сын же рождается от Отца, но не рождает, ниже исходотворит. Такожде Дух исходит от Отца, но не рождает, ниже исходотворит. Почему Отец есть виновник и начало Сына и Духа: Сын же и Дух оного суть виновные, то есть, от оного виновника, сиречь, Отца, зависящие, или сущие. Посему, когда услышишь: «вся Моя Твоя суть, и Твоя Моя»: то разумей вся, но кроме личных свойств. Ибо ежели истолкуешь сие «вся» без сего изъятия, то есть, ежели поймешь, что и самые личные свойства суть общие: то отпадешь от православной веры, сливая три лица Пресвятой Троицы и воедино оные соединяя, якоже еретик и богохульник Савеллий. Присоединяет же Спаситель сие: «прославихся в них», яко четвертую причину, ради которой ходатайствует о учениках Своих. Молю, говорит, о них: первое, потому что «слово Твое сохраниша»; второе, что уверовали, что «Я от Тебе изыдох», что «Ты мя послал еси»; третье, что Твои суть: четвертое, что «прославихся в них». Как же прославился Иисус во учениках? Чрез веру их: ибо уверовали, что Он есть Сын Божий. Чрез добрые их дела: ибо вся оставиша, и по Нем идоша. Чрез Апостольскую проповедь, которую они имели распростерть во всю вселенную спасительный свет Богопознания. А сие хотя было еще и будущее, однако всевидящее око Иисусово видело сие яко исполненное. Присовокупляет же еще и другую причину молитвы Своей, говоря:

Ин.17:11. И ктому несмь в мире, и сии в мире суть, и Аз к Тебе гряду. Отче святый, соблюди их во имя Твое, ихже дал еси Мне, да будут едино якоже и Мы.

Вот и пятая причина моления Его. Молю, говорит, о учениках Моих, ибо «ктому несмь в мире». Я, яко человек, отхожу от сего мира, и гряду к Тебе; сии же остаются среди смятения и бури сего мира, лишившись Моего телесного с ними присутствия. «Убо, Отче Святый, соблюди их во имя Твое», то есть, Твоею помощию и силою: тех, Отче Святый, «ихже дал еси Мне, то есть учеников Моих, сохрани, да будут едино якоже и Мы». Якоже Аз, яко Сын и Бог, и Ты, яко Отец и Бог, едино есма по существу и естеству: тако и они едино да будут верою и сердцем. Якоже Мы едино по воле и хотению нашему: тако и они да будут едино душою и изволением. Едино да будут: едино и тожде да мудрствуют во исповедании веры, единому и томужде и да веруют, и да научают, и да живут в согласии и любви. Мы видим, что молитва сия услышана бысть, и исполнися на первых учениках Христовых: ибо у множества верующих «бе сердце и душа едина» (Деян.4:32). Слышим еще, что и Божественный Апостол томужде поучает: «тщащеся, говорит, блюсти единение духа в союзе мира. Едино тело, един дух, якоже и звани бысте во едином уповании звания вашего» (Еф.4:3-4).

Ин.17:12. Егда бех с ними с мире, Аз соблюдах их во имя Твое. ихже дал еси Мне, сохраних, и никтоже от них погибе, токмо сын погибельный, да сбудется Писание.

Когда телесно сообщался Я с Моими учениками в мире, то Твоею помощию хранил их в вере и единодушии. Всех Моих учеников сохранил, никто из них не отверг веры, ниже преступил Божественных заповедей и погиб, разве «сын погибельный», то есть, Иуда. Разумеется же чрез сына погибельного достойный погибели, так как и сын геенны — достойный мучения, и сын смерти — достойный смертоносной казни. Сей убо погиб, «да сбудется Писание». Но ужели Иуда потому сделался предателем Христа, и погиб, чтобы исполнилось Писание? Да не будет! Но ради злого своего намерения и неистового сребролюбия Иуда имел предать на смерть Спасителя мира, Бог же, ведый вся и прежде события, предвозвестил чрез Священное Писание его погибель, глаголя о нем: «да будут дние его мали, и епископство его да приимет ин» (Пс.108:8) — и прочее, что о нем во псалме говорится. Таковый образ изъяснения, то есть представлять, яко вину, по событии дел случающиеся происшествия, есть свойственен Святому Писанию, по свидетельству Божественного Златоуста. «Сей образ, говорит он, свойственен есть Священному Писанию, яко винословие полагать последствия за событием» (Злат. в толк. на Иоан.). Сказал — «да сбудется Писание», вместо того: когда погибнет Иуда, то сбудется тогда Писание, предсказавшее его погибель.

Ин.17:13. Ныне же к Тебе гряду, и сия глаголю в мире, да имут радость Мою исполнену в себе.

Сие, «ныне же к Тебе гряду», говорит потому, что приближалось время, к которое, яко человек, имел отлучиться от мира сего и прейти на небо. В последующих же словах изъясняет конец и цель Своей молитвы. Он, яко истинный Бог, мог, якоже и Отец Его, сохранить всегда Своих учеников, и ни малой не имел нужды о сем просить Отца Своего; но поелику по причине телесного Его отлучения скорбели ученики, того для, им предстоящим и слушающим, молил о сем. «Сия, говорит, глаголю в мире, да имут Мои ученики радость Мою исполнену в себе». Какая же есть таковая радость? Та, о которой инде говорил: «да радость Моя в вас будет» (Ин.15:11), то есть, радость, которой удостаивались чрез присутствие, учение и чудодеяние Его; радость, которую приняли, разумев и уверовав, что Он есть «Сын Бога живаго» (Мф.16:16). Сего убо для, говорит, молился Я, да имеют Мои ученицы совершенную радость, услышав, что и по Моем от мира отшествии будут они Тобою, Богом и Отцем, защищаемы и хранимы.

Беседа о молитве

Понеже Господь наш Иисус Христос все, что содеял, содеял на тот конец, чтобы мы, имея образом и правилом каждое из Его действий, последовали стопам Его (1Пет.2:21): посему и молитва Его, ныне чтенная, есть образ моления нашего, и правило, и совершенный и святой пример. Если вникнешь в сию Его молитву, которую Он, яко человек, воссылал к Богу и Отцу Своему, то узришь три вещи: славословие, благодарение, прошение. Начинает славословием: «да, говорит, и Сын Твой прославит Тя» (Ин.17:1) потом, исчисляя Божии к себе благодеяния, приносит благодарность, говоря: «дал еси Ему власть всякия плоти» (Ин.17:2). Посем присовокупляет моление не только о Себе, — «и ныне прослави Мя Ты, Отче» (Ин.17:5), — но и о учениках Своих: «Аз о сих молю» (Ин.17:9); также и о всех верующих в Него: «не о сих же молю токмо, но и о верующих словесе их ради в Мя» (Ин.17:20). Таковые же образы моления видим мы и во псалмах Порфироносца; ибо и тот инде, воспевая, славословит: «хвалите имя Господне» (Пс.134:1), а инде благодарит: «вознесу Тя, Господи, яко подъял мя еси» (Пс.29:2); инде же молит: «помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей» (Пс.50:3). По примеру же Пророческого псалмопения и молитвы Господней и Церковь православная составила все молитвы свои.

И так, славословие и благодарение суть долг неотрицаемый, а молитва есть пренужная и необходимая. Когда же мы и славословие, и благодарение, и прошения наши воссылаем к Богу, то есть, когда молимся, тогда не токмо душевное спасение, но и другую всякую пользу приобретаем.

«Кто поставил небо яко камару над главою твоею, и землю яко подошву под ногами твоими, и море яко мост» (Ис.40:22) для удобнейшего твоего с края в край прехождения? Кто определил солнце для освящения дни, а луну и звезды в свет ночи (Быт.1:14), яко светильники, необходимо нужные к делам рук твоих? Кто излил воздух для твоего дыхания, огнь для твоего согреяния, воду для твоего орошения? Кто сотворил толико животных для службы твоей, толико плодов для пропитания твоего, толико цветов для услаждения твоего? Кто сотворил твое тело и сообразил душу твою, и поставил тебя разумным животным, честнейшим паче всех на земли животных? Кто даровал тебе очи, да видишь; слух, да слышишь; уста, да беседуешь; руце, да работаешь; нозе, да ходишь? Кто даровал тебе ум, да умствуешь; рассудок, да рассуждаешь; мудрость, да благомудрствуешь? «Кто покорил под нозе твои овцы и волы вся, еще же и скоты польския, птицы небесныя, и рыбы морския?» (Пс.8:6-8) Откуда заемлешь пищу, одеяние, здравие, движение, жизнь, дыхание? Кто, будучи Бог, соделался человеком, да соделает тебя богом; пострадал на земли, да возведет тебя на небо; умер на кресте, да тебя оживотворит и сподобит царствия небесного? Кто? Никто ин, токмо единой Бог. Когда о сем рассудим, то невозможно, хотя бы не имели и самомалейшего чувствия, не признать, что неисчетный имеем мы долг непрестанно, как говорит Божественный Павел, молиться, славословить и о всем приносить благодарственные песни ко всеблагому Подателю толиких благ (1Сол.5:18).

Знали таковую обязанность все от века праведные; первее бывшие прежде закона: почему Авель первый славит и благодарит Бога, жертвуя первородными «от овец своих, и от туков их» (Быт.4:4). По Авеле Енос, исполнь упования, «призывая имя Господне» (Быт.4:26), славит и благодарит Ему. По Енохе Ной славословит и благодарит, принося Ему жертву «от всех скотов чистых, и от всех птиц чистых» (Быт.8:20). Такожде Авраам, в славословие и благодарение Богу создав жертвенник, молился и призывал имя Господне; подобным образом, Исаак, сын его; патриарх же Иаков «поставил столп, и возлиял елей, и творил молитву» (Быт.28:18).

Когда же потом люди стали нерадеть о таковом деле: Бог, сошед на гору Синайскую, дал скрижали закона; тогда разные узаконил жертвоприношения, всесожжения, жертву о спасении, о очищении грехов, о здравии, о невольных, о зависти, о субботе, о новомесячии; еще же повелел, да приносят Ему дары, приношения, новоплодия. И иные из сих жертв приносили в славу Божию, чрез иные же просили и молились о отпущении своих грехов; дары же, приношения и плоды в благодарение за Его благотворения: а чрез вся сия возбуждал Бог людей, да молятся непрестанно. Прежде закона едино чувствие, представляя человеку Божия благодеяния, убеждало его творить моление: по законе же не токмо чувствие, но и самый закон поощрял его исполнять сей долг. Посему по законе обязанность молиться еще паче возросла: ибо когда чувствие засыпало, тогда пробуждал оное глас закона.

Но прейде сень законная, и прииде истина благодатная: упразднишася все животных приношения, едина токмо жертва узаконися бескровная, жертва хваления, благодарения, прошения, — жертва, говорю, тела и крове Спасителя нашего Иисуса Христа. Сего поем, благословим, поклоняемся, славословим, благодарим, служим и молимся Богу нашему. Прииде благодать, прииде Спаситель мира, долг моления, во-первых, словом узаконивший: «бдите и молитеся» (Мф.26:41), показав купно и образы моления: «ты же, егда молишися, вниди в клеть твою, и затворив двери твоя, помолися Отцу твоему в тайне» (Мф.6:6); еще же и самые слова молитвы: «Отче наш, Иже еси на небесех» (Мф.6:9). Потом, да более побудит, Сам молился примерно, хотя яко Бог не имел нужды в молитве: иногда один восходя «на гору и моляся», иногда на каком либо месте, иногда в Вифании, иногда преходя мало и падая на лице Свое, а иногда преклонив колена (Лк.11:1, 6:12; Ин.11:41). И в самое время страдания Своего, возвед очи Свои на небо молился (Мф.26:39; Лк.22:41). Подобным образом, когда висел на древе крестном, говорил: «Отче! остави им». И даже до самого последнего издыхания Своего творил молитвы, так что с самою молитвою в устах: «Отче, в руце Твои предаю Дух Мой!» и.здттте (Лк.23:34,45-46). Сие же все столько увеличило долг молитвы, что праведно оный нарицаем всякий иной долг Христианский превосходящим.

Многие презирают сей долг; однако самая нужда молитвы заставляет оный исполнять. Во всякой скорби и беде, куда возведем руце наши? На небо. Куда обратим очи в немощи и несчастии? На небо. Среди опасностей кого призовем? Бога. Что возопием? Не сей ли токмо возвысим глас: помилуй нас, Господи? Если ты творишь добродетель: то, поелику ни единого доброго дела не можешь сотворить без помощи Божией, но Он есть укрепляяй твою волю, и деяние твое направляяй, должен ты непременно призывать Его, да утвердит нозе твои на камени добродетели, и да направит стопы твоя на путь добродеяния. Если же погряз ты в греховной пучине: то, поелику кроме единого Бога никто другой не может тебя восставить, подобает тебе к Нему притещи и просить Его помилования. Без молитвы ни грехов отпущение получаем, ниже таинства совершаем, ниже помощи и дара Божия сподобляемся.

Но посмотрим, колико молитва наша, воссылаемая Богу, от тех молений, каковые творим пред человеки, отличается? К вельможам не каждый вход имеет: токмо богатый, славный, чиновный и мудростию пресловутый приходит к нему, и утруждает его просьбою, да и сие не тогда, когда просителю нужно и желательно, но когда сам вельможа изволит и прикажет. Но к Богу — всякому равно вход не возбраняется, как богатому, так и убогому, как славному, так и бесславному, и чиновному и простому, и ученому и неученому. Каждый приближается, во всякое время и во всякий час; приближается, когда б ни захотел, и предстоя пред Богом, просит, о чем хочет. Вельможа, сколько может, убегает от твоей просьбы, а наипаче если случится быть суров и жестосерд, даже и не хочет слушать твоей просьбы: но Бог Сам повелевает, да просим от Него, и обещается дать просимая: «просите, говорит, и дастся вам, ищите, и обрящете: толцыте и отверзется вам» (Мф.7:7). Просишь ты милости от вельможи, но часто получаешь вредное тебе; понеже не знаем мы, несчастные, сами, чего просим, и часто неполезного ищем. Просишь у Бога, что хочешь: но получаешь всегда только то, что тебе полезно.

«Вся, глаголет Бог, елика аще молящеся просите, веруйте, яко приемлете, и будет вам» (Мк.11:24). Аще имаши веру, чего бы ни просил от Бога, получишь. Анна молилась Господу, и плачущи плакала, прося у Бога, да разрешит бесплодие ее: почему и дал Бог ей чадо, Пророка Самуила (1Цар.1:10). Илия молитвою помолился, да не будет дождь: «и не одожди по земли лета три и месяц шесть». И паки помолился — «и небо дождь даде и земля прозябе плод свой» (Иак.5:17-18). Елисей молитвою воскресил сына Суманитяныни; Даниил заградил уста львов; трие отроки угасиша силу огненную.

Но сии, скажешь ты, были святые, и потому Бог их услышал. Бог слушает и грешников, если они с верою и покаянием молят Его. «Согреших», исповедует Давид ко Господу; тогда же Бог чрез Нафана и ответствует ему: «и Господь отъя согрешение твое, не умреши» (2Цар.12:13). Молился Богу грешный и беззаконный Манассия, Бог же услышал и возвратил паки на царство его: «и послуша его, и услыша вопль его, и возврати его во Иерусалим на царство его» (2Пар.33:12-13). Едино было краткое слово: «Боже, милостив буди ми грешнику», — и оправда мытаря; и единый глас только просительный: «помяни мя, Господи, егда приидеши во царствии Твоем» (Лк.23:42) — и введе разбойника в рай.

Но, — скажешь, — я, часто с верою и умилением молясь и прося от Бога, ничего не получил: убо напрасно молюсь. Так. Но ведь ни веры твоей никто не поверял, ни слез твоих измерял, ни молитву твою исследовал, чтобы можно было утвердить, были ли те совершенные и Богоугодные и приятные. Но пусть так будет, не сомневаюсь о совершенстве их; но если бы прошение твое вместо пользы ко вреду тебе служило: восхотел ли убо ты когда, чтобы Бог услышал твою молитву? Мы только видим настоящее, а о будущем слепотствуем: но пред очами Божиими равно открыто и настоящее и будущее. Ты чаешь, что если желаемое получишь, полезно будет тебе, ибо смотришь только на настоящее; но Бог, ведый все будущее, усматривает, что то, что тебе кажется полезным, есть превредное. Почему и не слышит прошения твоего, ниже исполняет желание твое. Младенец часто в руки свои требует ножа для увеселения и забавы: кричит, плачет, просит оного; однако воплю его не внемлешь, и на слезы его не смотришь, ибо опасаешься, чтобы он не порезался и не заколол самого себя. То же убо самое и Бог творит с тобою, когда просишь от Него вредного тебе. Не боится Он, но видит и совершенно знает, что то самое, чего ты от Него просишь, повредит или душу твою, или живот твой, или и то и другое купно. Посему, хотя бы просил ты, вопил и плакал, не внемлет молению твоему. Так для чего ты говоришь, будто напрасно молишься? для чего пренебрегаешь молитву? Для чего забываешь о необходимонужном твоем долге?

Христиане! самая тварь, самое чувствование, обычай от начала мира, закон письменный, закон Евангельский, примеры святых, моления Иисуса Христа, разум, необходимость, польза понуждают нас к делу молитвы.

Молитву же разумею не лицемерную, но истинную; не таковую, которую болтает язык, а сердце не слышит, но которая прежде в уме рождается и согревается, потом или там остается, или преходит в уста и произносится языком. «Помолюся духом, помолюся же и умом: воспою духом, воспою же и умом» (1Кор.14:15). Весьма часто молитвы наши не сходствуют с молитвою истинною.

Многие приходят в церковь молиться: но тело вносят в церковь, а ум оставляют дома, или на торжищах, или при других каких мирских делах. Многие молятся и устами произносят: «остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим» (Мф.6:12): но умственно заботятся, как бы силою принудить должника, или как бы отмстить врагу своему. Язык просит и говорит: «но избави нас от лукаваго»; но духом мыслят, каким бы образом успеть в злых диавольских предприятиях. «Сердце чисто созижди во мне, Боже», вопиет язык: но сердце отрыгает нечистоты греховные. Таковая молитва не есть молитва, но смрад зловонный и отвратительный. Таковая молитва есть та самая, о которой святой Божий Пророк говорит: «и молитва его да будет в грех» (Пс.108:7).

Послушайте, возлюбленная моя братия, гласа Господа Бога нашего, показующего нам образ истинной молитвы. «Ты же, говорит, егда молишися, вниди в клеть твою, и затворив двери твоя, помолися Отцу твоему, Иже в тайне»; чем научает нас тайной молитве. Но тайная молитва не тогда бывает, когда внидешь в вещественную клеть дому твоего, или когда затворишь вещественные его двери, ибо и тогда тебя приметят люди: но когда, затворив дверь плотских твоих развлечений и забот, весь твой ум водрузишь в Бога. Но кто может, скажешь, исполнить таковое дело? Хочу и силюсь, чтобы мысль моя во время молитвы пребывала непоколебимою и к Богу пригвожденною: но она имеет крыле, она непрестанно движется, с трудностию на одну минуту останавливается, потом внезапно и туда и сюда летает: то горе восходит, то низу нисходит, — бегает, течет, достигает всякого места, устремляется часто во злые помышления. — Но дело сие не столь трудно, сколько кажется. Подает в сем совет премудрый Сирах, которому если кто повинется, без сомнения будет молиться молитвою приятною Богу и благоугодною. «Не повтори, говорит, слово в молитве твоей» (Сир.7:14). Но чтобы яснее узнать, чему учит сей святой учитель, послушаем. Всякий человек имеет два слова: мысленное и произносимое. Мысленного виною бывает ум наш, произносимое изображает язык; мысленное есть тайное, не могущее быть слышимым; произносимое есть явное и слышимое. Когда мысленное согласно с произносимым, то есть, когда то, что воображает ум, и язык твой изображает: тогда есть одно токмо слово твое. Когда ж иное бывает умственное, а иное — произносимое, то есть, когда другое мыслишь, и другое говоришь: тогда два имеешь ты слова. Если убо, когда молишься, слово, которое произносит язык твой, то ж и мысль твоя воображает, то не повторяешь слова твоего: ибо едино имеешь слово и в уме, и в устах. Если же во время молитвы будет иное говорить язык твой, и иное представлять мысль твоя; то повторяешь тогда слово твое: поелику два имеешь слова, одно в устах, а другое в уме. Когда убо молишься, внемли и всячески постарайся, да слышат уши твои, еже глаголют уста твои; да чувствует сердце твое, яже глаголет язык твой: да мыслит мысль твоя, яже возвещает гортань твой. Тогда-то не повторяешь слова твоего, но одно и то же слово есть во устах, которое и в уме. Тогда по справедливости внидешь в клеть твою и затворишь двери твои. Тогда-то без сомнения молитва твоя яко кадило благовонное взыдет пред Господом, и ниспослет тебе от небес отпущение твоих грехов и великие человеколюбивого Бога щедроты, во Христе Иисусе Господе нашем, Емуже слава и держава во веки веков. Аминь.

 7.1. Толкование на Апостол из Деяний Апостольских, читаемый в неделю святых Отец первого Вселенского Собора (Деян.20:16-18, 28-36)

Ныне слышанное вами, братия, из Апостольских Деяний чтение описывает пастырскую бдительность всехвальнаго Апостола Павла, и совершенство его добродетели: читать же то сего дня Церковь установила потому, что в сей день мы отправляем празднество, первого Никейского Собора Богоносных Отцев, которые, сохранив тщательно завещания Апостола Павла, соделались истинными его подражателями. Павел, призвав в Милит пресвитеров церковных, повелел им бодрствовать против волков, то есть против еретиков имеющих восстать на Церковь Христову, и отводить верных от православной веры. И сии благочестивые Отцы, узрев сильное нападение ересеначальника Ария на главнейшие догматы веры, и от того происходящее растление в словесных овцах Христовых, бдяще, по Апостольскому завещанию о стаде своем, стеклись во град Никею, дабы общими силами истребить злочестивейшую его ересь. Павел научал в Милите служителей Церкви пасти Христову Церковь, то есть, проповедывать догматы благочестия, и правила добрых дел. И сии блаженные Отцы, последовав Павлову учению, изложили в Никее правила веры и благонравия Христианского. Ныне чтенная история содержит в себе наставления, относящиеся к пастырям церковным, делом самым от Апостола Павла подтвержденные, и великого умиления исполненные. Кто со вниманием выслушает изъяснение сих наставлений, и после снесет их с поступком тех Божественных пастырей: тот уверится, что они сохранили оные во всей точности.

Деян.20:16. Во днех тех, суди Павел мимо ити Ефес, яко да небудет ему закоснети во Асии: тщашебося, аще возможно будет, в день пятидесятный быти во Иерусалиме.

Апостол Павел проходя многие и различные места, и проповедуя в оных слово Божие, пришел наконец в Милит, который был тогда царствующим градом в Азии, и находился не в дальнем расстоянии от Ефеса. поелику же он тщился, как возможно, поспеть во Иерусалим в день Пятидесятницы, то и прошел мимо Ефеса, не благорассудив зайти в оный. Потому что ежели бы он зашел туда, то бы просьбами верных, которым он там прежде проповедывал слово Боже, и пред которыми творил чудеса, принужден был остаться в Азии на долгое время, и следовательно, не мог бы попасть во Иерусалим на день Пятидесятницы, как ему желательно было. Но для чего толикое желание и тщание его было, чтобы быть в тот день в Иерусалиме? Для того, что в сей день находится там великое множество Иудеев по причине праздника Пасхи и Пятидесятницы: желал убо треблаженный Апостол в том самом месте, где прежде гнал Церковь, проповедывать пред лицем всего народа имя Иисуса Христа. Почему оставив Азию, пришел в Иерусалим: проповедывал там всенародно имя Христово, и много пострадал от Иудеев: но поспел ли он туда на день Пятидесятницы, то неизвестно: потому, что Божественный историк к словам, «тщашебося», прибавляет, «аще возможно будет», то есть, ежели может и обстоятельства не воспрепятствуют.

Деян.20:17-18, 28. От Милита же послав во Ефес, призва пресвитеры Церковныя. И якоже приидоша к нему, рече к ним: Внимайте убо себе и всему стаду, в немже вас Дух Святый постави Епископы, пасти Церковь Господа и Бога, юже стяжа кровию своею.

Вот примерная Апостольская добродетель: ревность Павлова проповедывать во Иерусалиме имя Христово не позволила ему зайти во Ефес: но пастырская бдительность заставила его призвать к себе Ефесское священство, и научить оное правилам, могущим спасти его самого, и вверенное ему стадо. Когда же Ефесские священники пришли к нему: то он между прочими наставлениями вещал им следующее: «внимайте себе и всему стаду». Сими словами означил он вкратце всю должность Церковных настоятелей, завещав им иметь сугубое внимание: одно внимание к самим себе, касательно то есть, чистоты жития и исполнения добродетели, а другое к стаду своему, которому должны они проповедывать учение веры и законов, и неусыпное иметь попечение о спасении пасомых. Он далее приводит и причину, почему другое сие внимание необходимо должно иметь им. Дух Святый, говорит, благодатию священства данною вам, поставил вас Епископами, то есть, начальниками и блюстителями, пасти, то есть, руководствовать ко благочестию и добродетели чад Церкви Божией, которую Он стяжал и облаготворил, искупив кровию Единородного Своего Сына (См. толк. в нед. Самар. в кон.). Здесь заметить должно, что пресвитерами Церковными называет святой историк священников, их же называет он и Епископами, не потому, чтобы они были Архиереи, но потому, что были начальники и смотрители Церкви, пасущие находящихся под их смотрением.

Деян.20:29-30. Аз бо вем сие, яко по отшествии моем внидут волцы тяжцы в вас, нещадящии стада: И от вас самех восстанут мужие глаголющии развращенная, еже отторгати ученики в след себе.

Волками здесь названы ересеначальники и последователи их еретики: ибо как волк похищает из стада овец, и снедает их, так и человек, ересью зараженный, похищает из Христова стада православных Христиан и погубляет души их: тяжкими же названы они по причине тяжести душевного вреда, от них происходящего: и глаголющими развращенная потому, что они, превращая смысл Священного Писания, говорят совсем противное истине, и издают учения превратные: о сих-то волках Павел Пророчески глаголет: я знаю, что по отшествии моем из Азии, придут к вам еретики, не щадящие стада, то есть, не жалеющие словесных Христовых овец: но и из вас явятся такие люди, которые будут учить ересям, будут отвлекать учеников Христовых от Церкви, и советовать им последовать себе, составляя таким образом особые сонмища. Сие Пророчество и сбылось: ибо не токмо после, но и в самые Апостольские времена таковые еретики являлись и успели многих развратить и привлечь к себе. Таковы были лжеапостолы изобличенные Ефесскою Церковию: Николаиты, содержавшие учение Валаамово, которые достигли и до Пергамской Церкви: пророчица Иезавель, обольщавшая в Церкви Фиатирской: Именей и Александр (Апок.2:1.14:20;1Тим.1:19.20), отпадшие от веры и злословившие оную. Также Именей и Филит, от истины отступившие (2Тим.2:17,18): к сим причислить должно и всех тех еретиков, которые после являлись и обольщали благочестивых Христиан.

Деян.20:31. Сего ради бдите, поминающе, яко три лета нощь и день не престаях уча со слезами единаго когождо вас.

Предсказав о злости еретиков, объяснил вместе и сильное против ее оружие: «сего ради бдите». Бдение, внимание и рачительность настоятелей останавливают нападения еретиков. Ибо как волк не может тогда похищать овец, когда пастух смотрит и бодрствует: так и еретик не может тогда развращать души людей православных, когда их пастырь бодрствует и рачительно смотрит за вверенным ему стадом. Павел, дабы доказать, какую силу имеет бдение, приводит в пример самого себя, говоря: бдите, воспоминая, что я все то время, в которое был с вами, бодрствовал так, что целые три года не преставал днем и ночью учить каждого из вас со слезами: и потому еретики, сии волцы тяжцы, глаголющии развращенная, не могли нанести вред душам вашим: посему ежели и вы будете бодрствовать, то злоба еретиков ни мало не может вредить вашему стаду. Приметьте, сколь велика была ревность, горячесть и усердие в Павле. Он учил чрез целые три года: учил днем и ночью, притом со слезами: учил не токмо всех вообще, но и каждого порознь. Преподав же им таковой совет, приступил к молению, говоря так:

Деян.20:32. И ныне предаю вас, братие, Богови и слову благодати его, могущему наздати и дати вам наследие во освященных всех.

Словом благодати священный Лука называет на другом месте Евангельскую проповедь. «Дерзающе», говорит он, «о Господе свидетельствующем слову благодати своея, и дающем знамения и чудеса быти рукама их» (Деян.14:3): некоторые же под именем: «слова благодати» понимают самую благодать Божию (Злат. на он. мест.). А может быть словом благодати Апостол Павел назвал самого Иисуса Христа, который, слово сый, от Отца прежде век рожденный, и в последние лета не по долгу некоему, но по благодати и милости своей быв человек, спасе нас. «Не от дел праведных, ихже сотворихом мы, но по своей Его милости, спасе нас» (Тит.3:5). поелику же одно внимание пастырей, без помощи Божией ничего произвести не может (Ин.15:5): то он, повелев им внимать себе и стаду своему, препоручает их Богови, говоря: братие, и ныне: не сказал ныне, потому что он делал сие и прежде: но, и ныне, то есть, и теперь, так как и прежде, предаю вас Богу и Отцу и Единородному Его Сыну и Слову, который может устроить и вас, и ваше внимание, и дать вам за труд, подъятый во время внимания и бдительности вашей, наследие вечного царствия, вкупе со всеми свято пожившими. После же такового желания своего он паки начинает учить их собственным своим примером.

Деян.20:33. Сребра, или злата, или риз ни единаго возжелах.

Воззрите на различие добродетели мужей, соделавшихся святыми под законом, и мужей, учинившихся святыми после Евангельской благодати. Пророк Самуил, слагая с себя должность судейского начальствования, говорил к народу Израильскому: «еда у кого тельца взях, или осля, или кого от вас насильствовах, или кого утесних, или от руку некоего приях мзду, или общую?» (1Цар.12:3) А Павел Апостол, удаляясь из Азии, говорил к ученикам своим: «сребра, или злата, или риз ни единаго возжелах». Самуил избежал мздоприимства, а Павел и самого пожелания стяжаний. Сие значит: «и се боле Ионы зде» (Мф.12:41). Но для чего Павел сказал сие? Некоторые из еретиков, по растлению ума своего, думая, что Евангельская проповедь приносит телесные корысти, проповедывали Евангелие единственно с тем, чтобы приобресть себе имение. О сих тот же Павел писал к Тимофею следующим образом: «беседы злыя растленных человеков умом, и лишенных истины, непщующих приобретение быти благочестие, отступай от таковых» (1Тим.6:5). Предохраняя убо Пресвитеров Ефесских, а в лице их и всех настоятелей Церкви, от такового  злочестия, приводит Павел в пример самого себя, говоря: я ни от кого не желал ни сребра, ни злата, ни одежды. А дабы кто не подумал, что он ничего того не желал, а научаемые от него и обращаемые сами давали ему, говорит тотчас:

Деян.20:34. Сами весте, яко требованию моему и сущим со мною послужисте руце мои сии:

Блаженный Павел был скинотворец, то есть делал скинии13 (Деян.18:3): и о сем рукоделии своем писал он к Коринфянам, говоря так: «И труждаемся делающе своими руками» (1Кор.4:12). Сим то рукоделием питал он не токмо самого себя, но и находящихся при нем. А ничего не желал взимать ни от кого за проповедь свою, хотя и великие имел на то права, для того, дабы не подать подозрения, что он проповедует Евангелие для прибытка, и тем бы не воспрепятствовать Евангельскому плодотворению. «Но не сотворихом», говорит он, «по области сей, да не прекращение кое дамы благовествованию Христову» (1Кор.9:12). поелику же сие было известно слушателям? то он, не приводя никакого доказательства, говорит прямо: сами вы знаете, что руки сии, то есть дела рук сих, удовлетворяли нуждам как собственным моим, так и всех находящихся при мне. Удивительное, поистине, дело! Учитель всей вселенной питался собственным своим рукоделием: тот, который не токмо днем, но и нощно облаготворял людей учением своим, выводя их из мрака неверствия, и обращая на путь истины, ведущий к небесному царствию, не желал от них себе никакого за то воздаяния, но снискивал потребное для себя и своих последователей сам своими руками! Выслушайте ж его завещание, которым он всем настоятелям Церкви тоже делать повелевает!

Деян.20:35. Вся сказах вам, яко тако труждающимся подобает заступати немощныя, поминати же слово Господа Иисуса, яко сам рече: блаженнее есть паче даяти, нежели приимати.

Некоторые немощные совестию видя, что Апостолы принимали приносимое им верными, соблазнялись и делались хладными ко принятию Евангельской веры, думая, что Апостолы проповедуют Евангелие для собственной своей корысти: о сих-то немощных говоря Павел поучает проповедников Евангелия таким образом: я совершенно объяснил вам, что вы, равно как и я, ничего ни от кого не приемля, а питаясь собственными трудами, должны подавать руку помощи таковым немощным, изглаждая из совести их соблазн, от мнимого корыстолюбия происходящий. поелику же сие его учение есть неудобоприемлемо и неудобоисполняемо, то он присоединяет к нему слова Искупителя нашего, говоря: вы должны памятовать словеса Господа Иисуса, рекшего, что тот блаженнейшее творит дело, кто дает, нежели тот, кто приемлет. «Блаженне есть паче даяти, неужели приимати». Сего изречения слово в слово не находится во Святом Евангелии: смысл же его находится на многих местах оного, как то: «блажени милостивии» (Мф.5:7), и, «блажен будеши, яко не имут ти что воздати» (Лк.14:14). Может быть Павел слышал оное от слова до слова или от других Апостолов, слышавших его из уст Спасителевых, или от самого Господа чрез откровение. Истина же слов сих познается как от небесных, так и от земных вещей. Ибо и на земле тот счастливее и славнее, кто дает, нежели кто приемлет: кто бо может давать, как не богатый и сильный? Равным образом и на небеси более блажен милующий, нежели пользующийся милостынями: к милующим бо речено есть: «приидите благословении Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от создания мира» (Мф.25:34).

Деян.20:36. И сия рек, преклонь колена своя, со всеми ими помолися.

Что значит сие коленопреклонение? Оно означает смирение, благоговение, умиление и теплоту души. Апостолы, когда просили Бога о чем-либо с великим жаром, да исполнит Он прошение их, тогда просили Его, преклоняя колена свои на землю (Деян.7:60). Таким образом первомученик Стефан просил Бога с коленопреклонением отпустить грех побивающим его камением. Таким образом и Петр, преклонив колена свои, молил Бога, воскресить Тавифу (Деян.9:40). поелику Павел первый проповедывал Христа в Ефесе, и трудился там целые три года, уча день и ночь со слезами коегождо (Деян.18:19, 20:31): и поелику он видел по данному ему дару предвидения, что более уже не увидится никогда с Ефесеями возлюбленными своими учениками, и что по отшествии его «внидут к ним волцы тяжцы, и мужие глаголющии развращенная, еже отторгати ученики в след себе» (Деян.20:29, 30): то Апостольское сердце его и исполнилось крайнего умиления? Почему он, преклонив колена со всеми предстоящими, и излил моление свое пред Всеблагим Богом о утверждении их и спасении.

Беседа о долге церковных Пастырей

Земной Ангел и небесный человек, Божественный Апостол Павел, который научил Пресвитеров Ефесской Церкви долгу пастырскому, сам потрудившись паче всех Апостолов, показал на делех образ истинного и совершенного пастыря словесных Христовых овец: его труды, его бодрствования, многоразличные ужасы и злострадания от глада, жажды, хлада наготы? Его внутренние и внешние враги, гонения, соборища, темницы, оковы, судопроизводства и доносчики: каждодневные и ежечасные смерти, кошница, коею он оконцем свешен был, пометание камением, биение палицами, странствование: беды от разбойников, от сродников и лжебратий, беды и на море и на суше: неусыпное смотрение и бдительность о всех Церквах, и наконец неиждеваемость Евангельской проповеди: все, говорю, то суть живые и яснейшие доказательства мужества, терпения, великодушия, ревности, любви и всех прочих великих добродетелей, каковые составляют характер души истинного пастыря (1Кор.11:29?). Кто бы изнемогал немощию греховною, и чтобы Павел не чувствовал лютости болезни? Кто бы соблазнялся, и чтобы Павел не воспламенялся? Кто другой с толикою мудростию и благоразумием представил обязанности господ и рабов, начальников и подчиненных, мужей и жен, родителей и детей, браком сопряженных и в девстве живущих, мудрых и неученых, богатых и бедных, Иудеев и Еллинов, и столь высокое открыл учение о Христе и мире, о плоти и духе? Кто с толиким пастырским знанием и искусством напоил млеком простейшего учения младенцев, несовершенных, и напитал твердою пищею высоких Таинств мужей совершенных? Кто стол благоразумно обличал грешников, или столь достойно похвалял добродетельных? Кто столь праведно предал сатане соблазнителей и отступников веры, или столь полезные сделал предписания на все, что касается до еретиков? Кто с толиким мужеством восстал против распрей, браней, суеверий, и ересей, или столь светлыми почестями увенчал людей, в меру святости достигших? Вот дела пастырские, дела отеческие, учительские, дела благотворительные!

Он свободен сый от всех, всем себе поработил, да множайшие приобрящет: «и всем был вся, да всяко некия спасет» (1Кор.9:19, 22). Он не искал своего си, но еже на пользу чад своих (1Кор.10:24): желание имел «разрешитися и со Христом быти» (Флп.1:23): однако ж пребывать в телеси за нужнейшее почел для спасения учеников своих. Он един желал «отлучен быти от Христа» (Рим.9:3), да спасутся тем сродники его, подражая и в сем случае Христу, Который был по нас клятва (Гал.3:13). Вот живые черты пастырей Христова стада! Сему Павел учил своими делами для того, чтобы служители Церкви, взирая на него и взимая пример с его жизни, делались ему подражателями, так как он сам подражал первому Архиерею и учителю, Начальнику спасения нашего и Искупителю мира Иисусу Христу. Не токмо же дела его открывают нам, какие суть добродетели пастырей, но и слова его живое представляют изображение истинного Архиерея. Кто со вниманием прочтет послания его к Тимофею и Титу, тот узнает, в чем состоит должность пастыря Церкви.

Учение его, какое он преподал Пресвитерам Ефесской Церкви, есть также изящнейшее правило для всех, как тогдашних, так и после бывших, нынешних и до скончания века быть имеющих Архиереев, Иереев и пастырей словесных овец Христовых. «Внимайте убо», сказал он между прочим, «себе и всему стаду, в немже вас Дух Святый постави Епископы, пасти Церковь Божию, юже стяжа кровию Своею» (Деян.20:28). Слова краткие, но исполнены мыслей небесных: слова краткие, но объясняющие весь долг пастырский: слова краткие, но содержащие в себе и дела, и учение и все обязанности истинных и святых пастырей.

«Внимайте убо себе». Сими словами научает он, коликая святость должна быть во всех делах пастыря. «И всему стаду»: а сими объясняет, коликое бодрствование должен иметь пастырь о своем стаде. Простолюдину довольно для спасения своего посредством внимания избегать греха и творить добродетель: но пастырь, хотя бы внимая, по словам Писания, себе, был чист от всякого греха, и хотя бы взошел на самую высоту добродетели, не может спастись, ежели не обратит такового же внимания и на паству свою, какое употребляет для собственного своего спасения. Для сего то Апостол Божий не сказал токмо: внимайте убо себе: но еще прибавил, и всему стаду: «внимайте убо себе и всему стаду».

И так требуется от пастырей, чтобы они имели внимание сперва к собственному своему поведению: «внимайте убо себе», потом ко спасению паствы своей: «и всему стаду». Так, поистине нужно пастырю употребить прежде внимание на соделание себя самого святым, а потому уже освящать и других. Ежели ж он не очистит прежде себя самого от грехов, то как может очищать других? Прокаженный, или покрытый струпом не очищает того к кому прикоснется, но оскверняет. Посему Исаия прежде, нежели принял на себя пастырское звание, очищается углем, который принес к нему в клещах един от Серафимов (Ис.6:6). Иеремия освящается прежде рождения своего, еще в утробе матерней, пасти достодолжно народ Господень: а Иезекииль прежде, нежели посылается в дом Израилев, отворяет уста свои, и съедает свиток знания истины.

Ежели пастырь не приправит прежде солию благоразумия и житие и учение свое: то как может он исправить других и соделать их разумеющими законы Божии? ибо солию кушанье приправляется. Ежели он не будет прежде озарен сиянием добродетелей, и сам не соделается весь светом: то как может освещать всех в дому находящихся? Мрак греховный не освещает, но помрачает ум людей, к нему приближающихся: тот напрасно будет стараться осветить во тьме сидящих; у кого нет в руках зажженной свечи: для сего то сам Господь назвал пастырей народа Своего солию земли и светом мира: «вы есте соль земли: вы есте свет мира» (Мф5:13-14).

Но что есть внимание? Внимание есть тщательное и неопустительное наблюдение вещей. Тот внимает самому себе, кто с неусыпным бодрствованием примечает за своими делами и за внутренними своими движениями: и тот, кто внимает себе, познает зависть и наветы началозлобного врага, примечает, сколь обманчива и вредоносна суета мира сего: видит, каким вредом и гибелью соединены чувственные удовольствия плоти: и посему вооружается против диавола, отвращает очи свои от мирской суетности, и берет верх над ухищрениями плоти. Кто внемлет самому себе, тот видит, что мы «не имамы зде пребывающаго града, но грядущаго взыскуем» (Евр.13:14): что настоящее все тленно и временно, а будущее негиблемо и вечно: что в небесном отечестве находится свет невечерний, слава непреложная, радость неизреченная и такие блага «ихже око не виде, и ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша» (1Кор.2:9). Посему он, оставив землю, возносится на небеса, и рассматривая тамо сущие блага, обращает к оным все желание души и сердца своего и все труды телесные: посему то дела его Боголюбезны, слова Божественны, мысли святы: он весь становится светом, весь добродетелью, весь святостью. Таков бывает благочестивый человек, таков бывает Пастырь, когда внемлет самому себе.

Внимание отверзает душевные очи пастыря. Он познает, что на себя принял, от кого и на какой конец: усматривает, что принял на руки свои то, что есть славнейше всякого создания: что не словом Божиим токмо сотворено, как прочие твари, но стяжанно честною кровию Единородного Его Сына: принял же то не от человека, не от Ангела, но от самого Вседержителя Бога. Бог, поставив его пастырем, вручил ему сокровище небесное и преславное, то есть Церковь свою, да вводит в оную вне сущих, да наставляет правилам истинной мудрости и благочестия в ней находящихся, и руководствует как тех, так и других ко спасению. Познает пастырь, когда обращает на себя внимание, что тот, кто рачительно проходит пастырскую свою должность, получает, яко исполнивший заповедь любви, неувядаемый венец правды. Познав же сие, обращает внимание свое и на все стадо, в котором Дух Святой поставил его Епископом, и выводит оное, яко другий Моисей, не из Египта, но из бездны греховной, и избавляет не от власти Фараоновой, но от рабства диавольского. Управляя, яко второй Самуил, праведно и свято народом Господним, приносит Богу о спасении людей ему вверенных не жертвы животных, но бескровные священнодействия: и яко другий Павел, обращает неверных, вразумляет сумнящихся в вере, возбуждает впадших в грех, утверждает пребывающих в добродетели, и бывает всем вся, да множайших, то есть достойных спасения, приобрящет и приведет ко Христу.

Внимание, дар небесный, сокровище бесценное! ты еси гонитель суетности, ты еси бич восстающей плоти, оружие против врага естества человеческого, страж души и тела, лествица, возводящая человека от земли на небо, источник освящения, света, благодати и спасения: ты усовершаешь и пастыря народа, освящаешь и народ пасомый, и спасаешь всякого человека! Премудро поистине завещание Богоглаголивого Павла: «внимайте себе и всему стаду» (Деян.20:28). Сие учение о внимании Божественный Апостол положил не от себя, ниже от человек заимствовав, но слыша в самом законе Бога, тако рекшего: «вонми себе, и снабди душу твою зело» (Втор.4:9).

Горе убо тем несчастным пастырям которые, не обращая никакого внимания ни на свою душу, ни на спасение вверенного им стада, творят дела, недостойные своего имени, своей должности, и вместо света бывают тьмою: которые ни мало нерадят о овцах, не ищут пропадшей, не собирают разбежавшихся, не смотрят за немощными, не наблюдают здравых: а пьют только от стада своего млеко, берут волну и едят мясо! Горе тем пастырям! Ибо они должны будут дать отчет пред Богом не только за самих себя, но и за паству свою: кровь овец от руки их взыщется. «И крове ея», рек Бог нерадивому пастырю, «от руки твоея взыщу» (Иез.3:18).

Вы же, о строители верные, истинные и мудрые пастыри! Которые, по завещанию Богомудрого Павла, обращаете внимание на себя и на стадо, вы всечестны, блаженны и святы, вы в тот день, егда Вседержитель воссядет на престоле славы своей, и будет судить живых и мертвых, воссияете со святыми Иерархами яко светила: тогда каждый из вас, став со стадом своим пред престолом величествия Божия, речет: Господи! «се аз и дети, яже ми дал еси» (Ис.8:18): тогда каждый, говорю, из вас услышит сии слова Господни: «добре, рабе благий и верный!» (Мф.25:23). Сии чада Мои алкали, и ты напитал их словом благочестия: а сии жаждали, и напоил их учением закона Моего: сии были чужды Церкви, и ты ввел их внутрь ее: а сии были наги, не имели одеяния благих дел и ты прикрыл их одеждою добродетелей: сии были немощны от множества грехов своих, и ты посетил и исцелил их: а сих сатана содержал связанных во узах темничных, и ты пришел к ним в темницу и даровал им свободу, разрешив узы рабства греховного. Вам, верные и мудрые строители благодати, истинные пастыри народа Божиего, речет тогда Судия праведный, благословенный и блаженный глас оный, относящийся к милосердым: «Приидите благословеннии Отца моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира» (Мф.25:34).

8. В неделю Святой Пятидесятницы Толкование на Евангелие от Иоанна (Ин.7:37-52, 8:12)

Пятидесятницу ныне празднуем, братие, и сошествие Всесвятого Духа и исполнение обета Иисус Христова, и совершение надежды, которую имели Божественные Апостолы. Велия есть тайна, святая и для человеческого естества спасительнейшая! Сей день прообразовал древле Бог, повелев Евреям праздновать пятьдесят дней по празднице Пасхи. «И сочтите себе от наутрия суббот, от дне, в онь аще принесете снопы возложения, седмь седмиц целых, даже до наутрия последней седмицы, да сочтете пятьдесят дней, и да принесете жертву нову Господу» (Лев.23:15- 16) Но Евреи праздновали Пятидесятницу в воспоминание вшествия в землю обетованную; почему в тот день приносили Богу жертву нову, то есть хлебы, из новой муки испеченные. Ибо вшедши в землю обетованную, питались хлебом уже, прежде в пустыни чрез сорок лет питавшись манною. Мы же, христиане, празднуем Пятидесятницу потому, что в пятидесятый день по воскресении Христовом сошел Святой Дух в виде огненных языков на учеников Его (Деян.2:4); ибо все они, исполнившись Его благодати, начали говорить странными языки величия Божия. Приносим же Богу, празднуя, небесный и животворящий хлеб — бескровную и чистую Жертву, воспевая, славословя и благодаря Ему за толикое благодеяние. Оное сошествие Святого Духа обещал Господь наш святым своим ученикам, глаголя: «и Аз умолю Отца, и иного Утешителя даст вам, да будет с вами в век. Утешитель же Дух Святый, егоже послет Отец во имя Мое, Той вы научит всему, и воспомянет вся вам, яже рех вам» (Ин.14:16,26). И воистину, когда сошел Святой Дух, то соделал премудрыми святых учеников, исполнил их просвещения, силы, ревности и всех Божественных дарований. Сего ради разыдошася после во всю вселенную, творя великие чудеса, обращая от заблуждения идолопоклоннического, насевая повсюду догматы благочестия, покоряя царей, мудрецов и обладателей истинной во Христа вере. О сем великом празднике возвещает ныне чтенное Евангелие, повествуя о дарах, каковых удостоились, чрез сошествие Святого Духа, верующие во Христа, и о раздоре слышавших учение о дарах Святого Духа; ибо иные из них веровали, а иные неверием ослепившись, искали убить Учителя и Спасителя. Начинается же священное Евангелие следующим образом:

Ин.7:37. В последний же день великий праздника стояше Иисус, и зваше глаголя: аще кто жаждет, да приидет ко Мне, и пиет.

Сенопотчения совершался тогда праздник, как выше тойже свидетельствует Евангелист, говоря: «бе же близ праздник Иудейский потчение сени» (Ин.7:2,10). И далее: тогда «Сам взыде в праздник». Последний же день праздника был осмый, поколику восемь дней праздновали сей праздник Иудеи. «В пятыйнадесять день месяца седмаго сего праздник сеней седмь дней Господу, и день первый наречен свят будет: всякаго дела работня не сотворите, седмь дней да принесете всесожжения Господу: и день осмый наречен свят будет вам» (Лев.23:34- 36). Великим же последний день праздника назвал Евангелист, поелику и закон нареченным святым называл, и Иудеи таким же его называли. В сей убо осмый и последний день праздника сенопочтения стоял Иисус. Где же стоял? Без сомнения, в церкви: ибо в церкви собирался народ. Притом и выше сказал Евангелист, что «взыде Иисус в церковь, и учаше» (Ин.7:14). Написал же так, — «зваше», — для того, чтобы показать, что Он свободно и велегласно пред народом проповедывал, говоря: «аще кто жаждет, да приидет ко Мне и пиет». Сими же словами показал Богочеловек, что как жаждущий скоро поспешает на источник воды: так прилично и просвещающемуся верою поспешно приходить к училищу оной. И как жаждущий, когда приидет к источнику, пиет воду, и прохлаждает свое тело: так и уверовавший, когда приходит к учителю благочестия, пиет струи веры и прохлаждает душу свою. Сие же сказав, Спаситель вскоре объявил и дары верующих в Него, говоря:

Ин.7:38. Веруяй в Мя, якоже рече Писание, реки от чрева его истекут воды живыя.

Многие, видя чудеса, веровали, что Христос есть Пророк и святой муж; иные называли Его Иоанном Крестителем, другие Илиею, иные Иеремиею, или единым от пророков (Мф.16:14): но не верили, что Он есть Сын Божий, от Девы рожденный, как о Нем засвидетельствовало Божественное Писание: «се Дева во чреве приимет, и родит Сына, и нарекут имя Ему Еммануил: еже есть сказаемо с нами Бог» (Ис.7:14). Для сего убо и сказал Христос: «веруяй в Мя, якоже рече Писание», то есть, веруяй в Мя не так, как хочет, и мыслит, но так как передало Писание, которое показало, что Я есмь Сын Божий (Злат. и Феоф.). Какие же суть реки живой воды, текущие от чрева верующего во Христа? Чрево есть сердце, как и Пророк сказал: «и закон Твой посреде чрева моего» (Пс.39:9). — вместо сего: посреде сердца моего. Вода же живая — благочестивое учение, животворящее умерщвленные нечестием души и орошающее страстьми попаленные чувства. Реками же живой воды называл для того, да покажет богатство, обилие и неистощимость Божественного благовестия. Истину сих Господних слов доказали Богодухоносные Апостолы, кои, будучи рыбарями и непросвещенными, с толикою проповедали духовною мудростию, что самые мудрые и ученые не могли противостоять силе их слов. «И не можаху, свидетельствует Богоглаголивый Лука о Стефане, противустати премудрости и Духу, имже глаголаше» (Деян.6:10). Толь же обильная и богатая проповедания их была река, что всю вселенную напоила. И сим словам научал Спаситель наш; Божественный же Евангелист изъясняет оные следующими, говоря:

Ин.7:39. Сие же рече о Дусе, егоже хотяху приимати верующие во имя Его; не у бо бе Дух Святый, яко Иисус не у бе прославлен.

Сие же, то есть, «реки от чрева его истекут воды живы», сказал Господь к тому, что в день Пятидесятницы верующие в Него имели прияти Духа Святого, Который и соделал их всемудрыми: Он и даровал им животворные источники духовной премудрости; посему соделались они реками Божественных догматов веры, и источниками небесной проповеди благочестия. Почему же сказал: «не у бо бе Дух Святый»? Дух Святой был всегда, и присно современен и совечен Отцу и Сыну. Якоже солнце не бывает без луча и света: тако и Отец николиже был без Сына и Духа Святого. Не токмо же был всегда со Отцем и Сыном, яко им соестественный и единосущный, но и в самых Ветхого Закона мужах действовал. Дух Господень сходил на Саула (1Цар.10:6). Духом Святым вразумлен Давид. Духом Святым глаголали Пророки. Почему же написал Евангелист: «не у бе Дух Святый»? Потому, что никогда еще так видимо не являлся Дух Святой, ниже дарствовал человекам толикие дарования, каковые в день Пятидесятницы. Тогда слышан был «шум с небесе, яко носиму дыханию бурну: и явися Дух Святый в виде огненных языков, и почи на людях» (Деян.2:2). Николиже толико, как в день Пятидесятницы, исполнишася благодати Его. «Исполнишася, — уверяет священный Лука, — вси Духа Свята» (Деян.2:4). И поистине, тогда Божественные Апостолы прияли дар языков, соделались премудрыми чудотворцами, предвидцами, душою крепкими, славными по всей вселенной. Тогда прияли исполнение благодати Всесвятого Духа. И о сем исполнении благодати Святого Духа говорит так Евангелист: «не у бо бе Дух Святый», — не у: то есть, еще не было дано человекам исполнение благодати Святого Духа. А сие бысть потому, говорит, что «Иисус не у бе прославлен», то есть, понеже тогда плоть Его еще не принимала той славы, о которой молился во время страдания Своего, говоря: «и ныне прослави Мя Ты, Отче, у тебе Самаго славою, юже имех у тебе прежде мир не бысть» (Ин.17:5). Получил же оную по страдании и по воскресении. Прежде страдания и воскресения плоть Его не была нетленна, или страданий и смерти невместительна: но по страдании и воскресении стала быть нетленною и бессмертною. «Седе одесную престола величествия на небесех» (Евр.8:1). Достойно же было и праведно, чтобы прежде Сам, яко человек, взошел на преславную высоту безначальной Божия славы, потом бы послал ученикам Своим Всесвятого Своего Духа, так как Сам им обещал: «уне есть вам, да Аз иду. Аще бо не иду Аз, Утешитель не приидет к вам: аще ли же иду, послю Его к вам» (Ин.16:7). Сего убо для Евангелист написал: «не у бо бе Дух Святый, яко не у бе прославлен Иисус». Что ж сказали слышащие сие Спасителево небесное учение?

Ин.7:40-42. Мнози же от народа, слышавше слово, глаголаху: Сей есть воистинну Пророк. Друзии глаголаху: Сей есть Христос. Овии же глаголаху: еда от Галилеи Христос приходит? Не Писание ли рече: яко от семени Давидова, и от Вифлеемския веси, идеже бе Давид, Христос приидет?

Многие из простого народа, слыша выразительность словес Господних и свободность, с которою Он говорил, и Владычние Его словеса: «аще кто жаждет, да приидет ко Мне, и пиет» (Ин.7:37), верили, что Он есть Пророк, сообразуясь пророчеству Моисея, предсказавшего: «Пророка от братии твоея, якоже мене, возставит тебе Господь твой» (Втор.18:18). Посему один говорил другому: Сей есть воистину Пророк; другие же по непросвещению думая, что иной есть Пророк, Моисеем упомянутый, а иной Христос, утверждали: Сей есть Христос. И неудивительно, что таковые мнения о Христе были между простым, неученым народом. Ибо самые Фарисеи законоучители так думали, как видно из слов, которые они говорили Иоанну Крестителю: «что убо крещаеши, говорили ему, аще ты неси Христос, ни Илиа, ни Пророк?» (Ин.1:25) Иные из слышавших, ведая, что Иисус Христос есть Галилеянин, не верили, что Он есть чаемый Христос: почему говорили: «еда от Галилеи Христос» приходит? Священное Писание уверяет, что Христос от семене Давидова, и от Вифлеемской веси приидет. «Клятся Господь Давиду истиною, и не отвержется ея: от плода чрева твоего посажду на престоле Твоем» (Пс.131:11). Также: «И ты Вифлееме, доме Евфрафов, еда мал еси, еже быти в тысящах Иудиных? Из тебе бо Мне изыдет старейшина, еже быти в князя во Израили» (Мих.5:2). Что было о роде и отечестве Иисуса Христа предсказано, то и событие получило. Ибо Иисус Христос в самом деле произошел от поколения Иудина и семене Давидова, рожденный от Приснодевы Марии, бывшей от колена Иудова во граде Вифлееме, как Евангелист утверждает: «Иисусу рождшуся в Вифлееме Иудейстем» (Мф.2:1). поелику же Христос прешел во един из градов Галилейских, называемый Назарет, как свидетельствует Богоглаголивый Лука, повествуя: «и прииде в Назарет, идеже бе воспитан» (Лк.4:16): чего для несчастливые, погрешая, почитали Его Галилеянином. Что ж последовало за сим разногласием и разномнением о Иисусе Христе?

Ин.7:43. Распря же бысть в народе Его ради.

Раздор и несогласие произошло между ними о том, кто есть Христос. Но если бы разобрали Божественное Писание по надлежащему, и тщательно рассмотрели дело, не было бы таковой распри: ибо знали они, что Пророк и Христос, по Писанию, есть один и тот же, и не не ведали, что Христос произошел от колена Давидова и родился во граде Вифлееме. Почему все бы единогласно признали, что Он есть истинный Мессия, Сын Божий и Богочеловек. Что же за сею распрею?

Ин.7:44. Нецыи же от них хотяху яти Его: но никтоже нань возложи руце.

Архиереи и Фарисеи видя, что многие уверовали в Господа нашего Иисуса Христа, завистию воспаленные, послали, как видно из последующих Евангельских слов, своих слуг, да имут Его и приведут к ним, чтобы умертвить Его. Сии-то суть, о коих говорит Евангелист: «нецыи же от них», от слушающих учение Его, — то есть, слуги Архиерейские и Фарисейские «хотяху яти» или поймать Иисуса Христа. Однако никто же дерзнул возложить на Него руце свои. Почему же? Ибо удивлены и изумлены были, слыша Его небесное учение, как сами они объяснялись Фарисеям: «николиже тако есть глаголал человек, яко Сей человек» (Ин.7:46). То же самое случилось и тогда, когда спира и слуги Архиерейские и Фарисейские со светилы и свещами пришли поймать Иисуса; ибо и сии, когда услышали от Него: «Аз есмь, — идоша вспять, и падоша на земли» (Ин.18:6). Все же сие было потому, что тогда еще не был тот час, в который Богочеловек имел пострадать. «Искаху убо, пишет сей Евангелист выше, да имут Его: и никтоже возложи нань руки, яко не у бе пришел час Его» (Ин.7:30).

Ин.7:45. Приидоша же слуги ко Архиереом и Фарисеом и реша им тии: почто не преведосте Его?

Видя Архиереи и Фарисеи, что их слуги возвратились праздными и не привели с собою Иисуса Христа, изумились и вопрошали их, говоря: почто не приведосте Его, так как мы вам приказывали?

Ин.7:46. Отвещаша слуги: николиже тако есть глаголал человек, яко Сей человек.

Вот какое действие проповеди Господней! Пришли слуги Архиерейские и Фарисейские, посланные с тем, чтоб связанного привесть к ним Владыку Христа: но они сами остались связанными от изумления и удивления к небесному Его учению. Послушай же, како они превозносят Спасителевы слова: «николиже тако, свидетельствуют, — то есть, с такою премудростию, силою и благодатию, — глаголал человек, якоже Сей человек», то есть, Христос. Приметь же и плод простоты и чистосердечия. Учение Спасителево часто слышали Архиереи, книжники и Фарисеи, но никогда оным не пользовались, поелику сердце их было исполнено зависти и всякой злобы; но слуги их, имея душу чуждую зависти и всякой злобы, пришли хотя не для того, чтобы послушать учения Христова, но чтобы поймать Его, повинуясь яко рабы своим владыкам, однако Божественная благодать просветила их, и были проповедниками истины. Достоприметно их дерзновение, с каковым они ответствовали. Ибо хотя они и рабы были, да еще и виноватые (потому что не исполнили повеления своих господей), однако, отвергнув рабский страх, с величайшею свободностию ответствуют и проповедуют истину: «николиже тако глаголал есть человек, яко Сей человек».

Ин.7:47. Отвещаша убо им Фарисее: еда и вы прельщени бысте?

Вот какая злоба Фарисейская! Зная Фарисеи, что учение Господа Иисуса Христа воистину было мед небесный, услаждающий и привлекающий сердца слушающих, не спрашивают у слуг своих, что сказал и чему учил Иисус Христос, каким образом привел их в толикое изумление и склонил на похвалу Своего имени; но во ответ поносили их, говоря: неужели и вы, всегда слыша учение наше, прельщаетесь, так как и другие непросвещенные и ненаученные? Сие же говоря, старались убедить их, чтобы не верили Ему.

Ин.7:48-49. Еда кто от князь верова в Онь, или от Фарисей? Но народ сей, иже не весть закона, прокляти суть.

Князи Иудейские были начальники их и в сонме и сенате их первоседатели; Фарисеи же назывались законоучители и законохранители, люди Боголюбивые и добродетельные. поелику же над сердцами человеческими много действует пример почтенных, ученых и благочестивых, того для сие и предлагали Фарисеи своим слугам, желая убедить их, да не верят, но да возненавидят Иисуса Христа, говоря: «еда кто от князь или от Фарисей верова в Него?» Одни только простаки и народ неученый, закона Божия неведущий, кои прокляты суть, поверили Ему. Сии слова были Фарисейские к своим слугам. Заметь же во первых, что проклятие сие обратилось на главу самих проклинавших Фарисеев; ибо закон проклинает тех, кои ниже пребыли тверды в писанных Его, ниже исполнили, что он повелевал. «Проклят всяк человек, иже не пребудет во всех словесех закона сего, еже творити я» (Втор.27:26). Они же, ведая, чему учил закон о Мессии и видя исполнение того на Иисусе Христе, завистию снедаемые, не пребыли в словесех закона и не уверовали во Иисуса Христа. Еще же заметь, что они ложно говорили, будто никто из князей и из Фарисей не уверовал во Христа; ибо многие и князи уверовали, как свидетельствует самовидец Евангелист, говоря: «обаче убо и от князь мнози вероваша в Него» (Ин.12:42). Да и из Фарисеев некоторые: ибо, по свидетельству того же Евангелиста, Никодим был един из них, который, услышав сказываемое от них к своим рабам, ответствовал им следующим образом:

Ин.7:50-51. Глагола Никодим к ним, иже пришедый к Нему нощию, един сый от них: Егда закон наш судит человеку, аще не слышит от него прежде, и разумеет, что творит?

Никодим был не токмо один из них, то есть, один из Фарисеев (Ин.3:1), но и князь и учитель Иудейский; притом человек богатый, как видно из того, что на погребение Иисуса Христа «приносил смешение смирнено и алойно, яко литр сто» (Ин.19:39). Он, узнав из чудодеяний, что Иисус Христос был послан от Бога, приходил к Нему в ночи страха ради Иудейска и, беседовав с Ним, уверовал в Него. Сей убо, видя, что Фарисеи старались отвратить слуг своих от веры во Христа и поймав Иисуса осудить Его, также зная, что во Второзаконии законом определено, чтобы судящие о осуждаемом и исследовав доподлинно дело его, давали суд и решение (Втор.17и 9), говорит им: не наш ли закон определяет, чтобы мы осуждали человека не прежде, как разве услышав оправдания его и исследовав доподлинно дела его? А следовательно, как бы так говорит: для чего вы, Фарисеи, нарушаете закон, осуждая Христа, не слышав о Нем и не исследовав, какие суть дела Его? Но так прямо не говорит Никодим для того, чтобы, обличая Фарисеев, не воспалит в них сильнейшего гнева. Что же на сие неоспориваемое Никодима настояние ответствуют Фарисеи?

Ин.7:52. Отвещаша и рекоша ему: еда и ты от Галилеи еси? Испытай и виждь, яко пророк от Галилеи не приходит.

Приметь, во-первых, Фарисейское буйство. Иное предлагает Никодим, а иное ответствуют они. Никодим сказал, что закон повелевает без исследования дела не судить людям; они ему ответствуют: «еда и ты от Галилеи еси?» Потом виждь и злобу их. Они предовольно знали Никодима, поелику един был от них; но, как бы притворяясь в знании его, спрашивают, говоря: «еда и ты от Галилеи еси?» Сим же вопросом уничижают Никодима неправосудным и неистинолюбивым, но лицеприятным и защищающим Христа, яко своего согражданина. Потом и обличают его, яко неведущего Писания: «испытай, говорят ему, и виждь, яко Пророк от Галилеи не приходит», то есть, ни един Пророк в Галилее не родился. Но и здесь преявная есть ложь; ибо и Пророк Иона родом был от Гефаховера, града наследия Завулонова, который был в Галилее, и Пророк Наум Елкесеев от града Хелкав, племени Асирова, сущего равно в стране Галилейской (4Цар.14:25; Нав.19:13. 25). Почему, таким образом утверждая, Фарисеи бесстыдно ложь говорили, или завистию и злобою подстрекаемые, или от невежества заблуждающие, хотя и назывались учеными и сведущими Божественное Писание. Но хотя бы и уступили мы, что от них сказанное есть истина, то паки нимало не сильно против Христа; ибо Он, как выше сказали, родился в Вифлееме Иудейском, а не в Галилее.

Ин.8:12. Паки же им Иисус рече, глаголя: Аз есмь свет миру: ходяй по Мне не имать ходити во тьме, но имать свет животный.

«Паки убо»: то есть, утром следующего дня, понеже, как говорит Евангелист, «тогда иде кийждо в дом свой» (Ин.7:53). «Иисус же иде на гору Елеонску: заутра же паки прииде в церковь» (Ин.8:1, 2). поелику же в прошлый день иные говорили, что Богочеловек есть Пророк, а иные — Христос, и сделалась распря между ними: того для в следующий день показал Господь, кто Он есть, глаголя: «Аз есмь свет миру». Но почему ж не сказал: Аз есмь Мессия, или Аз есмь Сын Божий? Во-первых для того, чтобы сие услышав, Фарисеи не рассвирепели и не вознеистовствовали против Него. Во-вторых же, для того, чтобы поведать таким же образом и таким же выражением, каковым о Нем провещали Пророки. «Светися, светися, предрек велегласный Исаия, Иерусалиме, приидет бо твой свет» (Ис.60:1); и на другом месте: «се дах Тя в завет рода, во свет языком» (Ис.49:6). Также: «людие ходящии во тьме видеша свет велий: живущии во стране и сени смертней, свет возсияет на вы» (Ис.9:2). Сии же Спасителевы слова то же самое изъявляют, то есть что Он есть истинный Бог; ибо кто другой быть может светом миру, кроме Бога? Кто, кроме Бога, просвещает всякого человека грядущего в мир, подая ему свет ума, рассудка и разума? И кто бы от века когда из святых так о себе сказал: «аз есмь свет миру»? Присовокупил же Господь, для изъяснения сказанного, и следующие слова: «ходяй по Мне не имать ходити во тьме, но имать свет животный»; то есть, кто верует в Мя и хранит повеления Моя, тот избегает тьмы и осуждения греховного и преходит в невечерний свет живота и царствия.

Беседа о господстве страстей

Злобные покушения Фарисеев противу Спасителя нашего Иисуса Христа представляют истину, достойную любопытства и исследования. Они, хотя лицемеры и лжецы, однако были сколько-нибудь разумнее других: поучались в Божественном Писании и Божеские законы в руках своих держали; посему совершеннейшее имели сведение о том, что и Моисей и все Пророки предсказали и возвестили о пришествии Мессии, почему и с вящим упованием и твердостию пред простым народом ожидали Мессию. Чего ж убо для, слыша Иисуса Христа проповедующего, что Он есть послан от Бога, и видя жизнь Его святейшую и небесную, чудеса же Его великие, многие, и разнообразные, еще же и предсказания пророческие на Нем исполняющиеся, не уверовали, что Он есть чаемый? Зависть ослепила их. Но неужели зависть против Того, Которого ожидали, да избавит их от грехов своих и да подаст им свободу вечную? Неужели зависть такую имела силу, что отъяла рассудок их и растлила силу ума так, что совсем они не могли познать, что Он есть Мессия? Пусть так будет. Зависть помрачила их душевные очи; кто же телесные умертвил их чувствования? Кто соделал их слепыми и глухими? Ум, помраченный завистию, не познал Христа; но очи ужели не видели чудес, удивления достойных? Слух их како не слышал небесного Его учения? Не верили они, что Христос есть чаемый Мессия; но почто искали они убить Его, Человека свята, чудотворца и их благотворителя? Страсти, братия моя, толь великую имеют силу над человеком, а паче когда восгосподствуют над ним, что не токмо душевный рассудок растлевают и расслабляют умственную способность, но и самые наши телесные чувствования умерщвляют.

Всякая страсть есть стремление и необыкновенное волнование крови. Мы сие видим ясно на тех, коими обладает гнев или страх, или печаль, или радость. Багровеет лице ярящегося, бледнеет — робкого, желтеет — печалящегося, белорумянеет радующегося. Таковое движение крови не только на лице бывает, но и во всех членах и частях телесных, то есть, и в самой даже внутренности. От такового движения все чувственные возмущаются органы. Почему плененный какою-либо сильною страстию или совсем не видит, или хотя и видит, но не так, как должно; или совсем не слышит, или хотя и слышит, но кое-как. Ест он, но качества пищи не чувствует. Таковое непорядочное движение, касаясь даже самых мозговых частей, кружит и возмущает те органы, кои душа наша употребляет для составления своих размышлений, от чего происходит помрачение ума, безрассудство и ложные представления. Ибо душа наша, которая есть дух невещественный, различает добро от зла, полезное от вредного, и естественно имеет в самой себе способность умственную и различительную: но доколе соединена есть с телом, дотоле действует чрез мозговые члены в составлении своих помыслов, подобно как пильщик чрез пилу, домостроитель чрез молоток в создании дома. Доказывает сие частый опыт. Отягощение или боль чувствуем мы в голове, если чрез несколько часов углубим ум наш в умосозерцательное вещей рассмотрение. Когда же огневица или другая какая болезнь займет голову, тогда не токмо не можем углубить ума своего в рассматривание и суждение о вещах, но еще часто бредим и явно сумасбродствуем. Убо когда сильная страсть овладеет человеком, то разум и тогда, хотя и хочет справедливо судить, но не может: поелику служащие для сего члены расстроены бывают и превращены. А следовательно, как художник, когда художественные орудия бывают несовершенны, несовершенным делает и художество свое: так и душа, когда расстроены бывают головные части, непорядочно умствует, колобродит и обезумляется.

Страсти, воюющие на человека, суть многие, паче же и бесчисленные: гордость, славолюбие, зависть, сребролюбие, ненависть, жестокосердие, чревослужение, ярость, студодеяния, пьянство, леность и другие премногие. Всяк человек всем подвергается страстям: иногда пленяет его сия, а иногда другая, или иная. Но иного человека паче всего покоряет сластолюбие, как то Исава, ради чего и назван Эдомом; иного же гордость, как то Навуходоносора; другого жестокосердие, как то Фараона; иного сребролюбие, как то Иуду; и другой другою бывает заражен страстию. Преклоняется же человек в ту или другую страсть или по естественному расположению, или по привычке от юности и чрез худые советы и примеры, каковых наслышался от юного возраста, и видел, и навык им, сообращаясь с развращенными людьми. Часто же все сии причины соединясь, связуют человека неразрешимыми узами одной какой-либо страсти. Когда же человек поработился одной какой страсти, то она берет такую силу и власть над ним, и толико повреждает ум и рассудок и самые телесные его чувствования, что ни совета слушает, ни на вред смотрит, ни свою пользу видит: но как слепой, глухой и бессмысленный, часто сам себе причиняет то, чего бы не мог ему причинить и самый непримиримый его неприятель.

Давил Саула дух лукавый, от всего гоним был, угнетаем, страдал до изумления и смерти, ниже врачи могли его исцелить, ни трава облегчительная обретена против сей болезни: одно только было утешение его — пение Давидово и гусли. Когда лукавый дух терзал и давил Саула, Давид тогда бряцал в гусли и воспевал: злой же дух отбегал от него, и Саул отдыхал. Убо Давид есть один врач Саулов, прогонитель и изженитель демонской его страсти, податель здравия и благодетель и избавитель его. Посему Саул бесподобно прежде любил Давида, и хранил его яко зеницу ока; но наконец совсем противное тому воспоследовало. Саул толико возненавидел Давида, что всячески покушался на жизнь его. Давид, поя, утоляет болезнь его, но Саул ищет убить его за его благодеяние. Несчастливейший Сауле! Что если б ты умертвил Давида, кто бы облегчил болезнь твою? Кто бы прогнал духа давящего и мучащего тебя? Ты уверен, что одно пение Давидово дает тебе ослабу в несносном бедствии твоем и в смертоносных терзаниях членов твоих; для чего ж устремляешь копие твое, да умертвишь Давида, яко единого врача и спасителя твоего? Откуда тебе такое бесчувствие и слепота? Откуда? Сие очевидно. Зависть помрачила ум его и изгладила память о благотворении. Зависть злее лукавого духа; ибо дух преодолеваем был псалмопением Давидовым, но зависть ниже самая крайная Саулова нужда исцелила. Страсть завистливая толико ослепила Саула, что ни пользы, ни выгоды, ни нужды мог видеть. Колико же и ныне находятся завистию обладаемых, кои, забывая благодеяния и мало предвидя собственную выгоду, также нимало не рассуждая о своей нужде, не только нападают на своих благодетелей, но и творят пакости тем, от коих сами же ожидают заступления и помощи!

Не думай же, аки бы страсть, покорив под власть свою неученых и непросвещенных людей, в них токмо и производила жалостные и гнусные следствия; ибо сила оной столько преодолевает самых мудрых и благодатных, что ввергает их в ров гнуснейших пороков. Соломон был премудр и исполнен дарований: но только был и любоженец. Сия плотская страсть обладала им; сия со временем так его во власть себе покорила, что и свет Богоизлиянной мудрости погасила, и до такого жалостного довела его состояния, что в угодность чуждым женам создал высокое (капище) Хамосу, идолу Моавлю, и царю их, идолу сынов Аммоних, и Астарте, мерзости Сидонстей. Плотская страсть отвратила сердце Соломоново от Господа Бога, и понудила его возвысить идолов. Какие же тайные злодеяния, о коих и упомянуть гнусно, коль страшные беззакония содеваются и доныне между теми, которые раболепствуют гнусной сей страсти? С течением времени умножается каждой страсти сила. Чем больше времени ко греху продолжается, тем паче привычка к оному усугубляется. Число оных возрастает вдвое или втрое с продолжением времени; ибо сперва падение в грех наносит великую печаль, рождает тяжкое и несносное совести угрызение и производит частые убеждения воздержаться; чем же более время продолжается и осквернения приумножаются, тем более скорбь отдаляется, совесть хладеет и мысль раскаяния исчезает, заступает же место отчаяние в исправлении, и хотя плоть дебелеет и изнемогает, но страсть молодеет и расцветает. Удобное осквернений приращение делает привычку ко греху. Привычка рождает навык, навык же делается другою природою. Из сего видим, какую трудность заключает в себе воздержание от возобладавшей нами страсти и исправление. Согрешивши раз, два или три, удобно исправишься, и многие находятся для сего врачевства; но возобладавшую тобою страсть трудно прогнать, трудно обресть целительное для ней зелие.

Весьма вероятным кажется, что Иуда Искариотский пришел к Иисусу Христу и был учеником Его с тем намерением, чтобы исправить нрав свой и освободиться от страсти сребролюбия, которая обладала его душою; ибо что бы другое входило, или что бы другое влекло и побуждало его придти и причислиться в число убогих учеников Иисуса Христа? Чего он здесь другого искал, разве своего душевного исправления? Пришед во училище Иисус Христово, ежедневно слушает поучение о несребролюбии и о нестяжании, и о стократных воздаяниях, также о царствии небесном, которое наследуют презревшие имение и богатство; видит в сем училище примеры нестяжания, как то Его учеников, оставивших вся своя и охотно в след пошедших за своим Учителем; видит ежедневно великие чудеса, совершеннейшую добродетель, святые нравы, святость небесную. Учитель его, хотя, яко сердцеведец, и предвидел его измену; ища однако спасения, не лишал его никакого же дара, возвел его на сан Апостольский, дал ему власть над духами нечистыми, умыл ноги его, сподобил приятия Божественных таин, и самый ковчежец дал ему в его руки для укрощения сребролюбивой страсти. Однако все сие ни язвы сребролюбия исцелило, ни пламени оного укротило. Предал он Учителя, Благодетеля, Спасителя своего, и продал Его за тридесять серебреников, то есть, за шесть почти нынешних золотых монет (или червонцев). Великая воистину страстей сила, когда ни живые и видимые добродетели и святости примеры, ни дары и почести Божественные, ни чудеса, ни обращение с Господом нашим Иисус Христом, ни повседневное устное Его увещание, учение и наставление не могли страсть сребролюбия уврачевать, но в толикую пришла силу, что породила грех, какового более и мир не открывал. Какая убо нам надежда, во страстях погруженным, нам, страстями плененным? Какое есть оружие, чрез которое мы могли бы преодолеть неукротимых плотяных зверей, ищущих всегда растерзать душу нашу?

Готовое есть, христиане, оружие, крепкое же и непобедимое. Оно есть внимание. Если себе внимаем, грех не силен возложить ига своего на выю нашу. Первое начало всякого греха весьма подобно есть младому лесному дереву. Грех с первого своего начала не другое что есть, разве единое голое размышление, единое слабое нападение на мысли. Лесное древо, когда сперва возникает, ничто другое есть, разве былие тончайшее, растение слабое и в земли нимало не утвердившееся. Убо как земледелец, когда остерегается и исторгает лесные древа прежде нежели возрастут, распустят корни свои и покроют землю, исторгает оные с великою удобностию, земля же его остается чиста от вреда тех лесных дерев: так и христианин, когда себе внимает и истребляет худые помыслы прежде, нежели увеличатся и взойдут в самую глубину души и возобладают сердцем его, весьма нетрудно искореняет оные, и душа его остается тогда невинною, непорочною и свободною от великого греха. В сем-то и состоит весь труд мой, труд легкий и удобный: во внимании, да не обладают мною греховные помышления; «аще не обладают мною, говорит пророк, тогда непорочен буду, и очищуся от греха велика. Вонми убо себе, и снабди душу твою» (Пс.18:14; Втор.4:9).

Но если чрез долгое время поползновения укоренится страсть в человеческом сердце, и человек сделается рабом греха: то весьма трудным уже является врачевание. Неудобно отвыкнуть от плотского удовольствия и воздержаться тому, кто от юности привык плотоугодствовать. Неуповательно милостыни подаяние бедным от богатого, состаревшегося в рабстве сребролюбия. Труден пост привыкшему с младых лет к объедению и многопитию. Неудобоизлечителен всякий состаревшийся грех. И если станешь увещевать страстных и советовать им воздержаться от греха, — хочу, ответствует каждый из них, но не могу. Однако таковый ответ есть неосновательный: иное «не могу», а иное — «трудно». Трудно вырвать дерево, когда глубоко вкоренится в землю; однако с течением времени искоренить не есть неудобно. Секира, мотыка, труд, так искореняют, что и знака оного более не остается. Если привыкнешь ко греху и несколько лет поработишься ему; трудно, поистине трудно исправление, но не есть неудобно. Твердая решительность, мужество духа и благодать Божия всеконечно упраздняет власть его.

Человек сотворен от Господа Бога свободным и вольным. Посему хотя грех и пленит его, имеет однако воля его всегда свободу и произволение. Имеет человек и благодать Божию, богато и обильно содействующую произволению его и исправлению. «Идеже бо умножися грех, свидетельствует Богоглаголивый Апостол, преизбыточествова благодать» (Рим.5:20). Раб был Закхей лихоимания и обид: но в скором времени пременив нрав свой, «раздал пол имения своего нищим, и аще кого чем обидел, воздал четверицею» (Лк.19:8). Порабощен был Матфей неправде и любостяжанию мытарей: но в одно мгновение свергнул с себя иго мытничества, «оставил вся, и последовал за Господем» (Мф.9:9). Несколько лет служила Самаряныня своей плотской похоти: но весьма удобно и скоро, оставивши вся, соделалась ученицею Иисуса Христа. Но если представим на среду те примеры, о каковых повествует Божественное Писание и исторические представляют книги, премногие и бесчисленные обрящем таковые перемены. Посему трудно исцелиться от страсти, когда человек сам не захочет: удобно же, если он истинно сам того поищет. Бог хотения требует: «хощеши ли здрав быти?» (Ин.5:6) таким образом говорит Богочеловек грешнику расслабленному. Если ты хочешь, Бог не только хочет, но и содействует и вспомогает, подая тебе силу, да приведешь к концу благого предприятия начинание. Паче же и самое хотение твое, когда Бог видит оное наклонным к покаянию, укрепляет и вспомоществует. «Бог бо есть действуяй в вас, и еже хотети, и еже деяти» (Флп.2:13).

8.1. Толкование на Апостол из Деяний Апостольских, читаемый в неделю Пятидесятницы (Деян.2:1-11)

Все Христианские Церкви увенчали хвалами достохвальнейшего Евангелиста Луку за написание святого Евангелия Господа Иисуса. Свидетельствует о сем Апостол Павел во втором своем послании к Коринфянам, говоря о Евангелисте оном Луке: «егоже похвала во Евангелии по всем Церквам» (2Кор.8:18). Когда же он писанием открыл и Деяния Апостольские, то все Церкви Божии начали с того времени прославлять его, и ныне прославляют не токмо за написание Евангелия, но и Деяния оных: мы верные воспеваем и благодарим его даже до сего дня за сию святую книгу, в которой он научает нас святым и спасительным догматам веры. Богочеловек обещал послать святым ученикам своим Пресвятого Духа, глаголя: «егда же приидет Утешитель, егоже аз послю вам от Отца, Дух истины, иже от Отца исходит, той свидетельствует о мне» (Ин.15:26), и исполнение обещания сего изобразил не другой кто, как всехвальный Лука. Он объяснил: когда, где, как и на кого сошел Дух Святой, описал также чудесно и действия Божественной благодати Его хотя и кратко, но ясно и обстоятельно, как то обыкновенно писал он. «Бысть сие”, говорит он, «егда скончавашася дние Пятдесятницы». Днем Пятидесятницы называет он Пятидесятый день по воскресении Христовом: посему-то мы верные в сегодняшний день, который есть Пятидесятый день по воскресении Христовом, торжественно празднуем праздник Пятидесятницы, то есть великое таинство сошествия Пресвятого Духа, и излияния Божественных даров Его на род человеческий: празднуем мы Богоугодно тогда, когда возводим ум наш к созерцанию празднуемых предметов, а ум удобно достигает до того, чтобы созерцать невидимая тогда, когда в уши наши входит слово оных. Выслушайте убо со вниманием и благоговением повествование Божественного Луки о сегодняшнем празднике, да, совершивши его Боголепно, получите от Господа благословение и благодать.

Деян.2:1. Егда скончавашася дние Пятдесятницы, беша вси Апостоли единодушно вкупе.

Единонадесять Апостолы, некоторые благочестивые жены, Пресвятая Богородица Мария Матерь Господа Иисуса и братия Его по вознесение Спасителевом на небеса, возвратившись с горы Елеонской во Иерусалим, пришли в тот дом, в котором они прежде находились, и взошли в горницу оного дома, которой после соделался Церковию, так называемою, горняя или высшая Церковь Апостолов. Там находившись все сии единодушно, то есть с единым желанием и с единым намерением, ожидали в молитвах и молениях сошествия Святаго Духа: там в те дни «и Матфий причтен бысть ко единонадесяти Апостолом» (Деян.1:26) (Кирил. Иерус. В катих. 16).

Деян.2:2-3. И бысть внезапу с небесе шум, яко носиму дыханию бурну, и исполни весь дом идеже бяху седяще: И явишася им разделени языцы яко огненни: седе же на едином коемждо их.

В третий час дня, то есть за три часа до полудня, произошел нечаянно толикий шум с небеси, каковой бывает во время сильного ветра (Деян.2:2). Сим шумом исполнился весь дом, в котором находились Апостолы и сущие с ними; где явились тотчас языцы яко огненни, которые разделившись седоша на едином коемждо их. В третий час сошел Дух Святой, да покажет тем три ипостаси Божества; а нечаянно, да покажет, что ожидающие сошествия Его не имели нужды в приуготовлении, но были чисты и готовы ко принятию Его. Шум означил пришествие Пресвятого Духа, якоже глас праотцам открыл присутствие Бога в раи ходящего. С небеси же был шум оный для того, дабы уверить, что Святого Духа послал с небеси той самый Иисус, который на небо вознесся, и который послать Его оттуда обещал. Шум яко дыхания: поелику «Дух, идеже хощет, дышет» (Ин.3:8): дыхания же бурного по величию дара, которой был сильнее дара Пророческого. «И исполни весь дом, соделовая его как бы исполненною воды купелию, да сбудется предречение оное Спасителя: вы же имате креститеся Духом Святым, не по мнозех сих днех» (Деян.1:5): а вкупе и для того, дабы предвозвестить, что как тогда исполнился Божия благодати весь дом, в немже бяху седяще ученицы, так после сего исполнится даров Святого Духа вся вселенная, в ней же имеют быть Церкви правоверных. «И явишася разделени языцы» сие означает дар, многими языки говорить, который получил каждый из учеников Христовых, дабы могли они после проповедывать величия Божия. Многоязычие было наказанием, оно же соделалось и даром: когда оно было наказанием, то разделило людей на многие народы и рассеяло их по разным странам: а когда соделалось даром, то из всех родов составило един род Христианский, и собрало их во едину Христову Церковь: «яко огненни», сими словами означается сильное действие и светлость Евангельской проповеди: «седе же на едином коемждо их», а сими означается твердость и неизменяемость дара. Здесь приметить должно тщаливословие писателя, или паче самого Всесвятого Духа, устами Его глаголавшего: он не сказал, шум носиму дыханию бурну, но шум яко носиму дыханию бурну: равным образом не сказал, языцы огненни, но яко огненни: так он изрек для того, дабы мы не подумали, что Дух Святой есть дыхание или огнь, или другое что-либо вещественное, но дабы чрез уподобление могли познать Таинства, оным объясняемые. Сравнив сие с тем, что было на горе Синайской, егда Бог сошел на оную гору, да уразумеем, что тойже самый Бог, глаголавший на оной горе, сошел и в ту горницу, где были ученики. На Синае предвозвещается день сошествия Божия, дабы неготовые Иудеи к тому приуготовились: «и рече людем: будите готови» (Исх.19:15): а здесь пришествие Святого Духа последовало внезапно потому, что ученики Христовы были уже готовы ко принятию Божественных даров Его: там в третий день, а здесь в третий час: там, «бывшу ко утру» (Исх.19:16), то есть в начале дня, поелику тогда было начало писанного закона, а здесь около полудня, поелику отселе светозарно воссияла проповедь Евангельская: там гласы, и гремела великая труба, жестокосердия ради слышавших Иудеев: а здесь шум не дыхания бурнаго, но яко носиму дыханию бурну, поелику верующим во Христа даны, по словам пророка Иезекииля, сердца плотяны вместо каменных (Иез.11:19). На Синае облако мрачное и дым: «сень бо им закон грядущих благ» (Евр.10:1): а в горнице Сионской языцы сияющие яко огнь, поелику Евангельское учение, вземше покрывало закона, открыло разум законных гаданий (2Кор.3:16): там молнии, в означение того, что как молния является и приходит, так законные обряды явились и прешли: а здесь языцы яко огненни, седоша в означение того, что благодать Евангельская не преходит, но пребывает во веки. Все сие тако устроил всевышний и премудрый промысл Божий для того, чтобы мы, видя таковое сходство присутствия Господня на Синае с пришествием Всесвятого Духа его в помянутой горнице, верили, что дары Духа Божия дал в оной горнице тойже самый Бог, который дал закон Моисею на Синае. Сих Божественных даров открытие и сила описывается далее.

Деян.2:4. И исполнишася вси Духа Свята, и начаша глаголати иными языки, якоже Дух даяше им провещавати.

Сие, «исполнишася вси Духа Свята» означает, что Божественные Апостолы и все с ними тогда находившиеся прияли в горнице оной не един токмо дар языков, но исполнение всех даров Всесвятого Духа: упомянул же здесь блаженный Лука о едином токмо даре языков потому, что дар сей тотчас тогда открылся, а другие после. «И начаша”, пишет он, тотчас по сошествии Святаго Духа глаголать не отечественным их языком, но иными языки они глаголали, «якоже Дух даяше им», то есть произносили словеса, какие Дух Святой влагал во уста их. Се убо исполнилось то Христово предречение, которое Он произрек о веровавших в Него: «языки возглаголют новы» (Мк.16:17). Но всеми ли языки говорили Апостолы, какие известны были тогда на свете? Или токмо некоторыми, теми то есть одними, кои были им нужны для слушателей, бывших в то время во Иерусалиме? Священный Историк о сем умолчал. Однако ж, поелику все тогда там находившиеся, слыша Апостолов, говорящих отечественным языком каждого из них, удивлялись и говорили: «и како мы слышим кийждо свой язык наш, в нем же родихомся» (Деян.2:8): то отсюда явствует, что Апостолы говорили тогда и Парфянским и Мидянским, и Еламитским, и Еллинским, и Египетским, и Латинским, и Арабским, и всяким другим языком, на котором могли говорить и понимать люди, тогда там собравшиеся. Говорили же они разными языки не токмо в то время, но и после, как явствует из первого Павлова послания Коринфянам (1Кор12). Дар сей получили не одни Апостолы, но по них и другие Богоглаголивые мужи, как свидетельствует о сем Святой Ириней (Ирин. кн. 5, гл. 6, стр. 299). Он уверяет, что видел многих братий в Церкви, имеющих дары Пророческие и Духом глаголющих всеми языки.

Деян.2:5. Бяху же во Иерусалиме живущии Иудеи, мужие благоговейнии от всего языка иже под небесем.

Потомки Иудейского рода, издавна еще от предков своих обитающие в чужестранных местах, хотя по роду и Богослужению были подлинно Иудеи, но получали себе наименование от места своего обитания. Почему и назывались они Парфяне, Мидяне, Римляне, Александрийцы и Антиохийцы (См. Иосиф. кн. 2, стр. 1063). Сих-то именовал Богоглаголивый Лука сперва Иудеями по роду и по вере их, а потом Парфянами, Мидянами, и Еламитянами, по месту их пребывания: из них некоторые, коих ниже поименно он исчисляет, движимы почтением к закону Моисееву, приходили во Иерусалим отправлять там троекратно в году праздники, законом учрежденные (Исх.23:14,17): сии-то, говорю, благоговейные Иудеи находились во Иерусалиме в оный день Пятидесятницы, в который Дух Святой сошел на Апостолов (Втор.16:16). Неудобопонятно впрочем то, что они были «от всего языка, иже под небесем»: ибо несравненно более тогда было народов, нежели сколько исчислил поименно Лука. Может быть он, видя тогда во Иерусалиме осмьнадесять народов, коих имена ниже описал, вознесся от того мысленно к осмьнадесяти Ноевым внукам, к начальникам всех родов, почему и сказал: «от всего языка, иже под небесем»? А может быть он сказал сие по общему образу речи: ибо часто мы вместо того, чтобы сказать, многие дела, говорим, все дела, и вместо, многие люди, говорим, все люди. Таковые примеры находятся и в Священном Писании. Пророк Давид вместо, мнози уклонишася, говорит: «вси уклонишася, также, восходят до небес, и низходят до бездн» (Пс.13:3,106:26) и Евангелист Иоанн сказал: «ни самому, мню, всему миру вместити пишемых книг» (Ин.21:25). Посему, может быть, и Божественный Лука, вместо того, чтобы сказать, от многих язык, сказал: «от всего языка». Что же сделали Иудеи, услышавши чудесное глаголание Апостолов различными языки?

Деян.2:6-8. Бывшу же гласу сему, снидеся народ и смятеся, яко слышаху един кийждо их своим языком глаголющих их. Дивляхуся же вси и чудяхуся, глаголюще друг ко другу: не се ли вси сии суть глаголющии Галилеане? И како мы слышим кийждо свой язык наш, в немже родихомся?

Многоразличный языком народ, бывший тогда во Иерусалиме, услышав сшедший с небеси шум в тот дом, в коем находились ученики Христовы, тотчас стекся туда, дабы узнать, что такое последовало. Собравшись же туда, пишет священный Историк, смятеся, то есть, изумился, слыша Апостолов глаголющих отечественным каждого из них языком. Сперва в смятение пришли они от такого чудесного слышания, а потом ужасом и удивлением объяты были, и друг друга вопрошали, говоря так: сии люди, которые говорят толикими между собою различными языки, не все ли суть Галилеяне, то есть, неведущие языков наших? Како убо всяк из нас слышит от уст их язык свой?

Деян.2:9-11. Парфяне и Мидяне, и Еламите, и живущии в Месопотамии, во Иудеи же и Каппадокии, в Понте и во Асии: во Фригии же и Памфилии, во Египте и странах Ливии яже при Киринии, и приходящии Римляне, Иудеи же и пришельцы, Критяне и Аравляне, слышим глаголющих их нашими языки величия Божия?

В сем множестве народа, говорили они между собою, находятся Парфяне, Мидяне, Еламитяне, жители Месопотамии, Иудеи, Каппадокии, Понта, Азии, Фригии, Памфилии, Египта и стран Ливии, лежащей в Киринии: находятся притом не только жители Иерусалима, но и пришедшие туда из чужих стран, как то: Римляне и Иудеи и пришельцы оные, от язычества, в веру Иудейскую обратившиеся, Критяне и Аравляне: и однако ж все мы слышим сих Галилеян возвещающих величия Божия нашими языки. А что Иудеи рассеяны были по толиким странам света, и жили вместе с язычниками, от коих и наименования свои получали, слыша сие, никто тому да не удивляется. Ибо многих из них перевели в восточные страны Ассирийские Цари Фаглафалласар и Салманасар, также и Вавилонский Царь Навуходоносор, а в Египте, Царь Египетский Нехао: «все людие от мала до велика, и князи сил внидоша в Египет, яко убояшася от лица Халдейска» (1Пар.5:26; 4Цар.18:11.3:14,23:34,25:26). Многие также из них и в западные страны пришедши, поселились в Риме, когда Римляне покорили их под власть свою. Подивиться же паче должно благоутробному Божию промыслу, устроившему так, что толикое множество людей, различных по языку, обрелось тогда во Иерусалиме, кои тотчас стеклись в тот дом, в котором находились ученики Христовы, и услышали преславное оное чудо, люди некнижные говорили толикими различными между собою языки. От сего самого увероваша «в день той и крестишася душ яко три тысящи» (Деян.2:41).

Беседа о вере

Бысть с небеси шум, и языцы яко огненни «разделившися, седоша на едином коемуждо из учеников Христовых, ученики же исполнилися Духа Святаго». Дух Святой являет силу свою чрез глаголание их многими языки, и сие в ужас и изумление привело всех то слышавших, и многих из них обратило к вере во Христа. Вот о чем проповедуется в ныне чтенном деянии Апостольском. История сия, представляя нам сошествие Святого Духа, возводит ум наш туда, откуда Дух Святой сошел, и возвышает даже «до престола величествия на высоких» (Евр.1:3). Туда убо исполнившись благоговения, и отверзши очеса моей веры, возвожу я ум мой и помышление. Там вижу Триипостасное начало, Творца неба и земли, всех видимых и невидимых, Начало преначальное, безначальное, страстям непричастное, всеблагое, всесильное. Вижу Отца начало, источник и родителя Сына; начало, источник и испустителя Духа: вижу от единого корени Отца, две ветви, Сына и Духа, имеющих все то, что имеет Отец, кроме нерождения и неисхождения. Ибо един токмо Отец нерожден, и неисходящ, а Сын и Дух от единого и тогожде Отца первый рожден, а второй исходящ: ветви собезначальные, соприсносущные, единосильные, вкупе все сотворшие, совседержительные, споклоняемые Отцу и сславимые: ибо един Бог, едино существо триех, едино естество, едина сила, едино действо, едино Божество. Бог есть Отец, Бог Сын, Бог Дух Святой: но Бог един, токмо в трех ипостасях. Но как, скажешь ты, едино и вместе три? Как Отец, Сын и Дух могут быть едино, когда Сын воплощается, а Отец и Дух пребывают невоплощенны? Как три суть едино, когда един токмо Дух посылается, нисходит на единого коегождо из учеников, и исполняет их Божественной своей благодати? Я видел сие как сказал выше, отверзши очеса веры моей, а ты вопрошаешь: как? Я верю словесам святых Пророков и проповеди Богоглаголивых Апостолов: «веровах темже возглаголах» (Пс.115:1): а ты требуешь от меня прежде объяснения. Мне кажется, ты не разумеешь, что вера и доказательство суть два предмета, един от другого различные. Вера не делает понуждения уму нашему и насилия нашей воле. Так, когда ты слышишь слово веры: то в твоей воле остается верить, и чрез то получить спасение, и не верить, и за то быть осужденным. Доказательство уверяет ум принужденным образом, а следовательно похищает и власть у воли нашей. Посему-то ты после доказательства даже против воли своей, непременно должен будешь увериться: а уверенные таким образом не получают от Бога никакой награды. Какое тому награждение, кто после геометрических доказательств уверяется в том, что три угла всего треугольника равняются двум прямым? Кто познает из астрономических наблюдений, что причиною солнечного затмения есть прохождение луны между солнцем и землею? Кто после физических исследований узнает, что все тела стремятся к средоточию земли? Кто после исторических доводов уверяется в том, что Август царствовал в Риме?

Или кто после нравственных доказательств перестает сомневаться в преклонности всех людей ко злу? Никакой награды не получишь ты за такую уверенность. А поелику предметам, верою постигаемым, яко сверхъестественным, и пресущественным несовместны вещественные доказательства, посему тот, кто верует, будет блажен. «Блажени не видевшии, и веровавше» (Ин.20:29). Блаженны потому, что непринужденно, но по своей воле поверили. Ежели меня заставит верить доказательство, то я буду верить принужденно, не по своему изволению, а потому и не получу никакой награды за мою веру. Но как могу, скажешь ты, верить я тому, что противно суждению ума моего? Три и вместе едино, сего не постигает ум мой. Верю, что то невместимо уму твоему: ибо и малый сосуд не вмещает в себя целого моря вод. Ум твой весьма мал, а Божество бесконечно велико, и потому непостижимо. Но что из сего следует? Следует ли, что Бог не есть триипостасец, потому, что невместимо то уму твоему: так нет и моря, ибо оно не вмещается в малом сосуде? Скажи мне ты, который желаешь уразуметь то, что бесконечно и невидимо, и понимаешь ли ты вещи малые и подлежащие чувствам твоим? Ум наш не постигает бесчисленного множества вещей, подлежащим чувствам, и что из того? ужели они совсем не существуют потому, что мы их не постигаем? Мы не понимаем даже, не говоря о другом чем, и того, как видим, как слышим, как обоняем, как чувствуем вкус и как осязаем, хотя и много говорят о сем физики как древние, так и новейшие. Понимаешь ли ты, например, почему то кажется тебе черным, а сие белым, то красным, а сие разноцветным? Понимаешь ли, как тот звук услаждает тебя, а сей скуку наводит? От чего чувствуешь различие тонов и голосов и разбираешь их качества? Понимаешь ли, почему та вещь издает из себя благовоние, а сия зловоние? или как всякий запах один от другого различаешь? Понимаешь ли, как различаешь сладкое от горького, соленое от кислого и пресного? или как чувствуешь жесткое, шероховатое, мягкое, гладкое, твердое и ломкое? Не разумея всего того, желаешь однако ж уразуметь предметы сверхъестественные, и чувствам не подлежащие: и жалуешься, что ум твой не постигает того, каким образом Бог есть един в трех ипостасях.

Но почему сие кажется противным твоему рассудку? Потому ли, что он привык судить, что три суть всегда три, а одно всегда есть одно? Ежели бы мы верили, что три ипостаси суть одна ипостась, и одно существо суть три существа, то бы сие было противно привычке ума твоего: но мы верим, что три ипостаси суть три ипостаси, а не одна, и что одно существо есть одно существо, а не три, и Бог, которому мы веруем и которому служим, есть триипостасен во едином существе. Равным образом не противоречат между собою воплощение Сына и невоплощенность Отца и Духа, или также и послание единого Святого Духа для раздаяния даров Его. Ежели бы мы говорили, что Сын воплотился и вместе не воплотился, что Дух был ниспослан на учеников, и вместе не был ниспослан: то бы сие само себе противоречило и было непонятно: но мы проповедуем, что благоволением Отца и содействием Святого Духа Сын воплотился, Отец же и Дух пребывают бесплотны: и что Пресвятого точию Духа, от Отца исходящего, Сын благоволением Отца, послал к ученикам своим (Ин.15:26). Таковые истины никакого не имеют между собою противоречия. Можно бы было привести на сие и примеры от вещей сотворенных: но какая вещь, какое творение вещественное или духовное, видимое или невидимое, земное или небесное могут совершенно подобиться безначальному существу Божию? Человек, будучи сотворен по образу Божию, может быть примером, служащим сенноподобному некоему истолкованию дел Божиих, но примером столь малым и недостаточным, сколь мал он пред величеством Божиим. Так ум его сих не вмещает: он тесен, и ищет доказательств естественных для предметов сверхъестественных: ищет объяснения чувственного на предметы чувствам неподлежащие, и язык его не может достойно и рещи оных: «Ихже не лет есть человеку глаголати» (2Кор.12:4), не токмо не можем найти подобия, но и слов, которые значительно бы их выражали. «Видим ныне якоже зерцалом в гадании, тогда же», когда то есть душа наша разрешится от уз телесных «узрим лицем к лицу: ныне разумею от части, тогда же познаю, якоже и познан бых» (1Кор.13:12).

Так ум наш не вмещает предметы таковые яко неудобопонятные и непостижимые: но вмещает другие удобопонимаемые и удобопостигаемые, и когда он принимает сии, то начинает верить и тому, что неудобопонятно проповедует вера, и признается, что он по слабости своей не постигает высоких Таинств веры. Чей ум не понимает того, что Пророки и Апостолы были святые люди? О сем свидетельствуют их жизнь и деяния, свидетельствуют те чудеса ими содеянные, и то событие их пророчеств, справедливость коих подтвердили столь многие Историки. Кто же отсюда не уразумеет, что ежели жизнь их была святая, то конечно были они не обманщики, не обольстители, не лжецы, ниже лицемеры? Сии-то мужи, от обмана, лжи и лицемерия столь далекие, сколь далеко небо от земли, засвидетельствовали, сказали и написали, что они видели все то, чему мы верим.

Выслушайте убо свидетельство и слова пророка Исаии, которой уверяет, что он видел знамения единые и вместе триипостасные державы пресущественного Божества. «И бысть», говорит он, «в лето, в неже умре Озиа Царь, видех Господа седяща на престоле высоце и превознесенне: и исполнь дом славы его» (Ис.6:1). Слышите: видех, говорит, Бога седяща, то есть недвижима, непременяема: «на престоле высоце и превознесенне». Сие означает неограниченную Его высоту и бесконечную власть над всяким началом и властию. «И исполнь дом славы его». Слово исполнь или исполнен, он употребил по причине превосходства славы: «а славы его» потому, что Он ни от кого не может быть прославлен, но сам по себе будучи препрославлен, бесконечную славу имеет домашнюю, то есть собственную. «И Серафими», продолжает, «стояху окрест Его, шесть крил единому, и шесть крил другому, и двема убо покрываху лица своя, двема же покрываху ноги своя, и двема летаху» (Ис.6:2). Троекратно взывали они, Свят, означая тем три ипостаси Божества, а единожды токмо, Господь Саваоф, потому что едино есть существо Божества. Свят безначальный Отец, Свят собезначальный Сын, Свят бессмертный утешитель Дух истины, от Отца исходящий: и сии три суть един Господь Саваоф, то есть един Бог. Сие видел и засвидетельствовал Исаия.

Евангелист Иоанн, свидетельствуя также о сем, громогласно проповедует, что видел он едино из трех святых лиц, то есть Единородного Сына, и Слово Божие воплощшееся и вселшееся в нас. «И слово», говорит он, «плоть бысть и вселися в ны: и видехом славу Его, славу яко Единороднаго от Отца: исполнь благодати и истины» (Ин.1:14). Слышали вы сего дня и Богоглаголивого Луку, который яко самовидец описал виденное им сошествие и силу дарования Пресвятого Духа. поелику же свидетельствовали о сем люди справедливые, самовидцы толиких Тайн, нелицемерные и святые, и свидетельство свое подтвердили чудесами, пролитием своей крови, своею жизнию: то и учение их истинно и ни малому не подлежит сомнению. Кто смотрит на лучи солнечные, тот просвещается: но кто пристально смотрит на самое солнце, у того зрение помрачается. Лучи трисолнечного Божества суть Священное Писание: чем более мы поучаемся в Божественных словесах оного, тем более ум наш просвещается в совместном ему познании дел Божиих, а сердце наше исполняется любовию к благочестивой вере. Когда же мы силимся проникнуть в сокровенности Божии, тогда ум наш помрачается, сердце хладеет и мысли преклоняются к неверию. Кто вникнет в смысл словес реченных Моисею на горе Синайской, тот усмотрит справедливость сего рассуждения. «И рече Бог к Моисею, глаголя: сошед засвидетельствуй людем, да не когда приступят к Богу уразумети, и падут от них мнози» (Исх.19:21). Верьте убо тому, чему они нас научают, и сего довольно ко спасения вашему.

(Нет начала предложения) будет смотреть на самое солнце, у того зрение помрачается. Лучи трисолнечного Божества суть Священное Писание: чем более мы поучаемся в Божественных словесах оного, тем более ум наш просвещается в совместном ему познании дел Божиих, а сердце наше исполняется любовию к благочестивой вере. Когда же мы силимся проникнуть в сокровенности Божии, тогда ум наш помрачается, сердце хладеет и мысли преклоняются к неверию. Кто вникнет в смысл словес реченных Моисею на горе Синайской, тот усмотрит справедливость сего рассуждения. «И рече Бог к Моисею, глаголя: сошед засвидетельствуй людем, да не когда приступят к Богу уразумети, и падут от них мнози» (Исх.19:21).

Бог не требует от нас, чтобы мы знали, каким образом Он есть един, и вместе троичен, как воплотился Сын, как сошел Дух Святой, или как совершились прочие Таинства веры: но хощет, дабы мы верили, что все то есть истинно, и верою бы спаслись. В делах Божиих вера потребна, а не знание художное Божественных сокровенностей: свет же, показующий путь к сей вере, есть Священное Писание. Оно есть луч Божественного света: оно просвещает ум и дает разуметь предметы веры, сколько естество человеческое вместить в себе может: оно не только руководствует к вере, но и научает, какая вера есть спасительная: оно объясняет, какая есть та вера, о которой рек Господь наш: «веруяй и крестивыйся спасен будет» (Мк.16:16). Оно научает нас, что спасительная вера, есть вера любовию поспешествуемая (Гал.5:6). Когда вникнете в Священное Писание, то узнаете, что ко спасению вашему нужна таковая вера, а не познание сокрытого от вас: в Священном Писании усмотрите сии Господни слова: «иже не имет веры», а не тот, кто не уразумеет, «осужден будет» (Мк.16:16). Посему имеем мы нужду не в уразумении Таинств, но в вере, в принятии и соблюдении учения Господня. Уразумения Таинств Бог от нас не требует, ибо Он знает, что они превышают наши понятия: по сей-то причине един из святых мужей советует нам удаляться того. «Вышших себе», говорит он, «не ищи, и креплших себе не испытуй: яже ти повеленна, сия разумевай» (Сир.3:21-22). Верить повелено тебе, ибо то нужно к спасению твоему, а не исследовать Таинства: ибо в сем не имеешь ты нужды, нет тебе нужды знать тайны, от тебя сокровенные.

9. В неделю 1-ую Всех Святых толкование на Евангелие от Матфея (Мф.10:32-33, 37-38, 19:27-30)

Весьма благоговейно почествует друзей Божиих святой царь и Пророк Давид: «мне же, говорит, зело честни быша друзи Твои, Боже» (Пс.138:17- 18). Упоминает и о владычестве их над диаволом, и плотию, и миром и стихиями: «зело утвердишася владычествия их». Исчисляя же оных, находит оных число паче песка морского: «изочту их, и паче песка умножатся». И сими словами возбуждает он нас к почитанию и любви святых. Также Божественный Апостол честь и память святых, яко пример могущий укрепить нас в отвращении мирских попечений и удобно от обстоящего нас греха, и яко поощрение к духовным терпения и мужества подвигам, представляет нам, говоря: «темже убо и мы, толик имуще облежащь нас облак свидетелей, гордость всяку отложше, и удобь обстоятельный грех, терпением да течем на предлежащий нам подвиг» (Евр.12:1). Сим убо наставлением Божественного Писания и преданием Апостольским мы, благочествующие, руководимые, почитаем всех Божиих друзей, святых, яко хранителей заповедей Божиих, яко чистейшие добродетели примеры, яко благотворителей человечества. Мы каждого из известных святых особенно почитаем, творя особенную память. Но понеже многие из них неизвестными пред нами находятся, и число их по течению времени приумножилось и приумножается, и даже до скончания века приумножаться будет: «изочту бо их, свидетельствует Пророк, и паче песка умножатся», — того для единожды в году память всех святых празднуя, всех, и известных и неизвестных, и прежде бывших и ныне бывающих, благочестиво чествуем: сущих прежде закона праведников, под законом Пророков, по Христе Апостолов, мучеников, исповедников, пастырей, учителей, преподобных; всех, говорю, от Адама и даже до сего дне в благочестии скончавшихся и добрыми делами Бога прославивших, хвалим и блажим, жизнь их имея примером и прося их, да ходатайствуют о нас пред Богом. Ради чего и нынешнее Евангелие установлено читать, яко содержащее в себе слово, побудившее их к великим делам добродетели, к теплой в Бога вере, к совершенной в Него любви, к презрению всего мира, еще же яко заключающее в себе слова, являющие воздаяние от Бога святым: да якоже те, слыша оные и сохранив, были други Божии и наследницы Его царствия, тако и мы, с тою же ревностию слыша оные и исполнив, подобных сподобимся почестей и даров. Со всяким убо благоговением и вниманием послушайте Божественных евангельских словес Господа нашего:

Мф.10:32. Рече Господь Своим учеником: всяк, иже исповесть Мя пред человеки, исповем его и Аз пред Отцем Моим, Иже на небесех.

Кто, говорит, исповедает Меня пред человеки, что Я есмь Христос Сын Бога живаго, и Я исповем его пред небесным моим Отцем, что таковый человек есть верный и истинный Мой ученик. Для чего же Бог ищет исповедания веры пред человеками? Если сердце наше верует, что Христос есть Сын Божий: какая нужда исповедывать то еще пред человеками, наипаче же, когда таковое исповедание сопряжено будет с смертною опасностию? поелику человек состоит из души и тела и прославляется от Бога, по воскресении из мертвых и по всемирном суде не токмо душа, но и тело: для того нужно во всякой добродетели не токмо душе, но и телу участвовать. Душа приемлет и любит веруемая, да явится праведною пред Богом, яко отвергнувшая всяку ложь и возлюбившая истину: «сердцем бо, говорит Божественный Апостол, веруется в правду» (Рим.10:10): а уста, то есть, рот, губы, язык возвещают то, чему верует душа, да получит человек вечное спасение: «усты же исповедуется во спасение». Таким образом составляется совершенная добродетель веры, и бывает ходатайцею спасения: «яко аще исповеси усты твоими Господа Иисуса, и веруеши в сердце твоем, яко Бог того воздвиже из мертвых, спасешися» (Рим.10:9). Вера без исповедания есть вера скрытная, несовершенная и притворная. Когда иному веруем сердцем, а другое исповедаем устами, лжецы и притворники есмы. Когда веруем сердцем, но ради страха, или ради другой какой-либо мирской причины, не исповедаем веруемая пред человеками, малодушны тогда и животолюбивы есмы. Страх человеческий бывает тогда более веры нашей, и животолюбие паче любви Божией. Вера же исповедаемая есть явная, совершенная, непритворная. Кто верует сердцем и исповедает устами, тот имеет веру совершенную, полную, истинную: тот веру предпочитает страху человеческому и любовь Божию — своей жизни. Но неужели столько нужно есть таковое исповедание, что если кто не учинит сего, потеряет и спасение? Воистину так.

Мф.10:33. А иже отвержется Мене пред человеки, отвергуся его и Аз пред Отцем Моим, Иже на небесех.

Изречение Владычнее, страшное и праведное. Отвержешься, говорит, ты пред человеки, что Я есмь Бог, — отвергуся и Я пред Отцем Моим, сущим на небеси, что ты Мой верный ученик. Сего-то для, прехвальнии мученицы, да и уст своих не разверзут к отвержению от Христа, всякое лютейшее мучение, и многоразличные жестокие казни претерпели, и кровь свою излияли, и смерть с радостию восприяли, даже до последнего своего издыхания с дерзновением пред царями и мучителями возвещая и исповедуя, что Иисус Христос есть Сын Божий и Спаситель мира. Горе убо тому несчастливейшему человеку, который ради богатства и славы, или ради плотского удовольствия, или ради удовлетворения страстям, или ради смертного страха отрекся спасительного имени Иисуса Христа! Таковый отвержен есть от Бога, таковый потерял небесное царствие. Как же Петр, отвергшись с клятвою и анафемою Христа, паки пребыл Апостолом и другом Христовым и святым? (Ин.6:37) Бог обращающегося и грядущего к Нему не изженяет вон. Петр, отвергшись, тогда же жестоко плакал: а по воскресении трижды исповедывал, что любит Христа, и Которого отвергся во едином дворе некоего архиерея, того Богом проповедал всякому граду и веси, и за имя Его кровь свою излиял и крестную подъял смерть. Почему слезами и трекратным исповеданием загладил грех отвержения и паки удостоился Апостольского сана. Благовестие же веры и смерть за Христа послужили ему и для совершенной святыни. Сие убо узаконив Господь наш о вере и любви в Него, потом заповедал и сие:

Мф.10:37. Иже любит отца или матерь паче Мене, несть Мене достоин: и иже любит сына, или дщерь паче Мене, несть Мене достоин.

Приметь, что не сказал просто: «иже любит отца или матерь», но присовокупил следующее: «паче Мене»; ибо отца своего и матерь, сыновей и дщерей не только естественный обязует закон, но и заповедь Господня повелевает, да и любим и всячески печемся о них. Надобно только, чтобы мера оной любви гораздо была менее любви к Богу; надобно, чтобы любовь Божия превосходила по всему и во всем любовь сродственническую; ибо Бог как совершенной веры от нас требует, так и совершенной любви. Хочет Он, да любим Его паче самых сродников наших, коих естество ничего более любезного не имеет. Чти без сомнения, и люби отца твоего и матерь твою, и со всякою кротостию повинуйся их хотению; но ежели отец твой или матерь твоя дерзнут тебе советовать отвергнуться веры, то не уважи лица их, не слушайся тогда их приказания. Люби отца твоего и матерь твою, и со всем желанием пекись о них; но ежели отец твой и матерь твоя будут тебя принуждать красть, или лжесвидетельствовать, или какую-либо нарушить заповедь Божию, не внемли им тогда, не предпочитай Богу родителей твоих, не преступай заповеди Божией ради любви родителей твоих. Люби, сколько хочешь, сына твоего и дщерь твою; но если они тебя соблазняют в вере и принуждают сделаться преступником заповедей Божиих, не люби паче Бога сына твоего, ни дщерь твою. «Аще же, вещает Бог, помолит тя брат твой от отца твоего, или от матере твоея, или сын твой, или дщерь твоя, или жена твоя, яже на лоне твоем, или друг твой равен души твоей, отай глаголя: идем и послужим богом иным, ихже не видел еси ты и отцы твои: да не соизволиши ему, и не послушаеши его, и да не пощадит его око твое, и не возлюбиши его, ниже прикрыеши его» (Втор.13:6,8). Кто любит родителей или чад своих паче Бога, не есть достойный ученик Христов, не есть достоин наследия царствия небесного. Но ежели я люблю Бога паче сродников: ужели по сему единому бываю достойным царствия Божия? Нет! Сего одного не довольно; ибо сие не составляет совершенной любви. Надобно Бога любить не только паче родителей моих, но и паче самого себя. Чего для Господь наш и еще присоединил:

Мф.10:38. И иже не приимет креста своего, и в след Мене грядет, несть Мене достоин.

Что есть крест? Умерщвление плотских страстей и похотей мирских; ибо сие слово, «распяша», значит умертвиша, якоже изъявил Божественный Апостол, говоря: «ученики Христовы плоть распяша со страстьми и похотьми» (Гал.5:24). «Мне же да не будет хвалитися токмо о кресте Господа нашего Иисуса Христа, имже мне мир распяся, и аз миру» (Гал.6:14). Убо тот берет крест, кто укрощает плоть и бегает похоти жизни сея; тот бывает крестоносец, кто умерщвляет плотские страсти и мирские похоти. Каким же образом ходим мы в след Христа? Последуя стопам Его, то есть, так живя, как Он жил. «Христос пострада по нас, нам оставль образ, да последуем стопам Его» (1Пет.2:21). Тот убо в след Христа ходит, кто имеет жизнь Христову пред очами своими, яко образ и правило, и ревнует, елико можно, всем делам Его. Чего для Павел, последовавый за Христом, сказал: «подражатели мне бывайте, якоже аз Христу» (1Кор.11:1). Примечай же теперь Божественных словес единомыслие. Прежде сказано: «приимет креста», потом — «грядет в след Мене»: для того, что прежде Христов ученик умерщвляет плотские страсти и похоти мира, потом творит добродетели Иисуса Христа. Почему кто не исполняет сих обоих, тот недостоин есть ученичества Иисуса Христа, недостоин небесного Божия царствия.

Мф.19:27. Отвещав же Петр, рече Ему: се мы оставихом вся, и в след Тебе идохом: что убо будет нам?

Сие ответствовал Петр не тогда, когда сказал Господь вышепредложенные слова, но когда поучил уже юношу о совершенстве, говоря: «аще хощеши совершен быти, продаждь имения твоя, и раздаждь нищим, и имети имаши сокровище на небеси: и гряди в след Мене» (Мф.19:21). Сей Евангельских слов отрывок, так как и следующих, перенесен в сие место и совокуплен с вышесказанными Иисуса Христа словами на нынешний праздник для той причины, что оные представляют добродетель святых и воздаяние им от Бога. Какое же есть Петрово прошение? «Се, говорит, мы оставихом вся, и в след Тебе идохом»: какое ж будет воздаяние наше? Но такой, каковым был Петр, бедный рыбарь, что имел и что оставил? Ладию, сеть, весло, удицу. Но неужели сии ничего не стоящие вещи чрез «вся» оставленная разумел Петр, когда сказал: «се мы вся оставихом»? Подлинно сии: ибо как богатые за великие и любезные ставят дорогие вещи, так для бедных многого и великого стоят малые и дешевые. Бог же, призирающий на чувствие человеческое, а не на количество имений, воздает равно богатому и бедному. Притом Петр сказав сие, «вся», и прочее разумел, то есть, и то, что касается до человеческой нравственности. «Се мы оставихом вся»: оставили и долги вражеские, и соблазны житейские, и плотскую сладость, и мирскую суету. И так Богом просвещен быв, Петр говорил для того, чтобы мы чрез вопрос его и ответ Господа нашего познали, что всяк верующий во Христа, богатый ли и почтенный, убогий ли и простой человек, владыка, раб, князь, слуга, всякого звания, возраста и состояния, — может, ежели хочет, сказать Христу: се аз оставих вся: се аз все оставих имение мое, — хотя бы было многое и богатое, хотя бы малое и скудное; се оставих зависть, ненависть, мщение; се оставих неправду, скупость и сребролюбие, се оставих чревослужение, пьянство, плотоугодие, — се оставих всякий грех. Что же Божественный Учитель обещает оставившим вся и в след Его пошедшим?

Мф.19:28. Иисус же рече им: аминь глаголю вам, яко вы шедшии по Мне, в пакибытие, егда сядет Сын человеческий на престоле славы Своея, сядете и вы на двоюнадесяте престолу, судяще обеманадесяте коленома Израилевома.

Се мзда Богоносных Апостолов! Чрез паки же бытие разуметь возобновление и отрождение всея твари; ибо в день второго пришествия Господня изменится вся тварь от тления в нетление: «яко и сама тварь свободится от работы истления в свободу славы чад Божиих» (Рим.8:21). «Нова же небесе и новы земли по обетованию Его чаем, в нихже правда живет» (2Пет.3:13). И от века сущие мертвые восстанут нетленными, и тогда живущие изменятся. «Вострубит бо, и мертвии востанут нетленни, и мы изменимся. Подобает бо тленному сему облещися в нетление, и мертвенному сему облещися в безсмертие» (1Кор.15:52-53). Чрез «Сына же человеческого», вместо сего: человека, разумеет Господь Самого Себя, по обычаю Святого Писания, которое, вместо слова человек, употребляет «Сын человеческий». Как например: «сыны человечестии, доколе тяжкосерди?» (Пс.4:3) еще же: «суетны сыны человечестии, лживи сынове человечестии» (Пс.61:10): также: «рече ко мне: сыне человечь» (Иез.2:3), равно и на других многих местах. Слыша же сие: «сядете», и о престолех, и о сем: «судяще» — не разумей о телесном сидении, ниже о вещественном седалище; ибо в воскресение все люди яко Ангелы будут, имеющие духовные телеса и сообразные телу славы Христовой (Мф.22:30): ниже так, аки бы Апостолы имеют судить двунадесять коленома Израилевома (1Кор.15:44): поелику единый токмо есть всех Судия единородный Сын Божий (Флп.3:21). «Отец бо не судит никомуже, но суд весь даде Сынови» (Ин.5:22). Значат же престоли неизреченную честь и славу; сидение — крепость, твердость и неизменность тоя славы. Сие же: «судяще», значит изобличающе, то есть тех, которые, происходя от двенадцати колен Еврейских, в извинение себя будут говорить, что не могли уверовать во Христа, якобы Моисеев закон препятствовал им. Сии, видя тогда Апостолов, сущих от Иудей, уверовавших и толикой сподобившихся славы, постыдятся и онемеют. Подобно же, «царица южская востанет на суд с родом сим, и осудит и» (Мф.12:42). поелику же люди за великую и высочайшую славу и честь почитают то, когда кто удостоится сидеть на троне пред каким-либо земным царем в то время, когда он сидит судиею на троне своем в полном царском велелепии и урядстве; того для и Богочеловек, да покажет нам величие славы и неизреченную честь Боговестников Апостолов, сказал, что во время пакибытия, когда сядет Он на престоле славы Своей судить всей земли, тогда и они сядут на двунадесяти престолех во обличение и обвинение двунадесяти колен Израилевых. Таким же образом представив величие славы Апостольской, упоминает потом и о воздаянии прочих святых, говоря:

Мф.19:29. И всяк, иже оставит дом, или братию, или сестры, или отца, или матерь, или жену, или чада, или села, имене Моего ради, сторицею приимет, и живот вечный наследит.

Приметь, что Господь не просто и без разбору повелевает тебе оставлять дом твой и села твои, или отлучиться от жены твоей и от прочих сродников твоих, но ради имени Моего, говорит: то есть, для имени Его, что значит — ради православной веры и для сохранения Божественных Его заповедей. Если, например, дом твой, село твое и сродники твои будут тебе препятствием во спасении: если чрез то будет оскудевать вера твоя и препятствовать исполнять повеления Господни, ты же презришь и оставишь та, да невредиму сохранишь веру твою, и не нарушишь Божиих заповедей: тогда приимешь сторичное воздаяние и жизнь вечную. Но каким образом, скажешь, приняли они в настоящей жизни сторицею? Если посмотришь на времена Апостольские, когда «сердце и душа бе верующих едина» (Деян.4:32, 35) и когда никто не называл что-либо свое своим, но все было общее; когда, говорю, ни один между ними не был бедным, ибо которые имели села и домы, продая оные, приносили цену их и повергали пред ногами Апостольскими: то ясно видеть можно, что кто тогда оставлял один дом, обретал в сто раз более, и кто оставлял единого отца, или едину матерь, или единого брата, находил тысячу отцев и матерей и братий, в нужде вспомогающих. Ибо воззри на Божественных Апостолов, на святых мучеников, на преподобных пустынников: что они оставили? единый дом. Но сколько же домов, то есть церквей, имеют ныне, носящих их на себе имя? Что оставили? Единого отца, или едину матерь, или двух или триех братьев и сестр, или едину жену, или малые чада, или два или три села: какое ж множество христиан доныне, и мужей и жен, и младых и старых, и всякого состояния людей, прославляет их и покланяется им до самой земли, и приносит им дары во имя Господне, и молит их, да ходатайствуют пред Богом?      Хотя же    Богочеловек показать нелицеприятное и праведное Свое воздаяние, присовокупил и сие:

Мф.19:30. Мнози же будут перви последнии, и последни первии.

Первые были по вере и благочестию Иудеи, яко первые познавшие истинного Бога; последние же язычники, яко прежде бывшие идолопоклонники, потом, в    последние времена, сделавшиеся благочестивыми. Многие убо, говорит, из Иудеев первые бывше, поколику не уверовали во Христа, будут последние, то есть, отверженные и исключенные из царствия Божия; а из язычников многие, бывши последними, поелику в последние дни уверовали, будут первые и причастники небесного царствия. Но может быть и другое толкование. Многие из верующих, как то: цари, вельможи, князи, первые пред прочими в сем мире, будут по мерилу Божественной славы последние в царствии небесном, так как мало творившие добрых дел; многие же бедные, незнатные, непочтенные и последние пред другими в настоящей жизни будут, за премногие свои добродетели, первые пред упомянутыми, по степени наслаждения Божественной славы. Ибо многие суть степени славы Божией, подаемые каждому верному по количеству добродетели его. «В дому Отца Моего обители многи суть» (Ин.14:2). Как все люди смотрят на солнце, но не все равно освещаются, но те более наслаждаются пред другими светом, которые лучшие пред другими имеют глаза: равно и праведные все наслаждаются Богом, однако те более причащаются славы Божией, кои более пред другими успели в добродетелях. Но тех ли первыми разумел Господь, которых таковыми люди почитали? Никак. Многие из них, коих по добродетели первыми поставляли, явятся последними в день суда: последними же поставляемые явятся первыми и других превосходящими. Подобное сему находится и в сем: «мний же, во царствии небеснем болий его есть» (Мф.11:11). поелику по мнению неверных Иудеев Иисус Христос, по всему болий Крестителя Иоанна, меньшим почитался.

Беседа о добродетели

К размышлению о великих воздаяниях за добродетель душеспасительное предложение нынешнего Евангелия возбуждает мысль нашу. Сими словами: «сторицею приимет, и живот вечный наследит» (Мф.19:29), показал нам Богочеловек, что творцы добродетели и в сей жизни почтены суть, и в будущем веце треблаженны. Добродетельный человек нимало не ищет честей и мирского стяжания, но мир сам почитает его и уважает, где бы он ни находился и какого бы состояния ни был. Честь и слава следуют за ним во всякое время и во всяком месте, так как тень следует за нами, хотя бы мы и убегали.

Приводят Измаильтяне Иосифа во Египет; покупает его там главный евнух царский Пентефрий, который, яко человек богатый и чиновный, имел подлинно и других многих и достойных рабов (Быт.37:28), однако пред всеми прочими предпочел Иосифа, — поставил его господином дома своего, отдал все ему, что ни было, на его руки, -«и предаде вся елика быша ему, в руки Иосифовы» (Быт.39:6): почему Иосиф не раб уже, но господин дома Пентефриева и владыка над другими рабами. Пентефрий никакого старания уже не прилагал о своем имении, ниже смотрел на что другое, кроме хлеба, который повседневно сам ял: «и не ведяше от сущих у себе ничтоже, кроме хлеба, егоже ядяше сам» (Быт.39:6). Но чем Пентефрий побужден был к почитанию такового человека, странника, раба купленного, юноши, иноплеменника, иноземца? Чем? Знал он, уверяет Писание, яко Бог пребывал с ним: «ведяше бо господин его, яко Господь бе с ним» (Быт.39:3). Но из чего он познал сие? Усмотрел он в нем мудрость души, скромность слова, непорочность нравов; приметил в нем, одним словом, отроческую добродетель. Ибо добродетель сияет на лице, слышится в словах, показуется в обхождении, блистает в делах. Приметил, яко «прииде благословение Господне на вся, елика в дому его» (Быт.39:5), с того самого дне, с которого Иосиф вшел в дом его: из сего убо познав, что Иосиф был человек Божий и Бог с ним пребывал, толико почтил его.

Устремляет потом жена Пентефриева очи свои на красоту Иосифа, и сильно искушает целомудрие его. Но Иосиф побеждает брань искусительницы и сохраняет некрадомое целомудрия сокровище. Студная Египтянка пременяет потом любовь на вражду и оклеветание; почему ввергается Иосиф на время в темницу. Но и в темнице, — кто бы не подивился силе добродетели? и в темнице последует честь, уважение, сожаление. Почитает его старейшина стражей темничных, и предает в руки его всю темницу, — поручает во власть его всех узников, и всякое там нужное смотрение и попечение: «и вдаде старейшина стражей темницу в руце Иосифу и всех вверженных в темницу: и вся, елика творяху тамо, той бе творяй. Старейшина же стражей темничных ничтоже бе ведый его ради: вся бо быша в руках Иосифовых, занеже Господь бяше с ним, и елика той творяше, Господь благопоспешаше в руку его» (Быт.39:22-23). В темнице, за добродетель свою Богом просвещен быв, изъясняет сны старейшин, винарска и житарска; чего для, извед его из темницы, приводят в царские чертоги, да истолкует Фараонов сон, который и истолковал. Почему Фараон, в воздаяние за толикую его услугу, поставил его главным над всею землею Египетскою. «Рече же Фараон Иосифу: се поставляю тя днесь над всею землею Египетскою» (Быт.41:41). Весь Египет под властию Иосифа; весь Египет повинуется, поклоняется и почитает его яко князя, властелина и старейшину. Слышите ли, какие добродетели плоды? Рабов поставляет владыками, бедных богатыми, купленников князьями, узников знаменитыми и высокими правителями. Се, каковая добродетели мзда!

Многие думают, что награждения добродетельных людей бывают токмо небесные, и что добродетельные почитаются и славятся на небеси токмо и в будущей жизни; ошибаются однако. Ибо Бог, обладаяй небесными и земными, обещал как небесные, так и земные воздаяния, сказав: «сторицею приимет, и живот вечный наследит» (Мф.19:29). Сие выразительнее изъяснил Евангелист Марко, говоря: «аще не приимет сторицею ныне во время сие, и в веке грядущий живот вечный» (Мк.10:30). И мы видим Господне слово, исполняемое не токмо на древних святых, но и на нынешних любителях добродетели. Коликую честь и славу имеют отличившиеся добродетельми в сем мире, известно и преизвестно есть: ежегодичные поминовения, повседневные прославления, превеликолепные храмы, праздники торжества, в честь их имени совершаемые; владыки, князи, цари, безмерное множество благочестивых христиан чествуют их, поклоняются их мощам и благоговеют пред иконами их. Таковой же чести не токмо по смерти, но еще и в жизни святые удостаивались. Верные толикое благоговение имели к Петру, что на постелях и одрах выносили больных своих на пути, да тень его коснется тела их: «яко на стогны износити недужныя, и полагати на постелех и на одрех, да грядущу Петру поне сень его осенит некоего от них» (Деян.5:15). Толико благоговели к Павлу, что и главотяжи и убрусцы его с великою принимали честию, и теми врачевали недужных болезни: «яко и на недужныя наносити от пота тела его главотяжи и убрусцы, и исцелитися им от недуг, и духом лукавым исходити от них» (Деян.19:12). Вникнули ли же вы и в речение Апостола Павла сие-то: «яко ничтоже имуще, а вся содержаще»? (2Кор.6:10) Сие показывает, что святые все ради любви Христовой оставили, убогие были, ниже пенязя имущие: «сребра и злата несть у мене» (Деян.3:6), сказал Петр хромому, просящему от него милостыни; пребогаты однако были, располагая имением всех благочестивых. Ибо верные, видя ревность, простоту, любовь, непорочность жизни их и пречудные их деяния, толикое почтение и любовь к ним имели, что ревновали един пред другим не токмо предлагать имения свои, но, если бы можно было, и самые их очеса. «Свидетельствую бо вам, — говорит Боговещатель Павел о Галатах, — яко аще бы было мощно, очеса ваша извертевше дали бысте ми» (Гал.4:15). Не думайте же, аки бы одни Апостолы Христовы такие воздаяния получали от человеков: и по них в различные времена все почитатели добродетели были прославлены и весьма любимы православными Государями и властелинами, и всеми благочестивыми христианами. А хотя некоторые из них впадали в разные искушения и гонения: однако после чрез сие умножалась их честь и слава.

Таковое же почтение и уважение видим даже доднесь ко всем почитателям добродетели. Кто и ныне удерживает язык от всякой лжи и имеет всегда во устах истину, кто есть друг правосудия и враг неправды, любитель смиренномудрия и гордости ненавистник, мудр душою, целомудр нравом, благотворителен сердцем, благоуветлив обычаем: такового человека слово есть закон и обещание всякой записи сильнее. Сообращение его есть честь, совет — свет, беседа — поучение, присутствие — польза, жизнь — правило и образец. Скажите же мне, кто такового человека не почтит? кто не уважит? кто не отдаст ему глубочайшего почтения? И неприятеля препобеждает сила добродетели, приводит ум его во удивление и изумление. Добродетель мужа не может не удивить и самого врага.

Не только же слава и честь есть мзда добродетельного, но и другое, вящее благо, мир: «слава же и честь и мир всякому делающему благое» (Рим.2:10). Многие мирно живут с другими, но имеют беспрестанную брань с своею совестию. Извне — мир, внутрь — брань; извне — согласие, внутрь — смятение и смущение. Совести обличение есть бич, Богом определенный для наказания грешника: «во обличениях о беззаконии наказал еси человека, и истаял еси яко паучину душу его» (Пс.38:12). Сего для Пророк, согрешивши, не терпя наказательных совести обличений, взывал: «ослаби ми, да почию, прежде даже не отыду» (Пс.38:14). И поистине, коль многомучительно есть совести обличение! Неприятно богатство, когда совесть неправду и похищение обвиняет внутрь тебя. Отвратительно достоинство, когда внутрь биет тебя совесть твоя, яко неисполняющего долга сана твоего. Горестна житейская сладость, когда мучит тебя совесть твоя яко студодейца и блудника. Кратко, обличение совести и самые приятнейшие мирские предметы превращает в горесть. Грех рождает обличение совести и горестную скорбь; когда же отбежит грех и поселится добродетель, тогда примиряет она совесть, и дарствует душе добродетельного небесное дарование мира. Таковой-то имеет мир в совести, мирно живет и со всеми другими всегда и везде, по словам: «мир имейте между собою» (Мк.9:50), и сам с собою, по сему: «мирствуй в себе» (1Сол.5:13); — ибо совесть его бывает свободною и спокойною от обличения греховного. Таковый же мир есть одно из величайших добродетели воздаяний: ибо он вселяет в сердце человеческое удовольствие непорочное, радость непресекаемую, сладость всегдашнюю. Находят иногда на добродетельного тучи, то есть, побуждения злые похоти, принуждающие оставить сладостный мир: но без действия остаются, поелику ударяются о камень добродетели его. Находят иногда реки, то есть, диавольские искушения, коварства, наветы, гонения ищут уничтожить сладость мира; но и сии остаются бездейственными, понеже таковый, имея чистую совесть, увеселяется свидетельством оной «и радуется во страданиих» (2Кор.1:12; Кол.1:24), яко страждущий за Христа. Веют иногда на него ветры суетности, да развеют радование его сердца, но ничего не могут: ибо отражаются и ослабляются всесильною Божиею благодатию. Он, будучи победитель, торжествователь мирен, забывает «задняя» (Флп.3:13), простирается «на предняя» (1Сол.5:16,18), чает наслаждения будущих, «всегда радуется, непрестанно молится, о всем благодарит; вся во уметы вменяет» (Флп.3:8), имеет с собою самим Христа, чувствует небесное дуновение вечного блаженства.

Добродетель, братие, ведет первое свое начало от Бога. Существо пресущественного Божества есть источник, из негоже проистекает корень, от негоже прозябает добродетель. Любовь, правда, благость, долготерпение, милость и всякая иная добродетель суть плоды Творческого естества. Посему когда человек творит подвиги добродетели, истинно тогда бывает живым и истым образом Божиим, так как от Него создан есть. Имеет человек подобие Божие. Самовластен Бог, самовластен и человек; промыслителен Бог, промыслителен и человек (Быт.1:26); Бог есть ум, и Слово, и Дух, и человек имеет ум, и слово и дух. Но посему человек есть токмо образ Божий. Если же будет чадолюбив, праведен, благ, долготерпелив, милостив; если, говорю, украсится добродетелями: тогда уже есть не мертвый и неподобный, но живыи и подобный образ Божий. Тогда человек по благодати бывает богом: «Аз рех: бози есте, и сынове Вышняго вси» (Пс.81:6).

Бог, хотящий чрез добродетель возвести человека на высочайший степень славы и достоинства, весть подробно, коль великий есть подвиг, коль великая беда и каковый труд святых при творении добродетели. Почему иногда запрещает, да не беспокоит кто их и возлукавнует на них: «не прикасайтеся помазанным Моим, и во пророцех Моих не лукавнуйте» (Пс.104:15): иногда же ободряет их, говоря: «касаяйся вас, яко касаяйся в зеницу ока его» (Зах.2:8). А иногда объявляет, что Он хочет, да оказываем им почтение и послушание таковое, каковым Ему обязуемся: «слушаяй вас, Мене слушает, и отметаяйся вас, Мене отметается» (Лк.10:16). Но чтобы совсем отъять из сердец их страх такового подвига, обещается посылать им святых Ангелов, да во всяком начинании сохранят их от всякой беды, и понесут их на руках своих, да не преткнутся и осквернятся нечистотою греховною. «Яко Ангелом Своим заповеда о тебе сохранити тя во всех путех твоих. На руках возмут тя, да не когда преткнеши о камень ногу твою» (Пс.90:11-12). Не бойтесь, говорит: ибо все Ангельские силы посылаются от Мене на служение и помощь вам, наследникам вечного блаженства: «не вси ли суть служебнии дуси, в служение посылаеми за хотящих наследовати спасение?» (Евр.1:14) Вот еще новое мздовоздаяние для добродетельных! И люди им являют свое почтение и повиновение, долженствуемое Богу, и Ангелы служат и пекутся о них: что сего превосходнее?

Бог дает в руце им власть над стихиями, над небом, землею, смертию и над всяким творением, как явствует из Божественного Писания. Моисей претворяет воду в кровь, воздух во тьму, персть земную в скнипы, жизнь скотов и первенцов в смерть. Иисус Навин останавливает течение солнца. Илия заключает и разверзает небо. Три отроки угашают силу огня. Даниил заграждает уста львов. Павла почитает змия. Петра слушают мертвые. И, по слову Павлову: «слава и честь и мир всякому творящему благое» (Рим.2:10). Но что более, Сам Бог вселяется в Боголюбных человеков: «аще кто любит Мя, слово Мое соблюдет, и Отец Мой возлюбит его, и к нему приидем, и обитель у него сотворим» (Ин.14:23). Обиталищем Божиим бывает делатель добродетели: се честь, се слава, се мир, се радование душевное! Вот сторичные воздаяния земные, каковые Бог обещал любящим Его. За сими же земными воздаяниями следуют: царствие бессмертное, блаженство бесконечное, жизнь вечная. «Сторицею приимет, и живот вечный наследует»! (Мф.19:29)

Посему, о добродетель, сокровище небесное, богатство вседражайшее, источниче истинной славы и чести, корень духовного мира и спокойствия, мати всякого небесного и земного счастия, видим мы в тебе, — Ты паче всех вещей препочтена: ибо какой найдется в мире человек, который бы не почитал добродетели? Но ты и паче всех вещей презрена. Ибо кто ныне печется о стяжании в добродетели? Мы понимаем пользу добродетели, но мы и отвращаем лице наше от творения оной. А сие несть ли великое безумие и явное сумасбродство?

Братие моя возлюбленная! великое заблуждение обдержит сердце наше и потемняет ум наш. Христианине! чего ты ищешь в мире сем? Ты ищешь богатства; но где мнишь найти оное? В хищении? в неправде? во лжи? во обмане? в клятвопреступлении? Обманываешься и бедственно заблуждаешь. Во грехе не найдешь богатства, но страх; не скопишь имения, но бесславие, беспокойство, беду и несчастие. Ныне обретаешь ты богатство беззакония, — а заутра убегает оно, и ты остаешься наг и печалию поражен. Хощеши ли богатства? Не бегай по стремнине греховной; но ходи по стезе добродетели. Хощеши ли богатства? Удержись от неправды, и твори правду; бегай лжи, и глаголи истину; храни святые Божия заповеди. Тако обрящешь богатство великое и непоколеблемое. «Творяй сия, не подвижится во век» (Пс.14:5). Тако стяжал Авраам злато и сребро; тако Иаков умножение стад; тако Иосиф богатство Египетское; тако Иов тысячи овец, верблюдов, волов и ослов. Чего же ищешь, христианине, в мире сем? Ищешь ты славы; но где, думаешь, сия находится? Ты мнишь, что она живет в столичных городах, в палатах княжеских, в дворцах царских, почему и ищешь ее тамо; но ошибаешься. Ибо там найдешь славы одну токмо тень, да и ту оплетенную непостоянством, наветствуемую завистию, гонимую славобеснующимися. Почему ныне, может быть, будешь ты славен и уважаем; но заутра переменятся обстоятельства, — и ты останешься презренным и забытым. Чего ищешь человече в мире? Сладострастия ищешь и неги, и хочешь обрести оные в многоядении и многопитии, в удовлетворении похотям плоти твоей. Грех не есть упокоение, ниже радость, но стенание и скорбь; греховное услаждение есть сладко-горькое; сладость превращается в горесть. Сладость оного весьма кратковременна, но горесть чрез долгое время продолжается. За грехом вскоре следует угрызение, стыд, скорбь, тягчайшее обличение совести. Услаждения в плотских похотях причиняют немощь, жалостные болезни, порчу тела, а часто и смерть: «оброцы бо греха смерть» (Рим.6:23). Если хочешь наслаждаться истинным удовольствием, то победи страсти твои. Ибо тогда возрадуешься больше, нежели полководец, победивший крепкую вражескую силу. Если хочешь удовольствия неизменного, то простри руки твои на благотворение сироте, вдовице, убогим, обиженным. Тогда-то душа почувствует радость неизглаголанную. В добродетели ищи покоя, услаждения, чести, славы. Буди целомудр, правдолюбив, милосерд, кроток, смиренномудр. Возьми на рамена твои легчайшее иго Господа твоего; тогда обрящешь сладость небесную и успокоение Божественное: «возмите иго Мое на себе, и научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим» (Мф.11:29). Колико глуп и неразумен кажется тот человек, который сребра и злата ищет не в металлических земных рудокопнях, а в море, или в кладезях, или в езерах? Колико неразумен и несмыслен тот человек, который, жаждая, бежит не на источники и студенцы, но на безводные места, на сухие камни? Гораздо глупее мы сих бываем. Мы хотим славы, богатства, покоя, — нимало же не печемся о добродетели, которая есть источник всякого счастия, но бегаем за грехом, который есть виною всякой беды и несчастия.

Вообразите себе безмерное человеколюбие Божие и премудрейший Его промысл: добродетель спасает человека, а Бог, яко человеколюбивейший и всемудрый Промыслитель, да побудит нас к старанию и добродетели, присоединил и совокупил с нею вся мирская благая! Да любим добродетель, соделал Он ее источником всякого мирского благополучия. «Велий еси Господи, и чудна дела Твоя, и ни едино слово довольно к пению чудес Твоих!» Человече! говорит Бог: — ищи добродетели, и приложатся тебе вся мира благая. Человече! говорит Бог: — славы ли хочешь? услаждения ли и благополучия? Единое токмо попечение имей, едино старание — о добродетели. Она в себе содержит и сообщает любителям своим всякородное счастие. Ты, вопиет Бог, ищи царствия Моего и добродетели: а Я даю тебе в придаток вся благая. «Ищите прежде царствия Божия и правды, и сия вся приложатся вам» (Мф.6:33).

9.1. Толкование на Апостол из посланий Апостола Павла к Евреям, читаемый в первую неделю по Пятидесятнице, именуемую Всех Святых (Евр.11:33-12:2)

Настоящий праздник, братия моя, светел, славен и исполнен благословения и благодати Божия. Мы, благоговейно празднуя днесь память не одного какого-либо святого, но всех бывших до закона праведников, всех в законе Пророков, и по Евангельской благодати Апостолов, Мучеников, Исповедников, Иерархов и Преподобных, всех, говорю, вообще от сотворения мира даже до сего дня благоугодивших Богу мужей и жен, известных нам и неизвестных, получаем от Бога, по их о нас молитвам, благодать и благословение. Сего дня читан и Апостол из послания Павлова ко Евреям, в котором описываются преславные деяния Святых, дабы мы, выслушав оный, прославили угодников Божиих и возбудились к подражанию Богоугодным делам их. Послание сие всеславный Павел писал, находясь в Италии, ко всем веровавшим во Христа Евреям (Евр.13:24), а наипаче к живущим из них во Иерусалиме и по всей Палестине, утешая их в гонениях, каковые были на них от Евреев неверных, и вместе доказывая сильными доводами, что вся законная сень прейде, место же ее заступила благодать Иисуса Христа и прообразовательная ею Евангельская истина. Высота мыслей, изящность выражений, собрание имен, твердость доказательств произвели в некоторых, а наипаче в западных учителях Церкви, сомнение, кто именно написал сие послание. Иные почитали его писанием Луки, другие Варнавы, иные сладкоречивого Аполлоса, а некоторые Климента Римского: но в четвертом веке все, даже и самые Отцы западной Церкви, признали, будучи убеждены сильными доказательствами, что оно подлинно писано Павлом. С сего времени все Церкви приемлют, что Павел написал оное, так как и прочие свои послания, на Еллинском языке (Смот. Предис. Толк. Кал-мет. на посл. ко Евр.). Всякий благочестивый человек, слыша добродетели Святых и чудеса их, описываемые в чтенном ныне Апостоле из сего послания, приходит в умиление и многую приобретает духовную пользу. Выслушайте убо со вниманием толкование описуемых здесь предметов, да в точности уразумевши оные, соделаетесь подражателями добродетелей святых мужей и преславных их подвигов.

Евр.11:33. Братие! святии вси верою победиша царствия, содеяша правду, получиша обетования, заградиша уста львов.

Верующие во Христа Евреи много пострадали от неверных своих соотечественников, которые их поносили, оскорбляли, всенародному подвергали позору, заключали во узы, и разграбляли имение их (Евр.10:33-34). И так, дабы утешить их в таковом горестном положении, и дабы поддержать в них веру во Христа, святой Павел описывает как деяния и чудеса, каковые люди праведные верою совершали, так и мздовоздаяния, коих они удостоились от Бога. Таким образом он, начав с праведного Авеля, исчисляет их поименно: дошед же до блудницы Раав, которая верою своею, принявши к себе соглядателей, тем спаслась. На сей истории останавливается и говорит: «не достанет ми повествующу времени, о Гедеоне, Вараце же и Сампсоне, о Давиде же и Самуиле, и о других пророцех» (Евр.11:32). И так, умолчав имена других святых, говорит потом: «иже верою победиша царствия». Все сии святые, говорит он, о именах коих я упомянул, или умолчал, «силою веры победили царствия».

Какие же суть святые сии, победившие царствия? Авраам победил пять Царей, пленивших племянника его Лота, Моисей Фараона, Амалика, Хананеа, Сиона Царя Аморрейского и Ога Царя Васанского: а Иисус Навин Царя Иерихонского, Гайского и некоторых (Быт.14:5: Исх.14:28. 17:3; Чис.21:3, 35) других, о коих упоминается в книге его (Нав.6:1, 8:2). Сверх сих и другие благочестивые мужи силою веры преодолели царствия, как видеть можно в книгах Судей и Царств: «содеяша правду», каковы суть, Деввора, Варак, Гедеон, Иефай и Самуил, которые, будучи водимы светом Божественной веры, судили со всякою справедливостью народ Израильский, оправдывая невинных и наказывая виновных. «Получиша обетования». Всемогущий Бог обещал победу Вараку и Гедеону, первому устами пророчицы Девворы, а второму, устами Ангела, к нему посланного (Суд.4:6, 6:14): и обещание сие сбылось, Варак преодолел силу Иавинову, а Гедеон победил Мадианитян. Обещал Он Давиду чрез Пророка Нафана успокоение от нашествия неприятелей (2Цар.7:11), и сей Царь, управлявши всеми Израильскими коленами, избавился напоследок от всех врагов своих, и расширивши пределы своего государства, опочил в мире. «Заградиша уста львов» (Суд.14:6). Каковы суть, Самсон, растерзавший львичища, яко козлище, Давид, умертвивший медведиц и львов, нападавших на овец стада его, и Пророк Даниил, заградивший уста львов (1Цар.17:34-35: Дан.6:22).

Евр.11:34. Угасиша силу огненную: избегоша острея меча, возмогоша от немощи, Быша крепцы во бранех; обратиша в бегство полки чуждих.

Три отрока погасили огнь в пещи, седмерицею распаленной, претворив его в росу. Давид избежал меча Саулова, Илия Иезавелина, Михей Ахаавова, а Елисей Иорамова. Иов избавился от своей немощи, и исцелился от жестоких ран, равно и Езекия от смертельной болезни. Моисей, Иисус Навин, Давид и Маккавей неоднократно доказывали крепость и мужество свое на сражениях, обращая в бегство полки неприятельские.

Евр.11:35. Прияша жены от воскресения мертвых своих: инии же избиени Быша, не приемше избавления, да лучшее воскресение улучат.

По молитве Пророка Илии жена Сарептянина умершего своего сына паки получила себе жива: того же, по молитве Пророка Елисея, удостоилась и другая жена Соманитянина. Здесь должно заметить, что Божественный Павел в вышереченных словах описал кратко преславные дела Боголюбезных людей, посредством веры ими содеянные: а в последующих он описывает добродетели и страдания святых мужей: «инии же”, говорит он, из святых «избиени Быша». Сии слова: «избиени Быша», переводчики с греческого языка различно толкуют: «иные говорят, что они значат» обезглавлены были: другие, содрана была с них кожа: а некоторые, умерли будучи избиены палицами (См. Икум. на он. мест. Суид.): последнее толкование должно быть справедливее прочих, во- первых потому, что палицы называются жезлы те, коими в присутственных местах наказывали виновных, а во-вторых потому, что Елеазар учитель седми Маккавеев, о котором написано: «и сия рек со тщанием на муку пойде» (2Мак.6:28, 30), не был ни обезглавлен, ни содрана была с него кожа, и будучи бием, скончал от ран жизнь свою. Сей святой мученик хотя и мог избавиться от смертного мучения, послушав воли мучителей, как то советовали ему имеющие его мучить, но не восхотел, как сам свидетельствует: «Господеви святый разум имущему явно есть, яко от смерти могущ избавитися, жестокия терплю на теле болезни уязвляем, на души же сладце страха ради его сия стражду» (2Мак.6:22, 30). И сие значат слова Павловы: «не приемше избавления». Их можно отнести и ко всем святым мученикам, которые не восхотели отрещись благочестия, дабы чрез то избавиться от рук тиранских. Но почему мученики, могши избавиться мучений и смерти, не восхотели избежать того? «Да лучшее воскресение», глаголет святой Апостол Павел, улучат»». Какое же то воскресение? Воскресение мертвых есть двоякое: одно живота, а другое суда: все мертвые воскреснут, когда вострубит Ангельская труба, «и изыдут сотворшии благая в воскрешение живота», то есть воскреснут, дабы прейти в жизнь вечную и царство небесное: «а сотворшии злая в воскрешение суда» (Ин.5:29), то есть воскреснут для того, чтобы идти в вечную муку. Воскресением убо лучшим назвал здесь Павел воскресение живота. И так святые мученики не восхотели отречением небесной истины избавиться предлежащей им смерти для того, чтобы не воскреснуть им «в воскрешение суда», но дабы улучить лучшее воскресение, то есть соделаться наследниками небесного царствия: посему-то и Богомудрый Елеазар говорил: «аще бо нынешния муки человеческия и избавлюся, но руки Всемогущаго ни жив, ни умерый избегу» (2Мак.6:26).

Евр.11:36. Друзии же руганием и ранами искушение прияша, еще же и узами и темницею.

Елисею входящему в Вефиль поругалися малые дети, вышедшие из города и кричавшие: «гряди плешиве, гряди!» (4Цар.2:23). Иеремию бив посадил в темницу священник Пасхор, сын Еммеров (Иер.20:1-2), а Михея ударил в лице лжепророк Седекия (3Цар.22:24, 27), Ахаав же в темницу его посадил.

Евр.11:37-38. Камением побиена Быша, претрени Быша, искушении Быша, убийством меча умроша: проидоша в милотех, и в козиях кожах, лишени, скорбяще, озлоблени. Их же не бе достоин мир, в пустынях скитающеся и в горах, и в вертепах, и в пропастех земных.

Камением побиты: Навуфей по повелению данному именем Ахаава (3Цар.21:13), священник Азарий, сын Иодаев, обличавший народ в беззакониях, по повелению Царя Иоаса (2Пар.24:21; Деян.7:28). и первомученик Стефан по злости Иудеев: претрен деревянною пилою Пророк Исаия: искушен Иов лишением имения и детей своих, и жестокою болезнью: «убийством меча умроша» предтеча Иоанн, и Иаков, брат Иоаннов (Деян.12:2) (Писм. Ориг. к Африк.). В милотех, то есть в овечьих кожах и в кожах козьих ходили Пророки Илия и Елисей, будучи лишены всякого телесного требования, будучи оскорбляемы от беззаконных людей, и изнуряемы произвольною нищетою (сих то святых мужей не был достоин мир, то есть, что люди, работающие лукавому и законопреступному миру, недостойны были ни обращение с ними иметь, ни даже видеть их), ходяще по пустыням, горам, вертепам, и ущельям земным (3Цар.17:7). Таковы были сто пророков, которых благочестивый Авдий, смотритель дома Ахаавова (3Цар.18:4), скрыл в вертепах от поисков Иезавели. Таковы были те ревнители закона, которые с Маккавеями ушед из Иерусалима, бежали с женами и детьми своими в пустыню, скрывались в местах тайных, и преносили всякое озлобление.

Евр.11:39-40. И сии вси послушествовани бывше верою, не прияша обетования, Богу лучшее что о нас предзревшу, да не без нас совершенство приимут.

Все выше исчисленные святые хотя подлинно угодили Богу верою своею: однако ж они не получили еще обетования, то есть того, что обещал Бог праведным: почему же так? Потому, что Бог приготовил для нас, потомков оных нечто лучшее, высшее и блажайшее. Что же такое лучшее сие? Вот что: да не приимут они совершенное мздовоздаяние прежде, нежели и мы получим оное. Но почему Апостол сказав выше: «получиша обетования» (Евр.11:33), то есть прияли обещанное, здесь говорит: «не прияша обетования»? И то и другое истинно: получили некоторые святые на земли, что порознь каждому из них обещал Бог в различные времена: единого же оного всем общего, небесного обетования, которое состоит в наслаждении Божиею славою, они не получили. Так посему не наслаждаются они еще ныне Божественною славою и блаженством? Наслаждаются без сомнения, но не во всей полноте. Посему-то и Апостол не сказал: да не без нас прославятся: «но, да не без нас совершенство приимут», то есть, да не без нас получат совершенство Божия славы. Но почему святые совершенства сего не получают еще? Во- первых потому, что не соединены с телами своими, коими трудились в творении дел благих: во-вторых потому, что Бог «установил есть день, в оньже хощет судити вселенней в правде: в онь же воздаст коемуждо по делом его» (Деян.17:31; Рим.2:6). Иначе, ежели бы святые, от начала мира сущие, прияли во всем совершенстве Божию славу прежде дня оного судного, а посему и грешники бы также совершенное наказание, то всемирный суд, Богом определенный, был бы уже излишен: а в-третьих потому, что промысл Божий устроил для нас нечто лучшее, да не имеют святые оные чего либо большего пред нами, получив совершенную славу прежде нас и без нас, но да все вкупе, яко едино тело Христово, спрославимся Ему, приявши от Него обещанный «венец правды, егоже воздаст в день он» (2Тим.4:8). Согласно с сим глаголет и Пророк Давид: «мене ждут праведницы, Дондеже воздаси мне» (Пс.141:8). Но не обидно ли для праведных столько веков ожидать совершенного себе мздовоздаяния? Сие сомнение Златоуст разрешает следующим образом: Бог сие учредил не для того, чтобы тем обидеть праведных, но чтобы нас почтить? (Злат. на посл. к Евр.) они сами радостно братий своих ожидают. Ибо ежели все мы составляем едино тело, то для тела сего гораздо больше удовольствия, когда оно наслаждается им вдруг во всех частях, а не в каждой порознь: праведники чудны и тем, что о блаженстве других радуются не иначе как о собственном, и сим нас удивляют: они желают увенчаться вместе со своими членами: вместе бо прославиться есть великое удовольствие.

В сем согласны с Божественным Златоустом и другие святые отцы (Феодорит и Икум. на он. мест.). А святой Григорий Богослов описывает даже и то, каким образом праведники тотчас по смерти получают Божию славу, и каким образом они получают ее еще по воскресении из мертвых. Вот его слова: «всякая добрая и Боголюбивая душа, когда разрешившись от связующегося ей телеси, отсюду отходит, тотчас объята будучи чувствием и зрением ожидающего ее блага, чудным неким удовольствием наслаждается, и веселится, и радостно шествует ко Владыце своему, и как бы уже воображением плодоприемлет предлежащее блаженство. Мало же спустя потом и сродную ей плоть восприявши, с тою купно наследствует тамошнюю славу» (Слов. Григор. на Кесар.). Божественный же Павел написал разбираемые мною теперь слова ко Евреям для того, чтобы утешить и подкрепить их в гонении и страданиях. Ежели сии, говорит он, святые мужи, хотя уже и совершили подвиг свой за многие века до сего времени, но еще ожидают мздовоздаяния: то кольми паче нам, не совершившим течение добродетели, но еще подвизающимся нужно иметь терпение: что и из последующих слов ясно видеть можно.

Евр.12:1-2. Темже убо и мы толик имуще облежащ нас облак свидетелей, гордость всяку отложше, и удобь обстоятельный грех, терпением да течем на предлежащий нам подвиг, взирающе на начальника веры и совершителя Иисуса.

Поелику облако составляется из многих испарений, то оно здесь означает многолюдство: а гордость, яко великость некая, надутость и возвышенность означает все роды высокомерия. Свидетелями Апостол называет здесь свидетелей не токмо Нового Завета, свидетельствовавших о Христе, но и Ветхого, которые доказали истину веры и величество Божие, иные чудесами, другие пророчеством, иные святостью жизни, а некоторые толиким терпением, что неустрашимо подъяли самую смерть. Удобь же обстоятельным назвал он грех (Злат. на он. мест.) или потому, что он удобно может овладевать нами, или потому, что мы его легко можем преодолевать, ежели только захотим, или потому, что он удобно составляется и производится: ибо нам в сем случае помогают все наши чувства (Феодорит на он. мест.): глаза прельщаются, слух услаждается, обоняние расслабевает, осязание трогается, вкус пременяется, и мысль наша поползновенна ко злу. Начальником веры называет он Иисуса Христа потому, что Он первый преподал совершенное учение о вере в Него, и еще потому, что Он силою Божественной своей благодати посевает в душах наших семена благочестия: а совершителем называет Его потому, что Он благочестие сие в нас умножает, согревает и доводит до совершенства. Заметьте здесь, как Апостол Божий, описав сперва действия веры и святых мужей добродетельные и чудесные дела, выводит оттуда сие для нас наставление: и так имея, говорит он, толикое множество окрест себя свидетелей, служащих нам примерами веры и добродетели, оставим тщеславие, высокомерие, надменность и прочие роды гордости, презрим удобосоставляемый и производимый грех, и потечем охотно на предлежащий нам от Бога подвиг, всегда живо представляя в уме нашем страдания Начальника и совершителя веры Господа нашего Иисуса Христа.

Беседа о том, что всякий имеет собственный предлежащий ему подвиг, и как достолепно проходить оный можно

Как грехов, так и добродетелей неисчислимое есть множество. Кто, убегая всякого греха, делает всякое доброе дело, тот может назваться истинным подвижником и достойным наследником небесного царствия. Удаление же от всякого греха равно и исправление всякой добродетели, имеет свои неудобства, свой труд и подвиг. Иного труда требуется, чтобы избежать чревоугождения, а иного, чтобы удержаться от распутства: иное есть неудобство, чтобы истребить из мысли своей гордость: а иное, чтобы искоренить из сердца своего ненависть: также иной подвиг предлежит нам, когда намереваемся сделаться кроткими и незлобивыми: а иной, когда постниками и воздержными: иной для нас потребен подвиг, когда хотим быть твердыми в любви, в сей великой добродетели: а иной, когда хотим презреть всякую мирскую суету. Отсюда видно, что подвиги о спасении нашем суть многи, или, лучше сказать, бесчисленны. Почему ж Апостол Павел сказал не во множественном числе: на предлежащие нам подвиги: а в единственном «на предлежащий нам подвиг»? (Евр.12:1) Таким образом сказал он во-первых для того, чтобы научить нас, что все подвиги, как в избежании от греха, так и в делании добра бывающие, заключаются в том, что вообще подвизаемся мы за спасение душ наших: а во-вторых для того, чтобы объяснить, что каждому из нас предлежит особенный некий подвиг, дабы всяк, ежели только желает, в нем подвизался, и одержав победу, получал неувядаемый венец вечного блаженства. Мы имеем на сие много примеров.

Иосифу предлежит подвиг целомудрия. Жена Египтянина есть госпожа и хозяйка в дому Пентефриевом, а Иосиф купленный ее раб: она бесстыдна и невоздержна, а он в самом цветущем возрасте юношеском: она приглашает его к себе: «пребуди со мною» говорит ему (Быт.39:7). Госпожа просит раба своего: какое то разительное оружие быть просиму от госпожи: а раб притом в юношеских летах: сколь же легко юношество воспламеняется огнем похоти! Но Иосиф, будучи охраняем силою страха Божия, остается ни оружием оным не уязвлен, ни пламенем похоти не сожжен. «Како сотворю», ответствует он госпоже своей соблазняющей его, «глагол злый сей, и согрешу пред Богом»? (Быт.39:9) О дерзость святая! О непослушание Боголюбезное! Во всем другом он был послушен госпоже своей, а в деле греховном совершенно отрекся от повиновения ей. Она в один день видя, что в дому ее не было никого, кроме его, берется за одежду его, влечет его насильственно к соделанию греха. О какая борьба! какая опасность! но он вдруг убегает от нее, и оставляет у нее в руках свою одежду. Таким образом престает брань против целомудрия, и любовь распутной жены, ударившись о камень непоколебимого целомудрия, пременяется в гнев и ненависть. Тогда предпринимает она еще другого рода брань: она клевещет по бессовестию своему на непреодолимого сего подвижника, и его заключает в темницу: но он сносит великодушно клевету ее и злострадание темничное.

Лишение всего имения, смерть детей, раны по всему телу, суть подвиг, предлежащий многострадальному Иову. Он в одну минуту из знатнейшего богача делается последним нищим: быв многочаден, вдруг делается бесчадным: быв здрав, весь покрывается ранами от ног даже до главы. Подвиг сей делали для него труднейшим друзья, утешающие его, и жена, советующая ему возроптать на правосудного Бога: но он все мужественно побеждает, все преодолевает, имея грудь адамантову, и грядет с поприща своего в триумфе победоносном. «Во всех сих приключившихся ему ничтоже согреши Иов пред Господем, ниже устнама своима, и не даде безумия Богу» (Иов.1:22).

Зависть Саулова есть подвиг предлежащий Давиду. Саул совещевает лукавая на него, нападает, гонит, ищет всячески умертвить его. Когда убо Давид увидел врага своего одного, за телесною нуждою вошедшего в пещеру, находящуюся в пустыне Енгадской, где и сам он в то время крылся от врага оного: какого труда стоило ему тогда не согласиться на предложения мужей окружающих его, которые говорили ему: «се день сей, о нем же рече Господь тебе предати врага твоего в руце твои»? (1Цар.24:5) Какой предлежал ему тогда подвиг, чтобы укротить естественные побуждения против того, который ищет неправедно и без всякой вины умертвить его? В каком также смятении, в каком недоумении должен был находиться дух его тогда, как он Саула и стражей его нашел спящими на холме Ехелафе, и когда Авесса сказал ему: «заключи Господь днесь врага твоего в руце твои, и ныне поражу его копием в землю единожды, и не повторю ему»? (1Цар.26:8) Но он все преодолел мужественнейшим образом, отвергнул советы друзей своих, и укротил волны мятущегося естества. «Да не будет ми», сказал он, «от Господа нанести руку мою на Христа Господня» (1Цар.26:11).

Пророку Илии предлежит подвиг истребить идолопоклонство: и он великодушно подвизается против Ахаава, борется премудро с гонениями и угрозами покровительницы идолов нечестивой Иезавели, и победив Боголепно, испровергает идолопоклонство, и открывает во всей славе истинное Богопочитание.

Седми Маккавеям, матери их Соломонии и учителю Елеазару предлежит подвиг соблюсти закон Божий. Ласкательства, угрозы, раскаленные сковрады, распаленные котлы, обрезывание языков, отсечение крайних частей тела, содрание кожи, огнь палящий, смерть неправедная, все заставляет их нарушить закон Божий: но они против всего того мужественно подвизаются: все преодолевают чудесным образом, и увенчиваются преславно венцем мученичества. Ежели прочтете священные Истории: то вы увидите там, что всякой праведник подвизался и имел особенный, собственно ему предлежащий подвиг.

Сей-то подвиг, каждому из нас особенно предлежащий, назвал Богочеловек Иисус в следующих словах крестом: «иже хощет по мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой, и по мне грядет» (Мк.8:34). В сей плачевной юдоли, в которой живем мы, не найдешь ни одного человека, которому бы не предлежал какой-нибудь подвиг, который бы не имел креста, то есть бедствий, болезней, страданий и огорчений: даже и самые Цари земные, которые, кажется, поставлены на высочайшей степени счастия и славы, не исключены из сего числа: и им предлежит подвиг, да и подвиг труднейший, и они имеют крест свой. Иной из нас во временном сем странствовании жегом бывает беспрестанно пламенем похоти плотской? и сие есть предлежащий ему подвиг, есть крест его, которой ежели он возьмет, то есть, ежели погасив пламень тот, возьмет верх над оным, то прославится как Иосиф, победитель жены Египтянки. Другой страждет под игом бедствий и напастей, мучится несносными болезнями, не имеет врача, ни лекарства, ниже человека, который бы воззрел на нужды его: и сие есть предлежащий ему подвиг, есть крест его, которой ежели он возьмет, то есть, ежели все будет сносить великодушно и мужественно, то соделается блаженным, якоже Иов, преселится в лоно Авраамово, якоже Лазарь. Иной от завистников чрезмерно угнетается: и сие есть предлежащий ему подвиг, есть крест его, которой ежели он возьмет, то есть, ежели будет великодушно отражать удары завистников, то соделается великим, и превознесется якоже Давид, с толиким терпением понесший зависть Саулову. Другой страждет от гонения за веру: и сие есть предлежащий ему подвиг, которой ежели совершит он мужественно, с душою непоколебимою, то вознесется даже до неба, якоже колесничник Илия. Многие бывают принуждаемы презирать установление постов, и принуждаемы не Антиохом, а собственным своим чревоугодием: и ежели в сем подвиге воинствовать будут мужественно и победят лукавого духа чревобесия, то увенчаются якоже святые Маккавеи.

Но каким образом, скажет кто-либо, можем мы с успехом проводить предлежащий подвиг против греха, дабы избежать его, и по добродетели, дабы исполнить сию? Способ сей открыл нам Богодухновенный Павел. Он, пиша к верующим во Христа Евреям, которые тогда страдали под ударами жестоких гонений, и советуя им тщательно проходить предлежащее поприще, открыл им и способ, посредством которого тщательный подвижник может счастливо совершить подвиг свой: «терпением», сказал он, «да течем на предлежащий нам подвиг, взирающе на начальника веры и совершителя Иисуса» (Евр.12:1-2). Имей душевные очи твои всегда отверстыми, взирай всегда на Иисуса Христа: Сие соделает тебя могущим избежать всякого греха и исполнять всякую добродетель.

Грех поистине удобообстоятелен есть. Он обстоит нас при всякой вещи, при всяком деле, при всяком случае: куда ни обратиться, на что со вниманием ни посмотреть, везде видны греховные соблазны, и сети беззаконий: в самом сердце нашем гнездится грех, и в мысль нашу входит он. Плоть, мир и сатана суть три врага, которые во всяком помышлении нашем посевают семена греха, и очерняют даже самые Богоугодные дела наши. Так, грех поистине удобообстоятелен есть: но ежели мы во всяком случае будем мысленно взирать на Иисуса Христа, то удобообстоятельный грех делается неудобообстоятельным, то есть к нам неприступным, или совсем бессильным и недейственным. Когда будут восставать против тебя смертоносные волнения плоти, то воззри умственно на Твоего Спасителя и в сердечном сокрушении воззопий к Нему: «Господи! спаси мя» (Мф.14:30). Он невидимо подаст тебе крепкую свою десницу, и спасет тебя от искушения плоти твоей, якоже Петра от потопления в море. Когда приразится к уму твоему дым мирской суетности, тогда вспомни, как Искупитель твой презрел всякую мирскую суету, отщед един на гору, когда искали Его, чтобы восхитить и сделать Царем (Ин.6:15). Когда сатана мечет в тебя стрелы чревоугодия, или славолюбия, или лихоимания: тогда вспомни как Иисус Христос, бывши в пустыне, на криле церковном и на высокой горе сокрушил тройственные сии сатанинские стрелы, и потом представши пред ним Ангелы служаху Ему (Мф.4:11). Когда вселяется в тебя дух непокорности, и ты уже начинаешь вменять себе в стыд быть послушным, почитая себя совершеннейшим своих начальников, тогда представь себе Богочеловека Иисуса: Он Бог сый всесовершенный, повиновался человеком, как то Иосифу и Матери своей (Лк.2:51). Ежели надмевает тебя гордость, то воззри тотчас на Него же. Он есть Творец неба и земли, Зиждитель всего видимого и невидимого, Владыка, Господь и Создатель твой, которому служат все небесные силы, и которого вся тварь славословит, есть всемогущ, всевластен, есть Бог истинный: и при всем том смирил себя до того, что «зрак раба приим, в подобии человечестем быв» (Флп.2:7), не устыдился людей нарицать братиею своею, и по всему подобиться им (Евр.2:11,17). Воззри, говорю, на Него, как он, будучи младенцем, возлежит в яслях бессловесных, как Он не имеет, где главы подклонить, как алчет от поста, как утруждается от пути, как препоясавшись по вечери лентием, омывает яко раб, ноги учеников своих. Ежели будут клеветать ни тебя, ежели будут порицать тебя, или другим каким образом вредить тебе: то вспомни, что Спаситель твой был оклеветаем от завиствующих, предан Иудою, влеком на судилища беззаконными, бием по ланитам слугою, осужден неправедными судиями, осмеян и оплеван воинами, распят на кресте посреди двух разбойников, хулим, напоен желчью и оцтом, умерщвлен и в ребра прободен: вспомни, что Он так страдая был безгласен, яко агнец пред стригущим его, по предречению великого Пророка Исаии: «яко овча на заколение ведеся, и яко агнец пред стригущим его безгласен, тако не отверзает уст своих» (Ис.53:7). Ежели же ненависть к врагам ищет места в твоем сердце, то устреми тотчас ум твой к Голгофе, воззри на Иисуса, там на кресте висящего, и слыши, как Он, молясь о распявших Его, взывает к Отцу своему: «Отче! отпусти им: не ведят бо что творят» (Лк.23:34). И так при всяком случае ко греху, ежели мы, отверзши мысленные наши очи, будем взирать на Христа: то не только далече убежим от мрака греховного, но и светом Божественных добродетелей озарятся души наши.

Колико просвещается душа наша, колико укрепляется в любви, в сей великой добродетели, когда мы, взирая на Иисуса видим, что Он, по любви к нам грешным, соделался человеком, и нашего ради спасения не отрекся претерпеть крестную смерть! Колико усовершается дух наш в творении милостыни, когда взирая на Него, видим чудеса милосердия Его и слышим Его вещающего к помилованным, чтобы они молчали о благодеянии от Него им оказанном! Коликим жаром душа наша должна воспламениться к молитве, когда мы узрим Его и в пустынях, и на горе и в Гефсимании молящегося! Колико ревностными можем мы соделаться к хранению поста, когда узрим Его постящегося четыредесять дней и четыредесять ночей! Коликую приобретем себе пользу, когда, взирая на Него, найдем в нем примеры кротости, незлобия, терпения и всех прочих добродетелей, кои Он являл во все течение пресвятой Своей жизни, наипаче же во время мироспасительной страсти!

Приметьте здесь всеблагое смотрение бесконечной Божией премудрости. Созерцание Божия славы составляет блаженство, царствие и наслаждение небесными благами. Когда святые взирают на славу Божию, тогда они блаженствуют, тогда они царствуют и насыщаются небесными благами: «насыщуся, внегда явитимися славе Твоей», говорит Царе-пророк (Пс.16:15). На земле же созерцание Иисуса Христа, Бог дал нам для того, чтобы оно служило посредством к созерцанию Его на небесах: ибо ежели, по словам Павловым, тогда мы потечем на предлежащей нам подвиг, то есть по пути потечем спасения, когда будем взирать на Иисуса Христа: то отсюда видно, что земное созерцание Его руководствует к небесному. Ежели ты взираешь здесь на Его добродетели, то узришь тамо славу Божиего существа Его. Ежели взираешь на Его страдания, то узришь тамо Его Божие величество, и Его седящего во славе одесную Отца своего. Братия моя возлюбленная! взирайте во все временное течение жизни вашей на Иисуса Христа, да тако соделаетесь достойными взирать на славу Божества Его во век и в век века! Аминь.

10. Во вторую неделю по Пятидесятнице толкование на Евангелие от Матфея (Мф.4:18-23)

Промысл и человеколюбие суть два совершенства великого Бога и Творца твари. Господь наш Иисус Христос, «Сый сияние славы и образ ипостаси» Бога и Отца (Евр.1:3), показал сии два великие дела Своя соединенными между собою и нераздельными. Где промысл Его, тамо и человеколюбие, и где человеколюбие Его, тамо и промысл: ибо о всех делах Своих человеколюбиво промыслил и промыслительно учеловеколюбился. Во всяком деле Божии и промысл и человеколюбие усматриваешь; видишь Его промыслителем и купно благотворителем. Сему душеспасительному учению поучает нас и содержание ныне чтенного Евангелия. Избрание Боговестников Апостолов есть дело Божественного Промысла: «Аз избрах вы от мира» (Ин.15:19). Избирание особенных пред всеми людьми вселенских учителей высочайших благочестия догматов: сие же промыслительное избрание преисполнено есть Божественного человеколюбия: ибо цель и конец проповеди веры не иной какой есть, как человеческое спасение. Мы и в самых чудесах и во исцелениях всякой болезни и всякого расслабления, содеянных Иисус Христом, по избрании и призвании Апостолов, промыслительное Его человеколюбие зрим. Учеловеколюбился промыслительно над немощными и исцелил оных, да и они, исцелевшие, и зрители бывшие чудодеяния уверуют в великое таинство смотрения воплощения. Сегодняшняя убо Евангельская история живоописует нам промысл человеколюбный и промыслительное человеколюбие — сии две великие Спасителя нашего добродетели. Отверзите, благословенные христиане, душевные ваши ушеса, да слышав сие спасительное учение и возвеличив Божественную державу Иисуса Христа, сотворите плод небесный добродетельных деяний.

Мф.4:18. Во время оно, ходя Иисус при мори Галилейстем, виде два брата, Симона глаголемаго Петра, и Андреа, брата его, вметающа мрежи в море: беста бо рыбаря.

Сие Галилейское море называется еще Тивериадским морем и езером Геннисаретским, чрез которое проходит река Иордан. На брегу сего моря ходя, Господь наш увидел двух братьев: Симона, глаголемого Петра, и Андрея брата его, кои, будучи рыбаками, ввергали мрежи в море. Не по случаю же ходил тамо Христос, но предвидев, что тогда находились на море Галилейском Петр и Андрей, нарочно пришел туда, да призовет их на посольство Евангельского благовестия веры. Приметьте изъяснение Евангелиста. Сказав, что «вметаху мрежи в море», присовокупил он и сие: «беста бо рыбаря», дабы никто не сомневался, что первые Христовы ученики были рыбари, то есть люди убогие, и самые простые и неученые. Таковых же проповедников Евангелия избрал Бог, «да не похвалится всяка плоть пред Ним» (1Кор.1:29). Да не похвалятся царие, что страхом и властию покорили человеков вере; ни богатые, что златом и сребром купили мнения; ни мудрые, аки бы софизмами и красноречием побороли ум. Ни едина, говорю, человеческая сила похвалиться не может, что веру во Христа распространила: «буяя мира избра Бог, да премудрыя посрамит: и немощная мира избра Бог, да посрамит крепкая: и худородная мира и уничиженная избра Бог, и не сущая, да сущая упразднит: яко да не похвалится всяка плоть пред Ним» (1Кор.1:27, 29). Вся слава веры есть Божественная, все дело есть Божественной благодати. Двух братьев, первых учеников Своих, призвал Владыка всех для того, да научит нас, что все мы братия есмы, и братскую любовь один к другому хранить должны. Почему и сказал: «о сем разумеют вси, яко Мои ученицы есте, аще любовь имате между собою» (Ин.13:35). Для чего ж звал их Он в тот самый час, когда ввергали они мрежи в море? Сим показал нам, что долг Апостола и священнопроповедника есть, не чтобы спасать слушающих, но токмо чтоб распростирать мрежу учительства. Священнопроповедник, когда будет проповедывать, и духовный отец, когда будет увещевать и уговаривать, исполнил свое Апостольское дело. Если же ты, слышав, не отвратишься от грехов твоих: то имеет тот мзду свою за труд проповеди, а ты осуждаешься ради жестокости твоего сердца. Ибо долг того есть, чтобы учить и советовать, а твой долг — чтобы внимать и исправляться. Видите, каковое есть Божие смотрение! Бог устроил, да обретутся два человека, братия по плоти, убогие по состоянию, неученые по навыку, рыбари по художеству, избранные по произволению их самих, ввергающие мрежи в море Галилейское. Когда же сия промысл Божий предуготовал, тогда единородный Сын Его, пришед туда, глагола к ним:

Мф.4:19. И глагола има: грядита по Мне, и сотворю вы ловца человеком.

Идите по Мне, последуйте за Мною, и Аз соделаю вас ловцами человеков: Аз покажу вас проповедниками Евангелия. Вы не будете ввергать мрежу в море, но станете насеявать на сердцах человеческих слово Божие; не будете рыбу из моря извлекать, но будете изводить человеков из бездны неверия; человеков будете спасать, а не рыбу ловить. Заметьте, что Андрей и Петр прежде были ученики Иоанна Предтечи и Крестителя, слышавшие и от него о Иисусе Христе; приведите, видели Его и беседовали с Ним первее Андрей, потом и брат Его Симон, коего Христос назвал тогда Петром, сказав: «ты еси Симон сын Ионин; ты наречешися Кифа, еже сказается Петр» (Ин.1:42). Когда же Иоанн Креститель был ввержен в темницу, тогда Господь наш отшел в Галилею (Мф.4:12), Петр же и Андрей, как видно, пришедши туда же, занимались рыболовством, — ввергали мрежи свои в море Галилейское, где нашед их Христос, призвал ко Апостольству проповеди Евангельской.

Мф.4:20. Она же, абие оставльша мрежи, по Нем идоста.

Се святые Апостолы еще ревностнее Пророка Елисея показались: ибо Елисей, призыван будучи Пророком Илиею к пророческому служению, прежде простился со отцем своим, потом заклал волов своих и раздал оных людям, и потом уже иде в след Илии (3Цар.19:20-21). Андрей же и Петр, позваны бывше Христом ко Апостольской проповеди, абие в той же час оставили мрежи и последовали Ему. Из чего научаемся, колико должно нам быть охотным к званию Божию. Якоже бо тогда Богочеловек звал Апостолов, сказав: «грядите по Мне» (Мф.4:19): тако и ныне ежедневно всех нас зовет, вопия: «приидите ко Мне вси» (Мф.11:28). Апостолы абие оставили мрежи рыбные: ты оставь абие мрежи плотских твоих похотей; они тогда же оставили ветрило и кормило: ты абие остави славолюбие и гордость; они в той же час оставили кораблец и последовали Христу: ты абие оставь нечестие твое, и храни заповеди Его. Когда зовет Бог, то нет ни отлагательства, ни отговорки. Видя же Богочеловек, что Петр и Андрей, оставив вся, абие в след по Нем идоша, отшел оттуда, да и иных, позвав, сотворит Апостолами и Своими учениками.

Мф.4:21. И прешед оттуду, виде ина два брата, Иакова Зеведеева и Иоанна брата его, в корабли с Зеведеем отцем ею, завязующа мрежи своя, и воззва я.

Из двунадесяти Апостолов Иаковами назывались два: один сын Алфеев, коего Евангелист Марко называет Иаковом малым; а другой сей, сын Зеведеев, брат Иоанна Богослова Евангелиста (Мк.1:11). Приметь во- первых, что Евангелист Матфей не сказал: Иакова и Иоанна сынов Зеведеевых, но «Иакова сына Зеведеева, и Иоанна брата его», дабы дважды повторить имя сие — брат, и показать паки, что для того избираются два первые ученики Христовы братия, так как и два вторые, да и мы уразумеем, что всех в Него верующих долг есть любить друг друга, как брата. Приметь во-вторых, коликое было убожество Апостолов: ибо слово сие, «завязующа мрежи», значит то, что они своими руками починивали обветшавшие свои мрежи. В-третьих, что снискивали нужное для себя пропитание собственными трудами и потом, тем же питая и престарелого отца своего. Таковых-то убо мужей, призвав, Иисус Христос соделал учениками Своими, очевидцами и свидетелями жизни, чудес, страдания, погребения, воскресения, на небеса вознесения, сошествия Святого Духа, проповедниками Евангельских учений и всея вселенной наставниками и учителями.

Мф.4:22. Она же, абие оставльша корабль и отца своего, по Нем идоста.

Виждь усердие, соответственное предведению Спасителя. Слышав Господне звание, тотчас оставили и мрежи, и корабль, и отца своего, и последовали охотно зовущему Христу. Но тогда ли токмо во первых видели они Христа? и тогда ли токмо их звал Христос? Вероятно, что еще прежде сего известно им было о Иисусе Христе; но тогда несомненным образом во первых еще звал их: ибо в сем токмо Евангельском пункте видим первое их звание, которое и Евангелист Марко таким же образом описывает. Для чего же они оставили отца своего? Так как, видно, он не веровал во Христа (Мк.1:19). Посему они и последовали зовущему их Христу, не уверовавшего же отца оставили, Бога отцу своему предпочетши. Заметь притом, что по Христе грядущие, якоже Иаков и Иоанн, выходят из моря, то есть, из многомятежной мирской суеты; оставляют корабль и отца, то есть, непостоянные и многобедственные жизненные дела и плотские пристрастия, а не последующие Христу, якоже старик Зеведей, остаются на мори и на корабле, то есть колеблются волнованием мирской жизни и непостоянством земных вещей. Когда же Богочеловек призвал избранные сосуды и сотворил оных вселенскими учителями, тогда начал проповедь спасения и пречудные благодеяния Своего человеколюбия.

Мф.4:23. И прохождаше всю Галилею Иисус, уча на сонмищах их и проповедая Евангелие царствия, исцеляя всяк недуг и всяку язю в людех.

Сонмища или синагоги были места, в которых Евреи, собираясь, читали и толковали Божественное Писание. В одном и том же граде многие были таковые сонмища. В сонмищах убо Галилейских не обинуясь Господь наш учил, да все слушают Его учения и никто да не дерзнет обвинять Его, яко учащего что противное закону и Пророкам. Посему и сказал вопрошающему Его Каиафе: «Аз не обинуяся глаголах миру: Аз всегда учах на сонмищах и в церкви, идеже всегда Иудее снемлются, и тай не глаголах ничесоже» (Ин.18:20). Учил же всех Господь и проповедал Евангелие царствия, то есть, весть, что отверсто есть человекам царствие небесное. Почему и говорил: «отселе узрите небо отверсто, и Ангелы Божия восходящия и нисходящия над Сына человеческаго» (Ин.1:51). Проповедал Евангелие царствия: то есть, догматы благочестия, таинства веры, силу закона, учение благонравия, — чрез что человек наследником бывает Божия царствия. Виждь, какое есть различие между тем, что творил Бог, когда предавал закон Моисеев людем, и тем, когда проповедывал Евангелие царствия. На горе Синайской, на которой Бог, сшедши, предал закон, молнии и громы, огонь горящий, трубы грозно звучащие, гора дымящаяся и глубокая тьма являлись: в Галилеи же, куда единородный Сын Божий пришед, начал проповедывать Евангелие, — призывание учительское, чудеса человеколюбные, исцеления во всем народе от всякого недуга, то есть, от всякой жестокой и неизлечимой болезни и от всякой язи, то есть, от легкой и удобоизлечимой немощи. На Синаи страх и трепет, в Галилеи — упование и свободность; на Синаи суд и правда, в Галилеи — милость и благоутробие. «Моисеом дан бысть закон, Иисус Христом благодать бысть и истина» (Ин.1:17).

Беседа о пекущихся о душе

Христиане! «Иисус Христос вчера и днесь Тойже и во веки» (Евр13:8). Даже доныне зовет Он: «грядита по Мне» (МФ4.19), — но ни один Андрей, или Петр, или Иаков, или Иоанн слушает Его гласа. Зовет доныне: «приидите ко Мне вси труждающиися и обременении», — но никто к Нему не приходит. Обещает нам врачевства Божественного Своего человеколюбия: «и Аз упокою вы» (Мф.11:28), — но никто, ниже Божественному повинуется званию, ниже приемлет Отеческое врачевание. От чего же сие происходит? Ужели слово Божие изнеможе, так что не может действовать на сердце человеческое так, как прежде? Да не будет! Бог есть непревратен и неизменен; убо и слово Его есть таковое же: «якоже огнь, свидетельствует Пророк, и яко млат сотрыющий камень» (Иер.23:29). Туюжде силу, каковую имело оно тогда, когда, во-первых, слышал оное Адам, потом Ное, и после того Авраам, потом Моисей, и посем Пророки, а после сих Апостолы, — имеет оно и доднесь, и во веки. Даже доныне яко огнь попаляет грех, яко млат сокрушает жестокость сердца. Почему же убо не действует в нас так, как прежде? Почему приходят в церковь толико грешников, кои слушают слово Божие, а однако остаются неисправимыми и во грехе в своем умирают? Сие, братие моя, происходит от конечной беспечности о душевном нашем спасении. О всяком тленном и ничего нестоящем деле печемся и заботимся: а о спасении нашем нет никакого ни старания, ни заботы.

Послушайте, что повелевает Бог: «закон Мой», говорит, да будет поучением сердца и помышлением души вашей: «и да будут словеса сия, яже Аз заповедаю тебе днесь, в сердце твоем и в души твоей» (Втор.6:6). Христианине! скажи истинно: поучаешься ли ты хотя един час на дни в законе Божием? Помышляешь ли хотя един час в неделю о заповедях Господних? Воистину так, скажешь ты: — я молюсь и поутру, и ввечеру. Пусть так. Но какова твоя молитва? Движешь ты борзо уста твои, и прошептываешь один или два псалма, три или четыре тропаря: но мысль твоя шатается семо и овамо и нимало не разумеешь того, что болтает язык твой. Часто же, в то самое время, когда уста твои произносят молитвенные словеса, душа твоя наполняется помыслами греховными. И ты, может быть, думаешь, что молился, и довольно попекся о спасении твоем: но таковая молитва обращается бесплодною в недро твое, и бывает тебе во грех (Пс.108:7). Я, — скажешь, — хожу в церковь. Подлинно ходишь, но вносишь токмо туда тело, а мысль твоя в доме твоем остается, или в работе твоей, или в заботах и развлечениях твоих. Ходишь в церковь, — но вместо того, чтобы возводить ум твой к Богу, разговариваешь с стоящими с тобою, а иногда, ни мало не страшась, бесчинствуешь.

Закон мой, повелевает Бог, да будет поучением чад ваших: «и да накажеши ими сыны твоя» (Втор.6:7). Отцы и матери! скажите правду: поучаете ли вы чад ваших закону Божию? Объясняете ли им, сколько и какие суть Божия заповеди? Говорите ли им, хотя раз в неделю: чада! послушайте наказания нашего: если сохраните заповеди Божия, то будете люди почтенные, благополучные, и наследники рая; если же преступите их, то будете бесчестными, несчастливыми, и сынами ада ?

Закон Мой, повелевает Бог, должен ты иметь во устах твоих, где бы ты ни был: путь ли будешь совершать, или лежать на постели твоей, или с оной вставать: «и да возглаголеши о них (заповедях) седяй в дому, и идый путем, и лежа и востая» (Втор.6:7). Таковые помыслы согревают человеческую душу и удобряют его сердце так, что когда падет на оное семя слова Божия, то вскоре творит плод спасения. Но кто бы из нас, сидя в доме своем, или в доме друга своего, о законе беседовал Божии? Кто бы, на пути ходя, или лежа на постели, или с оной вставая, размышлял о заповедях Божиих, какую из оных сохранил и против коей погрешил? Кто, говорю, хотя бы един час в каждый день рассуждал о спасении своей души? Богач, предавший себя сладострастию и суетности, и не помыслит о часе смерти своей. Бедняк, бродя тамо и семо для исполнения ежедневных своих нужд, совсем забывает о дни судном. Купец, имея мысль прилепленную к торговле, ни о чем другом не мыслит, как только, чтобы купить дешево, а продать дорого. Художник ни о чем другом не печется, как только чтобы поскорее окончать свое художество и тем более обогатиться. О душе же, о будущей жизни, о страшном суде, о царствии небесном и о вечной муке — никто не старается и не печется. Каждого мысль прилеплена и предана к удовольствиям телесным, к собственной прибыли, к деньгам. «Господь, — свидетельствует Псалмопевец Пророк, — с небесе приниче на сыны человеческия, видети, аще есть разумеваяй, или взыскаяй Бога?» Ни одного однако не обрел: «вси уклонишася, вкупе непотребни быша: несть творяй благое, несть до единаго» (Пс.52:3-4). Ради прихоти телесной и суетности мирской — всякое попечение, старание и труды денные и ночные, а ради душевного спасения — нет ни попечения, ни помышления, ни памятования. От сего-то ожесточается сердце наше, и не вмещает света словес Божиих. От сего бесполезно бывает для нас Евангелие, и всякое слово Божие недействительно. Слово Божие есть свет небесный: «зане свет повеления Твоя на земли» (Ис.26:9): убо имеет свойства вещественного света. Когда солнечный свет воссиявает, то, если найдет дверь или вход в дом, к которому приражается, проницая освещает и согревает все в доме сущее; если же не найдет входа для проницания, то отражается вспять, — дом же тот остается хладным и темным. Ежедневно читается слово Божие: «внемлите же себе, да не когда отягчают сердца ваша обядением и пиянством и печальми житейскими, и найдет на вы внезапу день той» (Лк.21:34). Се свет! «Светильник ногама моима закон Твой, и свет стезям моим» (Пс.118:105). «Да будут чресла ваша препоясана, и светильницы горящии» (Лк.12:35). Се свет! «Аще хощете, и послушаете Мене, благая земли снесте: аще же не хощете, ниже послушаете Мене, мечь вы пояст» (Ис.1:19-20). Се есть свет! Он, когда касается ушес наших, ищет проникнуть и в глубину души и просветить оную, но никакого не находит открытия, никакого входа для проницания: ибо всяка душа наполнена есть гордости и тщеты, самолюбия, славолюбия и мудрований мирских. Ищет проникнуть даже до среды сердца, и согреть оное к любви Божией: но находит оное толико ожесточенным и подавленным плотскими похотьми и телесными пожеланиями, что никаким образом не может в него проникнуть. Чего для стрехчет несколько во ушах, и едва коснется души, как уже и отражается, и возвращается вспять недействительным, от чего душа наша остается непросвещенною и темною, сердце же — хладным к Божественному, наподобие снега и льда. Вот что небрежение о душе рождает! Вот что беспечность о спасении производит! Похищает действительность слова Божия, и отъемлет Божественную его силу.

Знает Бог, что по жестокосердию грешника глас слова Его остается недействителен. Но поелику по естеству есть человеколюбив, то не открывает гнева Своего, но употребляет другое, ощутительнейшее средство: предлагает глас твари, и оным призывает человека на покаяние. Но смотрите, что мы делаем, слыша и чувствуя таковый глас. Пророк Самуил, еще отрок мал сый, спаше в церкви Господней, идеже кивот Божий стояше. В полунощи звал его Господь с небесе, говоря: «Самуиле, Самуиле»! (1Цар.3:4-6) Он же думал, что Илий зовет его. Почему вместо того, чтобы Богу ответствовать: се аз раб Твой, Господи! что повелевавши? пришел ко Илию, и сказал ему: «се аз, чего хощеши?» Для чего звал мене? Мы же с великим прилежанием возделываем иногда землю: но когда приидет время плодособрания и жатвы, то ниже плодов собираем от древ, ниже семян пожинаем от полей, по слову Божию, которое грозит грешнику, вопия: «и положу небо вам аки железно, и землю вашу аки медяну: и не даст земля ваша семене своего, и древа села вашего не дадут плода своего» (Лев.26:19-20). Бесплодие есть глас Божий, который взывает нам, вопия: людие, людие! Но мы, заблуждшие, не обращаемся к Богу, вопия: ах, согрешили! но относим сие к бездождию, думая, якобы оно было бесплодия первою причиною. Со всяким вниманием печемся иногда о торговле, но вместо прибыли величайший получаем убыток, по глаголу Божию к согрешающим: «и будет вотще крепость ваша» (Лев.26:20). Убыток есть глас Божий, призывающий и вопиющий: людие, людие! Мы же, заблуждшие, не обращаемся к Богу вопия: согрешили, но относим сие к случаю, мня, аки бы худой случай причинил нам убыток. Самуил истинно не знал, что призывавший его глас был глас Божий, но по крайней мере прибегнул к Илию, который уверил его, что призывавший его был Бог. Мы же, несчастные, не познавая гласа Божия, к кому прибегаем? К бездождию, к случаю, к вещам бездушным и несуществующим, кои суть безгласны и не могут показать нам истины. Чего ради остаемся глухими и нечувствующими гласа творения, коим призывает нас Бог.

«Бог, беспредельно благоутробен сый, не хощет смерти грешника, но еже обратитися ему от пути зла, и живу быти ему» (Иез.18:23). Посему, паки милосердствуя, уязвляет совесть нашу: «Духа, о Немже пишет Божественный Апостол, посылает Бог в сердца наши, вопиюща: Авва Отче»! (Гал.4:6) и сосвидетельствующа «духови нашему, яко есмы чада Божия» (Рим.8:16). Сего Духа посылает Бог в сердца наши, не «Авва Отче», вопиюща, но глаголюща: «востани спяй, и воскресни от мертвых, и осветит тя Христос» (Еф.5:14). Посылает, говорю, Оного «послушествующа» (Рим.8:16), или сосвидетельствующа, не яко «есмы чада Божия», но обличающа нас и глаголюща, яко чадами диавола есмы. Обличение совести, которое иногда чувствует и самый жестокосердый грешник, есть глас Святого Духа, вопиющий не в ушеса, но в сердце его. Доколе, — говорит Он, — жить будешь во грехе? Се уже старость пришла, се болезнь тебя окружила, се смерть при дверях: востани от сна греховного, воскресни от мертвых дел беззакония твоего, и воссияет в сердце твоем свет благодати Иисус Христовой: «востани спяй, и воскресни от мертвых, и осветит тя Христос»! Сими словами призывает Дух истины и обращает на покаяние. Что ж творит, слыша сие, бесчувственный грешник? Отвращает лице свое. Когда приходят в мысль его рассуждения о душе и о спасении, то он нарочно преносит ее к мирским помыслам, и таким образом заглушает вопль гласа Святого Духа.

Приходит врач ко одру болящего и, имея в руках, врачевство на его болезнь, говорит ему: востани, воскресни, болезнь твоя опасна; если приимешь сие лекарство, то без сомнения исцелишься: если не хочешь сего, то нет никакой надежды к жизни. Больной же, услышав сие, абие отвращает лице, и ниже слышать хочет слов врача. Что ж сие есть? Буйство, превосходящее всякое иное буйство. Но буйство того грешника, который затыкает ушеса свои к слышанию гласа Святого Духа, вопиющего и глаголющего к нему: «востани спяй, и воскресни от мертвых, и осветит тя Христос», — есть буйство и безумие, несравненно превышающее и безумие такового больного. Ибо больной, ослушающийся врача, надеется, может быть, на силу сложения, и на помощь Божию: грешник же, не внемлющий гласу Всесвятого Духа, какую иную имеет надежду? Больной прогневляет единого врача: грешник опечаливает Всесвятого Духа, то есть, Бога. Больной, хотя и умрет, временной токмо лишается жизни: грешник, если умрет во грехе, лишается вечного царствия.

По таковых же милостивых призываниях Божиих, что последует с теми, кои, совсем забыв о душе, отвращаются гласа Божия? Евангельскими притчами о двух богачах показал нам единородный Сын Божий, каким образом наказует Бог совсем не пекущихся о своем спасении. Из сих двух богачей един, предавшийся попечению о полях, о плодах, о житницах, о плотской сладости и покое, в оных точию имел и ум и сердце погруженные: о них грезил ночью, о них был весь его труд, и попечение, и заботы. «И мысляше в себе, глаголя: что сотворю, яко не имам где собрати плодов моих? и рече: се сотворю: разорю житницы моя, и большия созижду, и соберу ту вся жита моя и благая моя, и реку души моей: душе! имаши многа блага, лежаща на лета многа: почивай, яждь, пий, веселися» (Лк.12:17-19). Богачу треокаянный! ты к земли пригвоздил очи твои и никогда не возводишь главы твоей на небо: все твои попечения суть плотские, все твои старания суть телесны, а о будущей жизни нимало не попечешься; но Бог с небеси обличает твое буйство и безумие: безумне, безумне, говорит Он тебе: — богачу безумне и несмысленне! ты чаешь жить лета многа, пользуясь благими твоими, но Бог внезапно пожинает жизнь твою. «В сию нощь истяжут душу твою от Тебе» (Лк.12:20). В сию нощь умрешь, а благих, яже уготовал еси, кто будет наследник? «а яже уготовил еси кому будет?» Слышите ли, коль страшное осуждение! Изобличение страшное, смерть внезапная, наследник — никто! Таковой-то есть конец тех, кои собирают сокровища для плотских своих услаждений, а о украшении души своей богатством добродетели и благодати Божией ни мало не пекутся! «Тако собираяй себе, а не в Бога богатея» (Лк.12:21).

Другого же богача ежедневное попечение было о столе великолепном, о ризах светлых, о плясках, пениях, плотском сладострастии; прибавок к сим порокам его было чрезмерное немилосердие. Сей жестокосердый видел каждодневно Лазаря нага, жаждуща, гнойна, лежаща пред враты его, и псов лижущих язвы его, но никогда не умилосердился над ним. Какой же конец? Умер богатый. Что ж потом? Муки, пламя, огнь. Толь великая и чрезмерная жажда палила его язык, что и единой просил капли: «отче Аврааме! вопиял он, — помилуй мя, и посли Лазаря, да омочит конец перста своего в воде, и устудит язык мой, яко стражду во пламени сем» (Лк.16:24). Тако наказуются те, кои, забывая о душевном своем спасении, погружаются в плотских удовольствиях.

Возлюбленные христиане! весьма бесчувствен есть тот человек, который негу во временной сей жизни предпочитает вечному царствию. Если сравните время настоящей жизни и вечность будущего блаженства, то первое в рассуждении второй есть яко единая капля воды пред целым морем, и еще несравненно менее — есть яко единая крупинка песка пред всем песком, сущим на брегах всего моря и всех земных потоков, и еще несравненно менее. Есть яко единый цвет пред всеми цветами, каковые были от создания мира и будут до скончания века по всей земли, и еще несравненно менее, — яко единица пред числом неизмеримым и бесконечным. Весьма обижаем мы себя самих, вечная на временная променивая. Сия обида или неправдование есть паче всякой неправды, бываемой в поднебесной. Великая глупость и безумие наше! Для здания великолепного и обширного дома великое старание и труд прилагаешь, а и сам не знаешь, не токмо сколько времени будешь в оном жить, но еще успеешь ли ты и взойти в оный: о доме ли нерукотворенном и вечном, сущем на небеси, никакового не прилагаешь старания? Трудами неисчетными, заботами премногими скопляешь богатство земное, но для кого собираешь оное, сам не знаешь: для богатства ли убо небесного, неотъемлемого и вечного, никакого и никогда не подъемлешь труда? О тленном теле толико печешься: о душе ли бессмертной тако вознерадишь?

Мы, изгнаны будучи из рая, преселились в сие заточение, где внезапу приходит определение Божие, да паки возвратимся во отечество. Скажите же убо мне, прошу, как живет заточенный человек на месте заточения, где со дня на день ожидает царского определения о его освобождении и возвращении в свое отечество? «Мы не имамы зде пребывающаго града, но грядущаго взыскуем» (Евр.13:14). Странники все есмы и пришельцы на земле сей. Ныне живем, а заутра умираем; ныне на земли, а заутра во аде. Странник како живет на земли странной, когда по необходимости долженствует возвратиться в свое отечество? Предает ли он сердце свое благим, сущим в земли чуждей? Выходит ли когда из мысли его памятование о своем отечестве? Почему ж убо мы, в заточении сущие, и странники мира сего, и с часу на час ждущие перехождения в отечество, погружаем и мысль и сердце во благих сего мира? Почему совсем забываем о небесном граде, святом Иерусалиме? Ежели изгнанник и странник, прельстившись, прилепятся к земли чуждей и забудут отечество, то потеря их невелика и временна: если же мы, прельстившись, предадим душу нашу мирской суетности и презрим попечение о спасении, то потеря есть чрезмерная и вечная. Те, ежели и всего лишившись имения возвратятся в свое отечество, малое и временное терпят зло: мы же, ежели отыдем на суд обнаженные всякой добродетели, вечно будем мучиться.

Узнав убо, возлюбленне, коль пагубно есть небрежение о душе твоей и нерадение о спасении твоем, умудрись во благое и начни отныне прилагать старание о душевном спасении твоем. Памятуй ежедневно страшное судище Божие, праведное воздаяние последнего суда, вечное царствие, некончаемую муку. Испытуй каждодневно себя самого и примечай, какой не сохранил заповеди Божией, какое содеял покаяние, какую сотворил добродетель. Да не проходит ни дня без помышления о будущей жизни, без попечения о душе твоей, без памятования о Творце и Создателе твоем. Сицевым же образом пожив яко изгнанник, и походив яко странник, и предпослав на небо благие дела твои, яко сокровище, когда приидет час смерти твоей, радуясь и веселясь, избежишь многобедственного сего изгнаннического места и приидешь в отечество твое, в селения святых, в лики Ангельские, во славу трисолнечного Божества, еяже да сподобит всех нас Христос Иисус Господь наш: Емуже слава и держава ныне и в нескончаемые веки веков. Аминь.

10.1. Толкование на Апостол из посланий Апостола Павла к Римлянам, читаемый в неделю вторую по Пятидесятнице (Рим.2:10-16)

Православная Христианская Церковь приемлет четыренадесять Павловых посланий, так как Священное Писание или Слово Божие, и почитает их точно так же, как учение святого Евангелия. Сих посланий порядок, каким они расположены в книгах, не сообразуется с течением времени, в которое каждое из них писал Божественный Апостол: ибо первое послание писано им 1 к Солунянам; второе, 2 к ним же; третье, 1 к Коринфянам; четвертое, 2 к ним же; пятое, 1 к Тимофею, шестое к Титу, седьмое к Римлянам, восьмое к Галатам, девятое к Филипписеям, десятое к Ефессеям, первоенадесять к Филимону, второенадесять к Колоссаям, триенадесять к Евреям, четвертоенадесять и последнее 2 к Тимофею. Кто же таким образом расположил их, как мы видим в Церковных книгах, и для чего, то неизвестно. Послание его к Римлянам, которое он писал к ним из Коринфа прежде пришествия своего в Рим, помещено в книгах первым может быть потому, что хотели уважить град сей, который тогда был столицею, или, может быть, по важности в нем содержащихся предметов, последнее кажется справедливее: потому что в нем содержится учение Христианской веры, доказанное законами как естественным, так и письменным: доказательство чрез закон естественный, руководствует к вере язычников, а чрез письменный Евреев. Посему-то сие Павлово послание и может обращать в веру людей всякого рода. В нем объясняется еще причина, для чего Бог, оставив род Еврейский, ввел на место его язычников. Много и других таинственных предметов содержится в сем послании, которые требуют пространного и глубокомысленного толкования: но мы потщимся, при помощи Всеблагого Бога, истолковать ныне чтенное из него зачало.

Рим.2:10-11. Братие, слава же и честь и мир всякому делающему благое, Иудееви же прежде и Еллину: несть бо на лица зрение у Бога.

Еллинами называет Апостол всех язычников, которые не из Иудейского рода. Говорит же здесь не об Иудеях или Еллинах, бывших прежде воплощения Иисуса Христа, научая что до Евангельской проповеди не токмо Иудеи, хранящие закон, данный им чрез Моисея, но и язычники, которые то есть основываясь на естественном законе, жили честно и добродетельно, удостаивались славы, чести и мира. И потому говорит: «несть на лица зрение у Бога», то есть, Бог не смотрит ни на род, ни на чести, ни на другое что-либо мирское, но на одну свободную волю и на дела человеческие: потому что един и тойже есть творец, создатель и Бог равно всех человеков. «Или Иудеев», говорит тот же Апостол, «Бог токмо, а не языков? ей и языков. Понеже един Бог, иже оправдит обрезание от веры, и необрезание верою» (Рим.3:29-30). Почему же он, сказав сие, отдаст преимущество Иудею? «Иудееви же прежде и Еллину», говорит он, и выше сего: «скорбь и теснота на всяку душу человека творящаго злое, Иудеа же прежде и Еллина» (Рим.2:9). Иудея Апостол поставил к наказанию прежде, нежели Еллина потому, что Иудей порочный преступает два закона, естественный и письменный, а Еллин один только естественный. По сей же причине и славы, чести и мира достоин прежде Иудей, а потом уже Еллин: ибо добродетельный Иудей выполняет не одни внушения природы, но и правила закона, веря, что слова, в законе писанные, суть слова самого Бога. «Что убо лишшее Иудею», говорит святой Павел, «или кая польза обрезания? Много, по всякому образу: первее бо, яко вверена Быша им словеса Божия» (Рим.3:1- 2). Сие подтверждают следующие слова:

Рим.2:12. Елицы бо беззаконно согрешиша, беззаконно и погибнут: и елицы в законе согрешиша, законом суд приимут.

Кто такие грешат без закона? Язычники, которые, не прияв от Бога закона, чрез Моисея данного, преступают однако ж его заповеди. Кто же согрешает в законе? Иудеи, которые хотя и прияли закон оный Божий, но не исполняют его. Осуждаются же как Иудеи, так и Еллины, закон преступающие, но Иудеи с большею строгостию, потому что закон обличает и осуждает их преступления: (Злат. на посл. ко Евр.) есть, иже «на вы глаголет», рек Господь, «Моисей, наньже вы уповаете» (Ин.5:45): а язычники с меньшею строгостию, потому что не имеют закона, который бы обличал и осуждал их. Здесь должно заметить, что хотя сказанное о язычниках слово, погибнут, и кажется важнейшим наказанием, нежели сказанное об Иудеях: «суд приимут», однако ж первое не больше последнего: потому что и слово: «суд приимут» значит не иное что, как осудятся. Почему же Иудеи, принявши закон и сделавшись преступниками оного, не только ни малой не получают себе от него пользы, но еще строжае осуждаются, и почему язычники, не слышавшие совсем о законе письменном, погибнут за преступление оного? Сии два недоумения Апостол Христов разрешает следующим образом:

Рим.2:13. Не слышателие бо закона праведни пред Богом, но творцы закона оправдятся.

Вот разрешение первого недоумения: Иудеи хвалились, что они прияли закон от Бога, а после преступив его, презрели законодателя. «Иже в законе хвалишися, преступлением закона Бога безчествуеши» (Рим.2:23), сказал им в обличение Павел и так Божественный Апостол сказав: «елицы в законе согрешиша, законом суд приимут» (Рим.2:12), объясняет далее причину, для чего должны осудиться имеющие закон, но не хранящие его: ибо, глаголет он, не те, которые слышат закон, и не исполняют его, но те, которые слышат и вместе исполняют заповеди его, суть праведны и святы пред Богом. И поистине, Бог давши закон, ясно завещал нам хранить его. «Вся», рек Он, «елика глаголах вам, сохраните: и сохраните повеления моя, и сотворите я: аз Господь освящаяй вас: сохраните заповеди Господа Бога вашего» (Исх.23:13; Лев.20:8. 22; Втор.6:17.4:40), Бог определил притом для преступников своего закона страшные и ужасные наказания и проклятия. Вот, причина, для чего слышащие закон, но не исполняющие его, самим законом осуждаются. Выслушайте разрешение и второго вопроса.

Рим.2:14. Егда бо языцы не имуще закона естеством законная творят, сии закона не имуще, сами себе суть закон.

Ежели язычники, говорит он, не имеющие закона Божия письменного, будучи водимы единым естеством, исполняют законом предписываемые заповеди: то отсюда видно, что сии, то есть оные язычники, не имея закона Божиего, сами себе суть закон. Сие доказывает нам, что в естестве человеческом есть закон врожденный, который руководствует человека к соблюдению закона Божиего, и который мы называем законом естественным. Руководством сего-то естественного закона сохранили заповеди закона письменного Авель, Енох, Ной, Мелхиседек, Авраам и все праведные, бывшие прежде закона. Они, не имев закона письменного, сами себе были законом, сами себе законополагали, будучи просвещаемы естественным светом. Сие Апостольское учение разрешает не только второе недоумение, но и первое. Язычник имеет один только светильник, озаряющий пути его, то есть закон естественный: а Иудеи два, закон естественный и письменный: посему, ежели согрешает язычник, то погибает он потому, что преступает закон естественный, руководствующий его к соблюдению заповедей Божиих: а ежели Иудеи, то осуждается он строжае язычника потому, что преступает два закона, естественный и письменный: следующими же словами то же подтверждая Апостол, показывает нам и способ, каким образом действует в нас закон естественный.

Рим.2:15. Иже являют дело законное написано в сердцах своих, спослушествующей им совести, и между собою помыслом осуждающим, или отвещающим.

Сии, говорит Апостол, не имея закона, показывают, что дело законное написано в сердцах их. Какое же то законное дело? Бегание от греха и исполнение добродетели. Чем же показывают они, что такое дело написано в сердцах их? Своими делами. Они не прияв закона, ниже слышав о заповедях его, исполняют их. Но чем руководствуются они к таковому их исполнению? Своею совестию и рассудком. Совесть и здравый рассудок дают знать, что есть добро и что зло, «спослушествующей совести». Помыслы, то есть, душевные мысли или рассудок, осуждают друг друга, или ответствуют друг другу за добродетель и грех. Помыслы добродетельные осуждают помыслы греховные, или ответствуют им борьбою за добродетель: а греховные осуждают добродетельные, или ответствуют им оправданием греха. «И между собою помыслом осуждающим, или отвещающим». Посредством сих-то двух способов, то есть посредством совести и рассудка, или душевных помыслов, действует в нас закон естественный, начертанный Богом в естестве человеческом. Здесь должно заметить, что сии три стиха, начиная с того: «не слышателие бо закона, даже доселе: или отвещающим» (Рим.2:13) суть вложенные между прочими, что на многих местах Нового завета видеть можно: а следующие прямо относятся к вышесказанным оным словам: «законом суд приимут» (Рим.2:12).

Рим.2:16. В день егда судит Бог тайная человеком, по благовестию моему, Иисусом Христом.

«Елицы бо”, сказал он выше, «беззаконно согрешиша, беззаконно и погибнут: и елицы в законе согрешиша, законом суд приимут» (Рим.2:12): а когда сие будет, то он показывает, говоря: «в день егда судит Бог тайная человеком». Почему же сказал он: «тайная человеком»? Неужели Бог одни сокровенные дела будет судить в день суда своего? Никак: Апостол сказал таким образом для того, дабы мы не думали, что одни явные дела наши будет судить Всеведующий Бог, но дабы веря, что Он есть «испытуяй сердца и утробы» (Иер.11:20) и судяй не токмо явные, но и самые сокровенные дела, самые мысли и помышления человеческие, удалялись не токмо от явных грехов, но и от тайных, делом, словом, или помышлением производимых. Что же Апостол называет здесь благовестием своим? Благовестие значит то же, что и Евангелие. Но сей Апостол не писал Евангелия, так как четыре Евангелиста. Благовестием или Евангелием своим называет Евангельское учение, им проповедуемое,  не токмо в одном послании к Римлянам, но и в послании к Тимофею, пиша к нему: «поминай Господа Иисуса Христа воставшаго от мертвых от семене Давидова по благовестовованию моему» (2Тим.2:8). Сию Евангельскую проповедь свою он в посланиях к Коринфянам называет благовествованием Христовым (1Кор.9:12) и благовествованием славы Христовой, в послании ко Ефесеям благовествованием спасения, (2Кор.4:4; Еф.1:13) а в послании к Солунянам благовествованием Божиим (1Сол.2:2). А что он сказал, Иисусом Христом судит Бог тайная человеком? то сие сказал потому, что «Отец не судит никомуже, но суд весь даде Сынови» (Ин.5:22).

Беседа о том, что Павловы слова добродетельных укрепляют, а грешных делают безответными

О колико чтенные ныне Апостольские слова укрепляют добродетельных людей в их добродетели, а грешных сколь делают безответными во грехах их! Вы, которые любите Бога и ближнего, которые имеете благоразумие в душе, смирение и кротость в сердце, целомудрие и воздержание во всех членах телесных, которые наблюдаете правоту во всех ваших делах, которые милуете бедных, приемлете странных, посещаете немощных, которые поститесь, молитесь и бдите: вы, говорю, которые храните заповеди Господни, яко зеницу ока, и которые подобно трудолюбивой пчеле, со всяким тщанием и ревностию собираете сладчайший мед добродетелей, приидите и слышите, какие предлежат вам воздаяния за труды ваши! слава, честь и мир: и в сем никто да не сомневается. Скиф ли ты, Араб ли, Египтянин ли, Индеец ли, Иудей ли, Еллин ли, знатного рода или низкого, богат или беден, господин или раб, свободный или невольник, Царь или подданный, какого бы ты ни был состояния рода или звания, ежели только делаешь добрые дела, то без сомнения получишь себе славу, честь и мир. «Слава, и честь и мир всякому делающему благое, Иудееви же прежде и Еллину!» (Рим.2:10) Бог же есть нелицеприятен: Он смотрит на одни только дела твои: «несть бо на лица зрения у Бога» (Рим.2:11). Слава, сказал Апостол. Слава же есть двоякого рода: одна слава добродетели, другая слава мира сего: первая есть неувядаема и непременяема, а вторая удобь увядаема и непременяема. Богатый добродетелью всегда славен: напротив богатый благами мирскими сегодня славен, а заутра бесславен. Слава добродетели есть бессмертна и вечна: напротив слава мирская временна и тленна, правда, умирают яко люди и добродетелью увенчанные, но слава их никогда не умирает: она живет и пребывает в век века. «И слава их не потребится» (Сир.44:12), говорит Иисус, сын Сирахов. Умирают богатеющие благами мира сего, умирает и слава их с ними. «Всяка слава человеча яко цвет травный: изсше трава, и цвет ея отпаде», говорит Исаия (Ис.40:6-7). Слава добродетели есть свет, просвещающий ум и пользующий душу. «Тако да просветится свет ваш пред человеки, яко да видят ваша добрая дела, и прославят Отца вашего, иже на небесех» (Мф.5:16). А слава мирского благополучия есть тьма, помрачающая ум и вредящая душе. «Мир весь во зле лежит» (1Ин.5:19), говорит Иоанн Богослов. Следовательно как свет различествует от тьмы, польза от вреда, вечное от временного, так слава добродетели различествует от суетной славы мира сего.

«Слава и честь» (Рим.2:10). Честь воздаваемая за добрые дела, есть честь истинная. Богача сребролюбивого и скупого ты не почитаешь, а презираешь. Ежели и надеешься чего-нибудь от него, то только льстишь ему, а не почитаешь его. Язык твой соплетает ему похвалы, а сердце изрыгает на него хулы. Начальника, или почтенного чинами гордого, и неприступного, неправедного и жестокого ты не почитаешь, но страшишься и трепещешь лица его. Кланяется ему до земли, но будучи побуждаем не сердечным расположением, а страхом и робостью: тело твое пред ним сгибается и показывает знаки почтения, а душа раздражается, и говорит со Пророком: «приложи им зла, Господи, приложи зла славным земли» (Ис.26:15). Вот таким образом мы почитаем славных земли, но недобродетельных! Напротив, добродетельного человека, какого бы он ни был состояния или звания, хвалят не только уста твои, но и сердце, почитает и кланяется ему не токмо твое тело, но и душа: одно сердечное твое расположение заставляет тебя преклонять пред ним главу твою. И так честь, воздаваемая добродетельным, толико есть превосходнее чести воздаваемой славным земли, колико честь истинная превосходит ложную, лицемерную, и колико душа есть превосходнее тела.

«Слава и честь и мир» (Рим.2:10). Два суть рода мира: внутренний и внешний. Когда умирают в нас плотские пожелания и обличает нас совесть, тогда мы, по завещанию Павлову, «мирствуем в себе» (1Сол.5:13), то есть, наслаждаемся миром или спокойствием внутренним. Когда же любим ближнего как самих себя по заповеди Господней (Мф.19:19), тогда по возможности нашей «мир имеем со всеми человеки» (Рим.12:18), как учит тот же Павел: тогда наслаждаемся миром внешним. Сих двух родов мир преподал Богочеловек святым ученикам своим, сказав им сугубо: «мир оставляю вам, мир мой даю вам» (Ин.14:27). Посему ежели мы имеем мир и внутренний и внешний, то имеем мир истинный и совершенный.

Мир похищает у нас и внутренний и внешний мир. Он воспламеняет в нас плотские похоти, возрождает страсть к лихоимству, плотоугодию и к тщеславию. Но какое спокойствие, какой мир душевный может иметь лихоимец? Он беспрестанно мечется туда и сюда, ищет, где бы обогатится, и хотя до чрезвычайности обогащается, но все еще не доволен: он подобен страждущему водяною болезнью, который чем более пьет, тем более жаждет. Может ли быть спокоен человек распутный, чувствуя, что он истощевает не токмо свое имение, но и телесные силы, здоровье и самое свое тело? Какой мир может иметь человек тщеславный, беспрестанно ища себе похвал и подлого раболепства, споря о преимуществах и первоседании, домогаясь честей и отличий? Сии пагубные страсти не токмо волнуют и беспокоят человека, но и ввергают его в бездну неправд, зависти, обманов, лжи, злых советов, ненависти и других ужасных беззаконий. Здесь совесть делается уже бичом жестоко биющим, и червием неусыпающим, который точит самые кости, и потому не оставляет и следов мира. «Несть мира», сказал Порфироносец Давид, «в костех моих от лица грех моих» (Пс.37:4). И так миролюбец не может иметь внутреннего мира потому, что беспрестанно возмущают его похоти мира, и мучают сильные упреки совести. Но неужели он не может иметь и внешнего? Ужели он не имеет мира с людьми? О, как далек от него и сей мир! Здесь обладатели и тати, намереваясь похитить у него богатство, наносят ему боязнь и страх: там любострастные соперники, препятствуя исполнению похотей его, подвергают его неизбежным опасностям: здесь завистники и тщеславцы, желая отнять у него настоящие его достоинства, и препятствуя надеждам его на получение первенства, честей или повышений, возмущают его душу. Он подобен кораблю, плавающему посреди моря, в котором ссорятся между собою несогласные пловцы, и в который отвне ударяют противные ветры и сильные волны: он подобен граду, внутри возмущаемому несогласием граждан, а отвне окруженному неприятелями.

И так один добродетельный человек наслаждается истинным миром: ибо где добродетель, там умирают плотские похоти, там мир совести: где добродетель, там и любовь: а где любовь, там нет места зависти, клеветам, неправдам и всем другим порокам, которые бывают причиною раздоров наших и несогласий. Добродетельный вкушает небесную сладость мира, и ни соблазны развратных, ни злые советы, ни гонения не могут лишить его внутреннего спокойствия: оно наполняет сердце, и никогда не может удалиться от него. Доказательством сего может служить радость Павлова в то самое время, когда он отвне объят был злостраданиями. «Ныне радуюся», говорил он, «во страданиих моих о вас» (Кол.1:24).

Слава убо честь и мир не богатым, не сладострастным, не славным земли, но всякому делающему благое. Какого бы ни был кто звания, рода и состояния, богат или беден, славен или неславен, именит или совсем неизвестен, слава, честь и мир ему: ежели он творит дела добродетели. Сии-то мздовоздаяния обещает Павел, или лучше сказать, Дух Святой устами его людям добродетельным, мздовоздаяния великие, составляющие истинное человеческое благополучие, мздовоздаяния вечные. Слава, честь и мир добродетельным на земле: слава, честь и мир на небесах. В славе добродетельный и у человеков, в славе и у Бога: в чести и на небесах: мирен в жизни, мирен и по смерти, зане приял есть мир Божий, емуже несть предела (Ис.9:7).

Сими-то Божественными и спасительными словам ободрял святой Павел сердца людей добродетельных. Выслушайте теперь, что он произрек на творящих дела нечестивые и беззаконные: «скорбь и теснота», рек он, «на всяку душу человека творящаго злое, Иудеа же прежде и Еллина» (Рим.2:9). поелику Апостол знал, что многие из Иудеев извиняли сами себя во грехах тем, что трудно им казалось исполнить закон Божий, и что закон Божий казался им противен закону естественному: то он предлагает им в пример язычников, дабы тем более сделать их безответными. Когда, говорит он, вы видите, что язычники, не имеющие закона Божия, чрез Моисея на горе Синайской данного, исполняют заповеди его: то отсюда не другое что можете заключить, как то, что естество человеческое имеет в себе закон естественный, который, руководствуя человека к исполнению заповедей Божиих, делает его законом самому себе. «Егда бо языцы не имуще закона, естеством законная творят, сии закона не имуще, сами себе суть закон» (Рим.2:14).

Выслушайте, Христиане, доказательство на сию истину. Откуда познал Авель, что Богу достоит приносить в жертву лучшее, и потому принес Ему «от первородных овец своих, и от тук их»? (Быт.4:4) Откуда познал Каин, что убийство есть грех прогневляющий Бога, и потому скрывал убийство брата своего, ответствуя ко Господу: «еда страж брату моему есмь аз?» (Быт.4:9) Откуда познал Енох угодная Богу, «и угоди Ему»? (Быт.5:24) Что научило Ноя правде и соделало его совершенным в роде своем, как говорит Писание: «Ное бе человек праведен, совершен сый в роде своем, и угоди Богу»? (Быт.6:9) Что внушило Аврааму, что мы долженствуем иметь к Богу совершенное послушание и любовь, превосходящую даже самую любовь к детям, и потому он, дабы доказать Богу свое повиновение, простер «руку свою взяти нож, заклати сына своего»? (Быт.22:10) Какой закон управил язычника Корнилия сотника ко благочестию, страху Божию, посту, молитве и к подаянию милостыни? (Деян.10:2,30) Какой закон научил дикие народы наказывать убийц, разбойников, татей, прелюбодеев и обидчиков? Какой другой закон, как не закон естественный? «Языцы не имуще закона, естеством законная творят» (Рим.2:14).

Но тот же самый Павел, скажете вы, говорит: «вижду же ин закон во удех моих, противувоюющь закону ума моего, и пленяющь мя законом греховным, сущим во удех моих» (Рим.7:23). По учению убо Павлову два суть закона в человеке, один другому противоборствующий, закон плоти и закон ума: который же из них есть закон естественный, закон ума, или закон плоти? Закон плоти есть закон греха, он не насажден Богом в естестве человеческом, но завистью диавола вниде во уды плоти нашей, по грехопадении прародительском: и потому закон плотский не есть закон естественный в человеке, но закон привведенный и противоестественный, как и болезнь телесная не есть естественная, но привходит в естество от какого-либо расстройства и беспорядка. Законом убо естественным должен быть закон ума: его вложил Бог в человека при самом еще творении, вдунул «в лице его дыхание жизни» (Быт.2:7) и соделал его разумным, умствующим и рассуждающим. Посему-то праотец наш прежде падения своего, не имея другого закона, кроме естественного, далек был от греха, и дело его было одна добродетель: по падении же его взошел не токмо в него, но и во всех потомков его посторонний и противоестественный закон греха. поелику же сии два закона учат противно один другому, закон естественный учит добродетели, а противоестественный порокам, то они и воюют один против другого. В сей страшной войне иногда победа остается на стороне закона естественного, от чего рождается добродетель: а иногда на стороне противной, и человек делается пленником греха. Сия брань закона естественного с законом противоположным подобна той брани, какую можно примечать между здоровьем и болезнью: побеждает здоровье, и от того бывает продолжение жизни: побеждает болезнь, и от того человек подвергается смерти. Так, сия брань в нас ощутительна. Чувствую, что плоть моя стремится ко греху: чувствую также и то, что душа моя жаждет добродетели, плоть склоняет меня ко греху, а разум говорит, не делай того. Такой брани попускает Бог быть в нас для того, чтобы праведно увенчать Ему победителя греха. И так закон естественный в человеке есть закон ума: он есть толкователь закона Божия, и твердое оружие против греха: он есть бдительный страж Божественных заповедей, и хранитель наш, ежели только будем следовать его внушениям.

Христиане! Мы не имеем никакого оправдания и извинения. Закон естественный руководствует нас к добру, и мы видим, что многие посредством сего единого, победив закон плоти, творили добрые дела, и угодили Богу. Закон письменный, данный от Бога чрез Моисея на горе Синайской, учит нас удаляться греха и делать добро: и мы видим, что помощию сих двух законов, то есть естественного и письменного, все пророки и сущие в законе праведники отвращались греховных дел, и совершали великие дела добродетели. Сверх сего мы имеем еще и третий закон, на святой горе Сионской данный, то есть закон Евангельский, который запрещает нам следовать закону плоти, а повелевает подражать великому примеру Иисуса Христа. Вот чему учит он во Евангелии: «аще кто хощет по мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой, и по мне грядет» (Мф.16:24) и мы видим тьмы тем людей всякого состояния и звания, которые, будучи послушны сему закону, умертвили плотские свои страсти и возвысились в добродетели до возможной человеку степени совершенства: притом мы верим, что благодать Божия, содействовавшая в добрых делах бывшим и прежде закона и в законе, и по Евангельской проповеди, готова вспомоществовать и нам, ежели будем стараться о стяжании добрых дел.

Убо окаянен аз человек! трех имею учителей, путеводителей, поборников и помощников, то есть, естество, закон и Евангелие, которые руководствуют меня и побуждают к добродетели: притом и благодать Божия готова ко вспомоществованию мне: но я повинуюсь закону естества, преступаю закон, на Синае данный, бесчещу делами моими Евангелие, и заключаю вход к себе благодати Божией. Увы мне! какой ответ дам я в день оный, егда Бог судит не токмо явная, но и тайная сердца моего?

Братия моя грешная, от них же первый есмь аз! в день оный никакого не будете вы иметь оправдания: и ежели не покаетесь, доколе имеете время, то потеряете самую надежду спасения. «Аще необратитеся, оружие свое очистит, лук свой напряже, и уготова и: и в нем уготова сосуды смертныя» (Пс.7:13-14).

11. В неделю третью по Пятидесятнице толкование на Евангелие от Матфея (Мф.6:22-33)

Святое нынешнего Евангелия учение содержит великую глубину душеполезных мыслей. Почему если кто не с достодолжным вниманием читает оное, то найдет и смысл трудным, и сочинение слов без надлежащей связи, и заповеди, по немощи естества нашего, неудобоисполнительными. Но если кто испытает Евангельские слова, по заповеди Господней, с должным вниманием и любоиспытанием, то и смысл покажется ясным, и связь слова удивления достойною, и заповеди нетрудными и спасительными. Таковый в сих Евангельских Спасителя нашего словах, во-первых, узрит, каковая предосторожность нужна есть душе человека, да не возобладает им пагубная сребролюбия страсть; потом услышит Божественные ответы на представления, бываемые от ослепленных сребролюбцев, и обличения на их маловерие и суемудрое ослепление; наконец познает, каким образом Божественный учитель возвышает человеческое сердце от многотрудного мятежа мирских похотений и возжигает в душах пламень Божественной любве. Таковому убо небесному учению с ревностью и любовию внемлите.

Мф.6:22. Рече Господь: светильник телу есть око: аще убо будет око твое просто, все тело твое светло будет.

«Светильник телу есть око. Аще око твое будет просто, то есть здраво, то все тело твое будет светло», то есть: всякое движение частей и членов тела твоего бывает тогда благонамеренно, пристойно и так как бы среди света производимое. Руки благопристойно протязаешь, принимая что, либо приближаясь к чему, либо чего касаясь, либо что неся, либо что двигая, управляешь соразмерно ногами, ходя, либо бегая, либо скача; каждый из членов телесных по надобности двигаешь, как хочешь, и все вообще тело безошибочно образуешь по своему намерению, стоя, сидя, наклоняясь, лежа, востая.

Мф.6:23. Аще ли око твое лукаво будет, все тело твое темно будет. Аще убо свет, иже в тебе, тьма есть: то тьма кольми?

Если же око твое лукаво будет, то есть, повреждено и болезненно, то все тело твое темно будет; всякое, то есть, движение твоего тела будет несовершенно, непорядочно и подобно бываемым ночью и в темном месте. Движения твои тогда бывают такие же среди света, каковы они бывают среди тьмы, при здравствующих очах. Итак если очи твои, свет сущие твоего тела, будут темны: то колико темнее и несовершеннее будут движения тела по свойству темного? Но какую цель имеют сии Спасителя нашего слова? Какой прикрывают смысл сии имена? «Светильник» значит наставника, по сему: «светильник ногама моима закон твой» (Пс.118:105), то есть, наставник мой закон Твой. Око же значит разум: понеже разум и видит, и слышит. Тело же означает расположения и производимые посредством тела дела, из коих добрые суть светлые, а худые и непотребные — темные. И так, весь иносказуемый смысл в сей притче есть таковый: наставник каждого телесного расположения и действия есть разум. Если разум твой есть прост и непорочен, то и расположения и дела тела твоего бывают благие и Богоугодные; если же разум твой лукав, то и всякое расположение и действие твоего тела бывает лукаво и развращенно. поелику, если твой разум, данный тебе от Бога для просвещения и руководства твоего, помрачится лукавыми помыслами, то кольми паче будут темны и развращенны расположения и пожелания тела твоего, сущыя тьма, поелику стремятся и клонятся всегда ко греху. Если военачальника око лишится света, то под его начальством водимые воины коликое потемнение и смущение претерпят! Если кормчий ослепнет, то колико восслепотствуют управляемые им мореплаватели! Если разум непрестанно помышляет о лукавых делах, то и деяния мои без сомнения должны быть гнусны и лукавы: ибо разум наставляет, разум управляет, дело за разумом последует. Каковые суть в разуме помышления, таковые и человеческие действия. Почему необходимо нужно присное, беспрерывное иметь внимание на охранение чистоты, непорочности ума нашего. поелику же Богочеловек представил слово о умозрении и деянии, о наставнике и наставляемом, о разуме и теле; то, дабы мы не погрешили, думая, аки бы разум наш можем мы посвящать Богу, а тело — суетности, и следственно двум господинам работать, присовокупил и нижеследующее:

Мф.6:24. Никтоже может двема господинома работати: любо единаго возлюбит, а другаго возненавидит: или единаго держится, о друзем же нерадети начнет: не можете Богу работати и мамоне.

Никто не может служить двум противных мнений господинам. Если же единодушны будут и согласны, то и той же может и двум служить: ибо два едино суть, так как «сердце и душа веровавших едина бе» (Деян.4:32), хотя их и многие были тысячи. Но что о господах противных мнений упоминает Господь, сие явствует из последующих слов: «не можете Богу работати и мамоне». Мамона есть слово сирское и значит богатство и сокровища. Сии убо два господина, Бог и мамона, суть несогласные и противные. Бог есть праведен и делания правды требует от рабов Своих: «праведен Господь, и правды возлюби: правоты виде лице Его» (Пс.10:7); мамона есть неправедна, и рабов своих принуждает творить дела неправедные: «сотворите себе други от мамоны неправды» (Лк.16:9). Бог хочет рабу Своему быть щедролюбивым и милостивым, мамона — скупым и немилосердым. Бог рабу Своему повелевает пригвождать ум и сердце к небеси, а мамона и мысль и сердце низводит на землю. Почему не может один и тот же работать двум вместе: но или единого возненавидит, то есть мамону, и возлюбит другого, то есть Бога; или прилепится к мамоне, и возненавидит Бога. Дважды же о том же упомянул Господь для того, чтобы показать нам, что удобное есть прехождение от единого господина к другому, и чтоб таким образом сребролюбца поставить безответным. Якоже прилепляемся к мамоне и презираем Бога, тако и с таковою же удобностию, если хощем, ненавидим мамону, хотя ей и работали, и любим Бога. Приметь еще и сих слов важность: «или единаго держится, о друзем же нерадети начнет». Сие значит то, что если кто бывает рабом Божиим, тот нерадит о сребролюбии: кто же бывает слугою сребролюбия, тот нерадит о Боге. Знал Господь, что сему сребролюбец противуречет, говоря: и как я могу отвратить лице мое и нерадеть о мамоне? Я, будучи человек, нужду имею в пище, питии и одеянии: сего не всегда и везде можно сыскать. Почему необходимость требует заботиться и запасать и для старости, и для немощи, и для всякого случая жизни моей. О таковом возражении сребролюбца хотя не упомянул Господь, однако дает и на оное ответ, говоря:

Мф.6:25. Сего ради глаголю вам: не пецытеся душею вашею, что ясте, или что пиете, ни телом вашим, во что облечетеся: не душа ли больши есть пищи, и тело одежди?

Бог, создав человека, тогда же назначил ему дело и служение. «И взя Господь Бог человека, егоже созда, и введе его в рай сладости, делати его и хранити» (Быт.2:15). Подобно и тогда, когда его изгнал из рая, паки заповедал ему, говоря: «в поте лица твоего снеси хлеб твой» (Быт.3:19). Видим мы и небошественника Апостола, труждающегося и работающа своими руками, и своим рукоделием пособляющего нуждам своим, и с ним сущих питающего (1Кор.4:12; Деян.20:34). Еще же слышим, что он не токмо повелевал именем Иисуса Христа питаться трудом нашим, но и наказывал празднолюбца лишением пищи: «аще кто не хощет делати, ниже да яст» (2Сол.3:10). Так почему же Господь наш повелевает: «не пецытеся»? Запрещает Он излишество и неумеренность, а не труд и рукоделие. Иное есть привязанность духа нашего к заботе о пище и одеянии, а иное — работа и труд, предприемлемый для снискания пищи и одеяния. Посему-то не сказал Господь просто: не пецытеся о пище, питии и одеянии; но: «не пецытеся душею вашею», то есть, не привязывайте всю душу вашу к попечениям о том, что ясте, и что пьете, и во что оденетесь. Речение «что» значит попечение и заботу о количестве и качестве яств и одеяний. Воздержный человек довольствуется пищею, какова нужна есть для подкрепления жизни, и одеянием, которое способно прикрыть наготу его. Почему или никакого, или весьма малое имеет о сем попечение. Невоздержный и роскошный ищет многих, разных и многообразных яств, многих светлых и разнообразных одежд; почему и можешь видеть, что все его сердце привязано к заботам о том. Господь наш не сказал: прижми руки твои, и сиди празден чрез весь день, и Я подам тебе пищу, питие и одеяние; но не будь, говорит, раб чрева твоего, не предавай всего ума твоего на службу плоти твоей. «Сего ради глаголю вам». «Сего ради»: поколику никто не может двум разномысленным господинам работать; ты не буди раб чреву и плотской твоей прихоти, да соделаешься рабом Бога и Господа твоего. Спаситель наш многие доказательства приводит, да убедит нас принять сие спасительное учение. Первое есть от Божия всемогущества. Душа твоя, говорит, есть честнейшая пищи, тело твое лучше одеяния. Бог создал душу твою, и сотворил тело твое: так неужели сей Бог, давый тебе честнейшая и большая, не может ниспослать тебе меньшего и худшего, то есть, пищи и одеяния? За сим же убеждением приводит вскоре и другое, взимая оное от сокровищ Божественного Своего промысла.

Мф.6:26. Воззрите на птицы небесныя, яко ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы, и Отец ваш небесный питает их: не вы ли паче лучши их есте?

Приводит в пример не Израильский народ, которому промысл Божий манну и крастели в пищу ниспослал, ни Илию, которого чрез врана насыщал, но птицы небесные, то есть, летающие по поднебесному воздуху, о коих к Пророк Давид пишет: «отверзаеши Ты руку Твою, и исполняеши всякое животно во благоволение» (Пс.144:16). «Дающему скотом пищу их, и птенцем врановым призывающим Его» (Пс.146:9). Упомянул же о сем во первых, да от меньшего дойдет к большему доказательству, и изобличит неразумие маловерных человеков. Посмотри, говорит, на воздушные птицы: «сии ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы», как творят многозаботливые человеки: однако Отец небесный питает их. Ты же их гораздо превосходнее: ты словесен, они бессловесны; ты бессмертен, они смертны; ты господин, они рабы; те для тебя, а не ты для них стал быть. Если убо Бог тех питает: то не лучше ли паче тебя, владыку оных, препитает? По сем доказательстве и другое еще представляет, почерпнутое от немощи человеческой и от тщетности его попечений.

Мф.6:27. Кто же от вас пекийся может приложити возрасту своему лакоть един.

Кто может, хотя бы денно и нощно пекся, придать к возрасту тела своего хотя лакоть един? Никто. Видишь ты, говорит, что попечение твое о прибавлении и приращении тела твоего совсем недействительно есть. Бог растит тело твое; ты и того, как растит, совсем не постигаешь: однако и при сем не полагаешься, чтобы Бог, растяй тело твое, таковое творяй дело чудное и пренеудобное, мог подать тебе пищу и питие, но всю твою заботу прилагаешь на приобретение оных и думаешь, что попечение твое питает тебя, а не Бог.

Мф.6:28. И о одежди что печетеся? смотрите крин сельных, како растут: не труждаются, ни прядут.

Обличает, яко суетное, и о одеянии человеческое попечение. Почему же так, как на попечение о пище приводил в пример птиц, не приводит паки птиц, как-то: лебедя, павлина, голубя и других, чудно испещренных по неизреченной премудрости и могуществу Божию? Неодушевленные и нечувственные, то есть крины (лилии) сельные, суть нижайшего степени пред одушевленными и чувственными, каковы суть птицы. Того для убо представляет крины, а не птиц, чтобы сим показать, что не токмо о одушевленных промышляет, но и о самых последнейших и бесчувственных злаках: да чрез сие изобличит еще более маловерие человеческое. Ибо если о крине, то есть о травке скоро увядающей, печется Бог и украшает ее толикою красотою и изрядством: то кольми же паче печется о одеянии по образу Своему сотворенных человеков? Крины же из всех растений представляет в пример ради их прямости, белизны и возвышения от земли, что есть изображением правдивости, непорочности и возвышения от земных дел. Приметь паки, что как о пище не сказал Господь: не трудитесь, ни сейте, ни жните, но: «не пецытеся»; так и о одеянии не сказал: не трудитесь, ни прядите, но: «что печетеся?» поелику намерение Господне не есть упразднение трудов, земледелия, рукоделия, но отвлечение от многомятежного попечения о мирских суетах; намерение Божие то есть, чтобы человек пекся о Божественном, а не о мирском, Богу работал, а не мамоне; тот конец, чтобы уверить, что старания наши, без помощи Божией, суть тщетные, но Бог есть вся совершаяй. Почему говорит: «и о одежди что печетеся?» Посмотрите на крины сельные: они ни труждаются, ни прядут, но однако растут одеянные и чудно покровенные.

Мф.6:29. Глаголю же вам: яко ни Соломон во всей славе своей облечеся, яко един от сих.

Искусство хотя подражает природе, но никогда не превышает красоту оной. Какой бы живописец изобразил, или белильщик убелил, или красильщик начертал одежду столько светло, как крин? Славен и знаменит был Соломон премудростию своею и богатством: «и возвеличися Соломон паче всех царей земных богатством и мудростию» (2Пар.9:22). Любил он одеяние белое, яко знак непорочности, и желал, чтобы белую одежду носили всегда люди: «во всяко время да будут ризы твоя белы» (Еккл.9:8; Иосиф. кн. 8, гл. 2). Сказывают, что он одевался в одеяние белое: но одеяние свое убелил ли когда так, как крин? Ни премудрость его изобрела средства, ни богатство доставило ему способ к составлению таковой и толикой белизны. Красота крина превзошла всю славу Соломона. Малейшему естественному творению уступил премудрейший паче всех человеков. И праведно: ибо творения естественные суть дела Божия, а искусственные — строение человеческое. Показав убо Господь славу Соломонову низшею красоты кринов, выводит потом и обличение, говоря:

Мф.6:30. Аще же сено сельное днесь сущее и утре в пещь вметаемо, Бог тако одевает: не много ли паче вас, маловери?

Что есть крин? Сено сельное, то есть, злак или трава полевая. Ныне видишь ее на поле, — заутра засыхает, и ты ввергаешь оную в пещь. Убо, говорит Он, — о маловерные людие! если Бог сено сельное, траву подневную, толико украшает, что красота ее превосходит и одеяния преславного Соломона: то не гораздо ли больше попечется Он о вашей одежде? Вы — творение Его бессмертное, песнословцы славы и почитатели Божества Его вечные; ради вас благоволил дать закон, помазал Пророков, ниспослал Сына Своего в мир, уготовил бесконечное Царствие. Видя же на сене сельном, ныне сущем и заутра увядающем, толь попечительный Божий промысл, — видя, говорю, крин толико украшенный, как можете сомневаться о промысле Божии о вас? Усомнитесь ли, что Бог подаст вам нужную пищу и нужное одеяние? О, воистину сие есть маловерие!

Мф.6:31. Не пецытеся убо глаголюще: что ямы, или что пием, или чим одеждемся?

Вот вся цель и заключение Евангельских Спасителя нашего словес. Но приметь паки, что не говорит: не пецытеся совсем, сиди празден и жди ниспослания с небеси пищи и одеяния себе: не сие говорит Он, но излишество обвиняет и хочет освободить человеков от рабства чревослужения и от работ многосуетных о лишних убранствах. Смотри же, как соблюли сию заповедь небесные люди, Богоблаженные Апостолы. Они не хотели оставить Евангельскую проповедь ради приобретения трапезы: «не угодно есть нам, оставльшим слово Божие, служити трапезам» (Деян.6:2); не рассудили однако за благо совсем оставить, презреть таковую нужду. Не сказали они: оставьте всякое попечение, Бог нам с небес пошлет пишу и одеяние; но все свое попечение посвятили на молитву и на Евангельскую проповедь, определили же седмь мужей для приуготовления необходимо нужного. «Усмотрите убо братие мужи от вас свидетельствованы седмь, исполнены Духа Свята и премудрости, ихже поставим над службою сею: мы же в молитве и служении слова пребудем» (Деян.6:3-4). Убо из примера сего видим, что слова Спасителя нашего излишество попечений о плотском запрещают, и истребляют привязанность духа нашего к земному и мирскому. Но для чего ж?

Мф.6:32. Всех бо сих языцы ищут: весть бо Отец ваш небесный, яко требуете сих всех.

«Языцы», то есть неверующие в истинного Бога, прилепляют мысль свою к пищам, к питиям и одеяниям: ибо иные из них думают, что слепая судьба править, как случится, человеческими делами, и не веруя, что Бог печется о нужном для всякого человека, стараются, сколько сил достает, о предуготовлении всего нужного для своего наслаждения. Иные же, ни будущего суда чая, ни воскресения мертвых ожидая, все свои попечения посвящают на удовольствия и наслаждения в настоящей жизни: «да ямы, говорят, и пием, утре бо умрем» (1Кор.15:32). Нам же христианам, верующим, что Бог о всех промышляет, и чающим грядущего суда и жизни вечной, не лепо есть жить и заботиться наподобие язычников. Что самое и на другом месте показал Господь в сих словах: «мнящиися владети языки, соодолевают им, и велицыи их обладают ими: не такоже будет в вас» (Мк.10:42-43). Те, беззаконные имея мудрования, беззаконные и дела творят в жизни своей: но нам, имеющим святую веру, надобно иметь святые и нравы. Вы, глаголет Богочеловек, веруете в истинного небесного Бога, Иже Отец есть ваш и ведает, что имеете вы нужду во всех сих, то есть, в пище, питии и одеянии. Смотри же, како отвсюду убеждает. Не говорит: весть Бог, но «весть Отец ваш», — да чрез сие покажет Его к нам отеческую любовь; потом присовокупил и сие: «яко требуете всех сих», да объяснит сим всевидящее промысла Его око. Посему убо, яко всемогущий Бог, вся может, елика хощет; яко Всеведец, знает нужная нам; яко Отец, подает потребная; а яко Отец чадолюбивейший и беспредельно благоутробный Бог, наставляет еще нас и обещает, глаголя:

Мф.6:33. Ищите же прежде царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся вам.

Слово правды взимается за всякую добродетель. «Остави ныне, сказал Спаситель наш Своему предтече Иоанну: тако бо подобает нам исполнити всяку правду» (Мф.3:15), то есть, всякую добродетель. В таковом же смысле берется и сие: «блажени алчущии и жаждущии правды; и еще: «блажени изгнани правды ради» (Мф.5:6,10): убо и вышеприведенное речение «правды» берется за всякую добродетель, которая от Бога есть: поколику Бог есть источник всякой добродетели, и от Него подаются человекам силы к творению оной. Смотри же, коль беспредельное есть человеколюбие Божие! Сказавшу Господу нашему: «ищите прежде царствия Божия и правды» — и творения добродетели, — следовало бы сказать: потом же ищите уже и нужного для вас; но Он сие премолчал, а присовокупил сие: «и сия вся приложатся вам». Если мы искать будем от Бога, да подаст нам царствие Свое и да сподобит нас быть любителями добродетели: то Он обещает нам дать, аки прибавок, и пищу, и питие, и одеяние и все необходимо нужное. Христианине! говорит Он и тебе: ищи небесных, а Я подам тебе и земная. Ты, будучи бессмертен, не дерзай просить от Меня малозначащего и временного: ищи царствия Моего, ищи добродетели, а Я дам тебе и вся благая земная.

Беседа о сребролюбии

Слышали вы, возлюбленная моя братия, коль ясно Владыка Христос доказал суетность многопопечительности нашей, и коль твердо уверил, что Сам Он подаст все для нас необходимо нужное. Слышали, что никто не можете работать Богу и мамоне. Бог и сребролюбие суть две противные вещи. Убо раб Божий не есть раб сребролюбия, и кто делается рабом сребролюбия, не есть тот уже раб Божий. Итак мы или совсем не верим словесам Божиим, или безумствуем и совершенно беспамятствуем. Бог повелевает: «ищи царствия Моего» (Мф.6:33); ты же ищешь земных металлов. Бог говорит: старайся быть добродетельным; ты же денно и нощно заботишься скопить богатства. Бог, если будешь работать Ему, обещает тебе не только небесные благие, но и самые земные: ты же делаешься пленником сребролюбия, и все благо и все счастие в нем полагаешь. О сем знаете ли, как говорит человек, «восхищен бывый до третияго небесе и слышавый неизреченные глаголы»? (2Кор.12:2,4) «Корень, пишет он, всем злым сребролюбие есть: егоже нецыи желающе заблудиша от веры, и себе пригвоздиша болезнем многим» (1Тим.6:10). По сему убо Божественному учению, сребролюбие, во-первых, причиняет вся злая; во-вторых, приводит в заблуждение и отлучает от веры, и в-третьих, многими болезнями удручает, то есть, пронзает и прободает сердце человеческое, яко меч изощренный. Сии же три вещи суть толь злы, что, кажется, превосходят вероятие. Однако, если разберем со вниманием дело, увидим, что и сии три истинно несомнительно за сребролюбием последуют.

Вижу я, во-первых, сколько есть болезней, терзающих сердце сребролюбца. Он желает всегда собирать сребро, а никогда и ничего не издерживать; желает, говорю, всегда видеть мамону усугубляему, а никогда — оскудевающу. Сего желает, к сему прилепляется, сим воспламеняется его сердце. Но сие невозможно есть по обстоятельствам житейским и естественным. Итак, он сам себя беспрестанно мучит и измождается. Живет в хижинке или конурке, одевается отребием, стол держит нищенский, слугу едва и одного, да и то негодного содержит; ничего не вкушает, чего бы желало насладиться его сердце. Однако поелику, сколько бы он ни ужимался, нужда выжимает и на сии самые малые вещи из него несколько денег; того для и дом бывает ему несносен, и одеяние ненавистно, и слуга нетерпим, и самый хлеб горек в устах его, и всякая иная купленная вещь, сколько бы то ни было дешево, скорбь, печаль и тоску рождает в его сердце. Вот каковым образом сребролюбцы терзают самих себя от множества сокрушений!

Для скопления богатства ни днем они спокойны, ни нощию отдохновение получают. Восходят на горы, нисходят в недра земные, преходят реки и моря, шатаются повсюду, мучатся ежечасно, чтобы накопить денег. А поелику во всяком мирском деле не токмо встречается счастие и прибыток, но и несчастие и убыток: то сребролюбец, если не приобретает и не приумножит своего богатства по своему желанию, впадает сердцем в скорбь и печаль; если же и свои потеряет деньги, меч обоюду острый пронзает тогда утробу его. Тогда-то в нем воздыхания, рыдания и скорби сердца язвительнейшие. Вот болезни, терзающие сребролюбцев!

Нестерпимое желание есть огнь палящий и попаляющий человеческое сердце. Получение желаемого предмета или совсем угашает, или несколько укрощает и ослабляет пламень страсти. Кипение злобы охлаждается, когда памятозлобец отмстит врагу своему; подслащивается горесть зависти, когда завистливый увидит несчастливым того, коему завидует; утушается похоти жар, когда похотливец удовлетворит мерзкому своему пожеланию: одна страсть сребролюбия есть неутолима, ненасытима, неугасающа. Страждущий водяною болезнию и сребролюбивый сходную имеет болезнь. Страждущий водяною болезнию чем больше пиет, тем паче жаждет: сребролюбивый чем больше сокровиществует, тем паче желает. Сия же ненасытимая сребролюбия страсть, сие пылающее и неугасимое денег желание, сия неутолимая жажда суть терзающие сребролюбцев болезни, по слову Богоносного Апостола.

Разберем же и сие, как сребролюбцы заблуждают от веры. Всяк верный человек верует, что единый Бог есть всемогущий: сребролюбец верует, что и сребро есть всемогущее. Всяк верный верует, что единый Бог может спасти его от всякой нужды и обстояния: сребролюбец чает, что деньгами предупредит все несчастия и отвратит всякую нужду. Се убо каковым образом сребролюбцы заблуждают от веры! Сколько поистине видим мы в древних историях отступивших от веры ради сребролюбия! Страшный един пример видеть можно на Иуде. Он, для приобретения тридцати сребреников, отверг веру во Христа и предал Его на смерть. Сколько же даже доныне продают благочестие сребра ради! Сколько отвергающих православие и впадающих в ересь для того токмо, чтобы не лишиться малого и низкого прибытка! Сколько, ради богатства, и самой во Христа веры отрицающихся, и впадающих в странные и злочестивые учения! Истинно убо и несомнительно есть Богоглаголивого Павла слово: «егоже неции желающе, заблудиша от веры».

Но еще и «корень, свидетельствует той же Апостол, всем злым есть сребролюбие» (1Тим.6:10). Корень всем злым: сие кажется слишком много. Что сребролюбец для снискания богатства и охуждает, и коварствует, и обманывает, и лжет, и клевещет, и грабит, и неправдует, и коварствует, и клятвопреступничает, и предает на смерть, и другие многие творит злодеяния, сие справедливо и доказано; однако сие не составляет всех злых: ибо кроме сих другие многие находятся беззакония. Почему же убо сребролюбие есть корень всем злым? Грех не другое что есть, как преступление закона; но закон весь и Пророки на любви висят: «в сию обою заповедию весь закон и Пророцы висят» (Мф.22:40). Всего закона исполнение есть любовь: «исполнение убо закона любы есть» (Рим.13:10). Следовательно, всем благим корень есть любовь; посему Бог и насадил оную на сердцах наших: «яко любы Божия излияся в сердца наша Духом Святым данным нам» (Рим.5:5). Любовь есть корень: ветви же, цвет и плод ее суть добродетели. Если же вырвешь с корнем из земли плодовитое древо, то земля твоя ничего другого не произрастит, кроме волчцов и терния. Если искоренишь из сердца твоего корень любви, то все твои дела не другое что будут, как беззакония и грехи.

Но какой же есть таковый человек, который искоренил из сердца своего Богом наслажденный корень любви? «Иже убо имать, глаголет на персех возлежавый Иоанн, богатство мира сего, и видит брата своего требующа, и затворит утробу свою от него: како любы Божия пребывает в нем?» (1Ин.3:17) Убо таковый человек не иной кто есть, токмо сребролюбец. Он имеет богатство мира сего, то есть, деньги, золото, сребро, богатство; он видит брата своего нища, алчущего, нагого, странного, немощного — и затворяет утробу свою, и нимало не милосердствует о них. Видит он иногда жену вдовицу всеубогую, окруженную многими малолетными сиротами, плачущими от жажды, стенающими от наготы; видит сиру и оставлену отроковицу, бедствующую потерять единое ее богатство, целомудрие: видит человека христианина мучимого в темнице и оковах, по причине встречающихся житейских коловратностей, и бедствующего с женою и чадами погубить веру; имеет притом богатство мира сего и может помочь в таковых жалостных обстоятельствах, и спасти души от смерти: но затворяет немилосердую свою утробу и делается слепым, глухим, расслабленным. Так кто ж не видит, что сребролюбец исторгнул из сердца любовь, то есть, корень всякого благотворения? И не думайте, что он не любит только брата своего, а любит Бога: ибо сие быть не может. поелику «не любяй брата своего, егоже виде, Бога, егоже не виде, како может любити?» (1Ин.4:20) Нет в сердце его любви Божией, так как нет любви и к ближнему. Бог повелевает, сколько можно, любить Его: «возлюбиши, гласит Он, Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем умом твоим, и всею крепостию твоею» (Мк.12:30). Сребролюбивого же и все сердце, вся душа, весь ум пригвождены суть к злату, да и всю крепость свою напрягает только на снискание оного. Почему не токмо всю, но ниже часть некую любви может отделить Богу. поелику убо недостает в сердце его корня всех благих дел, то все, следовательно, его дела злы бывают и развращенны. Хотя же и приметишь его воздерживающимся от некоторых грехов; не думай, аки бы он воздерживался от них или по любви к Богу, или по любви к ближнему. Таковой любви он не имеет: но воздерживается от оных по любви к злату. Опасается он, чтобы, сделав зло, не подпасть под суд и не истратить или все, или часть богатства своего. Убо таковое его воздержание от зла, по лукавому его намерению, не есть добродетель. Поелику добро не есть добро, если не хорошо, то есть, не с добрым намерением бывает.

Для такового же человека, не имеющего к Богу и ближнему любви, чуждого всякой добродетели и исполнителя всех злых, может ли быть какая ко спасению надежда? Исправление и покаяние — сия единая есть всем грешникам надежда. Но сыщется ли пример покаяния и исправления человека сребролюбивого? Уцеломудрились блудницы, оправдались мытари, исправились разбойники, обратились нечестивые, покаялись гонители: но сребролюбца нет ни исправившегося, ни покаявшегося. Один имеем пример, но тот, кто живо представит его, содрогнется и отчается. Раскаялся сребролюбец Иуда: «раскаявся, пишет Евангелист Матфей, возврати тридесять сребреники архиереем и старцем» (Мф.27:3-5). Раскаялся, признался возвратил сребреники, возопил: «согреших, согреших; сказал: предах кровь неповинную, и поверг сребренники в церкви, отъиде», но какой плод был лжераскаяния его? «И шед, — той же пишет Евангелист, — удавися». О неизобразимого бедствия! О неутешимого несчастия! О зло, паче всех зол в мире сущих горшее! Ниже самое покаяние, врачующее всякий грех пользует сребролюбцу. Покаяние всякого грешника, поелику есть истинно, врачует и заглаждает грехи: покаяние сребролюбца, поелику не есть покаяние, но плотская ярость, доводит до удавления и отчаяния.

Но обратим взор наш на человеколюбие Божие. Знает Он, какова есть сила страсти сребролюбия, и какой вред причиняет она человеку. Знает, что сребролюбие есть болезнь неисцелимая: почему благоволил дать нам предохранительное от оной врачевство, врачевство сильное, действительное, святое, врачевство таковое, что ежели кто употребляет оное, то пребывает невредим и неприкосновенен для насильства и заразы сребролюбия. «Не пецытеся, предписал Он, душею вашею» (Мф.6:25). Но чтобы никто и никакой не мог представить причины к обязанию себя плотскими попечениями и к употреблению всех своих попечений на приобретение богатства, — еще паче умилосердясь, со обещанием сказал: «ищите прежде царствия Божия», — прилагайте все ваше попечение к творению добродетели; Бог же подаст вам, как бы в прибавок, все для вас нужное: «ищите прежде царствия Божия и правды его, и сия вся приложатся вам» (Мф.6:33).

Итак, безумные и окаянные сребролюбцы! вы печетесь о злате, да послужит, как вы говорите, в нуждах ваших. Но нужда каждый час встречается: а вы, раболепствуя ему, ниже коснуться его дерзаете. Вы всеми силами стараетесь накопить денег, да возымеете покой: но они терзают вас многими за то мучениями. Самое злато, которое вы обожаете, и считаете оное своим хранителем и заступником и от всякой нужды избавителем, сие самое злато строит вам козни и сети, рождает многие несмысленные и зловредные пожелания, кои погружают вас во дно всегубительства и погибели. «А хотящии богатитися, вещает Дух Святой усты Павловыми, впадают в напасти и сеть, и в похоти многи несмысленны и вреждающия, яже погружают человеки во всегубительство и погибель» (1Тим.6:9). Какое же есть сие всегубительство? — Какое иное, кроме заблуждения от веры? Сребролюбец есть маловерен, да не реку неверен; поелику не верует в Бога, Который обещает вся ему необходимо нужная: «и сия вся приложатся вам» (Мф.6:33). А какая есть погибель? — Какая иная, кроме нераскаяния и отчаяния?

Но я, скажешь ты, покаюсь при смерти моей. Но знаешь ли ты час смерти своей? Пусть так; знаешь ты, что завтра умрешь: но можешь ли тогда рушить любовь твою с обладавшим тобою толь долгое время сребролюбием? Можешь ли тогда возлюбить Бога от всего сердца и души и помышления и крепости? И кто поверит, чтоб ты мог в один час, или в малое течение времени, переменить толь долговременную привычку, которая превратилась почти в природу? Страшусь я, что для недуга сребролюбия не отыщется ни пластыря, ни смешения, ни повязки. Есть на оный единое точию предохранительное врачевство, вельми крепкое и сильное. Какое же именно? — Какое, как не то, которое предписал нам Врач душ и телес наших? Се предохранительное на сребролюбие врачевство: «не пецытеся душею вашею», и прочие слова, каковые слышали мы в нынешнем Евангелии. «Творяй сия, не подвижится во век» (Пс.14:5).

11.1. Толкование на Апостол из посланий Апостола Павла к Римлянам, читаемый в неделю третью по Пятидесятнице (Рим.5:1-10)

Вера, надежда и любовь, суть три великие и главнейшие добродетели, именуемые Богословскими потому, что они имеют отношение к Богу, и возводят к нему ум наш, сердце и помышления. Вера заставляет нас верить, надежда уповать, любовь любить Бога: и сии три добродетели все равно нужны нам ко спасению: без них никто не удостаивается наслаждаться лицезрением Божиим: ни без веры, ни без надежды, ни без любви никто не может спасться. О сих-то трех великих добродетелях Богоглаголивый Павел говорит в ныне чтенном своем послании, поучая яко Богодухновенный, догматам веры, показывая способ, посредством которого надежда входит в наше сердце, описывая величайшую Божию любовь к человеку, по которой Он примирился с нами смертию Единородного Сына Господа нашего Иисуса Христа, далее заключает, что по таковом примирении получить спасение, стало быть для нас удобнее: выражает же сие словами необычайными, содержащими в себе мысли догматические, высокие, небесные и Божественные: почему они и трудны для понятия нашего. Выслушайте убо, братие со вниманием толкование на оные: Всеблагий же Бог, видя благоговейнейшее ваше желание, Божественною своею благодатию просветит умы ваши к уразумению оных, и сердца ваши приуготовит к получению от них пользы.

Рим. 5:1. Братие, оправдившеся верою, мир имамы к Богу Господем нашим Иисус Христом.

Некоторые толковники приняли слово, имамы, за глагол повелительный и потому настоящие слова истолковали таким образом (Злат. Феод. Икум.).

Поелику ты оправдался верою во Христа, и бывши прежде врагом Ему по причине греха, потом примирился с Ним: то и имей мир, или соблюдай сей мир, т. е. впредь не согрешай, другие же принимают его за глагол определительный. Но хотя бы мы взяли его за глагол повелительный, хотя бы за определительный, один и тот же выйдет смысл. Яснее же уразуметь сие можно из предыдущей четвертой главы: в оной пишет Божественный Апостол, что верою оправдался Авраам. В чем же состояла вера Авраамова? В том, что он при всем противлении естественного разума, верил тому, что он будет отцем многих народов, которые благословятся его семенем, т. е. имеющим родиться от семени его Иисусом Христом, благословившим верующие в Него народы. Потом говорит, что слова: вера его вменится ему в правду, относятся не только к Аврааму, но и к нам, которые имели веровать в Бога, обещавшего воплощение Единородного Своего Сына (Рим.4:22-24). После же сего описывает он исполнение Божиего обещания. «Иже», говорит, т. е. Иисус Христос, «предан бысть за прегрешения наша, и воста за оправдание наше» (Рим.4:25). Предан на смерть для того, чтобы загладить грехи наши: а воскрес из мертвых для того, чтобы совоздвигши нас, падших грехом, представить Богу и Отцу невинными и чистыми как от прародительского греха, соделавшего всех грешными, так и от все прочих грехов наших. Сказав же сие, тотчас выводит заключение, говоря: «оправдившеся убо верою, мир имамы к Богу Господем нашим Иисус Христом». И так поелику мы, говорит он, верим, что Сын Божий воплотился, пострадал, умер и воскрес по Божественному писанию: верим, что Он страданием и смертию своею победил грех, и избавил нас от клятвы законной, воскресением своим совоскресил нас и оправдал: посему мы уже не враги Богу но примирились с Ним, и удостаиваемся Его любви и благодати.

Рим. 5:2. Имже и приведение обретохом верою во благодать сию, в нейже стоим: и хвалимся упованием славы Божия.

Мы чрез Иисуса Христа не только оправдались и примирились с Богом: но чрез него «и приведение обретохом верою во благодать сию», т. е. получили благодать сию. Каким же образом мы получили ее? Верою, говорит, т. е. посредством веры: поелику уверовали в Него, то и получили благодать. Какую же благодать? «Благодать», говорит, «в нейже стоим». Но что то за благодать, в которой мы стоим? Благодать усыновления, которую мы получаем при святом крещении. А «в нейже стоим», сказал он потому, что благодать сия есть неизменяема и вечна.

Без сего дара усыновления никто не может спастись. Мы же, удостоившись сего дара и чадами Божиими соделавшись, хвалимся надеждою, что получим и наследим Божию славу: ибо ежели мы чада Божия есмы, то будем и наследники вечного Его царствия. «Аще же чада, и наследницы: наследницы убо Богу, снаследницы же Христу» (Рим.8:17).

Рим. 5:3. Не точию же, но и хвалимся в скорбех, ведяще, яко скорбь терпение соделовает.

Не токмо же хвалимся упованием получить будущую вечную славу, но хвалимся, говорит, и в самых скорбех, т. е. в печалях, гонениях, бедах, и вообще во всех тесных обстоятельствах. Для чего же мы хвалимся в скорбех? Для того, что мы знаем, что они производят терпение, посредством которого делается нам испытание, руководствующее нас непостыдному упованию. Но все ли хвалятся в скорбех? все ли принимают их с терпением: мы видим, что многие в несчастиях жалуются, досадуют и негодуют, а некоторые даже и отчаяние приходят. Апостол не сказал, что все хвалятся в скорбех, или, что скорби во всех производят терпение: но сказав в первом лице, «хвалимся в скорбех», дал нам знать, что он говорит то о самом себе и о всех подобных ему добродетелью. Так поистине: мы видим, как Апостолы хвалятся тем, что на соборищах биемы были, и радуются, что сподобились приять бесчестие за имя Господа Иисуса Христа (Деян.5:41): слышим, как сам Павел не срамляясь проповедует узы свои и скорби (2Тим.1:12): слышим, как он радуется во страданиях своих (Кол.1:24). Таковые люди хвалятся в скорбех потому, что они уверены в том, что скорби производят в нас терпение, посредством которого Иов соделался блаженным, и Богочеловек Иисус прославился (Иак.5:1; Ин.13:13). Что же производит терпение?

Рим. 5:4. Терпение же искусство, искусство же упование.

Каким образом терпение делает искусство или испытание? Золотых дел мастер испытывает золото посредством огня в горниле: а Бог испытывает человека посредством скорбей, в мире бывающих. Золото испытанное есть то, которое было в огне, и вышло из горнила чистым и светлым: равным образом испытанный человек есть тот, который претерпел жестокость скорбей, и отшел от мира сего с чистою непорочною верою и добродетелью. «Яко злато в горниле искуси их, и яко всеплодие жертвенное прият я» (Прем.3:6). Таковой человек блажен и достоин венцев. «Блажен муж, иже претерпит искушение: зане искусен быв приимет венец жизни, егоже обеща Бог любящим его» (Иак.1:12). Он делается искушенным пред Богом, поелику от Него скорбями искушается воля его: искушенным делается и пред самим собою, поелику в скорбях творит добродетель терпения. Каким же образом таковое испытание производит в нас упование? Когда испытание показало тебе на самом деле, что ты благодатию Божиею возмог перенести прошедшую скорбь и победить прошедшее искушение: тогда разум твой уже уверяет тебя, что ты с Божиею помощию преодолеешь и настоящее бедствие, и предлежащее тебе искушение: а Бог, испытавший твое терпение, усугубляет в сердце твоем блаженную и спасительную надежду.

Рим. 5:5. Упование же не посрамит: яко любы Божия излияся в сердца наша Духом святым данным нам.

Вот лествица чудесная! от скорбей восходим к терпению, от терпения восходим на степень испытания, и становимся на ряду с прочими искушенными от Бога мужами: от испытания восходим на степень твердого упования. Сие упование по испытании есть поистине чудесно: оно никогда не посрамит того, кто воодушевлен им. Надеющийся на мирские суетности, часто бывает постыжден, поелику в мире все переменно, и потому он чего себе надеялся, того нимало не получает. Напротив, надеющийся на Бога никогда не постыждается, но всегда получает ожидаемое. Упование на получение будущих благих есть непосрамительное, твердое и несомненное: но почему? Потому, что «любы Божия излияся в сердца наша Духом Святым данным нам»: потому, говорит, что Бог излиял в сердца наши или на нас дары своей любви, т. е. дар отпущения грехов, дар оправдания и усыновления, посредством Святого Духа данного нам при святом крещении: а сии дары суть обручение и печать, подтверждающие исполнение того упования, какое мы имеем на наследие вечной славы. «Иже и запечатлел нас», говорит тот же Апостол, «и даде обручение духа в сердца наша» (2Кор.1:22). И на другом месте: «в немже и веровавше знаменастеся Духом обетования святым, иже есть обручение наследия нашего» (Еф.1:13-14). Сие-то обручение и сия-то печать соделывают наше упование непостыдным. поелику же он сказал, что любовь Божия излилась в сердца наши, то предлагает далее доказательство на сие, говоря следующим образом:

Рим. 5:6-8. Еще бо Христос сущим нам немощным, по времени за нечестивых умре. Едва бо за праведника кто умрет; за благаго бо негли кто и дерзнет умрети: Составляет же свою любовь к нам Бог, яко еще грешником сущим нам Христос за ны умре.

Удивительным образом описал сперва Апостол обстоятельства, доказывающие бесконечную любовь к нам Божию для того, дабы оттуда сделать заключение сие, что по явлении таковой любви, упование наше спасения есть уже несомненно, и дабы таким образом уверить нас, что упование сие никогда не посрамит, как он сказал прежде. Мы были немощны не от природы, но от прародительского преступления, которое внесло в естество наше закон греха, и соделало оное поползновенным ко греху, слабым к исполнению добродетелей, и не могущим собственными силами исправиться в своем повреждении. Мы были нечестивы, обожали тварь, а не Творца, закалали в жертву идолам своих сынов и дщерей, и отвергали истинного Бога, единого могущего исцелить наши немощи. Мы были грешны, бесчестили закон природы, работали страстем и творили дела студные. поелику же сии три обстоятельства противны и отвратительны Богу, то они и были как бы средостениями или преградами, отделяющими нас от Бога и делающими нас врагами Ему. Едва ли, говорит, можно найти кого, который бы согласился умереть за человека праведного? Может быть иной и согласиться за доброго человека: но Сын Божий Иисус Христос умер на крестном древе по времени, т. е. в надлежащее и предназначенное время, за людей немощных по произволению, нечестивых по вере, грешных по делам; а сие составляет, то есть, доказывает и утверждает бесконечную любовь к нам Божию. Ни падение первого человека, ни идолослужение, ни скверна греховная не могли погасить в Боге любви к человеку. Выслушайте теперь, каким образом сей премудрый учитель выводит из предыдущего заключение таковое.

Рим. 5:9-10. Много убо паче, оправдани бывше ныне кровию его, спасемся им от гнева. Аще бо врази бывше примирихомся Богу смертию Сына Его, множае паче примирившеся спасемся в живот его.

Ежели Бог предал на смерть Сына Своего для нашего спасения, когда еще мы были грешниками, подпадшими праведному гневу Его: то кольми паче ныне, когда освятил нас кровию Сына Своего, излиянною на кресте, спасет нас, чрез ходатайство Его от гнева, т. е. от вечного мучения. Ежели Смерть Сына Его тогда, как мы были еще врагами Божиими, разрушила средостение ограды, и, уничтожив вражду, примирила нас с Ним: то кольми паче ныне, примирившись с Богом, надеемся мы спастись «в живот Его», т. е. чрез Его жизнь по воскресении из мертвых, которая есть вечная жизнь и препрославленная. Смерть Его, загладив наши грехи, примирила нас с Богом: жизнью же Его по воскресении оправдившись, соделались мы достойными вечного живота и спасения. «Иже предан бысть», говорит тот же Апостол, «за прегрешения наша, и воста за оправдание наше» (Рим.4:25). Вот твердое основание нашего упования! вот яснейшее доказательство того, что упование наше не посрамит нас!

Беседа о том, что вера без добрых дел бесполезна

Вера во Христа оправдала нас: Бог примирился с нами: кровь Иисуса Христа, излиянная на кресте, избавила нас от гнева Божия и мучения: смерть Иисуса Христа соделала нас из врагов другами Божиими: воскресение Его из мертвых впечатлело в сердцах наших упование вечного спасения, упование непосрамляющее, т. е. твердое и несомненное. Вот чему Богоглаголивый Апостол научает нас в ныне чтенном своем послании! А когда так, скажете вы, то какая нам нужда в добрых делах, которые соединены с толикими подвигами, трудами и злостраданиями? Вера во Христа спасает, следовательно добрые дела не нужны. Но справедливо ли сие заключение? Кто из частных предложений делает общие заключения, тот весьма явно погрешает. Основанием веры почитается не одно или два слова, но все Священное Писание. Все слова оного суть как бы некоторые части или члены, из которых составляется одно целое тело: сие-то целое тело есть основание веры. И как тот ошибается в умствования своих, кто, смотря на один перст, или на руку, или на ногу, или на другой какой-нибудь телесный член, делает заключение о стройности всего тела, или о красоте оного, или о силе: так точно погрешает и тот, кто, читая одну какую-нибудь часть Священного Писания, заключает оттуда о учении, о законе и о цели всего Писания.

Рассмотрите и другие слова Божественного Писания, и вы уверитесь, что добрые дела для нас столько нужны, что без оных и самая вера во Христа нимало не пользует. Если вы испытаете Священное Писание, то услышите там того же самого Павла, вышереченному поучающего, вопиющего и глаголющего: «по жестокости же твоей и непокаянному сердцу, собираеши себе гнев в день гнева и откровения праведнаго Суда Божия» (Рим.2:5). «Иже воздаст коемуждо по делом его» (Рим.2:6): услышите и Иакова там вещающего: «кая польза, братие моя, аще веру глаголет кто имети, дел же не имать, еда может вера спасти его?» (Иак.2:14) Там увидите в притчах Евангельских, имеющих брачное одеяние, т. е. одеяние добродетели, седящих за небесною трапезою и ликующих с Царем: а не имеющего сего брачного одеяния, т. е. лишенного добрых дел, связана по рукам и ногам, и ввержена «во тьму кромешную, идеже плач и скрежет зубом» (Мф.22:13, 5:4?). Там увидите пять дев мудрых, которые потому, что взяли елей в сосудех со светильники своими, взошли на браки: и пять юродивых, которые, поелику не взяли с собою елея, не только нашли дверь брака заключенную, но и услышали жениха глаголющего, яко он не весть их. Там увидите, что получивший пять талантов, и приобретший чрез них другие пять, также и получивший два, заслужили похвалу и вошли в радость Господа, а приемый един талант, и не приумноживший оного, но скрывый, осужден и ввержен «во тьму кромешную, идеже плачь и скрежет зубом» (Мф.25:30) там увидите страдальца Лазаря «на лоне Авраамли» (Лк.16:22). а жестокосердого богача во аде и в пламени мучительном. Там, наконец услышите и сей глас Творца твари, Судии живых и мертвых, не в притчах, но явственно возвещающий: «приити бо имать Сын человеческий во славе Отца своего, со Ангелы своими: и тогда воздаст комуждо по деянием его» (Мф.16:27). Какое убо правое суждение может удостоверить нас в том, что добрые дела не нужны к получению спасения? Паче же какое правое суждение не удостоверяет нас в том, что добродетель необходимо нужна ко спасению?

Ежели допустить, что и без добрых дел им можем спастись, то где будет Боже правосудие? Ежели Бог спасет равно как целомудрого, так и распутного, как милосердого, так и жестокого, как смиренного, так и гордого, как воздержного, так и предавшегося чревоугодию: ежели Бог равно спасет как облеченного в одеяние добродетели, так и нагого, неимеющего никаких добрых дел: то как можно почесть Его праведным? Как Он «возлюби правды, правоты виде лице его? Как возлюби правду и возненавидь беззаконие?» (Пс.10:7,44:8) Ежели добрые дела ни мало не служат ко спасению человеческому, то не нужны столь подробные законы, данные на горе Синайской, не нужны десять заповедей, излишни нравоучительные проповеди Пророков, излишни нравственные законоположения Евангелия, тщетны самые ужасы и страхи, каковые Единородный Сын Божий Богочеловек Иисус произрек на грешников. Видите ли, какие нелепые, или паче Богохульные мысли рождаются в том, кто признает за истину, что вера одна спасает, а добрые дела бесполезны!

Добрые дела суть доказательство веры: «аще ты веру имаши, покажи ми веру твою от дел твоих, и аз тебе покажу от дел моих веру мою» (Иак.2:18). Вера без добрых дел есть вера бесовская и бесполезная потому, что «и беси веруют и трепещут» (Иак.2:19), но без всякой пользы. Сему научает нас Иаков, брат Божий, которой показав сперва, что и Авраам, «от дел оправдася», возложив Исаака сына своего на жертвенник (Иак.2:21- 22): и что самая вера его от дел же получила совершенство: что и Раав также оправдалась от дел, «приемши сходников» (Иак.2:25), т. е. посланных соглядатаев: потом выводит отсюда два заключения: первое: «зрите ли убо, яко от дел оправдается человек, а не от веры единыя?» (Иак.2:24) Второе, что вера без добродетели мертва, так как тело без души: «якоже убо тело без духа мертво есть, тако и вера без дел мертва есть» (Иак.2:26). Сверх сего мы слышим, что и сам Спаситель мира, имеяй паки приити судить живых и мертвых, не сказал: и изыдут веровавшие в воскрешение живота, а неверовавшие в воскрешение суда: но, «и изыдут сотворшии благая, в воскрешение живота: а сотворшии злая, в воскрешение суда» (Ин.5:29). Сии слова заключают в себе великий смысл: они сказаны Господом о судимых верных, а не неверных, которые воскреснут не на суд, но на осуждение (Пс.1:5): «ибо не веруяй уже осужден есть, яко не верова во имя Единороднаго Сына Божия» (Ин.3:18). После сего кто может сомневаться в том, что одна вера не спасает человека?

Но может быть вы скажете, какое достоинство, какую силу и цену имеют добрые наши дела? Правда, они со стороны нашей, по несовершенству их, суть «якоже порт нечистыя» (Ис.64:6), как сказал Пророк Исаия, а со стороны Бога суть ничто: ибо какую нужду имеет Бог во благих наших? Никакой: «яко благих моих не требуеши» (Пс.15:2), вопиет псалмопевец: притом есть ли какое сходство между Божиим мздовоздаянием и нашими добрыми делами? Мздовоздаяние есть вечное царствие, а труд дел есть временный. Посему Павел сказал: «непщую бо, яко недостойны страсти нынешняго времене к хотящей славе явитися в нас» (Рим.8:18). Поистине малы и слабы наши добрые дела в отношении к величию Божию: поистине они недостойны вечного награждения: однако ж посредством их человек выходит из противоестественного состояния греха, и восходит в естественное состояние невинности, делаясь таковым, каковым вышел из рук Божиих. Таким образом он, являя в себе красоту, велелепие и святость образа Божия, заставляет людей удивляться всемогуществу и премудрости Создателя, как воспевает Царе-пророк: «удивися разум твой от Мене» (Пс.138:6), заставляет их славословить и хвалить вседержительную Его благость, якоже Он сам рек: «яко да видят ваша добрая дела, и прославят Отца вашего, иже есть на небесех» (Мф.5:16) Так, добрые дела наши неравны воздаянию Божеской славы: однако ж поелику человек посредством их изъявляет Богу свое повиновение, любовь, благоговение и служение, поелику, говорю, он посредством их жертвует Ему всеми своими силами, какие получил от Него к добротворению: то Бог, не смотря на несовершенство дел, а взирая на одно расположение души, награждает по беспредельной своей благости, приносящих Ему святую и благоугодную жертву Божественных добродетелей, вечными воздаяниями.

Но выслушайте и другое доказательство, объясняющее отношение добрых дел наших к имеющему быть воздаянию. Будущее воздаяние состоит в вечном соединении со Иисусом Христом. Сему научает нас Богодухновенный Павел: «восхищени будем», говорит он, «на облаце в сретение Господне на воздусе, и тако всегда с Господем будем» (1Сол.4:17): соединившись же с Ним, прославимся и воцаримся с Ним во царствии Его в век века. Он есть сам в себе чистота, и сущая святость: и добродетельные люди чисты и святы, только в такой степени, до которой может возвыситься человеческое естество, Им сотворенное. Он чист и свят по естеству, а сии по благодати. Его чистота и святость суть неизмеримы и беспредельны: и святость и чистота человеков имеют известную степень и суть ограничены, но суть однако ж чистота и святость. Вот то отношение, вот тот союз, который соединяет навсегда чистейшего и пресвятого Бога с людьми чистыми и святыми!

Ежели же одна вера не имеет довольной силы спасти нас, но имеет нужду в добрых делах: то что значит, спросите, оправдание от веры, мир с Богом, свобождение от гнева кровию Иисус Христовою, и прочее, что мы сего дня слышали от Богодухновенного Павла? Вот что: конечно страдание и смерть Иисуса Христа примирили род человеческий с Богом, свободили оный от гнева и наказания, какое было приготовлено для него за прародительское преступление, и соделали всех верующих во Христа праведными: поелику же сей общий мир с Богом, сие свобождение от наказания, сие оправдание и усыновление всякий человек получает посредством святого крещения, спогребаясь и совоскресая Христу: «вси бо вы сынове Божии есте верою о Христе Иисусе: Елицы бо во Христа крестистеся, во Христа облекостеся» (Гал.3:26-27), посему ежели мы будем свято соблюдать дар усыновления, украшая душу свою добродетелями, то будем иметь мир с Богом, свободу от наказания, оправдание и наследие небесного царствия, яко «чада Божия, и наследницы убо Богу, снаследницы же Христу» (Рим.8:17). Ежели же по толиких дарах будем утопать во грехах не взирая на великое Божие милосердие, то горе нам! «Отверглся кто», говорит Павел, «закона Моисеова, без милосердия при двоих или триех свидетелех умирает. Колико мните горшия сподобиться муки, иже Сына Божия поправый, и кровь заветную скверну возмнив, еюже освятися, и Духа благодати укоривый?» (Евр.10:28-29)

Но скажете: есть ли хотя один такой человек, который бы по крещении сохранил душу свою чистою от скверны греховной? «Кто бо чист будет от скверны? Никтоже: аще и един день житие его на земли» (Иов.14:4-5). Посему скажете, что оправдание от веры, мир, свобода, крещение и усыновление никому не приносят пользы, разве токмо младенцам, умирающим вскоре по крещении, и потому не имевшим времени обесчестить своими делами великого дара усыновления? Не говорите сего: нераскаянны бо суть дары Божии: они полезны и по соделании грехов, если только мы в них покаемся. «Не имамы бо Архиереа не могуща пострадати немощем нашим, но искушена по всяческим по подобию, разве греха. Имущее убо Архиереа велика, прошедшаго небеса, Иисуса Сына Божия, да держимся исповедания. Да приступаем убо с дерзновением к престолу благодати, яко да приимем милость, и благодать обрящем, во благовременну помощь» (Евр.4:15,14,16). Если убо мы покаемся и, обратившись к Богу, «во свете ходим, якоже сам той есть во свете, общение имамы друг ко другу, и кровь Иисуса Христа Сына Его очищает нас от всякаго греха» (1Ин.1:7). И так не мните, чтобы дары Божии были бесполезны: нет, они приносят пользу и самым грешащим. Ежели тогда, когда мы были нечестивы и грешны, Христос за нас умре, да мы оправдимся: то кольми паче ныне, когда Он уже оправдал нас излиянием пресвятой своей крови, спасемся посредством оной от гнева за прегрешения. Если тогда, когда мы были врагами Божиими, смерть Иисуса Христа примирила нас с Богом: то кольми паче по примирении покаявшись и обратившись к Богу, получим жизнь вечную и спасение. «Аще бо врази бывше примирихомся Богу смертию Сына Его, множае паче примирившеся спасемся в животе его» (Рим.5:10). Прежде воплощения Христова, прежде Его спасительного страдания и живоносного воскресения, люди не имели ходатая к Богу, который бы мог исходатайствовать им отпущение грехов. Но как все сие совершилось, с того времени они имеют сильнейшего ходатая к Богу, Богочеловека Иисуса: «един бо есть Бог, и един ходатай Бога и человеков человек Христос Иисус» (1Тим.2:5). Он, умерши за нас и воскресши и мертвых, седит одесную Бога, и непрестанно, яко Богочеловек, ходатайствует о нас. «Христос Иисус умерый, паче же и воскресый, иже есть одесную Бога, иже и ходатайствует о нас» (Рим.8:34). поелику же Он есть Сын Божий, то и может подать совершенное спасение всем приходящим чрез Него к Богу, яко выну живый и ходатайствуяй о человеческом спасении: «тем же и спасти до конца может приходящих чрез него к Богу, всегда жив сый, во еже ходатайствовати о них» (Евр.7:25).

Не прельщайтесь убо, возлюбленная моя братия, новоумствованиями и обманом тех людей, которые или по незнанию, или с злым намерением, не соображая мысли Священного Писания одни с другими, как сами впадают в заблуждение, так и других совращают с пути истинного: не верьте тому, чтобы посредством одной веры без добрых дел можно было спастись: «вера без дел мертва есть» (Иак.2:26), а мертвое все есть недействительно, бессильно и бесполезно. Божественный Иаков сверх сего открывает еще нечто удивительнейшее: он проповедует, что вера споспешествует в творении добрых дел, а сии приводят оную в совершенство. «Видиши ли», говорит о Аврааме, «яко вера поспешествоваше делом его, и от дел совершися вера?» (Иак.2:22)

Ежели убо добродетель умножает и согревает веру: то следует, что порок уменьшает и охлаждает оную. Справедливость сего доказывают опыты: ибо человек сперва делается злым и развращенным, а потом уже нечестивым и безбожным. Подтверждает сие и Пророк Давид, положив наперед злые дела, а потом нечестие яко произведение оных. «И смесишася в языцех, и навыкоша делом их: И поработаша истуканным их, и бысть им в соблазн» (Пс.105:35-36). Также и великий Пророк Моисей, написал в своей песни: «и яде Иаков и насытися, и отвержеся возлюбленный: уты, утолсте, разшире: и остави Бога сотворшаго его, и отпусти от Бога Спаса своег»о» (Втор.32:15). Аминь.  

12. В неделю четвертую Толкование на Евангелие от Матфея (Мф.8:5-13)

Первый из всех Евангелистов — богоглаголивый Матфей, посем священный Марко, потом Божественный Лука, а последний из всех — наперсник Христов Иоанн писал Божественные Евангелия. И по Божию смотрению, последние нечто умолчали из того, что писали первые, а показали то, что теми было умолчано. Мы сие ясно видим в истории нынешнего Евангелия. Богодухновенный Лука, повествуя о сотнике, хотя описует то, что опущено у Матфея, то есть, о том, что происходило прежде пришествия сотникова к Иисусу Христу: но умалчивает о пришествии сотниковом ко Господу нашему и о том, что он ему сказал, так как Евангелистом Матфеем уже описанное. Сие же дело есть смотрения Божественного промысла весьма чудное: ибо оно сим образом испровергает то подозрение, что аки бы един Евангелист списал свое Евангелие с Евангелия другого. Видим еще тут же и другое Божия промысла гораздо чуднейшее дело, то есть, Божественных Евангелистов совершенное согласие в главных и существенных частях повествований и предложений, хотя в разные времена и на разных местах писали они священные свои Евангелия. Доказательством сего есть сия же ныне чтенная Евангельская история. Ибо главное и существенное оной содержание есть вера сотникова и всемогущество Господня повеления. А конец имеет тот, чтобы показать нам, что чем выше и совершеннее вера человеческая в Бога, тем вящие и богатейшие изливаются на человека милости Божии. О семь же, согласно с Лукою, и Евангелист Матфей повествует, говоря:

Мф.8:5-6. Во время оно, вшедшу Иисусу в Капернаум, приступи к Нему сотник, моля Его, и глаголя: Господи, отрок мой лежит в дому ослаблен, люте стражда.

Сотник был родом иноплеменник, по должности воин, сто воинов под властию своею имущий, по вере идолопоклонник, но друг народу Иудейскому, для которого и синагогу он построил (Лк.7:5). Раб его, расслаблен и недвижим лежа в дому, столь люто и болезненно страдал, что был уже близ врат смерти. Слыша убо сотник о преестественных чудесах Господа нашего Иисуса Христа и узнав, что Он пришел в Капернаум, во первых послал старейшин Иудейских, как повествует священный Лука, потом друзей ходатайствующих, наконец и сам, пришед к Нему, рассказал о болезни раба своего. Господи! говорил он: — раб мой лежит в дому моем расслаблен, от мучений болезненных люте страждущий. Сие точию сказал сотник: но когда хотел изъясниться и в просьбе о излечении раба, то предварил Богочеловек Иисус прошение его и, прежде нежели сказал он сие: молю, Господи, исцели его, предъобъявил Господь исполнение просьбы его.

Мф.8:7. И глагола ему Иисус: Аз пришед исцелю его.

Видишь ли, колико благодеяние Божие различествует от благодеяния человеческого? Чтобы получить одну малую милость от какого-либо человека, колькратно преклоняешь главу твою до лица земли? Колькратно произносишь сие «прошу и молю», и обещаешься воздать мзду и благодарность, — и тогда разве получаешь снисхождение и милость? Человек умножает затруднения в рассуждении просьбы твоей, чтобы показать тем величественнее свое благодеяние; отлагает время, да тем паче возжжет желание твое и приумножит обстоятельств стечение; ищет многих заступников, чтоб за одну милость многих иметь себе должников, и тогда напоследок протязает руку благотворения, когда приметит, что благодарность за благодеяние непременно воспоследовать имеет. В благодеяниях Божиих ничего такого не видишь. Богочеловек только что услышал о нужде сотника, — не медля исцелил болезнь раба его. Приметь еще неизреченную премудрость Господа нашего Иисуса Христа, сколь противными образы устрояет Он человеческое спасение. Веру Хананеи обнаружил чрез отрицание милости, которой она просила: «несть добро отъяти хлеб чадом, и поврещи псом» (Мф.15:26); сотникову же — явися готовым к исполнению прошения его: «Аз пришед исцелю его». Хананея презренная являет непоколебимость своей веры, великое смирение: «Ей Господи, ибо и пси ядят от крупиц, падающих от трапезы господей своих» (Мф.15:27); сотник, еще прежде просьбы своей быв услышан, просвещает слова, доказывающие великую его веру и совершенное благоговение.

Мф.8:8. И отвещав сотник, рече ему: Господи! несмь достоин, да под кров мой внидеши, но токмо рцы слово, и исцелеет отрок мой.

Благоговение сотника подобно есть благоговению великого Пророка Моисея. Сей, услышав Божественный глас: «Аз есмь Бог Отца твоего, Бог Авраамов, и Бог Исааков, и Бог Иаковль, отвратил немедля лице свое: благоговеяше бо воззрети пред Бога» (Исх.3:6); сотник же, услышав сие: «Аз пришед исцелю его», со благоговением ответствовал: «Господи! несмь достоин, да внидеши под кров дому моего». Сие сказал он, почитая себя недостойным толикой чести и милости, то есть, приятия в дом свой Сына Божия. Познай и совершенство его веры: «но токмо рцы слово», — то есть, единое повелительное слово скажи, — и сие довлеет ко уврачеванию раба моего. Кто же иной может единым словом отогнать телесную болезнь и даровать здравие, кроме единого токмо сущего над всеми Бога? Убо сотник веровал, что Иисус Христос есть Бог истинный, всесильный и всемогущий. Веру же свою яснее представляет следующим примером:

Мф.8:9. Ибо и аз есмь человек под властию, имый под собою воины, и глаголю сему: иди, и идет, и другому: прииди, и приидет, и рабу моему: сотвори сие, и сотворит.

Бог в руках Своих имеет живот и смерть, здравие и болезнь, счастие и несчастие. «Господь Вседержитель имя Ему. Яко в руце Его вси концы земли, и высоты гор Того суть. Яко Того есть море, и Той сотвори е, и сушу руце Его создасте» (Иер.48:15; Пс.94:4-5). И якоже царь посылает воинов иных для предохранения, а иных для усмирения граждан, тако и Бог иным посылает жизнь, — «и живот в воли Его» (Пс.29:6); другим же смерть: «и послю на них мечь и пагубу» (Иер.24:10). И якоже владыки посылают рабов своих на всякую службу: тако и Бог здравие подает или болезнь, счастие или несчастие ко всякому исполнению премудрого Своего хотения. «Яко чаша в руце Господни вина нерастворенна, исполнь растворения, и уклони от сея в сию» (Пс.74:9). Тако о Христе веровал сотник; убо смысл слов его есть таковый: Господи! живот и смерть суть воины твои, здравие и болезнь, счастие и несчастие — раби твои. Если убо я, будучи человек подвластный другим, повелеваю однако же сущим под властию моею воинам, и они повинуются, — прикажу рабу моему, и он исполняет мое хотение: то кольми паче Ты, Сый всемогущ и всесилен, если послешь живот и смерть, тот приидет, а сия отыдет; если только речешь слово, не тогда же ли раба моего обымет здравие, и отбежит расслабление? И сие сказал сотник.

Мф.8:10. Слышав же Иисус, удивися, и рече грядущим по Нем: аминь, глаголю вам: ни во Израили толики веры обретох.

Матерь удивления есть неведение: ибо удивляемся тем только вещам, коих причин не понимаем. А из сего явствует, что нимало не удивлялся Господь наш Иисус Христос, слыша веру сотника: ибо Он не только яко Бог, но и яко человек, по личному соединению Божества, и тайная человеческих помышлений знал, и причины всех вещей ведал. Написал же Евангелист сие: «удивися», — чтобы мы познали, коль удивительное и чудное есть дело — вера толь совершенная и полная в человеке язычнике, каков был сотник. Чего для обратившись Господь наш к грядущим по Нем, сказал: «аминь глаголю вам, ни во Израили толики веры обретох»! Приметь, что не сказал Господь: ни во всем Израили толикия веры обретох, но точию — «ни во Израили», для того, чтобы исключить из сего Патриархов и Пророков, Пресвятую Богородицу, Крестителя Иоанна, Апостолов и всех святых, сущих от поколения Израильского, и чтобы представить, что вера сотника совершеннее веры Израильтян, которые хотя Пророками и научены были о Его воплощении, сами видели множество чудес Его и были Им облагодетельствованы, однако в Него не уверовали. Чего для присовокупляет и следующее:

Мф.8:11. Глаголю же вам: яко мнози от восток и запад приидут, и возлягут со Авраамом и Исааком и Иаковом во царствии небеснем.

Пророк Исаия предсказал о вере во Христа и спасении язычников тако: «приидут к ней вси языцы» (Ис.2:2). «Се дах тя в завет рода, во свет языков, еже быти тебе во спасение, даже до последних земли» (Ис.49:6). И Малахия: «зане от восток солнца и до запад имя Мое прославися во языцех» (Мал.1:11). Почему и Богочеловек Иисус, взяв доказательство от веры язычника сотника, предъявляет приближающееся и начинающееся обращение языков и вхождение их в небесное царствие. Но вот как искусно и мудро в сем поступает! Чтобы не соблазнить Иудеев, и не показаться презирающим в законе Богу угодивших, не сказал: многие языки уверуют и наследят царствие небесное, но: «мнози от восток и запад приидут». Потом упоминает о Аврааме и Исааке, и Иакове, показывая что они наслаждаются царствием Божиим, но что и язычники, с ними сообитая и совозлежа, будут причастниками Божией славы. Сицевым образом предрасположив слушателей, и всякий повод к обвинению Его от них отъяв, сюда же присоединяет и остальную часть своего пророчества:

Мф.8:12. Сынове же царствия изгнани будут во тму кромешнюю: ту будет плачь и скрежет зубом.

Язычники, уверовавшие в таинство воплощения Сына Божия, наследят царствие небесное: Израильтяне же не уверовавшие изгнаны будут во тьму кромешную. Сынами царствия называет Израильтян, поелику их «бяше всыновление и слава, и завети, и законоположение, и служение, и обетования, ихже и отцы, и от нихже Христос по плоти» (Рим.9:4-5). О сих-то Бог чрез Моисея глаголал: «ты же возглаголеши Фараону: сия глаголет Господь: сын Мой первенец Израиль» (Исх.4:22). А чрез Исаию: «сыны родих и возвысих, тии же отвергошася» (Ис.1:2). Но вместо Израильтян, отвергшихся веры, приведены обратившиеся в веру язычники. Сие-то есть то таинственное восстановление, о коем говорит пророк Осия: «и помилую непомилованную, и реку не людям Моим, людие Мои есте вы: и тии рекут, Господь Бог наш Ты еси» (Ос.2:23). Богоглаголивый же Апостол тех (Иудеев) падение называет спасением языков: «неверием отломишася, ты же верою стоиши» (Рим.11:20). Приметь, что, понеже упомянул Он о тьме кромешной (или внешней), где плач и скрежет зубом, то есть, следовательно, и другая тьма, хотя вечная же, но легчайшая и внутреннейшая. Посему, якоже в дому Бога и Отца обители суть многи, то есть, многие чины и степени славы и блаженства: тако и во аде суть многие разделения наказаний и мук. Отсюда же научаемся, что ни спасаемые все равною мерою славы наслаждаются, ни мучимые все тожде подъемлют мучение: но каждому Бог разделяет меру славы или мучения, по мере веры и дел его. О сем Господь предрекши и сказавши, вступает в другую речь.

Мф.8:13. И рече Иисус сотнику: иди, и якоже веровал еси, буди тебе: и исцеле отрок его в той час.

Великая вера, велик и дар! «Якоже веровал еси, буди тебе». Ты поверил, что Я могу излечить единым словом раба твоего: се убо Аз сим словом: «буди», исцеляю его расслабление. Убо якоже веровал еси, тако и буди тебе. Приими дар, соответствующий вере твоей. И в тот же час, в который сказал Господь сие «буди тебе», в тот же исцелел сотников раб. Ты же, христианине, вникни не токмо во всемогущество слова и в скорость исцеления, но и в сие слово: «буди тебе». Словом буди создал Бог свет: «да будет свет, и бысть свет» (Быт.1:3). Тем же словом, буди, разгнал тьму бесовскую. «Буди тебе, якоже хощеши, сказал Хананеи, — и исцеле дщи ея от того часа» (Мф.15:28). Словом буди положил твердь: «да будет твердь, и бысть тако» (Быт.1:6). Словом буди исцелил расслабленного члены: «якоже веровал еси, буди тебе». Сказал сотнику — «и исцеле отрок его в той час». Тоежде слово, буди, есть и творческое, и чудодеятельное: понеже един и той же Бог есть и творяй, и чудодействуяй. «Той рече, и быша: Той повеле, и создашася» (Пс.148:5). «Вся, елика восхоте Господь, сотвори на небеси и на земли, в морях и во всех безднах» (Пс.134:6).

Беседа о Божественном причащении

Сотник, христиане, подал нам учение весьма душеполезное и спасительное. Он, уверовав, что Иисус Христос есть истинный Бог, познал, с коликою непорочностию должно приступать к Нему; рассмотрев же жизнь Его и дела, совсем недостойным себя почел приять Бога. Почему, когда он услышал, что Господь и Бог имел приити в дом его, хотя был человек чиновный и почтенный, однако не обинуясь, посреде целого града Капернаума, пред лицем всего народа, с величайшею верою, благоговением и смиренномудрием, явно, велегласно, во услышание всех возопил: «Господи! несмь достоин, да под кров мой внидеши» (Мф.8:8).

О, глас блаженного, научающего всех, приступающих к причастию Божественных таин! О гласа святого, обличающего приобщающихся недостойно тела и крови Владыки Христа! Сотник, услышав, что Господь к нему грядет, не дерзнул ввести Его в дом свой вещественный и рукотворенный. Мы, слыша Бога, чрез Павла вещающего: «иже аще яст хлеб сей, или пиет чашу Господню недостойне, повинен будет телу и крови Господни» (1Кор.11:27), дерзаем вводить Его, чрез причастие Таин, внутрь души и тела нашего. Сотнику обещает Господь исцеление: «Аз пришед исцелю его» (Мф.8:7), но он боится принять его. Недостойно причащающимся угрожает Господь болезнию и смертию: «сего ради в вас мнози немощни и недужливи, и спят довольни» (1Кор.11:30): однако они бесстрашно приобщаются ему. Сотник нимало не тая, пред всем народом исповедал свое недостоинство: мы, нимало не страшась, недостойно причащаемся, да явимся пред человеки достойными Таинства. Сие же бывает, возлюбленная моя братия, или от того, что мы нимало не рассуждаем о величестве сея Тайны, или от того, что нимало не измеряем тяжести грехов наших, — или кратчае, когда ни о первом размышляем, ни о другом воображаем.

Правда, что мы, приступая к таинству Божественной Евхаристии, не иное что видим, как хлеб и вино, и когда оного причащаемся, не иное что чувствуем, как качество хлеба и вина; но вера препобеждает чувство. Она имеет убедительность вящую доказательства очес, и достоверность высшую вкуса и прочих чувствований. Ибо чувство представляет уму человеческому внешняя токмо, сущая окрест существа, нарицаемая случайными; но вера проницает во внутренняя и в самую вещей сущность. Сего ради Богоглаголивый Петр, хотя видел и слышал, и, да тако реку, осязал и чудеса, и преображение, и страдание, и погребение, и воскресение, и вознесение Господа Христа: однако мнил, что слово веры известнее есть его чувств. Почему и внимающих оному слову или учению с похвалами утверждал, глаголя: «и сей глас мы слышахом с небесе сшедшь, с Ним суще на горе святей. И имамы известнейшее пророческое слово» (2Пет.1:18-19). Не токмо же тако мнил, но еще и похваляет внемлющих слову веры; поелику оно, донельже есмы во тьме сея жизни, просвещает нас, якоже «светильник в темнем месте», — просвещает, «дондеже озарит день» прехождения нашего от тьмы жизни сея и воссияет «в сердцах наших денница», то есть, дондеже узрим, в Негоже веруем, Иисус Христа. «Емуже (слову веры) добре творите внимающе якоже светилу сияющу в темнем месте, дондеже день озарит, и денница возсияет в сердцах ваших» (2Пет.1:19).

Всемогущий Бог и прообразованиями, и пременениями, и словесами, и делами удостоверил всех, что таинственный хлеб, егоже ямы, есть тело единородного Сына Его, и вино, еже пием, есть животворящая Его кровь. Первый Патриарх Ной, от потопа водного семена человеческого естества сохранивый, насаждает виноград, и пиет от вина (Быт.9:20): есть образ Господа Иисуса Христа, Который спас род человеческий от потопа греховного, первый благословил вино и преложил оное в кровь Свою. Первый священник Бога вышнего, родонеисповедимый Мельхиседек, уподобленный Сыну Божию, приемлет от Авраама десятины, но сам приносит, по подобию Самого Сына Божия, хлеб и вино (Евр.7:3), купно же и благословение, — знаменуя, что первое священство, благословляющее священство от обрезания, ведущее род от Авраама, есть от необрезания, то есть, сущее во Христе, которое приносит хлеб и вино, благословением оные прелагая в тело и кровь Господа Иисуса, сущего по плоти Сына Авраамля. Бог заповедует Израильтянам, глаголя: «приимите овча совершенно, и заклав оное ядите: помажите же кровию его на обою подвою, и на прагах в домех, в нихже снедят тое» (Исх.12:5-7). Сие овча образ есть веденного, яко овча, на заколение Иисуса Христа (Ис.53:7), егоже тела мы приобщаемся, кровь же агнца образ есть Господней крови, еюже по-видимому освящаем две губы и язык, по разумеемому же, исполняем благодати разум, сердце и волю души.

Еще же, да уверит нас Бог, что в Божественном причастии хлеб прелагается в живоносное тело Иисуса Христа, вино же в живоносную Его кровь, иные подобные преложения предуготовав, показал Моисей в Египте, воду речную преложив в кровь: «и преложи всю воду речную в кровь (Исх.7:20). Единородный же Сын Божий в Кане Галилейстей в вино превратил воду, бывшую в водоносах: «яко вкуси архитриклин вина бывшаго от воды, пригласи жениха архитриклин» (Ин.2:9).

После же образов и примеров преложений, сам Богочеловек тогда откровенно нача глаголати: «Аз есмь хлеб животный, Иже сшедый с небесе: аще кто снесть от хлеба сего, жив будет во веки. И хлеб, егоже Аз дам, плоть Моя есть, юже Аз дам за живот мира» (Ин.6:51). Сия же Ему учащу, пряхуся между собою жидове: «и како, говорили, может Сей нам дати плоть Свою ясти?» (Ин.6:52) Многие и из учеников Его столько же соблазнялись, что явно роптали на Него, говоря: «жестоко есть слово сие, кто может Его послушати?» (Ин.6:60) Но Он подтверждал Свое слово, а купно и нужду приобщения Тайны: «аминь, аминь, глаголю вам, аще не снесте плоти Сына человеческаго, ни пиете крове Его, живота не имате в себе» (Ин.6:53). Сему поучал Богочеловек в Капернауме. Когда же приближилася тайная вечеря, тогда во святом Сионе возлежа со обеманадесяте Апостолами, приим во святые Свои руце хлеб, «и благословив, преломи и даяше учеником Своим, и рече: приимите, ядите, сие есть тело Мое. И прием чашу, и хвалу воздав, даде им глаголя: пийте от нея вси, сия бо есть кровь Моя» (Мф.26:26-28).

И так, христианине, ты хотя видишь хлеб, но веруешь, что сие есть тело Господа твоего: видишь вино, но Господне слово уверяет тебя, что сие есть Господа твоего кровь. Вера твоя препобеждает твое чувство. Убо как те, кои видели Иисуса Христа на земли ходящего и уверовали в Него, хотя телесными очами человека видели, но верою душевною исповедывали Его Бога: тако и ты очами телесными видишь хлеб и вино, оком же веры твоей веришь, что сей хлеб есть тело, и сие вино есть кровь Владыки твоего. Веруя же тому, чего не видишь, паче же иному, нежели что видишь, бываешь блажен. «Блажени, глаголет Господь, невидевшие и веровавшие» (Ин.20:29). Если бы ты видел тело и кровь Господа твоего, то ни малой бы не имел нужды в вере. Понеже не зримым, но невидимым мы веруем: «есть бо вера уповаемых извещение, вещей обличение невидимых» (Евр.11:1). Почему ниже ублажения веры был бы ты достоин. Посему-то убо Всемогущая Всевышнего десница сокрывает в таинстве Евхаристии тело и кровь Сына Своего под видами хлеба и вина, да мы, видя хлеб, и веруя, что то есть тело, и видя вино, и веруя, что то есть кровь Христа Иисуса, приимем неувядаемый венец веры. Сверх сего, если бы узрел ты обнаженное и неприкровенное тело и кровь Господа твоего, то како бы возмог ты приближиться и причаститься оных?

Моисей, сошедши с горы Синайской, когда непокровенно имел прославленное свое лице, не могли Израильтяне, ради сияния славы, воззреть и видеть оное; когда же покрывал лице свое, приближались к нему и слушали его гласа (Исх.34:33). Моисей убо, не быв покровен, был неприступен: быв же покровен, был приступен. Если б и таинство Евхаристии пребывало всеконечно неприкровенно, то без сомнения бы было неприступно. Если бы зрел ты препрославленное и обоженное тело и кровь Сына Божия; то не токмо не мог бы ты приближиться и причаститься, но ниже простерть взора твоего на оное. Содрогался бы тогда, ужасался, убегал или упадал. Прикрывает убо оные всеблагий и всесильный промысл Божий под видами хлеба и вина: и сицевым образом не токмо приступными, но и причастительными творятся. И сие есть вторая причина сего таинственного покрова. Нужен был лицу Моисееву покров, да приближатся к нему Израильтяне: кольми паче нужнее покров для таинства Евхаристии, да причастимся оного. Оный вещественный покров был образ сего таинственного покрова. Тот понятный, а сей непонятный. Тот прикрывал лице Моисея, а сей прикрывает Божественное тело и кровь единородного Сына Божия. Сие дело есть таинство таинств, непостижимое, превосходящее все пределы естества, ни словом описуемое, ни человеческими умы постигаемое, единою же токмо верою проразумеваемое, веруемое и поклоняемое.

Сего для неверный, видя хлеб и вино, и слыша, что то есть тело и кровь Иисуса Христа, ругается и осмеивает: а еретик, изыскивая безумно естественной пресуществления причины в таинстве преестественном и непостижимом и не могши обресть оной, буесловит, говоря, что хлеб и вино во Евхаристии суть точию образ тела и крови Христовой. Мы же, верные и православные, хотя и по таинственном благословении видим хлеб и вино, но слыша Божий глас: «сие есть тело Мое, и сия есть кровь Моя», имамы слово веры твердейшее зрительной силы (Мф.26:26-28; 2Пет.1:19). Ведаем, что таинственное преложение не по естественному содевается способу и причине, но исповедуем, что совершается Божественною и всесильною благодатию. И якоже не изыскивая ни естественной причины, ни способа, веруем, что Бог есть едино и трие, что Бог бысть человек, что Матерь Божия Дева родила и Дева по рождестве пребыла, и всем прочим непостижимым таинствам веры: тако исповедуем, что и в Божественной Евхаристии, остающимся видам хлеба и вина, существо хлеба прелагается в тело Иисуса Христа, а существо вина в Его кровь, хотя причины и способа не можем постигнуть.

Убо мы, приступая ко причастию Таин, приближаемся к Богу, желая с Ним соединиться. Сего ради нужно рассудить, кто есть Бог, кто мы, и сколько Богу грех есть ненавистен. Бог есть бессмертен, всесвят, паче же и самая Святость. Мы — окаянны и грешники, и виталища всякого беззакония и нечистоты. Явил Бог, колико Он греха отвращается, возвестив чрез Пророки, что никако не могут предстать пред очами Его беззаконницы; что лукавнуяй нимало не приближится к Нему; что ненавидит всех творящих беззаконие, погубляет всех глаголющих лжу, гнушается мужа кровей и льстива (Пс.5:4-6). Явил, колико Он ненавидит грех, наказав аггелов, изгнав первосозданных, потопив мир, одождив огнь и жупел (серу) на Содом, казнив Египет, возвратив вспять море, разверз землю, истребив беззаконные языки, предав истреблению и самый святой град Иерусалим. Явил чрезмерную греха тяжесть, соделав, что ради изглажения оного и спасения грешников, умер крестною смертию безгрешный и единородный Сын Его. Како убо мы, сущие грешники, приближаемся к Нему? Како исполненные всякого беззакония приступаем к трапезе пречистых и страшных Его Таин?

Слышал ли ты когда, каковой чистоты Бог требует от хотящих к Нему приступить? Когда Он восхотел, да приближатся Израильтяне к горе Синайской, на которую Он имел снити, то тако заповедал Моисею: «сошед засвидетельствуй людем, и очисти я днесь и утре: и да исперут ризы изготовлением тридневным. И да будут готовы в день третий» (Исх.19:10-11). Слышишь ли? требует чистоты: «очисти я». Требует умовения: «да исперут ризы». Требует изготовления трехдневного: «и да будут готовы в день третий». Таковое приготовление делал народ Израильский не для того, да взыдет на верх горы Синайской, куда сшел Бог, но да станет внизу, окрест подошвы горы. По таковом же приуготовлении никто не дерзал не токмо взойти на гору, но ниже и прикоснуться ее. «Внемлите себе, не восходити на гору и ничим же коснутися ея». Горе же тому было, кто дерзал прикасаться горе. Стреляние стрел, камневержение, смерть была тому казнию. «Всяк прикоснувыйся горе, смертию умрет. Не коснется ей рука: камением бо побиется или стрелою устрелится» (Исх.19:12-13). Исключения же нет никакого: «аще скот, аще человек, не будет жив». И так ты, приближающийся не к горе, но к Богу, — ты, говорю, не Синая прикасающийся, но прикасающийся и причащающийся тела и крове Сына Божия, — какое творишь приуготовление? Очищаешь ли прежде душу твою покаянием? Омываешь ли скверноты и нечистоты сердца слезами твоими? Приуготовляешься ли хотя за три дни молитвою, постом и другими Богоугодными деяниями? Ты проводишь все время поста, назначенное Церковию на приуготовление к Божественному причастию, в телесных заботах и попечениях, последнего же и остального постного дня ожидаешь только для того, чтоб придти к духовному своему отцу. Тогда-то ты едва кой-какие грехи, да и то какие придут на память, да и кое-как, успеешь рассказать с величайшею поспешностию. Ни слез изливаешь, ниже решишься в себе исправиться и обратиться. А тот, видя множество дожидающихся исповедников и поспешая всех их выслушать исповедь, ни обличает тебя по надлежащему, ниже наставляет по своему долгу: и таким образом с великою поспешностию прочитывает тебе отпускную молитву; ты же заутра, или, может быть, и в тот же самый день, дерзостно приступаешь и приобщаешься бесстрашно тела и крови Господа твоего Иисуса Христа.

Если бы Бог сходил на святую трапезу таким же образом, как явился на горе Синайской: то гласы и молнии, мрачное облако и страшный звук трубный устрашали бы нас так, как устрашили тогда сущих в полце: и огнь тот и дым, восходящий яко дым от пещи горящей, привел бы в великий нас ужас, так как тогда народ Израильский (Исх.19:16-18). Если бы Бог являлся на жертвеннике таким же образом, как являлся на горе Хориве, то «дух велик и крепок, разоряяй горы и сокрушаяй камение, и страшный трус» (3Цар.19:11-13) обратил бы нас вспять; покрыли бы поистине и мы лице свое, и скрылись бы в вертепах, так как тогда Илия великоименитый. Если бы в час совершения таинства являлся Сын человеческий на облацех небесных грядущий, мы же бы видели и реку огненную пред Ним, и тысячи тысяч Ангелов служащих Ему, и тьмы тем Архангелов предстоящих Ему, якоже явился в Вавилоне пред Даниилом (Дан.7:8-10): то без сомнения вострепетал бы дух, возмутились бы помыслы душевные и зрак лица нашего изменился бы, так как тогда у великого Пророка Даниила. Если бы зрел ты, христианине, приступая к причастию Тайны, «Господа седящаго на престоле высоце и превознесенне, и исполнь дом славы Его, и Серафими шестокрылаты окрест Его, двема крылами покрывающия лица своя, и глаголющия: Свят, Свят, Свят Господь Саваоф, исполнь вся земля славы Его» (Ис.6:1-7), и видел бы в руце иерейской угль горящь, который приемлет он клещами и прикасается устам твоим: тогда поистине уязвлялось бы сердце твое, и вопиял бы ты, якоже велегласный Исаия: «окаянен аз»! Человек грешен сый и нечисты устне умый, не токмо вижу, но и причащаюсь Царя славы и Господа Саваофа! Если бы тогда, когда причащаешься, зрел ты хотя единый токмо луч Божественной славы: то трепетал бы тогда и, не могши устоять на ногах твоих, падал бы на лице, якоже пали ученики Христовы, когда на горе Фаворстей воссияла Божественная слава лица Его.

Сего на самом деле не видите. Но слышали ли, что пострадал Оза, когда дерзостно прикоснулся кивоту Божию? «Разгневася гневом Господь на Озу и порази его тако Бог, и умре тамо у кивота Господня пред Богом» (2Цар.6:7). Знаете ли, что претерпел Озия, когда беззаконно кадил в церкви? «Проказа взыде на чело его пред священники в дому Господни, на олтари фимиамном» (2Пар.26:19). Читали ли, что случилось с нечестивыми и лукавыми священниками Офни и Финеесом, недостойно носившими кивот Божий? Пали оба на брани и умроша (1Цар.4:11).

И так не потому ли мы, что Бог в таинстве Евхаристии не является таким образом, как являлся многажды древле, и не наказует недостойных так, как тогда, нерадим о богатстве благости, и кротости и долготерпении Его? (Рим.2:5) Если сие так, то горе нам! Ибо по жестокости и по нераскаянному сердцу нашему собираем себе гнев в день гнева и откровения праведного суда Божия. «Ядый бо и пияй недостойне, суд себе яст и пиет, не разсуждая тела Господня» (1Кор.11:29). Сей же суд наводит не токмо разные болезни, и немощи, и смерть, как показал Божественный Апостол, пиша к Коринфянам: «сего ради в вас мнози немощни, и недужливи, и спят довольни» (1Кор.11:30): но и вечную муку в тот день, «когда Господь воздаст коемуждо по делом его» (Рим.2:6), как объяснил нам Сам всех Владыка, говоря: «тогда начнете глаголати: ядохом пред Тобою и пихом, и на распутиих наших учил еси. И речет: глаголю вам, не вем вас, откуду есте: отступите от Мене вси делателие неправды» (Лк.13:26-27).

Поелику же таковая и толикая казнь предлежит недостойно причащающимся страшных Христовых Таин, того для Богоглаголивый Павел таковую нам предал заповедь: «да искушает же человек себе, и тако от хлеба да яст, и от чаши да пиет» (1Кор.11:28). Слышишь ли? Премудрость и разум поставляет тебя судиею самого себя. Для чего ж? Ибо «кто иный весть из всех человеков, яже в человеце, точию дух человека, живущий в нем?» (1Кор.2:11) Какой другой человек знает лучше тайная сердца твоего, кроме духа твоего и совести твоей? Сего убо ради прежде, нежели приступишь к Тайнам, искуси тебе самого, испытай дела твои, и если в них найдешь преступление заповедей Божиих, а волю свою неисправляемою, то воздержись. Ибо, ежели приобщишься, будешь «повинен телу и крови Господа» (1Кор.11:27). Вникни в слова твои, и если узнаешь, что «уста твои умножиша злобу, и язык твой сплеташе льщения, и что седя на брата твоего клеветал еси, и на сына матере твоея полагал еси соблазн» (Пс.49:19-20), обман, лжесвидетельство, измену, и пребываешь в сем нераскаянным, — то воздержись. Ибо недостойне будешь ясть и пить, и будешь повинен телу и крови Господней. Исследуй помыслы твои, и если приметишь в уме твоем гордость, в душе зависть, в сердце вражду, и раскаяния — никакого, то воздержись. Ибо если причастишься, суд себе яси и пиеши.

Святейшее есть сие таинство: убо и приступающие к нему должны быть святи. Сего ради и иерей, когда приближается время Божественного причащения, возглашает: Святая святым! Но кто же есть свят? «Кто чист будет от скверны? Никтоже, аще и един день жития его на земли» (Иов.14:4-5). Так что ж остается делать? Ужели лучше не приступать к таинству, чтобы не подпасть обвинению и суду? Сего не буди! Причастие Божественной Евхаристии нужно для подкрепления веры, для творения добродетели, для совершенства жизни. Без причастия тела и крове Господни невозможно быть наследником вечной жизни. «Аминь, аминь глаголю вам: аще не снесте плоти Сына человеческаго, ни пиете крови Его, живота не имате в себе» (Ин.6:53).

Но, скажешь ты, вижу-де я себя стесняема с обоих сторон: если я приобщусь недостойне, грех сотворю; если совсем не буду причащаться, муке буду повинен. И так, что делать, сам не знаю. Сотвори, брате, нечто третье, то есть: причащайся достойне. Но как, будучи грешником? Так, как предписал тебе Бог и чрез Пророка Моисея, и чрез Апостола Павла. Павел повелевает тебе: искушай прежде себе, то есть, вникни во все грехи твои; видя же множество твоих беззаконий, но для спасения твоего рассуждая и о нужде в причастии, не воздремли, не усни, ниже пребуди лежай в тине грехов твоих. «Востани, спяй, и воскресни от мертвых, и осветит тя Христос» (Еф.5:14). Твори то, что тебе повелел Бог чрез Моисея: очисти себе, что значит — покайся, яко Манассия, оставь беззакония, яко Закхей, решись жить благоугодно Богу, яко Матфей; очисти себе, то есть, прииди на судище твоего духовного отца, и со смиренномудрием, яко блудница, и с сокрушением, яко разбойник, исповедуй все грехи твои. Покаяние, обращение, совершенное воздержание от греха, исповедь загладит беззакония твои, и очистит тебя от всех грехов твоих. «Беззаконие мое познах, и греха моего не покрых, рех: исповем на мя беззаконие мое Господеви: и ты оставил еси нечестие сердца моего» (Пс.31:5). Омой, якоже Петр, горькими слезами твоими не ризы твои, но и скверну души, и ума, и сердца твоего. По крайней мере за три дни приуготовь себя молитвою, постом, милостынею, и всяким другим Богоугодным делом. Потом с верою и благоговением, со страхом и трепетом приступи, бия в перси твои, якоже мытарь, и взывая с сотником: «Господи, несмь достоин, да под кров мой внидеши»! (Мф.8:8) и тако приобщись небесных Христовых таин. Сицевым образом причастие будет тебе душевным и телесным освящением, и совершенным соединением с Богом. Тогда-то ты соделаешься страстям непреоборим, бесам страшен, Ангелом друг, сыном Божиим и небесного Его царствия наследником. Аминь.

12.1. Толкование на Апостол из посланий Апостола Павла к Римлянам, читаемый в четвертую неделю по Пятидесятнице (Рим.6:18-23)

Свойства и доброту вещей мы наилучшим образом познаем из сравнения двух противоположностей. В физическом мире чтобы узнать, сколько полезен чистой воздух, стоит только сравнить его с зараженным: чтобы узнать, сколь приятен вид человека благообразного, стоит только противопоставить ему безобразного: чтобы уразуметь, сколь неоцененное благо есть здравие, стоит только снести оное с болезнью: в политическом кругу тогда ясно увидишь, сколь счастлив град благоуправляемый, когда рассмотришь бедствия худо управляемого: увидишь, сколь нужны произведения людей ученых и ремесленных, когда посмотришь на произведения людей неученых и никакого ремесла незнающих: увидишь, сколь полезна во градах промышленность, когда рассмотришь общества людей, не занимающихся торговлею. В нравственном мире для того, чтобы совершенно увериться, сколь великое благо есть добродетель, стоит только сравнить хищного с милосердым, трезвого с пьяным, воздержного с распутным. Зная сие Божественный Павел, по данной ему свыше мудрости и благодати, сравнивает ни одну какую-либо добродетель с одним каким грехом, но взяв их в общем смысле, а не в частности, сравнивает вообще добродетель со грехом, описывает их действия, и полагает пред очами всех пользу добродетели и вред происходящий от греха: чем самим убеждает слушателей удаляться греха и любить всем сердцем добродетель. Таковое сравнение заключается в ныне чтенном Апостоле из его послания, на который я теперь намерен предложить вам толкование, дабы вы, уразумев смысл оного, могли принести спасительные плоды добродетели.

Рим.6:18. Братие, свобождшеся же от греха, поработистеся правде.

Слово, правда, в Священном Писании означает не одну справедливость, но все вместе добродетели. «И верова Авраам Богу, и вменися ему в правду» (Быт.15:6), говорит о Аврааме книга Бытия. «Возсияет во днех его правда» (Пс.71:7). «Яко вся заповеди твоя правда» (Пс.118:172). воспел Пророк Давид. «Будет препоясан правдою о чреслех своих» (Ис.11:5), вещал Пророк Исайя о Иисусе Христе. «Не помянутся правды его» (Иез.3:20), сказал Иезекииль о согрешившем добродетельном человеке. «Блажени алчущии и жаждущии правды. Блажени изгнани правды ради» (Мф.5:6,10). «Тако бо подобает нам исполнити всяку правду» (Мф.3:15). рече Господь. Таковое значение прилично дано слову, правда, потому, что кто творит какую-нибудь добродетель, тот исполняет должное и праведное, чем обязан он Богу, ближнему и самому себе. поелику же мы, спогребшесь Христу в купели святого крещения, совлекаемся ветхого человека греховного, и облекшесь во Иисуса Христа, восстаем с Ним чистыми от грехов и посвящаемся на дела благая (Рим.6:4, 6): для сего Божественный Павел, пиша к Римлянам, уверовавшим во Христа и крестившимся, говорит следующее: вы свободни есте от греха, т. е. очистились как от прародительского, так и от всякого произвольного прегрешения: а потому «поработистеся правде», т. е. посвятили старание и труды ваши на должное и требуемое от вас преуспеяние в добродетели.

Рим. 6:19-20. Человеческо глаголю за немощь плоти вашея. Якоже бо представисте уды ваша рабы нечистоте и беззаконию в беззаконие: тако ныне представите уды ваша рабы правде во святыню. Егда бо рабы бесте греха, свободни бесте от правды.

«Человеческо глаголю за немощь плоти вашея». Сии слова относятся к вышесказанным, т. е. к сим: «поработистеся правде», относятся однако ж и к последующим: к вышесказанным относятся таким образом: я говорю, что вы поработились правде, не потому, чтобы добродетельные были рабы: но по-человечески, т. е. судя по мнению людей, которые, будучи подвержены телесным немощам, труды подъемлемые в рассуждении добродетели почитают и даже называют рабством, между тем как они не суть рабство, но свобода, спасение и слава наша: ибо кто работает правде, тот работает Богу, а сего что может быть свободнее, спасительнее и славнее? Но ежели отнести их к последующим словам, то выйдет такой смысл: я ничему не поучаю, что бы превышало человеческие силы и суждение: но говорю человечески по немощи плоти вашей. Что же такое значит сие? Вот что: вы тогда, когда работали греху, были свободны от правды, то есть нимало не покорялись законам справедливости, а потому и члены свои делали рабами греховной нечистоты, и присовокупляли к беззаконию беззаконие: так ныне, когда уже освободились от греха, и поработились правде, достойно и праведно вам быть святыми, соделав члены ваши рабами добродетели. Так поистине: в нашей воле состоит обратить члены свои на службу или добродетели, или греха. Когда мы возводим очи свои на дела Божия с тем, чтобы тщательнее рассмотреть в них Творческую благость, всемогущество, премудрость и промысл: тогда мы очи свои делаем служителями добродетели. Но когда обращаем их на творения Божия с тем только, чтобы рассматривая красоту оных, возбудить в сердце своем пожелание суетности и вожделение плоти: тогда очи свои делаем рабами греха. Ежели мы отверзаем уши наши для того, чтобы слышать глас Господа Бога, песни и славословия, в прославление Его воспеваемые: тогда уши наши становятся рабами в деле спасения нашего: но ежели мы отверзаем их для того, чтобы слышать злословия, срамные речи, бесчестные и любовные песни: тогда они становятся рабами дел, готовящих нам мучение. Ежели язык наш песнословит Бога, проповедует учение его, утешает или подает советы ближнему, то он есть орудие добродетели; но когда он произносит хулы на Творца, или неправду, обманы, ложные обвинения и вредные советы на ближнего, тогда он делается орудием греха. Самые руки мы простираем по собственному своему хотению, иногда горе на прославление Божие, а иногда долу на похищение чуждого имущества: ногами также спешим иногда на помощь ближнему, а иногда на соделание ему вреда. Вот как мы члены свои посвящаем на служение то добродетели, то греху, и приемлем себе отсюда или святость, или осквернение. Но выслушайте и то, какими доказательствами Божественный Апостол тщится преклонить Христиан к тому, чтобы поработили себя легчайшему игу добродетели.

Рим. 6:21-22. Кий убо тогда иместе плод, о них же ныне стыдитеся? кончина бо онех, смерть. Ныне же свобождшеся от греха, порабощшеся же Богови, имате плод ваш во святыню: кончину же, жизнь вечную.

Апостол здесь, сравнивая между собою действия греха и добродетели, доказывает ясным образом вред происходящий от грехов и пользу от добродетелей. Какой, говорит, вы получили тогда плод, когда, то есть, работали греху и творили такие дела, о которых одно воспоминание ныне заставляет вас стыдиться? Истинно же так, что грешник, как скоро предстанет творить грех, и исчезнет в нем ощущаемое от того удовольствие, тотчас стыдится и срамляется, хотя бы был самый бесстыднейший, Апостол присоединяет к сему и другое зло, порождение греха, то есть смерть, состоящую в вечном мучении: «кончина бо онех», говорит, «смерть». Но ныне поелику вы освободились от греха и соделались рабами Божиими, плод ваш есть святость, а конец ваших добрых дел, наследие вечной жизни и блаженства. Вот каким образом он стыду, происходящему от греха, противополагает святость добродетели, а смерти, производимой беззакониями, бесконечную жизнь, происходящую от добрых дел. Грешники, говорит он, в настоящей жизни терпят стыд, а в будущей вечное мучение. Напротив, добродетельные на земле получают освящение, а на небесах блаженную жизнь. Но что Апостол сказав прежде, «поработистеся правде» потом говорит: «порабощшеся Богови», тем он научает нас, что быть добродетельным и повиноваться Богу, есть одно и то же. Сие он подтверждает и следующими словами:

Рим. 6:23. Оброцы бо греха, смерть: дарование же Божие, живот вечный, о Христе Иисусе Господе нашем.

Речение оброки с греческого языка означает печеные яства. А поелику у Римлян в древние времена воины получали плату себе не деньгами, но пищею, то оно и взято вместо награды. Так Предтеча Иоанн сказал к воинствующим: «довольни будите оброки вашими» (Лк.3:14), и Павел в послании к Коринфянам пишет: «Кто воинствует своими оброки когда?» (1Кор.9:7) Почему оброками здесь Апостол называет воздаяния или награду. За грехи, говорит, воздаяние есть смерть, т. е. мучение, а за добродетель дарование, то есть, даруемое от Бога по благодати Господа нашего Иисуса Христа, воздаяние есть вечная жизнь. поелику же награда, даемая людьми, соответственна всегда бывает достоинству дела, а вечная жизнь, небесное царствие и слава, которыми Бог награждает добродетельных, не имеют никакого сравнения с их подвигами в добродетели, но несравненно превышают оные, и даются по благодати Иисус Христовой: для сего Апостол не сказал, награда или воздаяния, но дарование Божие, живот вечный о Христе Иисусе Господе нашем.

Беседа о том, что святость праведных и срам грешников суть видимы и ощутительны

Досточудно поистине бесконечное Божие человеколюбие и премудрый Его Промысл о спасении человеческом! Он чрез настоящее воздаяние видимым и подлежащим чувственности, дает нам знать о будущем награждении невидимыми и постигаемыми единою верою. Видимыми воздаяниями Он порождает в сердцах наших великую надежду и великий страх, относительно к воздаяниям невидимым: надежду на получение вечного блаженства, а страх, чтобы не быть осуждену на вечное мучение. Награждение для праведных есть двоякое: освящение и вечная жизнь: и воздаяние для грешных также есть двоякое: стыд и смерть, т. е. вечное мучение. Сему научает нас Богодухновенный Павел говоря: «кий убо тогда имеете плод, о них же ныне стыдитеся? кончина бо онех, смерть. Ныне же свобождшеся от греха, порабощшеся же Богови, имате плод ваш во святыню: кончину же, жизнь вечную» (Рим.6:21-22). Праведные в настоящей жизни получают освящение, а грешники стыд: первые в будущей жизни наследуют царствие Божие, а последние осуждаются на мучение уготованное диаволам. Освящение утверждает души людей праведных во уповании царствия оного: а стыд производит страх мучения в сердцах грешников. Но бывает ли чувствительно таковое освящение?

Бывает ли чувствителен таковой стыд? Освящение бывает чувствительно посредством совести, добродетелей и чудес: а стыд также посредством совести, грехов и всеобщего осуждения.

Что мы тогда чувствуем в себе, когда с усердием молимся, охотно постимся, с веселым духом милосердие оказываем бедным, прощаем от всего сердца обиды, нам причиненные, или другое какое творим святое дело? Тогда совесть производит в сердце нашем сладчайшее чувствие блаженного мира, и исполняет душу нашу небесною радостию и веселием. Таковый мир и веселие преимущественно ощущали в себе святые мужи. Посему Пророк Давид восклицал: «мир мног любящим закон твой: преподобнии твои возрадуются» (Пс.118:165,131:9): когда же он, впадши в грех, лишился сих дарований, тогда вопил к Богу, молясь о них: «воздаждь ми радость спасения твоего» (Пс.50:14). Громогласнейший же Исаия учил: и «будут дела правды, мир» (Ис.32:17): да и сам Бог вещая устами его глаголал с обещанием: «се работающии ми возрадуются» (Ис.65:14). Сей святой Пророк открыл и то, какую радость чувствовала душа его. «Да возрадуется», говорит он, «душа моя о Господе»: для чего? «Облече бо мя в ризу спасения, и одеждою веселия одея мя» (Ис.61:10). Но известно, что ризою спасения называется добродетель, доставляющая спасение, а одеждою веселия та радость и веселие, кои следуют за добродетелью. И Богоблаженный также Петр свидетельствует, что исполненные веры и любви наслаждаются сими небесными дарами: «Егоже не видевше», говорит он, «любите, и на негоже ныне не зряще, верующе же, радуетеся радостию неизглаголанною и прославленною» (1Пет.1:8). Мудрствуяй же небесная Павел чувствовал радость и тогда, когда был окружаем бедствиями и скорбями. «Ныне радуюся», пишет он, «во страданиих моих» (Кол.1:24). Но откуда проистекает таковой мир и веселие? Откуда блага сии? Они не суть произведения многострастного естества человеческого, ниже дары многомятежного и горестного мира: но плод добродетели, плод, который производит Дух Святой, освящая сердца добродетельных: ибо «плод духовный есть любы, радость, мир» (Гал.5:22). Вот чувствительные знамения освящения того, о котором сказал Павел: «имате плод ваш во святыню!» (Рим.6:22)

Сие освящение бывает ощутительно не только в сердцах людей добродетельных, но и вне оных, а именно для тех, которые или видят, или слышат о Богоугодных их делах. Когда, например, видим мы в Священном Писании веру Авраамову, по которой он охотно оставил отечество, родство и дом отца своего (Быт.12:5): когда видим ничем не возмущаемый сердца его мир, но которому он примирил с собою Лота и пастухов овец их, между собою ссорящихся (Быт.13:8): справедливость его души, по которой он не хотел получить ничего из вещей Царя Содомского, «от нити до ременя сапожнаго» (Быт.14:23): его страннолюбие им же и Ангелов странноприял: сострадательность сердца его, когда он и о спасении Содомлян молил Бога (Быт.18:23): смиренномудрие ума его, когда он сказал о себе: «аз есмь земля и пепел» (Быт.18:27) его любовь и повиновение к Богу, когда он простер руку свою взяти нож заклати сына своего (Быт.22:16): когда, говорю, видим все сие в Священном Писании: тогда что другое чувствует душа наша, как не святость или освящение? Когда мы прилежно рассматриваем терпение Иова, целомудрие Иосифово, незлобие Моисеево, кротость Давидову, или ревность Илиину, тогда что другое видим в душах их, разве святость? Когда слышим о вере, надежде, любви, смирении и ревности Богоносных Апостолов, о их гонениях, бедствиях, узах, биениях и прочих злостраданиях? Преславно ими понесенных: когда, говорю, слышим о подвигах и мучениях добропобедных мучеников, о дерзновении исповедников православной веры: о подвигах и трудах всеславных пастырей Церкви, о неусыпных бдениях преподобных Отцев: тогда что можем представлять в уме своем, разве святыню оную, о которой сказал Павел: «имате плод ваш во святыню»? (Рим.6:22)

Что же? Не представляют ли очам нашим святости святых мужей и чудеса, ими совершаемые? Они, будучи такие же люди, как и мы, делают диких зверей кроткими, исцеляют неисцелимые болезни и возвращают здравие, повелевают стихиям, и стихии покорствуют им, возглашают мертвым, и мертвые восстают: от кого ж они получили таковую сверхъестественную силу? Конечно от Бога: Он дает им оную потому, что любит их. А любит почему? Потому, что они повинуются воле Его. Сие значит, что Бог дает им силу творить чудеса, святости ради души их.

Но может быть скажете, что чудеса не служат доказательством святости, потому что и делатели беззакония иногда творят чудеса: и самый не следовавший по Христе, изгонял бесы: и также некоторые прельстители пророчествовали и толковали сны, которых Моисей определил на смерть (Мф.7:23; Лк.9:49; Втор.13:5). Так, сие справедливо: но я говорю здесь не о тех чудесах, которые производили люди неверные, беззаконные, прельстители и лицемеры: ибо хотя Бог, или для испытания веры человеческой, как Он сам рек во Второзаконии (Втор.13:3), или ради призывания имени Сына Его Иисуса Христа, которому всяко колено поклоняется небесных, и земных и преисподних (Флп.2:10): или для другой какой-нибудь неизвестной нам причины, иногда и попускал им делать чудеса: однако ж я не могу думать, чтобы чудеса их были доказательством их святости: ибо я знаю их неверие и лицемерие, вижу противные святости дела их, и слышу как от Моисея, так и от самого Иисуса Христа, что они не только не заслуживают имени святых, но еще достойны смерти и удаления от лица Божия: «и пророк той, или видяй сон да умрет: глагола бо еже прельстити тя от Господа Бога твоего» (Втор.13:5). «Отъидите от Мене», сказал о них Господь, «делающии беззаконие» (Мф.7:23). Я говорю вам теперь о чудесах, которые творили люди верные и добродетельные, о чудесах, каковые творили Моисей, Иисус Навин, Илия, Елисей, Даниил, три отроки Вавилонские, Петр и его тень, Павел и убрусцы и препоясания от тела его: я говорю о чудесах тех верных и добродетельных людей, которых и самые кости производят чудеса, которых тела пребывают нетленны, благоуханны и чудодейственны, каково, например, мертвое тело Пророка Елисея, которое воскресило из мертвых одного прикоснувшегося костям Елисеевым мертвого (4Цар.13:21). Чудеса таковых мужей доказывают ощутительным и очевидным образом, что они суть друзи Божии, что души их исполнены Божия благодати и святости.

Христиане! вы теперь слушали, каким образом освящение святых мужей бывает ощутительно: выслушайте теперь и то, каким образом стыд людей грешных бывает ощутителен. Человек в начале не имел страсти сей, стыда: вселил же сию страсть в естество человеческое грех. Адам и Ева до преступления своего были наги, и однако ж не стыдились друг друга: как же скоро согрешили, тотчас почувствовали в себе стыд: почему сшили смоковные листья и препоясали ими себя, дабы тем прикрыть наготу свою: но как грех произвел в них стыд? Никто не видел, никто не слышал их преступления, ниже говорил кто им, что нагими быть стыдно: ибо тогда кроме их двоих никого еще не было в свете. Совесть обличила их во грехе: обличение же совести произвело в них стыд. Сие с каждым человеком случается тотчас о соделании греха: то есть, что он стыдится и срамляется, будучи обличаем совестью, хотя бы согрешил и тайно, так что никто того не видел и не слышал. Совесть удерживает человека от греха даже и в то время, когда он еще старается только исполнить свое хотение, но поелику разум его тогда заглушен страстью: то он нимало не чувствует увещаний совести: когда же исполнит злое свое вожделение, тогда начинает чувствовать глас совести: тогда она, подобно искусному живописцу, живонаписуя пред ним гнусность, бесчестие и срамоту греха, производит в нем величайший стыд. Посмотри, говорит она ему, как ты став побежденным от греха, осквернил себя и обесчестил: посмотри, как ты, в чести сый, не разумел сего, но приложился скотом несмысленным и уподобился им. От сего грешник чувствует в себе такой стыд и мучение, что самый цвет лица его изменяется: и обличения совести, подобно самым острейшим стрелам, пронзают его сердце, и возмущают не только тело его, но и самые кости: «яко стрелы твоя», говорил Пророк Давид по согрешении, «унзоша во мне. Несть мира в костех моих от лица грех моих» (Пс.37:3-4). Мучение совести столь было для него чувствительно, что он говорил: «во обличениих о беззаконии наказал еси человека, и истаял еси яко паучину душу его» (Пс.38:12): и молил Бога ниспослать ему прежде, нежели умрет, отраду некоторую и отдохновение от таковых обличений. «Ослаби ми, да почию, прежде даже не отъиду» (Пс.38:14). Вот как совесть наша стыдит и мучит нас по учинении преступления, хотя бы мы и тайно соделали оное, хотя бы и никто не знал о том!

Но сколь чувствителен тогда бывает для нас стыд греховный, когда порочные дела наши открываются и делаются известными всем? Какой стыд покрывает лице наше, когда видим, что мы за худые наши дела у всех в посмеянии и презрении? Какой стыд для нас, когда видим, что все отвращаются от нас, как от людей бесчестных и ничего нестоящих? Какой удар для сердца, когда слышим о себе сии постыдные имена: такой-то вор, обидчик, лжец, клеветник, пьяница, блудник, изменник, и другие бесчестные названия? Хотя же покаяние и загладит самый грех: но стыд, от него происходящий, остается, но поношение от людей не исчезает. Сие- то самое означает Царе-пророк, говоря: «яко беззаконие мое аз знаю, и грех мой предо мною есть выну» (Пс.50:3). Так поистине, мы по раскаянии своем, как скоро вспомним о греховных наших нечистотах, тотчас чувствуем в себе стыд: и люди также, как скоро будет речь о худых наших делах, за раскаяние, правда, нас похваляют, а за соделание грехов хулят. Сей-то двоякий стыд, то есть внутренний, производимый совестью, и внешний, происходящий от людского поношения, есть стыд тот греховный о котором Павел, пиша к согрешившим и потом раскаявшимся Римлянам, сказал: «кий убо тогда иместе плод, о них же ныне стыдитеся?» (Рим.6:21).

Боже всяческих, и Господи милости! Твое благоутробие к людям есть бесконечно: неизреченное смотрение Божественного Твоего промысла делает чувствительными стыд греховный и святыню добродетели: да тако удаляясь греха, избавимся мучения, а исправляя добродетель, соделаемся наследниками царствия Твоего. Чувствование настоящего стыда предвозвещает грешникам стыд, имеющий быть в день оный, в который все дела их представятся наги и обнажены пред лицем всей вселенной. Если мы стыдимся, когда узнаем, что два или три человека видели наш гнусный порок: то каким стыдом должно покрыться лице наше тогда, когда все люди, начиная от Адама даже до того дня, узрят гнусные дела наши со всеми обстоятельствами! Какой стыд поразит нас, когда мы услышим Бога, толикого благотворца нашего, укоряющего нас пред Ангелы и человеки в нашем жестокосердии, и глаголющего: «взалкахся, и не дасте ми ясти: возжадахся, и не напоисте мене: Странен бех, и не введосте мене: наг, и не объясте мене: болен и в темнице, и не посетисте мене!» (Мф.25:42-43) Сие предвещает нам тот стыд, которой мы чувствуем здесь по соделании греха. Он дает нам знать о будущем стыде и о том мучении, которое ожидает нас. Когда стыд, происходящий от множества грехов, возмущает нас: тогда мы уже чувствуем мучение оное: «потоцы беззакония смятоша мя, болезни адовы обыдоша мя» (Пс.17:5).

Освящение же, даемое от Бога добродетельным на земли, есть залог будущих благ уготованных для них на небеси. Оно ободряет их душу, и подкрепляет их в исполнении Божией воли. Он вливает в них чувствие небесного мира и сладость вечного блаженства. Оно воспламеняет в сердцах их огнь Божественной любви: оно уверяет их, что они причастники Иисуса Христа и наследники вечного Его царствия. Посему- то священный Псалмопевец в веселии воспел: «когда прииду и явлюся лицу Божию? Проиду в место селения дивна даже до дому Божия, во гласе радования и исповедания, шума празднующаго» (Пс.41:3,5). А Божественный Павел с великим уверением пишет: «подвигом добрым подвизахся, течение скончах, веру соблюдох. Прочее убо соблюдается мне венец правды, егоже воздаст ми Господь в день он праведный судия» (2Тим.4:7-8). И так плод греховный есть стыд в настоящей жизни, предвещающий стыд и мучение в будущей: а плод добродетели освящение, которое есть уверением в будущей неизменяемой святости и нескончаемой славе Удаляйтесь убо, Христиане, греховного стыда, да, избежите болезней будущего мучения: старайтесь приобресть святыню добродетели, да тако соделаетесь наследниками благ вечного царствия, о Господе нашем Иисусе Христе, Емуже слава и держава во веки веков. Аминь.

The post Никифор (Феотокис). (ч.2, читаемых от недели Святых отец до 4-ой недели по Пятидесятнице) appeared first on НИ-КА.

Толкование Воскресных Евангелий и Воскресных Апостолов с нравоучительными беседами

13. В неделю пятую толкование на Евангелие от Матфея (Мф.8:28-9:1)
**Беседа о том, что не должно требовать воздаяния за благодеяние.
13.1. Толкование на Апостол из посланий Апостола Павла к Римлянам, читаемый в пятую неделю по Пятидесятнице (Рим.10:1-10)
**Беседа о силе и плодах Христианской веры, и о том, сколь удобно приобретать ее, и потому сколь безответен тот, кто преступает Божии заповеди (с молитвой в конце)

14. В неделю шестую толкование на Евангелие от Матфея (Мф.9:1-8)
**Беседа противу лжецов.
14.1. Толкование на Апостол из посланий Апостола Павла к Римлянам, читаемый в шестую неделю по Пятидесятнице (Рим.12:6-14)
**Беседа о добродетелях, естественной и благодатной. (с молитвой)

15. В неделю седьмую толкование на Евангелие от Матфея (Мф.9:27-35) (с молитвой вначале)
** Беседа противу тщеславия.
15.1. Толкование на Апостол из посланий Апостола Павла к Римлянам, читаемый в седьмую неделю по Пятидесятнице (рим.15:1-7)
**Беседа о единомудрии и согласии в вере.

16. В неделю восьмую толкование на Евангелие от Матфея (Мф.14:14-22)
**Беседа о уповании (с молитвой в конце)
16.1. Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в восьмую неделю по Пятидесятнице (1Кор.1:10-18)
**Беседа о доводах, доказывающих, что вера Христианская есть вера истинная и самим Богом данная (с молитвой в конце)

17. В неделю девятую толкование на Евангелие от Матфея (Мф.14:22-34)
**Беседа о маловерии.
17.1. Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в девятую неделю по Пятидесятнице (1Кор.3:9-17)
**Беседа о вымышленном чистилищном огне.

18. В неделю десятую толкование на Евангелие от Матфея (Мф.17:14-23)
**Беседа о искушении диавола и оружиях против него.
18.1. Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в десятую неделю по Пятидесятнице (1Кор.4:9-16)
**Беседа о словах: «Подобни мне бывайте»

13. В неделю пятую толкование на Евангелие от Матфея (Мф.8:28-9:1)

Как искусный травоиспытатель чем более испытует свойства злаков, тем способнейшие находит на телесные немощи врачевства: тако и благоговейный христианин, чем более поучается слову Божию, тем вящие находит для душевных болезней врачевства. Если ты безвнимательно слушал историю нынешнего Евангелия, то слышал токмо одно чудо, то есть исцеление беснующихся; если же вникал во все исторические обстоятельства, то найдешь премного полезных для души твоей размышлений. Сего для Богочеловек Иисус повелевал Иудеям испытывать Божественные Писания, яко о Нем свидетельствующие. «Испытайте Писания, яко вы мните в них живот вечный имети. И та свидетельствуют о Мне» (Ин.5:39). Порфироносец-Пророк Давид ублажает тех, кои, всем сердцем изыскивая свидения о Боге, испытывают Божественные Его Писания: «блажени испытающии свидения Его, всем сердцем взыщут Его» (Пс.118:2). Таковое испытание просвещает ум к различению добрых и злых дел, и согревает сердце к сладкой любви воистину сладчайшего и дражайшего Бога и небесного Его царствия. Но испытание Божественных словес есть дело нашего благоговения и усердия: уразумение же оных, и оттуда польза, есть милость всещедрого Бога, на Него же уповая, предлагаем толкование нынешнего Евангелия.

Мф.8:28. Во время оно, пришедшу Иисусу на другой берег в страну Гергесинскую, сретоста Его два бесна от гроб исходяща, люта зело, яко не мощи никому минути путем тем.

Святые Евангелисты Марко и Лука, повествуя о сей же истории, пишут, что в стране Гадаринской было сие чудо, и что не двух, но одного беснующегося исцелил Господь (Мк.5:1; Лк.8:26). Однако не подумай, аки бы Божественные Евангелисты себе противоречили. Ибо тот же град имел два наименования, Гадара и Гераса или Гергеса. Хотя же бы и два были города, но один от другого отстояли только на два часа пути (Евсев. о мест. имен.). Того убо ради, что чудо совершилось вне оных градов, то есть на рубеже, оные разделяющем, два Евангелиста повествуют об оном чуде, как о содеянном во граде Гадаринском, а другой — во граде Гергесинском. Что же касается об одном и двух беснующихся, упоминаемых во Евангелиях, то заметь, что хотя два Евангелиста и упомянули об одном беснующемся, как знатнейшем и всем известном, который был и гражданин Гадаринскаго города, якоже свидетельствует Божественный Лука: не сказали однако, аки бы один точию был беснующийся. А поелику мы видим, что Марко и Лука описывают над одним беснующимся гораздо сильнейшие мучения, нежели Матфей на двух: то правдоподобно заключаем, что хотя и два были мучимы бесами, но один, то есть, тот гражданин, страдал гораздо горше, нежели другой. А понеже Матфей изъявил токмо, каковые мучения наравне терпели оба бесами одержимые, то для того и написал о двух беснующихся; Марко же и Лука, описав подробно все мучения, каковые причиняли бесы, принуждены были упомянуть об одном только беснующемся, то есть, о том, который мучим был горше, и был пресловутым и знатнейшим. Слыша же, что беснующиеся, исшед из гробов, вышли на встречу Господу Иисусу, не подумай, аки бы встреча сия была по случаю, или ненарочно; ибо ничто не бывает без Божия благоволения и хотения. «И власи главнии вам вси изочтени суть» (Мф.10:30). Богочеловек, яко вся ведый, умилосердися о одержимых бесами, нарочно пришел в тот самый час, в который, по Божию смотрению, беснующиеся вышли из гробов: чего для «и сретоста Его». Достойно любопытства и сие, почему беснующиеся жили в гробах. В рассуждении убо сего приметь, что издревле некие, заблуждая, думали, аки бы души умерших бывают бесами. Почто такового же заблуждения держатся и доныне некоторые невежи, кои верят рассказам о мертвецах, о тенях, о колдунах, с того света выходцах (Злат. бесед. 22 на Мф.—). Бесы убо, чтобы таковое вредное заблуждение укрепить, понуждали беснующихся жить во гробах. Были же, пишет Евангелист, сии бесные люты зело, то есть, весьма злы и свирепы, так что от страшилищ и козней их наглости никто не мог проходить чрез то место, где они пребывали. Таковыми же они были не естественно, яко люди, но противоестественно, яко бесами движимые и действуемые. Когда же встретили Иисуса Христа и приближились к Нему, тогда вострепетали бесы.

Мф.8:29. И се возописта, глаголюще: что нам и тебе, Иисусе Сыне Божий? пришел еси семо прежде времене мучити нас.

Велия, Господи, сила твоя! и беси признали и исповедали, что Иисус Христос есть Сын Божий. «Что нам и тебе», возопили они, — то есть, какое есть дело между нами? Чего требуем мы от Тебе, или Ты от нас? Подобное выражение найдешь ты и в главе шестойнадесять книги второй Царств, и в главе тридцать пятой книги второй Паралипоменон, и во второй главе Евангелия от Иоанна. Слова же оные возопили бесы потому, что боялись, чтобы Иисус Христос силою Божества Своего не послал их в адские муки. Неужто Ты «пришел, вопияли они, в сие место с тем, чтобы мучить нас прежде времене», то есть прежде дня судного? Из чего двоякое выводим следствие: первое, что не только прежде умершие злочестивые и нераскаянные грешники, но и самые бесы не восприяли еще доныне совершенного мучения, страшного дня судного ожидающе. О сем же весьма ясно возвестили и два Апостола. Петр, пиша: «аще бо Бог ангелов согрешивших не пощаде, но пленицами мрака связав, предаде на суд мучимых блюсти» (2Пет.2:4). Равным образом и Иуда: «ангелы не соблюдшия своего начальства, но оставльшия свое жилище, на суд великаго дне, узами вечными под мраком соблюде» (Иуд.1:6). Второе, что мука толико есть страшна, что и бесы, ужасаясь оной, предпочитают оному осуждению сожительство с нечистыми свиниями, якоже показуют следующие Евангельские слова:

Мф.8:30-31. Бяше же далече от нею стадо свиний много пасомо. Беси же моляху Его, глаголюще: аще изгониши ны, повели нам ити в стадо свиное.

Далече от того места, где были беснующиеся, паслось многочисленное стадо свиное. Бесы же молили Иисуса Христа, говоря: Господи! если повелением Твоим изгонишь нас из тел сих человеков, позволь нам, молим Тебя, идти в стадо свиное. Се, каковая есть сила присутствия Господа Иисуса, и каковое бессилие бесов, которые, если без попущения Божия ниже свиниям могут вредить, кольми же паче человекам, сотворенным по образу и по подобию Божию! Но как тогда присутствие Господа Иисуса отгоняло бесы, так ныне образ креста и призывание Всесвятого имени Его прогоняет их. «О имени Иисусове всяко колено поклонится небесных и земных и преисподних» (Флп.2:10). Убо когда приходят бесы и тебя искушают; то, если хочешь, изженешь их далеко от себя, знаменуясь крестным знамением и призывая имя Иисуса Христа. Но обратимся паки к предлежащей Евангельского слова связи. Господь снисшел на прошение бесов.

Мф.8:32. И рече им: идите. Они же изшедше идоша в стадо свиное: и се (абие) устремися стадо все по брегу в море, и утопоша в водах.

За словом Господним и действие последовало. Рече бесам: «идите»; они же абие повинувся, вышли из тех людей и вошли в стадо свиное. И се абие свинии устремились ко брегу, с которого сверзившись в море, потонули все в водах морских. Но для чего беси просили, а Господь послушал их просьбы, — позволил им войти в стадо свиное? Где свинии, тамо тина и нечистота. Сие убо бысть смотрительне, то есть, да познаем, что где нечистота греховная и тина гнусных дел, тамо покоятся и нечистые беси: туда и Бог попускает им входить. Но как же правосуднейший Бог попустил сделаться таковому убытку, каковой претерпели владетели свиней? Наказуя грешников и подкрепляя праведников, навел Бог всемирный потоп, пожег с людьми грады, целые народы истребил: так о сем ли усомнимся, почему правосудие Его снесло убыток, претерпенный владетелями свиней? Во граде Гергесинском жили язычники, но жили и Евреи. Убо, может быть, Евреи, последуя сообитавшим с ними язычникам, не только кормили свиней, но и питались свиными мясами, нарушая Моисеев закон. Следовательно, в научение и уцеломудрение таким образом и были наказаны. Достойно и сие замечания, то есть, что вход бесов в свиней соделал чудо знаменитым и гласным, а следовательно, и весьма полезным. Понеже свинопасы, видев то, что пострадали свинии их, разгласили повсюду Божественную Чудодеятеля оного силу.

Мф.8:33. Пасущии же бежаша, и тттедттте во град, возвестиша вся, и о бесною.

Видите ли, каким образом случившееся с свиньями несчастие соделало самых свинопасов учителями и проповедниками чудеси? Когда свиньи погибли, то пасшие оных тогда же, побежав оттуда и пришед во град, возвестили вся, то есть все, что случилось с свиньями, еще же и то, что случилось с беснующимися.

Мф.8:34. И се весь град изыде в сретение Иисусови: и видевше Его, молиша, яко дабы прешел от предел их.

Слышите ли, какое любопытство возбудилось от слышания чуда? Се, пишет Евангелист, все живущие во граде Гергесинском, мужи, жены, юноши, старцы, всякого возраста и состояния люди, оставя город, вышли в сретение Иисусу Христу, имея намерение очевидно видеть то, о чем слышали. «И изыдоша, пишет священный Марко, подобно как и Лука, — видети бывшее» (Мк.5:14; Лк.8:35). Но как же поступили, и слыша о чуде, и сретя Иисуса Христа, и видя очевидно бывших прежде бесноватых, сущих уже в разуме и одеждою прикровенных, и уверившись о погибели свиней? Поклонились ли Чудотворцу? благодарили ли Благотворителю? восхотели ли слушать наставления Учительского? Ничего из сего не сотворили: но еще и молили Его, дабы прешел от пределов града их. На что же сие? Почему прогоняют Благотворителя? Страха ради, свидетельствует Евангелист Лука: «яко страхом велиим одержими беху» (Лк.8:37). Убо и великий страх помрачает разум, так как и другие страсти, и ввергает его в неблагодарствие и безумие. Незлобивый же Иисус, услышав прошение их, с кротостию и незлобием входит в корабль, и прешед море, пришел во Свой град.

Мф.9:1. И влез в корабль, прейде и прииде во Свой град.

Удалившись оттуда, Богочеловек пришел в Капернаум, как подтверждает Евангелист Марко, говоря: «и вниде паки в Капернаум» (Мк.2:1). Назвал же его собственным Христовым градом священный Матфей потому, что хотя Он в Вифлееме родился и в Назарете воспитан был, но в Капернауме имел Свое пребывание (Мф.4:13).

Беседа о том, что не должно требовать воздаяния за благодеяние

Не оставим, братие, без рассуждения незлобие Господа нашего Иисуса Христа к неблагодарным Гергесенянам. Ибо о сем рассуждение послужит к исправлению нашему от того греха, в который почти все мы нечувствительно впадаем.

Мы, по привычке, злобствуем безрассудно на тех, кои неблагодарными бывают к нашим благодеяниям. Что неблагодарность есть великий грех, сие Сам Богочеловек Иисус показал, узрев десяти прокаженных неблагодарность. Сии десять, купно вознося глас, велегласно взывали: «Иисусе наставниче! помилуй ны» (Лк.17:13). Иисус же, умилосердився, сказал им: идите к священникам, и покажите им прокаженные ваши члены. Они же, с охотою повинуясь Божественному Его повелению, потекли к священникам: но прежде, нежели туда пришли, на самом, то есть, пути, «очистилися» (Лк.17:14). Един же только из них, Самарянин, тогда же возвратился к Иисусу Христу, и пад на лице пред ногами Его, хвалу Ему воздавал (Лк.17:16). И тогда Иисус обличил грех неблагодарности, говоря: «не десять ли очистишася, да девять где? Како не обретошася возвращшеся дати славу Богу, токмо иноплеменник сей?» (Лк.17:17-18) Неблагодарный презирает законы не токмо разумные, но и бессмысленные природы. Ибо и несмысленные животные, будучи облагодетельствованы, сколько могут, благодетельствовавшим им человекам являют благодарность. Сим-то самым укорял Бог Израильтян, непознавших чрезмерных Его к ним благотворений. «И вол, — говорит им чрез Пророка Исаию, — познает благодетеля своего, и осел разумеет ясли господина своего»: вы же, Израильтяне, не познаете, ниже разумеете множество Моих благодеяний. «Позна вол стяжавшаго и, и осел ясли господина своего: Израиль же Мене не позна, и людие Мои не разумеша» (Ис.1:3). Грешит поистине неблагодарный против всех законов, поелику и чувствительность, и рассудок, и Бог требуют благодарности. Однако и сам благодетельствующий, если негодует на неблагодарного, теряет благодеяния мзду, и тяжко грешит.

Много грешит неблагодарный, но грехом единым, грехом неблагодарности. Благотворящий же, если ищет воздаяния и оного не получает, впадает во многие грехи. Падает в гнев, в осуждение, в ненависть, искореняет из сердца своего любовь к ближнему и благотворительное расположение. Неблагодарный, сколько бы ни был жестокосерд, чувствует важность греха своего, почему и подает надежду, что со временем может покаяться и быть чувствительным пред благотворителями. Благотворящий же, когда представляет себе, что имеет он сильное право требовать от облагодетельствованного им воздаяния, не токмо не раскаивается, но ниже знает греха своего. Убо нет никакой надежды к обращению его и к исправлению таковых его грехов.

Благотворение есть весьма великая добродетель: понеже есть плод любви, есть самая любовь, в дело производимая. Но лукавое человеческое изволение превращает добродетель во грех. Развращенное намерение портит настоящую цель и конец благотворения: и от того добродетель превращается в порок, или справедливее сказать, великая добродетель делается поводом ко многим грехам.

Человече! Для чего ты негодуешь на неблагодарного? Точно ты негодуешь, или поелику не получил воздаяния, или поелику не приял соразмерной твоему благотворению мзды, или поелику вместо добра получил ты зло. Убо, когда ты благотворил, то предполагал воздаяние; делал добро, да и сам оное получишь; давал, да и сам приимешь: убо благодеяние твое не есть благодеяние, но займы: ибо точно так и заимодавец дает, что да обратно получит. Благодеяние твое не есть благодеяние, но торг; ибо и купец дает тебе то, а себе берет другое. Но иное есть заимство и торговля, и иное — благодеяние. Те суть мздоимства, а сие есть милость и дар. Если ты ищешь воздаяния: то для чего имя благодетеля похищаешь и называешься благотворителем? И если называешься благотворителем, то почто требуешь за то мзды, чем благоприятствовал? Когда говоришь ты о себе, что благотворительствуешь, а потом мзды требуешь: тогда делаешься ты лицемером и лжецом, обманываешь только людей. Ибо люди, слыша, что ты благотворишь, и видя, что даешь без векселей и расписок, превозносят тебя, яко милосердого благотворителя: но ты по молве кажешься благотворитель, а самым делом — заимодавец, или совершенный торгаш.

Но, говорят некие, мы ни большего, ни равного, ни меньшего не требуем от облагодетельствованных, а то только терзает утробу нашу, то несносно, что тот, коему мы благотворили, бывает гонителем, и коварным, и клеветником, и изменщиком нашим. Сие, братие, возмущает нас тогда, когда мы думаем, что имеем право над облагодетельствованными, и мысли о воздаянии из головы не выпускаем. Сие несносно тогда, когда благодетельствуем наподобие язычников и идолопоклонников. Возмущает сие и несносно, когда сами не знаем, что есть благодеяние, и для чего мы благодетельствуем.

Кто хочет познать достоинство, важность и благодать благотворения, тому нужно приити во училище Господа нашего Иисуса Христа. Тамо-то он услышит наставления о истинном благотворении: тамо научится, в чем состоит истинное благотворение, и каким образом соделывается, и какое за оное есть воздаяние; тамо усмотрит и то, в чем состоит ложное благотворение и кто тако поступает, и узнает, что таковое благотворение есть весьма низко, подло и нимало не благодатное. Тамо-то наставляет Святой Учитель, сказуя: «егда сотвориши обед или вечерю, не зови другов твоих, ни братии твоея, ни сродник твоих, ни сосед богатых». Почему же? «еда, говорит, когда и тии тя такожде воззовут, и будет ти воздаяние» (Лк.14:12). Слышишь ли, коль далеко изженяет Он из сердца благодетеля мысль о воздаянии? Но послушай, колико предостерегает и Он душу его от толь великого искушения. «Но егда твориши пир, зови нищия, маломощныя, хромыя, слепыя» (Лк.14:13). Се каковым образом из корене исторгает всяку надежду о воздаянии. Тако убо узаконив о благодеянии, и научив, что есть истинное благодеяние, показует вскоре и то, коль высока есть таковая добродетель и каковую имеет мзду, когда бывает без ожидания воздаяний от облагодетельствованных. «И блажен, вещает Он, будеши, яко не имут ти что воздати: воздаст же ти ся в воскрешение праведных» (Лк.14:14). Убо кто благотворит сим истинным благотворением, тот поставляется в чине блаженных и приемлет вечное с праведниками воздаяние, егда все воскреснут люди и предстанут пред праведным Судиею. Послушайте же теперь и о том, коль ничтожно бывает благодеяние, когда творец оного ожидает воздаяния от облаготворенного: «и аще, говорит, благотворите благотворящим вам, кая вам благодать есть?» (Лк.6:33) Но почему таковое благотворение лишается всякого достоинства и благодати? Потому, что не есть истинное благотворение, но промен, не есть истинное благотворение, но притворство: есть дело человек грешных. «Ибо и грешницы тожде творят» (Лк.6:33). Видите убо, что истинное благотворение есть дело праведников, а ложное есть изобретение грешников.

Все святые мужи благодетельствовали, никогда не помышляя о земном воздаянии. Святые Пророки и советами своими, и пророческою и провидческою проповедию, и чудодействиями благотворили царям, священникам, владыкам, всему народу Иудейскому: но воздаяния никакого не искали от облагодетельствованных ими. Нееман князь Ассирийский, видя, что Пророк Елисей очистил его от проказы, принес к нему дары и просил, и понуждал его принять оные: «и ныне приими, сказал Нееман, благословение от раба твоего» (4Цар.5:15). Но принял ли Елисей хотя мало что от них? Никак. И рече Елисей: «жив Господь, Емуже предстах пред Ним, аще прииму: и понуждайте его взяти, и не послуша» (4Цар.5:16). Чем же платили им облагодетельствованные ими? Исаию пилою древяною перепилили, Иеремию камением побили, Илию изгнали, Михея заушили, Даниила в ров львиный ввергнули, Захарию среди церкви и олтаря умертвили. Но они же, хотя сие и предвидели, но поелику не взирали на земные воздаяния, того для нимало не преставали наставлять, проповедывать, пользовать, всячески Божественнейшее благотворения дело исполнять.

Богочеловек известил Богопроповедникам Апостолам, какие им воздаяния заготовляют ими благодетельствуемые. «Возложат, сказал Он, на вы руки своя и ижденут, предающе на сонмища и темницы, ведомы к царем и владыкам, имене Моего ради. Предани же будете и родители и братиею, и родом, и други, и умертвят от вас: и будете ненавидими от всех имене Моего ради» (Лк.21:12-13,16-17). Что ж? воспятились ли они, сие услышав? убоялись ли, и удержали ли руки от благотворения? отвратились ли от дела благотворения, яко толикая злая причиняющего? Нимало. Прошли великодушно всю землю, всю вселенную научая, просвещая, чудодействуя, изливая на всех спасительные благотворения струи. Почему же они не искали воздаяния от облагодетельствованных, хотя и имели на то право, как писал Павел к Коринфянам: «аще мы духовная сеяхом вам, велико ли, аще мы ваша телесная пожнем? Аще инии власти вашея причащаются, не паче ли мы? Но не сотворихом по области сей (но мы не воспользовались сею властию): но вся терпим, да не прекращение кое дамы благовествованию Христову» (1Кор.9:11-12). Не взирали они на ничтожные и временные воздаяния, поелику ожидали воздаяния превосходнейшего паче всех честей и вечного. «Подвигом добрым подвизахся, течение скончах, веру соблюдох: прочее убо соблюдается мне венец правды, егоже воздаст ми Господь в день он, праведный Судия» (2Тим.4:7-8). Слышите ли, откуда они чаяли воздаяния за подвиг, который претерпели, благодетельствуя ближнему? Не от облагодетельствованных человеков, ибо человецы суть лживы, но от Бога, Иже есть праведный Судия. Слышите ли, в кое время они ожидали за благодеяния свои к человекам воздаяния? Не в настоящее время, ибо настоящее время несть время воздаяния; но «в день он», то есть, в день суда, в который Бог воздаст комуждо по делом его. поелику же они, треблаженные, удостоверены были, что неблагодарность облагодетельствованных бывает благодеянием для самого благодетеля (понеже Бог, чем неблагодарнее бывают благодетельствуемые, тем вящие для благотворителей соплетает венцы): того для столь великодушно переносили зло вместо добра, и терпели неблагодарность неблагодарных, что укоряеми благословляли, гонимы терпели, хулимы утешались. О чудесе! Не были ли и они люди, так как и мы? Не имели ли и они плоть и страсти, так как и мы? (1Кор.4:12-13) Ей тако! Но они не взирали на землю низу, а горе — на небо. Они ни на что другое не взирали, как на образ Начальника и Совершителя веры, Господа нашего Иисуса Христа; на Него устремляли очи свои, почему с терпением и текли на предлежащий подвиг: «терпением да течем на предлежащий нам подвиг, взирающе на Начальника веры и Совершителя Иисуса» (Евр.12:1-2). Если убо и мы душевные и сердечные наши очеса водрузим в Него, то ни во что же вменяя неблагодарствие, а токмо благодетельствуя, сподобимся неувядаемого венца.

Сам Он по крещении, «еже проповеда Иоанн, пройде благодетельствуя и исцеляя вся насилованныя от диавола» (Деян.10:38). Сам алчущих напитал, слепых просветил, прокаженных очистил, расслабленных укрепил, сляченных восставил, глухим даровал слышание, немым глаголание, больным исцеление, беснующимся освобождение, мертвым воскресение, всем немощным исцеления: но за благодеяния Его что Ему воздали Иудеи? Предательство, оклеветания, осмеяния, заушения, бичи, биения, тернов венец, червленицу, ругательства, трость, поношения, крест, желчь и оцет. Той же «укаряем, противу не укаряше, стражда не прещаше» (1Пет.2:23). Той «яко безгласен, тако не отверзаше уст Своих» (Ис.53:7). Той до последнего Своего издыхания не преставал благодетельствовать, но и издше, имея во устах благотворение: «Отче, остави им: не ведят бо, что творят!» (Лк.23:34)

Христианине! ты ученик еси Иисуса Христа; благодетельствуй убо всегда всем: иному советом твоим, другому заступлением твоим, одному имением твоим, другому покровительством твоим; того увещевай, другому послужи, и иному помогай, сколько можешь. Благодеяние есть великая добродетель: ибо есть плод и исполнение любви. Оным Бог соделывается должником человеку, а человек соделывается яко Бог человеку. Но когда благодетельствуешь, то смотри, да не обнепотребиши благодати благодеяния твоего, ища воздаяния, или соблазняясь противу неблагодарных; ибо чем паче благодетельствуемые отвергают долг благодарности, тем паче Бог приумножает венцы мзды твоей. Не предпочитай воздаяние человеческое, которое есть временно, воздаянию Божескому, которое есть вечно. Имей всегда пред очами твоими образ Благодетеля и Спасителя твоего. Колькратно бываешь ты неблагодарным за благодеяния Его; однако Он никогда не престает тебе благодетельствовать. Повинуйся Божественному Его повелению: «благотворите и взаим дайте, ничесоже чающе» (Лк.6:35) и веруй Божественному Его обещанию: «и будет мзда ваша многа, и будете Сынове Вышняго».

13.1. Толкование на Апостол из посланий Апостола Павла к Римлянам, читаемый в пятую неделю по Пятидесятнице (Рим.10:1-10)

Многие говорят, что нет в свете человека, который бы во всяком деле, как большем, так и малом, не имел в виду какой-нибудь собственной выгоды. И самые добродетельные люди, говорят, имеют целию собственную пользу: ибо и они, де, творят дела добродетели для того, дабы избегнуть мучения, или получить вечное блаженство. Ложь сего мудрствования, паче всех прочих святых мужей открыл Богомудрый Апостол Павел: ибо он не только жалел о погибели Израильтян, не только всячески подвизался и молил Бога о спасении их, но еще желал и молился сам отлучен быти от Иисуса Христа для их спасения. «Молилбыхся бо сам аз отлучен быти от Христа по братии моей, сродницех моих по плоти: Иже суть Иисраилите» (Рим.9:3-4) (См. толкование сего текста у Златоуста в беседе 16). Виден ли в сем расположении и решении Павловом хотя след искания собственной корысти? Какую он имел в виду собственную выгоду, когда желал, аще бы возможно было, отлучен быти от Христа для того, чтобы ближний его мог чрез то получить вечное спасение? Но дабы кто не подумал, что он так рассуждал, молился и писал просто и без всякой причины: для сего он в ныне чтенных словах послания своего объяснил причину такового желания его и моления. Ежели убо со вниманием выслушаете толкования на оные: то не токмо увидите причину таковой его ревности, но еще узнаете, сколько оправдание, получаемое от веры во Христа, есть превосходнее оправдания, получаемого от закона Моисеева: также и то, сколь удобна вера во Христа, и коликих даров ею мы сподобляемся.

Рим.10:1. Братие, благоволение убо моего сердца, и молитва, яже к Богу по Иисраили есть во спасение.

Божественный Апостол уверял в предыдущей главе (Рим.9:1-3) явственно и доказательно, что он имеет великую печаль и непрестающую скорбь о том, что Израильтяне, его братия и сродники по плоти, не обращались ко Христу, и что он так желал и молился, дабы они, уверовавши во Христа, получили спасение, что сам желал быть отлучен от Христа, то есть от царствия Божия. А потом, как бы мимоходом говорив довольно к их похвале и к осуждению, обращается паки к тому же предмету, и уверяет яснейшим образом, что Израильтяне суть братия и сродники его по плоти, и что он желает им спасения и молит о том Бога. Братие, говорит он, сего хочет и желает душа моя: о сем я прошу и молю Бога, то есть о спасении Израильтян. Но дабы мы не подумали, что он сие делает по единородству и сродству, то он приводит тотчас и причину такового желания своего и прошения, говоря:

Рим.10:2. Свидетельствую бо им, яко ревность Божию имут, но не по разуму.

Что есть ревность Божия? Ревность Божия есть пламенеющее желание, и горячайшее тщание соблюдать и защищать Божии веления. Кто же имеет ревность не по разуму? Тот, кто по скудоумию своему, не разумея цели Божиих законов, воспламеняется к сохранению и защищению не постановлений законных, но того, что непросвещенный и грубый его ум почитает целью законов Божиих. И так ревность не по разуму есть ревность, не имеющая потребного сведения и рассуждения, ревность безрассудная и несмысленная: таковую безрассудную ревность имели тогдашние Израильтяне, как говорит Павел: «свидетельствую бо им, яко ревность Божию имут, но не по разуму». По сей убо причине Он желает им спасения, и просит Бога, чтобы он безрассудную их ревность пременил на рассудительную? Далее же объясняет, что было такое, чего они не зная, слепыми и безрассудными были того ревнителями.

Рим.10:3-4. Не разумеюще бо Божия правды, и свою правду ищуще поставити правде Божией не повинушася. Кончина бо закона Христос в правду всякому верующему.

Правдою Божиею он назвал здесь оправдание верою, и самую так же веру во Христа: своею же правдою, разумеемое Израильтянами оправдание, происходящее от наблюдения закона Моисеева. поелику же сие оправдание тогда было уже бесполезно и недействительно, ибо по пришествии Христовом закон упразднился, то говорит, что Израильтяне не повинулись правде Божией, то есть, не приняли веры во Христа потому, что не разумеюще правды Божия, не ведая, то есть, что вера во Христа оправдывает человека, искали поставить свою правду, то есть, хотели утвердить, что соблюдением закона оправдывается человек: но они заблудились в сем, не уразумевши того, что закон имеет цель и конец тот, да приведет ко Иисусу Христу, и покажет, что всякий веруяй в Него, получает оправдание, то есть отпущение грехов и вечное спасение: «кончина бо закона Христос в правду всякому верующему».

Рим.10:5. Моисей бо пишет правду, юже от закона: яко сотворивый та человек, жив будет в них.

Продолжает Божественный Апостол делать сравнение оправдания от закона Моисеева с оправданием, которое получаем мы от веры во Христа, дабы показать, колико мзда веры во Христа преимущественнее воздаяния, последующего за соблюдением повелений закона и за оправданием от оного. Моисей, говорит, объяснил в писании своем, что такое есть оправдание от закона: что же Моисей сказал о сем оправдании? Он яко от лица Божия во Второзаконии своем написал следующее: «и храните вся заповеди моя и вся суды моя и творите сия: сотворивый та человек, жив будет в них» (Втор.18:5?; Лев.18:5). Он не сказал, сотворивый та, спасется, или жив будет вечно, или просто, жив будет: «но жив будет в них». А сие что другое означает, как не то, что Бог обещал временное награждение соблюдающим закон Моисеев? Человек, говорит он, которой сотворит писанная в законе, «жив будет в них», то есть, избегнет временной смерти, которую закон определяет за преступление, и будет жить долголетно на земли по обещанию, какое находится в законе (Исх.20:12). Выслушайте ж и то, каким образом он в следующих словах уверяет, что оправдание, происходящее от веры во Христа, доставляет награждение бессмертное, каково есть вечное спасение.

Рим.10:6-8. А яже от веры правда, сице глаголет: да не речеши в сердце твоем, кто взыдет на небо? сиречь Христа свести: Или кто снидет в бездну? сиречь Христа от мертвых возвести. Но что глаголет писание? близ ти глагол есть во устех твоих, и в сердце твоем, сиречь глагол веры, егоже проповедуем.

Моисей, говоря о заповеди Божией, и пиша, что она не есть тяжка, ниже далеко отстоит от нас, сказал следующее: «яко заповедь сия, юже аз заповедаю тебе днесь, не тяжка есть, ниже далече есть от Тебе: Не на небеси есть, глаголя: кто взыдет от нас на небо, и возмет ю нам, и услышавше ю сотворим? Ниже об ону страну моря есть, глаголяй: кто прейдет нам на ону страну моря, и возмет ю нам, и услышавше ю сотворим? Близ тебе есть глагол зело, во устех твоих, и в сердцы твоем, и в руку твоею, творити его» (Втор.30:11-14). Павел взяв сие в иносказательном смысле, и приложив к законодателю Христу сошедшему с небеси, снисшедшему даже до ада и оттуда восшедшему, воскресшему из мертвых и вознесшемуся на небеса: а равно и к удобности веры в Него научает нас, говоря таким образом: «а яже от веры правда сице аще глаголет», то есть, а о оправдании верою во Христа так говорит Бог: «да не речеши в сердцы твоем», то есть, не думай, что нужно тебе взойти на небо, дабы свести оттуда для души своей Христа и веру в Него: ниже, что нужно тебе сойти в бездну, то есть во ад, дабы возвести их оттуда для себя: ни малой не имеешь ты нужды делать сие. Ибо Бог говорит тебе во Второзаконии, что глагол или слово веры, которое мы проповедуем, не далече есть от Тебе, оно близ тебе есть, в устах твоих, и в сердце твоем: «Близ ти есть глагол во устех твоих и в сердце твоем»: но каким образом слово веры есть близ нас, в устах наших и в сердце нашем, сие Божественный Апостол изъясняет далее.

Рим.10:9-10. Яко аще исповеси усты твоими Господа Иисуса и веруеши в сердце твоем, яко Бог того воздвиже из мертвых, спасешися: Сердцем бо веруется в правду, усты же исповедуется во спасение.

Сердце и уста суть два орудия, посредством которых вера устрояется и усовершается: сердце, то есть душа и ум приемлют веру, или верят и уверяются, что истинно все то, чему учит вера: а уста исповедуют, что разум принял и чему уверовал. Но, почему Божественный Апостол, оставив все прочее, чему мы веруем, упоминает здесь об одном только воскресении Господа Иисуса? Потому что в сем заключается все таинство Божия вочеловечения: кто верит сему, что Иисус Христос силою Божества своего воскрес из мертвых, тот верит и тому, что Он воплотился, претерпел страдания, был распят на кресте, умер, погребен, и есть Сын Божий и Бог истинный. Каким же образом слово веры и оправдание, получаемое от оной, в наших устах, и в нашем сердце? Если ты, говорит, будешь исповедовать устами твоими, что Господь Иисус есть Бог, и если будешь веровать в твоем сердце, что Бог Отец воздвигл Его из мертвых, то получишь вечное спасение. А почему так? Потому, что сердце и уста суть два орудия, или как бы вместилища веры: сердце, то есть, душа верит, и таким образом оправдывается и приемлет освящение: а уста исповедуют и проповедуют то, чему сердце верит, исповедание же и проповедание сие доставляют спасение. Вот каким образом Божественный Апостол, показав несовершенство и бессилие Моисеева закона, и открыв совершенство, спасительность и удобность Евангелия веры, заградил уста оным Иудеем, которые, надеясь и хвалясь получить оправдание от закона, не принимали оправдания, происходящего от веры во Христа: а тем утвердил всех верующих на камени веры.

Беседа о силе и плодах Христианской веры, и о том, сколь удобно приобретать ее, и потому сколь безответен тот, кто преступает Божии заповеди (с молитвой в конце)

Слова ныне чтенного послания Богоглаголивого Павла, изъясняя могущество Евангельской веры, одобряют и исполняют радости сердца всех верующих во Христа: показывая же удобность сея веры, делают неизвинительным преступающего Божественные законы Евангелия.

Поистине велико и несравненно могущество веры во Христа. Угодны были Богу вера и добродетель Авеля, Еноха, Ноя, Авраама, Исаака, Иакова, Иосифа и всех праведных бывших до закона: угодны Ему были вера и добродетель Моисея, Аарона, Иисуса Навина, Самуила, Давида, Пророков и всех святых, бывших в законе. Столь же угодны и благоприятны были Богу вера и добродетель сих святых Праотцев, что Он даровал им за оные просвещение Пресвятого Духа: ниспослал дар Пророчества и силу творить чудеса: удостоил их предузнать тайну вочеловечения Единородного Своего Сына: они видели по Божественному откровению, Рождество Его от Девы, преественные Его чудеса, спасительные страсти, живоносный Крест, тридневное погребение и воскресение из мертвых, на небеса вознесение и сошествие с небеси Пресвятого Духа: видели все то, говорю, «издалеча» умными очами (Евр.11:13), признавали то, принимали и предвозвещали, желали же видеть и очами телесными и телесными слышать ушами: однако ж ни видеть, ни слышать того телесно не сподобились. «Аминь бо глаголю вам», сказал Господь, «яко мнози Пророцы и праведницы вожделеша видети, яже видите, и не видеша, и слышати, яже слышите, и не слышаша» (Мф.13:17).

Но хотя вера и добродетель святых мужей, живших до закона и в законе, толико были благоприятны Богу: однако ж они не могли ни умилостивить раздраженного Бога, ни загладить прародительский грех, ни оправдать человека, ни отверзть заключенные двери небесного царствия. Сие столь преславное дело не могли совершить ни вера, ни добродетель, ни человек, ни Ангел, един токмо живый и быв мертв: «живый во веки веков, имеяй ключи ада и смерти» (Апок.1:18). Господь Иисус Христос, принесши себя в жертву на древе крестном, возмог совершить оное: един токмо воплотившийся Сын и Слово Божие, егда распростерши пречистые свои руки на кресте произрек: «совершишася» и потом предал дух Богу и Отцу своему (Ин.19:30), возмогл загладить прародительский грех, оправдать человека, разрушить средостение ограды, отвратить пламенный меч, и отверзть райские двери. Отселе всяк, уверовавший в Него и крестившийся, невозбранно входит в вечную славу Божию: «иже веру имет и крестится, спасен будет» (Мк.16:16).

Все бывшие до Христа праведные не только желали, но и прилежно молилися, дабы Единородный Сын и Слово Божие, сошед с небес, приняв человеческое естество, претерпев крестную смерть и воскресши во славе из мертвых, совоскресил с собою весь род человеческий: и потом восшедши с плотию на небо, совозвел всех в царствие уготованное от сложения мира (Мф.25:34). Сие священнопевец означал тем, что бряцая на

Пророческих гуслях своих воспевал: «и помолятся о нем выну» (Пс.71:15).

И сам он также, яко Пророк Божий, предвидя, что воскресение Христово есть воскресение всех людей, желал сего, просил, и взывал: «востани слава моя, востани псалтирю и гусли» (Пс.56:9): и Сын Божий удостоил его ответа, открыв ему час своего воскресения из мертвых, и сказав: «востану рано». Соделавшиеся же святыми по Христе, ничего из сих не желают, ниже просят, ниже молят, ибо все то уже совершилось по определенному Божию совету и предведению: но будучи уверены в могуществе веры во Христа со дерзновением и твердым упованием, ожидают наследия Божеской славы и блаженства. Свидетельствует о сем треблаженный Павел, проповедуя с великим дерзновением и уверением: «подвигом добрым подвизахся, течение скончах, веру соблюдох: прочее убо соблюдается мне венец правды, егоже воздаст ми Господь в день он, праведный Судия, не токмо же мне, но и всем возлюбльшим явление Его» (2Тим.4:7-8). По воплощении Сына Божия всяк человек, кто токмо верует в сердце своем во Спасителя Христа, исповедует устами своими, что он есть истинный Бог и Искупитель мира, оправдывается и спасается. «Сердцем бо веруется в правду, усты же исповедуется во спасение» (Рим.10:10).

Велико поистине могущество веры во Христа. Ежели я буду верить в Него, избавлюсь от грехов моих; ежели буду исповедывать, что Он есть истинный Бог, то соделаюсь наследником вечного царствия. Но откуда вера во Христа толикую имеет силу? Если внимательнее рассмотреть действия прародительского греха, то сие удобно можно понять. От первого человека родились все люди плотски, а от второго родились все свыше духовно (Ин.3:3). «Первый человек, от земли перстен, вторый человек, Господь с небесе: яков перстный, таковы и перстнии, и яков небесный, тацы же и небеснии» (1Кор.15:47-48). Первый перстный или земный человек, преслушав заповедь Божию, соделал грешными всех родившихся от него по плоти: а второй небесный, «быв послушлив Богу даже до смерти, смерти же крестныя» (Флп.2:8), оправдал всех, по вере в Него сынами Его соделавшихся. «Якоже бо ослушанием единаго человека грешни Быша мнози, сице и послушанием единаго, праведни будут мнози» (Рим.5:19). Мы, когда возымеем веру в Иисуса Христа, делаемся сынами Божиими: «вси бо вы”, говорит Богоглаголивый Павел, «сынове Божии есте верою о Христе Иисусе» (Гал.3:26): а когда крестимся, тогда соединяемся с самим Христом. «Елицы бо во Христа крестистеся, во Христа облекостеся» (Гал.3:27). Все мы верующие во Христа и крестившиеся есмы члены тела Христова. «Вы есте тело Христово и уди от части» (1Кор.12:27). Отсюда видно, что вера во Христа имеет толь великую и Божию силу от того, что Иисус Христос был послушен даже до смерти, и что мы духовно соединяемся с пречистым Его телом. За преслушание первого человека мы были осуждены, а за послушание второго, даже до смерти, стали быть оправданы: за отступление от Бога первосозданного человека мы были лишены Божия славы, а за соединение со Христом восприяли оную. «Яков перстный, такови и перстнии, и яков небесный, тацы же и небеснии» (1Кор.15:48).

Получаем же мы сии преславные и преестественные дары без всякого усилия, труда и неудобства: ибо стоило ли то тебе каких-нибудь усилий, что ты уверовал во Иисуса Христа, и уверовав получил оправдание? Никаких. Стоило ли то тебе труда, или какое испытал неудобство в том, что ты крестился, и крестившись соединился со Иисусом Христом, и соделался членом Его тела? Никакого. Сии небесные и спасительные дары, суть дары Божия милосердия: ты получил их туне, они благодатию Божиею тебе даны. Посему-то Павел богословствуя говорил: «благодатию бо есте спасени чрез веру: и се не от вас: Божий дар» (Еф.2:8). И так, что мы бедные представим в свое оправдание, когда Бог толико нас облагодействовал без всяких благих дел наших: а мы при всем том без всякого опасения ежедневно преступаем отеческие и Божественные Его повеления?

Все сие истинно, скажете вы, и нет в том никакого сомнения, но когда уверовав и крестившись не соблюдаем заповедей Божиих, то ожидает нас страшное осуждение, как свидетельствует о том Апостол Павел. «Волею бо согрешающим нам по приятии разума истины, ктому о гресех не обретается жертва: Страшно же некое чаяние суда, и огня ревность пояти хотящаго сопротивныя» (Евр.10:26-27). Соблюдение же заповедей имеет неудобство, и требует трудов: почему нужно нам вникать, трудиться и подвизаться. Так говоришь ты, человек неблагодарный! Но если бы какой-нибудь Царь подарил тебе драгоценное сокровище, то неужели бы ты тогда начал жаловаться на то, что сокровище оное заставило тебя нести нужду, внимание и труды, как бы сберечь его от воров, или людей злонамеренных? Нет: таковые неблагодарные помыслы никак не родились бы в уме твоем: язык твой никак не отверзся бы на произнесение таковых неблагодарных слов: ты без сомнения со всякою охотою и радостию начал бы пещись и трудиться, чтобы соблюсти в целости дарованное тебе сокровище, нимало не помышляя о подвигах и трудах, для оного подъемлемых, но всегда благодаря Великодаровитого Царя. И так для земного сокровища, которое сегодня имеешь, а заутра умирая оставляешь на земле, забываешь ты все неудобства и труды: а для небесного сокровища Божественных даров, посредством которых получаешь вечное царство и бессмертную славу, представляешь неудобства, труды и подвиги? Но не слышишь ли, что «недостойны страсти нынешняго времене к хотящей славе явитися в нас»? (Рим.8:18) Не видишь ли, сколь велика неблагодарность твоя к толикому благодетелю, и сколь велико заблуждение ума твоего?

Таковые извинения твои нимало не оправдывают тебя потому, что они происходят не от чего другого, как от маловерия: ты, кажется, не имеешь надлежащей веры во Христа, и потому исполнение заповедей его почитаешь трудным и неудобным. Если бы ты веровал в Него всею душою и сердцем твоим, то бы веровал и в Божественные слова Его, веровал бы, что «заповеди Его тяжки не суть» (1Ин.5:3): и что «иго Его благо и бремя Его легко есть» (Мф.11:30). Так, заповеди Господни суть иго, но иго благое и приятное: суть бремя, но бремя легкое и удобоносимое. Иисус Христос благодатию своею умягчает жестокость ига сего, и облегчает тяжесть бремени сего: он согревает сердце верующего тем огнем, которой пришел воврещи на землю (Лк.12:49): посему для верующих все, что неверный мир почитает жестоким и неудобным, бывает легко и удобно: Он «невозможная у человек» творит возможными (Лк.18:27): если мы истинно веруем в Него, то побеждаем все мирские вожделения и суеты. «Сия бо есть победа победившая мир, вера наша» (1Ин.5:4). И так когда мы помыслим о великих и бесчисленных Божиих благодеяниях, о удобности, с каковою получаем спасительные Его дары, то есть веру и усыновление чрез святое крещение: когда рассудим, что вседействующая благодать Божия всегда готова на помощь нам в исполнении легких заповедей Господних: тогда ясно увидим, что мы не можем принесть никакого оправдания в наших прегрешениях, и должны оставаться совсем безответными: тогда почувствуем, что маловерие есть первая причина наших грехов и тех извинений, кои в оных приносим.

Иисусе сладчайший, невидимый женише души моей! Ты сотворил меня, даровал мне плоть, кости, душу, дыхание и жизнь: Ты поставил меня Царем всей видимой твари: Ты благоволил мне дать в наслаждение красоты райские, но я преслушал заповедь Твою: однако ж Ты не оставил меня в бездне погибели моей, но сошед с высоты престола Божественной славы Твоей, воплотился для меня, и быв послушлив Отцу Твоему даже до смерти, претерпел крест и смерть для спасения моего. Ты для меня восприяв на себя человечество, соделал меня членом пречистого Твоего тела: Ты обещал мне, и рек: «Веруяй в Мя имать живот вечный» (Ин.6:47). Господи мой, я верую всем сердцем моим и исповедую усты моими, яко Ты еси Сын Божий, избавитель мира. Сия вера, как научил Апостол твой, спасает. «Аще исповеси», говорит он, «усты твоими Господа Иисуса, и веруеши в сердце твоем, яко Бог того воздвиже из мертвых, спасешися» (Рим.10:9). Однако ж страшусь потому, что вера моя мала: и отсюда и Божественные повеления Твои кажутся мне тяжкими, отсюда повседневно преступаю святые Твои заповеди, и будучи по всему безответен, мню, что могу оправдаться пред тобою: верю, но страшусь потому, что вера моя столь мала, что подходит близко к неверию: почему преклоняю, пред премилосердым Твоим всемогуществом колена души и тела моего, и с сокрушенным сердцем и с теплыми слезами взываю к Тебе, якоже отец отрока, одержимого бесом: «верую, Господи, помози моему неверию» (Мк.9:24): согрей веру мою, и соделай ее яко зерно горчичное, да ею благоугодивши Тебе, получу милость от Тебя в день судный. Аминь.

14. В неделю шестую толкование на Евангелие от Матфея (Мф.9:1-8)

«Убо вера от слуха, говорит Богоглаголивый Апостол Павел, слух же глаголом Божиим» (Рим.10:17). Сих Апостольских слов толкование преимущественно понимаем мы из ныне чтенной Евангельской истории. Чудо, на расслабленном сотворенное, неопровергаемую имело силу уверить всех, видевших оное своими глазами, что Иисус Христос есть истинный Бог. Ибо кто иной, или знает тайные грехи, или судит о сокровенных сердечных помышлениях, или единым токмо словом связует и укрепляет расслабленные и бездейственные члены, разве токмо единый сердцеведец и всесильный Бог? Однако книжники говорили, что Иисус Христос есть человек хульник: а простой народ утверждал, что Он есть точию человек творящий чудеса. Бесконечное множество людей ни сего, ни других чудес Иисуса Христа не видели: токмо «глаголом Божиим», то есть, посредством Евангельских слов, слышали повествование о чудесах Иисуса Христа, и однако уверовали что оные сотворивый Иисус Христос есть совершенный Бог. Вотще убо ищут никоторые видения чудес для подкрепления и умножения веры. Ибо достойным оныя довлеет слух и слово Божие, чрез слух входящее в сердце наше. Слово Божие и просвещает, и укрепляет, и приумножает истинное Богопознание и благочестие. Вы убо, благословенные христиане, уготовите внимательный и благоговейный слух ваш, мы же будем влагать в ушеса ваши слово Божие святое и истинное.

Мф.9:1. Во время оно, влез Иисус в корабль, прейде и прииде во Свой град.

Гергесеняне удалили Иисуса Христа от предел страны их. Страна же их, Г ергеса или Г ераса, было приморское место на море Тивериадском, на восточной его стороне лежащее. Почему вшедши Иисус в корабль, преплыл море Тивериадское и пришел во Свой град, то есть в Капернаум (Мк.2:1). Сей град священный Евангелист собственным Иисуса Христа назвал потому, что в нем было Его жительство, так как на другом месте он же свидетельствует, глаголя: «и оставль Назарет, пришед вселися в Капернаум в поморие» (Мф.4:13).

Мф.9:2. И се принесоша Ему разслаблена (жилами) на одре лежаща, и видев Иисус веру их, рече разслабленному: дерзай, чадо, отпущаются ти греси твои.

Двух расслабленных исцелил Иисус Христос: одного при Овчей купели, — о котором только Евангелист Иоанн в пятой главе упомянул, — а другого в Капернауме. О сем повествует не токмо Евангелист Матфей, как слышали мы в нынешнем Евангелии, но и Марко во второй главе, и Лука в пятой. «Се», пишет он, то есть, как скоро пришел Иисус Христос в Капернаум, то принесли и представили пред Ним расслабленного. Если бы расслабленный сей имел хотя малое движение, то без сомнения один бы пришел, идя чрез силу к Иисусу Христу; а если бы и другие могли его поднять с одра его, то принесли бы его на себе носимого и лежащего. поелику же слышим во Евангелии, что вместе со одром взявши его, принесли его, и тако лежащего на одре представили его пред Иисуса Христа: следовательно все члены его были совершенно расслаблены, недействительны и недвижимы, так что не токмо он не мог встать с одра своего, но ниже другой кто-либо мог его поднять. По сей убо причине и представили его лежащего на одре пред Иисусом Христом. Чию же веру видел Иисус Христос? Расслабленного и тех, кои несли одр его. А для сего и сказал в множественном числе: «их», для показания, что не токмо расслабленный веровал, что получит исцеление, но и несшие одр его и поставившие его пред Христом. Вероятно, что сии были или сродники расслабленного, или друзья, или соседи, или другие сострадательные люди. Таковое же дело показало и их, и расслабленного веру. Ибо если бы расслабленный не веровал, то не назвал бы его Иисус Христос чадом; если бы и несшие его не веровали, то ни одра бы с толикою ревностию приносили, ниже восходили бы на кровлю дома, как повествует священный Марко, ниже раскрывали, бы оную, чтобы оттуда спустя расслабленного, представить его пред Спасителем Христом (Мк.2:4). Понеже убо ведал многоблагоутробный Иисус веру их, то сказал расслабленному: чадо! не бойся, но будь великодушен и дерзай: ибо сей час разрешаются и прощаются греси твои: «чадо! отпущаются ти греси твои!» Сии слова дают нам знать, что расслабленный не токмо уверовал во Иисуса Христа, но и обратился от грехов своих. Ибо никто из неверных не называется чадом Божиим, и ни един нераскаянный не получает отпущения грехов своих. Вера во Христа подает дар всыновления и творит человека чадом Божиим. «Елицы же прияша Его, даде им область чадом Божиим быти, верующим во имя Его» (Ин.1:12). Истинное покаяние абие подает отпущение грехов. Сего-то ради Богочеловек и глаголет, что подобает во имя Его не токмо проповедатися покаянию, но и чрез покаяние бываемому оставлению грехов: «и проповедатися во имя Его покаянию и отпущению грехов во всех языцех» (Лк.24:47). Виждь, что, во- первых, Иисус Христос отпустил грехи расслабленному, то есть, исцелил душевную его немощь; потом расслабление его телесное уврачевал. Из сего научаемся мы, что ради грехов часто немоществуем. А когда загладим покаянием грехи, то получаем тогда и телесное здравие. Что же воспоследовало тогда, когда Иисус Христос возгласил к расслабленному сии благоутробия Своего слова: «отпущаются ти греси твои»?

Мф.9:3. И се нецыи от книжник реша в себе: Сей хулит.

Книжники, то есть законоучители, на Моисееве седалище седящие (Мф.23:2), будучи завистию ослеплены, мнили, что Иисус Христос есть только простой человек, а не купно и Бог. Почему, слыша Господний Его глас: «чадо, отпущаются ти греси твои», помышляли, что Он хулит, похищая Себе власть Божию и творя Самого Себя Богом. Столь-то неправедны и буйственны часто бывают помышления и суждения людей любоосуждателей! Они добродетель ставят пороком и свет называют тьмою. Но рассмотрим, какое есть различие между книжниками и любоосуждателями. Книжники в мысли только содержали на Христа порицания, а не дерзали произнести, ниже сказать, что Иисус Христос хулил. Но злословцы не токмо помышляют в сердце своем, но и уста разверзают и язык движут, явно порицая и неправедно осуждая ближнего своего. Смотри же, каким образом обнаруживает Богочеловек сокровенные, лукавые и хульные книжников помышления.

Мф.9:4. И видев Иисус помышления их, рече: вскую вы мыслите лукавая в сердцах своих?

Виждь свойство или характер Божества Иисуса Христа! Един Бог видит помышления человеческие, Он един судит и лукавые, и благие мысли сердец наших. Подтвердил сие Сам Бог, говоря чрез пророка Иеремию: «Аз Господь испытуяй сердца и искушаяй утробы, еже воздати комуждо по пути его, и по плодом изобретений его» (Иер.17:10); и чрез Пророка-порфироносца Давида: «испытуяй сердца и утробы Боже» (Пс.7:10). Сие вливает страх в сердца наши и убеждает нас не токмо воздерживаться от худых дел, но и от худых помышлений. Ведая убо Иисус Христос, яко истинный Бог, что о Нем помышляли книжники, сказал им: почто вы мыслите лукавая и хульная о Мне? Сие же сказав, открывает потом и самые помышления их, сказуя:

Мф.9:5. Что бо есть удобее рещи: отпущаются ти греси? или рещи: востани и ходи?

Книжники, слышав Христа, сказавшего расслабленному: «отпущаются ти греси твои», думали, что Он сказал слова богохульные. Убо Иисус Христос, желая показать, что Он имел власть и силу отпущать грехи, во-первых, открыл Божескую Свою силу, явив тайная сердец их;

потом предлагает им следующий вопрос: книжники, говорит Он: — вы подумали, аки бы Я хулу сказал, что не имея Божеской власти, рек расслабленному: «отпущаются ти греси твои»; скажите убо Мне: что есть удобнее, отпущение ли грехов, или восставление расслабленного от одра его? На сей вопрос ничего не сказали книжники. Из сего следует, что Кто единым словом восставляет расслабленного, неподвижного, лежащего на одре, Тот имеет Божественную силу; Кто же имеет Божественную силу, Тот может отпущать грехи. Сии оба дела суть дела единого Бога. Первое дело есть дело всемогущества Его, второе — беспредельного Его благоутробия. А понеже книжники не дали никакого ответа на предложенный Иисусом Христом вопрос, то Сам Он разрешает оный и словом и делом, говоря:

Мф.9:6. Но да увесте, яко власть имать Сын человеческий на земли отпущати грехи, тогда глагола разслабленному востани, возми твой одр, и иди в дом твой.

Отпущение грехов есть невидимая вещь; исцеление расслабленного каждый видел своими очами. Доказывает убо всесильный Иисус Божескую и невидимую Свою власть отпускать грехи видимым и чувственным исцелением расслабленного, и творит видимое чудо невидимого дара доказательством. Смиряясь же, образовал слово Свое в третьем лице, назвав Самого себя Сыном человеческим, поелику родился от святой Девы, дщери Адамовой. «Но да увесте, говорит Он, яко власть имать Сын человеческий отпущати грехи на земли», — се, каковое доказательство полагаю пред очами вашими! Тогда обратився к расслабленному, сказал: «востани», положи одр твой на рамена твои, и иди в дом твой. Заметь, во- первых, что не сказал Он: власть получил, или власть Ему дана, но: «власть имать»; ибо по естеству таковую имел власть, естеством Бог сый, единосущный Отцу. Во-вторых, что слова сии: «на земли отпущати грехи», показывают то, что отпущение грехов в сей токмо дается жизни, а не в будущей, то есть не после суда и воздаяния. В-третьих, что для избежания хвалы человеческой, повелел расслабленному идти в дом свой: «востани, возми твой одр, и иди в дом твой».

Мф.9:7. И востав, (взем одр свой,) иде в дом свой.

О преславного чудеси! Слово Господне подало движение жизненному духу, укрепило жилы, связало плоти, усилило члены. Пригвожденный ко одру возбуждается, невосстававший с ложа восстает, расслабленный движется, недвижимый взмлет одр на рамена свои, возложив и ходя, приходит в дом свой. Кто же иной может сотворить сие, кроме единого Бога? (Мк.2:12)

Мф.9:8. Видевше же народи чудишася и прославиша Бога, давшаго власть таковую человеком.

Предстоящий многочисленный народ, видя чудо, правда, удивился и прославил Бога; но не так, якоже подобало. Ибо не прославили Иисуса Христа, яко Бога и яко собственною Божества Своего силою сотворшего сие чудо: но прославили Бога, яко давшего Ему власть чудотворить, то есть почли Его точию чудотворным человеком. «Прославиша, пишет Евангелист, народи те Бога, давшаго власть человеком», то есть, Иисусу Христу, воздвигнуть расслабленного от одра и исцелить его. Таковая вера несовершенна есть. Может же быть, руководствовала она их после того к верованию, яко Той же Иисус Христос есть совершенный Бог и совершенный человек.

Беседа противу лжецов

В сей о расслабленном истории весьма достопримечательное дело есть ревность и преследование Иисуса Христа противу книжников. Они не говорили, ниже единое произносили слово, но внутрь глубины сердец своих помышляли, что Он хулит; Он же тотчас не токмо открывает и оглашает тайное помышление, но и обличает злобу их, и опозоривает исцелением расслабленного. Но к чему толикая горячность и таковой подвиг ради единого тайного и в сердцах книжников погребенного помышления? Иногда Фарисеи явно Его обвиняли, яко изгоняющего бесы о веельзевуле князе бесовстем (Мф.12:24); иногда Иудеи ругались Ему, велегласно взывая и вопия: «Самарянин еси Ты, и беса имаши» (Ин.8:48): однако Он ни противу тех, ни противу сих толикой не изъявил нетерпимости, коликую противу книжников. Сие дело, христиане, имеет причину, достойную слышания и изъяснения. Книжники поносили Иисуса Христа не аки волшебника, так как Фарисеи, ниже аки Самарянина и беснующегося, так как Иудеи, но аки лжеца и обманщика. Ибо воистину, если бы Иисус Христос, по неправедному их суждению, не сый Бог, однако же говорил бы: «отпущаются ти греси твои» (Мф.9:2); тогда был бы лжец и обманщик, друг лжи и враг истины.

А как сие есть противно самому естеству Бога, Иже есть самая истина: то дабы показать, что Он ложь весьма ненавидит, яко грех великий и пагубный, толико возревновал, что опозорил злобу лгущих книжников, хотя и скрытно было лукавое их помышление.

На скрижалях закона, которые Боге на горе Синайской предал Моисею, изображено сие: «не послушествуй на друга твоего свидетельства ложна» (Исх.20:16); и сия есть девятая заповедь. На скрижалях благодати, то есть, во святых Евангелиях, начертал Той же Бог: «буди же слово ваше ей, ей; ни, ни: лишше же сею от неприязни есть» (Мф.5:37); то же и устами святых Своих Апостолов заповедал, глаголя: «буди же вам, еже ей, ей, и еже ни, ни: да не в лицемерие впадете» (Иак.5:12).

Сие хотя и Бог узаконил: однако мы, приучив уста наши ко лжи, ни за нарушение закона оную почитаем, ниже в оной яко во грехе исповедуемся, ниже совестию обличаемся.

Горе, братие! Она-то, может быть, есть беззаконие пяты нашей, то есть, тот грех, который мы за ничто ставим, подобно ничтожным вещам, ногами нашими попираемым, но она, может быть, есть тот грех, которого боясь, царь Пророк Давид говорил: «чесо убоюся в день злобы? беззаконие пяты моея обыде мя» (Пс.48:6). Мы нерадим о нем, яко ничего незначащем, но он есть многовиден и многообразен; мы малым его почитаем, но он великий причиняет вред.

Виждь, во-первых, виды лжи. Ибо разными образы говорим мы ложь. Иной говорит ложь, которую слышав от другого, поверил ей, как истине: и таковый есть обманутый или лжесловец. Иной, шутя и празднословя, тысячу на каждый день выставляет лжей: и таковому прилично имя лжепразднословца. Иной обещает тысячу дел, а наконец солжет и ничего не исполнит, — и сие не по причине, то есть не ради случившихся препятствий, но без причины и только потому, что вознерадел и переменил намерение: таковый по справедливости называется лжевозвещателем. Иной вымышляет ложь, и таковый есть лжеизобретатель: и когда лжет с обвинением ближнего своего, называется клеветником, когда же лжесвидетельствует на ближнего своего, нарицается лжесвидетель. Ложь имеет и другие виды, и многих своих служителей. Ложь также весьма много возрастает и распространяется. Живет она на торжищах, водворяется в лавках, входит в домы, вползает в царские и вельможеские чертоги, предстоит в судищах, — где бы ты ни был, везде найдешь ложь; она прокрадывается даже и во святой олтарь. Ибо и самые священные люди иногда лгут; ложь выходит из одних уст, а переходит до тысячи. Ложь говорят, пишут, печатают в книгах, читают, провождают из града в град, пропускают во всю вселенную. И посему кто может описать или рассказать, какой вред причиняет ложь?

Она вредит и говорящему, причиняет вред и слушающему. Кто говорит неправду, тот бывает ненавистен, бесчестен, подозрителен; просит в долг, но никто ему не поверяет; дает обещание, но никто не полагается; пишет обязательство, но всякий опасается. Лжеца и слово подозрительно, и писание неверно, и самая клятва нетверда. Говорит лжец иногда и правду, но и тогда никто ему не верит. Кто же слушает ложь, и на ней основывается, тот иногда гоняется за ветром, то есть, тщетно и бесполезно трудится; иногда теряет свое имение; иногда же подвергает опасности жизнь, а иногда и свою душу погубляет.

Ложь часто погубляет целые грады, опровергает сильные царства, вселяет вражду между друзьями, смущает сродников, расторгает супружества. Ложь раздирает и уничтожает самые уды Церкви: ибо о каких вы ни услышите раскольниках, еретиках, неверных, — всех их не иное что развратило, как токмо ложь, то есть, лжеучение их ересеначальников, или книги их лжеучителей.

Премилосердый Бог, ведый, коликий вред причиняет ложь роду человеческому, и коль необходимо нужна истина для утверждения и распространения Церкви, для укрепления градов и царств, для благоденствия общего, для спокойствия между сродниками и друзьями, для водворения всякого согласия и благосостояния каждого человека, не токмо узаконил тако: «не лжите друг на друга» (Кол.3:9): но и ужасно некоторых наказал лжецов, да тако устрашит сердца человеков и убедит их воздержаться от греха лжи.

Царь Египетский Фараон, трижды нарушив обещание свое, трикратно солгал (Исх.8): во-первых, когда жабы покрыли землю Египетскую; во- вторых, когда прииде песиих мух множество в домы Фараоновы и в домы рабов его; в-третьих, когда град поражал всю землю Египетскую от человека до скота (Исх.8). Трижды обещевался отпустить народе Израильский в пустыню послужить Господеви, и трижды, нарушив обещание, солгал и не отпускал их. Но что пострадал сей лжеобещатель, известно всякому: «и обратившися, извещает Божественное Писание, вода покры колесницы и всадники, и всю силу Фараонову, вшедши в след их в море, и не оста от них ни един» (Исх.14:28).

Пророк Елисей очищает Неемана сириянина от проказы. Нееман во мзду за благодеяние приносит Ему дары, но Елисей не хотел ниже малое что из оных приять; лукавый его раб Гиезий, слышавший и видевший все сие, взяв с собою двух мужей, пошел в след за Нееманом. Господине! говорил он ему: — господин мой посла мя, глаголя: «се приидоша ко мне два отрочища от сынов пророчих, даждь убо им талант сребра, и две премены риз» (4Цар.5:22). Нееман же, поверив ему с радостию, дал вместо единого таланта сребра два, и две ризы юношам тем. Получив сие, Гиезий скрыл в потаенное место, потом пришед предстал пред Елисея. Но Елисей, пророческим духом знавший все, что он ни говорил и что ни делал, — Гиезие! сказал, откуда ты пришел? Гиезий же в ответ лживо сказал: «и рече Гиезий: не исходил раб твой никаможе» (4Цар.5:25). И сие услышав, Елисей прежде обличил его: Гиезие, сказал он, почто ты солгал? Или ты думаешь, что я не знаю, что ты солгал? Или ты мнишь, «что сердце мое не ходило с тобою»? Потом проклял его: и «проказа, сказал, Нееманова да прильпнет к тебе и к семени твоему во веки: и изыде от лица его прокажен яко снег» (4Цар.5:26-27). Но послушайте и другого, страшнейшего примера.

В начале проповеди христианской веры все христиане, имея едину мысль, имели едину душу и едино сердце и все вещи общими. Ибо которые уверовали, те, продая имения свои и принося сребро, повергали оное пред ногами Апостольскими. Тогда один человек, именем Анания, согласившись с женою своею Сапфирою, продали едино село, которое имели; и пришедши прежде, Анания поверг пред ногами Апостольскими часть точию цены от того села. Но Петр ему сказал: «Анание! почто исполни сатана сердце твое, и солгал еси Духу Святому?» (Деян.5:3) Село и цена его в твоей власти были; зачем же ты восхотел солгать? Слыша же Анания сии слова, «паде и издше», и был погребен тамо (Деян.5:5-6). По трех же часах пришла и Сапфира, не зная смерти мужа своего. Петр вопросил и сию, говоря: скажи мне, за столько ли село вы продали? Она же ответствовала: точно за столько. Тогда сказал ей Петр: зачем ты согласилась с мужем твоим солгать и искусить Господа? «Се погребшие мужа твоего, они изнесут и тебя в гроб» (Деян.5:9). Она же, сие услышав, абие паде пред ногами его и издше. Кто убо, слыша сие, не устрашится и не возненавидит ложь, и не бежит от нее, яко от лица огня?

Но почему же, скажет кто, Бог тогда толь строго наказывал лжецов, ныне же нимало не казнит таковых же, хотя вящше и вреднее лгут? Почему? — Потому, что есть другая жизнь, то есть, будущая, которая определена для воздаяния по делом. Наказывал же Бог тогда некоторых и в сей настоящей жизни для того, чтобы люди познали, колико Бог ненавидит ложь и колико гневается на лжецов, и чтобы имели ощутительные примеры наказания таковых. Да и кто знает о том, что в наши дни лжецы остаются ненаказанными в сей жизни? Наказываются, может быть, и укрощаются, но не разумеют вины наказания. Иногда постигает нас внезапу болезнь тягчайшая и неисцельная; иногда приключается потеря имущества; иногда же следует беда по беде. Но мы, не хотя возвести очес на небеса, но пригвождая оные к земле, находим естественные несчастия нашего причины. — Но ложь-де говорили, возражают некоторые, и бабы пред Фараоном, когда оживляли, то есть, сохраняли живыми, новорожденных младенцев Еврейских, однако же Бог их благословил: «благо же творяше Бог бабам» (Исх.1:20). Ложь сказала и Раав блудница, когда скрыла соглядателей; но однако Иерихон погиб, она же и дом ее был спасен (Нав.2:4. 6:24-25). Солгал Авраам, сказав, что Сарра есть сестра его; ту же ложь сказал Исаак о Ревекке жене своей (Быт.20:2,26:7). Кажется быть ложью и то, что Апостол Павел сказал: «не ведах, братие, яко архиерей есть» (Деян.23:5) ибо невероятно, чтоб таков человек, каков был Божественный Апостол, не знал Архиерея своего народа.

Авраам не говорил лжи: ибо Сарра самым делом была его сестра, по отцу, а не по матери (Быт.20:12). Исаак подобно не солгал, ибо Ревекка была его сродственница; сродниц же в то время называли сестрами. А чтобы Павел солгал, тому не имеем мы никакого доказательства. Как вероятно, что он знал Архиерея своей нации: так равно вероятно, что он и не знал его. А поколику и то и другое вероятно, мы же уверены, что лжи никогда не говорил Павел, учитель истины, и других оной научающий и глаголющий: «темже отложше лжу, глаголите истину кийждо ко искреннему своему» (Еф.4:25): то верим, что он истинно не зная, что Анания есть Архиерей, сказал сие: «не ведах братие, яко Архиерей есть» (Деян.23:5); посему сказал он истину. Жены убо точию, то есть, бабы и Раав блудница, лживо говорили. Но, во-первых, они были прежде еще Евангельской проповеди, и прежде нежели Иисус Христос исполнил и совершил Моисеев закон; во-вторых, жены неученые, а паче Раав, иноверная и иноплеменная, не знали, что Бог неправду ненавидит и погубляет всех глаголющих «лжу» (Пс.5:7); в-третьих, бабы, говорит Божественное Писание, не повинулись повелению цареву, ибо убоялись Бога (Исх.1:17); а понеже убоявшись Бога, оживляли мужеск пол, то за добродетель почитали ложь. Раав же слышала, какие чудеса сотворил Бог в пользу Израиля, и уверовала в Бога; почему поставила за непременяемый свой долг сохранение соглядателей (Нав.2:10-11). В-четвертых, хотя бабы и говорили ложь, но для того, чтобы спасти незлобивых младенцев от неправедной смерти, и да не истребится род Израильский. Раав же говорила ложно, чтобы спасти возлюбленный Божий народ, а купно и себя самую и весь дом свой. Чего для Бог сих жен неправду вменил в правду, якоже убийство Финееса, о коем пишется: «ста Финеес, и умилостиви, и преста сечь: и вменися ему в правду, в род и род до века» (Пс.105:30-31). И сии жены, прежде Евангельской истины лжу глаголавшие для спасения Израиля, получили Божие помилование. Мы же по Евангельском просвещении глаголюще лжу, или по злой привычке, или ради временной нашей прибыли, или ради вреда братий наших, чего другого должны ожидать, кроме Божия мщения?

Но кто может, скажете, в мире находясь, воздержаться от лжи? Если не солжешь, то и не продашь, ни купишь, ни в долг возьмешь, ни поправишься, ниже в другом каком деле можешь успеть. Убо, по сим словам, Бог обязал к невозможному? Тот, Который знает не только то, что бывает в мире, но и что каждый мыслит в мире, узаконил и сказал: «буди же слово ваше, ей, ей: ни, ни» (Мф.5:37); убо сия заповедь Божия есть или возможное дело, или — Бог есть коварник над спасением человеков. Последнее есть ложно, невозможно, богохульно: следовательно, первое есть истинно, возможно и благочестиво.

Мы притом ясно видим, что сие Божие повеление не токмо возможно есть, но и что не глаголющий лжу, то есть правдолюбец, живет в мире почтенно и благополучно, а лжец бесчестно и несчастливо. Правдолюбец говорит, и все ему верят; лжец говорит — и никто ему не верит. Правдолюбца договор неподозрителен, векселя крепки и купеческая компания благоприятна; лжец и в договорах подозрителен, и в векселях сомнителен, и в компании купеческой неудобоприятен. Правдолюбец почтен, любезен и желателен; лжец бесчестен, ненавистен и всем отвратителен. И сие есть токмо временное; но послушайте и вечного. Правдолюбец есть раб Божий; ибо Бог есть истина: «Аз есмь путь и истина и живот» (Ин.14:6); лжец есть раб диавольский, ибо отец и изобретатель лжи есть диавол. «Той егда глаголет лжу, от своих глаголет: яко лжец есть и отец его» (Ин.8:44), то есть, отец самой лжи. Он первый был ложь и глаголал оную прародителям во уши; от чего последовало страшное осуждение, о котором читаем во Апокалипсисе Евангелиста Иоанна, который причисляет лжецов ко псам, чародеям и любодеям, убийцам, идолослужителям, и извергает их из царствия небесного. «Вне, говорит он, пси и чародеи, и любодеи и убийцы, идолослужители, и всяк любяй и творяй лжу» (Апок.22:15).

Посему убо, братие, если вы не печетесь о чести и о благосостоянии в мире сем: то пожалейте о душе вашей, «и отложше лжу, глаголите истину кийждо ко искреннему своему» (Еф.4:25). Когда мыслишь правду, то душа твоя, соединився с Богом, исполняется света и веселия: когда же ум твой соплетает лжу, то душа твоя бывает рабою диавола и исполняется тьмы и скорби. Когда уста твои глаголют истину, пользуешь тогда себе самому и ближнему: когда же глаголешь лжу, то вредишь душе твоей и ближнему твоему. Бог сотворил уста твои, губы твои и язык твой для славословия и хваления Его: не оскверняй убо оных нечистотою лжи, но освящай чистотою истины, во Христе Иисусе Господе нашем, Емуже слава и держава во веки веков. Аминь.

14.1. Толкование на Апостол из посланий Апостола Павла к Римлянам, читаемый в шестую неделю по Пятидесятнице (Рим.12:6-14)

Богодухновенный Павел начинает всякое свое послание молением, представляя молитву свою в кратких словах и благословляя тех, к которым пишет послание, потом объясняет догматы веры: по объяснении же учения о вере предлагает нравственное учение, а напоследок в заключение целует некоторых поименно, и молится о потребных им ко спасению. Слова из послания его к Римлянам, которые мы слышали в предыдущие четыре недели, содержит в себе учение о вере, а ныне чтенные предлагают правила благонравия и добродетели. Но дабы кто не подумал, что глаголемое им о нравственном законоположении есть изобретение ума его, и следственно почитая за ненужное сохранять сие, не вознерадел бы об исполнении того: для сего он в самом начале нравственного своего учения и объявил, что то было произведение не его ума, но данной ему Божественной благодати. «Глаголю бо», сказал он, «благодатию давшеюся мне, всякому сущему в вас» (Рим.12:3). Также дабы кто, видя в словах сих один Апостольский простой и неукрашенный слог речи, не пренебрег оных, яко произведение неученого ума, то он употребил грамматические украшения Еллинского слога, и таким образом соделал свое учение полезным как для мудрых, так и неразумных, по долгу своему, о котором говорил (См. Икум. в гл. 12, посл. к Рим.): «Еллинном же и варваром, мудрым же и неразумным должен есмь» (Рим.1:14). поелику убо ныне чтенное Апостольское учение имеет сугубый в себе дар, а именно, красоту Божия благодати, и изящность учебной мудрости: то и вы, слушатели, употребите сугубое внимание на уразумение небесных мыслей, в оном содержащихся.

Рим.12:6. Братие, имуще дарования по благодати данней нам различна: аще пророчество, по мере веры.

Иисус Христос в то время, когда Церковь Его воспринимала свое начало, раздавал многие и различные дары верующим, как потому, что они достойны оных, так и потому, что дарования сии были нужны для распространения Евангельского учения: сколь же кто горячайшую имел веру, столь большее и славнейшее получал дарование, что явствует из слова: «по мере веры»: и те, которые получали дар пророчества, не только предсказывали будущее, как то Агав предсказал великий глад, имеющий быть при Клавдие Кесаре (Деян.11:28): но и узнавали тайное и скрытное, как например, Петр узнал тайное святотатство Анании и Сапфиры (Деян.5:3, 9). Но для чего Апостол исчислил поименно различные дары верных того времени? Для того, дабы показать, что верующие суть едино тело, состоящее из разных членов, друг другу вспомоществующих. Он прежде, сравнив тело наше с Церковию, сказал: как в одном и том же теле имеем мы многие члены, и как члены сии не занимаются все одним и тем же делом, но каждый особенным: так и духовное тело, т. е. Церковь Христова, хотя состоит и из многих членов, однако ж каждый из них имеет собственное дело, ко вспомоществованию другим членам и утверждению всего тела. «Якоже бо во едином телеси многи уды имамы, уды же вси не тоежде имут делание: такожде мнози едино тело есмы о Христе, а по единому друг другу уди» (Рим.12:4-5). Сказав же сие, он исчисляет, для подтверждения своего слова, дела, т. е. различные дары, которые Бог разделил верующим для взаимной их пользы и для устройства всего тела Церкви. Апостол употребляет здесь у риторов бывающее витийственное украшение, именуемое сопряжение и опущение24: ибо начав в общем смысле, «имуще», далее умалчивает о сих словах: «не мудрствовати паче, еже подобает мудрствовати» (Рим.12:3). Вы, говорит, имея дары различные по благодати данной вам, не должны гордиться: имеете ли дар пророчества, не высокомудрствуйте. Сии же самые витийственные украшения он употребляет и в следующих словах.

Рим.12:7-8. Аще ли служение, в служении: аще учай, во учении: аще утешаяй, во утешении.

Слово «служение», означает и благовестие веры по сему выражению: «мы же в молитве и служении слова пребудем» (Деян.6:4). Однако же, поелику Апостол после него тотчас полагает и слово «учение», коего первый предмет есть благовестие веры: то отсюда видно, что он называет здесь служением всякое служение, споспешествующее общей пользе братий, каково, например, было служение семи диаконов, служащих в ежедневной трапезе, также Апостола Павла, который собирал милостыню для бедных и приносил ее во Иерусалим, и старейшине Иерусалимских служащих нуждам бедных, в которых Антиохияне послали собранную милостыню рукою Варнавлею и Савлею (Деян.11:30). Утешением же он здесь называет побуждение к делам добродетели, также и утешение печальных. Ибо все Апостолы словом, а некоторые и писаниями возбуждали верующих к добродетели, и утешали их в скорбях, какие они тогда претерпевали от неверных. Ежели вы, говорит, имеете дар служения, то не гордитесь в делах служения вашего: ежели кто имеет дар учения, то да не превозносится изяществом и силою учительных своих слов: если кто имеет дар возбуждать других к добродетели и утешать оскорбленных: то да не высокомудрствует, видя успехи своего учения. Таким образом будучи толкуемы сии Апостольские слова согласуют со словами оными Пророчицы Анны, которая молясь говорила: «да не хвалится премудрый премудростию своею, и да не хвалится сильный силою своею, и да не хвалится богатый богатством своим» (1Цар.2:10).

Рим.12:8. Подаваяй, в простоте: предстояй—, со тщанием: милуяй, с добрым изволением.

Подающий не имеет по-видимому никакого различия от милующего: почему же Апостол различает их между собою, и подающему завещает простоту, а милующему доброе изволение? Судя по внешнему их действию они поистине ни мало не различествуют один от другого: ибо действие как первого, так и второго есть одно и то же, т. е. подаяния: что ж касается до внутреннего расположения души: то они имеют немалое различие.

Подающий не всегда имеет в сердце своем расположение к милостыне, то есть к сострадательности и человеколюбию: ибо он иногда благотворит для того, чтобы приобрести любовь и дружество облаготворенных, иногда, чтобы в случае нужды самому воспользоваться от них благодеяниями, а иногда, чтобы заставить их почитать себя яко человека щедрого и благотворительного: следовательно цель его благодеяний не есть простая, но многообразная и многоразличная. Истинно же милующий благотворит бедным, всегда будучи побуждаем сострадательностью и человеколюбием, никакого земного за то воздаяния себе не ожидая, и не имея в виду ничего другого, кроме исполнения заповеди: посему-то премудрый Апостол Господень предписывает подающему простоту, научая тем его, при оказании благодеяний, иметь одну только простую цель сию, то есть, чтобы подать утешение и вспомоществование бедным: а милующему завещает иметь доброе изволение, научая его, чтобы он миловал не по принуждению, налагаемому на него законом, и не скорбя, но творил бы дело милостыни по собственному произволению, с радостию и веселием. Почему он и к Коринфянам писал о милующих: «кийждо якоже изволение имать сердцем, не от скорби, ни от нужды: доброхотна бо дателя любит Бог» (2Кор.9:7). Предстоятелю же предписывает он тщание, т. е. усердие и неусыпную бдительность: потому что нерадение и дремание его бывает причиною того, что враг посевает плевелы в душах словесных овец, пасомых им (Мф.13:25). «И волк расхитит их, и распудит овцы» (Ин.10:12). Подающий, говорит, да творит подаяние в простоте сердца, имея целию одно токмо милосердие: начальствующий да исполняет дело своего начальства со тщанием и усердием: и милующий да милует с радостным сердцем.

Рим.12:9. Любы нелицемерна: ненавидяще злаго, прилепляйтеся благому.

Чтобы узнать, в чем состоит нелицемерная любовь, надобно прежде рассмотреть, что такое есть любовь лицемерная. Если я говорю, что люблю Бога, а делами преступаю заповеди его, то любовь моя лицемерная: потому что тот только истинно любит Бога, кто хранит его заповеди: «Имеяй заповеди моя и соблюдаяй их, той есть любяй мя» (Ин.14:21). Если я говорю, что люблю Бога, а ближнего своего ненавижу: то любовь моя есть ложная и лицемерная. «Аще кто речет, яко люблю Бога, а брата своего ненавидит, ложь есть» (1Ин.4:20). Если я говорю, что люблю ближнего своего, и всем наружным видом своим то показываю, а в самой вещи не помогаю ему и не милую его: то любовь моя не есть истинная. «Иже убо имать богатство мира сего, и видит брата своего требующа, и затворит утробу свою от него, како любы Божия пребывает в нем» (1Ин.3:17). Отсюда можно видеть, в чем состоит любовь нелицемерная. Если мы сохраняем заповеди Божии, и всяким образом помогаем по возможности своему ближнему: то любовь наша есть нелицемерная, такая, какой научает Павел. Но он предписывает нам и ненависть, яко дело добродетельное: ненавидяще, говорит, злого. Конечно дело мы добродетельное творим, когда ненавидим грех, и отвращаемся от него всем сердцем и душою. Прилепляйтесь благому: сими словами учит, чтобы мы не только временем делали добрые дела, но чтобы всегда их делая, пребывали в них безотлучно. Ежели же снести с сими Павловыми словами слова Давидовы: то можно увидеть совершенство Евангельского законоположения. Давид сказал: «уклонися от зла и сотвори благо» (Пс.33:15): а Павел: «ненавидяще злаго, прилепляйтеся благому». Закон ветхозаветный учил убегать делания зла: а проповедь Евангельская законополагает и внутреннюю душевную иметь ненависть ко злу: закон Моисеев требовал делания добродетели: а Евангельский требует безотлучного и неразрывного с добродетелью соединения.

Рим.12:10. Братолюбием друг к другу любезни: честию друг друга болша творяще.

Любите, говорит, друг друга как брат любит брата: уступайте честь один другому, то есть, старайтесь друг друга предпочитать (Флп.2:3): что всякий удобно может исполнить, ежели смиренномудрствуя будет почитать других выше себя: «смиренномудрием», говорит сей же Апостол, «друг друга честию больша себе творяще». Здесь должно заметить, что первое из сих двух завещаний основывается на сей заповеди Божией: «возлюбиши ближняго твоего яко сам себе» (Мф.22:39): а второе на сих словах Господних: «иже аще хощет в вас быти первый, буди вам раб» (Мф.20:27). Впрочем оба так между собою соединены, что одно от другого происходит: честь происходит от любви: ибо кого любим, того и почитаем: а любовь от чести: потому что кого почитают, тот почитающих его любит.

Рим.12:11. Тщанием не лениви, духом горяще, Господеви работающе.

Тщание Апостол сперва завещал только предстоятелям, сказав им: «Предстояй со тщанием» (Рим.12:8): а потом всем вообще, говоря: «тщанием не лениви». Никто, говорит он, да не будет небрежлив и ленив в делах спасения, достойных всяческого рачения и тщания. Нерадивого в делах добродетели проклял Пророк Иеремия, сказав: «проклят, творяй дело Господне с небрежением» (Иер.48:10), а Спаситель наш обличил скрывшего талант не токмо яко раба лукавого, но и яко ленивого и беспечного: «лукавый рабе», сказал Он ему, «и ленивый” (Мф.25:26). Богомудрый Павел открыл и способ, посредством которого мы можем прогнать леность: «духом», говорит он, «горяще, Господеви работающе». Где есть теплота, или паче жар, там есть движение: а где движение, там нет лености, которая ничто иное есть, как недвижимость: там есть тщание, которое познается из движения. Таким образом где есть служение Господу и исполнение Его заповедей, там присутствует благодать Божия: а где благодать Божия, там нет места греховной лености. Ежели убо мы не погасим огня Божией любви, который возжег Богочеловек в сердцах наших, ежели будем работать Господеви: то удалится от нас сатанинская леность и пребудет с нами неразлучно душеполезное и спасительное тщание.

Рим.12:12-14. Упованием радующеся, скорби терпяще, в молитве пребывающе: Требованием святых приобщающеся, страннолюбия держащеся: Благословляйте гонящыя вы: благословите, а не клените.

Сказав выше, что горячесть духовная прогоняет леность, и делает нас рачительными в творении добрых дел, теперь показывает, какие предметы питают сию горячесть: радость, говорит, происходящая от упования будущих благ, терпение в скорбях, пребывание в молитве, страннолюбие, незлобие и благотворение врагам. Здесь должно заметить, что Апостол не просто завещевает исполнять только сии добродетели, но советует восходить на верх совершенства оных. Ибо не просто сказал, уповая на получение обещанных благ, но: «упованием радующеся»: а сие означает твердое и совершенное упование. Ибо кто мало уповает, о том сказать можно, что он более боится, нежели радуется: а кто много уповает и отнюдь не сомневается, тот радуется о несомненном получении чаемых благ. Не просто сказал, терпяще, но: «скорби терпяще». Ибо в то время, как скорбь отвсюду стесняет душу нашу, часто терпение ослабевает: и потому тот, кто скорби мужественно переносит, имеет истинное и совершенное терпение. Не просто сказал, молясь, но: «в молитве пребывающе». Ибо не тот совершен в сем роде добродетели, кто сегодня молится, а заутра не радит о том: но кто всегда пребывает в молитве, кто непрестанно молится, как говорит на другом месте сей же Апостол (1Сол.5:17): даже и самое приобщение требованием святых, то есть, братий Христиан, означает милосердие в высшей степени: ибо тогда, можно сказать, я приобщаюсь нуждам святых, когда состражду им и угнетаюсь равно, как и они страждут и угнетаются их нуждами. А когда таким образом сострадая, изливая богатно на них свое милосердие, тогда поистине люблю ближнего моего яко себя самого: тогда исполняю в точности заповедь любви, которая есть исполнение закона, и следственно совершенство добродетели. «Страннолюбия держащеся»: и сие означает страннолюбие во всем совершенстве. Не дожидай, говорит, чтобы странник, пришед в дом твой, просил тебя страннолюбно принять его: но сам увидев его, беги к нему на сретение, якоже Лот, проси его, и убеди внити в дом твой, да окажешь ему всякое страннолюбие. Когда будешь поступать таким образом, то потечешь во след страннолюбия, и соделаешься совершенным страннолюбцем. Ежели мы не кленем и не злословим гонящих нас, то делаем добродетель великую: ежели же вместо клятвы желаем им добра и молимся о них, и вместо злословия благословляем их: то добродетель наша восходит на верх совершенства. «Благословляйте гонящия вы: благословите, а не кляните», завещает Павел. И так ясно видим, что сии Апостольские завещания возносят исполнителей своих до той чудесной степени совершенства, на которую взошел сам преблаженный Павел, тому поучавший.

Беседа о добродетелях, естественной и благодатной (с молитвой)

Недоумение великое рождают в уме всякого благочестивого человека ныне чтенные богоносного Павла священные и богодухновенные словеса. Сей Апостол, написав прежде, что Христиане в его время имели различные дарования, данные им благодатию Божиею, исчислил потом и самые сии дарования, предписав в рассуждении каждого из них особенное правило. Дарования исчисленные им суть следующие: пророчество, Церковное служение, учительское звание, утешительное слово, подаяние помощи ближним, начальствование над другими, милосердие, любовь, братолюбие, смирение, тщание, ревность, послушание, упование, терпение, молитва, сострадание, страннолюбие и непамятозлобие: кто же не знает, что все сии дарования кроме пророчества, суть добродетели? Отсюда убо следует, что добродетели, по сему Апостольскому Учению, суть дарования Божии: но ежели добродетель есть дар Божий, то она не есть дело, мною производимое. «Аще ли по благодати», говорит сей же Апостол, «то не от дел: зане благодать уже не бывает благодать» (Рим.11:6). Ежели ж добродетель есть мое произведение, и мое дело, то она не есть дар: иначе дело мое не будет дело: «аще ли от дел, ктому несть благодать: зане дело уже несть дело» (Рим.11:6). Ежели добродетели суть дарования Божии, то почему Бог законополагает о них, и требует их от нас? Почему спасает исполняющего их и наказует нерадящего о исполнении их? Бог не дал мне, например, дарования любви: так почему же Он требует от меня оной? Почему предписывает мне любить Его всею душою, всем сердцем, всею крепостию и помышлением, а ближнего яко себя самого? (Лк.10:27) Для чего Ему делать меня наследником небесного Его царствия, когда я исполняю сии два рода любви? И для чего осуждать на вечное мучение, ежели я не исполняю оных?

Недоумение сие удобно можем разрешить, ежели вникнем в свойство вещей. Любовь, братия моя возлюбленная, есть дело человеческое, и вместе дар Божий: сие кажется странно и даже противно словам оным Павловым: но в самом деле истинно и согласно с Апостольским его учением. Два суть рода добродетели: одна добродетель естественная, а другая благодатная: естественная добродетель есть дело человеческое, а благодатная — дар Божий. поелику человек сотворен по образу и по подобию Божию (Быт.1:26): то хотя по падении прародителя и «прилежит ему помышление прилежно на злая от юности его» (Быт.8:21): однако ж осталось в нем понятие добродетели и сила творить оную, при самом начале насажденные в естестве его: светом убо естественного познания будучи водим человек, и силою в естестве его наслажденною укрепляем, совершает дела добродетели. Примеры сему мы видим в языческих философах. Клиний, ученик Пифагоров познает посредством ума своего, какое почтение должны мы воздавать Богу, и будучи укрепляем врожденною ему силою, соглашается лучше лишиться трех талантов, нежели поклясться именем Бога своего. Диоген презирает всякое чувственное услаждение и решается жить в тесной бочке: Кратес бросает все богатство свое в море: Сократ с великою кротостию и терпением переносит жестокий оный удар по лицу, от которого лице его вспухло: Перикл толикое незлобие показал к площадному человеку оному, который ругал его целый день, что при наступлении ночи, когда наконец престав чинить ругательства, имел он отойти от дома его, проводил его с лампадою. Есть и ныне в некоторых народах закона Божия не имеющих, а особливо в народе Индейском люди целомудренные, кроткие, правдолюбивые, воздержные, и разнообразными строгостями обуздывающие свои страсти. Откуда же таковая добродетель, как в древних оных, так и в новейших, до ныне видимых людях? Какой закон руководствовал тех, и руководствует сих к таковым добродетельным делам? Ни другой какой, как закон естественный: «Языцы закона не имущие, естеством законная творят: сии закона не имуще, сами себе суть закон» (Рим.2:14).

А что всякая добродетель есть вместе и дарование Божие, даемое людям, в сем уверяют нас не токмо ныне чтенные слова Богодухновенного Павла, но и следующее доказательство. Что иное есть добродетель, как не благое дело? Но кто другой имеет естественно благость бесконечную и непременяемую, как един токмо Бог? Какое же настоящее свойство благости, как не раздаяние даров? От сего убо суще благого Бога, яко от неисчерпаемого источника исходя, все добродетели раздаются достойным людям. Посему-то сказал Иаков: «всякое даяние благо и всяк дар совершен свыше есть сходяй от Отца светов» (Иак.1:17), а Павел: «любы Божия излияся в сердца наша Духом Святым, данным нам» (Рим.5:5).

Впрочем между добродетелями естественной и благодатною есть великое различие. Добродетель естественная несовершенна, и бывает опорочиваема страстями: напротив, благодатная во всем совершенна и свободна от всякой страсти. Живущие честно по одной природе, опорочивают добродетель свою или страстями плотскими, или славолюбием. Похвальна кротость и терпение Сократово, но он очернил сии добродетели страстью мщения: ибо открыл всем ударившего его в лице, написав имя оного и поступок на своем челе. Похвально великодушие Кратесово, но он помрачил всю славу сей добродетели своей славолюбием: ибо бросив богатство свое в море, ходил по улицам и кричал: Кратес свободился Кратеса. Напротив добродетель людей, живущих свято по внушению Божественной благодати данной им, чиста от всякой порочной страсти, светла яко солнце, блистательна яко звезды небесные. Божественные Апостолы, прияв от Бога благодать, не токмо не мстили гонителям своим, но еще благословляли укоряющих их, будучи гонимы, терпели, хулимы, молили за хулящих, дабы они исправились (1Кор.4:12). Павел, презрев вся благая мира сего, и вменив оные за уметы (Флп.3:8), столь далек был от славолюбия, или от пожелания чести, воздаемой людьми делателям великих добродетелей, что обходя всюду, проповедывал и писал о себе, что он есть первый из всех грешников (1Тим.1:15), и недостоин имени Апостольского (1Кор.15:9).

Различие между добродетелями благодатною и естественною столь велико, что вторая без первой ни во что вменяется. «Аще кто будет и совершен в сынех человеческих, отсутствующей твоей премудрости, ни во чтоже вменится» (Прем.9:6): сие сказал премудрый Соломон о добродетели, которая есть истинная премудрость, в то время, как он изливал теплую молитву свою пред Богом. Хотя ты будешь иметь всю веру, коликую только сила ума твоего породить в тебе может: но ежели не получишь дара веры, от Бога подаемого, то вера твоя ни во чтоже вменится: хотя ты будешь иметь всю любовь, коликую только естество породить в тебе может: но ежели не излиется в сердце твое любовь Божия, то любовь твоя ни во чтоже вменится. Апостолы, слыша небесное учение Христово и видя множество преславных чудес Его, верили, что Он есть Сын Бога Живого: но зная, что таковая вера их недостаточна и несовершенна, просили у него приложения к вере своей, то есть приложения Божественного дарования веры: «приложи», говорили они Ему, «нам веру» (Лк.17:5), что они и прияли, когда Дух Святый сошел на них. Божественный Павел имел ревность от природы: но сия ревность его была столь страстная, что он гнал Церковь Христову и старался истребить верующих во Христа (Гал.1:13-14). Когда же Бог ниспослал в сердце его дарование ревности, тогда воссиял в нем свет бесстрастной и Святой ревности: тогда увидел мир, какая ревность есть истинная и совершенная.

Но ежели естественная добродетель, скажете, ни во что вменяется без благодатной: то она излишня, а потому не нужно и стараться о ней. Но разве не слышите вы, что Соломон не сказал, есть ничто, а ни во чтоже вменится? (Прем.9:6), сим он показал, что хотя она сама по себе и вменяется ни во что по несовершенству своему, однако ж не есть ничто. Почему же? Потому что она предуготовляет нас и соделывает сердца наши сосудами, способными вместить в себя дарования Божии: посему-то необходимо нужно всячески стараться ее увеличивать и усиливать. Она хотя сама по себе и вменяется ни во что по несовершенству своему: однако ж ежели мы имеем ее, то дается нам от Бога приложение к ней, то есть Божественное дарование Его, посредством которого мы восходим на высоту чистой и совершенной добродетели. «Иже бо имать», сказал

Господь, «дастся ему, преизбудет ему» (Мф.13:12). Кто, удобрив посажденные в естестве семена добродетели, имеет прозябения оной: тому Бог подает и дарования добродетели: «а иже не имать, и еже имать, возмется от него». А кто, оставив в небрежении посажденные в нем семена добродетели, не имеет прозябений ее, в том иссушаются и самые естественные силы, посредством коих добродетель совершается. Как скоро показывается еще только в тебе прозябение веры, тотчас Бог подает тебе небесный дар веры: и тогда вера твоя делается теплою яко зерно горчичное, и чудотворною, якоже вера чудотворцем Святых. Ежели появляются еще только в тебе следы упования, тотчас Бог подает тебе дарование упования, и тогда упование на Бога делается столь твердо, что ты ни на чтоже человеческое уповаешь, а на единого Бога возлагаешь все твое упование, якоже всечестные Преподобные отцы все оставившие мир. Ежели появляются еще только в тебе младые отрасли любви, тотчас Бог изливает в сердце твое огнь Божественного своего любления: и тогда любовь твоя делается уже только сильною, что ты, подобно всеславным и добродетельным мученикам, готов из любви к Богу предать живот свой на смерть. Ежели воля твоя хотя несколько наклоняется к добрым делам, тогда Бог тотчас подает тебе дарования добродетели: «имущему бо везде дано будет и преизбудет» (Мф.25:29).

И так Бог требует от нас добродетели естественной для того, чтобы дать нам дарование своей благодатной, да посредством ее вознесемся до совершенства добродетели: а предписывает правила в своем законе в рассуждении оной для того, чтобы возбудить в нас как естественные силы к исполнению добродетели, что по естеству, так и усилить стремление воли нашей к исполнению добродетели, по благодати даемой. И убо прославляет приявшего Божественные дарования добродетели потому, что он, уплодотворив семена естественной добродетели, соделался достойным приятия дарований оных: а с другой стороны осуждает его, когда он вознерадит о добродетели естественной, ибо тогда лишается и добродетели благодатной.

И так, братия, безответны мы, когда не радя о делах добродетели, впадаем в бездну греховную. Бог дал нам, разум, который, яко мудрый судия, рассматривает пользу добродетели и вред, от греха происходящий: вложил в нас совесть, которая, яко добрый советник, советует нам творить добродетель и убегать греха: похваляет и успокаивает нас, когда мы делаем добро, а обличает и мучит, когда содеваем грех. Насадил в естестве нашем силы, служащие нам к исполнению добродетели: дал законы, которые суть светильники, просвещающие нам путь добродетели: показал Пророков, которые суть учители добрых дел: послал в мир Сына своего, и сеи есть Свет, просвещающий всякого человека на путь спасения, есть первообразный Пример совершенства добродетелей, всесильный Помощник в исполнении всех благих дел: явил Апостолов, которые суть светила, просвещающие и наставляющие к деяниям добродетели: проповедал Евангелие, которое есть велия труба, возвещающая честь и воздаяние добродетели, стыд же и мучение греха.

Премилосердый Боже! Поистине любовь Твоя к человеку беспредельна, безмерна и бесконечна. Ты даровал нам к исполнению добродетели пособия и внутренние и внешние, и телесные и духовные, и земные и небесные: и благодать Твоя всегда готова на помощь нам. Если только воля наша будет клониться к исполнению святых Твоих заповедей. Чем убо можем оправдаться пред Тобою, когда мы, презирая все Твои побуждения к добродетели, творим дела греховные? Какая надежда нам ко спасению? Какое прибежище нам грешникам; Надежда наша есть только одна, и прибежище также одно: надежда, что некогда обратимся: прибежище же, покаяние. Если сердце наше неложно будет клониться к обращению, а душа к покаянию, то Бог ниспошлет нам дар обращения и покаяния: и мы таким образом получив оставление грехов, содеянных нами, и идя уже потом неленостно путем добродетели, внидем в вечное царствие Господа Иисуса Христа. Аминь.

15. В неделю седьмую толкование на Евангелие от Матфея (Мф.9:27-35) (с молитвой)

Господи Иисусе Христе, Сыне Бога живаго! сотвори и над нами чудеса, каковые мы ныне слышали во священном Твоем Евангелии! Якоже даровал еси свет очам двух слепых, тако просвети мысленные очеса души нашей, да познаем неисповедимую Твою силу. Ты, Господи Иисусе, Иже отверзл еси ушеса глухого, отверзи слух души нашей, да услышим небесное и душеспасительное Твое учение. Ты, Господи, Иже тогда исцелил еси всякую болезнь и немощь, исцели ныне многоразличные страсти коегождо из предстоящих и слышащих Евангельскую проповедь. Понеже страсти иногда, якоже акриды (саранча) и хрущи, истребляют все новосаждения, каковые произращает в сердцах наших посев Божественного слова Твоего; иногда же алчные семеноядные птицы самое семя слова при самом посеве поядают. От сего происходит, что и самых первоначальных ростков добродетели не возникает, то есть, страха и сокрушения в душе нашей. Сыне Давидов, помилуй нас! вопием и мы, якоже два слепца. А понеже верим мы, что Ты, яко многоблагоутробный и милостивый, слышишь молитву истинно о спасении своем Тя призывающих; то приступаем к толкованию, упование полагая на Божественное Твое милосердие.

Мф.9:27. Во время оно преходящу Иисусови, по Нем идоста два слепца, зовуща и глаголюща: помилуй ны, Иисусе Сыне Давидов!

Когда Господь наш Иисус Христос преходил из дома князя Иаира в другой некий дом, тогда два слепца по Нем шли, вопиюще: «помилуй ны, Сыне Давидов»! (Мф.9:18. 27; Мк.5:22; Лк.8:41) Но какого состояния были люди сии, два слепца, и како случился им недуг слепоты, и колико времени пребывали они лишенными зрения? О сем, яко о излишнем, святой повествователь Евангелист умолчал; однако понять не трудно, чем они будучи побуждены, последовали за Иисусом Христом, взывая: помилуй нас. Ибо прежде, нежели их исцелил, Господь воскресил дочь Иаирову; слух же о вышеественном сем чуде разнесся по всем местам страны тоя, как повествует той же Евангелист (Мф.9:26). О сем убо чуде, как кажется, слыша, слепцы текли в след за Иисусом Христом, прося велегласно помилования от Него и чая, что получат и они свет, так как дщерь Иаирова жизнь. Благоговением же убеждаемые, называли Иисуса Христа Сыном Давидовым не потому только, что Давида все почитали и благоговели, яко к святому царю и Пророку Божию, но и потому, что все вообще верили, что Мессия, по предсказанию святых Пророков, имел родиться от семени Давидова; почему и Сыном Давидовым Его называли. Но хотя слепцы велиим гласом взывали на пути: «помилуй ны Сыне Давидов»; однако Иисус Христос, убегая, сколько можно, человеческой славы, никакого ответа не давал им, пока вше л в дом.

Мф.9:28. Пришедшу же Ему в дом, приступиста к Нему слепца, и глагола има Иисус: веруета ли, яко могу сие сотворити? глаголаста Ему: ей Господи.

Когда же вшел Иисус Христос в дом, тогда пришедшие туда же слепцы приближились к Нему, Он же их вопросил, глаголя: веруете ли, что Я могу сотворить то, чего вы просите, то есть, веруете ли, что Я могу просветить очеса ваши? «Ей, Господи, ответствовали они, веруем!» Но какая была надобность в сем вопрошении? Иисус Христос, яко сердцеведец Бог, и веру знал, и благоговение слепцов видел. Сам Он не имел в том никакой нужды, однако вопрошал для того, чтобы мы научились, что без веры никакия не дается благодати человекам, и что, якоже от слепцов требовал Он веры, да дарует им зрение земных, тако и от нас требует веры, да подаст сведение вещей небесных; ибо предшествует вера познанию. Сего ради Пророк и глаголал: «веровах, темже возглаголах» (Пс.115:1); сие и Апостол подтвердил: «и мы веруем, темже и глаголем» (2Кор.4.13). Когда же слепцы показали веру свою, говоря: «ей, Господи!» —

Мф.9:29. Тогда прикоснуся очию их, глаголя: по вере ваю буди вама.

Тогда и прикоснулся очесам их, и сказал: поелику веруете, то по вере вашей да будет вам желаемое. Могло и единое всесильное слово Господа Иисуса, то есть: «да будет вам!» просветить очеса слепых: понеже тожде слово Той же Господь и Бог рече, егда созда свет: «да будет, рече, свет, — и бысть свет» (Быт.1:3); однако коснулся очес их, да покажет, что Он не есть бесплотен, якоже бе тогда, егда созда свет, но воплощен, и совершенный есть человек, так как и совершенный Бог: и да представит, что якоже всесильно есть Божественное Его веление, тако всесильна есть и десница пренепорочного и Божественного Его тела. О сем ясно предсказал Богодухновенный Псалмопевец, поя: «десница Господня сотвори силу» (Пс.117:15-16), то есть, когда из брения сотворила человека; «десница Господня вознесе мя», то есть, когда испадшего мя из рая вознесла на небо; «десница Господня сотвори силу», то есть, когда различные и многие исцелила болезни. Трижды же повторил сие: «десница Господня», да покажет три лица, и едину силу и существо Божества, и яко един и триипостасный Бог, Той есть и создавый, и возобновивый, и исцеливый человеческое естество. Якоже убо, егда Светодавец рече: «да будет свет, и бысть свет»; тако егда рече: «да будет вама по вере ваю», тогда же слепцы получили просвещение очей.

Мф.9:30. И отверзостася очи има, и запрети има Иисус, глаголя: блюдита, да никтоже увесть.

Сие «отверзостася очи има» означает, что болезнь их очная была исцелена, и слепцы совершенно прозрели. Но может быть и то, что затворены были зеницы и вежди очес их. Почему сродно и пристойно написал Божественный Евангелист тако: «отверзостася очи има». Однако заключает сие и другую мысль. Чувства наши суть так как двери, посредством коих входит в ум наш ощущение или понятие о телесных вещах; почему и пророк Иеремия сказал: «взыде смерть сквозе окна» (Иер.9:21). Когда убо чувственное орудие есть здраво, тогда дверь бывает отверста: когда же повреждено коим либо недугом, тогда оная есть затворена. Премудро убо сказал Евангелист, что отверзлись у слепцов очи, то есть, что Владыка всяческих отверз те двери, который, будучи недугом слепоты затворены, не допускали входить свету. Заметь еще и сие: «запрети»; ибо сие слово означает, что с великим напряжением и повелительным выражением заповедал Господь слепым, да не объявляют не о исцелении (поелику сего невозможно было скрыть от тех, которые слепых знали), но чтобы никто не знал, кто есть их Врач. Причина же сего строгого запрещения известна: убегал Богочеловек человеческой славы, научая, да и мы бегаем суетного человеческого прославления. Но сохранили ли слепцы сию заповедь?

Мф.9:31. Она же изшедша прослависта Его по всей земли той.

Преслушали заповедь оную исцелевшие слепцы. Величие благодеяния, преизобилие радости, сильное и сердечное ощущение благодарности виною были преслушания. Едва вышли из дома, в котором получили они свет своим очам, как уже и расславили чудо, — потекли вскоре проповедывать по всем странам земли той, что Иисус Христос отверз очеса им, и даровал им свет. Се каковая добродетели сила! Чем более оную мы скрываем и утаиваем, тем паче она открывается и просиявает.

Мф.9:32-33. Тема же исходящема, се приведоша к Нему человека нема (глуха), беснуема. И изгнану бесу, проглагола немый.

Богатая и неисчерпаемая чудес благодать! За одним чудодеянием вскоре последовало и другое. Едва вышли из дома слепые, получив прозрение, как привели к Нему человека нема (глуха) и беснуема. Сего Господь видев и милосердовав исцелил, изгнав из него беса. Но для чего

Евангелист не написал — услышал, но: «проглагола немый»? Немым называется не токмо глухой, но и немой купно и глухой. Священный Лука повествует, что пророк Захария, отец Предтечи, по видении Ангела пребысть нем (кифоткгоп;^ — глух и нем). Но Захария не токмо пребыл нем, но и глух (Лк.1:22). Что он пребыл глух, сие явствует из того, что если бы он слышал, то не помавали бы ему, то есть, не делали бы ему помизаний, чтобы дать знать ему, какое он хочет возложить имя сыну своему. Видно также и то, что он пребывал и нем, то есть, безгласен; поелику не могши проглаголать, написал на дщице: «Иоанн будет имя ему. — Тогда же отверзостася уста его и язык» (Лк.1:63-64). Убо и сей бесный не токмо был глух, но и безгласен, то есть нем. В кратких, но и премудрых словах Богоглаголивый Матфей представил оба недуга: глухоту чрез слово «нема»13, безгласие же, еще же и вину недугов, чрез слова: «и изгнану бесу, проглагола немый». То есть, показал Он, что бес связал и язык, и слух оного человека: а посему когда бес вон исшел, тогда абие «немый проглагола». Подобного же беснуема, то есть, немого и глухого, и в другое время исцелил Иисус Христос, сказав: «душе немый и глухий! Аз ти повелеваю, изыди из него, и ктому не вниди в него» (Мк.9:25). Сверх сего мы видим, что и творящие бесовские хотения, и чрез грех и нераскаянность рабами его соделывающиеся, подобным образом бывают глухи и немы. Глухи, понеже никогда не слушают слова Господня; немы же, понеже никогда не глаголют слово о правде и добродетели. Но сии чудеса хотя довольную имели силу к убеждению всех видящих оные, что Он есть истинный Бог; однако ж некоторые удивлялись, а некоторые осуждали Его и хулили.

Мф.9:33-34. И дивишася народи, глаголюще, яко николиже явися тако во Израили. Фарисее же глаголаху: о князе бесовстем изгонит бесы.

Народ удивлялся, Фарисеи же хулили. Народ судит судом праведным и истинным: николиже, говорил он, таковые чудеса бывали в роде Израильском. И воистину: ибо хотя и Пророки чудотворили, наипаче Моисей, Илия и Елисей, однако ни един таковых не сотворил чудес, каковые Иисус Христос. Притом те чудодействовали чрез молитву к Богу, Иисус Христос — чрез повеление; Пророки благодатию Божиею, Иисус Христос — силою и властию. Каждый из Пророков некоторые только творил чудеса: Иисус Христос — всякие виды чудес. Фарисеи судят неправедно и ложно. Силою, говорят, князя бесовского изгоняет Иисус бесов; но аще сатана сатану изгонит, без сомнения, разделится на части и, наконец, истребится власть его и сила. Таковым образом негде Богочеловек, праведно, купно и богомудро, заградил уста тех же Фарисеев и книжников (Мф.12:24; Мк.3:22; ЛкЛ1:.18). Но почему же простой народ, будучи неучен, судит справедливее учителей, то есть, Фарисеев? Потому что зависть равно и ученых ослепляет ум, и неученых. Народ, не причастный зависти, судит праведно, завистию ослепленные Фарисеи безумствуют и судят неправедно. Для чего же ничего не ответствовал на неправосудие и хуление фарисейское Спаситель? Для того, что Он негде уже на сие ответствовал, как мы выше сказали; ныне же, поспешая на проповедь, во изобличение их буесловий оставил Он самые дела Свои.

Мф.9:35. И прохождаше Иисус грады вся и веси, уча на сонмищах их, и проповедая Евангелие царствия, и целя всяк недуг и всяку язю в людех.

Виждь, како промысл и милосердие Божие распростирается равно как на многих и славных, так на малых и низких! Проходил Иисус Христос и грады, где живут и многие, и богатые, и знатные; и веси, где малые, недостаточные и незнатные. Входя же в сонмища, то есть, в домы, где собирался народ, и проповедуя Евангелие царствия, то есть, обещая верующим небесное и нескончаемое царствие, разгонял тьму неверия и просвещал души. Целил же и всякую болезнь и немощь плотскую, Благодетелем и Спасителем души и тела показуясь.

Беседа противу тщеславия

Вижу я в нынешней Евангельской истории молчание Иисуса Христа, когда два слепца на пути, среди множества народа, великим взывали гласом: «Сыне Давидов! помилуй ны». Примечаю еще и запрещение, которое Он дал им, отверзши и просветивши очеса их: «блюдита, да никтоже увесть» (Мф.9:30). Полагая же, что и молчание и запрещение Его клонились к сокрытию чудодеяния Его, удивляюсь и изумеваюсь. Если бы Господь сотворил сие с одними двумя слепцами, то сомнение бы решилось; а понеже мы видим, что колькратно Богочеловек ни чудодействовал, то же самое всегда творил, то от сего недоумение не токмо не решится, но еще умножается и возрастает.

Очищает сретившегося Ему прокаженного от проказы, и абие заповедует ему глаголя: внемли, заключи уста твоя, никому не объявляй сего чуда; «виждь, никомуже повеждь» (Мф.8:4). Иссушает долговременное течение крови кровоточивой, — потом чудо относит не к силе Своей, но к вере болевшей. Вера твоя, говорит, исцелила твою немощь: «дщи, вера твоя спасе тя» (Мф.9:22). То же самое сказал, когда связал расслабленные члены сотникова раба: «иди, и якоже веровал еси, буди тебе» (Мф.8:13). Равно и тогда, когда избавил от мучения бесовского дщерь жены Хананеаныни: «о жено! велия вера твоя: буди тебе якоже хощеши» (Мф.15:28, 8:14,16). Пришед в дом Петров, исцеляет тещу его, жегомую огневицею, изгоняет бесов из приведенных туда бесных, врачует тамо всех немощных: но видя, что многий окружает его народ, немедленно оттуда убегает. «Видев же Иисус многи народы окрест Себе, повеле ити на он пол» (Мф.8:18,24). То же сотворил и тогда, когда укротил трус морский и усмирил ветров свирепство: ушел, то есть, немедленно и, прешед на он пол моря, прииде в страну Гадаринскую (Мк.5:1). Когда воздвиг расслабленного от одра, абие уклонился от среды народа, да не познан будет (Ин.5:13). Когда пятью хлебами насытил пять тысяч, понудил учеников Своих, да отступят оттуда (Мк.15:41). Когда седмию хлебами напитал четыре тысячи, абие отъиде, и прииде в пределы Магдалински (Мф.15:38). Когда пришел в дом княжеск, да воскресит дщерь его, стараясь утаить чудо, во первых сказал предстоящим: «отъидите, не умре девица, но спит» (Мф.9:24), потом изгнал весь народ вон, и тогда уже воскресил умершую девицу. Вышед из сонмища, когда исцелил от разных недуг всех тех, кои Ему представлены были, не токмо сказал: «молчите, не объявляйте, что Я вас исцелил», но и запрещал им, чтоб не разглашали: «и запрети им, да не яве Его творят» (Мф.12:16). Когда на Фаворстей горе просветилось лице Его, яко солнце, и одеяния Его убелились яко свет, и слышан был глас из облака глаголющ: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, о Немже благоизволих» (Лк.9:35): тогда дал заповедь молчания ученикам Своим и сказал: «никому поведите видения, дондеже Сын человеческий из мертвых воскреснет» (Мф.17:9).

Вера во Христа для спасения нашего необходимо нужна; возвещение чудес Его есть светильник светящий и магнит, привлекающий сердце человеческое к вере во Христа. Но Иисус Христос, пришедый в мир возвестить веру, Сам же толикое предприемля старание и ревнование воспретит разглашению чудес, возжигает светильник и потом скрывает его под спудом. О, поистине сие достойно удивления! Ужели Он для избежания тщеславия так поступал? Но ради одного греха, столь маловажным кажущегося, не препинается ли самое распространение веры? Ей, для избежания тщеславия! «Вера без дел мертва есть» (Иак.2:26). Тщеславие разрушает всех благих дел силу: убо мертвою творит веру. Но какая же есть польза от таковой мертвой веры? Для того-то убо Богочеловек толико и старался избегнуть тщеславия, дабы показать, колико то тщеславие для спасения есть пагубно. Воистину великий и страшный есть грех тщеславие: оно от начала и до конца жизни человеку бывает всякими образы врагом во спасении его.

Прежде всех произвольных страстей является в человеке страсть тщеславия: во младенце не примечаешь никакой произвольной страсти, но тщеславие в нем прежде всего возникает. Когда ласкаешь его, показывает знаки радости, и когда похваляешь, смеется и весел бывает; но коль скоро скажешь ему презрительное слово, вдруг раздражается и плачет. Тщеславия страсть и до самого гроба провождает; ибо и младенцы, и юноши, и старцы, и дряхлые, и даже полумертвые ищут и желают чести и похвалы. А что и сего чуднее, тщеславие часто и по смерти не отстает. Многоценные погребальные приборы, дорогие гробы, высокие пирамиды, изображения лиц и надписи, величественные столпы, громкие эпиграммы и прочее все, что или мы сами прежде смерти, или сродственники наши по смерти устрояют, что другое суть, ежели не зловонный смрад славолюбия? О таковых-то святой Божий Пророк написал тако: «гроби их жилища их во век: селения их в род и род, нарекоша имена своя на землях» (Пс.48 12). Тщеславие находит себе к каждом и место рождения и пищу. Дары природы, счастия, навыка, произволения, бывают жилищем и пищею тщеславия. Один старается, чтобы его хвалили, как красавца, как храброго, как разумного, как остроумного; другой желает и домогается показаться благородным, богатым, чиновным; третий ищет прослыть учителем, мудрецом и во всем искусным; четвертый о том только и думает, чтоб почитали его правдолюбивым, воздержным, благим, добродетельным. Но ужели убегает от нас тогда тщеславие, когда не находит в нас такового гнезда и пищи? Ужели, говорю, убегает, когда человек лишен бывает всех вышесказанных благ? Никак! Оно тогда повреждает воображение, и делает человека почти безумцем и дураком. Хочет тогда и безобразный показаться и почитаться красивым и пригожим, и подлый — богатым и знатным, и невежа — ученым и мудрецом, и развратник — праведным и святым. Таковая-то есть сила тщеславия!

Сверх сего, сия страсть есть зело обманчивая и коварная и покоряет нас под власть свою почти нечувствительно. Когда, например, поешь, или читаешь один в церкви, тогда ты дремлешь, слабеет глас твой, связуются уста твои, никакой ревности не имеет дух твой; когда же, обратив очи твои, увидишь, что пришли и предстали слушатели, — то отбегает вдруг дремание, отверзаются уста твои, просветляется голос твой, слова твои произносятся явственно и громко, рождается в тебе более охоты и более силы, — одним словом, из одного бываешь другим. Откуда же таковая, весьма скорая, перемена? Ты, может быть, подумаешь, что таковая перемена от десницы Вышнего; но погрешаешь. Ибо таковое пременение есть со стороны сатанинской, который нечувствительно напоевает тебя водою тщеславия, который хотя телесные твои силы утучняет, но благодать добродетели твоей в тление обращает и истребляет.

То же самое случается и во всяком добром деле. Когда я слышу, что похваляют мое мужество, или удивляются моему богатству, или прославляют мои сочинения, или величают добродетельные мои деяния, то радуюсь и весьма веселюсь; когда же примечаю, что никто ниже похваляет, ниже говорит, ниже имеет сведение о моих делах, — тогда скучаю, томлюсь и унываю. Се-то есть дух тщеславия, обладающий моим сердцем: я же, несчастный, того не чувствую и нимало не познаю!

Бог противу сея страсти столь строго возгремел, что хотя бы человеческая совесть и глубочайшим сном была объята, пробудят однако оную Божественные сии слова: «внемлите милостыни вашея не творити пред человеки, да видими будете ими, аще ли же ни, мзды не имате от Отца вашего, иже есть на небесех» (Мф.6:1). Сие узаконил Он о милостыне: о молитве же и посте сказал, что которые молятся или постятся для того, да покажутся добродетельными пред человеки, те никакой другой мзды не восприемлют, кроме той человеческой похвалы: «аминь глаголю вам, яко восприемлют мзду свою» (Мф.6:16). Впрочем, хотя бы и сие единое сказал Господь о грехе сем, то и тогда долженствовал бы убедить всякого человека далече бежать от оного, да не лишится небесного мздовоздаяния: однако Он произнес многие и другие на тщеславцев горшие и страшнейшие определения о них. Упомянул Богодухновенный пророк Давид, назвав тщеславцев человекоугодниками, поколику все делают, да покажутся и угодят человекам: «яко Бог, вещает он, разсыпа кости человекоугодников» (Пс.52:6). Здесь под костьми разумеются силы, средства, способы, чрез кои угождая человекам, снискиваем от них похвалу. Когда выставляем мы или красоту, или богатство, или мудрость, или добродетель для уловления славы, тогда-то Бог рассыпает и отъемлет от нас сии благие, и мы остаемся обнаженными и посрамленными: «постыдешася, яко Бог уничижи их». Слышите ли? Рассыпание и истление костей, посрамление и уничижение есть Божия казнь на тщеславие.

Но для чего, скажешь ты, таковое наказание? Неужели ради единого суемудрия, которое никому не вредит, таковая казнь? Как? разве никого не обижает тщеславец? Обижает он самого себя, обижает ближнего своего, покушается обидеть и Самого Бога. Обижает самого себя, понеже продает небесное царствие, да купит себе пустую мечту: ибо суемятется, сея слезами и пожиная скорбь и посрамление. Обижает ближнего своего, понеже обманывает его, притворяясь, аки бы творит добродетель ради славы Божия, и крадет доброе мнение, и любовь и похвалу. Покушается обидеть и Самого Бога, понеже предпочитает славу человеческую славе Божией; понеже поставляет мздовоздаятелем за добродетель человека; понеже изменяет время и место, которое Бог определил для воздаяния; понеже похищает славу, подобающую за добродетель Богу. Богу слава достоит за дела добродетельные: «Бог бо есть действуяй в вас, и еже хотети и еже деяти о благоволении» (Флп.2:13); но тщеславец присвояет оную славу себе, желая и ища оной от человек.

Кроме сего, чего достойны суть дела тщеславца? Они подобятся гробам «повапленным, иже внеуду являются красны, внутрьуду же полны суть костей мертвых и всякия нечистоты» (Мф.23:27); подобятся тем плодам, которые снаружи красивы и прелестны, но внутри полны суть гнилости и червей. Добродетель имеет душу и тело, так как оную творящий человек. Душа добродетели есть намерение, для которого она содевается: тело же ее есть самое добродетельное дело. Душа человеческая дает образование телу своему, или характеры; намерение добродетели изображает добродетельное дело. Если душа есть добра, то добры суть и телесные характеры; если же душа лукава есть, то лукавы суть и телесные деяния: если намерение свято, то свято и дело добродетели; если же намерение грешно, то грешны суть и дела таковой добродетели. Намерение пременяет добродетель в порок, и порок в добродетель. Видим мы сие в Священном Писании: молитва Фарисея соделалась грехом и его осудила, понеже намерение ее состояло в гордыне и самохвальстве (Лк.18:11). Пост судей Навуфеовых пременился в беззаконие, понеже постились, имея намерение, да утвердят неправосудие и умертвят неповинного (3Цар.21:12). Непорядочный поступок пророка Осии, взявшего в жену некую блудницу и родившего от нее чада блужения, стал благочинием, понеже намерением имел повиновение Богу и обличение Израильского беззакония (Ос.1:2). Убийство, которое учинил Финеес, вменилось в правду и было умилостивлением негодования Божия, понеже намерение убийства была истинная ревность к Богу, защищение Божеского закона и прекращение общего пагубного соблазна. «И ста, пишется, Финеес, и умилостиви, и преста сечь: и вменися ему в правду» (Пс.105:30-31). Убиение трех тысяч мужей освящает руки Левитов и доставляет им благословение. «И рече им Моисей: наполнисте руки ваша днесь Господу, кийждо в сыне своем, и в брате своем, да дастся на вас благословение» (Исх.32:29). Как? таковое убийство есть освящение и благословение? Воистину так! Ибо цель убийства было исполнение повеления Божия о истреблении поклонения тельчного. Вникни же в намерение добродетели тщеславного: какой конец есть его добродетели? Не другой какой, разве собственная прибыль, собственная польза, пустая слава, человеческая похвала. Сего ради намерение его искажает благодать добродетели, рассыпает ее святость и превращает ее в зловоние и нечистоту, — превращает добродетель в порок. «Дух есть Бог» (Ин.4:24); посему хощет Он поклонения и служения нашего духовного, и оно-то есть святое намерение. Посему, когда бывает намерение худое, тогда Бог отвращает лице Свое от нашего жертвоприношения, так как и от приношения Каинова: гневается тогда на нас, подобно как и на Каина гневался. «Яко Бог разсыпа кости человекоугодников: постыдешася, яко Бог уничижи их» (Пс.52:6).

Братие! Доколе мы пребываем во тьме сего мира, то, обманывая лицемерием человеков, можем присвоять себе оных любовь и похвалу: ибо они, не видя сокровенного нашего намерения, думают, что мы добрые дела творим в славу Божию и в пользу ближнего; но приидет день, в который раздерется завеса притворства, — обнажатся тайные дела тьмы и явятся вся, как бы на дске изображенные, сокровеннейшие сердечные наши помышления. О, какой стыд покроет тогда лице наше, когда все сущие от века люди узрят срамоту тщеславия нашего! О, какой страх, когда страшный Судия изобличит притворную цель нашей добродетели, которая клонилась к славе нашей, а не к славе Его! О, какая скорбь, когда узрим сотворших добрые дела в славу Божию — увенчаваемых, прославляемых, сияющих яко светильников, нас же — лишенных всякого воздаяния и изгоняемых вон из Божественного блаженства! О какие стенания, слезы, какое раскаяние, когда познаем, что променяли мы царствие небесное на единый цвет травный! «И всяка слава человеча яко цвет травный. Изсше трава, и цвет ея отпаде» (1Пет.1:24). Но тогда ни слезы уже подадут утешение, ниже раскаяние пользу.

«Се ныне время благоприятно, се ныне день спасения» (2Кор.6:2). «Отложим отныне дела темная» (Рим.13:12) суетные славы, отложим пагубную сию страсть, которая нечувствительным образом похищает спасение наше. Да удалится от мысли, да удалится от сердца нашего тщеславие! «Да не увесть шуйца твоя, что творит десница твоя»! (Мф.6:3) А хотя бы, по нужде, и явно случилось тебе творить добродетель, но ты имей концом всегда не твою славу, но славу Божию. И тогда Отец твой, видяй тайное намерение твое, воздаст тебе яве. Тогда-то добрыми делами прославишь Бога и получишь славу, которую Бог обещал прославляющим Его: «яко прославляющих Мя прославлю» (1Цар.2:30).

 15.1. Толкование на Апостол из посланий Апостола Павла к Римлянам, читаемый в седьмую неделю по Пятидесятнице (рим.15:1-7)

Любовь покрывает множество грехов (1Пет.4:8). Без любви все добродетели суть ничто: на оной висят закон и Пророки (1Кор.13:1, 3; Мф.22:10). Она есть исполнение закона (Рим.13:10): она есть отличительное свойство учеников Христовых (Ин.13:35), то есть изображение и знамение людей спасаемых: она есть добродетель большая и самой веры и упования на Бога (1Кор.13:13). Кто не отлучается от любви, тот соединен с Богом, и Бог не разлучается с ним: «Бог любы есть, и пребываяй в любви, в Бозе пребывает, и Бог в нем пребывает» (1Ин.4:16). Но как мы можем приобресть такое неоцененное сокровище? Какой к тому путь, какой способ и средство? Сему научает Божественный Павел в ныне чтенном своем послании. Он показывает путь, коим достигнуть оного можем: предлагает способ, коим приобресть можем, открывает средство, коим укрепиться можем в любви, в сей божественной добродетели: почему сие послание его содержит в себе учение, исполненное всякой премудрости и разума, учение, руководствующее всякого человека к вечному спасению. В истине сего совершенно можете увериться, ежели со вниманием выслушаете толкование на оное.

Рим.15:1. Братие, должны есмы мы сильнии немощи немощных носити, и не себе угождати.

Почему Павел восхотел похвалить сам себя, сказав: «мы сильнии». Неужели он забыл сие завещание: «да хвалит тя искренний, а не твоя уста: чуждии, а не твоя устне» (Притч.27:2). Человек Божий был вынужден назвать себя сильным, дабы чрез то уверить слушателей, что учение, им преподаваемое, не есть невозможно: но ежели бы он сказал: вы сильнии, должни носить немощи немощных: то всяк бы вопросил его, кто же силен? И таким образом все бы отреклись от исполнения Апостольской заповеди. Однако он умерил похвалу, совокупив себя с другими, и сказав во множественном числе: «должни есмы мы сильнии». Почему же он был силен? Кто суть сильные и кто немощные? Что то за немощи немощных? и как сильные носят немощи оные, если не угождают сами себе? Павел был силен по данной ему от Бога премудрости и благодати, и по великой своей добродетели. Сильны же суть и все его подражатели, взошедшие на высоту добродетели и твердо в ней пребывающие: а немощные суть те, кто не достигли в меру добродетели, и не утвердились на камени Божиих заповедей. Немощи же суть их погрешности и недостатки, которые сильные носят, когда нимало не презирая и не отвращаясь их, стараются всячески о их исправлении, как поступал Павел, почему и сказал: «Бых немощным яко немощен, да немощныя приобрящу: всем бых вся, да всяко некия спасу» (1Кор.9:22). Сии немощи те только могут носить, которые не угождают самим себе, то есть, которые не самолюбивы: потому что самолюбивый любя только себя, не может терпеть ничего противного своему самоугодию, он не печется ни о ком, кроме себя. И так когда мы носим немощи немощных, тогда самолюбие бежит от нас, и приходит к нам благословенная любовь, которая есть закона исполнение: по сей-то причине Павел сказал на другом месте: «друг друга тяготы носите, и тако исполните закон Христов» (Гал.6:2). Се путь, ведущий нас к любви, се способ и средство к утверждению нашему в оной! Но посмотрите, каким образом он, заповедав нам не угождать самим себе, показал далее и то, кому и как мы должны угождать.

Рим.15:2. Кийждо же вас ближнему да угождает во благое к созиданию.

Мы угождаем людям двояким образом: или способствуя исполнению худых их пожеланий, или споспешествуя им в совершении благих намерений. Почему Апостол не просто сказал: «кийждо вас ближнему да угождает»: но приложил еще к тому «во благое к созиданию». Пиша же о сем к Коринфянам представляет им в пример самого себя, говоря: «якоже и аз во всем всем угождаю, не иский своея пользы, но многих, да спасутся» (1Кор.10:33). И так ежели мы стараемся угодить ближнему своему с тем намерением, чтобы заставить его творит благие дела к назиданию и пользе его, то исполняем Апостольскую заповедь: ежели же угождаем ему тем, что споспешествуем и содействуем лукавым советам его, то преступаем Апостольскую заповедь: не служим Иисусу Христу, но сослужителями и сообщниками бываем грехов нашего ближнего. О сем пагубном угождении тот же Апостол сказал следующее: «или ищу человеком угождати, аще бо бых еще человеком угождал, Христов раб не бых убо был» (Гал.1:10). Он также заповедал нам не токмо удаляться такового угождения, но и обличать других в делах греховных: «не приобщайтеся к делом неплодным тмы, паче же и обличайте» (Еф.5:11). Сие учение свое подтверждает он примером Иисуса Христа, говоря:

Рим.15:3. Ибо и Христос не себе угоди, но, якоже есть писано: поношение поносящих тебе нападоша на Мя.

Здесь Божественный Павел употребляет по обыкновению своему витийственное украшение, именуемое опущение. Чтобы уразуметь смысл настоящих слов его, прибавить должно к оным другие речения, и выразить таким образом: ибо Христос не себе угодил, но поносим был, якоже есть писано. Почему же Христос не угодил Себе: Потому что Ему, яко человеку, неприятны были ни поношения, ни смерть: посему Он и молил Отца Своего: «ныне душа Моя возмутися, и что реку?» (Ин.12:27) Отче! спаси Мя от часа сего. Отче мой! Аще возможно «есть, да мимо идет от Мене чаша сия» (Мф.26:39). Хотя же сия чаша поношений и смерти и неприятна была Ему: однако ж Он приял ее для спасения нашего. «Обаче», сказал Он, «не якоже аз хощу, но якоже Ты. И вместо предлежащия радости, претерпе крест, о срамоте нерадив» (Мф.26:39; Евр.12:2). А что Иудеи поносили Его, то известно: ибо они иногда говорили о Нем: «что яко с мытари и грешники яст и пиет» (Мк.2:16): иногда: «аще бы был Пророк, видел бы, кто и какова жена прикасается ему: яко грешница есть» (Лк.7:39): иногда: «о князе бесовстем изгонит бесы» (Мф.9:34): а иногда: «не добре ли мы глаголем, яко Самарянин еси ты, и беса имаши?» (Ин.8:48). Равно и в то время, как Он страдал и висел на древе крестном: «и мимохододящии хуляху его» (Мк.15:29, 31), и Архиереи с книжники ругались Ему, и «разбойника распятая с ним поношаста ему» (Мф.27:44). О сих поношениях воспел пророчески Давид, яко от лица Христа, глаголющего ко Отцу Своему: «Отче поношения поносящих тебе нападоша на мя» (Пс.68:10): и поистине поносящие Христа поносили Бога: поелику Христос есть Сын Божий и Бог, едино со Отцем Своим по единосущности Божества, как Он Сам открыл, сказав: «Аз и Отец едино есма» (Ин.10:30). И как приемлющий Иисуса Христа, приемлет и пославшего Его, по сим словам: «Иже аще Мене приемлет, приемлете пославшаго Его Бога Отца» (Лк.9:48). Выслушайте ж и причину, для которой Апостол привел здесь пророчество о поношениях Иисуса Христа.

Рим.15:4. Елика бо преднаписана Быша, в наше наказание преднаписашася, да терпением и утешением писаний, упование имамы.

Я привел, говорит, слова Пророка и Царя Давида, которыми он предсказал о поношениях, учиненных Христу, потому что все, что писано в Священном Писании прежде, нежели совершилось, предписано для нашего научения и наставления: предписано для того, дабы мы, видя в Священном Писании предсказанные от Пророков поношения, каковые Христос претерпел по любви Своей к нам, переносили также великодушно всякую скорбь и поношение из любви к Нему и ближнему, и будучи утешаемы словами Божественного Писания, возлагали всю свою надежду на Иисуса Христа, Спасителя мира.

Рим.15:5-6. Бог же терпения и утешения да даст вам тожде мудрствовати друг ко другу о Христе Иисусе: Да единодушно едиными усты славите Бога и Отца Господа нашего Иисуса Христа.

Всехвальный Апостол Господень желает Римлянам, к которым он писал сие послание, а в лице их и всем верующим во Христа, чтобы Бог терпения и утешения ниспослал им дар тожде мудрствования, да все единым сердцем и едиными устами прославят Бога и Отца Господа нашего Иисуса Христа. Но почему он Бога назвал Богом терпения и утешения? Или потому, что Он есть податель терпения и утешения; или что Он обитает в тех людях, которые терпеливы, и которых находят в Священном Писании действительное утешение во всех своих горестных обстоятельствах. Тожде же мы мудрствуем тогда, когда мысли наши согласны и имеют одну и туже цель. Апостол к словам: «тожде мудрствовати», присоединил и сие, о Христе Иисусе: потому что люди часто согласны бывают не в том, чего требует воля Иисуса Христа, но что противно воле Его, как то неверные согласны в неверии, еретики в еретических своих мудрствованиях, раскольники во мнениях раскола, а разбойники в решимости на похищение и грабительство. Все убо сие Апостол отдалил от единомудрия, сказав: о Христе Иисусе. Ибо кто имеет мудрствования и помышления, угодные Иисусу Христу, того ум свободен и чист от всякого нечестия, а дела нескверны и чисты от всякого греха. Но каким образом многие, имея каждый у себя уста, могут славословить Бога едиными устами? Когда многие одно и тоже мудрствуют и мыслят, тогда и славословие их имеет одинаковые мысли: почему судя по одинаковости сей, и говорится о нем, что оно произносится едиными устами, хотя и в самом деле происходит из многих. По таковом желании Апостол паки начинает говорить о снисхождении к погрешностям ближнего, и о попечении о спасении его.

Рим.15:7. Темже приемлите друг друга, якоже и Христос прият вас во славу Божию.

Апостол сказал прежде, чтобы мы должны носить немощи немощных, и что каждый из нас должен угождать своему ближнему, имея целию его пользу: потом желал, чтобы Бог ниспослал на них единомудрие, поколику от сего проистекает любовь, а от любви перенесение погрешностей ближнего и попечение о его спасении: предлежащими же словами паки подтверждает то же, что сказал прежде: «темже приемлите», говорит, «друг друга». Но каким образом мы можем принимать другого? «Якоже и Христос прият нас». Каким же образом приял нас Христос? Он не возгнушался нами за грехи наши, но понес их и пострадал за нас, дабы тем исцелить язвы грехов наших. «Сей грехи наша носит, и о нас болезнует. Тойже язвен бысть за грехи наша, и мучен бысть за беззакония наша, наказания мира нашего на Нем, язвою Его мы исцелехом» (Ис.53:4-5). Следовательно когда мы не отвращаемся от ближнего нашего за грехи его, но терпим его и всячески стараемся, чтобы он, исцелившись от греховных ран, получил спасение: тогда мы приемлем его, якоже и Христос прият нас. Здесь надобно заметить и то, что сие дело составляет славу Божию: ибо говорит, прият нас Христос во славу Божию. Так, спасение дарованное людям чрез воплощение Иисуса Христа, есть поистине слава Божия: ибо спасенные Иисусом Христом выну приносят Богу благодарственное славословие.

Беседа о единомудрии и согласии в вере

Когда приблизилось время спасительного страдания Господня, тогда Господь Иисус, возвед на небо очи, призывал Бога и Отца Своего и молил, да все верующие в Него будут едино: «Отче святый», взывал Он, «соблюди их во имя Твое: да будут едино. Не о сих же молю токмо, но и о верующих по словеси их ради в Мя: да вси едино будут якоже Ты, Отче, во Мне, и Аз в Тебе, да и тии в Нас едино будут. И Аз славу, юже дал еси Мне, дах им, да будут едино, якоже мы едино есмы: Аз в них, и Ты во Мне, да будут совершении во едино» (Ин.17:11, 20-22). Взирая на очи Иисуса Христа, обращенные на небо, слыша, как Он призывает Бога и Отца Своего, как пять крат повторяет в молитве Своей сии слова: «да будут едино», справедливо заключить оттуда должно, что Богочеловек молил о сем Отца Своего с великою горячностию. Но каким образом мы, будучи человеки, можем быть едино? По телу ли? Сие невозможно. По душе ли? И сие также невозможно. Богодухновенный Павел объяснил сию истину в своей молитве: «Бог же терпения и утешения», взывал он, «да даст вам тожде мудрствовати друг другу о Христе Иисусе» (Рим.15:5): да единодушно едиными усты славите Бога и Отца Господа нашего Иисуса Христа. Вот способ, совокупляющий нас воедино, то есть согласие мыслей и единомудрие. Когда мы мудрствуем одно и то же, то есть когда имеем одинаковые мысли о Христе: тогда мы едины есмы, тогда все уста как бы единые служебно славословят единосущную и нераздельную державу триипостасного Божества.

Но для чего Богочеловек молил Отца своего о сем нашем единомудрии и единомыслии с таким усердием и горячностию? Для того, что единомыслие есть источник, из коего проистекает любовь и основание, на котором утверждается любовь, которая есть исполнение закона, и на которой висят весь закон и Пророцы (Рим.13:10: Мф.22:40). Когда мысли и суждения наши согласны, то есть когда то, что я почитаю справедливым, и ты признаешь таковым же: тогда сходственность мнения совокупляет воедино и сердца наши и желания: будучи одинаковых мыслей, одинаковую имеем и волю, так что, чего я например хочу, того и ты желаешь. Таковое сходство мыслей, таковое единство сердечного расположения и воли, рождают в нас взаимную искреннюю любовь. Посему доколе бывает в нас единомудрие, дотоле пребывает в сердце нашем любовь непоколебима и непременяема: когда же удалится от нас единомыслие, тотчас удаляется и любовь. Ежели я мыслю, что то истина, а ты судишь, что ложь: ежели я думаю, что полезно, а ты думаешь, что вредно: тогда мы не единомудренны, но иномудренны: тогда мы не согласны между собою. Разномыслие же сие и несогласие рождает в сердцах наших расположения и желания, одни другим противные: откуда происходят распри, споры, и расположения ненавистные, которые делают то, что Богоугодные отрасли любви увядают или и совсем иссыхают.

Некоторые из Коринфян называли себя учениками и последователями Павловыми, другие Аполлосовыми, иные Кифиными, а некоторые Христовыми: что сие есть, как не разномыслие? Они не мыслят одинаково, но один так, а другой иначе, отчего и произошло между ними разногласие и любопрение. «Возвестися бо ми», писал к ним Павел, «о вас братие моя посланным от Хлоиса, яко рвения в вас суть» (1Кор.1:11). поелику же он знал, что от того хладеет любовь и происходят бесчисленные соблазны и бедственные расколы: то воззывая их к единомыслию, говорил: «молю же вы, братие именем Господа нашего Иисуса Христа, да тожде глаголите вси, и да не будет в вас распри: да будете же утверждени в томже разумении и в тойже мысли» (1Кор.1:10).

Павел и Варнава обтекают вкупе различные грады и страны, проповедая Евангельские истины, будучи во всем согласны, совершенно любовны, совокупны, и неразлучны. Потом Варнава признает за нужное взять с собою Иоанна, называемого Марком, а Павел почитает за лучшее не брать его: Варнава думает о Марке то, а Павел иное, и так они о Марке не одно и то же мудрствуют, но суть не согласны. Что ж произошло от такого их разномыслия? Не произошло ни ненависти, ни вражды, ни гнева, потому что они были незлобивы и святы: последовала однако ж распря, а за сию разлучение. «Бысть убо распря, яко отлучитися има от себе» (Деян.15:39). Вот, что случается и с самыми святыми мужами, когда они перестают быть единомудренными и согласными!

Откуда происходит столько ересей, столько мы их находим в Истории? От иномудрствования. Арий в противность правому и общему оному всех верных мудрствованию, что Иисус Христос яко Бог есть единосущен Отцу, превратно и злохульно мудрствует так, что Иисус Христос не есть Бог единосущный Отцу, но иносущный Ему. Македоний, вопреки общему и Апостольскому мудрствованию о Духе Святом, что он есть Бог, думает по безумию своему и верует так, что Дух Святой есть тварь. Савелий не принимает общего и Богопреданного учения о Пресвятой Троице? Но держится собственного мнения: он не верует единому Божеству в трех лицах, но что едино есть Божество, и едино лице, имеющее только три имени. Апполинарий отвергает общее и святое мудрствование всех верных, и выдает свое, породившееся от буйства: верные все единомудренно веруют, что Сын и Слово Божие, воплотившись восприяло все человеческое естество, то есть душу и тело: а он по безумию своему думал, что воплотившееся Слово восприяло одно только тело человеческое, и потому оно было бездушно. Несторий, отступив от общего и православного учения о Пресвятой Деве Марии, составил другое беззаконие, происшедшее от диавольского высокомерия помраченного его ума: все православные единомудренно веруют, что Приснодева, рождшая Сына Божия, есть Матерь Божия и Богородица: а он, по сумасбродству своему отрицая сие, иномудрствовал и говорил, что она есть Христородица. Все еретики отступали от общего и святого мудрствования верных, и имели мудрствования собственные, нелепые и Богопротивные: таковое разномыслие изгладило из сердец их добродетель любви, отчего сколько произвели они споров, раздоров, гонений, притеснений и браней, сколько пролили крови святых исповедников, и сколь учинили зол самых бедственных и ужаснейших: все то видеть можно в церковных Историях. Если все они были одинаковых мыслей с православными, то бы не только не произошло от них толикое множество зол, но еще ознаменовали бы себя делами блаженной и спасительной любви, делами к пользе и спасению ближнего служащими.

Но ежели о единомудрии, скажете, молился не только Павел, но Сам Единородный Сын Божий, Богочеловек Иисус: то отсюда видно, что оно есть дар от Бога свыше посылаемый людям по Его благоволению: когда убо единомыслие о Христе есть дар Божий, то я не должен стараться о приобретении оного. Ежели Бог просветит мой ум, дабы я мыслил о нем согласно со всеми верными, то я буду православным: ежели же Он не ниспошлет мне того дара, то я пребуду злочестивым. Ежели Бог научит меня мыслить так, как мыслят добродетельные, то я буду добродетельным: ежели же не ниспошлет мне дара единомыслия с ними, то я останусь худым. Единомудрие о Христе есть дар Божий, как и всякое другое благо: но поколику Бог есть праведен, то Он и ниспосылает дары Свои только тем, которые достойны оных. Посмотрите, же какие Божественный Павел прежде, нежели начал молить Бога о единомудрии, дал нам завещания, посредством коих мы можем приуготовить себя ко принятию сего великого дара: «Должны есмы мы», сказал он, «сильнии немощи немощных носити, и не себе угождати: кийждо же вас ближнему да угождает во благо к созиданию» (Рим.15:1-2). А потом, молясь, сказал: «Бог же терпения и утешения да даст вам тожде мудрствовати друг ко другу о Христе Иисусе» (Рим.15:5). Посему ежели мы носим немощи слабых, и угождаем не самим себе, но ближнему нашему для пользы и усовершенствования его: то Бог, видя нас готовых и достойных приятия даров Его, ниспосылает нам великий дар единомыслия.

Божественный Павел, дабы убедить нас к исполнению спасительного его завещания, предлагает нам в пример Иисуса Христа: «ибо и Христос не себе угоди», говорит, «но якоже есть писано, поношения поносящих Тебе, нападоша на Мя» (Рим.15:3). И так возвожу я очи на Иисуса Христа моего Спасителя, и вижу, что Иудеи поносят Его, вопия дерзновенно: «не добре ли мы глаголем, яко Самарянин еси ты, и беса имаши?» (Ин.8:48) Он же со всякою кротостию ответствуя им, увещевает их и поучает правилам спасения: взираю на моего Спасителя, но подражаю ли Ему? Сношу ли так же немощь, то есть, ярость и гнев человека, поносящего меня? Горе мне: я воспаляюсь гневом, когда слышу поношения мне чинимые, взаимно поношу обидчика моего, и ежели будет случай, готов даже бить и уязвлять его. Фарисеи непрестанно клевещут на Иисуса Христа пред всеми: «сей», говорят, «не изгонит бесы, токмо о Вельзевуле князе бесовстем» (Мф.12:24). Он же различными доводами тщится вывести их из заблуждения, и управить к познанию истины: переношу ли и я таким же образом погрешность, то есть, зависть или ненависть клеветника моего? Горе мне: я воздаю ему тем же: я соплетаю на него такую же или еще и большую клевету, копаю ров, дабы погребсти его в нем. Иуда Искариотский предает Христа на смерть? Он же увидев Его, идущего к себе, да чрез лобзание предает Его, сказал: друг мой! Для чего ты предстал пред Меня? «Друже, твори на неже еси пришел»27 (Мф.26:50). Принимаю ли и я таким же образом предателя моего? Говорю ли ему, когда он придет ко мне: друг мой, для чего ты пришел ко мне? Горе мне: я вместо того строю против него всякие коварства, всякие сети и козни.

Воззрите на Иисуса Христа, с каким терпением несет Он неправосудия судивших Его, поругания воинов, заплевания народа, заушения, биения, и жестокость распявших Его. Он не только с неизреченным состраданием к ним понес все, но и, вися уже на Кресте, молил Бога и Отца Своего, да отпустит им прегрешения: «Отче», говорил Он, «отпусти им: не ведят бо что творят» (Лк.23:34). Мы напротив окаяннейшие не хотим перенести ни одного противного слова, ни одного сурового или насмешливого взгляда от своего ближнего. Иисус Христос понес страдания, крест и смерть, будучи безгрешен, да избавит нас от мучения: а мы ни малейшего труда и беспокойствия не хотим понести для облагодетельствования наших братий: мы, будучи преисполнены грехов, не только не хотим понести немощи оскорбляющих нас, но и немощам никакого оскорбления нам не причиняющих не состраждем: видим братий наших согрешающих, и не только не стараемся о исправлении их, не только не покрываем греха их, но еще приходя то к тому, то к другому, рассказываем о их преступлении, осуждаем их в оном, и приводим в посмеяние.

И так будучи таковы, как мы можем быть причастны Божественного дара единомудрия, о котором молился не только Павел, но и Сам Богочеловек Иисус? Мы не вливаем драгоценного мира в сосуды худые и нечистые: так и Бог не дает бесценных даров своих сердцам несострадательным, не хотящим сносить погрешностей своего ближнего: от сего-то мы лишены бываем небесного дара единомудрия: от сего-то ни во градах, ни в домах, ни между родственниками, ни в самых священных храмах, не видно единомыслия, но повсюду царствуют споры, разномыслия и несогласия, которые бывают причиною многих соблазнов, междоусобий, браней и других тмочисленных и самых лютейших зол.

Братие моя возлюбленная! Апостольская заповедь, которую вы сегодня слышали, полезна не только для души, но и для тела: не только устрояет душевное состояние, но утверждает и гражданское правление. Силен и ненаветен тот град, коего жители носят тяготы друг друга: мирен и благополучен тот дом, спокойно то братство и супружество, где один сносит погрешности другого: счастливо всякое общество, в котором сохраняется сие Апостольское завещание: исполнение его согревает и укрепляет в сердцах наших великую добродетель — любовь, от которой проистекают все земные блага! от которой и вечное бывает спасение. Памятуйте убо всегда сие Апостольское учение: «Должни есмы мы сильнии немощи немощных носити и не себе угождати» (Рим.15:1). Имейте всегда пред очами вашими сию заповедь: и когда сохраните ее, то исполните закон Иисуса Христа: «Друг друга тяготы носите, и тако исполните закон Христов» (Гал.6:2). Аминь.

16. В неделю восьмую толкование на Евангелие от Матфея (Мф.14:14-22)

Над слепыми, и хромыми, и сухорукими, и прокаженными, и расслабленными, глухими и немыми, лихорадочными, кровоточивыми, бесными показал Богочеловек Иисус Божественное Свое милосердие и явил беспредельную Свою силу. Исцелил всякую болезнь и немощь, изгнал бесов, воскресил мертвых, воздвиг и из гроба четверодневного Лазаря, сотворил чудеса многие, велия и преестественные. Нынешнее же священное Евангелие возвестило нам и еще новый вид чудеси, равно великого и поразительного. Пятью хлебами и двумя рыбами насытил пять тысяч мужей, кроме тамо бывших жен и детей, да еще и осталось хлеба дванадесять полных с укрухами кошниц. Сие не токмо доказывает благоутробие и всемогущество Иисуса Христа, но и вливает в сердца в Него верующих многое дерзновение и великую надежду. Кто с верою отверзет слух и со благоговением послушает толкования нынешних Евангельских слов, тот узрит промысл Божий, не токмо врачующий болезни наши, но и предупреждающий всякую нужду, и избавляющий нас от всякой напасти. Подадите убо слову нашему слышание, внимание, веру, благоговение, да вселится в сердцах ваших надежда Божия, святая и спасительная.

Мф.14:14. Во время оно, виде Иисус мног народ, и милосердова о них, и исцели недужныя их.

Слышав Господь неправедное убийство Предтечи и Крестителя Иоанна, удалился от Иерусалима и пришел в пустыню близ града Вифсаиды, да успокоится тамо со учениками Своими наедине (Мф.14:12- 13; Мк.6:6,45). Народ же окрестных градов узнав, что Иисус от Иерусалима удалился, немедленно с женами и детьми путешествуя, в след за Ним пустился с толикою поспешностию и пришел в оную пустыню, что не успел взять с собою ни малейшей пищи. Видев Благоутробный таковую веру и ревность их, умилосердился над ними, и прежде много поучил их, как пишет Евангелист Марко, потом, хотя ни один Его не просил, исцелил всех больных, которых туда приносили (Мк.6:34). Из чего великая надежда возрождается в сердцах наших. Ежели Человеколюбец безе всякого ходатайства, ради единой веры и ревности народа, умилосердясь, исцелил больных между ним: то кольми паче умилосердится над нами, если мы, будучи немощными, с верою и благоговением простирая руки, будем просить Его, да исцелит немощи наши. Видно же, что Богочеловек чрез несколько часов продолжал слово учения Своего, или толикое множество было недужных, что между тем, как каждый из оных к Нему подходил для получения исцеления, прошел день и наступил вечер. Ибо пишет Евангелист:

Мф.14:15. Позде же бывшу, приступиша к Нему ученицы Его, глаголюще: пусто есть место, и час уже мину, отпусти народы, да шедшее в веси купят брашна себе.

Поелику наступил вечер, то Божественные Апостолы, видя толикое множество людей тощих, а место то пусто, и показывая любовь к ближнему и пастырское попечение, приступили к Пастыреначальнику Христу и сказали Ему: понеже место сие есть пусто и стало уже поздно, а народ не найдет здесь никакой пищи, то отпусти его, да идут в ближайшие небольшие грады и купят брашна себе. Приметь, что Матфей написал, что ученики, приступивше к Иисусу Христу, сказали Ему сие: Иоанн же повествует, что Иисус Христос вопросил Филиппа: «чим купим хлебы, да ядят сии?» (Ин.6:5) Однако не мни, чтобы повествование сих Евангелистов противно между собою было. Ибо Иоанн написал прежде бывшее и от Матфея умолчанное, то есть, что прежде Иисус, «возвед очи и видев много множество народа, глагола к Филиппу: чим купим хлебы, да ядят сии?» Потом пришедши ученики, предложили Ему Матфеем повествуемое. Добре же сие описал Иоанн; ибо из сего уверяемся, что Бог и прежде прошения нашего видит нужду нашу и, яко милосердый Отец, печется о уврачевании оной. Из сего же оживотворяется в сердцах наших к Богу надежда, и утверждается и превозрастает. Но что ответствовал Иисус Христос, когда о сем предложили Ему ученики Его?

Мф.14:16. Иисус же рече им: не требуют отъити, дадите им вы ясти.

Се, какое смирение в словах Богочеловека! Сказав: «не требуют отъити», то есть, да не идут покупать брашна, не рече: Я дам, и насыщу их, но: «дадите, говорит, вы им ясти», вы написайте их, — что самое и сбылось. Ибо Он, как ниже показывает Евангелист, благословением Своим умножил хлебы и рыбы: ученики же Его раздавали оные алчущему народу и оный насытили. Ты же из сего научись, что где недоумение и немощь естества, там действует сила и исполнение благодати, якоже Бог устами Богоглаголивого Павла рече: «сила бо Моя в немощи совершается» (2Кор.12:9). Посему-то сперва показан был всем недостаток в брашнах, по естественной причине; потом воссияла благодать всесильной десницы: ответ Апостольский всем ясно показал, что не было никакого средства к препитанию в той пустыне толиких тысячей народа.

Мф.14:17. Они же глаголаша Ему: не имамы зде токмо пять хлеб и две рыбе.

Мы, ответствуют они, в сей пустыне не имеем, кроме пяти хлебов и двух рыб. Из чего видно, что Божественные Апостолы предварительно испытывали, принес ли народ тот с собою брашна. Яснее же о сем повествует Евангелист Иоанн, говоря, что Апостол Андрей ответствовал Иисусу: «есть отрочищ зде един, иже имать пять хлеб ячменных, и две рыбе: но сии что суть на толико?» (Ин.6:9) Сей обстоятельный ответ доказывает, что не токмо прежде еще тщательно осмотрели Апостолы, но и приложили пастырское попечение и отеческое старание о алчущих. На сие, се, что ответствует Иисус:

Мф.14:18-19. Он же рече: принесите Ми их семо. И повелев народом возлещи на траве, и прием пять хлеб и две рыбе, воззрев на небо, благослови: и преломив даде учеником хлебы, ученицы же народом.

Послушайте, колико поучений содержат сии Иисуса Христа слова. Первое: «принесите Ми, говорит Он, их семо»; потом прилагает: «и прием пять хлеб и обе рыбе». Хотел Человеколюбец не токмо видеть, но и Своими руками осязать брашна, которые имели раздаваться алчущим, для того, чтобы ты познал, какое внимание и какая попечительность требуется при подаянии милостыни. Сим поступком глаголет тебе Господь: смотри и касайся пищи, или одеяния, или чего иного, что подаешь бедному; ибо если не будешь видеть и не прикоснешься, но положишься на раба твоего, или на другого кого: тот, если случится быть худых нравов, подаст бедному или мало, или напрасно и бесполезно. Второе: «и повелев, пишет Евангелист, народом возлещи на траве». О сем пространнее повествует Богоглаголивый Марко, говоря, что Иисус Христос повелел весь народ посадить на зеленой траве, разделив по сту и по пятьдесять, расположив на обеды, так как делают хотя на одном месте находящиеся, но за разными столами посажденные. «И повеле им посадити вся народы на споды на траве зеленее. И возлегоша на лехи, по сту и по пятидесяти» (Мк.6:39-40). Таковое расположение соделало и чудо для всех видимых, и раздаяние брашен удобным и равномерным: оно же прекратило всякое помешательство, так что все в благочинии, благообразии и тишины вкушали и насытились. Ты же, видя из сего, что благочиние Богу есть приятно и тебе полезно, все твои дела твори не бесчинно, не с шумом, но благочинно и в тишине, якоже небошественник Павел повелевает тебе, говоря: «вся благообразно и по чину да бывают» (1Кор.14:40). Третье: «и воззрев на небо». Взирает горе на небо, да научит, что Он с небеси сшел, и что не есть противобожник, но вся творит со Отцем и Святым Духом. Четвертое: благословляет хлебы и рыбы, якоже Богоглаголивый Лука вещает, говоря: «приим же пять хлеб и обе рыбе, воззрев на небо, благослови их» (Лк.9:16), да и мы, «видя сие, глаголет Божественный Златоуст, за трапезою всегда сие творим» (в беседе на Матф.), то есть, чтобы и мы, по сему примеру Иисуса Христа, благословляли брашна наша, прежде нежели сядем за стол и вкусим предложенной на нем пищи и пития. Пятое: преломляет потом хлебы и дает оные в руки учеников. И якоже во время Пророка Илии умножал Бог горсть муки и елей в чванце в руках Сарептской вдовы: тако тогда Иисус Христос размножил пять хлебов и две рыбы в руках Апостольских; якоже вода от источника, тако хлебы и рыбы от рук их источались, и ими разделяемы были тысячам тамо бывшего народа. Из чего научаемся, что мы, какую бы вещь ни подавали бедным, все то подаем от данных нам Богом, еще же и тому, что милостыня приумножает имущество дающего оную. И так Иисус дал хлебы в руки учеников и разделил рыбы, якоже повествует священный Марко, а ученики раздали то множеству народа (Мк.6:41).

Мф.14:20-21. И ядоша вси, и насытишася: и взяша избытки укрух, дванадесять коша исполнь. Ядущих же бе мужей яко пять тысящь, разве жен и детей.

Велий еси Господи, и чудны дела Твоя, и ни едино слово довольно к пению чудес Твоих! Хотя бы на самые мельчайшие и почти невидимые крупицы разделить пять хлебов и две рыбы, то едва бы и по одной крупице досталось каждому из пяти тысяч: однако каждый из них, еще же и жены и дети, столько получили, что не только все ели и насытились, но и осталось двенадцать кошей или корзин полных. Остались же хлебы и рыбы для того, чтобы чудо не показалось мечтою: двенадцать кошей в остатке для того, чтобы каждый Апостол взял по единому кошу. Укрухи же, то есть, куски, а не целые хлебы и рыбы, остались для того, чтобы показывали, что они суть остатки благословенных и раздробленных пяти хлебов и двух рыб. Какой же ум может постигнуть, или какое слово довольно описать, как то, каким образом толикое множество людей пятью хлебами и двумя рыбами умножались и проистекали из рук Апостольских? Также, почему ни меньше, ни больше, а двенадцать кошей полных осталось? Единый токмо весть, каким сие было образом, то есть, сия сотворивый Бог. Но едва чудо совершилось, то —

Мф.14:22. Абие понуди Иисус ученики Своя влезти в корабль, и варити Его на оном полу, дондеже отпустит народы.

Сотворив чудо, хотел Богочеловек, как видно из нижесказанных слов тогожде Евангелиста Матфея, взыти един на тамошнюю гору и тамо помолиться: но добрые и возлюбленные Его ученики отлучиться от Него не хотели (Мф.14:23). Почему и понудил их немедленно Спаситель и Учитель, чтобы они, пока Он отпустит народы, имеющие сушею возвратиться восвояси, вшед в корабль, варили Его, то есть, прежде Его пришли, на оном полу, то есть, за Вифсаидою. Сим научил Он, что и нам должно о пользе братии всегда стараться, и уединенной молитвы дело никогда не оставлять (Мк.6:45).

 Беседа о уповании (с молитвой в конце)

История нынешнего Евангелия оживляет, как вы слышали, насажденную Богом в сердце каждого человека силу надежды, и чудным образом направляет оную к Самому подателю и совершителю ее, — к Богу, говорю, человеколюбивейшему и всемогущему. Всяка душа человеческая имеет, без сомнения, по естеству силу надежды. Ни беды, ни нужды, ни несчастия, ни место, ни время, ниже ино что может искоренить из сердца человеческого силу надежды. Надежда не оставляет нас и в последний час смерти, но и тогда соприсутствуя, ободряет и обещает здравие и жизнь. Она всякого человека во всяком укрепляет начинании и во всяком обстоятельстве. Земледелец сносит труд земледельчества, понеже надеется пожать плод; мореплаватель презирает морские бедствия, понеже надеется и избегнуть кораблекрушения, и получить прибыток; больной утешает себя в болезненных трудах, понеже надеется получить исцеление своей болезни. Надежда освобождения утешает всякие скорби и облегчает всякие притеснения, каковые производят гонения, нападения, клеветы, измены и всякое иное горестное обстоятельство. Если же оскудеет надежда, то никто ниже к единому делу приступить, никто не обретет утешения в сей несчастной юдоли плачевной, в которую мы заточены.

Великое поистине Божие человеколюбие! Хотя лишил Бог человека за преступление рая сладости, изгнал его в сию землю и сказал: «проклята земля в делех твоих, в печалех снеси тую вся дни живота твоего»; также: «терния и волчцы» (Быт.3:17-18), то есть, скорби, беды, нужды, болезни, «возрастит тебе»; однако оставил в сердце его силу надежды, яко утешительное врачевство противу несчастий и сладкий бальзам противу горестных его обстоятельства

Но, о несчастия! То, что случается с другими способностями, Богом в естестве человеческом насажденными для спасения его, то же случается и с силою надежды. Снабдил Бог естество наше любовию, дабы мы, посвящая оную Богу, любя Его от всего сердца, наследовали вечное Его царствие: но мы, все желание наше привязуя к земному и любя от всего сердца твари, плотские сласти, мирскую суету, повинными делаемся вечной муке. Снабдил Бог естество наше мужеством, пружиною души нашей, да посредством оного мужаемся противу искушений диавольских и ратуем противу нападений греховных: но мы мужество свое употребляем на поношения и оным вооружаемся противу своего ближнего. Ковач соделал нож для полезного употребления человеческого: люди же нож во зло употребляют, умерщвляя им друг друга. Бог насадил в душах наших мужество и желание, да употребляем оные, яко орудия спасения: мы же, во зло употребляя, творим оные орудиями погибели. Таковое же злоупотребление творим и с надеждою. Бог даровал сей великий надежды дар для того, дабы мы, во всем и всячески на Него опираясь, находили в Нем твердое прибежище в телесных бедствиях и пристанище душевного спасения небурное: но мы всю надежду нашу возлагаем на человеков, на сребро, на драгоценные камни, на вещи ничтожные и изменяемые, тленные и временные, отчего надежда не бывает полезна я душеспасительна, но вредна и душепагубна.

Бог и словом научил, и делами показал, что на Него, а не на человеков, нам надобно возлагать надежду. «Не надейтеся, завещает Он, на князи, на сыны человеческия, в нихже несть спасения» (Пс.145:3): ты же, человече, и состояния, и чести, и всякой пользы не от Бога, но от князя чаешь. Князь, яко человек, есть пременен: ныне тебя любит, и покровительствует, заутра — ненавидит и тебя гонит. Князь, яко сын человеческий, ныне седит на высочайшем благополучия степени, почему весьма тебе и доброхотствует; заутра же ввергается в глубокий несчастия ров, почему и покровительство его нимало тебе не пользует. Князь, яко человек смертный, заутра умирает, ты же не токмо остаешься без покровительства его, но и от врагов его ненавидимым. Мы надеемся на сродников или на друзей: но они имеют или силу непроизвольную, или произволение бессильное, то есть, или совсем не хотят, хотя и могут, или совсем не могут, хотя и изволяют помогать нам. Они ныне обещают многое и великое, а заутра отвергают обещание и не исполняют ни многого, ни малого. Мы надеемся на сребро и злато, на драгоценные камни и вещи: но и сии ныне суть во власти нашей, а заутра или крадут воры, или расхищают разбойники, или истощают убытки или погубляют несчастные обстоятельства, или, наконец, отъемлет оные от нас смерть. Хочешь ли, чтобы надежда твоя имела твердое и истинное основание? Найди человека, могущего все сотворить по хотению твоему: найди человека, исполняющего неизменно обещания; найди человека, по естеству благотворительного, — и возложи на него надежду твою. Но где бы ты такового сыскал человека? Воистину такового не обрящешь человека. Но обрящешь, если хочешь, Бога. Он есть всемогущ: «яко в руце Его вси концы земли, и высоты гор Того суть, Яко Того есть море, и Той сотвори е, и сушу руце Его создасте» (Пс.94:4-5). Единого обрящешь Бога, «сотворшаго небо и землю, море, и вся, яже в них» (Пс.145:6). Сего единого обрящешь, хранящего обетование Свое неизменным во веки, «хранящаго истину в век». Сего единого обрящешь по естеству благорасположительна, ибо Той судит обидимым, питает алчущих, решит от всякой нужды оною окованных, умудряет слепцы, возводит в несчастия низверженных, любит праведников, хранит к Нему приходящих, приемлет на Себя попечение о сироте и вдове, заглаждает грехи грешников. «Творящаго суд обидимым, дающаго пищу алчущим. Господь решит окованныя, Господь умудряет слепцы: Господь возводитнизверженныя, Господь любит праведники: Господь хранит пришельцы, сира и вдову приимет, и путь грешных погубит» (Пс.145:7-9). Почто убо возлагаю я надежду мою на бессильных, на непроизвольных, на изменяемых человеков, а не на Бога всесильного, благотворительного, истинного, неизменяемого? Почто возлагаю надежду мою на бездушные, бесчувственные и недвижимые земные глыбы, а не на Бога, «сотворшаго небо и землю, море и вся, яже в них»? Если возложу всю мою на Него надежду, все, что хочу, получу мне полезное и буду всесчастлив и блажен. «Блажен, емуже Бог Иаковль помощник его, упование его на Господа Бога своего» (Пс.145:5). Неужели мы не доверяем словам Его, и потому не надеемся на Него? Но Он самыми делами показал, колико уповающим на Него помогает.

Четыреста тысяч мужей сильных от колена Иудова ополчаются против осми сот тысяч мужей, равно сильных, от прочих колен Израилевых: но побеждают до конца те четыреста тысяч сии осмь сот тысяч. «И укрепишася, свидетельствует Божественное Писание, сынове Иудины». Но почему же? «Яко, говорит оно, уповаша на Господа Бога отец своих» (2Пар.13:18). Ангел Господень поражает в едину нощь сто осмьдесят и пять тысяч Ассириян, пришедших попленить Езекию, царя Иерусалимского. Какая же причина? Та, что Езекия, свидетельствует Писание, «упова на Господа Бога Израилева» (4Цар.18:5). Потом заболел Езекия смертельно. Приходит к нему пророк Исаия, и от лица Божия возвещает ему смерть его, говоря: «тако глаголет Господь: заповеждь дому твоему: умреши бо ты, и не будеши жив» (4Цар.20:1). Езекия хотя приемлет с верою и благоговением святого Пророка слова, но не отчаивается и уповает на Бога; обращает лице свое к стене, да соберет мысли свои; потом, все свое упование на Бога возложив, молится, просит, плачет. Почему не токмо исцеляется, но еще прилагается ему пятьнадесять лет жизни, кроме же сего, сам он и град его Иерусалим освобождается от набега Ассирийского. «Услышах, глаголет ему Бог, молитву твою, и видех слезы твоя: се Аз исцелю тя, и в день третий взыдеши в дом Господень. И приложу к летом твоим лет пятьнадесять: от руки царя Ассирийска избавлю тя, и град сей» (4Цар.20:5-6).

История ныне чтенного Евангелия что другое показала, как не то, что на Бога уповающие никогдаже остаются лишенны Его даров? Пять тысяч мужей, а может быть, и еще пять тысяч жен и детей, толикую возложили надежду на Спасителя мира, что пешие, никакой пищи с собою не взяв, прибежали в пустое место, неся с собою больных своих. Что же они получили от Того, на Кого надеялись? То ли одно получили, чего надеялись? Не токмо всех больных их исцелил Господь, но и всех оных благословенными хлебами и рыбами до преизбыточества насытил. Ученики просили Его отпустить их, но Он не хотел их отпустить, прежде нежели и больных их исцелить, и алчбу их утолить. Преисполнено есть таковых примеров святое Писание, однако слово наше подтверждает и сие единое пророческое изречение: «на Тя уповаша, и не постыдешася» (Пс.21:6): и сие едино Апостольское наставление показывает истину. Вера же «не посрамит» (Рим.5:5).

Великий воистину есть дар — на Бога надежда: она есть веры единоутробная дщерь. Вера рождает в сердце человеческом надежду на Бога, а неверие и самые признаки оной заглаждает. От чего заключаем, колико полезна есть вера и в сей привременной жизни. Верный в бедах, скорбях, несчастиях, каковых никако отвратить не может, простирает руки свои на небо: Боже! вопиет он, заступи; надежда же на всесильную помощь бывает пластырем язв сокрушенного его сердца. Но неверный в неизбежных несчастных обстоятельствах, понеже ни малой не имеет надежды на Бога, никакого не обретает и врачевства, ниже находит какое- либо в величайшем своем страдании утешение. Верный, будучи обижаем, мучим, и ни от кого помощи не получая, прибегает к Богу, уповая, что Он будет защитником его и избавителем: таковая же надежда исцеляет великую скорбь души его. Неверный, поелику не имеет ни веры, ни надежды, ни прибежища в подобных обстоятельствах, ни врачевства, — мучится он неисцельно, и страждет неутешно. Верный и самую борьбу со смертию подъемлет в мире, и последнего жизненного часа ужасы побеждает мужественно, понеже верует, что смерть не есть смерть, но прехождение от временной жизни в жизнь вечную; понеже уповает, что в тот час святые Ангелы, верных наставники и хранители, предстоят, защищая, ободряя, помогая; почему умирает безболезненно, непостыдно, мирно. Неверному, поелику ничему из сего не верует, ничего из сего не чает, борьба со смертию люта есть и несносна: последний час жизни его прискорбен и исполнен смятения и неизобразимого отчаяния. Ужасается он, прежде сего часа и в самый оный, — разлучения от мира и уничтожения бытия его.

Убо, о надеждо! Ты еси добродетель святая, сокровище бесценное, бальзам небесный, дар совершенный, свыше исходяй от Отца светов! Ты утоляешь скорби мои; Ты усыпляешь лютость страданий немощи моей; Ты единая во всяком скорбном и опасном обстоянии предстательствуешь; Ты и страх смертный прогоняешь, и отчаяние во множестве грехов моих разсееваешь. Царю невидимый, сладчайший Женише души моей! Ты вся можеши, и вся Тебе послушают. Ты, насадивый в сердце моем надежду, сподоби мя благодатию Твоею, да николиже надеюсь на человеки и на временные мирские вещи, но да возлагаю присно все мое упование на всемогущество и благоутробие Твое. Тогда-то буду я всесчастлив и блажен! Ты бо рекл еси чрез Пророка Твоего, что блажен есть тот человек, который возложил все свое на Тебя упование: «блажен человек уповаяй на Тя» (Пс.83:13).

16.1. Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в восьмую неделю по Пятидесятнице (1Кор.1:10-18)

Коринф есть град Ахейский, богатейший в древние времена от бывшей в нем великой торговли, и вмещавший в себе тогда множество жителей и пришельцев: между ими много было софистов, ораторов и философов, в числе коих и Периандр, один из семи Греческих мудрецов: в сем-то знаменитом граде, Павел, пришед туда, первый посеял семена Евангельского учения: он убедил принять веру в Господа Иисуса Христа Крипса, начальника собора Иудейского «со всем домом его»: также и многие другие из Коринфян, «слышавше вероваху и крещахуся» (Деян.18:8). Павел по повелению Божию пребыл в сем граде год и шесть месяцев, проповедуя слово Божие: ибо Господь, явившись ему в видении ночном, рек ему «не бойся, но глаголи, и да не умолкнеши: зане людие суть ми мнози во граде сем» (Деян.18:9-10). По исшествии же своем из Коринфа написал сие первое послание свое к Коринфянам, будучи побужден к тому их посланием, которое они прислали к нему, и в котором делали ему вопросы о девстве и браке, как то можно видеть из следующих ответственных его слов: «а о нихже писасте ми, добро человеку жене не прикасатися» (1Кор.7:1). Сие послание Павел написал обретаясь в Македонии, как он сам свидетельствует говоря: «Прииду же к вам, егда Македонию прейду: Македонию бо прохожду» (1Кор.16:5). Содержится же в оном не только ответ на вопросы данные ему, но и много других удивительных наставлений, также обличения и запрещения на расколы, и грехи, явившиеся в Коринфе, по отшествии его оттуда. И во-первых по обычаю своему представил он свои благожелания и похвалы, потом в сильных выражениях начинает предлагать увещание, говоря:

1Кор.1:10. Молю вы братие, именем Господа нашего Иисуса Христа, да тожде глаголете вси, и да не будут в вас распри, да будете же утверждени в томже разумении и в тойже мысли.

Посылаемые земным Царем возвестить повеление его подданным, для удостоверения в том, объявляют слушающим их, что они говорят от имени Царя, таким образом и Богоглаголивый Павел, будучи послан от небесного Царя проповедником и учителем его заповедей для уверения в том вселенной, что его учение суть повеления Божии, говорит, что он именем Иисуса Христа молит их: «молю вас именем Господа нашего Иисуса Христа». О чем же он молит? О том, чтобы все говорили одно и то же, и не противоречили друг другу: и таким образом, друг от друга не отделялись бы. поелику же лицемеры говорят то, а мыслят другое и не имеют ни мыслей, ни мнений согласных с словами, которые они произносят своими устами? То он не просто сказал: «да тожде глаголете вси», но присоединил еще к тому: «да будете утверждени в томже разумении и в тойже мысли», то есть имейте совершенное согласие и в мыслях и во мнениях, научая сим, чтобы и слова и мысли их были совершенно согласны. И таковому согласию учил он не только Коринфян, но и Римлян. Первым говорил: «да будете же утверждени в томже разумении и в тойже мысли», а вторым: «Бог же терпения и утешения да даст вам тожде мудрствовати друг ко другу» (Рим.15:5): тем: «да тожде глаголете вси, и да не будут в вас распри»: и сим: «да единодушно едиными усты славите Бога и Отца Господа нашего Иисуса Христа» (Рим.15:6). Но для чего он к Римлянам писал о том в виде моления, а к Коринфянам в виде просительном? Для того, что те как говорили, так и мыслили одно и то же: почему молитвою предохранял их от несогласия и укреплял в единомыслии: я к сим он писал просительным, вместе же и повелительным образом, потому что дошло до его сведения, что они имели между собою споры, распри и несогласие.

1Кор.1:11-12. Возвестися бо ми о вас, братия моя, посланным от Хлоиса, яко рвения в вас суть: Глаголю же се, яко кийждо вас глаголет: аз убо есмь Павлов, аз же Аполлосов, аз же Кифин, аз же Христов.

«Посланным от Хлоиса». Сии слова имеют такой смысл: от домашних, или от подчиненных Хлои, которая, может статься была Коринфская женщина: как например и сущыя от Арестовула, и иже от Наркисса, означает тех, кои от дома Арестовулова и Наркисова (Рим.16:10-11): «Глаголю же се», значит, а именно, или например. «А кийждо вас» означает: один из вас, и другой из вас, Кифою же называет он здесь не Петра, а некоторых учеников его: потому что нигде не упоминается, чтобы Петр проповедывал в Коринфе слово Евангелия, Заметьте же, с каким благоразумием Павел обличает Коринфян. Он сперва горькость обличений растворяет сладостию имени братнего. Братия моя, говорит: потом уменьшает тяжесть греха, назвав его рвением: сверх сего умалчивает о имени того человека, которой открыл ему погрешности Коринфян, чтобы не подвергнуть его их гневу и негодованию: но дабы слово его было достоверно, то он не совсем говорит неопределенно, но некоторым образом ограничительно, сказав, что домашние Хлои известили его о том. Почему же Павел себе положил прежде Сей порядок имен, сделанный им, идет не от высшего к ближнему, но от нижнего к высшему: почему хотя и во первых положил он имя свое, но в самом деле должно считать его последним: положил же он их таким порядком для того, чтобы показать, что последние были те, кои называли себя учениками Христовыми, и тем бы сильнее обличить их в разномыслии. «Братия моя», говорит, «домашнии Хлои меня возвестили о вас, что вы имеете распри: а именно, что один из вас говорит: я ученик и последователь Павлов: другой, я Аполлосов: один, я Кифин: а другой, я Христов» (Злат. Феодорит. Икумен. на он. место). Некоторые уверяют, что Коринфяне не называли себя учениками ни Павловыми, ни Аполлосовыми, ни Кифиными, но других некоторых учителей? Павел же отнес сие, как он сам говорит, к себе и Аполлосу, во-первых для того, чтобы не посрамить таковых учителей, а следовательно и не ожесточить их: а во-вторых, чтобы тем сильнее выразить заблуждения Коринфян. Ибо ежели они погрешали и тогда, когда называли себя учениками истинных учителей своих, то есть Павла, Аполлоса, и Кифы, то гораздо более они ошибались, когда они называли себя учениками тех людей, которые не были посланы от Бога и не имели дара Евангельской проповеди. Для сей же причины он присоединяет к себе и прочим двум имя Христа, дабы то есть показать, сколь великое беззаконие они делали, сравнивая Владыку с рабами: но ежели мы сии Павловы слова возьмем и в собственном простом их значении, то и в сем не погрешим: ибо известно, что Павел первый проповедывал Евангелие в Коринфе, после его Аполлос (Деян.18:1,19:1), а по нем или и вместе с ним некоторые Петровы, может быть ученики. Почему и ученые, и обращенные в веру Павлом говорили о себе, что они ученики Павловы: обращенные Аполлосом говорили, что они Аполлосовы: а те, которых учили ученики Кифины, назывались Кифиными: которые же друг от друга не отделялись, и были всегда единомысленны, те говорили о себе, что они ученики Христовы. Сие мнение подтверждают следующая Павловы слова: «еда Павел распятся по вас? или во имя Павлово крестистеся? Кто убо есть Павел? Кто же ли Аполлос, но точию служителие, имиже веровасте, и комуждо, якоже Господь даде? Аз насадих, Аполлос напои, Бог же возрасти» (1Кор.1:12-13, 3:5-6): что же Павел сказал: «сия же преобразих на себе и Аполлоса?» (1Кор.4:6) значит, что он умолчал о всех именах других учителей, подразумевая их под своим и Аполлосовым. Сказав же сие, он тотчас дает знать, какое нечестивое выходит последствие от таковых любопрений и распрей.

1Кор.1. Еда разделися Христос? еда Павел распятся по вас? или во имя Павлово крестистеся?

Вопрос часто имеет силу подтверждения. Почему сия вопросительная речь, «еда разделися Христос», имеет равную силу с подтверждением, то есть, что разделился Христос. Коринфяне, говорит, Христос разделился со стороны вашей: Но что сие значит? Все верующие суть тело Христово и уды отчасти. поелику же Коринфяне разделились друг от друга, и отделили себя от тела Христова, говоря, что они ученики Павловы, или Аполлосовы, или Кифины: то, что касается до них, разделился Христос, или тело Христово, то есть Церковь. После сего обличения показывает, сколь безрассудна распря их. поелику они называли себя последователями Павловыми, то он и говорит им: неужели Павел распялся за спасение ваше? Неужели вы крестились во имя его? Отсюда ясно можно видеть их заблуждение. Ибо Христос распялся как за них, так и за всех. Во имя Иисуса Христа они приняли спасительное крещение: почему были его раби, последователи, сыны и уди тела Его: безрассудно убо говорили о себе, что они суть ученики иные Павловы, другие Аполлосовы, а иные Кифины.

1Кор.1:14-16. Благодарю Бога, ни единаго от вас крестих, точию Криспа и Гаиа: Да не кто речет, яко в мое имя крестих. Крестих же и Стефанинов дом: прочее не вем, аще кого иного крестих.

Крисп был Архисинагог начальник собора в Коринфе, где Павел и крестил его со всем домом его. Гаиев трое находятся в Священном Писании: первый Македонянин сопутник Павлов в Ефесе (Деян.19:29), второй Солунянин, следовавший за ним даже до Азии (Деян.20:4), а третий странноприимец его и всея Церкви (Рим.16:23). поелику же он говорит «ни единаго от вас», то есть ни одного из вас, Коринфян, я не крестил, кроме Криспа и Гаиа: то отсюда следует, что Гаий также был Коринфянин, как и Крисп: а из сего можно заключить, что он здесь говорит не о Македонянине и Солунянине, но о том Гаие, которого назвал странноприимцем, потому что он принимал как его самого, когда он находился в Коринфе, так и всех верных, приходящих туда. Стефан же есть темничный страж, которого Павел крестил во граде Филиппах со всем домом его (Деян.16:33). Вот, каким образом Павел уверяет Коринфян, что они не крестились во имя его: он свидетельствует, что никого из них не крестил, кроме трех вышесказанных. Но для чего он приносит благодарение Богу за то, что никого не крестил, кроме Криспа, Гаиа и Стефанинова дома? Он сам даст на сие причину. Благодарю, говорит, Бога, что Он смотрительно устроил так, чтобы я никого не крестил, кроме сих, дабы никто из производящих распри не имел случая сказать, что я крестил его во свое имя. Поелику же он еще сказал: «Не вем? аще кого иного крестих», то, дабы кто не подумал, что он, почитая крещение за малое дело, даже и не памятовал того, крестил ли еще кого-нибудь, далее объясняет причину, для чего он крестил.

1Кор.1:17. Не посла бо мене Христос крестити, но благовестити, не в премудрости слова, да не испразднится крест Христов.

Иисус Христос всем Апостолам равно повелел проповедывать Евангелие и крестить верующих. «Шедшее убо», рек он, «научите вся языки, крестящее их во имя Отца и Сына, и Святаго Духа» (Мф.28:19). поелику же Павел говорит, что Христос послал его не крестить, но проповедывать Евангелие, то отсюда явствует, что он особенно получил сие повеление. Может быть тогда, когда Иисус Христос открыл ему, что он должен был претерпеть, проповедуя Имя Его, как сказал о сем Анании: «Аз скажу ему, елика подобает ему о имени моем пострадати» (Деян.9:16). А препоручил ему труднейшую должность, потому что он был сосуд избран, довольный пронести имя его пред языки и Царьми и сынми Израилевыми. Так, проповедывать Евангелие было дело поистине труднейшее, нежели крестить: ибо тот Апостол, который проповедывал учение неверным, был подвергаем гонениям, страданиям и повседневной смерти: а тот, который крестил принявших веру; ничего такого не претерпевал. Ежели бы Павел не был послан крестить: то почему он крестил Криспа, Гаиа и Стефанинов дом? Потому, что он, имея повеление проповедывать, имел вместе и благодать крестить, подобно прочим Апостолам: но поелику в рассуждении проповеди он получил от Иисуса Христа особенное повеление, то и сказал: «не посла бо мене Христос крестити, но благовестити»: почему он и крестил тогда только, когда обстоятельства того требовали, а проповедывал непрестанно, почитая проповедь особенным для себя званием. Посему-то и написал: «аще бо благовествую, несть ми похвалы: нужда бо ми належит: горе же мне есть, аще не благовествую» (1Кор.9:16). Здесь должно заметить, что Иисус Христос, дав ему особенное повеление в рассуждении Евангельской проповеди, сам же показал ему способ, как преподавать учение сие: «не в премудрости», говорит, «слова», то есть не словом, составленным по школьной мудрости, и софистическому искусству, не словом писанным мирскою мудростию. А для чего? «Да не испразднится», говорит, «крест Христов», то есть дабы не была презрена и как бы за ничто почтена сила распятого Христа. Ежели бы учение Апостольское имело красоты, благоречия, и прелести мирской мудрости: то всякий бы подумал, что сила учебного искусства привлекла и обратила людей к вере во Христа, а не сила распятого Христа: и следовательно все бы благодать и силу креста почли за ничто. Слыша же простоту проповеди, и видя великое умножение верующих, тем все убеждаемы были признать, что вера во Христа есть дело силы и благодати распятого Христа.

Беседа о доводах, доказывающих, что вера Христианская есть вера истинная и самим Богом данная (с молитвой в конце)

Ныне чтенное учение Богоглаголивого Павла возводит ум наш к видению проповеди веры. Он свидетельствует, что Иисус Христос послал его проповедывать Евангелие не словами мирской мудрости: «не в премудрости слова»: также свидетельствует, что Бог для проповедания веры избрал людей буиих, немощных, худородных мира, уничиженных, и не сущих. И объясняет причину, для чего Бог соделал сие: «да не упразднишися», говорит, «крест Христов: яко да не похвалится всяка плоть пред Богом» (1Кор.1:17,1:29). Кто пригвоздит ум к уразумению сих слов и рассмотрит предсказания пророков и историю Евангельской проповеди, тот уверится, что вера Христианская есть вера истинная и самим Богом преданная.

Ежели раскрыть книги Пророков, то можно видеть, что они многие века до пришествия Христова ясно предсказали все о проповеди Евангельской. Исаия почти за восемьсот лет до Христа сказал: «от Сиона бо изыдет закон, и слово Господне из Иерусалима» (Ис.2:3). Вскоре после него то же самое и теми же словами предвозвестил и Михей: яко «от Сиона изыдет закон, и слово Господне из Иерусалима» (Мих.4:2). Они предсказали и о преславных действиях закона и слова, которые имели произойти от Сиона, то есть Иерусалима: «и судити будет», сказал Исаия, «посреде язык, и изобличит люди многи» (Ис.2:4). «И разсудит», сказал Михей, «посреде людей многих, и изобличит языки крепки даже до земли дальния» (Мих.4:3). Послушайте ж, что о сем повествует Евангелист Марк: «они же”, говорит, то есть Апостолы, «изтттедттте»? (Мк.16:20) известно же, что изтттедттте от Сиона и Иерусалима, проповедаша. Что же другое они проповедали, как не слово и закон Евангельский? Вот убо, каким образом закон происшел от Сиона, и слово Господне из Иерусалима, как предсказали о том Пророки. Где же были проповеданы слово и закон, исшедшие из Иерусалима? Пророк сказал: «даже до земли дальния» (Мих.4:3), а Евангелист написал, что они проповеданы всюду: «они же изшедше, проповедаша всюду» (Мк.16:20). Поистине Евангельское слово и закон были проповедуемы Апостолами не только в ближних местах, то есть в одной Палестине, но и в прочих частях Азии, также и в Европе и Африке. Сие Евангельское слово и закон осудили по словам Пророческим нечестия язычников и беззакония бесчисленных народов. Они обличили языки крепки. Ибо истина Евангельская обличила заблуждение сильных тогдашнего времени: Римлян, Скифов, Парфян, Индиян, и по всей вселенной обитающих языков. Почему Павел писал не обинуясь к Римлянам: «благодарю Бога моего Иисусом Христом о всех вас, яко вера ваша возвещается во всем мире» (Рим.1:8). От кого же сии Пророки за столько веков до Христа узнали и столь ясно предвозвестили все в рассуждении Евангельской проповеди? Конечно, от самого Бога. Равным образом отчего столь многие народы, столь отдаленные друг от друга расстоянием мест и столь различные по роду, языку, образом Богослужения, законам, нравам и обыкновениям, в толикое краткое расстояние времени уверовали во Иисуса Христа. Испытайте и видите, сила ли человеческая действовала в сем чудесном и чрезвычайном деле?

Четыре суть способа, по которым люди заставляют повиноваться себе и исполнить волю свою: свидетельство, доказательство, насилие и обман: первые две честны и похвальны, а вторые бесчестны и предосудительны. Сильны сии способы, но Евангельская проповедь действовала отнюдь не через них. Народы верили небесному учению не потому, чтобы убеждены были многими свидетельствами, или удостоверены доказательствами, или побеждены насилием, или прельщены обманом.

Согласное свидетельство многих людей в рассуждении какого-нибудь положения уверяет многих, что дело, ими свидетельствуемое, есть истинно. Чем более свидетелей, тем более верящих. Согласное свидетельство многих и искусственное доказательство имеют почти одинаковую силу. Например, кто сомневается, что равноапостольный Константин был прежде идолопоклонник, а потом принял веру во Иисуса Христа? Или кто сомневается, что Иулиан отступник, будучи Христианин, отвергся веры во Христа и поклонялся идолам? Никто. А почему? Потому что премногие Историки сие согласно утверждают. Апостолов в начале было дванадесять: «по сих же яви Господь и иных седмьдесять» (Лк.10:1). И так всех проповедующих и свидетельствующих о Иисусе Христе было восемьдесят два человека. Число весьма малое для всего мира: почему Спаситель и сказал: «жатва убо многа, делателей же мало» (Лк.10:2). Однако ж ежели бы они вкупе преходили от места на место, то, согласное свидетельство осьмидесяти двух проповедников уверило бы некоторых, что проповедуемое ими было истинно. Но их Учитель сперва послал «по двема пред лицем своим со всяк град и место» (Лк.10:1): по вознесении же его на небо не только по два вкупе, но и порознь один только Апостол обходя проповедывал Евангелие.

Иногда и один уверяет многих. Сие случается с тем, кто говорит словами доказательными, искусственными, убедительными: от сего-то многие верили философским умствованиям Платона, и назывались по именем его Платониками. От сего-то многие держались системы Аристотелевой, и назывались Аристотеликами: многие до того верили доказательствам Пифагора, что не только назывались Пифагорейцами, но и вместо доказательства говаривали: сам сказал. Посему-то Димосфен силою доказательного своего красноречия преклонял Афинян, а Цицерон помощию риторического искусства убеждал Римлян. Но какие математические доказательства, какое философское искусство, какую приятность речи или украшения витийственные имела проповедь Апостолов? Они не только были из простого народа и неученые (Деян.4:13), а следовательно совсем неспособные к таковому делу, но еще получили повеление от Учителя своего не проповедывать в «премудрости слова», то есть словом, составленным по мирской мудрости, «да не испразднится крест Христов» (1Кор.1:17). Но имело ли их учение мирскую убедительность? Какое действие на каменное сердце Евреев имел крест Христов, который особенно соблазнял их, поелику они веровали, что «проклят есть от Бога всяк висяй на древе»? (Втор.21:23) Какое действие имела проповедь Апостольская на плотский ум Еллинов, которые слыша, что Апостольское слово просто, неучено, и без всякой мирской мудрости, почитали учение их безумием? Проповедь Евангельская почиталась у Иудеев соблазном, а у язычников безумием: но «мы», сказал Павел, «проповедуем Христа распята, Иудеем убо соблазн, Еллином же безумие» (1Кор.1:23).

Насилие и власть не убеждают поистине разума, но действуют только на человека внешнего, преклоняют его главу, пленяют некоторым образом волю, и следовательно делают его рабом всех повелений мучителя. Обнаженный меч и оружия мучительского бесчеловечия бесчисленное множество людей в трех частях света принудили принять ложь за истину, поверить тому, что человек самый нечестивый и развращенный был послан от Бога, и подчинили их безрассудным и пагубным законам, коим он научал. Но сии народы, вначале насилием к тому приведенные, были народы невежественные, необразованные, законов неведущие, празднолюбивые, необщежительные, пастушескую жизнь ведущие, дикие и кочующие. В какой же Истории найдем, чтобы Апостолы носили в руках своих оружия, угрожали смертию, или и убивали не соглашающихся на их учение? В какой Истории найдешь, чтобы они сделали хотя малейшее насилие кому-либо? Нигде: и самые непримиримые враги Христианской веры оправдывают сию истину. Да и в самой вещи, какое принуждение могли два или три человека безоружные, бедные, странные, некнижные, сделать целым городам, Князем, Игемонам, вельможам и Царям? Какое насилие могли они причинить народам просвещенным и сведущим в политике, каковы были тогда Греки и Римляне, к которым Апостолы приходили проповедывать слово благочестия? Нет, они вопреки сему сами терпели насилие и мучение от гонителей и тиранов, принуждавших их оставить проповедь, и поклониться идолам: они были в путных шествиях и в бедах «в труде, и подвизе, во бдениих множицею, во алчбе и жажди, в пощениих многащи, в зиме и наготе» (2Кор.11:27). Тираны их оскорбляли, гнали, поносили, мучили и на смерть предавали.

Обман обольщает ум и волю и подчиняет человека воле обманщика: ничем же ум человеческий столь легко не обольщается, как словом, имеющим лестную приманку плотских пожеланий. Предложи, например, людям богатство, славу, власть, покой и удовольствие: то немедленно воспользуется их умом и сердцем, и заставит повиноваться всем твоим хотениям. Епикурова система хотя была нелепая и противная здравому смыслу однако ж многих обольстила, и поныне еще обольщает, потому что в ней говорится: «да ямы и пием, утре бо умрем» (1Кор.15:32). Сие учение потворствует страстям и возъоживляет их: страсти помрачают ум, а ум помраченный уверяется, что человек, имеющий дар словесности, дар мудрости и познаний, смертную имеет душу, и ничем не различествует от бессловесных животных. Но Апостолы ежели рассмотреть их проповедь, учили не тому, что услаждает страсти, но что противно им, или паче, что умерщвляет похоти плоти нашей. Они не богатство обещали, но учили бедности: «вся, елика имаши, продаждь и раздай нищым» (Лк.18:22). Они проповедывали не то, что питает помыслы гордости, но что погашает пламень высокомудрия: «аще кто хощет старей быти, да будет всем менший, и всем слуга» (Мк.9:35). «Иже бо вознесется, смирится: и смиряяйся вознесется» (Мф.23:12). Они не разрешали узду, удерживающую стремление плоти, но строго обуздывали всякую плотскую похоть и совершенно пресекали пожелания плоти. «Аще кто хощет», говорили, «быти ученик Иисуса Христа: да отвержется себе и возмет крест свой» (Мф.16:24). Сверх сего они, яко от лица Иисус Христова, говоря, предсказывали ужасные страдания и мученическую смерть, ожидающую верных: «предадят бо вы», говорили, «на сонмы, и на соборищах их биют вас: предаст же брат брата на смерть, и отец чадо: и востанут чада на родители, и убиют их. И будете ненавидимы всеми имени моего ради» (Мф.10:17, 21-22). «Прилучится же вам во свидетельство» (Лк.21:13).

После сего пусть скажут неверные, какою человеческою силою Петр, будучи бедный и некнижный рыбарь, с толиким дерзновением проповедывал Божество, воплощение и смерть, и воскресение Иисуса Христа пред лицем собравшихся в Иерусалиме Парфян, Мидян, Еламитян, Месопотамлян, Каппадокиан? Понтийцев, Асиан, Фригиан, Памфилиан, Египтян, Ливиан, Римлян, Иудеев, Критян и Аравлян: и почему многие их того народа «душ яко три тысящи», тотчас, как услышали его учение, «любезно прияша слово его» и «крестишася» (Деян.2:41), чем они были убеждены к сему? Свидетельством ли многих, мудростию ли слова, насилием ли Тиранским или хитрым обманом? Пусть скажут неверные, какою человеческою силою Петр, будучи худородный и простой рыбарь, с толиким дерзновением учил множество народа, сошедшегося в притвор, нарицаемый Соломонов? (Деян.5:12) И какою силою учение его обратило тогда к вере во Христа «яко тысящь пять мужей» (Деян.4:4). Пусть, говорю, скажут, какою силою бедный Еврей и скинотворец Павел, учил среди торжища Афинского Епикурейцев и Стоиков? Какою силою он, став посреди Ареопага, где заседали первые мудрецы тогдашнего времени, и обличив идолопоклонство их, проповедал им веру во Христа? Чем наконец заставил он Дионисия Ареопагитского, Дамарь и других мужей поверить своему учению (Деян.17:34), коего за несколько перед тем времени называли в Афинах суесловивым? (Деян.17:18)

Люди почитаемые буими, люди немощные и худородные, люди униженные и не сущие, по мнению мирскому, предпочитают учение мудрым, сильным, благородным, местоначальникам, князем, игемонам, Царям, учат догматам невместимым уму человеческому, учат учению противному плотским пожеланиям: веруйте, говорят они, что Христос, которого Иудеи распяли яко злодея, есть Бог истинный. Творец неба и земли: сожгите богов ваших, и поклонитесь Христу распятому: отрекитесь из любви к Нему отечественной вашей веры, законов, обычаев, плотских вожделений ваших, лукавых похотей души вашей: умертвите плотское сладострастие, и уцеломудрите все члены ваши: разделите богатство ваше бедным, и будьте нищи: презрите угождение чреву, и возлюбите пост: почитайте за уметы все видимые блага мира сего, и обратите ум ваш к невидимым небесным благам: будьте готовы из любви ко Христу оставить друзей, сродников, братий, родителей, жен и чад: будьте готовы претерпеть бедствия, гонения, оскорбления, казни всякого рода, и самую даже смерть! Вот, что проповедывали и чему учили Апостолы. Видите, было ли здесь что-либо естественное, или помощь какая человеческая, или сила мирская, чтобы заставляло людей принять таковую веру и таковой закон? И однако ж тысячи тысяч и тьмы тем людей всякого чина и состояния не только уверовали и приняли закон сей, но и предписания оного со всею точностию соблюдали, терпели многоразличные мучения, сносили смертоносные казни, свою кровь проливали, и подъять смерть не устрашались, дабы соблюсти веру во Христа. Кто не видит, что единая сверхъестественная сила действовала в проповеди Апостольской, и преклоняла сердца слушателей ко принятию оной? Кто не уверится, что сам Господь всяческих содействовал в сем деле и спомоществовал, утверждая учение Апостольское сверхъестественными чудесами, как свидетельствовал Богоглаголивый Марк: «они же изтттедттте проповедаша всюду, Господу поспешествующу и слово утверждающу последствующими знаменми»? (Мк.16:20) Кто, говорю, не видит сего, не познает, и не верует, но находясь в заблуждении от помраченного своего воображения говорит, что проповедь Евангельская распространилась человеческою силою: тот слеп, безумен, оставлен Богом, и совершено бесчувствен.

Господи Иисусе, Свете вечный от вечного Света, Боже истинный от Бога истинного, Сыне Единородный, сияние славы Отчия и начертание Ипостаси Его! Ты, Слово воплощенне, первый научил мир догматам истинной веры: Ты, Всесильне, укреплял учеников своих в проповедании Божественной Твоей веры во вселенной: Ты Светоподателю, просветил души слушавших проповедь их, и утвердил слово Твое великими чудесами, которые сотворила всесильная рука Твоя. Ты, Человеколюбче и Всещедре, дал нам недостойным небесный и бесценный дар истинной веры, которая изливает на нас все Божественные и Спасительные дарования! Что убо мы грешные воздадим Тебе за сие? Мы вемы и веруем, что ты благих наших не требуешь, но требуешь нашего сердца: «даждь ми», глаголешь Ты, «сыне, твое сердце» (Притч.23:26). И так выну принося оное яко жертву всесожжения, прилежно просим и умиленно молим Тебя: сохрани нас от пагубного заблуждения неверных и злочестивых: сподоби каждого из нас в час смертный и в самую последнюю минуту засвидетельствовать пред Тобою спасительное исповедание веры, и сказать не обинуясь: верую, Господи, и исповедую, яко Ты еси Сын Божий, Ты еси Искупитель мира! Да тако с полным упованием на бесконечное Твое милосердие предадим дух наш в Пречистые и Святые Твои руки! Аминь.  

17. В неделю девятую толкование на Евангелие от Матфея (Мф.14:22-34)

То, что предлагается в нынешнем Евангелии, хотя кажется простыми повествованиями, показывающими, что тогда случилось, когда Иисус Христос силою Божества Своего ходил по морю, так как мы ходим по суху: однако они заключают в себе мысли чудные и душеспасительные. Но якоже те токмо обретают драгоценные маргариты, кои нисходят во глубину моря: тако испытующие токмо глубину словес Божиих находят душеспасительные мысли. Сие самое подтвердил пророк Давид, сказав: «сходящии в море в кораблях, творящии делания в водах многих, тии видеша дела Господня, и чудеса Его во глубине» (Пс.106:23-24): сего же для и на другом месте написал: «блажени испытающии свидения Его» (Пс.118:2). Снидем убо и мы мыслию во глубину прочтенных словес, потрудимся испытать бездну духовных вод, да изнесем мысленные маргариты Божественных размышлений, и да узрим Господа Иисуса дела, и чудеса Его. Разберем и мы нынешние Евангельские слова; ибо они суть свидетельства о Божестве Спасителя Христа, наставляющие нас на блаженный путь вечного спасения.

Мф.14:22. Во время оно, понуди Иисус ученики Своя влезти в корабль, и варити Его на оном полу, дондеже отпустит народы.

Слова сии прочтены и объяснены уже в прошедшем воскресном Евангелии. Расположивший же Евангелие на чтения воскресные повторил оные слова для того, чтобы не нарушить исторической связи; ибо по соделании чуда пяти хлебов, понудил Иисус учеников Своих, да отъидут в Вифсаиду прежде Его; а Он между тем отпустит народы, им напитанные и насыщенные. Потом отпустив их, восшел немедленно на гору.

Мф.14:23. И отпустив народы, взыде на гору един помолитися, позде же бывшу, един бе ту.

Когда Иисус Христос, яко человек и Архиерей наш, приносил к Богу о нас моления, тогда первее отпустил народы, потом восшел на гору и единый там молился даже до вечера. Сим научил Он, что всякий христианин, когда приидет время молитвы, должен, во-первых, отложить мирские беспокойствия и страстей возмущения, потом возвести ум свой на гору, «юже благоволи Бог жити в ней» (Пс.67:17), то есть, на небо, да, яко кадило чистое, принесет Богу молитву свою. Но и даже до вечера продлил Господь наше дело моления, да и мы научимся, что не поспешность и скорость, но протяжение и терпение нужны суть во время молитвы. Господь убо продлил молитву Свою до вечера;

Мф.14:24. Корабль же бе посреде моря, влаяся волнами: бе бо противен ветр.

Почто «изводяй ветры от сокровищ Своих, владычествуяй державою морскою, и возмущение волн его укрочаяй» (Пс.134:7, 88:10), не извел ветра попутного, ниже укротил волны морские, да безбедственно и небоязненно преплывут ученицы Его, но первее Сам понуждал их влезть в корабль, потом корабль оставил возметатися нощию среди моря от свирепости противного ветра и ярости волн? С намерением сие учинил Господь, то есть, да искусит веру их и приобучит их к бедствиям, каковые терпеть имели, обходя вселенную для проповеди Евангельской: показав же, что Он во всякой беде и во всякой нужде предваряет и избавляет их, да согреет веру их и насадит в сердце их бодрость и на Него надежду. И вот как их, мало-помалу и постепенно, яко чадолюбивый Отец и Учитель, научает. Прежде, на мори Галилейском, когда корабль бедствовал от бури и покрывавших его волн, Сам с ними был в корабли спящ, почему немедленно и избавил их от страха и спас от бедствия, ибо, востав, «тогда же запрети ветром и морю, и бысть тишина велия» (Мф.8:26); ныне же, далеко отстоя от корабля, коснит и отлагает помощь и избавление от бедствия и страха.

Мф.14:25. В четвертую же стражу нощи иде к ним Иисус, ходя по морю.

Древние Евреи разделяли ночное время на три равные части, и в начале каждой части сменялись стражи; почему сии части ночного времени называли стражами, то есть, первою или начальною стражею, среднею стражею и утреннею стражею. Во время же Иисуса Христа на четыре стражи разделяли часы ночные, по обыкновению греческому и римскому. Прежде убо Господь попустил ученикам Своим чрез довольное время страховатися и бедствовать, да, как мы уже сказали, подаст пищу вере их и долгодушествию; потом, в четвертую стражу нощи, то есть в десятый час нощи, пришел к ним, ходя по морю, так как ходил на твердой земле (Пл. Иер.2:19; Суд.7:19; Исх.14:24; Мк.13:35. Смот. Злат. в бесед. на Матф.) О преславного чудеси! Моисей разделил Чермное море и соделал из оного стену одесную и стену ошуюю, и таким образом пешешествовавший Израильский народ, по открывшейся земли, прешел посреде моря (Исх.14:21-22). Иисус Навин обратил вспять течение реки Иордана, и открылась во глубине ее суша, по которой шествуя Израильтяне перешли Иордан (Нав.3:17). Велики суть без сомнения сии два чуда; но когда слышим, что люди сии и Чермное море, и реку Иордан прошли, шествуя по земли, воды не имущей, то несколько успокоивается понятие наше; человек же, ходящий по морю, — есть чудо совершенно непостижимое. Неужели огустело тогда море, и стало твердым? или тело Иисуса Христа чуждым соделалось тяжести? или убоялось море Господнего и Божественного тела, и носило оное против законов естества своего? или одни только края ног Иисусовых касались моря, тяжесть же телесная носима была силою Божественною? Поистине непостижим есть чуда сего образ, так как и других многих. Почему не без причины, когда сие узрели ученики, смутились.

Мф.14:26. И видевше Его ученицы по морю ходяща, смутишася, глаголюще, яко призрак есть, и от страха возопиша.

Призрак есть то, что кажется вещию истинною и бытие имущею, однако не есть вещь существующая и совершенно не имеет бытия. Призрак есть порождение воображения, от которого и чувства, будучи возмущенны, инако действуют. Все Евреи, научены будучи из истории о волхвах Фараоновых и из повествования о чревообаятельнице Сауловой, верили, что таковые привидения являются иногда от действия диавольского во вред человеков. Почему и Апостол Павел написал к Коринфянам, что «сам сатана преобразуется во Ангела светла» (2Кор.11:14). Ученики убо Спасителевы, видя и не могши Его узнать, или по причине ночной темноты, или поелику скрывали лице Его дмящиеся волны, или поелику вдруг возмутился дух их от необычайного и поразительного такового видения, или поелику сам Иисус скрывал вид лица Своего, — думали, что видимое ими есть призрак, то есть, кознь сатаны ко вреду их и потоплению; почему устрашившись, возопили. Но что они говорили, вопия, того ни един из Евангелистов не означил. Однако видно, что воплем своим Бога призывали, так как и мы, когда чего страшимся, Бога призываем на помощь.

Мф.14:27. Абие же рече им Иисус, глаголя: дерзайте: Аз есмь, не бойтеся.

Ободритесь! То, что вы видите, не есть призрак. «Аз есмь, не бойтеся»! Узнав же, по гласу, ученики Того, Которого не могли узнать глазами, доказали сим, что в вере слух сильнее есть очей. Почему Господний глас прогнал тотчас страх душевный, успокоил возмущение духа и великую бодрость влиял в их сердца.

Мф.14:28-29. Отвещав же Петр рече: Господи, аще Ты еси, повели ми приити к Тебе по водам. Он же рече: прииди: и излез из корабля Петр, хождаше по водам, приити ко Иисусови.

Услышав Петр глас Господа Иисуса, и сомневается, и верует, и являет любовь паче прочих учеников. «Господи, аще Ты еси, Господи», говорит он, — ежели Ты еси, Господь мой; — сие есть сомнение. Еще сомневался он о том, был ли Тот Иисус Христос, Которого видел он и слышал. «Повели мне приити к Тебе», — се есть вера. Веровал он, что по повелению Иисуса Христа может и он ходить по морю. Сие же самое есть и любви его доказательство: «повели мне, да прииду к Тебе». Хочет он, прежде нежели Иисус Христос взойдет в корабль, предъускорить, приближиться, облобызать и поклониться Ему. Таковое дело есть дело любви: предсретает, предупреждает, предъидет к любимому. Всемогущий убо повелел, «прииди», сказав: Петр же сходит с корабля и, ходя по морю, приходит ко Иисусу Христу. И таким образом чудо за чудом, — второе удивительнее первого. Ибо не токмо Творец и Владыка моря, но и раб, силою повеления Его, ходит по нем, как по сухой земле.

Мф.14:30. Видя же ветр крепок, убояся: и начен утопати, возопи, глаголя: Господи, спаси мя!

«Дух бодр, плоть же немощна» (Мф.26:41). Бодрость духа Петрова прогнала всякий страх от его сердца: почему неустрашимо сшел с корабля, пошел по воде и путешествовал по морю. Когда же узрел крепкий ветр и себя погружаема волнами, тогда слабость телесная преодолела бодрость духа; почему и убоялся. Таковое-то есть естество человеческое. Часто великая совершает, малого же и боится и сомневается. Ходит по морю, и ничего не боится, — но устрашается ветра. Таковое нечто претерпел Илия, который, премногие сотворив чудеса, потом убоялся угроз Иезавелиных (3Цар.19:3). Таковое нечто претерпел Моисей, убивший прежде Египтянина, потом убоявшийся слов Евреянина (Исх.2:14). Таковое нечто терпят и некоторые богобоязливые люди: с великою ревностию, никакого не страшась искушения и бедствия, вступают они в путь добродетели, идеже есть Иисус; потом, сретая какое-либо малое искушение, или опасности, приходят в недоумение, устрашаются и вспять обращаются. Однако Петр на таковые обстоятельства святой показал пример. Он убоялся и усомнился, но не обратился вспять, ниже отчаялся, но громогласно возопил: «Господи, спаси мя!» — почему и получил спасение.

Мф.14:31. И абие Иисус простер руку, ят его и глагола ему: маловере, почто усумнелся еси?

Скор на заступление Многоблагоутробный. Абие протязает руку Свою, и емлется Петру. Он же паки неустрашимо и несомненно восстает и ходит по морю. Сие есть наставление для нас, показующее, что ежели и мы, когда впадем в бедствия, обратясь к Богу, возопием, так как Петр: «Господи! спаси ны», — то прострет и к нам Человеколюбец заступническую и покровительную Свою руку, и спасет нас от всякого бедственного обстояния. Потом будем ходить и мы паки мужественно и великодушно по пути добродетели. Но для чего же Богочеловек не запретил ветру, так как негде сие сотворил, а обличил Петра? Для того, чтобы показать, что не ветр, но маловерие и сомнение устрашало его и потопляло (Мф.8:26). Доколе ревностно веровал, то бежал от него страх, и вода под ногами его твердела; когда же оскудел верою и усомнился, тогда и страх его объял, и вода, по которой ходил, перестала быть твердою. Приметь, что не сказал Господь Петру: невере, но — маловере. Ибо по истине, Петр не возневерствовал, но усомнился. Ибо если бы совершенно возневерствовал, то бы не вопиял, глаголя: «Господи! спаси мя».

Мф.14:32. И влезшема има в корабль, преста ветр.

Когда же Иисус и Петр вошли в корабль, престал тотчас же ветр, — так пишет Матфей. Но Иоанн, несколько умолчав из того, о чем повествует Матфей, присовокупил кратко происходившее между тем и Матфеем опущенное. Из сего числа есть то, что ученики, услышав глас Иисуса Христа, сказавшего: «Аз есмь, не бойтеся», хотели прияти «Его в корабль, и абие бысть корабль на земли, в нюже идяху» (Ин.6:20-21), и сие: хотели «приять Его в корабль», было прежде Петрова схождения в море; сие же — «и абие бысть корабль на земли, в нюже идяху», было по вхождении Иисуса Христа с Петром в корабль. Абие, то есть, по вхождении их, корабль приплыл к земле, в которую Апостолы поспешали. Видя же, что вшествие Господне в корабль укрощает ветр, управляет корабль и скоро приносит его в ту землю, к которой Апостолы поспешали, разумей, что сие есть образ, знаменующий, что в которую душу внидет Господь Иисус, укрощает бурю страстей ее, направляет и приближает к небесному отечеству, коего наслаждения все благочестивые желают и чают достигнуть. Но се и плод чудес Господа Иисуса Христа.

Мф.14:33. Сущии же в корабли, пришедше, поклонишася Ему, глаголюще: воистину Божий Сын еси.

Почему же убо, когда Иисус Христос запретил «ветром и морю» и соделалась «тишина велия», видевшие тогда оное чудо удивились токмо, и сказали: «кто есть Сей, яко и ветры и море послушают Его?» (Мф.8:26-27) а не исповедали, что Иисус Христос есть Сын Божий; сии же, видевшие ныне повествованное чудо, пришед ко Иисусу, яко Сыну Божию, поклонишася Ему и велегласно исповедали, что Он воистину есть Сын Божий? Потому что чудо сие превосходит оное. Ветр и море и естественно по прошествии бури, укрощаются и утихают: хождение же по морю двух человеков, Иисуса Христа и Петра, по повелению Сего Иисуса, есть дело паче человеческого разума. Из сего убо познали ученики, что Иисус Христос есть Тот, о Котором пророк Давид предсказал: «в мори путие Твои, и стези Твои в водах многих» (Пс.76:20), — познали, то есть, что Иисус Христос есть Сын Бога живаго. Посем же Иисус с учениками Своими, преплыв море, пришли в землю Геннисаретскую.

Мф.14:34. И прешедше приидоша в землю Геннисарефскую.

В сем несогласными кажутся быть Евангелисты: ибо Матфей пишет, что пришли в землю Геннисарефскую, Марко показывает, что «Иисус понуди ученики Своя внити в корабль, и варити Его на он пол к Вифсаиде» (Мк.6:45). Иоанн же пишет: «и абие корабль бысть на земли в ню же идяху» (Ин.6:21). Но слова Богоглаголивых мужей се каким образом согласны суть: корабль, когда в оный вшел Иисус и преста ветр, приплыл абие на землю; на какую же землю? «В нюже идяху», пишет Иоанн, то есть, в ту землю, в которую поспешали приплыть, которая и была Вифсаидская, якоже говорит Марко. Прибыв убо туда, посем прешед, достигли в землю Геннисарефскую, якоже повествует Матфей.

Беседа о маловерии

Обличение Петра, о котором мы слышали ныне в священном Евангелии, подает нам случай внимательно рассудить о маловерии, которое ревность к добродетели творит хладною и удобно ввергает в пучину греховную.

Маловерный различествует от верного и неверного, так как вода теплая от горячей и холодной. Теплая вода имеет в себе кроющийся огнь, но малый; горячая — многий, холодная — ни малого: маловерный имеет веру, но малую, верный великую, неверный — никакой. Теплая вода имеет силу, но малую, горячая имеет многую, холодная — никакой: маловерный имеет ревность, но весьма малую, верный имеет великую, неверный — никакой. Следовательно неверный, поелику нимало не верует в Бога, беззазрительно нарушает заповеди Божеские; ибо никакой любви не имеет, ниже старается творити добродетель; верный же, поелику и крепко верует, и великую имеет ревность, неудобно преступает заповеди Божия, нелегко оставляет добродетели; но маловерный, поелику сомневается о словах Божеских и малую имеет ревность, легко оставляет Божеские законы, легко обнажается небесного добродетельного одеяния. Сему научает нас Писание, сие показывает нам опыт.

Вера возвещает, что Бог, сый беспределен, везде есть, всегда присущ и все исполняет. «Аще взыду на небо, Ты тамо еси: аще сниду во ад, тамо еси: аще возму криле мои рано, и вселюся в последних моря, и тамо бо рука Твоя» (Пс.138:8-10). Ни одно место, ни в какое время, ниже на мгновение ока, Божиего присутствия чуждым не бывает. Верный, который без сомнения сему верит, видит очами веры всегда пред собою предстоящего Господа Саваофа. Убо весьма неудобно есть, чтобы он дерзнул пред лицем Бога делать грех. Кто находящийся пред земным каким-либо царем делает, не говорю — грех, но хотя малейшую непристойность? Никто. Пророк Давид, который имел горячую веру, сказал: вижду всегда предо мною Господа, и Он стоит одесную мене, да не подвижуся от пути добродетельного: «предзрех Господа предо мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся» (Пс.15:8). По сей же причине патриарх Иосиф бежал от блудодеяния и сохранил целомудрие. Понуждала его студная Египтянка преспать с нею: «пребуди со мною» (Быт.39:7), говорила она ему; но Иосиф без сомнения веруя, что Бог пред ним есть, отразил понуждение, говоря: как сделать таковое худое дело? как погрешить пред лицем Божиим? «И како сотворю глагол злый сей и согрешу пред Богом?» (Быт.39:9)

Маловерный, поелику телесными очами не зрит пред собою стоящего Бога, а очи душевные его слепотствуют и почти суть замкнуты маловерием его, удобно посему колеблется и склоняется от ветра страстей, удобно потопляют его греховные волны. Как вы думаете о Иуде Искариотском? Ужели он не веровал, что Иисус Христос есть Сын Божий? Конечно, веровал. Ибо если б не веровал, то не последовал бы за Ним и не был бы учеником Его. Веровал, но мало; веровал, но сомневался. Почему малую его веру погасила сильная страсть сребролюбия, и таким образом вместо ученика соделался предателем. Имела веру и Ева в Бога; но вера ее была малая и недостаточная. Бог заповедал и ей и Адаму: «а в оньже аще день снесте от него, смертию умрете» (Быт.2:17). Змий сказал ей противное, то есть, сие: «не смертию умрете, но будете яко бози» (Быт.3:4-5); она поверила словам змииным более, нежели словам Божиим. Почему маловерие низвергнуло оную во грех преслушания, лишило Божественной благодати и изгнало ее в сию бедственную землю.

Творение добродетели совсем презрено; расторгнуто обуздание греховное; каждый из нас невоспятно и безбоязненно согрешает всяким видом греха: «вси уклонишася, вкупе неключими быша: несть творяй благое, несть даже до единаго» (Пс.13:3). От чего же сие? От маловерия. Как, вы скажете, мы — маловеры? Мы ежедневно читаем и исповедуем Символ веры; мы ежедневно велегласно вопием: Верую во единаго Бога Отца, Вседержителя, Творца небу и земли, и прочее, что заключает Верую во единаго, — и есмы маловеры! Дела, братие, а не слова суть доказательством веры, как Богодухновенно научил брат Господень Иаков: «покажи ми, говорит он, веру от дел твоих, и аз тебе покажу от дел моих веру мою» (Иак.2:18). Какую же веру показывают дела наши? Ясно они показывают, что мы по преизлишеству маловеры. Не слова, но дела являют, что мы весьма малую имеем веру в Бога.

Бог повелевает любить врагов наших. «Аз глаголю вам, любите враги ваша» (Мф.5:44). Бог повелевает: «благословите кленущия вы, добро творите ненавидящим вас, и молитеся за творящих вам напасть, и изгонящия вы». Обещает при том любящим своих врагов и благотворящим великие воздаяния: «и будет мзда ваша многа, и будете сынове Вышняго» (Лк.6:35). Кроме, сего, уверяет нас, что Сам Он печется об отмщении обижающих нас, Сам обещается воздать должное им наказание: «Мне отмщение, Аз воздам, глаголет Господь» (Рим.12:19). Мир противное совещает: гони, говорит, и мсти, сколько можешь, врагу твоему: ибо ежели оставишь его без должного мщения, то будешь бесчестным, все презрят тебя, восстанут противу тебя и всячески вред тебе причинить постараются. И мы слушаем более советы мирские, нежели повеления Божия, верим более внушению мира, нежели Божиим обещаниям; почему ненавидим врагов наших и сами враждуем на них даже до смерти, для отмщения же им употребляем поругания, коварства, оклеветания, нападения, измены, уязвления, убийства, величайшие злодеяния и престрашные беззакония. Сии ли дела суть дела веры? Никако. Они суть дела маловерия, да не реку — неверия. Посмотри, как поступали святые Апостолы, имевшие горячую веру во Христа: они укоряемые благословляли, гонимые терпели, хулимые просили врагов своих покаяться (1Кор.4:12-13). Посмотри от дел, каковую веру имел первомученик Стефан. Он, побиваемый камением, преклонял колена и молился за побивающих его, взывая: «Господи, не постави им греха сего! и сия рек, успе» (Деян.7:60).

Бог повелевает, говоря: «обаче от сущих дадите милостыню» (Лк.11:41). Напитай (Мф.25:36), говорит, алчущего, напой жаждущего, одень нагого, приими странного, призри немощного, посети сущего в темнице. Убогий, говорит Он, есть брат Мой, убогий представляет лице Мое: и если что сотворишь убогому, Мне сие сотворишь. «Аминь глаголю вам, понеже сотвористе единому сих братий Моих меньших, Мне сотвористе» (Мф.25:40). Обещает милостивым сторичные воздаяния в сем мире, а в будущей жизни Царствие вечное: «сторицею приимет, и живот вечный наследит» (Мф.19:29). Веруешь ли сему? Ей, говоришь, верую и исповедую. Хорошо. Но потом предстоит пред тобою жаждущий, алчущий, нагой, странный, больной: ты же не только отвращаешь лице твое от него, но иногда ругаешься ему и обвиняешь. Такие-то суть дела веры твоей! Таковая-то есть вера твоя! Сия не есть вера, но маловерие. Заблуждший помысл сребролюбия твоего внушает тебе: не давай, чтобы и тебе не сделаться таким же бедным, как и он. Неложный же Бог глаголет тебе: если дашь едино что, приимешь сторицею; но ты более веришь заблуждению мысли твоей, нежели Вседержителю Богу.

Если бы сердце мое имело веру горячую, сколько горячо есть зерно горушичное (горчичное), то убоялся бы страшного дне судного и ожидающей согрешающих муки; почему воспятил бы руки мои от грабительства и неправды, убегал бы далече от чуждого ложа, укрощал бы страсти мои плотские, отвращал бы очи мои от всякого греха. Если бы сердце мое имело веру горячую, сколько была горяча вера святых, то простер бы руки мои на благотворение нищим, купил бы святую одежду целомудрия, бежал бы от мирской суетности, сохранял бы Божии заповеди и безленостно шел бы путем добродетели.

Но скажут на сие некоторые: Господь наш Иисус Христос сказал: «всяк иже веру имет и крестится, спасен будет» (Мк.16:16). А мы уверовали, и крестились; убо мы будем спасены. Так, справедливо! Но для чего же Той же Господь Иисус Христос обличил Петра, яко маловерного? «Маловере, сказал Он, почто усумнелся еси?» (Мф.14:31) Обличил Он его для того, да мы познаем, что иное есть вера, а иное — маловерие. Верою назвал Господь веру совершенную, великую, горячую. Таковая же вера николиже отлучена есть дел добрых, почему и брат Господень Иаков сказал: «покажи ми веру твою от дел твоих, и аз тебе покажу от дел моих веру мою» (Иак.2:18). И таковая вера есть та самая спасительная вера, о которой сказал Спаситель: «иже веру имет и крестится, спасен будет». Маловерие есть вера несовершенная, малая, хладная, есть вера мертвая, и часто чуждая и совсем обнаженная благих дел. О каковой вере сказал тойже Иаков: «вера без дел мертва есть» (Иак.2:20).

Мы удивляемся и недоумеваем, не видя ныне того чудес множества, каковое Иисус Христос обещал верующим. «Знамения, сказал Он, веровавшим сия последуют: именем Моим бесы ижденут, языки возглаголют новы, змия возмут: аще и что смертно испиют, не вредит их: на недужныя руки возложат, и здрави будут» (Мк.16:17-18). Однако весьма легко сие удивление и недоумение разрешается; ибо Господь сказал, что таковые знамения последуют веровавшим, а не маловерным. Когда многие были ревнители по вере, то есть, во время Апостолов и в последующих веках, тогда ежедневно были бесчисленные чудеса. Ныне весьма мало находится имеющих горячую и пылающую веру: все почти суть маловеры. Если ж и ныне кто имеет горячую веру, яко зерно горушное, то реки горе сей: «прийди отсюду тамо, и прейдет» (Мф.17:20). Нет, следовательно, множества чудес потому, что погас жар веры. «Почто мы, сказали Господу Апостолы, не возмогохом изгнати» беса? «За неверствие ваше» (Мф.17:19-20), ответствовал им Господь, то есть, за маловерие ваше: не бяху бо неверные Апостолы, но несовершенный еще верою (Злат. в бесед.).

Видите убо, братие, что маловерие есть корень всех зол, вера же — источник всякой добродетели и благотворения. Но может ли человек хладную свою веру соделать горячею? Может, если хочет. Вера наставляет на добродетель, а добродетель согревает веру. Буди убо кроток, смирен, правдолюбив, благоснисходителен, целомудрен, долготерпелив, мудр яко змия, цел яко голубь, милостив яко Отец твой небесный. Сие возжигает в сердце человека тот огнь, то есть, ту веру, которую пришел Иисус воврещи на землю, то есть на сердце верующих в Него.

Господи Иисусе Христе, единородный Сыне Божий! Ты еси и веры податель, и добродетели наставник. Верую и исповедую, яко Ты еси воистину Христос Сын Бога живаго, пришедый в мир грешные спасти, от них же первый есмь аз; но вера моя есть мала и хладна, не есть столько горяча, елико нужно есть для спасения моего. Тебе убо, премилосерде, приклоняю колена мои, и со слезами, яко отец отрочате, имеющего духа нема, взываю и вопию: «верую Господи! помози моему неверию»! (Мк.9:24)

17.1. Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в девятую неделю по Пятидесятнице (1Кор.3:9-17)

Несогласие во всяком деле великий причиняет вред людям: но несогласие в предметах веры, совершенно погубляет души верных. Посему-то Богодухновенный Павел узнав, что Коринфяне разделились на разные толки, написал к ним столь много о их распрях, стараясь истребить и самый корень оных. И во первых представил им, как мы слышали в прошедшую неделю, в коликой грех они впали, называя себя иные Павловыми, иные Аполлосовыми, а иные Кифиными. Потом поговорив несколько о других предметах, паки обращается к первой своей цели и обличает их яко плотских, то есть, яко имеющих мудрования плотские, а не духовные, «Егда бо глаголет кто: аз есмь Павлов: другий же, аз Аполлосов: не плотстии ли есте?» (1Кор.3:4) Посем желая показать им, что они несправедливо хвалятся именами своих учителей, и тем отделяются друг от друга, изъясняет им, кто он, и кто Аполлос, которые во первых научили их вере во Христа. «Кто убо», говорит он, «есть Павел, кто же ли Аполлос, но точию служителие, имже веровасте, и комуждо, якоже Господь даде? Аз насадих, Аполлос напои, Бог же возрасти: темже ни насаждаяй есть что, ни напаяяй едино суть, кийждо же мзду приимет по своему труду» (1Кор.3:5-8). Сказав же сие, тотчас присовокупляет. «Богу бо есмы споспешницы» (1Кор.3:9), и прочее, что мы сегодня слышали. Слова сии по своей краткости и составлению имен необходимо требуют истолкования, и особенного внимания, дабы уразуметь настоящий смысл их: почему я вознамерился теперь изъяснить вам оные по моей возможности, вы же, возлюбленная моя братия, обратите внимание ваше на выслушание сего толкования.

1Кор.3:9. Братие, Богу есмы споспешницы: Божие тяжание, Божие здание есте.

Человеки были Апостолы, якоже и мы: како убо Павел глаголет: «Богу есмы споспешницы»? Человек споспешник Божий? Сие кажется несовместно. Однако ж если рассмотрим настоящее знаменование слова сего, споспешник: то не найдем в том ни малой противности. Споспешник есть тот, которой с другим кем-либо делает одно и то же дело: в каковом смысле раб споспешник бывает Владыке, воин Царю, но дело относится ко Владыке, а к не рабу: к Царю, а не к воину. Павел сперва назвал себя, равно как и Аполлоса, служителем, говоря: «Кто есть Павел, и кто Аполлос, точию служителие?» (1Кор.3:5) А потом споспешником: «Богу есмы споспешницы», дабы тем показать, что Бог и они едино и тое же содевают дело, то есть, дело спасения человеческого: Бог яко Владыка и царь, а они яко рабы и служители. поелику же он, прежде о том, что насадил, то есть первый посеял в сердцах Коринфян семена веры, говорил в смысле переносном, то и теперь продолжает говорить в том же смысле. «Божие тяжание, Божие здание есте». Вы, говорит, Коринфяне, Божие тяжание есте, то есть, насаждение, которое насадил Бог: или, как сказал Исаия, «насаждение Господне во славу» (Ис.61:3): Божие здание есте, потому что вы есте Церковь, созданная Богом. И так имена сии тяжание и здание, обличают безумное их друг от друга отторжение. Ибо расторгни растение, оно иссохнет: расторгни здание, оно сокрушится. поелику они были и тяжание Божие и здание Божие: то безрассудно называли себя иные Павловыми, иные Аполлосовыми, а иные Кифиными? Безрассудно чествовали себя и хвалились именами споспешников и служителей, а не паче именем Начальника и Владыки Иисуса Христа. Павел назвав их зданием, продолжает далее слово, о здании, говоря:

1Кор.3:10-11. По благодати Божией, данной мне, яко премудр архитектон основание положих: ин же назидает: кийждо же да блюдет, како назидает. Основания бо инаго никтоже может положити, паче лежащаго, еже есть Иисус Христос.

Не подумайте, чтобы Павел похвалял самого себя, говоря, что он есть премудр Архитектон: ибо он не себе преписует похвалу сию, по благодати Божией: «по благодати Божией, данной мне». Благодать, говорит, юже даде ми Бог, умудрила меня: она соделала меня премудрым Архитектоном: она наставила меня основанием здания, то есть Церкви, Иисуса Христа, вере во Христа и исповедания. Сам же Иисус Христос прежде еще Павла сие положил основание Святой Своей Церкви. Ибо когда Петр, исповедуя Иисуса Христа сказал, «Ты еси Христос сын Бога живаго»: то Христос ответствовал ему: «ты еси Петр, и на сем камени созижду Церковь Мою» (Мф.16:16,18): то есть, сие исповедание твое будет основанием веры и Церкви. Иного же, говорит Павел, основания кроме сего, то есть, кроме веры во Христа и исповедания оной, никто, ни человек, ни Ангел не могут положить. И так, если кто учение свое не будет утверждать на сем догмате, что Иисус Христос есть Сын Божий: то учение его не будет благочестивое, но злочестивое, ложное и душепагубное. Я, говорит Павел, по данной мне благодати положил сие основание: «ин же назидает», то есть, а другие благочестивые пастыри и учители Церкви, утверждаясь на сем основании, объясняют и поучают догматам о Иисусе Христе: «Кийждо же да блюдет, како назидает», то есть каждый священноучитель должен внимать, и со всяким тщанием блюсти, дабы учение его чисто было от плевел всякой ереси и суеверия, и согласовалось во всем со словом истины.

1Кор.3:12-15. Аще ли кто назидает на основании сем, злато, сребро, камение честное, дрова, сено, тростие: когождо дело явлено будет: День бо явит, зане огнем открывается: и когождо дело, яковоже есть, огнь искусит. И егоже аще дело пребудет, еже назда, мзду приимет. А егоже дело сгорит, отщетится: Сам же спасется, такожде якоже огнем.

Некоторые из древних относили сии неудобопонятные Апостольские слова к учителям и к их учению, или православному и спасительному, или к ложному и душепагубному, а другие ко всем верным и к их добродетелям или порокам (Васил. в гл. 5 Исаия и Амвр. в гл. 3 пос. к Кор. Ор. в Бесед. 6 на шестодн. Иерон. В кн. Против Иовии и Златоуст Феодорит Икум. Феоф. в гл. 3 пос. к Кор.?). И так дабы познать настоящий смысл предлежащих слов, то по мнению первых толковников, надобно положить, что злато, сребро и камение честное означают светлое и всечестное Самим Богом преданное учение православной веры? А дрова, сено и тростие, бесплодные, низкие и пагубные учения еретиков, что под словами: «день бо явит» разумеется то время, которое, подобно огню, открывающему, какие тела суть удобосгораемы, и какие не удобосгораемы, покажет дела каждого человека и откроет их доброту или худость, а под словами: «огнь искусит» блистающий в Церкви свет Пресвятого Духа, ниспосланного в виде огненных языков, при помощи коего верующие могут различать истинное учение от ложного: под словами же: «якоже огнем» скорбь, которую Церковь причиняет еретикам своими обличениями: ибо скорбь подобно огню жжет человека, по сим Давидовым словам: «проидохом скозь огнь и воду» (Пс.65:12), наконец под словом: «спасется» надобно подразумевать, ежели покается, как и под словами: «предати таковаго сатане во измождение плоти, да дух спасется в день Господа нашего Иисуса Христа» (1Кор.5:5), то же подразумевается. Ежели же согласиться на мнение вторых толковников: то под словами: злато, сребро и камение честное, надобно разуметь добродетели, совершаемые мыслию, словом и делом: а под словами: «день бо явит» последний день суда, которой откроется огнем: «река огненна течаше исходящи пред ним» (Дан.7:10), то есть пред судиею, говорит великий Пророк Даниил: а под огнем, искушающим дело каждого, каково оно, должно разуметь правосудие Божие. «Огнем бо Господним», говорит Исаия, «судитися будет вся земля» (Ис.66:16): под словами же «спасется такожде, якоже огнем» (1Кор.3:15) не надобно разуметь: получит спасение, так как огнем: но, останется цель, по сему выражению: «спаситеся от рода строптиваго сего»? (Деян.2:40) надобно, говорю, разуметь не иначе, как: останется нетленен, да тако будет жегом огнем вечного мучения. И так Апостол Павел предлагает здесь, по мнению первых Толковников, следующее учение: если кто из учителей, утверждаясь на сем основании веры во Христа, будет преподавать учение православное или злочестивое, то да знает, что учение всякого откроется, каково оно есть: время откроет оное. Ревность Всесвятого Духа и рассуждение верных сынов Церкви искусит и исследует, право, или не право учение его? И ежели найдется правым, то он получит мзду, то есть воздаяние от Бога и похвалу от Церкви. Ежели же Церковь найдет оное еретическим и неправославным, то оно «отщетится», то есть будет осуждено, а он сам спасется не огнем, но так как бы огнем, то есть обличением и запрещениями Церкви, ежели только покается. По мнению же вторых Толковников, Апостол научает следующему: ежели кто из верующих на основании веры во Христа и умом и словом и делами своими назидает, то есть, творит дела добродетели или греха, то да знает, что дела каждого откроются: ибо последний день суда имеющий начаться огнем Божеского правосудия откроет все: сей огнь, то есть, сие Божие правосудие искусит дело каждого, каково оно, благо или зло: и ежели по искушении оном и суде Божеском дело человека останется неосужденным, то он получит мзду, то есть небесное царствие: ежели же дело его окажется достойным огня, то оно «отщетится», то есть уничтожится, а он сам «спасется», то есть останется невредим, да тако предан будет огню вечного мучения. Приметьте здесь, что Павел прежде обличил здесь несогласных между собою Коринфян, как вы слышали в прошедшую неделю, потом, как бы имея подозрение на самих их учителей, что конечно они были причиною тех несогласий, и сих увещевал и устрашал настоящими словами. После же всего предлагает и другое доказательство к осуждению Коринфян в разногласии их.

1Кор.3:16,17. Не весте ли, яко храм Божий есте, и Дух Божий живет в вас? Аще кто храм Божий растлит, растлит сего Бог: Храм бо Божий свят есть, иже есте вы.

Апостол сказал прежде: «Божие здание есте», потом показал, и какое есть основание сего Божественного здания, говоря: «основания бо инаго никтоже может положити лежащаго, еже есть Иисус Христос» (1Кор.3:11).

А теперь говорит, что сие здание, коему основанием служит Иисус Христос, есть Храм Божий, и что Храм сей суть все верующие во Христа. «Не весте ли», говорит, «яко Храм Божий есте, и Дух Божий живет в вас? Храм бо Божий свят есть, иже есте вы». То же говорили и Пророки, и Сам Единородный Сын Божий. Пророк Иезекииль поучал от лица Бога глаголющего: «и будет вселение мое в них, и буду им Бог, а они будут ми людие» (Иез.37:27): а Иисус Христос обещал любящему Его: «и к нему приидем, и обитель у него сотворим» (Ин.14:23). Апостол умалчивает о следствии, какое бы должно вывести из предыдущих слов, потому, что оно известно: ибо ежели они были Храм Божий, и Дух Божий обитал в них, Бог же есть Един: то следует и им не делиться друг от друга, но пребывать неразрывными в единстве веры: умалчивает, говорю, о следствии сем для того, чтобы навести им ужас, и тем искоренив разногласие, соединить воедино разделившиеся члены. «Аще кто Храм Божий растлит, растлит сего», говорит он, «Бог». Мы растлеваем сей Святой Храм двояким образом: или повреждая основание его, то есть, уча догматам злочестивым вместо православных, и суеверию, вместо правой веры: или повреждая самое здание, то есть, делая Богоненавистные грехи вместо Боголюбезнейших добродетелей. Кто же таким образом растлит Святой Божий Храм, того растлит, то есть погубит и истребит Бог. Ужасный пример такового гнева Божия мы видим на Арие и Иуде. Они растлили Святой Божий Храм: первый уча, что Иисус Христос не Единосущен, но Иносущен Отцу Своему: а второй пристроив во Храме оном сребролюбие и предательство на Иисуса Христа. Почему Арий растлел, изрыгнув всю утробу и внутренность свою с мерзкою своею душою: а предатель Иуда произвольно удавился: ибо по предательстве Христа, «шед удавися» (Мф.27:5).

Беседа о вымышленном чистилищном огне

Послания Богоглаголивого Павла в некоторых местах, как свидетельствует Богоблаженный Апостол Петр, заключают в себе мысли неудобопонятные. «В нихже», говорит он, «суть неудобь разумна некая яже ненаучени и не утверждени развращают, якоже и прочая писания, к своей погибели им» (2Пет.3:16). Сию неудобовразумительность мы видим в следующих словах Апостола Павла: «сам же спасется, такожде якоже огнем» (1Кор.3:15). Некоторые, или будучи неведущи в Священном Писании, или не утверждены в благочестии и добродетели, не разумея сих слов превратно их толковали, и думали так, что сказанный здесь Апостолом огонь, есть огонь чистительный, очищающий души от грехов, как очищается золото огнем от всякой нечистоты. Положив таким образом, они вымыслили нелепое учение, что по смерти души всех людей, как раскаявшихся, но внезапно смертию восхищенных, и следственно не успевших исполнить дела покаяния, дабы теми очиститься, так и не раскаявшихся в простительных своих грехах, сходят в место сего чистительного огня, где бывают жегомы долее или менее, судя по тяжести грехов их, и после исходя оттуда, как золото из горнила чистыми от всякой скверны получают Божественную славу и блаженство. Они говорят, что молитвы и милостыни, а особливо священнодействия, совершаемые о жегомых, там орошают лютость огня сего, еще же и сокращают продолжение времени оного: от чего огнь оный там, где он обретается, есть огонь палящий, а на земли долу бывает источником, источающим множество сребра, и прибыток великий. Ибо всяк приемлющий сие злочестивое учение с радостию наполняет руки таковых священнодействователей, дабы таким образом оросить пламень палящий душу отца или матери, или другого некоего сродника, или друга, и свободить его скорее от лютого оного мучения.

Сие зловымышленное учение, коего основатели выдумали и другие еще большие нелепости, кажется, не иное что есть, как отрасль чудовищной ереси Оригена, утверждавшего, что вечное мучение имеет конец. Оно нимало не основываясь ни на Священном Писании, ни на писаниях Богоносных Отец, содержит в себе многие и великие противности. Оно во-первых предполагает, что к очищению грехов довольно дел покаяния или добродетели человеческой: но мнение сие несправедливо, потому что не только одна какая-либо добродетель, но и все вместе, не могут очистить ни одного греха, а кольми паче многих. Ибо если беззакониями нашими мы оскорбляем Бога Вечного: то и наказание за оные должно быть также вечное. А добродетель, или паче и все наши добродетели суть яко ничтоже пред Богом, суть «якоже порт нечистыя», как говорит Пророк Исаия (Ис.64:6). И так достоинство добродетели никак не может равняться с тяжестью греха. Ежели бы добродетель очищала грех, то все бы праведные люди и до закона, и в законе, и по законе жившие были чисты от прародительского греха, все бы, говорю, были сынами Божиими и наследниками небесного Его Царствия: а следовательно не нужны бы были воплощение, страдание, Крест, кровь, вода, смерть и воскресение Иисуса Христа.

Единые заслуги Богочеловека, яко такого лица, которое беспредельную имать честь и славу, очистили грех человеческий. Он удовлетворение за всех грешников принес совершенное и недостаток дел их покаяния восполнил и усовершил. Он за преслушание человека послушлив был даже до смерти: за гордость его, что, возмечтал быть равным Богу, носил на главе Своей венец терновый: за простертие рук его ко древу познания, простер руце Свои на древе крестном: за вкушение его от сладостного плода, вкусил желчь, за праматерь, от ребра взятую и прельщенную, в ребра прободен был. «Тойже язвен бысть за грехи наша, и мучен бысть за беззакония наша» (Ис.53:5). Он понес наказания за грехи наши, и примирил нас с Богом: «наказание мира нашего на нем». Язвы рук и ног Его уврачевали раны наших беззаконий, «язвою Его мы исцелехом» (Ис.53:5). Кровь из ребр его исшедшая очищает нас от всякого греха: «кровь Иисуса Христа Сына Его очищает нас от всякаго греха» (1Ин.1:7), говорит возлюбленный ученик Христов Иоанн. Вода, из ребр Его истекшая, омывает нечистоты души, и дарует спасение: «иже веру имет и крестится, спасен будет» (Мк.16:16; Мф.28:19). Он, имея всякую власть на небеси и на земли, дал и ученикам своим власть вязать и решить грехи человеческие. «Приимите», рече им, «Дух Свят: имже отпустите грехи, отпустится им, и имже держите, держатся» (Ин.20:22, 23). Власть же сия преподается также истинным и законным преемникам их друг другоприемственно, и будет преподаваться даже до скончания века. По сей-то причине когда священник здесь на земли произнесет к исповедавшемуся грешнику сии Господни слова: «чадо, отпущаются тебе греси твои» (Мк.2:5): в то время горе на небеси Отец щедрот разрешает истинно кающегося от всех грехов и очищает душу его от всякого беззакония.

Так посему, скажет кто-либо, уже излишни были дела покаяния, то есть, удовлетворение, или правило, духовным отцем назначенное. Нет, они не излишни, но полезны и душеспасительны. Они конечно не суть причиною отпущения грехов: ибо отпущение сие мы получаем тотчас по исповеди и по молитве разрешительной по удовлетворению за грехи наши и по благодати Господа нашего Иисуса Христа, пролившего за нас бесценную Свою кровь (Ин.1:9): однако ж они суть плоды покаяния и доказательство обращения нашего к Богу: суть дела послушания за преслушание, которое мы согрешая творили, суть узда, удерживающая нас от поползновений паки ко греху. Посему кто благопроизвольно не исполняет оных, тот преслушает Церковь и пренебрегает данную ему благодать Святого Духа.

Во-вторых, учение таковое делает неправосудным Бога. Каким же образом, послушайте. Всякий по собственному опыту знает, что иногда душа лукавыми своими помыслами возбуждает тело ко греху, а иногда тело плотскими своими похотьми возбуждает душу к тому: и таким образом, то душа возбуждая тело, то тело душу, творят грех оба вкупе, так что душа никогда не грешит без участию тела, а тело без согласия души. поелику же по сему учению Бог тотчас по смерти человека, душу его, достойную чистительного огня наказует, паля, сколько нужно времени, огнем оным, а тело, повинное наказанию, яко соучаствовавшее во грехах, не токмо оставляет ненаказанным, притворяя его в бесчувственный прах, но еще прославляет вкупе с душою по воскресении из мертвых: то отсюда видно, что сей чистительный огонь палит души, но и потребляет бесконечное правосудие Божие. Если бы два человека равно преступили закон Царя земного, и Царь одного из них тотчас наказал за то, а другого не только бы оставил ненаказанным, но еще возвел после того на высочайшую степень достоинства: то какую бы несправедливость сделал оный Царь! Точно такое же неправосудие оказал бы и Бог, если бы вымысл чистительного огня был истинный: но какая нелепость может быть большая сей?

Третье. поелику день суда настанет внезапно «День Господень», говорит божественный Апостол Павел, «яко же тать в нощи, тако приидет: в оньже час», сказал Господь, «не мните, Сын человеческий приидет» (1Сол.5:2: Мф.24:44), следовательно много найдется таких, которые не исполнили должного удовлетворения во грехах своих: много таких, которые не раскаялись в простительных грехах своих: много тогда найдется таких, которые будут достойны не вечного мучения, но только временного чистительного огня: и так каким образом с ними поступит Бог? Ужели от века предуставленное время суда и решения отложит Он до той минуты, как они очистятся в чистилищном огне? Но между тем явятся и другие им подобные, а после сих еще другие, и так далее, доколе род человеческий продолжится. Следовательно день и час суда предназначенные Богом от вечности, беспрестанно будут отлагаться. И ужели осудит Он в вечный огонь тех, кои достойны только огня временного, чистительнаго? Нет, сие уже будет неправосудие. Ужели введет в Царство вечное нечистых и скверных? Но не имеющие брачного одеяния, чистоты и святости извергаются вон из Божественного чертога. Ужели простит им сперва грехи, и потом введет их в бесконечную славу? Нет, сие уже значит лицеприятие. Ибо других то же творивших сперва огнем будет палить, и потом помилует, а сих не палит огнем прославит.

Сверх сего, откуда сии еретики взяли случай составить столь соблазнительное учение? Какое место Божественного Писания, какой Пророк, какой Апостол, или какой святой муж внушили им мысль о чистительном огне? Хотя Апостол Павел и говорит: «Сам же спасется такожде якоже огнем» (1Кор.3:15), но слова сии, как сказал Петр, заключают в себе некое неудоборазумное, то есть, неудобопонятное (2Пет.3:16). Никто из Святых Отцев, толковавших сие место, не разумел здесь чистительного огня, или чего-нибудь другого, что говорят в рассуждении его. Поколику же Павел прежде сих слов сказал: «Когождо дело явлено будет: день бо «явит» (1Кор.3:13), то отсюда видно, что он говорит о страшном дне суда, в который все дела человеческие откроются. Притом же не прямо сказал «огнем», но, «якоже огнем». Кто убо из благочестивых и боящихся Бога дерзнет создать на сем, толико неясном и сомнительном основании, на одних пустых предположениях здание новое и совсем неслыханное в Кафолической Церкви? Кто отважится на такие вымыслы, из которых проистекают толикие нелепости и даже хулы, и будет стараться уверять в том других? Об огне вечного мучения ясно сказал нам Бог в Священном Писании, назвав его «огнем негасающим», пещным, вечным, геенским, палящим и езером огненным горящим жупелом28 (Мф.3:10.12,18:8, 25:41, 23:33; Апок.19:20). но чистительного огня не видно ни в Священном Писании, ни в правилах Святых Соборов, ни в древних Церковных Историях, ни в писаниях Богоносных Отцев.

Но скажут, и православная Церковь приносит также за усопших бескровные жертвы, фимиам, свещи, молитвы и подает бедным милостыни? Правда, но иное дело есть сие, а иное баснословия о чистительном огне. Ибо послушайте, на чем основывается сие священное дело Церкви. Царе-Пророк Давид сказал, что праведные ожидают себе воздаяния до того времени, как и ему с ними оное воздается. «Изведи», рек он, «из темницы душу мою, исповедатися имени твоему» (Пс.141:8). Для чего же так молится он? Для того, что «мене», говорит, «ждут праведницы, Дондеже воздаси мне». А Божественный Апостол Павел ясно показал сие, сказав о праведниках: «и сии вси не прияша обетования» (Евр.11:39). Почему же? Потому, говорит он, что промысл Божий не благоволил, чтобы они без нас получили совершенную славу: «Богу лучшее что о нас предзревшу, да не без нас совершенство приимут» (Евр.11:40). Мы слышим также глас Богоблаженнейшего Петра, свидетельствующий, что не только грешники, но и демоны, с коими они имеют быть мучимы, еще не получили совершенного наказания. «Есть Господь», говорит он о грешных, «благочестивыя от напасти избавляти, неправедники же на день судный мучимы блюсти» (2Пет.2:9). А о демонах говорит: «Аще бо Бог Ангелов согрешивших не пощаде, но пленницами мрака связав, предаде на суд мучимых блюсти» (2Пет.2:4). Отсюда убо всяк видеть может, что как праведники, так и грешники не получают еще по смерти совершенного воздаяния, но ожидают дня судного, в который по исполнении суда всем уже людям совершенное последует воздаяние. «Подвигом добрым подвизахся», пишет Апостол Павел, «течение скончах, веру соблюдох. Прочее убо соблюдается мне венец правды, егоже воздает ми Господь в день он, праведный судия» (2Тим.4:7-8). А дабы кто не подумал, что он сие говорит только о самом себе, то прибавляет еще «не токмо же мне, но всем возлюблшим явление его». поелику убо умершие еще не были судимы судом оным Божиим, а следовательно и не получили совершенного воздаяния: посему Церковь, дерзая на бесконечное милосердие Божие, и молится о помиловании грешников.

Что Церковь сия приняла от предания Апостольского, то доказывает во-первых, общее в сем согласие всех Христиан. Ибо все, кроме некоторых новомудрцев, даже и те самые, которые, отделились от Церкви, составили особые    секты, не престают         сего делать: во-вторых, друг другопреемственное свидетельство древних святых Отцев (Смот. сл. Дамас. о усоп.). А что Богодухновенные Апостолы не только письменно, но и устно многое предали верным, завещевая им то соблюдать, о сем свидетельствует всеблаженнейший Павел, говоря так: «темже убо, братие, стойте, и держите предания, имже научистеся или словом, или посланием нашим» (2Сол.2:15). Имеем мы и древнюю историю о Маккавеях, подтверждающую сию истину, которую приемлют не только все Христиане, но и Евреи. В ней мы читаем, что Иуда Маккавей, собрав две тысячи драхм сребра, послал их в Иерусалим для того, чтобы там принести жертву за грехи умерших на брани. «И сотворив», говорит священная История, «от мужей собрание утварей, яко две тысящи драхм сребра, посла во Иерусалим принести за грех (мертвых) жертву» (2Мак.12:43). Священный Историк, сказав сие и похвалив таковое дело, далее говорит: «отонуду же за умерших моление сотвори, яко да от греха очистятся» (2Мак.12:45).

Все убо мы право правящие слово истины, да содержим, храним и творим поминовения о умерших во благочестии, яко дело Апостолами преданное, и всею православною Церковию издревле сохраняемое, яко доказательство любви нашей к ближнему, яко дело угодное Богу, и нам полезнейшее и душеспасительное. Но да отметаем и презираем учение чистительного огня, и другие тому подобные новомудрствования, плод разврата и безумия человеческого, причитая оные к скверным и бабьим басням (1Тим.4:7), и к буим стязаниям, о которых Павел писал к Тимофею и Титу (2Тим.2:23). Аминь.

18. В неделю десятую толкование на Евангелие от Матфея (Мф.17:14-23)

Что еще искони диавол, видя в рае блаженное и преславное человека состояние, позавидел оному и, ухитрився, причинил ему вред, доныне видимый, о том никто из верующих, читающих или слушающих Божественное Писание, конечно не сомневается; а что он и потом не престал всячески коварствовать и всесильно стараться прельщать и повреждать оному, сие явствует из ныне чтенного священного Евангелия. Сие же священное Евангелие показует купно и три крепчайшие оружия, то есть, веру, пост и молитву, посредством коих далеко отгоняется и совершенно разрушается его сила. Но поелику и доныне, хотя благодатию вочеловечения Господа нашего Иисуса Христа она и измождена, не престает он метать на нас разженные свои стрелы: то премного полезно будете для души слушание толкования прочтенных Евангельских словес.

Мф.17:14-15. Во время оно, человек некий приступи ко Иисусу, кланяяся Ему и глаголя: Господи! помилуй сына моего, яко на новы месяцы беснуется, и зле страждет, множицею бо падает во огнь, и множицею в воду.

Богоглаголивые Апостолы не объявили ни о роде, ни об отечестве, ни о Богослужении, ни о состоянии сего человека, который приходил ко Иисусу и, преклонив колена пред Ним, просил его исцелить сына своего единородного, якоже свидетельствует священный Лука (Лк.9:38). Умолчали же о сем, яко о ненужном и нимало не касающемся величия чуда и душевной нашей пользы. Приступил убо отец отрока ко Иисусу Христу, и кланяясь просил Его, говоря: «Господи! помилуй сына моего, яко на новы месяцы беснуется, и зле страждет». Каковы же были болезни новомесячного беснования, о коих Евангелист Матфей умолчал, описывает подробно Божественный Марко, свидетельствуя: «и идеже колиждо имет его, разбивает его, и пены тещит, и скрежещет зубы своими, и оцепеневает» (Мк.9:18). Богоглаголивый же Лука придает к сему и вопль, и пену, и сокрушение: «и се дух емлет его, и внезапу вопиет и пружается с пенами, и едва отходит от него, сокрушая его» (Лк.9:39). Люди, видя тогда, что болезнь сия случилась тогда, когда было полномесячие, верили, что луна сей болезни была причиною; почему лунатиками называли тако страждущих. Однако луна, свидетельствует Божественный Златоуст, несть вина луннаго беснования; но бесы, замечающие лунныя времена, в полномесячии нападали на человеков, да покажут, что дела Божия суть виною их несчастия (Злат. в бесед.). Приметь, что многое имеет сходство новомесячное беснование с болезнию, которую называют врачи падучею болезнию. Ибо что пишут два Евангелиста о сих луннобесных, то же самое видим и до ныне страждущих падучею болезнию. Хотя же врачи и утверждают, что падучая болезнь есть болезнь естественная, так как горячка, корчение жил, истерика и другие болезни, — а наипаче потому, что некоторые из них посредством врачебного искусства исцелили, как говорят, некоторых страждущих падучею болезнию: — однако из того, что повествуют Евангелисты, явствует, что бес мучил новомесячною болезнию страждущего (Смотр. о пад. болез. Тиссот.). И так что принять надобно за истину? Мы, во-первых, видим, что подверженные падучей болезни не токмо страждут во время полномесячия, но и во всякое другое время, и иные редко, иные же часто падают; иные токмо каждого месяца, другие в каждую неделю; одни в каждый день, а другие и на день часто. Убо следует, что другая болезнь есть новомесячная, а другая — падучая, хотя и имеют они сходство. Во- вторых же, что хотя и положим, что новомесячная болезнь есть падучая и следственно естественная; но из сего не следует, что бес не мучил таковою болезнию повествуемого в нынешнем Евангелии. Ибо диавол, по Божескому попущению, бывает причиною различных естественных болезней для человеческого наказания. Глухота и слепота суть естественные болезни: однако мы видим, что бес оных был причиною в немом и слепом, которых исцелил Иисус Христос. «И се, свидетельствует священное Евангелие, приведоша к Нему человека нема, то есть не могущего говорить, беснуема: и изгнану бесу, проглагола немый» (Мф.9:32-33). И на другом месте: «тогда приведоша к Нему беснующася слепа и нема: и исцели его, яко слепому и немому глаголати и глядати» (Мф.12:22). Болезнь и Иовля, хотя казалась естественною, однако была искушение и мучение диавольское. Мудры убо и достойны похвалы суть те христиане, которые, когда приключится им болезнь, немедленно призывают не токмо врача, да подаст им врачебные составы, но и священника, да принесет о здравии их прошения и молитвы. Но обратим внимание теперь и на прочее, что говорил отец отрочате.

Мф.17:16. И приведох его ко учеником Твоим, и не возмогоша его исцелити.

Ужели по неверию так сказал отец на новый месяц беснуемого, уничижая учеников Христовых, или по простоте сердца и желая показать, что поелику те не могли, для того и пришел ко Христу, яко Всемогущему? Он пришел к Иисусу Христу с весьма малою верою, и более искушая, нежели веруя; ибо сказал Иисусу: «аще что можеши, помози нам» (Мк.9:22). А если бы имел веру твердую и горячую, не сказал бы сего, но прямо бы веровал, что Иисус вся может, яко Бог всемогущий. И из ответа Иисусова к нему видно, что Он сказал сие, презирая учеников Его, и не доверяя, чтоб они могли исцелить того. Вот же какой ответ Господа Иисуса:

Мф.17:17. Отвещав же Иисус, рече: о роде неверный и развращенный! доколе буду с вами? доколе терплю вас? приведите Ми его семо.

Негодует кроткий и смиренный сердцем, и обличает беззлобный (Мф.11:29). Виждь же мудрость Боголепную и снисхождение Божественное: поелику всеобщее обличение есть легчайшее и сноснейшее пред частным и личным, то и говорит к нему вообще. Ибо не сказал: о неверный и развращенный! но: «о роде неверный и развращенный!» относя обличение к тамо сущему народу, или ко всему Иудейскому роду; почему и сие присовокупил: «доколе буду с вами? доколе терплю вас?» означая, что приближалось время страдания и смерти Его, и что лучше соглашается терпеть страдания и смерть, нежели их неверие и развращение. И сие было правосудия Его дело; поелику же «хвалится милость на суде» (Иак.2:13), умилосердясь над страждущим, «приведите Ми, сказал, его семо».

Мф.17:18. И запрети ему Иисус: и изыде из него бес, и исцеле отрок от часа того.

Евангелист Марко показал здесь некоторые случаи, о которых священный Матфей умолчал. Вопроси Иисус, пишет Марко, отца в новомесячии беснуемого: колико времени есть, с которого сын его страждет? (Мк.9:21) Тот же ответствовал: издетска. И сей вопрос предложен был для ответа: ибо ответ показал болезнь долговременную, долговременные же болезни суть неудобоизлечимы, по мере продолжения времени. Кроме сего, пишет той же Марко, что отец больного сказал: «но аще что можеши, помози нам, милосердовав о нас» (Мк.9:22). Сии слова показывают сомнительность и маловерие. «Иисус же рече ему: еже аще что можеши веровати, вся возможна верующему» (Мк.9:23). Сие показывает всемогущество горячности веры. «Вся, говорит, возможна верующему»: аки бы так сказал, что если бы ты веровал, ты сам бы сына твоего исцелил (Злат. в бесед.). Сие же услышав, отец отрока возопил со слезами, говоря: «верую Господи! помози моему неверию» (Мк.9:24). Слова Господни, как видно, привели его в покаяние в рассуждении прежнего маловерия; ибо слезы его суть доказательством покаяния. Потом показывает сей Евангелист, что когда Иисус запретил духу нечистому, тогда тот вопил и много мучил больного, наконец исшел из него. «И бысть яко мертв, яко многим глаголати, яко умре» (Мк.9:26). Богоглаголивый же Лука присовокупил, что дух мучил больного еще прежде запрещения: «еще же, пишет, грядущу ему, поверже его бес и стрясе» (Лк.9:42). Сему же попустил быть Иисус не для любославия, аки бы Он, когда увидел, что стекся мног народ, «запретил бесу» (Злат. в бесед.): но для самого отца его, то есть, чтобы он, видя беса, трясущегося от единого воззрения и запрещения Иисусова, хотя бы ради сего поверил имущему быть чуду. Но что сказал Иисус, запрещая бесу, сие показал нам Марко, говоря: «запрети духу нечистому, глаголя ему: душе немый и глухий! Аз ти повелеваю, изыди из него, и ктому не вниди в него» (Мк.9:25,42). А Лука повествует, что по исцелении отдал его отцу его. И сие правильно было; ибо чрез все время, когда больной был мучим, не был во власти отца своего, но под властию мучащего беса. Исцелив убо, отдал во власть отца его.

Мф.17:19. Тогда приступльше ученицы ко Иисусу наедине, реша: почто мы не возмогохом изгнати его?

Праведно изумевали ученики, не могше изгнать того беса, и тако вопрошали: «почто?» Ибо наперед сего, «даде им власть Иисус на дусех нечистых, яко да изгонят их, и целити всяк недуг, и всяку болезнь» (Мф.10:1). Почему и размышляли о данной им благодати чудотворений, не отъята ли оная от них? Не того убо ради, что они стыдились, не явно вопрошали его; но того ради, что вопрос был о великом и неизглаголанном деле, спрашивали Его наедине (Злат. в бесед.). Из чего заключаем: первое, что как приявшие дар пророчества не всегда и о всем пророчествуют, так и приявшие благодать чудотворения не всегда и во всем чудодействуют. Второе, что бывает препятствием для соделания чуда или маловерие и сомнение чудодеятеля, или недостоинство ищущего чудеси. Сие подтверждает следующий Господень ответ:

Мф.17:20. Иисус же рече им: за неверствие ваше. Аминь бо глаголю вам: аще имате веру яко зерно горушно, речете горе сей: прейди отсюду тамо, и прейдет: и ничтоже невозможно будет вам.

Святые Апостолы не были неверными, но усомнились тогда и впали в недоверчивость о том, могут ли изгнать такового сильного беса. Сие маловерие и хладную их веру назвал Христос неверием: за маловерие же и отец больного был недостойным благодеяния (Злат. в бесед.). Что же хладную их веру назвал неверием, сие явствует из того, что немедленно присовокупил и дела горячей веры. Если бы имели вы, сказал Он, веру горячую, каково есть зерно горушно, горы бы с места на место могли преставлять, и ничтоже вам будет невозможно. Хотя же таковое чудо и не писано есть в повествованиях о святых Апостолах; однако Божественный Златоустый заметил сие: глаголются же по сих, сиречь Апостолах, святые нецыи, оных (Апостол) низшие добродетелию и саном, яко и горы, егда нужда бе, преставиша. Не сказал же Господь, подлинно преставят горы; но ежели нужда потребует, могут и сие творить. Если же гор не преставляли, то сего не сотворили не потому, что не могли, но потому, что никакой не было нужды. Вероятно же, что было когда-либо содеяно и таковое чудо, но только не написано; ибо не все бывшие чудеса писаны суть. Научив же Господь, какую имеет силу горячая вера, присоединил и то, какие суть противу бесов оружия, говоря:

Мф.17:21. Сей же род не исходит, токмо молитвою и постом.

Сей род: какой? Род бесовский. Заметь, что не сказал: сей род исходит молитвою и постом, но: «не исходит, токмо молитвою и постом», — да покажет, что из всех прочих добродетелей единая молитва и пост суть оружия верного противу бесов (Злат. в бесед.). Для уврачевания же беснуемых нужно поститься и молиться не токмо врачу, но и страждущему. Итак Иисус Христос неверие отца того отрочате исцелил обличением, маловерие учеников — показанием действий горячей веры, бесовский недуг страждущего на новомесячия — запрещением, показав купно и средство, чрез которое верные могут изгонять бесы. Потом предрек и о страдании и воскресении Своем.

Мф.17:22-23. Живущим же им в Галилеи, рече им Иисус: предан имать быти Сын человеческий в руце человеком, И убиют Его, и в третий день востанет.

Совершив Иисус показанные чудеса, исшед от того места, якоже пишет Евангелист Марко, иде со учениками Своими сквозь Галилею. Тамо, в Галилеи, живя, предсказал Он ученикам Своим о предании Иудином, о страдании и смерти Своей, дабы при событии сего нечаянность таковая не возмутила их (Мк.9:31): поелику же сие предсказание достодолжно их опечалило, то предвещает им и тридневное Свое воскресение, да уменьшит печаль их сердечную.

Беседа о искушении диавола и оружиях против него

Почему Евангелист Матфей умолчал о всех страданиях, каковыми немилостиво мучил нечистый дух на новый месяц страждущего, обстоятельно же заметил то, что часто его ввергал в огнь, и часто в воду? Сие замечание Евангелистово заключает мысль весьма достовнимательную. Два суть источника всех грехов: гнев и любовь. Какой бы ты грех ни представил, оный проистекает или от гнева, или от любви. Споры, непокорливости, вражды, насилия, жестокосердия, предательства, укоризны, клеветы, уязвления, терзания, брани, убийства, хуления и тысяча других страшных грехов гнев имеют отцем. Похищение, неправды, ковы, зависть, блудодеяния, прелюбодейства, пьянство, обжорство и другие премногие дела тьмы суть произрастения злые любви. Кого же диавол себе поработит, того ввергает часто то в огнь, то есть, в огненные грехи гнева, то в воду, то есть, в преступления злые любви. По сей-то убо причине Евангелист Матфей именно заметил, что нечистый дух часто ввергал бесного в огнь, и часто в воду. Сему же нечто подобное и Пророк царь Давид означил, когда молясь говорил: «во дни солнце не ожжет тебе, ниже луна нощию» (Пс.120:6): чрез сожжение солнечное описуя пламень гнева и чрез луну ночную — плотские похоти. Нет сомнения, что страданием и Крестом Спасителя Иисуса Христа разрушена сила бесовская. «Ныне суд есть миру сему, сказал Владыка всяческих, — ныне князь мира сего изгнан будет вон» (Ин.12:31). И поистине есть изгнан; ибо по пришествии во плоти Христа онемели идолы, которые говорили и прорицали будущее; оракулы и предсказатели заключили уста свои; совсем почти погасло многобожие, или, справедливее сказать, бесовское служение (см. Плутарх.); уменьшились бесные; никакой власти не имеет диавол над скончавшимися благочестиво и праведно: отверзлась для благочестивых и благолюбивых дверь райская, которую он хитростию своею заключил, и заграждены уста адские, которые он разверз. Единая токмо власть искушать осталась в нем. Блаженный Петр свидетельствует, что «диавол ходит яко лев рыкая, иский кого поглотити» (1Пет.5:8). Богоглаголивый же Павел возвещает нам, яко несть наша брань с людьми, кровь и плоть носящими, так как и мы, но «к началом, и ко властем, и к миродержителем тьмы века сего, к духовом злобы поднебесным» (Еф.6:12). Там же Апостол научает, что диавол имеет коварства, козни, сети неприязненные, преобразуется во Ангела светла (Еф.6:11; 1Тим.3:7).

Он есть дух; поелику же и человеческая душа есть дух, то весьма удобно сообщает оной злые свои умышления и возбуждает в ней злые мысли. Прежде нежели ты согрешишь, представляет он пред тобою грех простительным и маловажным, да падешь скорее; когда же согрешишь, изображает преступление великим и непростительным, чтобы ты не покаялся, но отчаялся. (2Тим.2:26; Еф.6:16; 2Кор.11:14). Се есть един из его ковов. Попадается тебе, по содействию его, чуждая вещь, и он удобным открывает тебе и путь, и способ оную похитить и присвоить: се есть единая из козней, которую он тебе изготовил! Во время бедствий твоих похищает надежду твою, да останешься отчаянным; во время болезней окрадывает терпение твое, да возропщешь на Бога; во время несчастия твоего изощряет скорбь твою, да убиешь себя; во время гнева твоего воспламеняет ярость твою, да поносишь, биешь, уязвляешь, умерщвляешь, богохулишь; пожеланий твоих расторгает обуздание и воспаляет неистовость, да соделает тебя поношением человеков и уничижением людей, да осквернит тело и вечной муке предаст душу твою. Сии-то суть разженные его стрелы! Преображает часто грех в добродетель, почему поносишь и биешь, будто для того, чтобы исправить виновного; неправдуешь, будучи судиею, с тем аки бы мнением, чтобы помочь бедному; гонишь брата твоего, аки бы по ревности к Богу. И сие-то есть преображение его во Ангела светла.

Но кто может, братие, подробно описать все коварства, злоумышления, козни и обольщения сатанинские? И во дни и в ночи искушает и соплетает сети; будучи же дух, перелетает скоро во всякое время и место, и коварствует как над праведными, так и грешниками. Входит в домы и насаждает соблазны между мужем и женою, между отцем и сыном, между материю и дщерию; соблазняет и связанных любовию братий. Бегает на торжища, и рассевает между продающими и покупающими раздоры, коварства, обман, клятву. Заходит в монастыри, и возмущает спокойствие монашествующих. Пролезает даже в олтари, и вводит вражду между освященными лицами. В нощи, когда спишь, искушает тебя; утром, когда востаешь, бросает на тебя быстрые стрелы; в полдень уготовляет скрытные сети и многоразличные соблазны. Непрестанно «приседит в тайне, яко лев во ограде своей, еже привлещи и восхитити тебе» (Пс.9:30).

Для чего же убо Бог попускает сатане творить таковые искушения над несчастным человеком? Известно, для чего: да он, воюющий, победится и посрамится; мы же, воюемые. победим и увенчаемся. Но да не устрашишься ратования его, се како тебя Бог ободряет гласом Пророка Своего: «не убоишися от страха нощнаго, от стрелы летящия во дни, от вещи во тьме преходящия, от сряща и беса полуденнаго» (Пс.90:5-6). Правда, наступают тысячи от шуйцы твоей, и тьмы от страны десныя твоей; но падают, и не могут повредить тебе: «падет от страны твоея тысяща, и тьма одесную тебе, к тебе же не приближится» (Пс.90:7). Бог пошлет к тебе святых Ангелов, да сохранят тебе во всех путех твоих. «Яко Ангелом Своим заповесть о тебе, сохранити тя во всех путех твоих» (Пс.90:11).

Страшишься ли, человече, искушений диавольских, и недоумеваешь ли о том, почему попущает Бог искушать? Если вникнешь в историю о Иове, то отбежит страх твой и разрешится недоумение. Там узришь ты, что диавол просил позволения от Бога, чтобы искусить Иова; прияв же оное, расставил на него все козни свои, употребил всякие коварства, поверг все разженные стрелы, истощил все свои силы. Погубил все имение его, почему богатейший во мгновение стал быть беднейшим; умертвил всех сыновей и дщерей его, почему многочадный в едино мгновение стал быть бесчадным; поразил все тело его язвами лютыми, почему бывший прежде здравым лежал на земли изъявлен, покрыт червием и чрепом стружащь язвы свои; наслал друзей его, чтобы вместо утешения горесть и вместо помощи поношения ему принесли; наконец склонил и жену его, да жалостливыми своими словами приведет его в отчаяние и возбудит к богохулению. «Доколе терпиши? говорила она ему: но рцы глагол некий ко Господу, и умри» (Иов.2:9). Но что же чрез сие диавол получил? Совершил ли намерение свое? Прегрешил ли Иов? Никако! «Во всех сих, приключившихся ему, ничимже согреши Иов, ниже устнама пред Богом» (Иов.2:10). Что ж убо совершил он? То, что он показал бессилие свое и остался посрамлен, а Иов приял от Господа «сугубая, елика бяху прежде, и прославился от конец до конец земли» (Иов.42:10). От того же времени и доныне, и во веки будет прославляться и ублажаться терпение его, и мужество, и повиновение Богу, и благоговение. Сверх же сего, и сие достойно замечания: хотя дал Бог позволение диаволу вредить имению его, и чадом его, и собственному телу; но не позволил ему души его касаться. «Рече же Господь диаволу: се предаю ти его, токмо душу его соблюди» (Иов.2:6).

Если же убо ни сатана власть имеет, ни Бог попущает вредить души нашей, и если им погубленные земные блага усугубляются, и брани его доставляют венец неувядаемый, и славу повсеместную и вечную: то почто страшимся его? Когда мы имеем веру горячую, то все его ухищрения суть ребяческие стрелы, и бывают еще дарами душеполезными и спасительными.

Наконец, имеем оружия Богосозданные и Богом данные, посредством коих, если хощем, можем прогнать его далеко от нас, почто устрашаемся? Два имеет он оружия противу нас: два оружия имеем и мы против него. Он искушает плотскими похотьми и суетою мирскою; а мы постом и молитвою изгоняем его вон. Ни он иные оружия имеет, ни мы: «сей род не исходит, токмо молитвою и постом».

Кто сомневается, что пост иссушает и укрощает похоть плотскую? Приходит он, возбуждает мерзкое пожелание и ищет ввергнуть душу твою в тину плотских грехов; ты не откладывай поститься в среду или пяток, но не медля постись тогда целый день. Вечером вкуси токмо хлеба и пий воду. Увидит он тогда бессилие свое и убежит; не наляжет на искушение, боясь, чтоб ты не умножил поста, и чрез то не получил бы более венцев. Пришел ли он, распростер ли перед тобою сети суетности морской, — прибеги немедленно с верою и благоговением к молитве; ищи благодати Божией, проси с Давидом: «отврати очи мои, еже не видети суеты» (Пс.118:37). Ни одного таким образом о сих спасительных вещах молящегося молитва не останется бездейственною и бесплодною. Ибо сия- то есть та молитва, о которой Бог сказал, что «вся, елика аще воспросите в молитве, верующе приимете» (Мф.21:22). Бог бо, услышав молитву твою, ниспошлет тебе Божественную Свою благодать, которая отвратит очи твои от мирской суеты, и тако тот отъидет постыжден, ты же останешься победителем и торжествователем во Христе Иисусе Господе нашем, Ему же слава и держава во веки веков. Аминь.

18.1. Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в десятую неделю по Пятидесятнице (1Кор.4:9-16)

Обличение начальническое подчиненным весьма огорчительно и поразительно бывает. Оно не только погружает душу в море печали, но и часто так разгневляет дух, что возбуждает против обличающего свирепые волны ярости. Тяжкая печаль расслабляет душевные силы, волны ярости потопляют рассудок: И потому-то строгие обличения весьма часто производят вред, вместо ожидаемой пользы. Посему как искусные телесные врачи, смешивая горькие лекарства с приятными некоторыми приправами, умеряют тем горькость их, и делают смешение приятное для вкуса, и полезное для здоровья, так и мудрые душевные врачи, жестокие обличения растворяя мягчайшими словами, умеряют тем их горькость, и таким образом составляют учение благоприятное уму и целительное для немощей душевных. В приуготовлении такового состава не было никого премудрее Павла, поелику никто кроме него не удостоился таковой благодати. Ныне чтенные слова послания его содержат жесточайшее обличение Коринфян. Однако ж он с толиким благоразумием и искусством соединил в них жестокость с мягкостию и горькость со сладостию, что составил из того смешение благоприятное уму, как всем известно, и полезное для сердца обличенных во грехах. Выслушайте, братия, со вниманием толкование слов оных, дабы вы, уразумев небесную Божию премудрость, в них содержащуюся, и уврачевав душевные раны, украсили душу свою красотою дел благих.

1Кор.4:9. Братие, Бог ны посланники последния яви яко насмертники: зане позор быхом миру и Ангелом и человеком.

Учение лжеапостолов повредило Коринфян. Они, впадши в помыслы гордости, думали о себе, что уже достигли до совершенства всякой добродетели и всякого счастия, а потому и начали тщеславиться и хвалиться, называя себя именами их учителей. «Аз есмь Павлов, аз же Аполлосов, аз же Кифин» (1Кор.1:12): откуда родились между ними распри. Павел убо, желая обличить их в заблуждении, дабы тем исправить, не поносит гордых их мудрствований прямо обличительными словами, но сперва предлагает им то, как они мечтали о себе говоря: «се сыти есте», говорит, «се обогатистеся, без нас воцаристеся: и о дабы воцарилися есте, да и мы быхом с вами царствовали» (1Кор.4:8). Потом описывает презренное и бедственное состояние Апостол. Ежели вы, говорит, поистине исполнены всякой добродетели, богаты и воцарились без нас, учителей ваших: то я мню, что Бог явил нас посланников последних из всех людей, «яко насмертники» (1Кор.4:9), то есть, яко определенных токмо на заклание и смерть. Мню, яко позор быхом миру и Ангелом и человеком. Под именем позора он разумел здесь зрелище, а под именем мира, мир видимый и невидимый. Все Ангелы, говорит, и благие и злые взирают на нас Апостолов: благие, помогая нам и радуясь нашим успехам: а злые, то есть демоны, искушая нас и опечаливаясь нашею непоколебимостию. Все люди, как верные, так и неверные, взирают на нас. Верные сострадая нам, а неверные, муча и гоня нас. После сего продолжая обличение в том же виде речи, сравнивает состояние Апостолов с мнимым состоянием Коринфян, говоря:

1Кор.4:10. Мы убо буи Христа ради, вы же мудри о Христе: мы немощнии, вы же крепцы: вы славни, мы же безчестни.

Мы, говорит, Апостолы, за любовь к Иисусу Христу и за ревность к Евангельской проповеди почитаемся буими: как-то и в самом деле Фист именовал Павла буим, воскликнув велегласно: «беснуешися ли, Павле? Многия тя книги в неистовство прелагают» (Деян.26:24): но вы, Коринфяне почитаетесь мудрыми во Христе, то есть в вере во Христа, или в Церкви Христовой. Мы Апостолы немощны, яко не имеющие никакой силы мирской: «и аз в немощи и страсе и трепете мнозе бых в вас» (1Кор.2:3), так писал сей Апостол к тем же самым Коринфянам: а вы, Коринфяне, сильны яко имеющие богатство и силы мирские. Вы славны, почитаетесь мудры и искусны, а мы бесчестны, яко презираемые и именуемые суесловивыми, как то и в самой вещи Епикурейцы стоические философы в Афинах именовали Павла суесловивым, говоря: «что убо хощет суесловивый сей глаголати» (Деян.17:18). После сего описывает бедствия и злострадания Апостолов.

1Кор.4:11-12. До нынешняго часа и алчем и жаждем, и наготуем, и страждем, и скитаемся, и труждаемся, делающе своими руками.

Слово «наготуем», означает то, что Апостолы кроме одежды, покрывающей наготу самой простой, не имели еще другой никакой, к успокоению служащей. Слово «страждем», означает, мы претерпеваем всякие искушения, так как и сие: «дадеся ми пакостник плоти, аггел сатанин, да ми пакости деет, да не превозношуся» (2Кор.12:7). А слово «скитаемся», означает, мы беспрестанно переходим с места на место для Евангельской проповеди, и не имеем дома, где бы остановившись, могли успокоиться. Павел, будучи скинотворец, делал собственными руками палатки, и тем питал не только себя самого, но и других, бывших с собою, как он говорил Ефесским пресвитерам: «сами весте, яко требованию моему и сущим со мною послужисте руце мои сии» (Деян.20:34). Я, говорит, повествую вам не о прошедших страданиях, но о тех, которые претерпеваем до сего часа: «и алчем и жаждем, и наготуем, и страждем, и скитаемся, и труждаемся делающе своими руками». Сими словами Апостол означил мужество и терпение, а в последующих описывает еще большую Апостольскую добродетель.

1Кор.4:12-13. Укоряеми, благословляем: гоними терпим: хулими утешаемся.

«Любите враги ваша», сказал Господь, «благословите клянущия вы, добро творите ненавидящим вас, и молитеся за творящих вам напасть и изгонящия вы» (Мф.5:44). И Апостолы сии Божеские повеления исполнили: неверные поносили и ругали их, а они поносящих и ругающих благословляли: «укоряеми, благословляем». Мучители всяким образом гнали их: а они мужественно переносили гонения и злобу гонящих: «гоними терпим»: нечестивые хулили их, а они молились о них Богу, и просили у Него им спасения: «хулими утешаемся». Кто терпит и нимало не мстит укоряющим его, гонящим и хулящим, тот делает великую добродетель: кто же не только терпит и нимало не мстит им, но еще благословляет их и молится о них: тот восходит на самый верх добродетели. Сими убо словами Павел изъяснил совершенство Апостольской добродетели, а в последующих открывает, как низко мир думал об Апостолах.

1Кор.4:13. Якоже отреби миру быхом, всем попрание доселе.

Что может быть хуже отребий, то есть сора, выбрасываемого и попираемого? Что презрительнее? Не только прежде, то есть, когда начиналась проповедь, но даже до сего часа, говорит, мы пред очами мира так как отребие и попрание всех человеков: но для чего Апостол Божий с толикою выразительностию описал страдания, добродетели и самую крайнюю презренность Апостолов? Во-первых для того, чтобы смирить высокомудрие Коринфян. Ибо хотя и не упомянул о заключении, следующем из слов его, дабы тем не возбудить в них гнева, однако ж и при самом молчании своем вопил к ним, как бы говоря таким образом: ежели мы Апостолы, избранные Богом, исполненные даров Духа Святого, ваши учители, претерпеваем толикие страдания, и толикие подъемлем подвиги для добродетели, и столь презренными почитаемся от людей: то таким образом вы, будучи младыми учениками, дерзаете почитать себя мудрыми, сильными, славными и счастливыми? Во-вторых для того, чтобы описать дела и жительствование Апостолов, в пример добродетели и совершенства для всех верующих во Христа. поелику же обличение его Коринфян в гордости, при всем искусстве и знании было поразительно и огорчительно, для сего он, ослабив тон выражений своих, пременяет горесть обличения на сладчайшее увещание?

1Кор.4:14-16. Не срамляя вас сия пишу, но якоже чада моя возлюбленная наказую. Аще бо и многи пестуны имате о Христе, но не многи отцы: о Христе бо Иисусе благовествованием аз вы родих. Молю же вас, подобни мне бывайте.

Первый проповедник слова веры в Коринфе был Апостол Павел, где и претерпел он много страданий от находящихся там Иудеев и Еллинов (Деян.18:17), и где также «мнози от Коринфян слышавше, вероваху и крещахуся» (Деян.18:8). После же Павла Аполлос и другие проповедники веры приходили в Коринф и учили там. Сих-то он нарицает пестунами30, потому что и они наставляли их во благочестии, себя же самого именует отцем, так как он первый проповедывал им Евангелие, и обратив от поклонения идолам в истинную Христианскую веру, отродил их, соделав из плотских людей духовными, и из земных небесными. Пишу, говорит, сия, то есть сии обличения к вам, Коринфяне, не да посрамлю лица ваши, но да научу вас, яко чад моих возлюбленных. Ибо хотя вы имеете и многих пестунов, однако же имеете многих отцев, могущих с таковым дерзновением и любовию обличать вас во грехах и не обинуясь давать вам советы: потому что я один вам отец по духу: родил вас, научив Евангельской вере. Поколику убо я имею право именоваться вашим отцем? Сего ради молю вас, подобни мне бывайте. Подражайте моей вере во Христа, моей любви, моему смирению, моей надежде, моей ревности и прочим добродетелям. Один токмо Павел, и ежели есть кто другой достигший до совершенства добродетели его, может с дерзновением сказать: «подобни мне бывайте, якоже аз Христу».

Беседа о словах: «Подобни мне бывайте»

Божественный Апостол Петр представляет нам в пример пострадавшего за нас Иисуса Христа, дабы мы, имея Его пред очами душевными, подражали небесной жизни Его и деяниям. «Христос пострада по нас», говорит он, «нам оставль образ, да последуем стопам Его» (1Пет.2:21). Подтверждает же, что пример сей есть первообразный образ великой добродетели и совершенства, образ безгрешности: «иже греха не сотвори»: образ истины и чистосердечия: «не обретеся лесть во устех его» (1Пет.2:22): образ смирения, долготерпения, кротости и незлобия: «иже укоряем противу не укоряше, стражда не прещаше» (1Пет.2:23): образ исполнения правды: ибо Он волею предал себя на смерть, да исполнит определение Бога и Отца Своего, праведно судившего, яко подобает Ему умрети за спасение человеческое: «предаяше же судящему праведно. Образ совершенной любви и милосердия. Иже грехи наша вознесе на теле своем на древо» (1Пет.2:21, 23-24). Какой другой есть пример или убедительнейший, или совершеннейший, или полезнейший сего? И так если мы устремим душевные наши очи на сей всесовершеннейший первоначальный образ: то без сомнения потечем боголепно путем совершенства. Ибо как живописец, древоделатель, домоздатель и всякой другой художник чем совершеннейший образец имеет пред глазами своими, тем искуснее отделывает свою работу: так и верный человек, чем святейший имеет пример пред умными очами своими, тем благолепнее совершается произволения его дело.

Како убо всехвальный Павел дерзнул поставить самого себя примером вместо Иисуса Христа, сказав: «подобни мне бывайте»? (1Кор.4:16) Почему он в сем завещании не подражал Петру? Кому неизвестно, что список никогда не бывает точно таков, каков оригинал? Сколь ни велика святость и совершенство во нравах и деяниях Павловых: но они отнюдь не достигают до беспредельной степени святости и совершенства Иисуса Христа: ибо Павел токмо человек, а Иисус Христос вместе и Бог. Почему убо Павел обратил очи наши от Иисуса Христа на самого себя, то есть от примера совершеннейшего к несовершеннейшему? Мы веруем, что слова Апостола Павла суть Богодухновенные, равносильные и равночестные прочим словам Божественного Писания: посему как все прочие изречения его, так и сии: «подобни мне бывайте», заключают в себе смысл духовный и спасительный. И во-первых усматривается, что он не только не умолчал о подражании Иисусу Христу, еще представил Его первоначальным примером, и исповедал что Он и сам взирал на Него, и взимал от Него образ всякой добродетели. «Подобни мне бывайте», сказал он, «якоже и аз Христу»: а во-вторых видеть можно, что он сказал таким образом для того, дабы показать удобство сего дела, и более склонить своих к добродетели, а тем и доставить им пользу. Выслушайте, каким образом сие слово: «подобни мне бывайте», действует на души верующих и пользует им.

Чем более чувств сообщают разуму понятий о вещах, тем более он уверяется в существовании вещей тех: посему мы удобнее уверяемся в том, что видим и слышим, и осязаем, нежели в том, что слышим только. Посему-то Петр и Иоанн с таковым дерзновением говорили пред собором: «не можем бо мы, яже видехом и слышахом, не глаголати» (Деян.4:20): а

Иоанн написал: «еже слышахом, еже видехом очима нашима, еже узрехом, и руки наша осязаша, о словеси животнем: еже видехом и слышахом, поведаем вам» (1Ин.1:1, 3). Коринфяне слышали о Иисусе Христе, но не видели ни Его самого, ни Его чудес и деяний: когда же Павел пришед в Коринф учил их: тогда они и видели, и слышали Его, и руце их осязали, так сказать, жизнь Его и деяния: видели Его подвиги, узы и скорби, которые он претерпел там за проповедь веры: видели все добродетели и чудесные исправления Его. Посему Он предоставляет им себя, яко пример видимый, известный и ощутительный, и следовательно могущий возбудить их к творению добрых дел. Подражайте, говорит, вере, любви, надежде, ревности и подвигам, каковые вы во мне видели, познали и ощутили. Сильно слово сие, ибо видимый пример великую силу имеет. А дабы кто не подумал, что он говорил сие гордясь: то он вместе предлагает и первообразный пример: «подражатели мне бывайте, якоже аз Христу» (1Кор.4:16): как бы так говоря: кто подражает мне, тот подражает Иисусу Христу: ибо я не сам собою, но подражая Христу соделался примером достойным подражания.

Сие Апостольское слово, возлюбленная моя братия, отъемлет у нас всякое извинение, какое мы обыкновенно делаем, уклоняясь от пути совершенства и добродетели. Когда я взираю умственно на Иисуса Христа Владыку всея твари, яко на раба, лентием препоясанного, вливающего воду в умывальницу, преклоняющего колена пред учениками своими, умывающего им ноги и отирающего их «лентием, им же бе препоясан» (Ин.13:5): тогда, удивляюсь безмерному смирению его, прихожу в умиление, плачу, и совесть моя движет меня к добродетели смиренномудрия: но вселукавый и растленный гордостию мой ум представляет в оправдание мое божество Иисуса Христа. Иисус Христос, говорит мне разум мой, будучи Бог пресовершен, имел пресовершенное и смирение: а ты будучи человек несовершен не может подражать Ему: не может столько смирить себя, сколько смирил Он: извинение же сие прекращает движение совести и побуждение меня к смирению. Когда я умственно вижу Иисуса Христа Творца и Господа моего, влекомого на судилища, поруганного воинами, оплеванного, заушенного, несущего в деснице трость, и на главе терновый венец, распинаемого среди двух разбойников, хулимого от мимоходящих, посмеваемого от Архиереев, поносимого от распятых с ним разбойников, и при всем том яко агнца незлобивого, не отверзающего уст своих: тогда я удивляюсь и изумляюсь чрезвычайной его кротости и терпению: поражаюсь сердцем и возбуждаюсь совестию к творению сих великих добродетелей: но ум мой, растленный страстию гнева и ярости, производит в оправдание божество Иисуса Христа. Он, говорит мне, что Иисус Христос, яко Бог, будучи бесстрастен, имел в бесконечном совершенстве и добродетель кротости и терпения: а ты яко человек страстям подлежа, не можешь быть его подражателем, и терпеть то, что он претерпевал. И сие извинение заглушает внушения моей совести. Когда же мысленно восхожу я на гору Голгофу, вижу там безгрешного Иисуса Христа для спасения моего висящего на кресте и страждущего от лютых язв и болезней крестных: когда говорю, слышу Его оправдывающего врагов своих, и молящегося о распинателях Его: «Отче, отпусти им: не ведят бо что творят» (Лк.23:34): тогда я прихожу в умиление и поражаюсь, взирая на бесконечное Его незлобие и благоутробие, тогда слезы льются из очей моих, и самая совесть моя поучает меня тогда, говоря так: прощай и ты врагам твоим по примеру твоего Искупителя и Владыки: но ум мой растленный страстию ненависти и самолюбия, находя в божестве Иисуса Христа причину к оправданию, говорит мне: Иисус Христос будучи Бог, и имея бесконечные совершенства, имеет и незлобие с милосердием беспредельные: а ты яко человек будучи столь несовершен, и толикими страстьми одержим, не можешь подражать Ему, не можешь быть толико же незлобивым и милосердым, колико он был: а от сего хладеет ревность души, и глас совести ослабевает. Всякий Христианин, рассуждая о святости дел Иисус Христовых, удивляется им, недоумевает, сокрушается и желает быть подражателем его: но воображая себе, что Иисус Христос есть не токмо человек, но вместе и Бог, извиняется своими немощами, и отрекается от такового предприятия. Но ежели мы, видя в Апостоле Павле таковое смирение, каковое он показал именовав себя отребием мира, и попранием всех земнородных, «якоже отреби миру быхом, всем попрание доселе» (1Кор.4:13): ежели, говорю, видя то, гордимся и хвалимся своею добродетелию, или благородством, или богатством, или властию и достоинствами: то какое имеем оправдание? Павел не был Богочеловек якоже Иисус Христос, но человек токмо как и мы. Како убо он, хотя и был сосуд избранный, учитель вселенной, светило всего мира (Деян.9:15), «восхищен даже до третияго небесе и слыша неизреченны глаголы» (2Кор.12:4), как мог низойти до толикой глубины смирения: а мы будучи человеки, как и он человек, высокомудрствуем о себе, хотя и не имеем тех дарований, какие он имел, и отвращаемся великой добродетели смиренномудрия? Какой предлог к оправданию себя в том ум наш изобретает? Какое извинение заслуживаем мы когда взираем на Апостола Павла, видим по любви ко Христу и ревности ко спасению ближнего, алчущего, жаждущего, наготующего, страждущего, скитающегося, труждающегося и делающего своими руками (1Кор.4:11-12): а мы не только не сносим глада и жажды, но и не хотим воздержаться от некоторых яств во время поста? Не только не терпим наготы, но и гнушаемся умеренными и смиренными одеяниями: не только не переносим обид нам причиненных, но и за одно холодное слово, по неосторожности сказанное, досадуем на брата нашего: не только бегаем беспокойствия, соединенного с беспрестанною переменою места, но и ни на час по любви к Иисусу Христу и для блага ближнего, не хотим оставить приятностей покойной и беспечной своей жизни? Чем извиним себя, когда видим, что Павел благословляет оскорбляющих его, великодушен к своим гонителям, и прощает злословящих (1Кор.4:12-13): напротив мы и малый некий вред получив от другого, коварствуем, всеми мерами стараемся вредить ему, и гоним его даже до смерти? Павел был человек, как и мы, облеченный той же плотию, коею и мы, искушаемый теми же страстьми и пожеланиями, коими и мы, обитающий в том же мире, в коем и мы, борющийся непрестанно с теми же началами и властьми, с теми же миродержителями тьмы века сего, и духами злобы поднебесными (Еф.6:12), с коими и мы, и при всем том он победил врагов своих, восторжествовал, и соделался подражателем Иисус Христовым: а мы побеждаемся от оных, вспять обращаемся и делаемся подражателями диавола: какое убо мы имеем оправдание в сем или извинение?

Но вы говорите, что, будучи человеком, не возможно подражать Иисусу Христу: потому, что он был не токмо человек, но и Бог. Почему же Павел соделался подражателем Ему? Вы говорите, что не можете идти по стопам Иисуса Христа, потому что он был Богочеловек: так идите по Апостола Павла, который был только человек, как и вы. Видите ли, какую небесную премудрость заключает в себе сие Апостольское наречение: «подражатели мне бывайте якоже и аз Христу»? (1Кор.4:16) Видите ли, как оно отъемлет от сердец наших всякий предлог к оправданию, и уничтожая все наши противоположения делает нас безответными? Ежели вы не можете, как говорите, подражать Иисусу Христу, потому что Он есть Богочеловек: то подражайте Павлу, который был только человек: а подражая ему, будете подражать самому Христу, потому что Павел есть подражатель Христов. «Подражатели мне бывайте якоже и аз Христу».

Но мы не имеем, скажете, ни разума Павлова, ни его воли, ни той благодати, какую он стяжал. Так: но вы можете получить дары сии, ежели только пожелаете: ибо Господь Бог сотворил вас самовластными и самопроизвольными. И сам Павел прежде был чужд сих благих мыслей и воли: но приобрел оные после. Он прежде был гонитель Иисуса Христа: но после во всех языцех проповедывал имя его. Прежде усиливался разрушить Церковь Христову: а потом созидал и утверждал оную. Прежде был непримиримый враг Христиан: потом соделался ревностным их поборником. Прежде помрачал души человеческие, проповедуя Иудейство: потом просветил всю вселенную, проповедуя Христианство. И так если мысли ваши и воля лукавы: то примените их во благие: и тогда будете иметь ум и волю святого Павла: тогда приимете и благодать какую он приял. «Несть бо на лица зрения у Бога, Един Бог и Отец, иже над всеми и чрез всех и во всех нас» (Рим.2:11: Еф.4:6). Он всех равно любит, и всем равно хощет спастись: поелику все творение его рук: однако ж Божественные дары свои преподает по мере благости произволения нашего: «Единому же комуждо нас дадеся благодать по мере дарования Христова» (Еф.4:7). Емуже слава и держава во веки веков. Аминь.

The post Никифор (Феотокис). (ч.3 читаемых о 5-й недели по Пятидесятнице по 10 неделю) appeared first on НИ-КА.

Толкование Воскресных Евангелий и Воскресных Апостолов с нравоучительными беседами

19. В неделю 11-ю толкование на Евангелие от Матфея (Мф.18:23-35)
**Беседа о памятозлобии (с молитвой в конце)
19.1. Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в 11-ую неделю (1Кор.9:2-12)
**Беседа о ревности по Бозе (с молитвой в конце)

20. В неделю 12-ю толкование на Евангелие от Матфея (Мф.19:16-26)
**Беседа о том, что не богатство, но употребление его спасает или осуждает человека.
20.1.  Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в двенадцатую неделю по Пятидесятнице (1Кор.15:1–11)
**Беседа против неверных и вольнодумцев нынешнего времени.

21. В неделю 13-ую Толкование на Евангелие от Матфея (Мф.21:33-42)
**Беседа о долготерпении Божием.
21.1. Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в тринадцатую неделю по Пятидесятнице (1Кор.16:13– 24)
**Беседа о должном уважении добродетельных людей и о покорности им.

22. В неделю 14-ю толкование на Евангелие от Матфея (Мф.22:1-14)
**Беседа о вечной муке.
22.1. Толкование на Апостол из второго послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в четырнадцатую неделю по Пятидесятнице (2Кор.1:21–24:2:1–4)
**Беседа о сердечном сокрушении и о печали, яже по Бозе.

23. В неделю 15-ю толкование на Евангелие от Матфея (Мф.22:35-46)
**Беседа о любви.
23.1.  Толкование на Апостол из второго послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в пятнадцатую неделю по Пятидесятнице (2Кор.4:6–15)
**Беседа о том, что не должно страшиться подвига добродетели

24. В неделю 16-ю толкование на Евангелие от Матфея (Мф.25:14-30)
**Беседа о том, что нет ни одного без таланта.
24.1. Толкование на Апостол из второго послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в шестнадцатую неделю по Пятидесятнице (2Кор.6:1–10)
**Беседа о том, что как счастие, так и несчастие могут быть орудием добродетели.

19. В неделю 11-ю толкование на Евангелие от Матфея (Мф.18:23-35)

Когда искусный живописец начертает по должной соразмерности все члены и части изображаемого предмета, приспособит к тому видные и пристойные краски и сходно с природою представит истое образование лиц: тогда ясно ты увидишь на образе том подобие самых изображаемых лиц, и совершенно различишь черты оных. Подобным образом, когда мудрый писатель в сочинении своем расставит запятые и периоды по правилам, употребит естественные и приличные слова и изобразит все с должною естественною простотою, и опишет, как должно, лица, о коих говорит: тогда ты, читая таким образом сочиненное слово, подумаешь, что не читаешь, но что видишь самые те вещи, о которых тут пишется. Сие же наблюл святой и священный писатель, Евангелист, говорю, Матфей, написав ныне чтенные приточные Господа нашего Иисуса Христа слова. Таким, то есть, образом описал он сию притчу, что кажется тебе, будто не читаешь, но видишь в ней благоутробие Божие к человеку и правосудие, а человеческое жестокосердие и неправду к человеку. поелику же слова Евангельские чем внимательнее читаются и благочестивее изъясняются, тем вящше плодотворят в душе нашей: сего ради, испросив свыше помощи, потщимся изъяснить Евангельскую притчу: вы же благословенные христиане, отверзите сердечные ваши двери к принятию толкования Божественных словес.

Мф.18:23. Рече Господь притчу сию: уподобися царствие небесное человеку царю, иже восхоте стязатися о словеси с рабы своими.

Когда вместо вещей, о которых хотим говорить, приводим другие подобные вещи, тогда речь сия называется притчею или приточным словом: почему притча есть подобие или изображение. Приточно же беседовал Господь наш Иисус Христос в сходственность пророчеств о Нем: «отверзу в притчах уста Моя» (Пс.77:2), пророчествовал о Нем святой Пророк Давид. Отверзши убо уста Свои, говорил притчу сию: «уподобися», сказал Он, то, что сотворит Бог, когда будет судить достойных и недостойных царствия небесного, — уподобися творимому от какого-либо царя, когда требует он от каждого из рабов своих долгу своего. Сие же сказав, описывает потом то, что тогда сотворил царь, когда расчелся в долге с рабами своими.

Мф.18:24. Наченшу же ему стязатися, приведоша ему единаго должника тмою талант.

Когда убо начал он разбирать долг, тогда привели и представили пред ним единого раба, который должен был ему тьмою талант. Древний еврейский талант содержал в себе почти четыреста восемьдесят шесть нынешних венецианских червонцев. Посему тьма, или десять тысяч талантов составляют почти четыре миллиона, восемь сот шестьдесят тысяч упомянутых червонцев14. Количество необъятное, но нарочно увеличено. Но какое же есть подобие между сим и судимыми от Бога? Царь, который разбирает долг рабов своих, означает Царя царей и Владыку всея твари: Он, видя тайная сердца человеческого, испытывает и разбирает грехи единого коегождо; должник же есть грешник: ибо как должник обязан возвратить занятые им деньги, тако и грешник должен обратиться и раскаяться в содеянных им грехах. А что, сказал он, тьмою талантов должен был должник, — сие показывает и множество и тяжесть грехов грешника.

Мф.18:25. Не имущу же ему воздати, повеле и Господь его продати, и жену его, и чада, и вся елика имеяше, и отдати.

Поелику должник не имел сил отдать и заплатить долг свой, то определил царь продать и его, и чад, и все имение его, и отдать долг: «не имущу ему воздати». И поистине, ничего не имеет грешник могущего умилостивить Бога за грехи свои: ничем, ни из сущих в мире, ни на небеси, не откупится за грех. Да и самое покаяние наше, применяемо к тяжести греха, ничтоже есть. Единое беспредельное Божие благоутробие заглаждает грех. Но что значит продаяние должника, и жены, и чад, и всего имения его для воздаяния долга? Продаемый бывает рабом покупающего и отлучается от господина, продавшего его (Злат. в бесед.). Убо продаяние должника значит отлучение грешника от Бога; жены же, и чад, и имения его — лишение грешника всех Божественных дарований, каковые он имел, когда ходил по пути добродетели. Вообще же значит сие бедствия и несчастия, каковым предается грешник за грехи его. Но посредством таковых наказаний приходя грешник в покаяние, умилостивляет Божественное правосудие и освобождается от будущей вечной муки, которая ожидала его за грехи его. Сие же показал нам Спаситель в следующих словах притчи:

Мф.18:26. Пад убо раб (той), кланяшеся ему, глаголя: господи! потерпи на мне, и вся ти воздам.

Се каковой плод Божия наказания: поклонения даже до лица земли: «пад убо раб той, кланяшеся ему; — прошения от глубины сердечной: Господи, потерпи на мне; великие обещания: и вся ти воздам». — «Господи, в скорби помянухом Тя», гласит пророк Исаия (Ис.26:16).

Часто, когда Бог напрягает лук Свой и верзит на грешника стрелы несчастий, тогда он чрез покаяние и молитву обращается к Богу и обещается совершенно исправиться. Се убо и безмерное к обращающимся грешникам Божие благоутробие!

Мф.18:27. Милосердовав же господь раба того, прости его, и долг отпусти ему.

Раб, то есть каждый грешник, когда приидет в покаяние, просит Божеского долготерпения, обещаясь отвратиться от грехов своих. Человеколюбивейший же Бог не токмо милостивым является к нему, но и освобождает его от оков грехов его, и оставляет и прощает вся беззакония его: «и долг отпусти ему». И сии дела грешника суть благие и полезные; следующие же суть презлобные и предушевредные.

Мф.18:28. Изшед же раб той, обрете единаго от клеврет своих, иже (бе) должен ему стом пенязь, и ем его давляше, глаголя: отдаждь ми, имже (ми) еси должен.

Слова сии описывают нрав немилосердого человека. Раб, говорит Писание, исшел. И поистине, елико время человек бывает милостив и благоутробен, тогда «пребывает в Бозе, и Бог в нем» (1Ин.4:16); когда же затворит утробу свою и станет немилостив и жестокосерд, тогда исходит и отдаляется от благодати Божией. Почему же сказано: «обрете единаго от клеврет»? Какие таковые суть клевреты? Вся мы, люди, рабы Бога вышнего есмы; почему и называемся клевретами, яко долг имущие служить единому и томужде Господу Богу. Истинно ежедневно мы слышим немилостивых людей, кричащих на клевретов своих; иного вопиющего: отдай мне честь мою; а другого: отдай мне деньги мои; и иного: отдай мне товары мои; а некоторые не токмо кричат на них, но и чрезмерно притесняют и нуждают их. Достойны замечания суть сии сто пенязь. Ибо пенязь, который и златницею кинсонною у Евангелиста Матфея называется, есть монета малоценная (Мф.22:17; Лк.20:24; Мф.22:19). Сто пенязь и двух полных червонцев, или десяти рублей не составляют15. С намерением же премудрый Бог долг, должный Ему, поставил в тьмах талантов, а долг, должный человеком человеку, во сте токмо пенязях: да сим покажет, что тот наш долг, которым мы Ему должны, несравненно превышает долг человеческий, то есть тот, коим должны нам другие человеки. Хотя бы честию, хотя бы служением, хотя бы пенязями, хотя иным бы чем должен был тебе человек, долг его никакого не имеет сравнения с долгом, которым мы одолжены Богу, так как никакого нет равенства между человеком и Богом. Малость долга человеческого объяснена и сими словами: «отдаждь ми, имже ми еси должен». Здесь представлен заимодавец, по причине малого количества, стыдящимся сказать должнику своему так: отдаждь ми должные мне сто пенязь; но говорящим безыменно: «отдаждь ми, имже ми еси должен».

Мф.18:29-30. Пад убо клеврет его на нозе его, моляше его, глаголя: потерпи на мне, и вся воздам ти. Он же не хотяше: но вед всади его в темницу, дондеже воздаст должное.

Да покажет Бог, колико Он милосерд к рабу Своему человеку, когда он просит от Него прощения грехов своих, и колико жестокосерд человек к клеврету своему человеку, когда просит у него оставления оскорблений своих, представил виновного, просящего от человека великодушия на повинности свои таковым же образом, каковым и грешник просит от Бога оставления беззаконий своих. Пал грешник пред Богом и, кланяясь Ему, просил долготерпения, обещаясь исправиться в своих грехах. «Пад убо раб той, кланяшеся ему, глаголя: господи, потерпи на мне, и вся ти воздам». Пал, равным образом, и виновный на ноги клеврета своего, кланяясь ему, — «пад убо клеврет на нозе его», — и с молением просил великодушия у клеврета своего, то есть, человека, и обещевался воздать долг: «моляше его глаголя: потерпи на мне, и вся ти воздам»; но Владыка всяческих и Господь, умилосердясь, простил все беззакония грешнику: «милосердовав же Господь раба того, прости его, и долг отпусти ему»; а человек не захотел простить человеку. «Он же не хотяше, но всади его в темницу», пока заплатит долг: «но вед всади его в темницу, дондеже воздаст должное». Кто б из жестокосердых слыша сие не устыдился? Бог- Вседержитель прощает безмерное множество гнуснейших моих беззаконий ради прошения и покаяния и обещания в исправлении моем: я же, червь земный, не прощаю клеврету и брату моему малейших прегрешений, или малого долга, хотя и молит он, раскаивается и обещается воздать! Какие же будут последствия такового моего жестокосердия, внемлите:

Мф.18:31. Видевше же клеврети его бывшая, сжалиша си зело: и пришедше сказаша господину своему вся бывшая.

Весьма справедливо болезнуют рабы милосердого царя, видя жестокие дела единого от клеврет своих: а чтобы помочь страждущему, объявляют господину своему жестокосердые поступки, каковые показал сослужитель их. Но если мы сие отнесем к Богу и жестокосердому грешнику: то кто же тогда будут те сослужители, оскорбляющиеся зело жестокосердием немилостивого грешника и возвещающие Господу своему насильствия над сослужителем своим? И Ангелы называются сослужителями человеков; ибо и Ангелы и человеки единого и тогожде прославляют Бога и служат (Злат. в бесед.). Ангелы ненавидят злобы: почему скорбят, когда мы грешим, радуются, когда раскаиваемся. Они не возвещают Богу преступлений жестокосердого человека, поелику вся пред Богом суть открыта: но, видя немилосердие наше к собратиям, возбуждаемые сожалением, ходатайствуют у Бога о помощи и заступлении угнетаемого человека жестокосердием немилостивца (Лк.15:10). Сие же ходатайство к Богу святых Ангелов показал Богочеловек сими словами: «и пришедше сказаша господину своему вся бывшая». Приметь, что не все слова в притче приспособляются к изображаемому лицу: но иные полагаются токмо для пополнения притчи. Сие самое Господь наш сказал, когда истолковал притчу о плевелах. Ибо в притче представлял и рабов, говоря: «пришедше же раби господина, реша ему: господи, не доброе ли семя сеял еси на селе твоем? откуду убо имать плевелы?» (Мф.13:27) Но в изъяснении притчи умолчал совсем о рабах, показуя, что сие присовокупил Он для дополнения смысла приточного, а не для объяснения предмета притчи. Из сего, по сему случаю, Божественный Златоустый сказал: еже всегда глаголах, яко притчи не по речению изъясняти подобает, понеже многа безместная последуют (В бесед. на толк. от Мф. 13 гл.). Посему и сии слова: «пришедше сказаша господину своему вся бывшая», присовокуплены для дополнения приточного изъяснения, то есть, чтобы показать, откуда тот царь узнал все то, что сделал немилосердый раб его, а следственно, что приточное слово имеет должное последствие и связь. Почему в связи предмета приточного от некоторых совсем оставляются. Что же сотворил царь, услышав о немилосердии раба сего?

Мф.18:32-33. Тогда призвав его господин его, глагола ему: рабе лукавый, весь долг он отпустих тебе, понеже умоли мя: Не подобаше ли и тебе помиловати клеврета твоего, якоже и аз тя помиловах?

Тогда, то есть, когда сядет судити живых и мертвых, представит пред Собою немилосердого, и обличит его таким обличением, от которого будет он безответен. «Рабе лукавый»! скажет Он: — Я услышал глас моления твоего, когда ты раскаивался, оставил множество грехов твоих: не должно ли было и тебе услышать моление клеврета твоего и помиловать его так, как и Я тебя помиловал? За обличением же последует гнев и мука вечная.

Мф.18:34. И прогневався господь его, предаде его мучителем, дондеже воздаст весь дом свой.

Страшное дело — гнев и негодование Божие! Предал Он немилостивого немилостивым мучителям, то есть, бесам, мучить его. Но на сколько времени? Пока воздаст весь долг. поелику же отпущение долга греховного чрез единое покаяние бывает, по смерти же нет покаяния: то из сего явствует, что праведная мука, Богом определенная для немилосердых, будет вечная (Злат. в бесед,). Сими же словами заключив Господь притчу, присовокупляет непосредственно и самый предмет притчи, глаголя:

Мф.18:35. Тако и Отец Мой небесный сотворит вам, аще не отпустите кийждо брату своему от сердец ваших прегрешения их.

Вот весь предмет притчи сей! «Тако, говорит, и Отец Мой небесный сотворит вам», то есть: Бог таким же образом, каким царь казнил немилостивого раба, накажет и вас, если не отпустите от сердец ваших прегрешений братий ваших. Почему же не сказал: Отец ваш, так как часто на других местах, но: «Отец Мой»? Потому, что говорил Он о жестокосердых и нераскаянных грешниках. Таковых же небесный Бог не есть Отец, но Судия и мститель. Приметь и сие: «от сердец ваших». Сие относится к тем, которые под политикою, языком и устами прощают, и наружно примиряются с оскорбившими их, но в сердце своем, скрывая ненависть, ожидают благовременного случая, чтобы отмстить и уязвить их.

Беседа о памятозлобии

Поелику предмет притчи нынешнего Евангелия тех только касается, которые никогда не отпущают греха брату своему: убо весьма прилично ныне рассудить о памятозлобии. Памятозлобие есть грех толико великий и ненавистный Богу, что памятозлобец никакой не имеет надежды ко спасению. Есть же памятозлобец тот, кто не прощает вины каким-либо образом оскорбившему его, но беспрестанно памятуя зло, какое от того претерпел, ненавидит и отвращается от него. Различный же есть грех памятозлобия.

Когда я ненавижу брата моего или за то, что причинил убыток имению моему, или наветствовал чести моей, или убил сродника моего, или покусился на жизнь мою: тогда памятозлобие мое имеет некоторый телесный и мирской предлог. Но когда ненавижу брата моего или за то, что он обличил порок мой для пользы душевной или телесной, или за одно оскорбительное слово, которое по неосторожности вышло от уст его, или за едино положение тела ненарочно учиненное, или за едино подозрение, возгнездившееся в воображении моем: тогда памятозлобие мое никакого не имеет предлога извинительного. Иное убо памятозлобие основывается на какой-либо причине, а иное без всякой причины бывает. Один, ненавидя брата своего, всегда желает вредить ему; но или поелику не может, или боится, не причиняет вреда, ниже коварствует ему. Другой, ненавидя брата своего и будучи властным и никого не боящимся, коварствует и обижает его. Вот еще и другие два вида памятозлобия: памятозлобие умственное и памятозлобие деятельное. Один, обнаруживает злобу сердца своего и является врагом, почему бегаешь, сколько можешь, смертоносных его стрел. Другой скрывает в глубине сердца своего ненависть и прикрывается личиною дружбы, в дружбе же представляет сети, да уловит тебя, и изрывает яму, да ввергнет тебя. Се и еще новые два вида памятозлобия: памятозлобие явное, и памятозлобие скрытное. Но всякое памятозлобие, то есть и предложное и беспредложное, и умственное и деятельное, и явное и скрытное, и всякое иное, какое бы то ни было, отнимает всеконечно всякую надежду спасения. Почему же так?

Поелику весь закон, вся пророческая проповедь, все Евангелие основанием и подпорою имеют любовь. Из сего явствует, что всякая добродетель произрастает от того же корене любви. Ибо всякое дело, хотя бы и казалось добрым, но не есть добро, а совершенно бесполезно, когда есть чуждо любви. Хотя исполню, признается Божественный Апостол, всяку добродетель, и сотворю всякие чудеса, и буду иметь всю веру, и прииму все дары Божии, «любве же не имать, ничтоже есмь» (1Кор.13:2). Несомнительно, что всякий грех противоборствует и помрачает любовь, но злоба совершенно оную искореняет. Злоба есть совершенное отчуждение любви, так как тьма есть совершенное отчуждение света. Где свет, не бывает тьма; где любовь, нет злобы. Тьма и свет никаким образом вместе быть не могут: злоба и любовь никогда купно не сопребывают. Сего-то для, «ненавидяй брата своего во тьме есть, и во тьме ходит, и не весть, камо идет, яко тьма ослепи очи ему» (1Ин.2:11). Памятозлобный не токмо чужд любви к ближнему, но и любви к Богу. Если скажет, что я ненавижу брата своего, а люблю Бога, обманывается: «аще кто речет, яко люблю Бога, а брата своего ненавидит, ложь есть» (1Ин.4:20). Почему же? Потому что сие невозможно: «ибо не любяй брата своею, егоже виде, Бога, егоже не виде, како может любити?»

Кто же, не имея добродетели любве, которая есть светлая, брачная одежда, дерзнет внити в украшенный Божественный брачный чертог Господа своего? Дерзнул некто некогда, чужд будучи любве, внити в место радости Господа своего: дерзнул подлинно, нося черную и мрачную одежду злобы, и вшел, и стал там, где были одетые преславною и пресветлою одеждою любве, сияющие яко светильницы, — но что претерпел? Претерпел последствия горестные и плача достойные. Во- первых, услышал от Царя славы жестокое изобличение: «како вшел еси семо, не имый одеяния брачна?» (Мф.22:12-13) Потом слуги Царские, связав ему руки и ноги, ввергнули «во тьму кромешную, идеже плач и скрежет зубом».

Слышите убо, памятозлобные человеки! Вседержитель-Бог Сам решил, и явно сказал: если простите прегрешения человеком, то и Я оставлю грехи ваши; если же не оставите прегрешений человекам, то и Я не оставлю грехов ваших. «Аще бо отпущаете человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш небесный: аще ли не отпущаете человеком согрешения их, ни Отец ваш отпустит вам согрешений ваших» (Мф.6:14- 15). Веруете ли, что сии слова и решение есть Иисус-Христово? веруете ли, что уста Иисуса Христа никогда лжи не произнесли? Конечно, веруете. Если убо вы праведны и безгрешны есте, то никогда не прощайте грехов брату вашему, ибо не имеете ни малой нужды, чтоб Бог простил вам согрешения ваши; но если тяжко и неудобоносимо есть бремя грехов ваших: то како чаете получить прощение от Бога, не хотя сами брату прощать согрешений?

Мы надеемся, что переменим Божие определение, принося Ему жертвы и дары и посвящая святому Его олтарю великолепные вклады и многочестные дары; но обманываемся несчастные! Се, что Бог о сем говорит: «аще убо принесеши дар твой ко олтарю и ту помянеши, яко брат твой имать нечто на тя: остави ту дар твой» (Мф.5:23-24). Ниже хочу того дара, ниже приемлю его, если прежде не умиришь и не успокоишь брата твоего и будешь в любви с ним. Остави тамо неприятный дар твой, и иди прежде примирись с братом твоим: и тогда, возвратившись, принеси дар твой. Если же Бог отвращается от приношений наших не токмо когда мы ненавидим брата нашего, но и когда он нечто имеет на нас, то есть, имел случай быть разгневанным от нас: кольми паче отвержет оные, если мы питаем к нему злобу. Мы надеемся, что хотя памятозлобия исполнено есть сердце наше, но умилостивим Бога или частыми молитвами, или частыми прошениями милости Его; но ошибаемся бедные. Ибо первая и главная молитва, и основание всякой молитвы, есть молитва, которую предал нам Господь наш Иисус Христос, то есть, Отче наш: без сего никакая молитва не бывает. Но что же мы говорим, читая Отче наш? «И остави нам, просим, долги наша, яко и мы оставляем должником нашим» (Мф.6:12). Разумеешь ли, что говоришь, когда молишься? «Небесный, говоришь, Отче наш, остави мне грехи мои, так как и я оставляю грехи брата моего». Ты уговариваешься с Богом, когда молишься, и приводя себя в пример, просишь: так как я прощаю брату моему, так и Ты прости мне. Но сие произносят токмо уста твои, а в сердце твоем не престаешь питать ненависть к брату твоему, и попечение о коварствовании над ним не выходит из мысли твоей: и надеешься, что таковая молитва твоя восходит на небо и ниспосылает тебе отпущение грехов твоих! Или ты, как видно, думаешь, что Бог не разумеет помышлений твоих, не видит сердца твоего, или шутишь со всесильным Творцом твари, или совершенно не понимаешь как того, что говоришь молясь, так и того, чего просишь. Не прельщайтесь братие моя! Таковая молитва несть молитва, но бесстыдная дерзость и явное безумие. Доколе не оставите согрешений братий ваших, никогда не читайте Господней молитвы; ибо сами себя осуждаете. Никогда не надейтесь получить оставление грехов, когда согрешений не прощаете человеческих. «Ибо, аще не отпущаете человеком согрешения их, ни Отец ваш отпустит вам согрешений ваших»: уста Господня глаголаша сие.

Но как я, скажешь, прощу тому, который меня обидел? как я прощу клеветнику моему, изменщику моему, обидчику моему? Послушай, как. Чего ты хочешь? мщения? Бог есть мститель обиженных: «Мне отмщение, глаголет Господь» (Рим.12:19). Чего хочешь? наказать обидевшего тебя?

Бог есть воздаятель, Он отмстит обиду твою: «Аз воздам», уверяет Господь. Ты мстителем быть не хочешь? так прости ему. Не мсти за себе, возлюбленне! Бог приемлет попечение о мщении твоем: «Аз воздам». Он, яко праведный Судия, да мстит обиду твою. Не довольно ли тебе того, что ты имеешь мстителя обидчику твоему крепкого, и страшного и всемогущего? Право мщения за обиду и воздаяние находится в руце и во власти Божией: «Мне отмщение, Аз воздам, глаголет Господь». Если же ты похитишь себе право Его и своею рукою накажешь обидевшего тебя, то есть, окажешься своевольным; тогда будешь худшим и оного преступником. Ибо тот дерзнул против тебя, а ты уже дерзаешь против права Божия. Почему Бог тебя уже накажет за грех твой, так как наказуют цари земные своевольников за их продерзости. Хочешь отмщения? Не обижай, не мсти, ниже злобствуй на обидевшего тебя, но прости, и люби его, и благодетельствуй ему: и тогда узришь на нем Божие мщение. «Аще алчет враг твой, ухлеби его: сие бо творя, углие огненно собираеши на главу его» (Рим.12:20). Если углубишься в сии истинные наставления, то узнаешь способ, како должен ты прощать прегрешения против тебя человеческие.

Внемли и другому высочайшему учению, из коего познаешь, как прощать обидевшим тебя. Когда приходит сеятель греховный, и ищет случая посеять на сердце твоем плевелы злобы: отверзи тогда очи души твоей, и посмотри на Начальника веры и Совершителя Иисуса (Евр.12:2). Поносили Его Иудеи и называли Его Самарянином и бесным (Ин.8:48); клеветали на Него Фарисеи, говоря, яко о начальнике бесовстем изгонит бесы (Мф.9:34); Иуда ученик Его продал Его на смерть за тридесять сребреников (Мф.26:15-16). Когда приидет в ум твой мысль мщения, отверзи тогда очи сердца твоего и посмотри на страдания Иисуса Христа, на заушения, биения, оплевания, мучения, на червленую одежду на раменах, терновый венец на главе, трость, данную в десницу. Если захочешь мстить обидевшему тебя, возведи ум твой на гору Голгофу. Тамо узришь Богочеловека, распятого посреде двух разбойников, уязвленного от главы до ног; тамо узришь кровь текущую от ран, и возлюбленного Его ученика предстоящего, и Матерь Его, утробою терзающуюся, скорбящую и плачущую; тамо узришь желчь и оцет; тамо узнаешь и то, како мстит Богочеловек поносителям, клеветникам, предателям, ругателям, мучителям и распинателям Своим. Отверзи слух твой, и слыши, како должно отмщевать: «Отче, остави им, не ведят бо что творят»! (Лк.23:34) Какой ответ дашь на сие? Что подобное когда-либо претерпел ты от людей, и ради того не хочешь простить им? Иисус Христос, говоришь, не токмо был человек, но и Бог. Так, истинно! Но «Он пострадал, свидетельствует блаженный Петр, за нас, нам оставив образ, да последуем стопам Его» (1Пет.2:21). На сие не один токмо пример Богочеловека ты имеешь, но тысячу примеров человеческих. Не были ли человеки и Апостолы? Однако они, будучи поносимы, благословляли, гонимы — терпели, хулимы — утешались. Не были ли человеки и толикое множество мучеников? Однако они прощали мучащим их жестокими муками, и на смерть неправедно и немилосердо их предающим. Не человек ли был первомученик Стефан? Однако приклонял он колена, и молился о побивателях своих: «Господи! говорил он, не постави им греха сего!» (Деян.7:60) Если бы сии примеры всегда имел ты пред глазами твоими: научился бы без всякой трудности прощать обидевшим тебя.

Злосчастны поистине и безответны суть памятозлобствующие. Божественный Апостол Павел, будучи уверен, что злоба, чем более времени продолжается, тем паче усиливается, и видя, что час смертный яко тать приходит, повелел нам примиряться со оскорбившими нас прежде захождения солнца, воссиявшего в тот день, в который мы оскорблены: «солнце да не зайдет, во гневе вашем» (Еф.4:26). поелику же памятозлобный никогда не печется быть в мире, и в любви со оскорбившим его; то злоба возрастает и утверждается в сердце его. Почему хотя бы при смерти и было еще время к покаянию, но сам он не может в час смерти своей искоренить злобу из души своей. Если же смерть нечаянно похитит его и умрет памятозлобствуя, то непростительным делается во всех и прочих грехах своих.

Ужас меня объемлет, когда читаю определение Божие, описанное возлежавшим на персех Его учеником, и оттуда почерпнувшим струи истины. «Всяк, вещает он, ненавидяй брата своего, человекоубийца есть: и весте, яко всяк человекоубийца не имать живота вечнаго в себе пребывающа» (1Ин.3:15). Посему какая надежда остается ко спасению памятозлобцу?

Господи милости! пощади создание Твое, искорени от сердец наших душепагубную злобу и насади душеспасительную Твою любовь ко братиям нашим, сострадание, ради которого рекл еси, яко изглаждаешь согрешения наши и сподобляешь нас бесконечной Твоей славы и блаженства. «Аще отпущаете человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш небесный» (Мф.6:14).

19.1. Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в 11-ую неделю (1Кор.9:2-12)

Чтобы удобнее понять ныне чтенные Павловы слова, надобно прежде рассмотреть его же учение, какое он предложил в предыдущей восьмой главе сего первого послания его к Коринфянам. Он там говоря о жертвах приносимых идолам и рассуждая о соблазнах, сказал, что ежели дела наши соблазняют ближних, то нам должно удаляться их, хотя бы они и никаким законом не были возбраняемы: как то и предлагает пример мясоядения, говоря: «Темже аще брашно соблазняет брата моего, не имам ясти мяса во веки: да не соблазню брата моего» (1Кор.8:13). Сие же самое он подтверждает и в ныне чтенном зачале своего послания: ибо уверяет в нем, что он есть Апостол, то есть проповедник и учитель веры во Христа: потом говорит, что и человеческий рассудок того требует, и закон Моисеев повелевает, и правила Евангельские не запрещают, чтобы учители питались от учеников своих: после же сего говорит, что он хотя и имел право требовать от Коринфян нужного для своей жизни: однако ж не заблагорассудил воспользоваться правом тем, и не желал, чтобы они ему платили за труды, понесенные им в проповеди Евангельской, но был доволен бедным своим состоянием, и лучше судил переносить всякие труды, опасаясь дабы кого-нибудь требованием этим не соблазнить и тем не воспрепятствовать плодотворению Евангельского учения. Кто со вниманием выслушает изъяснение ныне чтенных Апостольских слов, тот, увидя в нем высоту и совершенство Павловой добродетели, познает, сколь нужна такая ревность, чтобы избегать всех случаев, могущих произвести соблазн и воспрепятствовать умножению веры и добродетели.

1Кор.9:2. Братие, печать моего Апостольства вы есте о Господе.

Павел сказав прежде: «Несмь ли Апостол? Несмь ли свободь? Не Иисуса Христа ли Господа нашего видех?» (1Кор.9.11) теперь сильнейшим образом доказывает свое Апостольство: и дабы соделать слово свое достовернейшим, то он самих Коринфян призывает во свидетели Апостольского своего звания, говоря таким образом: «не дело ли мое вы есте о Господе?» Хотя другим, говорит, я и не проповедывал Евангелия, и не был им Апостол: но вам оное проповедывал, и был вам Апостол: «аще иным и несмь Апостол, но обаче вам есть». Напоследок подтверждает то же самое и настоящими словами: вы, говорит, Коринфяне, есть печать, то есть подтверждение и доказательство того, что Апостол Божиею благодатию: «печать моего Апостольства вы есте о Господе». Но какая была нужда произнести ему сии слова? Ибо кому из Коринфян было неизвестно, что Павел первый проповедал в Коринфе веру во Христа? (Гал.2.14) Для чего ж он писал сие к ним? Во времена Апостольские были некоторые Иудействующие, то есть такие, которые верили во Христа и вместе исполняли обряды закона Моисеева, поелику же Павел более прочих Апостолов проповедывал тщету законных дел, почему обличал и Петра яко нудящего языки Иудейски жительствовати: то они, вознегодовав на него, и говорили, что он не есть истинный Апостол, ибо де не видел Иисуса Христа, и не был им послан на проповедь, как прочие Апостолы. Нужно убо ему было доказать, что он есть истинный Апостол, дабы получить успех в своем предприятии, открыв Коринфянам, что он хотя имел право получать от них, яко учеников своих, все нужное для себя, однако ж дабы не подать какого-нибудь соблазна, проповедывал им Евангелие без всякой за то награды от них. Доказавши же таким образам свое Апостольство, говорит далее:

1Кор.9:3. Мой ответ востязующим мене сей есть.

Таким образом, говорит, ответствую я всем тем, кои любопытно изыскивая все касающееся до меня, говорит, что я не Апостол. Я вас, Коринфяне, представляю свидетелями: вы подтверждение и доказательство моего Апостольства: потому что я у вас творил дела Апостольские, научив вас вере во Христа, претерпев за оную многие страдания, и обратив многих из вас ко Христу. После сего убедительного ответа он преходит к объяснению своего права, по которому, яко Апостол мог брать от учеников своих Коринфян все потребное для жизни.

1 Кор,9:4. Еда не имамы власти ясти и пити?

Что ж? Неужели Павел ни ел, ни пил? Так, он поистине претерпевал и глад и жажду, о чем и писал к тем же Коринфянам, говоря: «До нынешняго часа и алчем и жаждем» (1Кор.4:11): однако ж не о сем он здесь говорит, а о том, что он от учеников своих Коринфян не получал ни пищи, ни пития, хотя имел право, яко Апостол и учитель, требовать от них того: но питался делая своими руками, делая то есть скинии (Деян18.3).

1 Кор.9:5. Еда не имамы власти сестру жену водити, яко и прочим Апостоли, и братия Господня, и Кифа?

Некоторые говорят, что странствовавшие с Апостолами жены были их супружницы, и что Апостолы водили их с собою не яко супружниц, но яко сестер, дабы они служили им, а сами бы они беспрестанно занимались проповеданием Евангелия. Посредством же сих жен учение Евангельское без всякого подозрения и предосуждения входило и в самые ложницы женские. И сии самые, кои так рассуждают, говорят, что Павел хотя и имел супругу, которую он в одном своем послании приветствует: однако не водил ее с собою для удобнейшего и скорейшего проповедывания веры. Но здесь должно заметить, что хотя Павел в послании своем к Филипписием и написал: «ей, молю и тебе, супружниче присный» (Флп.4:3) и хотя Богоносец Игнатий в письме своем к Филаделфам и поставляет Павла в числе сочетавшихся браком: однако ж невероятно, как и многие толкователи утверждают, чтобы Павел был браком сопряжен. Ибо ежели он имел жену, то почему сравнивал себя с безбрачными и вдовицами, написав к тем же Коринфянам: «глаголю же безбрачным и вдовицам, добро им есть, аще пребудут, якоже и аз»? (4Кор.7:8) (Злат, в 4 гл. пос. к Филип. Феодор, там же. Икумен. Феоф. там же), поелику же он не сказал, присная или истинная супруга: но «присный супружниче» : то отсюда и видно, что он то сказал не о женщине, но о мужчине, которого назвали Сизигом -, и который, может статься, был брат или супруг какой-нибудь из жен, упоминаемых им, то есть Еводии или Синтихии: или Сизигом, супружниче, Павел может быть назвал здесь некоего друга своего присного, яко то же иго Христово с ним несущего. В рассуждении же свидетельства Игнатиева есть некоторое подозрение: может быть в нем имя Павлово вложено от какого-нибудь еретика, или правоверного, но старающегося чрез то доказать, что Павел имел жену. О женах, также ходивших с Апостолами, мнение вышеозначенных толковников более заслуживает вероятия: они говорят, что некоторые верные и почтенные жены из уважения к Апостолам, следовали за ними и служили им: и Апостолы не возбраняли таковой Богоугодной их ревности, подражая в сем Учителю своему, которому многие жены служили во Иерусалиме: «яже служаху Ему от имений своих» (Лк. 8.3). В предложенных же словах Павел говорит: неужели я не имею власти водить с собою жену вместо сестры, дабы она служила мне, как то делают прочие Апостолы и братия Господни, Иаков, Иосия, Симон и Иуда, дети Иосифовы, не токмо же сии, но и сам Кифа, то есть Петр?

1 Кор.9:6. Или един аз и Варнава не имамы власти еже не делати?

Не один токмо Павел, как явствует отсюда, ничего не требовал себе от Коринфян, и не хотел водить с собою жену для служения, а служил сам себе, питаясь трудами своими: но и всехвальный Варнава то же самое делал. Почему Павел от искренности сердца в сем и признается, говоря таким образом: неужели из всех Апостолов я один и Варнава не имеем власти еже не делати, то есть быть свободными от рукоделий наших, и чтобы служили нам и питали нас ученики наши? Доказав же таким образом, что он по причине власти и по примеру прочих Апостолов праведно должен получать услугу и пищу от учеников своих, далее объясняет паки то же делами житейскими и правилами обыкновения.

1 Кор.9:7. Кто воинствует своими оброки когда? Кто насаждает виноград, и от плода его не яст? Или кто пасет стадо, и от млека стада не яст?

Человеческие примеры, здесь приведенные им, то есть воинство, виноград и стадо, суть изображения Церкви воинство потому, что сущие в Церкви суть воины, кои имеют военачальника оною правящего, кои воинствуют и творят брань «к началом, ко властем, к миродержителем тьмы века сего, к духовом злобы поднебесным» (Еф.6:12) виноград потому, что Церковь есть виноград оный, о котором Пророк, молясь, говорил: «Боже сил, обратися убо, и призри с небесе и виждь, и посети виноград сей: и соверши и, егоже насади десница твоя» (Пс.79:15-16), а стадо потому, что Церковь есть стадо Иисуса Христа, о коем он говорит: «и ины овцы имам, яже не суть от двора сего: и тыя ми подобает привести, и глас мой услышат, и будет едино стадо и един пастырь» (Ин.10,16). Поистине, никто из военачальников и воинов не содержится собственным иждивением, но всегда общественным: поистине, всяк насаждающий виноград, вкушает от плода его: также пасый стадо, употребляет от него млеко. Павел здесь приводит сии примеры во-первых, для того, чтобы показать, что настоятели Церкви необходимо должны иметь мужество воина, прилежание земледельца и бдительность пастыря: во-вторых, что он не сказал ясть плод, но от плода: не сказал ясть млеко, но от млека, дабы показать что возделывающие и пасущие Церковь Христову имеют право брать не весь плод, и не все млеко, но только часть от них, сколь будет им нужно. Вот и другое доказательство на то же представляет от книг закона:

1Кор.9:8-9. Еда по человеку сия глаголю? Не и закон ли сия глаголет? В Моисеовом бо законе писано: Да не заградиши устен вола молотяща, еда о волех радит Бог?

Некоторые от скупости надевали на молотящих волов намордник, стягивающий им рот, дабы они не ели на гумне зерен: Бог же всяческих дал в рассуждении сего таковую заповедь: «да не обратити вола молотяща», то есть не связывай рта у молотящего вола, но оставь его свободным, дабы он мог есть зерна, над коими трудится. Сей закон приводит здесь Апостол Павел для того, чтобы доказать предмет свой. Не думайте, говорит, что я говорю сие по человеку, то есть основываясь на одних примерах, обыкновениях и законах человеческих: потому что и закон Божий данный чрез Моисея, повелевает то же: «да не обратиши вола молотяща» (Втор.25:4) в нем написано. Сказав же сие, далее приспособляет сей закон к своему предложению, показывая таинственный смысл оного. Еда, говорит, «о волех радит Бог?» Но как? неужели Бог не радит о волах? не отверзает ли Он руку свою, и не исполняет ли всякое животно благоволения? (Пс.144:16) Не дает ли «скотом пищу их, и птенцем врановым призывающим Его»? (Пс. 146:9) Как же говорит он: «еда о волех радит Бог?» Промышляет, поистине, Бог о всех животных, как и о всех прочих творениях Его, но не дает законов бессловесным животным, яко не имеющим силы разума и не могущим понимать оных. Не печется Бог давать законы бессловесным животным, но нам предписывает оные когда говорит о них.

1Кор.9:10. Или нас ради всяко глаголет: нас бо ради написася, яко о надежде должен есть оряй орати, и молотяй с надеждею своего упования причащатися.

Орющий оралом готовит землю для принятия семян: Апостол проповедию располагает душу ко принятию догматов веры. Молотящий чрез трение классов приготовляет себе жито: Апостол чрез непрестанное учение, преподаваемое верным, производит плоды добрых дел. Орющий орет в надежде собрания классов: молотящий же «причащается упования своего», видя в рука своих ожиданное жито: Апостол преподает учение, надеясь получить от того плод: когда же поучаемые, трогаясь непрестанными увещаниями его, приносят плоды, то он уже пользуется надеждою своею, видя плоды веры: орашаями убо и молотящими здесь называются Апостолы и учители веры по сходству должностей их. Служат же сии Апостольские слова истолкованием вышесказанного оного слова: «Да не заградите устен вола молотяща» (1Кор.9:9). Без сомнения для нас, говорит, напрасно сие слово: поелику справедливость требует, чтобы научающий вере надеялся получить за то награду: получает же он ее тогда, когда видит плод своего учения. Здесь заметить еще должно мудрость Апостола. Поколику он сказал: «причащатися своего упования» : но дабы кто не подумал, что он имеет одну надежду телесного наслаждения, присовокупил к тому: с надеждою, дабы тем показать, что он, имея право получить земную награду, имеет еще надежду получить и небесное мздовоздаяние. После же сего основанного на законе доказательства, он предлагает еще другое, взятое из сравнения вещей духовных и телесных.

1Кор.9:11. Аще мы духовная сеяхом вам, велико ли, аще мы ваша телесная пожнем?

Духовное сеяние Апостолов была проповедь веры и правила, предписывающие удаление от грехов и творение добродетели. Плод же сих духовных семен было наследие вечной славы и царствия: а телесное их пожатие было нужная пища, одежда и услуга, вещи немногие и маловажные, тленные, временные и взимаемые только потому, что они были доказательством благодарности облаготворяемых, и споспешествовали успехам Евангельской проповеди, поелику Апостолы, получая оные от верных, и потому нимало не заботясь о них, занимались единственно проповеданием веры. Примечания здесь достойно во-первых то, что Божественный Апостол предложил настоящие мысли в виде вопроса: сие он сделал для того, чтобы придать более силы своему слову, и открыть яснее истину: во-вторых то, что он до самого конца продолжает говорить в переносном смысле, назвав Апостолов орющими и молотящими, Божественное слово семенем, а мздовоздаяния за подвиги жатвою: и сие он делал подражая учению Господа, который уподобил слово Божие семени, говоря: «изыде сеяй сеяти Семене своего» (Лк.8:5) настоящее доказательство имеет твердую и великую силу: ежели мы, говорит, преподали вам духовные дары, то есть веру во Христа, Евангельский закон, Святые таинства, и отверзли вам вход к вечному спасению: «аще мы духовная сеяхом вам», то великое ли для нас воздаяние, если мы за все то получим от вас тленная, то есть малую некую пищу, самую простую одежду, и малозначащую услугу? Велико ли, «аще мы ваша телесная пожнем?» Таким образом Павел представив, что он был поистине Апостол, и многими доводами доказав, что он имел власть, яко Апостол, получать от них житейские потребности, открывает далее цель таковых доказательств, объясняя вместе и причину, почему он не хотел пользоваться сею властию.

1 Кор.9:12. Аще иныи власти вашея причащаются, не паче ли мы? Но не сотворихом по области сей: но вся терпим, да не прекращение кое дамы благовествованию Христову.

Иными он здесь называет не Апостолов, ниже братий Господних, ниже Кифу, о которых упомянул выше, но других некоторых лжеучителей и прелестников, о которых писал к тем же Коринфянам: «Приемлете бо, аще кто вас порабощает, аще кто поядает, аще кто отъемлет, аще кто по лицу биет вы, аще кто величается» (2Кор.11.20) (глав, там ж. ст. 5. Злат, на он место). Посему и не сказал приемлют, но, власти вашей причащаются, то есть господствуют над вами, и требуют от вас насильственным образом: из сих слов он выводит и другое заключение. Ежели другие некоторые, говорит, лжеучители и прелестники со властию и насилием получают от вас, чего требуют: то не паче ли мы истинные Апостолы и учители ваши должны получать от вас все нужное? Сказав же сие тотчас объясняет, с каким намерением он от них не брал того, говоря: хотя я истинный Апостол, хотя имею получать от вас все, и хотя другие силою берут: однако ж я не хотел пользоваться сим законным правом. Но дабы кто не сказал, что он не брал от Коринфян должного потому, что не имел в том нужды: посему присовокупляет еще сие: «но вся терпим», то есть, я сношу голод, жажду, наготу, труды в занятиях рукоделием, и всякое другое неудовольствие, сношу же, говорит, для того, «да не прекращение кое дамы благовествованию Христову». Почему же проповедь Евангельская возымела препятствие и прекратилась, если бы он получал от Коринфян потребное для жизни? Он хотя не требовал мзды за труд проповедания, однако произвольно приносимое ему принимал, зная, что чрез то не только не делает никому соблазна, но еще доставляет пользу приносящим. Сие явствует из того, что он написал к Филипписиям «яко и в Солунь и единою и дващи в требование мое посласте ми: не яко ищу даяния, но ищу плода множащагося в слово ваше: исполнихся прием от Епафродита посланная от вас, воню благоуханию, жертву приятну, благоугодну Богу» (Флп.4:16-18). Равным образом и из того, что он написал к тем же Коринфянам: от оных, говорит, «Церквей уях, приим оброк к вашему служению» (2Кор.11:8). Мы видим, что он с радостию принял трапезу темничного стража (Деян.16:34) и благословил Онисифора за услугу, какую он оказал ему (2Тим.1.16). Поелику же в Коринфе много жило Евреев, язычников, философов разных сект и софистов, которые все были преданы земным и плотским мудрованиям: то Павел не хотел брать нужного себе от Коринфян для того, чтобы не подать им ни малейшего случая к соблазну, зная, что ежели бы он принимал то от них, то бы они, будучи лукавы, возымели случай клеветать его, и сказали бы, что он проповедует Евангелие для собственной пользы: а сие бы могло соблазнить слышащих: от чего пресеклось бы распространение и умножение Евангельской веры.

Беседа о ревности по Бозе

Обращение, каковое имел с Коринфянами Апостол Павел, есть пример великой добродетели. Он, хотя имел многие и великие права, хотя имел власть, данную ему Иисусом Христом, по сим словам: «достоин бо делатель мзды своея» (Мф, 10:10). и подтвержденную действительным примером прочих Апостолов: хотя имел, говорю, власть получать от Коринфян, яко учеников своих, все для него нужное к содержанию: однако ж не хотел брать от них ничего, и потому терпел всякую бедность и нищету, дабы токмо не произошло какое-нибудь препятствие в проповеди Евангелия: «да не прекращение кое», говорит, «дамы благовествованию Христову» (1 Кор,9:12).

Сии слова что иное означают, как не великую горячность души к распространению веры во Христа, то есть славы Божией и спасения человеков? Сие-то есть та великая добродетель, мать всех изящных добродетелей, обитающая в сердце избранных, которая именуется ревностию. Побеседуем теперь о сей добродетели.

Ревность рождается от любви, управляется рассуждением, и утверждается постоянным в ней пребыванием. Всякая человеческая душа имеет силу любви, врожденную в ней Богом, так как все тела имеют огонь, разлитый во всех их частях Творцом всяческих. Ни душа без любви, ни тело без огня быть не могут. И как огонь, гнездящийся в бездушных телах, не производит никакого ощутительного действия, если не будет собран и совокуплен воедино посредством трения: так и обитающая в сердцах наших любовь, не производит никакого видимого действия, если чрез благодать Божию не возрастет и не умножится. Когда огнь, находящийся в теле, соединяется чрез трение: то он рождает пламень. Когда сердечная любовь увеличивается посредством благодати, то она рождает ревность. И так пламень и греет и жжет, так ревность и пользует и вредит. Ревность, основанная на здравом рассудке, пользует, а безрассудная вредит.

Когда с великим и сильным жаром стремимся творить дела неправедные и беззаконные, не рассуждая, каковы они, но думая, что они законны и святы: тогда ревность наша есть безрассудная. Такую ревность имели Иудеи, как свидетельствовал о них Апостол Павел, говоря: «свидетельствую бо им, яко ревность Божию имут, но не по разуму» (Рим. 10:21). Такую ревность имел и сам Павел, быв Савлом, то есть прежде, нежели обратился ко Христу. Посмотрите на него: он всаждает в темницу верующих и биет их, соизволяет на побиение камением первомученика Стефана, и еще дыхая прещением и убийством на ученики Господни, спешит в Дамаск, дабы всех, коих найдет там верующих во Христа мужей же и жен, связанных привести во Иерусалим (Деян.9:1-2:19-20): а сие есть не иное что, как горячность и великое стремление души, или ревность. Так: ревность, но безрассудная, и следовательно самая вредоноснейшая. Павел не рассуждал, что законно и незаконно, что праведно или неправедно, что угодно или неугодно Богу. Почему гнал Христианскую веру и искал истребить верующих во Христа, думая, что сие дело есть законное, праведное и благоугодное Богу: имел ревность многую и великую, но нерассудительную. Когда же Сын Божий, призвавый его с небеси, вложил в душу его разумение истины и правое суждение о вещах: тогда ревность его соделалась рассудительною, и следовательно самою полезнейшею. Почему он пришел «от Иерусалима и окрест даже до Иллирика» (Рим. 15:19). благовествуя Евангелие, научая догматам веры, проповедуя правила добрых дел, истребляя неверие, созидая ТТегжовь. обращая неверных и утверждая верующих. Ревность была и первая, как сам он засвидетельствовал, сказав: «излиха ревнитель сый отеческих моих преданий» (Гал.1:14): ревность и вторая, как он сам подтверждает, говоря: «ревную бо по вас Божиею ревностию» (2Кор. 11:21). Но первая, поелику была без рассуждения, то пожигала, то есть вредила и истребляла: а вторая, поколику была исполнена рассуждения, то согревала, то есть приносила пользу и вечное спасение. Отсюда видно, что рассуждение управляет ревность, обращая оную от стремления к злым делам к деланию благих дел. Однако рассудительная ревность требует постоянности и твердости: ибо без сих она не пребывает долгое время, но скоро погасает, подобно огню, возжигаемому льном или соломою, или другим каким тонким и уд обо сгораемым веществом. Ревностный человек восстает против всякого беззакония, стараясь всячески и словом и делом исторгнуть корень зла, и на место того посадить в сердцах человеческих добродетель. «Весь мир во зле лежит» (1Ин.5:191. Зла много, добродетели же весьма мало. Притом зло имеет сильных и бесчисленных защитников. Посему-то иные ревностного человека презирают, когда он увещевает и учит, яко баснословного и суесловного: «Что убо хощет суесловивый сей?» (Деян. 17.18) говорили о Павле Епикурейцы и Стоики, когда учил он в Афинах. Другие почитают его несмысленным и безумным. «Веснуешися ли, Павле? многия тя книги в неистовство прелагают» (Деян.26:24). Громогласно вопил Фист против Павла. Иные клевещут на ревнителей, якобы они возмущают тишину градов. «Сии человецы возмущают град наш» (Деян.16.20), говорили о Павле и Силе, господа отроковицы, имеющей дух пытлив. Некоторые обличают их яко развратителей мыслей и обычаев народных. «Ты ли еси развращаяй Израиля?» (3Цар. 18:17) Так поносил Ахаав ревнителя Илию. Иные угрожают им смертию. «Сия да сотворят ми бози», и «сия да приложат ми, яко в сей же час утро положу душу твою» (3Цар.19:2) так угрожала сему же Пророку вселукавая Иезавель. Какие же воздвигали гонения и какие мучения употребляли против ревностных людей тираны, о том свидетельствуют Иосифова темница, Исаиина пила, Михеевы заушения, Иеремиино блато, Даниилов ров, трех отроков пещь, Павловы узы и бесчисленные страдания Апостолов: свидетельствуют подвиги исповедников, страдания мучеников и искушения всех ревностных мужей. Из сего всяк видеть может, что для ревности необходимо нужна твердость, так что если сея не будет, то ревность претворяется в страх, и ревнитель бывает боязлив и всякого благого дела чужд.

Но кто имеет ревность, руководствуемую благоразумием и укрепляемую постоянным в ней пребыванием, тот производит великие и чудные дела. Таковую ревность имел великоименитый Илия. Ревность его была ревность по разуму. Почему он ревновал по истинном Богослужении. «Ревнуя поревновах», сказал он, «по Господе Боге Вседержителе: яко оставиша тя сынове Израилевы: олтари твоя раскопаша, и Пророки Твоя избиша оружием» (3Цар.19.20). Ревность его была, говорю, по разуму: ибо Бог руководствовал его во всех делах, какие он творил: притом еще постоянная и твердая: потому что ни наветы лжепророков, ни поношения Ахаава, ни устрашения Иезавели не погасили пламень его ревности. Хотя же он, яко человек, и убоялся Иезавелиных смертных угроз, и отшел от нее: однако ревность души его пребыла непреклонна и непреоборима. Посему он, вскоре возвратясь, строго обличил Ахаава за похищение винограда и пролитие невинной крови Навуфеевой. «Сице глаголет Господь», сказал он ему, «понеже ты убил еси (Навуфея) и приял еси в наследие (виноград его), сего ради тако глаголет Господь на месте, идеже полизаша свинии и пси кровь его, тамо полижут и кровь его, тамо полижут и кровь твою, и блудницы измыются в крови твоей» (3Цар.21:19). Но какие удивительные дела, или справедливее сказать, какие чудеса произвела святая ревность сего великого Пророка? Он, дабы народ Божий не заблуждал более и не поклонялся Ваалу, испросил у Бога бездождие: небо тотчас заключилось, и дождь не падал на землю «лета три и месяц шесть» (3Цар.17:1- Иак.5:17). Он, дабы открыть заблуждение студных Пророков и обратить на путь истины поклоняющихся Ваалу, свел огонь на жатву свою: «и спаде огнь», говорит Священное Писание, «от Господа с небесе, и пояде всесожегаемая, и дрова, и воду, яже в мори, и камение, и персть полиза огнь» (3Цар.18:38). И народ, видя такое чудо, пали все на лице свое, восклицая: «воистинну Господь Бог той есть Бог» (3Цар.18:39). Когда же человек Божий узрел обращение и веру народа, тогда молитвою Он, дабы открыть заблуждение студных Пророков и обратить на путь истины поклоняющихся Ваалу, свел огонь на жатву свою: «и спаде огнь», говорит Священное Писание, «от Господа с небесе, и пояде всесожегаемая, и дрова, и воду, яже в мори, и камение, и персть полиза огнь» (3Цар.18:38). И народ, видя такое чудо, пали все на лице свое, восклицая: «воистинну Господь Бог той есть Бог» (3Цар.18:39). Когда же человек Божий узрел обращение и веру народа, тогда молитвою своею отверз небо. «И паки помолися, и небо дождь даде, и земля прозябе плод свой» (Иак.5:18). Уничтожил Илия чрез сии чудеса поклонение Ваалу, открыл кто есть истинный Бог, верующих утвердил в вере, а неверующих утвердил в оной. Чрез Пророческое же свое обличение в такое раскаяние привел Ахаава в беззаконном убийстве и отнятии винограда Навуфеева, что он «умилися от лица Господня, и идаше плачася, и раздра ризы своя и препосася вретищем по телу своему, и постися» (3Цар.21:27).

Предтеча Иоанн приял и дух, и силу ревности Илииной по пророчеству Захарии, отца своего: по сей причине мы видим его призывающего всех к покаянию, вразумляющего народы, учащего мытарей и советы дающего воинам. Ни власть Архиереев, ни зависть Фарисеев, ни злобы книжников не удерживают его от проповедывания истины. Он с дерзновением пред всеми исповедует, что не есть он чаемый Мессия, и открывает, кто есть сей Христос говоря: «сей есть агнец Божий, вземляй грехи мира» (Ин.1:29). Он крещает со дерзновением всех приходящих к нему крещением покаяния и предуготовления ко крещению во Христа, и проповедует со дерзновением: «аз убо крещаю вы водою в покаяние, грядый же по мне креплий мене есть, емуже несмь достоин сапоги понести, той вы крестит Духом Святым и огнем» (Мф.3:11). Коликую же ревность показал сей от чрева матерняя освященный человек, когда увидел беззакония Ирода? Он отнюдь не устрашился ни царской власти его, ни бесчеловечной души его, но охотно пошел к нему, предстал пред него со дерзновением, и обличил его безбоязненно, хотя и предвидел ожидающую его темницу и отсечение своей главы. «Не достоит тебе, Царю», сказал он, «имети жену брата своего» (Мк.6:18). Велика ревность и Пророка Нафана, но ревность Крестителя превосходит оную. поелику Нафан увещевал Царя кроткого и святого, а Креститель Царя жестокого и злонравного.

Но посмотрим и на Павла, да познаем действия горячей, рассудительной и твердой ревности. Ничто не может разлучить его от любви, которую он имел ко Христу, ни скорбь, ни теснота, ни гонение, ни глад, ни нагота, ни беда, ни меч, ни смерть, ни живот, ни Ангели, ни начала, ниже силы, ни настоящая, ни грядущая, ни высота, ни глубина, ни ина тварь кая (Рим.8:35:38–39). Он говорит пред Царями и игемонами, пред князьями и премудрыми, и проповедует им распятого Христа (1Кор.1:23). Вменяет вся уметы быти, да Христа приобрящет (Флп.3:8). Никакого не имеет попечения о жизни своей, и не почитает ее достойною большей чести, нежели Евангельская проповедь. Не только благоизволяет, но и молится «отлучен быти от Христа» (Рим.9:3), да спасутся Израильтяне. А сие что иное есть, как не дела и чувствия пламенной ревности? Он смотрительно обрезывает Тимофея, то есть «Иудей ради сущих на местах онех» (Деян.16:3). Бывает «Иудеям яко Иудей, подзаконным яко подзаконен, беззаконным яко беззаконен, немощным, яко немощен, всем вся, да всяко некия спасет» (1Кор.9:20–22). А сие что иное есть, как не Божественные и спасительные дела глубокого рассуждения? Терпит гонения, темницы, узы, биения палицами, наметания каменми, и всякого рода страдания, ежедневно находится при вратах смерти, и при всем том не оставляет горячей ревности Евангельской проповеди до самой той минуты, как наконец мученическою смертию предал святейшую душу в руце Творца и Господа своего. А сие что иное есть, как не дела непоколебимой твердости адамантовой души его? Посмотрев мысленно на всю вселенную, можно видеть, какие действия имела в ней ревность. Ревность Пророков утвердила Благочестие в роде Израильском: ревность Апостолов обратила язычников от идолопоклонства, и привела их к истинной вере: ревность Божественных отцев обличила хулы еретические и утвердила догматы православия.

Так велика добродетель ревность и велики произведения ее, но весьма редко бывает по разуму: часто нерассудительность растлевает оную, и делает порочною. Ревность наша к чуждым грехам бывает горяча как огнь, а к собственным холодна как лед. Сучец в глазе брата нашего, то есть малейшее прегрешение его, кажется нам бревном, великим грехом: напротив бревно в собственном глазе, то есть великое наше беззаконие кажется нам ничто. Таковая ревность есть безрассудная, и кто оную имеет, тот мнит о себе, что он ревнитель, но в самом деле есть совершенный лицемер. Когда же мы имеем ревность по разуму: тогда во-первых рассматриваем собственные грехи и очищаем от них душу свою, и потом уже приступаем к исправлению других. «Лицемере!» Так обличает Господь безрассудную ревность нашу, «изми первее бревно из очесе твоего, и тогда узриши изъяти сучец из очесе брата твоего» (Мф.7:5). Сколь многие имеют ревность, но, не различая истинного добра от зла, творят великие преступления, и между тем думают, что они содевают великие добродетели? Доказательством сего служат раскольники и отщепенцы. Они, ослепясь безрассудною своею ревностию, считают комара за верблюда, и вымышляя погрешность на Церковь Христову, кои не суть ее погрешности, но украшения, отпадение от нее, составляют братства и секты душетленные и лишенные Божия благодати. Сколь многие имеют ревность, но не зная, что они суть члены Церкви, восстают против своих пастырей, и думают, что творят добродетель, между тем как содевают зло, то есть преслушание и непокорность? Сколь многие имеют ревность о исправлении своих собратий, но не употребляют сию ревность с подобающим благоразумием, увещевая и исправляя их по Апостольской заповеди «духом кротости», наблюдая «да не и сами искушени будут» (Гал.6:1): но обличают их без рассуждения, и поносят со строгостию, почему вместо пользы причиняют вред, и вместо добродетели производят грех.

Возлюбленная братия моя! ревность есть великая добродетель, но для нее потребно великое рассуждение. Мне кажется, что сие самое означают слова Господни: «всяк бо огнем осолится, и всяка жертва солию осолится» (Мк.9:49). Ибо огнь есть изображение ревности по горячности ее, а соль изображение рассуждения: понеже как соль не только хранит осоленное от повреждения, но и придает вкус пище, так и рассуждение не только предохраняет ревность от греха, но и все дела ее творит святыми. Соединив убо Господь сии два слова, то есть огонь и соль, соделал из того в переносном значении огнь соленый, или огнь осоляющий, дабы показать, что ревность всегда должна быть соединена с рассуждением. «Всяк бо огнем осолится», то есть всякий человек да будет ревностен с рассудительностию. «И всяка жертва солию осолится», то есть всякая добродетель, от ревности душевной происходящая, да будет приправлена рассуждением. Сие же рек Господь потому, что безрассудная добродетель не есть благоприятна Богу: как то видно из словес Его относительно Каиновой жертвы. Право принес Каин жертву свою, судя по тому, что принес ее Богу: но поколику он не рассудил того, что должен был принести лучшие из вещей своих: сего ради рек ему Бог: «еда, аще право принесл еси, право же не разделил еси, не согрешил ли еси?» (Быт.4:7) Потом объявил ему, что он не принял дара его, сказав: Я обращаю его к тебе, «к тебе обращение его», владей им сам, «и ты тем обладаеши».

Господи Иисусе Христе, Сыне Бога живого! Ты пришел еси на землю, да вложиши в сердца наши огнь, якоже рекл еси: «огня пришел воврещи на землю» (Лк.12:49): Тебе убо молим, вложи в сердца наши сей огнь ревности к вере и добродетели, но огнь же не осоленный или безрассудный, а приправленный солию, то есть рассудительный: да им согревшись, и вкупе осолившись, приносим Тебе всякую жертву нашу не токмо право, но и рассудно. Таковыми бо жертвами благоугождается милость твоя, ейже честь и величие, и на нюже упование наше во веки веков! Аминь.

20. В неделю 12-ю толкование на Евангелие от Матфея (Мф.19:16-26)

Наставления о совершенстве, предлагаемые в нынешнем Евангелии, толико поразили блаженных Апостолов, что возопили они: «кто убо может спасен быти?» (Мф.19:25) а преступника Иулиана, который, отступивши от веры, отступил и от ума своего, толико изумили, что дерзнул он сказать, аки бы исполнение оных было дело невозможное. Но что о них думают нынешние христиане? Иные, может быть, изумляются так, как Апостолы; иные же неверствуют так, как Иулиан преступник и безверный. Но, по толиких примерах как тех, которые, презрев богатство и славу, достигли до Евангельского совершенства, так и тех, которые, будучи богаты и славны, сохранили все Божии заповеди и наследовали небесную жизнь и царствие, ни изумление, ни безверие имеют место. По учению Спасителя нашего Иисуса Христа, дело совершенства есть претрудное и почти невозможное по естественным человеческим силам, но оно же возможно и удобно есть по действию благодати Всемогущего Бога. Послушаем изъяснения всего Евангельского сказания, да уразумеем, как и кому трудное и невозможное бывает и возможным, и легким.

Мф.19:16. Во время оно, юноша некий приступи ко Иисусу, кланяяся Ему, и глаголя: Учителю благий, что благо сотворю, да имам живот вечный?

Юноша сей не токмо был богат, но и князь, как заметил Богоглаголивый Лука, что же пришел к Иисусу Христу, не искушая Его, наподобие законника, явствует из благоговения, с каковым приступил он, преклонив колена свои пред Иисусом Христом (Лк.18:18; Мф.22:35). Наипаче же видно из Писания священного Марка, показавшего, что Иисус, воззрев на него, возлюбил его (Мк.10:21); если же бы с притворностию и коварством приступил, не возлюбил бы его Сердцеведец Христос. Сей юноша слышал, как видно, о благотворении и благости Господа Иисуса, еще же и о учении Его о вечной жизни; почему пришел к Нему послушать и научиться, каким образом можно внити в живот вечный. Убо веровал он, что Иисус есть благ и Учитель, но не знал, что Он же есть и Бог. Сие объяснил ответ Господа Иисуса.

Мф.19:17. Он же рече ему: что Мя глаголеши блага? никтоже благ, токмо един Бог. Аще ли хощеши внити в живот, соблюди заповеди.

Если бы юноша веровал, что Иисус Христос есть Бог, то не сказал бы ему Иисус сего: «что Мя глаголеши блага?» Сказал же сие, аки бы так говоря: «ты, не веруя, что Я есмь Бог, почему Меня называешь благим? Не точию человек, но ниже Ангел естественно есть благ; ибо и люди, и Ангелы имеют благость не от естества, но по благодати, ниже пресовершеннейшую, но несовершенную в сравнении с благостию Божиею. Един же точию Бог имеет по естеству пресовершеннейшую и неизменяемую благость, Сый благости источник и всякой благостыни податель.» Сие убо учительне, купно и обличительне сказав ему Иисус, ответствует потом на его вопрос, глаголя: если хочешь внити в вечный живот, соблюди заповеди. Из чего научаемся мы, во-первых, что ко спасению необходимо нужно есть человеческое хотение, хотение же самопроизвольное, а не принужденное: «аще ли хощеши». Второе, что единое человеческое хотение к тому не есть довольно, но нужно и сохранение заповедей Божиих: «соблюди заповеди». Третье, что кто хочет спасения своего и сохранит заповеди Божии, тот без сомнения спасется: «аще ли хощеши впити в живот, соблюди заповеди». Что же на сие ответствовал юноша?

Мф.19:18-19. Глагола ему: кия? Иисус же рече: еже не убиеши, не прелюбы сотвориши, не украдеши, не лжесвидетельствуешь Чти отца и матерь: и возлюбиши искренняго твоего яко сам себе.

Думал тот юноша, что иная добродетель, а не исполнение Божиих заповедей в законе Моисеевом, вводит человека в вечный живот; почему сперва спрашивал: «что благо сотворю, да имам живот вечный?» Потом паки вопрошал: какие же суть заповеди, вводящие в вечную жизнь? Господь же кратко предлагает ему те самые заповеди, которые в законе Моисеевом пространнее заключаются. Виждь же безмерную Господню премудрость: понеже исполнение блага предъидет воздержание от зол, по словам: «уклонися от зла и сотвори благо» (Пс.33:15), сверх же сего, легчае есть уклонение от зла, нежели исполнение блага; того для прежде предлагает те заповеди, которые научают уклоняться от грехов, говоря: не убий, не прелюбодействуй, не укради, не лжесвидетельствуй (Васил. в бесед.); потом и те, которые состоят в исполнении добродетели: «что отца своего и матерь, и возлюбиши ближняго твоего яко сам себе».

Мф.19:20. Глагола ему юноша: вся сия сохраних от юности моея: что есмь еще не докончал?

Сие он сказал без притворства, ниже яко искушая Иисуса Христа. Если бы был он лицемер и лжец, не возлюбил бы его Христос. Воистину от юности своей сохранил заповеди Моисеева закона; однако, помышляя о величии воздаяний, малым и недостойным вечной жизни являлся ему о соблюдении заповедей предпринимаемый временный труд. Почему домышляясь, что нужду имеет и в других исполнениях, вопрошал, говоря: «что есмь еще не докончал?» Что мне остается еще, да достойным соделаюсь вечной жизни?

Мф.19:21. Рече ему Иисус: аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение твое, и даждь нищим, и имети имаши сокровище на небеси: и гряди в след Мене.

Спасает, без сомнения, верующего во Христа сохранение Божественных заповедей, сущих в законе Моисеевом, и вводит его в жизнь вечную, как явствует из сих Господних слов: «аще хощеши внити в живот, соблюди заповеди»; но не может возвести до совершенства, показуемого в святом Евангелии. Подтверждает сие Богоглаголивый Павел, говоря: «ничтоже бо совершил закон. Сень бо имый закон грядущих благ, а не самый образ вещей, на всякое лето теми же жертвами, ихже приносят выну, никогдаже может приступающих совершити» (Евр.7:19,10:1). Приметь, что иная есть слава спасенных, а иная — слава сподобившихся Евангельского совершенства, то есть, святых. Ибо Господь хранителям заповедей обещал вход в вечную жизнь: «аще ли хощеши внити в живот, соблюди заповеди»; но совершенным обещал сокровище на небеси, то есть, преизбыточествующую небесную славу: «и имети имаши сокровище на небеси», то есть, святые не токмо живот наследуют вечный, якоже и спасенные, но примут и сокровище. Божественной славы, что самое есть то, о чем негде Сам рече Спаситель наш: «Аз приидох, да живот имут, и лишше имут» (Ин.10:10), — то есть, да имеют святые не токмо вечную жизнь, так как спасенные, но еще лишше, то есть, богатейшее наслаждение Божественною славою. Что же имеются степени славы и блаженства, о том Сам Господь показал, говоря: «в дому Отца Моего обители многи суть» (Ин.14:2). Якоже убо не все люди равно видят той же свет, но иные более, а иные менее, по мере действия очей их: тако и праведные не все равно причаствуют той же славы Божией, но иные вящшей, иные же меньшей, по мере добродетельных деяний их. Из чего заключаем, что сохранение заповедей закона толико необходимо нужно, что никто без оного спастись не может: совершенство же Евангельское есть дело выше обыкновенного, достойное вящшей славы. Если сохраню заповеди, спасусь: если же не сохраню оных, муке подвержен буду. Если достигну Евангельского совершенства, совершенным буду Христовым учеником и святым: «и гряди в след Мене», и вящше прославлюсь на небеси: «имети имаши сокровище на небеси». Если же чужд пребуду совершенства, то спасусь, но не буду свят, ниже препрославлен. Подтверждает сие великий Богослов Григорий Назианзин, говоря: из нашего законоположения иные правила необходимо нужны тем, коим преподаются, коих не соблюсти беда есть: и иные не от нужды, но от произволения зависят, кои хранящим доставляют честь и воздаяние, а не хранящим оных вскоре потом и лишение. Ибо как тот, кто муки недостоин, не есть еще недостоин и провозглашения: так и тот, кто провозглашения недостоин, не есть еще достоин и муки (Назиан. в 1 слов. о столп.). Зри же, коль в кратких словах описал Богочеловек совершенство. «Продаждь, говорит Он, имение твое, и дождь нищим, и гряди в след Мене», то есть, буди подражатель Мой. Явствует убо, что чуждый мира, и подражатель добродетелям Иисуса Христа, есть человек совершенный, и небесный и святой. Что же ответствовал юноша, услышав учение о совершенстве?

Мф.19:22. Слышав же юноша слово, отъиде скорбя: бе бо имея стяжания многа.

Сия слышав, юноша ответа не дал никакого, но отошел скорбя. И сие не удивительно. «Не вси, сказал Господь, вмещают словесе сего» (Мф.19:11-12), то есть, учения о совершенстве: «могий вместити, да вместит. Дух бодр, плоть же немощна» (Мф.26:41). Искал дух юноши совершенства; вопрошал, что ему осталось еще: «что есмь еще не докончал?» да исполнит то, и достигнет высоты добродетели; но плоть, противлялась. Великое богатство и достоинство содержали во узах его хотение, почему отъиде скорбя, что не послушал совета небесного Учителя, ниже сподобился благодати, ниспосылаемой совершенным и святым.

Мф.19:23-24. Иисус же рече учеником Своим: Аминь глаголю вам, яко неудобь богатый внидет в царствие небесное. Паки же глаголю вам, яко удобее есть вельбуду сквозе иглины уши проити, неже богату в царствие Божие внити.

Видя Иисус, что юноша не вместил учения о совершенстве, престает об нем говорить, говорит же вообще о спасении богатых, и во первых утверждает, что неудобно богатые спасаются; потом подобием, взятым от иглы и вельбуда, то есть, каната, которым корабельщики якорь привязывают, толико увеличивает неудобность, что даже доводит до невозможности. И поистине, удобнее есть, то есть, меньший труд требуется, чтобы продеть канат якорный сквозь уши иглиные, нежели каковой потребен богатому для своего спасения (Кирил. в бесед. Злат. тож.). Ибо канат якорный пройдет сквозь уши иглиные, ежели сделаешь большую иглу, имеющую скважину пространнейшую, нежели канатная толстота. Сие же не требует и великого труда. Колико же подвигов и трудов потребно употребить богатому и вельможе, в удовольствиях, своеволии и неге живущему, чтоб не поработиться плотским похотям? колико внимания и труда, чтобы не впасть в сети лихоимания, или сребролюбия, или неправды, или притеснения? какого мужества и великодушия, чтобы не быть побежденным суетою мирскою, всегда его обстоящею? Поистине сие есть невозможно без Божией помощи и покровительства.

Мф.19:25. Слышавше же ученицы Его, дивляхуся зело, глаголюще: кто убо может спасен быти?

Удивлялись и изумевались ученики Иисуса Христа, слышав о сем, ибо смотрели токмо на силу естественную, а не взирали на могущество и силу всесильной благодати. Но поелику они были бедны, слово же относилось к богатым, то почему они возопили: «кто убо может спасен быти?» Сим они показали, что от того времени взяли они на себя пастырский долг и попечение о спасении всего мира.

Мф.19:26. Воззрев же Иисус, рече им: от человек сие невозможно есть, от Бога же вся возможна.

Божественное око Господа Иисуса, воззревшее на учеников Своих, и животворные боголепные Его словеса решили недоумение и прекратили изумление их. То, сказал Господь, что есть невозможно силе человеческой, возможно есть всемогущему Богу. Богатый человек, подобно как и убогий, собственною силою спастись не может, но может спасен быти, будучи руководствуем и вспомоществуем всесильною Его десницею.

Беседа о том, что не богатство, но употребление его спасает или осуждает человека

Кто вникает в сии Господа Иисуса слова: «аще хощеши совершен быти, продаждь имение твое и даждь нищим» (Мф.19:21), тот признает и уверится, что бедность человека возводит до совершенства. Уверится, говорю, что бедный токмо бывает совершенным в добродетели, богатый же остается всегда несовершен в добродетельных деяниях. И поистине видим мы, что богатый удобно ввергается в те грехи, в которые весьма неудобно впадает бедный. Многообразность избранных яств, множество разных напитков, плотская нега и сладострастие пламенные воспаляют плотские пожелания; сухоядение и водопитие, бедность и телесные труды погашают огнь плотских пожеланий. Первому подвержены богатые, второму бедные: убо богатый легко впадает в плотские грехи; убогий неудобно делается плотоугодником. Великолепие, богатства, почести, хвалы и ласкания человеческие воздвигают весьма сильно волны гордости; низкость, убожество, пренебрежение, и уничижение и презрение человеков погружают душу во глубину смирения. Первое богатых окружает, второму подвергаются убогие: посему богатый удобно бывает горд, но убогого горда редко сыщешь. Сердце богатого опутано многими и великими оковы: связует его страсть сребролюбия, связует блеск драгоценных камней и других дорогих вещей, столько оков бывает для сердца его и столько владык. Убогого сердце не опутано никакою узою, и ни единого не имеет владыки: поелику ничего не имеет, что бы могло опутать и поработить его сердце. Любовь богатого прилеплена и пригвождена к богатству его: любовь убогого свободна и непорабощена есть. Убо богатый весьма неохотно приносит Богу сердце свое, весьма редко любит Его совершенною любовию; убогий с величайшею удобностию любит Бога от всей души, и помышления, и силы. Поколику же, где нет совершенной любве, тамо нет и совершенства добродетели: то посему богатый весьма неудобно бывает совершенным, убогий же удобнее доходит до возможного человекам совершенства. Чего для сказал Господь наш: «аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение твое и даждь нищим».

Но, скажешь ты, Бог сотворил и богатого, и убогого: «богат и нищ сретоста друг друга, обоих же Господь сотвори» (Притч.22:2). Почему же Бог, Который есть Отец всем, и равно всех любит, и равно всем хочет спастись, одного соделав богатым, стеснил для него путь к небесному царствию; другого же сотворив бедным, расширил ему райский путь? Для чего Бог столь неравно разделил благие свои? Почему всех не сотворил богатыми, или хотя бы всех убогими? Потому, что равно всех любит, и равно всем желает спасения, и соделал таковое неравное разделение. Человек один жить не может, требует помощника: «и рече Господь Бог: не добро быти человеку единому, сотворим ему помощника по нему» (Быт.2:18). Жили, правда, некоторые в пустыне уединенно, но числом весьма малые и избранные, Божественною благодатию подкрепляемые, кои были человеки не сего мира; не были яко земные человецы, но яко небесные Ангелы. Понеже убо человек есть животное купножительное, нужду имеющее в вспоможении человеческом, для того Бог и неравно разделил благие Своя. Если бы все равно были богаты, или равно все бедны, то ни врача бы ты не имел для излечения болезни твоей, ни художника для изготовления нужного в жизни твоей, ни слуги для услуги в надобностях твоих и дополнения недостатков твоих. Если бы все равно были богаты или бедны, то никакой бы нужды не имел один в другом, почему бегали бы человеки один от другого, погасла бы любовь, никакого не составлялось бы общества, не видел бы человек никакого покоя на земли; почему удобно бы истребился род человеческий. Неравенство же в разделении благ чудным образом совокупляет и связует человеков. Бедный, бедностию понуждаемый, приходит к богатому, да получит денег: богатый, не в состоянии будучи сам собою исправить свои дела, призывает бедного для пособия и вспоможения. Из сего составляются и укрепляются селения, веси, грады и общество человеческое. Из сего последуют взаимные вспоможения, сообщения, спокойствие, безопасность, разумножение и укрепление человеческого рода, из сего же и спасение: ибо богатый спасается подаянием милостыни, бедный же смиренномудрием и терпением.

Но богатство, скажешь ты, толикие причиняет препятствия к совершению добродетели, что почти невозможно бывает богатому дело спасения его. Богатство само по себе, ни добро, ни зло есть: бывает добрым, или худым, по произволению твоему, так как и твой язык. Языком твоим, когда хочешь, много добра сделаешь: совет подаешь во благо, молишься, прославляешь Бога, проповедуешь Евангелие, изъясняешь Божественное Писание, научаешь догматам веры, обращаешь грешника, подкрепляешь делателя добродетели; но тем же языком твоим творишь и страшные грехи: склоняешь ко греху и неправде, осуждаешь, поносишь, клевещешь, лжесвидетельствуешь, изменяешь, Бога хулишь. Двигаешь, говорю, язык твой, якоже хочешь, и на добродетель, и на грех. То же содевается и чрез богатство. Кто хорошо располагает богатством, тот великие и многие творит добродетели. Кто насыщает алчущего, и одевает нагого? Богатый. Кто приемлет сирого и заступает вдовицу? Богатый. Кто искупляет пленника и освобождает мучимого за долг в темнице, также спасает бедствующие девы, строит олтари Божии и украшает церкви? Богатый. Когда же богатый худо располагает богатством, тогда погружается в великие беззакония: бывает горд, чревоугодник, плотоугодник, лихоимец, сребролюбец; притесняет неправедно бессильного, гонит сироту, угнетает вдовицу; похищает церковные вещи; всячески коварствует, обижает беззазорно. Видите ли убо, что все состоит не в силе богатства, но в воле человеческой?

Но богатство, скажешь ты, измождает и самые воли силы, требуемые для совершения добродетели. Так истинно, для сего сказал и Господь: «аминь глаголю вам, яко неудобь богатый внидет в царствие небесное» (Мф.19:23-24). Для сего великую неудобность представил: «паки же глаголю вам, удобее есть вельбуду сквозь иглины уши проити, неже богату в царствие Божие внити». Для сего увещевал, да иже хочет совершен в добродетели быти и сподобиться отменных воздаяний, соделается нищ: «аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение твое, и даждь нищим: и имети имаши сокровище на небеси, и гряди в след Мене» (Мф.19:21). Так воистину, богатство измождает силы хотения; но где оскудевает сила естества, там воссиявает крепость благодати: «сила бо моя, вещает Бог Павлу, в немощи совершается» (2Кор.12:9). Бог, ведый искушения богатого, когда узрит в нем благое изволение, подает ему богатую благодать Свою, помощию которой торжествует он над бранию богатства. Сила благодати творит сильным бессильное по естеству. Сему же научило нас нынешнее Евангелие: «от человек сие невозможно есть, от Бога же вся возможна суть» (Мф.19:26).

Но дабы мы о сем не сомневались, и не обвиняли Бога, подателя богатства, аки бы творца зла, предлагает Бог во Святом Писании примеры богатых распутных и злых, и примеры богатых праведных и святых. Се два богатых распутных и злых. О едином свидетельствует Священное Писание так: «человек некий бе богат»; о другом же: «человеку некоему богату угобзися нива» (Лк.16:19,12:16). Первый был горд: ибо хотя и не был царем, одевался однако царским одеянием, то есть в порфиру и виссон; еще же был чревоугодник и вдавшийся удовольствиям и сладостям телесным и тщеславец, свидетельствует о сем сие речение: «веселяся на вся дни светло» (Лк.16:19); немилостив и чрезмерно жестокосерд, ибо ежедневно видел Лазаря, лежащего пред вратами дома его, алчущего, немощного, гнойного, видел и псов, которые облизывали гной его, однако нимало не милосердовал, ниже помиловал его. Другой же богач был лихоимец: «разорю, говорил он, житницы моя, и большия созижду, и соберу ту вся жита моя и благая моя» (Лк.12:18); был самолюбив, неподатлив, сребролюбив, низу к земле наподобие свиньи ничущ, и николиже возводяй очес своих на небо: «душе! говорил он, — имаши многа блага, лежаща на лета многа: почивай, яждь, пий, веселися» (Лк.12:19); глуп и несмыслен, ибо не зная, будет ли жив и на завтрашний день, воображал о многих летах: «безумне, в сию нощь душу твою истяжут от Тебе» (Лк.12:20).

Се и иные два богатые, — праведные, святые и прославленные на небеси и на земли: «Авраам же бяше богат зело скоты, и сребром, и златом» (Быт. 13:2). Кому же неизвестны добродетели Авраамовы? Толико был страннолюбив, что и Ангелов угостил (Быт.18:1-3); толико правдолюбив, что ничего не взял от всех вещей царя Содомского, «от нити до ремене сапожнаго» (Быт.14:23, 22:10); толико послушлив Богу, что и «нож взял, и руку простер для заклания возлюбленного своего сына»; толико верен Богу, что вера его «вменися ему в правду» (Быт.15:6), то есть, яко исполнение всякой добродетели. Кто не знает, что он един из всех человеков обретеся толико достоин, чтобы единородный Сын и Слово Божие восприял плоть от семени его, то есть, от Пречистой Девы? Кому не известно, что Бог множество добродетелей и сущия на небеси славы его наименовал место вечной радости и покоя лоном Авраамлим? (Лк.16:23)

Послушайте же теперь, что свидетельствует Сам Бог о Иове. Он был зело богат, преблагополучен, «и благороднейший сущих от восток солнца» (Иов.1:3), однако превоссияли в нем и добродетели, то есть: истина, чистота, правда, благочестие, совершенное воздержание от всякой лукавой вещи. «И бе человек он, свидетельствует о нем Бог, истинен, непорочен, праведен, богочестив, удаляяйся от всякия лукавыя вещи» (Иов.1:1). Толико сияли в нем добродетели, как-то: мужество души, постоянство ума, терпение сердца, преданность и совершенное повиновение Богу, что и рабом Своим Бог назвал его, и нарек его высшим добродетелию всех тогда бывших людей. «Внял ли еси, вещал Бог диаволу, мыслию твоею на раба Моего Иова, зане несть, яко он на земли?» (Иов.1:8) Како убо невозможное было ему возможным? Видя Бог преблагое душевное его произволение, даровал ему силу благодати Своей, которая толико укрепила его, что не токмо искушения богатства, но и страшные диавольские брани совершенно могли коснуться души его. Бог защищал душу его ради благого его хотения. Се, говорил Бог диаволу, «вся елика суть ему, даю в руку твою, но самаго да не коснешися» (Иов.1:12).

Но и пример юноши, упоминаемого в нынешнем Евангелии, ясно доказывает истину слова: князем был юноша, стяжания имел многая, то есть, был весьма богат; но однако, хотя богатство и воспятило его от благодати совершенства, Божиею силою не могло воспрепятствовать ему в сохранении Божиих заповедей. От юности он сохранил все Божии заповеди: «вся сия сохраних от юности моея» (Мф.19:20).

Неправедно убо, братие, обвиняем богатство, яко вину муки. Богатство ни спасает, ни осуждает; но употребление богатства доброе спасает, а худое осуждает. Напрасно думаем, что и убожество бывает причиною добродетели. Убожество само по себе ни добро есть, ни зло: но употребление убожества доброе располагает к добродетели, худое погружает во грех. В хотении следственно человеческом, а не в богатстве или бедности, состоит спасение и осуждение; ибо Бог благому намерению всегда подает Свою благодать. От Бога и богатый, и убогий: «богат и нищ сретоста друг друга: обоих же Господь сотвори» (Притч.22:2). Одного сотворил богатым, чтобы посредством благости, благоутробия и милостыни избежал осуждения: другого убогим, чтобы чрез терпение и постоянство и мужество наследовал вечное царствие. Вся же, елика Бог сотвори, добра суть, полезна и спасительна. «И виде Бог вся, елика сотвори: и се добра зело» (Быт.1:31).

20.1.  Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в двенадцатую неделю по Пятидесятнице (1Кор.15:1–11)

Воскресение мертвых есть основание всего, чему учит Христианская вера. Ибо ежели мертвые не могут воскреснуть, то и Христос не воскрес: ежели Христос не воскрес из мертвых, то бесполезна и тщетна Христианская вера. «Аще бо», говорит Павел, «мертвии не востают, то ни Христос воста: аще же Христос не воста, суетна вера ваша» (1Кор.15:16–17). Епикур, раб гнусного сладострастия, говоря, что есть душа телесна и смертна, отвергал тем воскресение мертвых. Сие пагубное душетленное учение его носилось и в Коринфе, как видно из сих слов Павлова послания: «Како глаголют нецыи в вас, яко воскресения мертвых несть?» (1Кор.15:12) А как таковое мудрствование уничтожает всю веру во Христа, то Божественный Павел и исполняется против оного горячей ревности: и таким образом, по данной ему премудрости и благодати, пишет о сем к Коринфянам, дабы незаблуждших утвердить в правоверии: впадших же в смертоносное заблуждение оное восставить и обратить: и вопервых доказывает свидетельством многих, что Господь Иисус Христос воскрес из мертвых: во-вторых уверяет многими и различными доводами, что и мертвые восстают. Первое из сих содержится в ныне чтенных словах его послания, которые он обращает к оглашенным от него, говоря таким образом:

1Кор.15:1–2. Братие, сказую вам благовествование, еже благовестих вам, еже и приясте, в немже и стоите, имже и спасаетеся, кацем слово благовестих вам, аще содержите, разве аще не всуе веровасте.

Что Богоглаголивый Павел, находившись в Коринфе поучал жителей оного глубокомудренно и непрестанно о Иисусе Христе и о воскресении мертвых, в том нет никакого сомнения. поелику он и писал к ним о воскресении мертвых: то теперь начинает слово свое об оном с самого оглашения, коим научил их вере во Христа. Сказую вам, говорит, то есть, напоминаю вам, братие, Евангельское учение, которое я вам уже благовестил, которое вы прияли, в котором пребываете тверды и непреклонны, и чрез которое можете спастись. «Сказую вам», привожу вам на память, «кацем словом благовестих вам», на каком основании я проповедывал вам Евангелие Христово. Потом говорит, «аще содержите», то есть, ежели только держитесь того основания, то есть, воскресения мертвых, держитесь же оного несомненно «разве аще не всуе веровасте». Иначе без сего догмата вы всуе и бесполезно уверовали, без сего вера ваша тща и бесполезна. Начав же таким образом свое слово, далее напоминает Коринфянам о том, что прежде благовествовал им, говоря:

1Кор.15:3–4. Предах бо вам исперва, еже и приях, яко Христос умре грех наших ради по писанием. И яко погребен бысть, и яко воста в третий день, по писанием.

От кого Павел приял то, что он предал о Иисусе Христе? Не от Апостола ли Анании, который крестил его? или от других учеников Христовых, бывших тогда в Дамаске, когда он там крестился? или от Петра, когда приходил во Иерусалим «соглядати его, и пребыл у него дний пятьнадесять» (Гал.1:18–19), где видел и Иакова брата Господня? Нет: Павел сам утвердил, что он Евангелие приял не от человека, но от самого Иисуса Христа по откровению. «Сказую же вам, братие», писал он к Галатам, «благовествование благовещенное от Мене, яко несть по человеку: ни бо аз от человека приях е, ниже научихся, но явлением Иисус Христовым» (Гал.1:11–12). поелику же он воскресением Иисуса Христа доказывает воскресение мертвых: то дабы никто не сомневался в воскресении Христовом, он предлагает доказательства в рассуждении сего: из коих первое есть уверение в том, что Христос истинно умер и был погребен. Почему и говорит: я прежде открыл вам, что Христос умер и был погребен, а потом и сие, что Он в третий день воскрес: приводит же на то два доказательства, предание, говоря: «еже и приях», и Священное Писание, прибавив к тому: «по писанием». Писанием здесь называет Святых Пророков, предсказавших о смерти, погребении и воскресении Иисуса Христа. О смерти Его предрек великий Исаия, говоря: «яко вземлется от земли живот Его, от беззаконий людей моих ведеся на смерть» (Ис.53:8). О погребении тот же Исаия сказал: «будет с миром погребение Его, взяся от среды» (Ис.57:2). О воскресении Царе-Пророк Давид представил самого Христа глаголющего: «не оставиши душу мою во аде, ниже даси преподобному твоему видети истления» (Пс.15:10). А Пророк Иона прообразовал оное тридневным своим пребыванием во чреве китове. «Якоже бо бе Иона во чреве китове три дни и три нощи: тако будет и Сын человеческий (предрек Господь) в сердцы земли три дня и три нощи» (Мф.12:40). После же сих двух, доказательств приводит и третье, то есть, свидетелей, видевших Иисуса Христа по вознесении Его из мертвых.

1Кор.15:5–7. И яко явися Кифе, таже единонадесятим: Потом же явися боле пяти сот братиям единою, от нихже множайшии пребывают доселе, нецыи же и почиша: Потом же явися Иакову, таже Апостолом всем.

Почему Павел во первых представляет Кифу, то есть Петра, свидетелем Христова воскресения? Потому, что он был первый из Апостолов (Мф.10:2), и ему первому из всех прочих учеников явился Иисус Христос по воскресении своем из мертвых, как то видно из слов, которые говорили между собою единонадесять Апостолы, собравшиеся во Иерусалим и бывшие с ними тогда, как Клеопа вместе с другим учеником возвратившись из Еммауса пришел к ним. «И обретоста», говорит Евангелист Лука, «совокупленных единонадесяте и иже бяху с ними, глаголющих: яко воистинну воста Господь и явися Симону» (Лк.24:33–34). Единонадесятим здесь Павел сказал потому, что Апостолов по воскресении Христовом осталось только одиннадцать, ибо Иуда уже лишился Апостольской благодати за свое предательство, «и шед удавися» (Мф.27:5) (Злат. на он. место): но не в особенности ли явился и Матфею Господь, как явился Павлу и Иакову? Или Матфей был единым из пятисот братий, коим явился Господь? Кто же такие были пятьсот братий, где Христос явился им и как, порознь ли каждому, или всем вместе? О сем ни в Евангелии, ни в Деяниях Апостольских не упоминается. Один токмо Богодухновенный Павел говорит, что Христос явился более пятисот братиям, как и то, что «явися Иакову, потом Апостолом всем», именуя здесь Апостолами не единонадесять, о коих выше упомянул, но седмьдесят учеников: из сих, говорит, пятисот братий, весьма многие живут даже до ныне, «нецыии же и почиша». Здесь слово «почиша», глаголемое о святых, употреблено вместо «умроша». «От нихже множайшии пребывают» Апостол сказал для того, дабы тем более уверить слушателей в истине своих слов: ибо всякий, кто бы усомнился в справедливости оных, мог спросить о том свидетелей еще живых и видевших Господа по воскресении Его из мертвых.

1Кор.15:8–11. Последи же всех, яко некоему извергу, явися и мне. Аз бо есть мний Апостолов: иже несмь достоин нарещися Апостол, зане гоних церковь Божию. Благодатию же Божиею есмь, еже есмь, и благодать его, яже во мне, не тща бысть, но паче всех их потрудихся: не аз же, но благодать Божия, яже со мною. Аще убо аз, аще ли они, тако проповедуем, и тако веровасте.

Видите чудесную лествицу, по которой Павел премудро и вкупе полезно нисходит и восходит: и когда нисходит по оной, то смиряясь достигает до самого последнего состояния грешников: когда же восходит, то умеряет искусственно, и уменьшает смиренномудренно высоту своего восхождения: слышите слова глубочайшего его смирения: «последи же всех», говорит, «яко извергу явися и мне». Изверг есть несовершенный младенец, изверженный прежде времени своего рождения, и следственно есть существо низкое, бесполезное и ничтожное. И так Павел уподобляет себя извергу, говоря: после всех других Апостолов, Господь явился и мне, яко извергу, яко творению самому низкому и ничтожнейшему. Далее же приводит и причину на сие: понеже я, говорит, есмь последний из Апостолов, и «иже несмь достоин нарещися Апостол, зане гоних Церковь Божию». Гонитель Церкви и Апостол суть два слова, поистине одно другому противные, почему он здесь о гонениях, какие делал на Церковь прежде обращения своего, упоминает для того, дабы показав себя недостойным и самого имени Апостольского, тем смирить себя даже до последней степени смиренномудрия. Выслушайте и слова возвышения его, и заметьте, как он умеряет и сокрывает оное, дабы вам увериться, что он не говорит о самом себе ничего особенного и излишнего, и уразуметь, что и самое видимое его возвышение есть крайнее смирение. «Благодатию же Божиею», говорит, «есмь, еже есмь» : слышите, он все добродетели свои приписывает благодати Божией, а не самому себе. Не упоминает также и о том, что он такое есть, то есть не говорит: а благодатию Божиею есмь Апостол, учитель языков, проповедник Евангелия: но токмо говорит, «есмь, еже есмь». Не исчисляет поименно тех чудесных деяний, какие благодать Божия сотворила чрез него: но говорит токмо, что благодать данная ему не была бесплодна и недействительна: «и благодать Его, яже во мне, не тща бысть». Не дерзает описывать труды свои порознь, во возвеличивает оные вообще, говоря: «паче всех их потрудихся», то есть более Петра, более дванадесяти Апостолов, более пятисот братий, Иакова и всех учеников упомянутых им выше. А потом тотчас уменьшает силу возвышения своего, сказав во-первых, что не он потрудился, но благодать Божия, бывшая с ним: «не аз же», говорит, «но благодать Божия, яже со мною» : во-вторых, сказав как бы под сомнением и непрямо, что он более всех прочих потрудился: Ибо он как бы сомневаясь, сказал: «аще убо аз, аще ли они» : то есть, не знаю кто, я или они более потрудились. Но почему Павел возвысил себя до такой степени? Потому, что он имел нужду в похвалении себя: ибо свидетельствовал, что Христос явился ему по воскресении своем из мертвых. А свидетельство тем более имеет силы, чем достовернее, чем известнее их добродетели, а хотя он и имел нужду возвышать и восхвалять самого себя, дабы свидетельство его имело всю силу и могущество: однако ж предложил то в виде удивительного смирения, как вы слышали. Таким образом представив свое свидетельство, заключает речь настоящим своим предметом, говоря: «аще убо аз, аще ли они паче потрудишася», но все тако проповедуем, то есть, все согласно учим о воскресении Иисуса Христа из мертвых. «И тако веровасте». Да и вы тому уверовали, что мы проповедали, то есть, что Иисус Христос воскрес из мертвых.

Беседа против неверных и вольнодумцев нынешнего времени

Что Иисус Христос воскрес из мертвых, то премудрый Павел доказал четырьмя доводами: преданием, которое он получил от самого Иисуса Христа; пророческими словами Священного Писания; свидетельством тех, кои свидетельствовали, что они видели Христа по воскресении Его из мертвых, и верою Коринфян, кои верили, что Христос воскрес. Доказав таким образом воскресение Христово, потом, основываясь на оном и других многих доводах, доказал, что все вообще люди воскреснут из мертвых. Сие же было тогда первою его целию потому, что некоторые из Коринфян, будучи развращены учением Епикурейцев, говорили: «яко воскресение мертвых несть» (1Кор.15:12). Поистине пагубно оное тогдашнее развращение, но развращение наших времен гораздо пагубнее: ибо тогдашнее может быть находилось в одном только Коринфе: напротив нынешнее обходит по всей вселенной. В наши наипаче времена явились мужие, глаголющие, по Пророчеству Павла, «развращенная» (Деян.20:30), отвергающие воскресение мертвых, и посмевающиеся всему, чему научает вера. Сии люди есть вселукавнейшие, они, зная, что созидать здание трудно, а ниспровергать оное легко, и видя, что всякое учение, кроме Христианского, есть само по себе ниспровергаемое и удобопосмеваемое, ни чуждого учения не держатся, ни собственного не составляют, но блуждая туда и сюда, иногда говорят то, а иногда другое, «не разумеюще ни яже глаголют, ни о нихже утверждают» (1Тим.1:7). Иногда исповедуют Бога Творца всего, и вместе говорят, что Он не наказует злых, не благодетельствует добрым, и отнюдь не промышляет о тварях созданных Им: откуда явствует, что сей Бог, мечтанием их воображаемый, или не может иметь промысла, и следовательно не всемогущ: или не хочет, и следственно завистлив и недоброжелателен, или горд и неприступен, или празднолюбив и беспечен: таковым-то Бога представляет их испорченное воображение, то есть несовершенным, слабым, подлежащим страстям, и следовательно худшим и самых ложных богов, идолопоклонниками вымышленных. А иногда, будучи слепы, глухи, бессмысленны и бесчувственны, не видя тварей, возвещающих Творца, не слыша гласа естества, поведающего славу Божию, не покоряясь разуму, ведущему к познанию всемогущего начала, не веря чувствию, убеждающему признать Творца неба и земли, видимым и невидимым, иногда, говорю, они отвергают и самое бытие Божие. Иногда притворным образом говорят, что они суть наследники Пирронической системы, и потому сомневаются о всем, даже и о собственном своем бытии, как бы не зная, что сия система давно уже осмеяна, опровержена, и совсем уничтожена. Впрочем таковые враги благочестия имеют одну только существенную их цель, истребление Христианской веры.

Если же вопросит их, для чего они имеют такую ревность к уничтожению веры Христианской, то они ответствуют, для того, чтобы просветить людей: но в чем состоит их просвещение, которое они почерпнули из неверия своего, то доказывают их жизнь и поступки. Они яко лжецы и злоковарные лицемеры, обещая вольность и равенство, уловляют многих: потом, яко вооруженные разбойники изгоняют законных владетелей, покоряют своей власти города и целые провинции, похищают все сокровища оных, и покоренных жителей делают вместо вольных своими невольниками, и вместо равных самыми жалкими и несчастнейшими людьми. Каково их просвещение, о том свидетельствует плачевное состояние собственного их отечества? Свидетельствует кровь, проливаемая рекою во всей почти Европе: свидетельствуют самые ужаснейшие бедствия, которыми поражаются бесчисленные тысячи людей: свидетельствует их безумное поставление в рассуждении гражданского правления, по которому они стараются возмутить народ, вооружить подданного против Государя и ниспровергнуть самые монаршие престолы. поелику же их учение обольщает плоть, уничтожает высоту духа, заглушает глас совести, разрешает узду мучащих нас страстей, обоготворяет плотское удовольствие, и ведет человека туда, куда «прилежит помышление его от юности его» (Быт.8:21), то есть в бездну пожеланий и поступков гнусных, постыдных для человечества: посему оно удобно распространяется и возрастает, а упадает и уничтожается с великою трудностию. Однако поелику они говорят другим: если бы мы увидели хотя бы одного воскресшего из мертвых, то не только поверили воскресению мертвых, но и приняли бы за истину все то, чему научает Христианская вера: для сего я теперь предложу два доказательства Апостола Павла в рассуждении воскресения Иисуса Христа, одно от Священного Писания, а другое от очевидных свидетелей, излагая оные гораздо пространнее, и дополняя то, о чем Павел по причине краткости умолчал. Но слово Священного Писания не может подействовать на неверных, потому что они почитают его не Божиим Словом, а произведением человеческим. И свидетельства также не могут уверить их, потому что они почитают их за ложь и за вымыслы. Если бы мы видели, говорят, человека воскресшего из мертвых, то бы всему поверили и согласились на все. Сие самое говорил и богач ко Аврааму: «молю тя убо, отче, да послеши его», то есть умершего Лазаря, «в дом отца моего» (Лк.16:27). «Имут Моисея», ответствовал ему Авраам, «и Пророки, да послушают их» (Лк.16:29). Но богач, оставаясь в своем мнении, продолжал: «ни, отче Аврааме, но аще кто от мертвых идет к ним, покаются. Аще Моисеа», ответствовал Авраам, «и пророков не послушают, и аще кто от мертвых воскреснет, не имут веры» (Лк.16:30–31).

Но о неверные! Почто вы, суще человеки, силою словесною почтенные, прилагаетесь скотом несмысленным и уподобляетесь им? (Пс.48:14) Те, не имея разума движутся, и так сказать влекутся одними чувствами: а вы, имея разум и способность умствовать, судить и рассуждать, почто следуете одному внушению чувств ваших, и тому подчиняете свое суждение и свои мысли? Сколь безрассудно, имея две руки, правую и левую, употреблять в делах своих одну только левую, а правую оставлять без всякого действия и недвижимою, как бы оной не было? Сколь несовершенны будут и дела, исправляемые одною левою рукою? Вы имеете чувства, имеете и разум: чувства представляют разуму чувственные вещи, а разум судит и рассуждает о них. Как вы не чувствуете того, что предметы, видимые вами, вы прежде подвергаете суду ума вашего, а потом уже уверяетесь каковы они, таковы ли, то есть, каковыми представили их глаза, или инаковы, каковыми, то есть, судит и признает разум? Или не знаете, что чувства обманывают? Верите ли вы, что величина солнца точно такая, как вы ее видите? Нет: вы уверены в том, что она в тысячу крат более, и уверены в том по умозаключениям вашим. И так видите, что вы более верите суждениям ума, нежели представлению чувств. Почему же никто не сомневается в доказательствах умозрительной геометрии и арифметики? Потому, что в них нет представления обманчивого вида, но вместо того служит только слово, убеждающее разум. Но доказательство Павла, вы скажете, не имеет и слова такого, которое бы убеждало нас верить, что Христос воскрес из мертвых. О! в сем вы весьма явно ошибаетесь, или потому что имея ум ваш страстьми одержимый, не разумеете силы слова оного, или по невежеству не знаете, какие суть те слова, коими доказывается воскресение Иисуса Христа? Первое из сих есть страсть, происходящая от предубеждения, или от гордости, или от других многих вместе совокупившихся страстей. Посему, если вы не отрясете от ума вашего сих страстей, то никогда не можете усмотреть истины: а второе есть страсть удобоисцелимая. Ибо как скоро вы познаете слова оные: то мрак неведения тотчас удалится от вас, и место его займет свет истины.

Если прилежно рассмотрите книги святых Пророков, то найдете в них слова, убеждающие разум не только в том, что Христос воскрес из мертвых, но и что все то, что о Нем проповедует Евангелие, есть истинно. Но вы скажете, что Пророческие книги писаны не Божеским вдохновением, а сочинены человеческим разумом. Сие предлагаемо было вами и прежде. Но чтобы вам уверить в том и самих себя и нас, то вы должны во-первых доказать, что Пророки были люди нечестивые, самые порочные и беззаконнейшие из всех человеков. Ибо если они не были таковы, то как столь дерзновенно могли говорить: «Сия же глаголет Господь» . Какой же вы имеете довод или свидетельство на то, что Пророки были нечестивые и самые развращенные люди? Никакого. Напротив мы доказываем образом их жизни, их поведением и их деяниями, что они были люди благочестивые, беспристрастные, любящие истину, украшенные всякою правдою и добродетелью. Отсюда следует, что сии люди не могли покуситься на такое злонамеренное, лукавое и нечестивое дело. Во-вторых вам нужно доказать, коею силою люди сии, кто бы они таковы ни были, за столько веков до Рождества Христовы писавши свои книги, с толикою точностью о Нем предсказали, что как бы имели все пред очами своими?

Коею силою Пророк Даниил чрез свои седмины предсказал с толикою верностию о времени, в которое Иисус Христос имел родиться? (Дан.9:26) Коею силою Пророк Исаия столь явственно предвозвестил о Рождестве от Девы Иисуса Христа, сказав таким образом: «Сего ради даст Господь сам вам знамение: се, Дева во чреве зачнет и родит Сына, и наречеши имя ему Еммануил» ? (Ис.7:14) Также о силе Его Креста, о цели посольства Его, о величии Его владычества и мира, и о вечном Его царствии: «яко Отроча родися нам», сказал он, «Сын, и дадеся нам, егоже начальство бысть на раме Его: и нарицается имя Его: велика совета Ангел, приведу бо мир на князи, мир и здравие ему. Велие начальство Его, и мира Его несть предела на престоле Давидове и на Царстве Его, исправити е и заступити его в суде и правде, отныне и до века: Ревность Господа Саваофа сотворит сия» (Ис.9:6–7). При том и о чудесных делах, коликие Иисус Христос сотворил во время своего пребывания в мире: «Дух Господень на мне», говорил он как бы от лица Христова, «егоже ради помаза мя, благовестити нищим посла мя, исцелити сокрушенныя сердцем, проповедати пленником отпущение и слепым прозрение» (Ис.61:1). Коею силою Иеремия предвозвестил ясно и о самом плачевном происшествии оном, бывшем при Рождестве Христове, то есть об избиении младенцев, по повелению Ирода? «Глас в Раме», сказал он, «слышан бысть плача и рыдания и вопля: Рахиль плачущися чад своих, и не хотяше утешитися, яко не суть» (Иер.31:15). Если рассмотреть слова Пророка Захарии, то, кажется, он видел пред лицем своим Христа на жребяти осли седящего, и входящего во святой град Иерусалим, «радуйся», говорит он, «зело, дщи Сионя, проповедуй, дщи Иерусалимля: се, Царь твой грядет тебе праведен и спасаяй, той кроток и всед на подъяремника и жребца юна» (Зах.9:9).

Раскройте книгу Псалмов Давидовых, гораздо древнейшую книг помянутых Пророков: в ней вы увидите предсказания о страданиях Иисуса Христа, о смерти, о воскресении, и о вознесении Его на небеса. «Даша», говорит Пророк сей, «в снедь мою желчь, и в жажду мою напоиша мя оцта» (Пс.68:22). Вот и Евангельское свидетельство о сем: «воини же даша Ему пити оцет с желчью смешен» (Мф.27:34). Пророк предсказал: «вси видящии мя поругашамися, глаголаша устнама, покиваша главою» (Пс.21:8): а Евангелист написал: «мимоходящии же хуляху Его, покивающе главами своими и глаголюще: разоряяй Церковь и треми денми созидаяй, спасися сам, аще Сын еси Божий, сниди со креста» (Мф.27:39–40). Пророк, предвозвещая имеющее быть, сказал: «разделиша ризы моя себе, и о одежди моей меташа жребий» (Пс.21:19): и Евангелист, бывший самовидцем события того, говорит: «воини же, егда пропяша Иисуса, прияша ризы Его, и сотвориша четыри части, коемуждо воину часть, и хитон: Бе же хитон нешвен, свыше исткан весь. Реша же к себе: не предерем его, но метнем жребия о нем, кому будет» (Ин.19:23–24). «Положиша мя», сказал Пророк, «в рове преисподнем, в темных и сени смертней» (Пс.87:7). Иосиф же, говорит Евангелист, «прием тело Иисусово, обвит е плащаницею чистою, и положи е в новем своем гробе» (Мф.27:59– 60). О воскресении же Иисуса Христа Пророк приводит во-первых самого Иисуса Христа, глаголющего: «Яко не оставиши душу мою во аде, ниже даси преподобному твоему видети истления» (Пс.15:10): а Евангелист пишет, что Иисус Христос сказал: «Яко аз душу мою полагаю, да паки приму ю» (Ин.10:17). Потом Пророк молится и просит о воскресении Христовом: «востани, слава моя», говорит, «востани, Псалтирю и гусли» (Пс.56:9). Не подумайте, чтобы Пророк просто и случайно произнес сии три именования: нет, он предложил их яко символы трех лиц Божиих, и яко знамения Божества души и тела того, о немже молился, да воскреснет из мертвых. После сей Пророческой молитвы слышан и глас, вещающий: «востану рано». А Евангелист, описывая время воскресения Христова, говорит: «зело рано приидоша на гроб», (то есть мироносицы), «обретоша же камень отвален от гроба. И вшедше не обретоста телесе Господа Иисуса» (Лк.24:1–3). Пророк, предусмотря вознесение Христово на небеса, воспел в веселии: «Взыде Бог в воскликновении, Господь во гласе трубне» (Пс.46:6): а Евангелист то свидетельствовал, глаголя: «Господь же убо, по глаголании Его к ним, вознесеся на небо и седе одесную Бога» (Мк.16:19). Но не достает мне времени, если я буду изъяснять все то, что Пророки предсказали о Иисусе Христе, и на нем получили совершение своих пророчеств.

Скажите убо, о вы неверные! Каким физическим средством или какою человеческою силою Пророки, за столько веков до пришествия Христова в мир, все о Нем и с толикою точностию предсказали? Что будете ответствовать? Вы, может быть, скажете, что Пророческие вещания суть вымыслы Христиан? Но Евреи заградят вам уста: они, будучи непримиримые враги Христа и веры в Него, по Божию смотрению хранят книги Пророков, писанные Еврейским их языком, и уважают оные яко Пророческие, и яко содержащие в себе словеса Божия. Или скажете, что Евангелисты составили Евангельскую историю следуя не тому, что в самом деле сбылось на Иисусе Христе, но что Пророки о нем предсказывали? Но Апостолы во-первых проповедывали Евангелие не в другом каком месте, а в самом Иерусалиме. Как убо они осмелились явно говорить ложь пред жителями Иерусалимскими, которые и видели и слышали все исповедуемое о Христе? Как они пред лицем всего соборища, то есть пред лицем князей, старейшин, книжников, Архиереев, и всех, кои от рода были Архиерейского, осмелились говорить так о Христе: «Егоже вы распясте, егоже Бог воскреси от мертвых»? (Деян.4:10) Или почему они надеялись, что говоря такую ложь, могут уверить людей? И каким образом толикие тысячи из самых жителей Иерусалима уверовали во Христа, слыша Апостолов (Деян. 2:42:4:4), бесстыдно говорящих такое множество лжи? И так настояния ваши суть несбыточны и ничтожны. Самая же сила слова понуждает вас верить, что другая некая сила, несравненно высшая естественной, то есть сила Всевышнего Бога, и ум Пророков просветила предвидеть будущее, и язык направила провещать таинства, и руку двигала писать о Христе за столько веков прежде пришествия Его: а потому истинно и несомненно все, что о Нем Пророки предвозвестили, истинно и несомненно то, что Он воскрес из мертвых. Вот убо вы видите единого из мертвых воскресшего: видите же не телесными очами, часто обманывающими нас, но посредством света правого Слова, никогда не обманывающего, но всегда ясно уверяющего: и сие доказательство есть от первейших, то есть от слов Пророческих, за многие века прежде воскресения Христова проповеданных. Выслушайте же и другое доказательство от последующих, то есть от свидетельства тех мужей, которые свидетельствовали, что они видели Христа по воскресении Его из мертвых.

Вопросите сперва самих себя, согласитесь ли вы по доброй воле за какой-нибудь ложный вымысл ваш понести всякое озлобление и мучение, и наконец лишиться самой жизни от жесточайших мук? Вопросите потом и других, кого хощете, согласятся ли они на все то, за одну какую-нибудь явную и тщетную ложь? Что вы скажете самим себе? Что будет ответствовать вам другой, кого вы вопросите? Скажете ли вы, или скажет ли другой кто: так, я охотно согласен? Нет: сие противно не только всякому рассудку, но противно и закону естества. Едва приемлет человек смерть и за правду, за пользу и за истину. Двенадесять Апостолов, седмедесять Учеников, пятьсот уверовавшей братии, все будучи современны, все согласно и единомысленно проповедуют: мы видели Христа по воскресении Его из мертвых. Собор Иудейский со многими и великими угрозами заповедает начальникам оных, то есть Апостолам, молчать, говоря так: отнюдь не проповедуйте, заградите уста ваша, никого не учите о имени Христове: «И призвавше их, заповедаша има отнюдь не провещавати, ниже учити о имени Иисусове» (Деян.4:18). Но они ответствуют пред всем собором: «не можем бо мы, яже видехом и слышахом не глаголати» (Деян.4:20). Судии паки строжайше запрещают им, но они еще более проповедуют и свидетельствуют, что Христос воскрес их мертвых: «и велию силою воздаяху свидетельство Апостолами воскресению Господа Иисуса» (Деян.4:33). Судии, услышав сие, заключают их в темницу: и потом как они чудесно вышли оттуда, немилосердно палицами биют их: а они тем паче вопиют, что Христос воскрес из мертвых. После сего, вышедши из Иерусалима, текут во всяк град и страну, проповедуют всюду воскресение Христово, уверяют всех и говорят: «Еже видехом очима нашима, еже узрехом, и руки наша осязаша, о словеси животнем: еже видехом и слышахом, поведаем вам» (1Ин.1:1:3). И за сию проповедь терпят глад, жажду, наготу, заушения, оскорбления, гонения, хуления, безчестие, презрение, и напоследок мучительную смерть (1Кор.4:11:13). Стефан, Анания и Архипп предали дух, будучи побиты камением: Андрей, Петр, Филипп и Симон Зилот, будучи распяты на кресте: Матфей и Варнава сожжены огнем: Иаков, брат Господень и Тимофей белильным древом умерщвлены: Павел, Иаков, брат Иоаннов, Аристарх, Пуд и Трофим обезглавлены. Весьма немногие из Апостолов и учеников Христовых не вкусили мученической смерти. Как же ложная философия неверным толкует сие преславнейшее и преестественное явление? Что говорят о сем неверные лжефилософы?

Они были, ответствуют, фанатики: но откуда происходит сие речение, того сами не знают, хотя и употребляют его. Оно, по их мнению, означает людей поврежденных в уме и буих. Но как повредились в уме и сделались буими пятьсот осмьдесят два человека в одно и то же время, в одном и том же роде буйства? Чем сие доказать можно?

Притом же и фанатики, будучи грозимы и биемы, как бы не бредили в безумстве своем, устрашаются и умолкают: напротив ученики Христовы, будучи устрашаемы, биемы и претерпевая бесчисленные бедствия и наказания, тем паче проповедывали, что Христос воскрес из мертвых. Буии, и такое имеют согласие и любовь между собою, такое благоразумие в словах, такую правоту во всяком деле, такую добродетель во всех поступках, такую святость во нравах? Буии и вместе святы? Сему-то учит вас безрассудная ваша философия! И кто из здравомыслящих может поверить этому?

Но пусть они были буии: каким же образом они могли обезумить толикое множество людей в Азии, Европе и Африке, и уверить их в истине того, что распятый на кресте, умерший и погребенный воскрес из мертвых? Каким образом поверили проведи людей буих в Риме домашние Кесаревы, и в Афинах Ареопагиты, где тогда процветали науки, где на все требовали доказательства, а потому и умы нелегко могли быть приведены в заблуждение? Как столь бесчисленное множество людей могли быть убеждены учением буих и поверить, что распятый среди двух разбойников, яко преступник, и умерший на древе крестном, воскрес из мертвых, и есть Бог, истинный Творец неба и земли? Каким образом такое множество народа, приняв веру во Иисуса Христа, оставили праотеческую свою религию, древние обыкновения, законы предков своих, и столь охотно отрекшись от всякого телесного услаждения и покоя, текли на бедствия, гонения и мучения, каковыми тогда тираны дерзновенно угрожали, и каковые по всяк день без всякого пощадения производили над Христианами? Неверные! Вы говорите, что проповедники Евангелия были люди поврежденные в уме и буии: приложите еще к сему, что они были самые беднейшие, безоружные, наготующие, и некнижные, и что научали презрению богатства, отвержению похотей мира, отвращению от всякого услаждения плоти, умерщвлению душеспасительных страстей, и прочему, что мы читаем в Евангелии. Как убо таковые люди посредством сего учения совершили столь чудесное и преславное дело, каково обращение мира ко Христу? Какою силою? Каким пособием? Какою властию? Кто беспристрастно рассмотрит сие, тот увидит, что все заставляет верить тому, что не мирская какаялибо сила возбудила и укрепила проповедников Евангелия проповедывать веру во Христа: не мирская, говорю, какая-либо сила, и не пристрастие какое заставило слушателей Евангельской проповеди принять догматы и законы Христианской веры: увидит, и вынужден будет воскликнуть с Пророком, сие предвозвестившим: «и рех, ныне начах: сия измена десницы Вышняго» (Пс.76:11).

Никто, как я думая, из благоразумных и здравомыслящих не предложит в пример ложного оного вымысла Магометова, начавшегося спустя шесть веков по вознесении Христовом: никто, говорю, не скажет: вот и сие учение, хотя не от Бога, но распространилось в толиком множестве людей. Ибо всяк знает, что оно распространено силою власти и меча, и что оно отворяет дверь к плотским удовольствиям, снимает обуздания, содержащие в целомудрии, и вознаграждает мирскими мздовоздаяниями: всяк также знает что ни проповедавшие, ни принявшие оное никогда ни от кого не терпели смертельных мучений, насилий, гонений, или хотя малого наказания, и что оно сперва проповедано народам варварским, неведущим законов, самым невежественнейшим, из коих большая часть не имели ни веры, письменно преданной, ни законов.

Но неверные, слыша сие, поверят ли тому? «Никтоже может приити ко мне», сказал Господь, «аще не Отец, пославый мя, привлечет его» (Ин.6:44). Если они, удалив от себя страсти, помрачающие разум, и дав место силе разума, соделаются сосудами, достойными вместить в себе бесценное миро веры: то Бог не оставит их, привлечет к себе силою Божественной своей благодати, и утвердит их на камени истинной веры. А вы будете прельщены от них: вам потребно иметь великое внимание, и особенно в нынешние времена, в которые наипаче «окрест нечестивии ходят» (Пс.11:9). Обманчива приманка нечестия, поелику оно учит наслаждению плотских похотей: «да ямы и пием, утре бо умрем» (1Кор.15:32). Вы просты и незлобивы, а они коварны и вселукавы: вы, может быть, несведущи в доказательствах веры, а они искусны на нечестивые вымыслы свои: их учение приятно страстям, их злочестивые слова услаждают плотские пожелания: но страсти и похоти суть те враги, о которых сказал Господь: «и врази человеку домашнии его» (Мф.10:36). Сих убо врагов нечестивые вооружают против вас, чтобы умертвить вашу душу. «Гроб отверст гортань их, меч остр язык, яд аспидов под устнами их, оружие глагол их» (Пс.5:10:56:5:139:4). Затыкайте убо уши ваши, когда они вещают глаголы неверия, бегайте бесед их, яко пламени огненного и язвы заразительной. «Сыне, да не прельстят тебе мужи нечестивии» (Притч.1:10), так советует Дух Святой устами премудрого Соломона, «ниже да восхощеши, аще помолят тя, не иди в путь с ними: уклони же ногу твою от стез их» (Притч.1:11:15). Аминь.

21. В неделю 13-ую Толкование на Евангелие от Матфея (Мф.21:33-42)

Ради благочестия и добродетели Авраама, избрал Бог род его из всех иных языков, да чрез оный исправит от великого греховного падения и воззовет в первобытное блаженство весь род человеческий. В роде Авраамли дано «всыновление, и слава, и завети, и законоположение, и служение, и обетования» (Рим.9:4), Когда Сын и Слово Божие благоволил снити на землю, да спасет род человеческий, тогда не Ангельское восприял естество: «не от Ангел бо когда приемлет, — ниже от другого семени, но от семени Авраамова восприял плоть: но от семене Авраамова приемлет» (Евр.2:16). Но по страдании и воскресении Своем, кроме «избрания» (Рим.11:7), то есть Божественных Апостолов, и других от Еврейского народа уверовавших в Него, — от всего оставшегося Еврейского народа отвратился, оставил и отвергнул оный от лица Своего; вместо же оного вводит в Божественную Свою благодать и любовь, обогащает небесными Своими дарами и сподобляет бессмертного Своего царствия иной род, прежде от Него отчужденный и устраненный, то есть род идолопоклонников, якоже о сем ясно предсказал святой Божий Пророк Осия, говоря: и «помилую непомилованную, и реку не людем Моим: людие Мои есте вы, и тии рекут: Господь Бог наш Ты еси» (Ос.2:23). Какая же причина есть сего чудного отвращения и изменения? Сие Богочеловек Иисус ныне чтенною Евангельскою притчею весьма обстоятельно показал. Но понеже приточные слова без изъяснения суть почти непонятны, посредством же толкования понятен бывает людям внимательным смысл оных: сего для послушайте со вниманием сие толкование, да получите плод Божественных разумений.

Мф.21:33. Рече Господь притчу сию: человек некий бе домовит, иже насади виноград, и оплотом огради его, и ископа в нем точило, и созда столп, и власть и делателем: и отъиде.

Домовит или дому владыка знаменует Бога, Владыку и Господа Иудейского рода и всея твари. Назван Он человеком, по крайнему Его к человекам человеколюбию; домовладыкою, понеже якоже владыка дому промышляет и печется о своих домашних, тако и Бог всяческих промышлял и пекся о Иудейском племени; виноград же есть синагога Иудейская, по словам Исаии: «виноград бо Господа Саваофа дом Израилев есть» (Ис.5:7). Сей виноград преведе Бог из Египта и насади в земле обетованной, якоже поет Давид: «виноград из Египта пренесл еси: изгнал еси языки, и насадил еси и» (Пс.79:9). Оплот есть закон, яко ограждающий и воспящающий их от грехов и смешения с чужеродными. Точило есть олтарь, на немже не гроздия были истоптываемы, ниже вино изливалось, но животные закалались и кровь окроплялась. Столп есть храм, утверждающий и сохраняющий народ, якоже столп охраняет виноград; делатели же суть Иудейского народа первоседатели, священники и учители, которые, в начале быв благи и святы, благоустроили души Иудеев, якоже тщательные делатели винограда. Но «отъиде», глаголет Писание, домовит, то есть, Бог. Каким же образом отъиде везде Сый и вся исполняй? Как домовит, и виноград, и оплот, и прочая взимаются иносказательно: тако и сие «отъиде» иносказательно взимается, значит же сие: долготерпел. Отшествие показывает оставление дела, так как долготерпение — оставление казни. Долготерпел же Бог много веков, и не наказывал Иудеев страшным и конечным наказанием скоро, по содеянии ими грехов.

Мф.21:34. Егда же приближися время плодов, посла рабы своя к делателем прияти плоды его.

Какое есть приближившееся время? Есть время то, в которое Бог определил послать в мир истинных Своих рабов, то есть святых Пророков. Когда убо приближилось сие время, тогда послал их к Иудейскому роду, наипаче же к начальникам и учителям их, собрать плоды, должные Богу за данное им законоположение. Но какие были плоды? Приятие пророческого проповедания, послушание ими учимому слову, хранение заповедей и добродетельные деяния.

Мф.21:35-36. И емше делателе рабы его, оваго убо биша, оваго же убиша, оваго же камением побиша. Паки посла ины рабы множайшя первых: и сотвориша им такоже.

Делатели, то есть лжепророки и лжеучители и развращенные Иудейские председатели, иного из святых Пророков «биша», как то Михея, которого поразил в лице «Седекия, сын Ханаан» (3Цар.22:24); «оваго же убиша», как-то Захарию, коего умертвил Иоас царь Иудейский «между церковию и олтарем» (Мф.23:35); «оваго же камением побиша», как то Иеремию, коего народ побил камением в Египте (Епиф. Сын Прор.). Паки же после сих пророков послал Бог иных, множайших пред первыми: и о сем третьем послании Пророков упоминает священный Лука, которое продолжалось до дней Иоанна Крестителя (Лк.20:15). Сотворили же и сим то же, что первым. Род поистине жестоковыйный и необрезанный сердцем: ибо не только не принял, ниже поверил, ниже устрашился посланных к нему от Бога Божиих Пророков; но и бил, и умерщвлял, и камением побивал.

Мф.21:37. Последи же посла к ним сына своего, глаголя: усрамятся сына моего.

После Пророков послал Бог к ним единородного Сына и Слово Свое, Иже, прияв плоть от пречистых кровей Приснодевы Марии, бысть совершенный человек, Сый совершенный и Бог. Сие же, «усрамятся сына Моего», говорит, не яко не зная, как примут Его Иудеи; но яко объясняя должную от Иудеев в Него веру и почтение. Должны были они поистине, так как Пророками прежде наученные, услышав небесное Иисуса Христа учение, во всем сходное с проповедию пророческою, и видев множество преестественных чудес Его, и познав пророческих предсказаний на Нем исполнение, должны были, говорю, уверовавши и со благоговением приявши Его, из порочных премениться в добродетельных.

Мф.21:38-39. Делателе же видевше сына, реша в себе: сей есть наследник, приидите убием его, и удержим достояние его. И емше его, изведоша вон из винограда, и убиша.

Архиереи и Фарисеи, видя Иисуса Христа, с такою премудростию и благодатию изъясняющего Божественное Писание и законы Божеские, и толико сообразно и сходно обличающего беззакония их, и с толикою властию и господствием чудодействующего, и воздвизающего из гробов мертвых, хотя не верили, что Он есть Сын Божий и по естеству Бог: знали однако же, что имеет власть Божественную, вся могущую. Посему-то «собраша убо Архиерее и Фарисее сонм, и глаголаху: что сотворим, яко человек Сей многа знамения творит?» (Ин.11:47-48) Вот реченное во Евангелии, то есть, сие: «реша в себе, аще оставим, говорили они, вси уверуют в Него». И се, по каковой причине называли Его наследником, то есть владетелем всего языка их. Что же определили? «Уне есть нам, рекли, да един человек умрет за люди, а не весь язык погибнет» (Ин.11:50). Се то самое: «придите, убием Его, и удержим достояние Его». Надеялись слепотствующие, что таким образом овладеют наследством Его, то есть, властию Его над родом их. Изведшее убо Его из сонмища и града своего, пришедши «на место, нарицаемое Лобное», тамо крестною смертию убили Его (Лк.23:33). Из сего видим мы во-первых то, коль сходны суть приточные слова с деяниями Архиереев и Фарисеев против Спасителя Христа: во-вторых, что не токмо слова сии были приточные, но и пророческие: ибо прежде, нежели то сбылось, предсказал сие Богочеловек.

Мф.21:40-41. Егда убо приидет господин винограда, что сотворит делателем тем? Глаголаша ему: злых зле погубит их, и виноград предаст иным делателем, иже воздадят ему плоды во времена своя.

Притчу сию говорил Иисус пред Архиереями и старцами людскими, которые приступили к Нему, когда Он учил в Церкви (Мф.21:23). Сих убо поставил судиями предложения, говоря: «когда убо придет господин винограда, что сотворит делателем тем?» Ответствовали Ему: «злых зле погубит их». Но кто были ответствующие Ему? Видно, слушающие притчу, то есть Архиереи и старцы; однако из слов священного Луки явствует, что другие некие произнесли определение сие: «злых зле погубит их», и прочее; и что услышав о сем Архиереи и старцы, «рекоша: да не будет»! (Мф.21:41; Лк.20:16) Неужели убо Архиереи и старцы, узнав, как говорит Евангелист Марко, что к ним относится притча, умолчали, ученики же Христовы, видя их молчащих, Ему ответствовали. Когда же Архиереи и старцы услышали ответ сей, — «злых зле погубит их», — возопили: «да не будет»? (Мк.12:12) Может же быть, те же самые Архиереи и старцы, будучи истиною нудимы, сами же исповедали, какая казнь подобает тем злым делателям, потом изъявляли желание, да не случится сие когда-либо: «да не будет»! Когда же были наказуемы Иудеи, и каким наказанием? Два суть времени: одно временное, другое вечное, и две казни: одна в нынешнем веце, другая в будущем. По воскресении Спасителя, лишился Иудейский род всякой временной власти, изгнан из святого града, извержен из земли обетованной, рассеялся бедственно и бесчестно по всем концам земли. Во второе пришествие Господа Иисуса «воззрят нань, егоже прободоша» (Ин.19:37): и тогда восплачутся и возрыдают, и вечному огню предадутся. И сие-то значит оное: «злых сущих зле погубит их». Иные же делатели суть Богоносные Апостолы и все Божественные учители, и священнопроповедники Евангелия. Сим поручил Бог не токмо народ Израильский, но и все земные языки, по Писанию: «шедше убо, научите вся языки» (Мф.28:19). Сии же в разные времена приносили плоды, то есть, ради проповеди Евангельской подвиги, веру, добродетели, кровь в Него верующих. Подтверждает сие Господь следующими пророческими словами:

Мф.21:42. Глагола им Иисус: несте ли чли николиже в писаниих: камень, егоже небрегоша зиждущии, сей бысть во главу угла: от Господа бысть сей, и есть дивна во очию вашею?

Какая есть между сими и вышесказанными словами связь? Великая и тесная; ибо утверждает она, что то, что приточно рече Господь, было предопределено Богом и предвозвещено святыми Пророками. Сие же предлагая, обличает купно и невежество их в Писании. Или не знаете, говорит, сии слова Божественного Писания: «камень, егоже небрегоша зиждущии, сей бысть во главу угла»? (Пс.117:22) Камень же есть Сам Иисус Христос, «камень же, свидетельствует Божественный Апостол, бе Христос» (1Кор.10:4): зиждущии же суть те, коих выше называл он делателями. Ибо делание и созидание чрез тождесловие изъяснил блаженный Павел, говоря: «Божие тяжание, Божие здание есте» (1Кор.3:9). Угол есть соединение двух в Него уверовавших народов, то есть, Иудейского и языческого. И как чрез угольный камень соединяются две стены дома, так чрез веру во Христа совокупились сии два народа, из коих сооружена Церковь, которой глава есть Христос (Еф.5:23). О сем убо камне, то есть о Спасителе Христе, «небрегоша или уничижиша зиждущии», то есть первоседатели Иудейские, да присвоят себе власть Его. Сей же бысть начало и глава угла, то есть Церкви, из двух народов совокупившейся: Он же и сооружил ее. «От Господа бысть Сей» (Пс.117:23), сказал Псалмопевец. «И на сем камени, сказал Богочеловек, созижду церковь Мою» (Мф.16:18). Чудно же, поистине, есть создание: чудно по бесчисленным во оном чудесам, чудно по высочайшим в нем объясняемым догматам и преестественным таинствам, чудно по соединению в оном толиких народов и племен и колен и языков, чудно торжествованиям оного над врагами: «ниже бо врата адова одолеют» (Мф.16:18) когда-либо созданней Христом церкви, яже живую и непорочную хранит Им преподанную православную веру.

Беседа о долготерпении Божием

Довольно научила нас ныне чтенная Евангельская притча, что за убиение Христа отвратился Бог от возлюбленного Своего Еврейского рода, вместо же оного ввел в царствие Свое языки, составив един народ, состоящий из разных язык и из Иудеев, уверовавших в Него. И сей Христианский род, есть «род избран, царское священие, язык свят, люди обновления» (1Пет.2:9), поелику же в связи приточного изъяснения видим мы очевиднейшие дела Божественного долготерпения; то не токмо нужно, но и душеполезно и спасительно побеседовать о Божии долготерпении.

Долготерпение Божие есть совершенство пресущественного Божества, из самого существа Божия якоже вода из источника проистекающее, якоже и любовь, и благоутробие, и правосудие, и промысл и все прочие Божии совершенства. Когда человек грешит, тогда подобится тому, который пред лицем царским дерзостно попирает законы его; или, лучше сказать, равняется с тем, который дерзает поднять руку на своего царя. Если бы убо долготерпение оскудевало, абие же воздвизалось на грешника правосудие Божие, то в тот бы самый час, в который он простирает руку для умерщвления брата своего, напал бы на него страх и трепет, якоже на Каина (Быт.4:15), был бы и он ознаменован, подобно как и Каин, так, чтобы все знали, что он есть нарушитель и презритель заповедей Божиих. В тот бы самый час, в который осудил брата своего, сделался бы абие прокажен, якоже Мариам, сестра Моисеева (Чис.12:10); если бы дерзостно поступал против Божественных вещей, прокажен бы был, якоже Озия царь (4Цар.15:5); если бы лгал, заразился бы проказою, как Гиезий (4Цар.5:27); если бы презирал священных особ, то разверзлась бы земля и поглотила его, якоже Дафана и Авирона (Чис.16:32); если бы похищал церковные вещи, пал бы тот же час мертв, якоже Анания и Сапфира (Деян.5:5). Но поелику ходатайствует Божие долготерпение, то для сего и коснят Божеского правосудия исполнения.

От сего иные в неверие впадают, говоря, что Бог никакого не имеет попечения о делах человеческих, другие же утверждают, что Бог нимало не наказует грешников; почему как первые, так и вторые без всякого страха творят всякий грех. О несмысленности и безумия! Бог, по естественной беспредельной Своей благости, хощет спасения, а не казни грешника, якоже ясно рече с клятвою чрез святого пророка Иезекииля: «живу Аз, глаголет Адонаи Господь, не хощу смерти грешника, но еже обратитися нечестивому от пути своего, и живу быти ему» (Иез.33:11).

Долготерпя убо, Бог не наказует согрешающего вскоре по преступлении, но дает ему время, ожидая его покаяния; человек же не верит Божественному попечению и чает, что грешник избежит рук Божественного правосудия. Безумный человече! «или о богатстве благости Божия, и кротости и долготерпении нерадиши?» (Рим.2:4) или не знаешь, что долготерпение Божие призывает тебя на покаяние? Видишь долготерпение и почитаешь за беспромысл? Видишь долготерпение Божие и думаешь освободиться от казни? Понеже Бог ожидает покаяния твоего, для того бесстрашно повторяешь и беспрестанно умножаешь беззакония твои; понеже Бог долготерпит, так ты и думаешь, что не видит, и позволяет?

Иное — долготерпение, а иное есть благоутробие. По благоутробию Божию, когда покаемся, приемля прощение грехов наших, избегаем следственно за оные и должного нам наказания. Видим мы сие в священном Евангелии. Во-первых, простил Богочеловек грехи расслабленного, сказав: «чадо, отпущаются ти греси твои»; потом отъял бывшее наказание за грехи, то есть расслабление: «тебе глаголю: востани, и возми одр твой, и иди в дом твой» (Мф.9:2, 6). Долготерпение же Божие хотя отлагает и коснит наказанием, но если не раскаемся, то ни греха заглаждает, ниже от наказания освобождает. Отсрочка же и медлительность в наказании может доставить великую пользу, наипаче потому что в течение сего времени Бог употребляет различные способы, коими зовет нас на покаяние. Но если, когда Бог долготерпит, мы не престаем грешить, то умножается наказание по мере числа грехов, и времени терпения, и способов, каковые Бог употребил для нашего исправления. Почему, как когда видишь умножающиеся облака, не другого чего ожидаешь, разве сильного дождя, града, молний, громов, ударов: так и когда зришь долготерпение Божие, на грешнике продолжающееся и преумножающееся, тогда не другого чего ожидай, разве гнева Божия, и ярости, и негодования, и строгости, и муки.

Притча смоковницы подтверждает сказуемое. «Се, сказано в Писании, третие лето, отнелиже прихожду ища плода на смоковнице сей, и не обретаю» (Лк.13:7). Видишь ли Божие долготерпение и отлагание времени? «Се третие лето». Видишь ли, что во время долготерпения Своего ищет в душе твоей плода добродетели? «Се третие лето, отнелиже прихожду ища плода на смоковнице сей». Если же и по долготерпении не обретает плода, тогда налагает страшное определение казни: «посецы ю, вскую и землю упражняет?» (Лк.13:7) Но послушай и винаря, то есть пастырских и священнических прошений о продолжении Божеского долготерпения: «Господи! остави ю и се лето» (Лк.13:8). Виждь же и обет их в попечении о исправлении грешника: «дондеже окопаю окрест ея, и осыплю гноем». Зри же, как наконец и Церковь согласуется в том, да накажется неисправившийся грешник: «аще убо, говорит она, сотворит плод: аще ли же ни, во грядущее посечеши ю» (Лк.13:9).

Тысячу примеров найдешь в Божественных Писаниях, кои подтверждают сказанное нами; но Манассия отменный есть тому пример. Он оставил служение Творцу твари и поработал тварям, как то, солнцу и луне и звездам. «И поклонися, свидетельствует Священное Писание, всему воинству небесному, и послужи им» (2Пар.33:3). Бог же долготерпел. Он создал жертвенники звездам, в двух притворах дома Господня: «созда же жертвенники всему воинству небесному во двою дворех дому Господня» (2Пар.33:5); но Бог долготерпел. Он делал всякий вид волхования и гадания; поставил изваянного истукана в дому Божии; прельстил большую часть колена Иудова и низвергнул их в идолопоклонство; излиял много крови святых мужей, которые не согласились отступить от веры в истинного Бога. Бог же, долготерпя, вместо должной ему строжайшей казни, посылал, во-первых, святых «Своих Пророков», откровенно и велегласно научающих, наставляющих, угрожающих ему ужасными прещениями (4Цар.21:10). Потом и Сам Бог глаголал ему и народу его; но он, аки глухой и бесчувственный, не хотел обратиться на покаяние: «и глагола Господь к Манассии, и к людем его, и не послушаша» (2Пар.33:10). Посем отступило долготерпение, и открылось правосудие Божие. Приходят начальники воев царя Ассирийского, и Манассию связуют узами и цепьми железными, и отводят его в Вавилон (2Пар.33и пр.). Несчастный царю! ты нерадел о долготерпении Божии, кротости и благости: ныне убо испытываешь Божеского правосудия раны и мщение; потерял ты царскую державу, лишился престола. Ты, седя на престоле царском, не хотел покаяться, когда Бог, долготерпя, призывал тебя: иди ныне, пленник и узник, в Вавилон, куда Бог праведно отсылает тебя. Там страдания твои, скорбь твоя, уничиженность твоя, притеснение твое, слезы очес твоих, умилительная молитва твоя умилостивят правосудие беспредельно Благоутробного! Вящший же сего пример есть род Иудейский, представляемый в ныне чтенной притче. Неверие к Богу, роптание на Него, отступление, идолопоклонства и другие бесчисленные беззакония были грехи исшедших из Египта Иудеев, да и почти на каждый день. Долготерпит на них Бог многие веки. Дал им закон, сотворил великие чудеса, посылал Пророков многих к ним в различные времена; толико Бог долготерпел на них, что и единородного Своего Сына послал к ним, благодетеля, учителя, чудодеятеля; но они, вместо покаяния и веры в Него, впали в страшное Христоубийства падение, то есть распяли Господа славы, Искупители мира и Спасителя! Итак Бог, простерши сильную Свою правосудия десницу, лишил их священства, храма, жертвоприношений, власти над святым градом, земли обетованной и всех Божественных Своих даров. Видим же их и доныне поносимых и презираемых и по всем странам земли скитающихся. Горе убо и тебе христианине, когда видишь долготерпение Божие, на тебе действуемое, а ты, вместо исправления, не токмо пребываешь в том же грехе, но и прибавляешь ежедневно, и приумножаешь число беззаконий твоих!

Но мы видим, скажете вы, многих таких, которые долговременно грешат и, нерадя о Божием долготерпении, пребывают неисправимы; но однако они никакого не приемлют наказания, а умирают спокойно. Горе таковым, братие! Иной мир — вечный, иной суд — праведный и страшный и последний, иная казнь неокончаемая и беспредельная ожидает их. Ужасаюсь проглаголать то, что о таковых сказал Божественный Апостол, когда беседовал к человеку, нерадящему о долготерпении Божии: «по жестокости же твоей, говорит он, и по нераскаянному сердцу, собираеши себе гнев в день гнева и откровения праведнаго суда Божия, Иже воздаст коемуждо по делом его» (Рим.2:5-6).

Временное наказание грешника есть милость Божия, ведущая его на покаяние и совершенно заглаждающая ожидающее его мучение: «посещу, глаголет Бог, жезлом беззакония их, и ранами неправды их: милость же Мою не разорю от них» (Пс.88:33-34). Раны от Бога суть любовь и милость: «егоже бо любит Господь, наказует, биет же всякаго сына, егоже приемлет» (Притч.3:12). Наказует, да исцелит; биет, да спасет. Когда убо узришь грешника, Богом наказуемого, то имей о нем хорошую надежду; ибо наказание Господне есть пластырь, исцеляющий язвы души его. «Наказуя наказа мя Господь, смерти же не предаде мя» (Пс.117:18). Когда же увидишь нераскаянного грешника, умирающего без всякого наказания, — плачь об нем горько! Ибо за жестокость и нераскаянность своего сердца и за нерадение о Божии долготерпении оставлен есть от Бога и, соделавшись недостойным привременного наказания и биения, «собрал себе гнев в день гнева, и откровения праведнаго суда Божия, Иже воздаст коемуждо по делом его».

21.1. Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в тринадцатую неделю по Пятидесятнице (1Кор.16:13– 24)

Вера и любовь, суть два истинные и непоколебимые основания спасения: никто без веры не спасется, никто без любви спастись не может: кто верует, но не любит, тот не спасается: кто любит, но не верует, тот мучению подвергается. Пред Богом тот только спасен, праведен и свят, кто имея истинную веру, имеет и любовь деятельную. Богоглаголивый Павел, уча в особенности Коринфян, учил вместе и всю вселенную: почему, если вы тщательно рассмотрите все первое его послание к ним, то увидите, что оно все содержит в себе два учения, то есть, учение веры и учение любви. Сие же вы видите и в самых последних словах его послания, ныне чтенных в Церкви: и в сих словах он завещевает иметь твердую веру и искреннюю любовь: поелику братия целования и наставление, относительно повиновения людям достойнейшим, дышат любовью, и самое желание и моление, коим запечатлевает свое послание, состоит из любви. «Любы моя», говорит, «со всеми вами о Христе Иисусе» (1Кор.16:24). Хотя же ныне чтенные слова просты и никакого кажется не требуют объяснения: однако тот, кто со вниманием выслушает следующее толкование, приобретет великую душевную пользу.

1Кор.16:13–14. Братие, бодрствуйте, стойте в вере, мужайтеся, утверждайтеся: Вся вам любовию да бывают.

В то время, как Павел писал сие послание к Коринфянам, были там обольстители, которые уверяли верных, «яко воскресения мертвых несть» (1Кор.15:12): также мучители, которые всячески принуждали отрещись веры Христа: и соблазнители, кои соблазняли верующих, иные ядя Идоложертвенные, другие же уча: «аз убо есмь Павлов, аз же Аполлосов, аз же Кифин» (1Кор.8:4:1:12). Против обмана нужно иметь внимание: ибо если ты будешь внимать, то обольстителю трудно будет обмануть тебя: против насилия потребно постоянство, мужество и твердость. Ибо если ты постоянен, мужественен и тверд: то принуждения мучителей будут слабы против тебя. А против соблазна самая нужнейшая вещь есть любовь: ибо если ты истинно будешь любить ближнего своего, то ничего не будешь делать соблазнительного ему. Для сего-то Павел заповедал тогда верным сии три правила: первое: бодрствуйте, сказал, дабы не быть приведенным в заблуждение от прелестников: второе: «стойте в вере, мужайтеся, утверждайтеся», дабы не быть побежденным от насилия мучителей: и третье: «вся вам любовию да бывают», дабы не соблазнять братий своих. Сии же три правила суть оружия и против диавола: ибо он есть и прелести изобретатель, и насилия советник, и соблазна споспешник. поелику же и поныне есть прелестники, научающие душепагубному нечестию: и являются мучители, насильственным образом отвлекающие верных от правых догматов веры: и есть много соблазнителей всеми образы соблазняющих: да и «диавол, яко лев рыкая, ходит, иский кого поглотити» (1Пет.5:8), почему и ныне необходимо нужно для всякой души завещание оное Павлово: «бодрствуйте, стойте в вере, мужайтеся, утверждайтеся: вся вам любовию да бывают». Смотрите же, как он, повторив в сих кратких словах все то, что говорил о вере и любви во всем своем послании, показывает потом и самое дело любви, моля о служении братиям.

1Кор.16:15–16. Молю же вы, братие: весте дом Стефанинов, яко есть начаток Ахаии, и в служение Святым учиниша себе: Да и вы повинуйтеся таковым и всякому споспешствующу и труждающуся.

Сей Стефанин есть страж темничный, которого Павел крестил со всеми домашними его во граде Филиппах. Почему он и писал к тем же Коринфянам: «крестих же Стефанинов дом» (1Кор.1:16). Ахаиею же он именует Грецию потому, что издревле, то есть со временем Гомера, Греки назывались Ахаянами: дом же Стефанин жил во граде Филиппах, который был тогда «первый град части Македонии» (Деян.16:12): или потому, что верные дома превзошли делами добродетели живущих в прочих домах Ахаии: почему и сказал о них, что они «учиниша себе», то есть посвятили себя на служение святым, то есть верным, которых он не только здесь, но и в других местах именует святыми, как по святости веры Христианской, так и по святости их жития. Посмотрите же, с коликою любовию он представляет Стефанина и его домашних. «Молю», говорит, поелику вы знаете, что живущие в доме Стефанина суть первые в Ахаии по вере и добродетели, и что они посвятили себя на служение святым: то и вы являйте всякое послушание: не говорит «им», но «таковым», дабы кто не подумал, что он по пристрастию завещевает оказывать послушание и почтение Стефанину и его домашним: посему и говорит в общем смысле: «и всякому споспешствующу и труждающуся». Повинуйтесь, говорит, и служите не только Стефанину и домашним его, но и всем подобным им, и всякому человеку, которой спомоществует и трудится в делах добродетели.

1Кор.16:17–18. Возрадовахся же о пришествии Стефанинове и Фуртунатов и Ахаиков, яко ваше лишение сии исполниша: упокоиша бо мой дух и ваш. Познавайте убо таковыя.

Фуртунат и Ахаик суть из числа седмидесяти Апостолов. Может быть они же были и домашние Хлоиса, о которых Павел в начале послания своего написал: «возвестися бо ми о вас, братие моя, посланным от Хлоиса» (Злат. 1Кор.1:11). Сих вместе со Стефанином Коринфяне послали к Павлу с писанием, содержащим в себе вопросы о браке, девстве и о жертвах, приносимых идолам, которые пришедши к нему объявили ему о расколе Коринфян, и о блуднике, также и о том, что некоторые из них говорили, яко бы воскресения мертвых нет (1Кор.15:12). поелику же Павел послал с ними Коринфянам ответ, содержавший в себе не только решения на их вопросы, но и обличительные увещания в рассуждении их грехов: то опасаясь, дабы Коринфяне, получив от них таковое ответное послание его не оскорбили их, яко объявивших ему их согрешения, одобряет их, говоря: «возрадовахся же о пришествии, Стефанинове, Фуртунатове и Ахаикове». А сии слова суть доказательства великой его любви к Коринфянам: ибо тогда только мы радуемся, смотря на посланных, когда любим пославших их. Радуемся, видя посланных от любезных нам друзей, так как бы видели их самих, что и означают следующие слова: «яко ваше лишение сии исполниша». Лишался, говорит, я лицезрения вашего: но пришествие сих заменило сей недостаток: потому что я, видя их, видел вас: «упокоиша бо мой дух и ваш». Но как сии три посланные упокоили дух и Павла, и Коринфян: Павел, узнавши от них о грехопадениях Коринфян, и преподав им увещание, успокоился в душе своей, поелику исполнил Апостольский свой долг. Коринфяне, прочитав Павлово послание, принесенное к ним тремя теми посланными, успокоились духом от обличений своей совести, исправившись во грехах своих, как сам Павел свидетельствует о сем, говоря: «вижду бо, яко послание оно, аще к часу, оскорби вас: ныне радуюся, не яко скорбни бысте, но яко оскорбистеся в покаяние» (2Кор.7:8–9). Послушайте же, как он в заключении завещевает им почитать не только сих трех посланных, но и всех таковых, кои подобны им по благочестию и добродетели. Познавайте убо, говорит таковые. После сего он описывает приветствия братий, говоря таким образом:

1Кор.16:19. Целуют вы Церкви Асийския: целуют вы о Господе много Акила и Прискилла с домашнею их Церковию.

Сии слова показывают, что они писаны Павлом во Ефесе, и что он начал писать первое свое послание к Коринфянам, проходя Македонию, как сам свидетельствует говоря: «Македонию бо прохожду» (2Кор.1:16). Имея же намерение быть во Ефесе, и пребыть там до Пятидесятницы, как сам уверяет, говоря: «пребуду же во Ефесе до Пентикостии» (1Кор.16:8), пришед туда, и там окончил свое послание. Туда же в то время для него может быть пришли и настоятели Церквей Галатийской, Ликаонийской, Фригийской или и других Асийских Церквей: почему как бы от лица их приветствует Коринфян. Акилу же и жену его Прискиллу нашел он в Коринфе тогда, как в первый раз туда приходил (Деян.18:1). «И зане единохудожником быти им», говорит Святый Лука, «пребысть у них, и деляше: бяху бо скинотворцы хитростию» (Деян.18:3). И так они, видно, переселись из Корнифа во Ефес, где был тогда Павел: почему он и от их лица приветствует Коринфян. Смотрите же здесь, как он приветствиями и вообще от Асийских Церквей, и в частности от домашней Церкви Акилы соединяет всех союзом любви. Заметьте притом и добродетель сих святых супругов, то есть Акилы и Прискиллы, кои соделали дом свой Церковию, где верные собираясь, молились и совершали Божественные тайны. Таковую Церковь имел не только Акила, но и Нимфан из Лаодикии и Филимон в Колоссаях: Филимонов же дом таковой существовал и в пятом веке по Рождестве Христове (Кол.4:5?; Флп.1:2) (Феодорит. в предислов. посл. к Филипп.).

1Кор.16:20. Целуют вы братия вся: целуйте друг друга лобзанием святым.

Апостол, сказав сперва целуют вы Церкви Асийские и домашняя Церковь Акилы, а потом, и вся братия, показал чрез сие, что все верующие во Христа имели братнюю любовь и единство между собою: он завещевает и Коринфянам делать таковое друг друга целование. поелику же иногда бывают лобзания лицемерные и злоковарные, как например лобзание Иудино: иногда гнусные и мерзкие, как то людей любострастных: лобзание же святое есть нелицемерно и происходит от чистейшей любви: то он и завещевает им целовать друг друга не просто лобзанием, но лобзанием святым. К сему присовокупляет и собственное целование, говоря:

1Кор.16:21. Целование моею рукою Павлею.

Павел только сказывал, а писал все послание другой: сии же слова: «целование моею рукою Павлею», он сам написал своею рукою: поелику же целования и лобзания, о которых он говорит, не другое что означают, как взаимную, чистую Евангельскую любовь: а сия есть дщерь любви ко Христу, «ибо всяк любяй рождшаго, любит и рожденнаго от него» (1Ин.5:1): почему прилагает следующее:

1Кор.16:22. Аще кто не любит Господа (нашего) Иисуса Христа, да будет проклят, маран афа.

Слово проклят или анафема, значит совершенное отлучение: о словах же, маран афа, некоторые говорят, что они суть слова не Еврейские, но Сирские (Феодорит на он. место): многие же утверждают, что они Еврейские: а другие говорят, что они взяты с Еврейского и Сирского языка, потому что сии два диалекта имеют сходство между собою: значат же по мнению некоторых: «Господь прииде», а по мнению других: «когда Господь приидет» (Злат. Икум. Феоф. там же. Иерон в пис. к Маркелл.). По первому значению они имеют такой смысл, кто не любит Господа нашего Иисуса Христа, пришедшего в мир, тот да будет отлучен от Него; по второму же следующий: кто не любит Господа нашего Иисуса Христа, тот да будет отлучен от Него в то время, как Он придет судить живых и мертвых. Некоторые говорят, что Павел сие написал по-Еврейски для того, чтобы сокрушить гордость Коринфян, которые превозносились красноречием Греческого языка, показав им, что сила состоит в мыслях, а не в выражениях (Злат. Икум. Феоф.). Впрочем поелику Иудеи имели три рода отлучения, проклятие, анафематствование и маран афа: из коих последнее было самое ужаснейшее и жесточайшее, приносилось же тогда, когда человек после проклятия и анафематствования пребывал без исправления: то Павел может быть написал здесь сие послание так, как оно тогда говорилось, то есть маран афа, для сильнейшего выражения речи. Он сими словами поселил великий страх в сердцах Коринфян, тщась убедить их к тому, чтобы любили Иисуса Христа, а следовательно и друг друга, и таким образом перестали творить взаимные соблазны и распри, и чтобы они уже не говоря более: «аз убо есмь Павлов, аз же Аполлосов, аз же Кифин, аз же Христов» (1Кор.1:12), посвятили всю любовь свою и надежду единому Христу. После же такового страха, ободряет их следующими словами:

1Кор.16:23–24. Благодать Господа нашего Иисуса Христа с вами. И любы моя со всеми вами о Христе Иисусе. Аминь.

Первое послание к Коринфянам Богоглаголивого Павла заключает в себе доказательства веры, увещания, обличения, угрозы и прещения, а конец оного есть моление и изъявление благоволительного его к ним расположения. Молю, говорит, чтобы благодать Господа нашего Иисуса Христа была с вами. Изъявляет также, что он любит их всех любовию чистою и святою, каковую заповедал Иисус Христос. «Любы моя со всеми вами о Христе Иисусе, аминь». Господи! Да вселится и в нас благодать сия, о которой Павел молился и которой желал Коринфянам, да Божественною силою ее возлюбив тебя всею душою и сердцем, свободимся от страшного осуждения проклятия оного, маран афа: пребудем же неразлучно соединены с тобою Спасителем нашим и в настоящей жизни, и в час смерти, и когда приидеши судити живых и мертвых, и во веки веков. Аминь.

Беседа о должном уважении добродетельных людей и о покорности им

Одобрение Апостола Павла, писанное к Коринфянам о доме Стефанинове, так как и завещание его о Фуртунате и Ахаике, есть общее правило покорности, которую должны оказывать творящим Богоугодные дела добродетели. Стефанин и домашние его посвятили себя на служение верным и святым людям, странноприимствуя, спомоществуя и служа им во всякой нужде и во всяком случае, требующем вспоможения. А Фуртунат и Ахаик, будучи проповедники веры и учители, охотно восприяли со Стефанином труд путешествования к Павлу, дабы успокоить дух его, так и Коринфян: отсюда взяв случай Павел завещевал и предписывал всем вообще иметь преслушание и почтительность к добродетельным людям. Почему и не сказал, «да и вы повинуйтеся сим», но: «да и вы повинуйтеся таковым» (1Кор.16:16): не сказал, «познавайте убо сих», но «познавайте убо таковыя» (1Кор.16:18), то есть творящих благие дела подобно Стефанину, Фуртунату и Ахаику. А чтобы доказать, что учение его относится ко всем вообще: то присовокупил «и всякому споспешствующему и труждающемуся» (1Кор.16:16), то есть почитайте и покоряйтесь не только трем помянутым, но и всякому человеку, спомоществующему и труждающемуся в добрых делах. Завещание сие не есть изобретение Павлово, но совет и воля Высочайшего Бога. Ибо и Сам Бог и в Ветхом, и в Новом завете, и словом, и примером поучает, что уважение, служение и послушание, оказуемое добродетельным и святым людям, есть дело Ему угодное и благоприятное.

Глаз есть член самый нежнейший и честнейший из членов телесных. А из частей, составляющих глаз, есть самая важнейшая и полезнейшая зеница. Она есть не другое что, как малая некая круглая скважина в роговой оболочке глаза, покрытая самою тончайшею паутиновидною сеточкою, которая, по причине крайней тонкости и чрезвычайной нежности своей, не терпит никакого прикосновения. Почему если кто дерзнет коснуться зеницы глаза своего, тот прорывает тотчас и повреждает паутиновидную сеточку, ее покрывающую: от чего разливается в яблоке жидкость, возмущается кристалловидная часть, и так называемая перепонка: одним словом, весь глаз повреждается и человек таковый навсегда остается слепым. Бог, дабы представить высоту достоинства и чести добродетельных людей, также и то, сколь нужно уважать и почитать их, и сколь великой вред мы себе причиняем, если их оскорбляем, уподобил их зенице ока, сказав о них: «касайяся вас, яко касаяйся в зеницу ока его» (Зах.2:8). Слышите, касаяйся вас: кто делом или словом, или другим каким-либо образом презрит вас рабов моих: «яко касаяйся в зеницу его» : тот подобен человеку, касающемуся зеницы глаза своего: то есть, тот причиняет самому себе величайший вред и бедствие. Бог сие не токмо словом произнес, но и примерами подтвердил.

Мариам одно только слово сказала против Моисея, брата своего. «Еда Моисею единому глагола Господь? еда и нам не глаголаше?» (Чис.12:2) И Моисей будучи человек «кроток зело паче всех человек сущих на земли» (Чис.12:3), умолчал и терпеливно перенес такое дерзновение и презрение к нему Мариамы. Однако ж Господь прогневался на нее: «и се Мариам прокажена бысть яко снег» (Чис.12:10). Вот исполнение сих Божиих словес: «касаяйся вас, яко касаяйся в зеницу ока его» (Зах.2:8).

Когда Царь Иеровоам приносил жертву свою на алтарь в Вефили: тогда явился там некто человек Божий, который ставши близ алтаря пророчествовал о разрушении и падении оного. Иеровоам услышав сие, простер руку свою, и сказал к народу, возьмите сего человека: хотя же человек Божий и не противился повелению Цареву, хотя он и не сказал ничего: однако ж рука Иеровоама тотчас сделалась сухою, и так, что он не мог привести ее в прежнее положение, доколе не помолился Господу человек оный Божий. «И се, усше рука его, юже простре нань, и не можаше возвратити ю к себе. И помолися человек Божий пред лицем Господним, и возвратися рука Царя к нему, и бысть якоже прежде» (3Цар.13:4:6). Вот что приключается тем, которые не почитают рабов Божиих: и вот исполнение сих Божиих словес: «касаяйся вас, яко касаяйся в зеницу ока его» (Зах.2:8). Выслушайте и другой пример достойный большего удивления.

Когда Пророк Елисей восходил в Вефиль, тогда некоторые малые дети, вышедши из града, посмевались ему. Дети сии не имели ни сведения, ни благоразумия, свойственного человеку совершенного возраста: слова их были не поносительные, но шуточные: а может быть и не знали о Елисее, что он Пророк: и потому, шутя над ним, говорили: «гряди, плешиве, гряди» (4Цар.2:23). Однако ж тотчас вышли из дубравы две медведицы, и растерзали из них сорок двух отрочищев. Но дабы кто не подумал, что случайно медведицы вышли тогда из дубравы и растерзали детей оных, попустил Бог сперва кротчайшему Елисею проклясть оных именем Господним, а потом уже медведицам выйти из дубравы и растерзать их. «И озреся», говорит священная История, «Елиссей в след их, и виде я, и проклят я именем Господним: и се, изыдоша две медведицы из дубравы, и растерзаша от них четыредесять два отрочища» (4Цар.2:24). Ежели убо, братия моя, Бог наказал малых детей за одно только посмеятельное над Пророком Елисеем слово, по несовершенству ума ими сказанное: то что Он соделает с теми людьми, которые, будучи совершеннее оных детей и летами и познанием, не уважают, но презирают людей добродетельных и занимающихся священными или учительскими должностями, споспешествующих и труждающихся к общей пользе верных? Некоторые из толкователей говорят, что Бог наказал оных детей для того, чтобы тем наказать их родителей, которые не научали их должное иметь почтение к святым мужам (Феодорит. на 4 Царст.). Почему родителям всем имея пред глазами сей ужасный пример необходимо нужно поучать тщательно чад своих, чтобы они слугам Господним воздавали подобающую честь и уважение.

Подобные примеры можно видеть и в Новом Завете, Анания и жена его Сапфира согласились обмануть Апостолов: они, продав село свое, одну часть денег взятых за оное утаили у себя, а другую принесли к Апостолам. Но Петр обличил коварство Анании: и Анания услышав обличение Петрово, пад издше (Деян.5:5). То же самое произошло и с Сапфирою, которая будучи вопрошена Петром о цене взятой им за село, подобно своему мужу солгала пред ним, и была обличена им: почему так же, «паде абие пред ногама его, и издше» (Деян.5:10). Павел и Варнава просвещают спасительным учением Анфипата 11 Сергия Павла: а волхв Еллима оскорбляет оных, сопротивляясь им и ища отвратить Анфипата от веры. Павел, исполнившись ревности и Святого Духа, обличает его и поражает проклятием: «и ныне», говорит он ему, «се рука Господня на тя, и будеши слеп, не видя солнца до времене: внезапу же нападе нань мрак и тьма, и осязая искаше вожда» (Деян.13:11).

Но мы видим, скажете вы, толикое множество гонителей и тиранов, людей всезлобнейших, которые при всем том, что столь многочисленных святых мужей и жен презирали, мучили и умерщвляли, остались ненаказанными: видим, скажете, многих и поныне, которые хотя и почитают за ничто людей добродетельных, однако ж никакого не получают за то наказания. Так: но разве вы не верите, что будет другая жизнь, что будет всеобщий суд и воздаяние за дела, какие кто соделал? Разве не верите, говорю, что время настоящей жизни не есть время суда и мздовоздаяния, и что Иисус Христос придет паки на землю судить живых и мертвых? Неужели не знаете, что тогда всяк получит воздаяние за дела свои? Неужели не слышите Бога глаголющего: «хранится же нечистивый на день зол: нечестивии же в день зол погибнут»? (Притч.16:9:4) Ежели же вы видите некоторых из оных наказуемых в сей временной жизни, то почитайте сие за смотрение Божие и благоутробие, смотрение для нас, дабы мы, видя нечестивых наказуемых, бегали подражания их нечестию; а благоутробие для оных, ибо временное наказание приносит им милость. «Посещу», сказал Господь, «жезлом беззакония их, и ранами неправды их: Милость же мою не разорю от них, ни преврежду во истине моей» (Пс.88:33–34). Не говорите убо, что многие презиравшие и оскорблявшие святых остались без наказания: все наказуются, иные временно, а другие вечно, якоже определяет всевышний и неиспытанный Божеский промысл.

Не только же наказует Бог в настоящей жизни презрителей добродетельных людей, но и благословляет тех, которые почитают и приемлют их услужно. Ясным того доказательством есть Лаван. Он услышав, что Иаков идет к нему, потек «во сретение ему и объем его лобза, и ввел его в дом свой» (Быт.29:13). Когда же Иаков вознамерился удалиться из дома Лаванова, тогда Лаван явно исповедал, что счастие, которым он в то время наслаждался, даровал ему Бог потому, что он принял Иакова в дом свой. «Благослови мя», сказал он, «Бог пришествием твоим» (Быт.30:27). Сие же самое читаем мы о доме Пентефриевом, когда введен был в него Иосиф. «И благослови Господь», говорит священная История, «дом Египтянина Иосифа ради: и бысть благословение Господне на всем имении его в дому и в селех его» (Быт.39:5). Блажен убо и счастлив тот, кто достодолжно почитает добродетельных людей и благоприятствует им.

Примеры, будучи безгласны, имеют глас сильнейший всякого слова. Однако же Бог научает нас почитать святых не токмо примерами, но и словами выразительнейшими и открывающими Божественный совет Его. «Иже вас приемлет», он говорит о них, «мене приемлет: и иже приемлет мене, приемлет пославшаго мя» (Мф.10:40). «Слушаяй вас, мене слушает: и отметаяйся вас, мене отметается: отметаяйся же мене, отметается пославшаго мя» (Лк.10:16). Что сие значит, как не то, что Бог святых угодников поставил себе равночестными, поставил их наместниками, и яко попечителями своими на земли, и следовательно дал им власть Божеской своей державы? Так поистине: мы видим, что все твари повинуются им и почитают их. Страшатся их дикие четвероногие: алчные львы не токмо не съедают в рове Даниила, но и не смеют прикоснуться к нему (Дан.14:32:40). Уважают их пресмыкающиеся: ядовитая ехидна прикасается руке Павловой, и не причиняет ему никакого вреда (Деян.28:5). Почитают их плавающие: ужасный кит поглощает Иону, и содержав его во чреве своем «три дня и три нощи», извергает потом живого «на сушу» (Ион.2:1:11). Повинуются им летающие: враны приносят Илии хлебы и мяса заутра, и хлебы и мяса к вечеру (3Цар.17:6). Повинуются стихии: пламень седмерицею разженной пещи не прикасается трем отрокам, посреди его стоящим, и не вредит им (Дан.3:50): воздух превращается Моисеем в осязаемую тьму, мрак и бурю, вода в кровь, персть земная в скнипы, пещный пепел рассеянный на воздух рукою его, в гнойные струпия, поразившие людей и четвероногих во всем Египте (Исх. 10:22:7:9:8:17:9:10). Покоряются слову их облака: «Аще будет», говорит Илия, «в лета сия роса и дождь, точию от уст словесе моего: не одожди по земли, лета три и месяц шесть» (3Цар.17:1; Иак.5:17). Внемлют повелению их солнце и луна, «да станет солнце», сказал Иисус Навин, «прямо Гаваону, и луна прямо дебри Елон: И ста солнце и луна в стоянии, Дóндеже отмсти Бог врагом их» (Нав.10:12–13).

Творящих волю Господню, почитают не одни творения вещественные и чувственные, но и невещественные и духовные. Демоны суть духи злые, отступившие от повиновения Богу и лишенные Царствия, суть завистники и зложелатели рода человеческого: но и они повинуются повелению Святых мужей. Сие утвердили пред лицем Господним седмьдесят Апостолов, сказав ему следующее: «Господи! и бесы повинуются нам о имени твоем» (Лк.10:17): сие засвидетельствовал делом дух оный пытлив, который, услышав повеление Павлово, тотчас вышел из отроковицы, одержимой им (Деян.16:18). Ангелы суть духи благие, суть невещественные Божии светила, светлости вторые по первой оной пресущественной светлости, служители преначального триипостасного Божества: однако ж и они служат тем людям, которые за веру и добродетель свою имеют наследовать небесное Царствие. Сие подтверждает Богоглаголивый Павел: «не вси ли суть», говорит он, «служебнии дуси, в служение посылаеми за хотящих наследовати спасение?» (Евр.1:14) Посмотрите, какое почтение и послушание делает Ангел Иакову, когда он яко человек, и яко вид Божий, явившийся ему, боролся с ним. Ангел просит Иакова, чтобы он отпустил его: «пусти мя», говорит, «взыде бо заря» (Быт.32:26): Иаков ответствует ему: «не пущу тебе, аще не благословиши мене». Ангел чтит лице Иакова, и послушав его «Благослови его тамо» (Быт.32:29).

Но почему добродетельным мужам толикая дается власть, толикая честь и благодать? Потому, что они, по причине правого и благого употребления воли своей, бывают образом имеющим еже по подобию Божию, и показывающим, каков был человек в начале когда создан, и каково было благородство естества его до падения: они по любви сущей в них, суть трубы, возвещающие как данный на Синае закон, так и открывшиеся во Иерусалиме Евангелие и величия Божии, посредством коих мы спасаемся: они по совершенству добродетели их бывают сосуды, вмещающие в себе великие Божии дарования, посредством коих видим мы и предувидение Божие в Пророчествах их, и Всемогущество Его в чудесах, ими содеянных, и прочие пресвятые начертания Божества в Святости чудесных их исправлений. Они по ревности своей суть военачальники, чрез которых Бог воинствует против греха, суть орудия, посредством коих он подкрепляет добродетель: Они имея в себе светлый свет добродетели, сияют яко светила, просвещают ум наш, и возбуждают к хвалению и славословию Бога: посему-то Бог дает им толикую власть и благодать: посему-то Он хочет, чтобы мы почитали их и благоговели к ним: Посему-то Он строго наказует тех, которые не почитают их. Вот преимущества добродетельных, преимущества великие: но есть и еще большие (Мк.12:30). Что Святые любят Бога всею душою, всем сердцем, всем умом и всею крепостию своею по заповеди Господней, сие не подлежит никакому сомнению: ибо без таковой любви не токмо никто не бывает свят, но еще всяк без нее есть ничто пред лицем Божиим: «Любве же не имам, ничтоже есмь» (1Кор.13:2). поелику же Богочеловек и сказал о любящих Его: «Аще кто любит мя, слово мое соблюдет: и Отец мой возлюбит его, и к нему приидем и обитель у него сотворим» (Ин.14:23). Слышите, обитель, говорит, у него сотворим. Следовательно добродетельные люди суть жилище Божие. И так кто почитает их, тот почитает Бога, живущего в них: и кто напротив презирает их, тот напротив презирает Господа своего, в них обитающего. «Слушаяй вас, мене слушает: и отметаяйся вас, мене отметается: отметаяйся же мене, отметается пославшаго мя» (Лк.10:16).

22. В неделю 14-ю толкование на Евангелие от Матфея (Мф.22:1-14)

И ныне мы слышали притчу, так как и в прошедшую неделю. Сам же Богочеловек объявил, для чего Он часто говорил притчами: «сего ради, сказал Он, в притчах глаголю им, яко видяще не видят, и слышаще не слышат, ни разумеют» (Мф.13:13). Колькратно Иисус Христос говорил Иудеям не прикровенно, без иносказания и притчей: но развращенные из них, вместо пользы, вред токмо получали. Повреждались же того ради, что видя телесными очами, не видели очами душевными, и слыша телесным слухом, глухи были душевным. Слышали сие: «ядый Мою плоть, и пияй Моя кровь, во Мне пребывает, и Аз в нем», — и немедленно возопили: «жестоко есть слово сие, и кто может Его послушати?» (Ин.6:56,60) Слышали сие: «Аз и Отец едино есма», — и абие взяша камни, «да побиют Его» (Ин.10:30-31). Видев слепого прозревшего, возгласиша: «мы вемы, яко человек сей грешен есть» (Ин.9:24). Видев жену, которая была сляченная, исправившуюся, негодовали: «зане в субботу исцели ю Иисус» (Лк.13:14). Беседовал убо Иисус притчами, то есть гадательне, чрез подобие, чтобы зломысленные, худо понимая откровенно сказуемая, не соблазнились. Из таковых притчей, которых и ученики Его понять не могли, Сам Он толковал, прочие же сами они собою понимали: «вам есть дано ведати тайны Царствия Божия, прочим же в притчах» (Лк.8:10). поелику убо притча скрывает смысл высокий и спасительный, того для нужно на оную тщательнейшее изъяснение. Господи! посли нам свет Твой, да уразумев ныне чтенную притчу, изъясним оную для душевной пользы слушающих и читающих оную.

Мф.22:1-2. Рече Господь притчу сию: уподобися Царствие небесное человеку царю, иже сотвори браки сыну своему.

Чрез сию притчу объявил Богочеловек Иисус, что не токмо Иудейский народ отпал небесного Царствия, вместо же оного введошася туда прежде бывшие неверные языки; но что и самые уверовавшие в Него, не сотворившие же добродетельных деяний, лишаются Царствия Божия и предаются на истязания мук. Притча начинается переносно, чрез небесное Царствие именуя небесного Царя. Небесный, говорит она, Царь сотворил с родом человеческим то же, что и земной царь творит, то есть, браки сыну своему. Небесный Царь есть Бог и Отец, Сын Его — единородный Сын и Слово Его, ради нас воплотивыйся и бывый человек; брак же знаменует духовное соединение Иисуса Христа с Церковию. «Тайна сия, говорит Божественный Апостол, велика есть: аз же глаголю во Христа и во Церковь» (Еф.5:32). Знаменует еще и соединение Его со всякою непорочною душею, православно в Него верующею и от всея силы Его любящею, по оному: «и к нему приидем, и обитель у него сотворим» (Ин.14:23). Кроме того, знаменует и неизглаголанную праведников радость, имеющих соединиться со Иисусом Христом в небесном Его Царствии, по сему: «вниди в радость Господа твоего» (Мф.25:21). поелику же брак здесь многие имеет знаменования, того для не сказал в единственном числе — брак, но во множественном: «сотвори браки» (Мф.9:15. 25:4). Жених духовного сего брака есть Христос, Который во многих местах наречен Женихом; невеста же Святая Его Церковь, названная невестою Агнчею, еще же и всякая Боголюбивая и православная душа, по словам: «обручив бо вас единому Мужу, деву чисту представити Христови» (Ин.3:29; Апок.21:9; 2Кор.11:2).

Мф.22:3. И посла рабы своя, призвати званныя на браки: и не хотяху приити.

Исперва, во времена Авраама, призывал Бог Еврейский народ к Богопознанию, и прообразованиями и гаданиями предуготовлял оный к приятию во Христа веры. Ибо Аврааму прежде сказал Он: «изыди от земли твоея, и от рода твоего, и от дому отца твоего, и иди в землю, юже ти покажу. И сотворю тя в язык велий, и благословлю тя, и возвеличу имя твое, и будеши благословен» (Быт.12:1-2). Первый же Авраам, радуясь, желал видеть день явления Господа Иисуса, «и виде Его, возрадовася» (Ин.8:56). Явствует убо, что Евреи еще прежде Пророков были Богом призваны. К сим убо, прежде званным, посылал Он рабов Своих, то есть святых Пророков, да, предвозвестив им таинство Божественного вочеловечения и во Христа веру, призовут их на браки, то есть к наслаждению вечным блаженством. И воистину, сии Богом посланные Пророки, предвозвещая о воплощении, о чудесах, о страдании, кресте, смерти, погребении, воскресении и о всем, что касается до Иисуса Христа, призывали их в веру в Него, посредством коей имели они внити в чертог Божественной славы. Но они не токмо не хотели уверовать и послушать, но иного из посланных Пророков били, иного же убили, а иного камением побили (Мф.21:35).

Мф.22:4. Паки посла ины рабы, глаголя: рцыте званным: се обед мой уготовах, юнцы мои и упитанная исколена, и вся готова: приидите на браки.

Из иных рабов, паки посланных к тому же Иудейскому народу, по воплощении Господа Иисуса Христа, первый есть Предтеча Иоанн, о коем предсказал Пророк Малахия, глаголя: «се Аз посылаю Ангела Моего, и призрит на путь пред лицем Моим» (Мал.3:1). Сей Иоанн явно Иудеям проповедал: «грядет креплий мене во след мене, Емуже несмь достоин преклонся разрешити ремень сапог Его. Аз убо крестих вы в воде: Той же крестит вы Духом Святым» (Мк.1:7-8). Вторые суть Божественные Апостолы, которые, прияв сию заповедь: «на путь язык не идите, и во град Самарянский не внидите: идите же паче ко овцам погибшим дому Израилева» (Мф.10:5-6), звали во первых Иудеев на уготованный обед, то есть на уготованную Церковную трапезу тайны. Чего же суть образы юнцы и упитанная исколенная? (Лк.15:12) Они суть образы Тельцы упитанного и Овчате и Агнца, за нас закланного (Ис.53:7); они суть знаменованием преестественного таинства Божественной Евхаристии, то есть Тела и Крове жизнодавца Христа; причащающиеся же сих соединяются с Самим Иисусом Христом: «ядый Мою плоть, и пияй Мою кровь, во Мне пребывает, и Аз в нем» (Ин.6:56). Упомянул же прежде о трапезе Божественной Евхаристии для того, что посредством оной совершается духовный брак, духовное, то есть соединение Жениха и невесты, то есть Иисуса Христа и непорочной души. Потом придал и сие: «вся готова», для показания, что Богоглаголивые Апостолы, призывая, не точию говорили: приидите, готова есть трапеза Божественной Евхаристии; но приидите, вся суть готова: покаяние, крещение, Божии дары, слава и Царствие Божие вечное. Вся суть готова приходящим чрез веру ко Христу.

Мф.22:5-6. Они же небрегше отъидоша, ов убо на село свое, ов же на купли своя. Прочии же, емше рабы его, досадиша им и убиша их.

Некая часть Иудеев не прияла Апостольского призвания, по небрежению своему о вещах Божественных и по хладности, многие же оказались бесчеловечными и убийцами. Господь Иисус, подобно же и ученики Его Апостолы, проповедывали презрение богатства, отвращение от мирской суетности, отвержение плотских пожеланий, готовность на подвиги, беды и смерть: почему плотолюбивые и животолюбивые из них, презрев призывание и Христу не поверив, пригвоздили самих себя, иные к своему селу, то есть к самолюбию и плотолюбию; иные же к купле, то есть к корыстолюбию и лихоимству. Прочие же Иудеи не токмо не поверили Христу, но и емше рабов Его, то есть Богопроповедников Апостолов, некоторых из них умертвили, так как первомученика Стефана и Иакова брата Иоаннова; других же, как то Петра, Иоанна и прочих Апостолов, поносили, и били, и до смерти гнали (Деян.7:59,12:2,4:5).

Мф.22:7. Слышав же царь той, разгневася: и послав воя своя, погуби убийцы оны, и град их зажже.

Долготерпел Бог толико веков на Иудейском роде, и убедительнейшие употреблял способы, да привлечет их на путь истинный. поелику же долготерпение Его не токмо не послужило им во исправление, но и самые действительнейшие способы ко исправлению их и спасению были случаем им к большему их беззаконию и погибели: то разгневался праведно на них Праведный Царь, и послал на них Римские войска, сперва под предводительством императора Веспасиана, а потом сына его Тита, который, осадив Иерусалим, побил тьмы, бесчисленное множество пленил, храм сожег, город в пепел обратил, Иудейский народ разорил, и от того времени рассеялись Иудеи по всем частям земли16.

Мф.22:8-9. Тогда глагола рабом своим: брак убо готов есть, званнии же не быша достойни. Идите убо на исходища путей, и елицех аще обрящете, призовете на браки.

Были призываемы Иудеи, во-первых, чрез праотца их Авраама, потом чрез святых Пророков, напоследок Самим Господом Иисусом Христом и Богоносными Его Апостолами: но соделались недостойными духовного брака, то есть, небесного Царствия, ради пророкоубийства, ради Христоубийства и ради отвращения их от Евангельского благовестия, и коварства и упорства. Сего убо ради посылаются Божественные Апостолы к языкам: «тогда глагола рабом Своим». Тогда: но когда? Бесспорно, сказал Господь Апостолам: «шедше убо научите вся языки» (Мф.28:19); однако сие сказал им по Своем уже воскресении из мертвых. Притчу же сию говорил Он прежде страдания и воскресения. Как убо согласить сие? Когда Господь предлагал притчу сию, тогда говорил пророческим духом, яко предведый, что Апостолы, повинувся Божественному Его повелению, пойдут, благовествуя Евангелие, «ко овцам погибшим дому Израилева» (Мф.10:6), Израильтяне же отвратятся от проповеди и будут их гнать, почему они отъидут к языкам. Предсказал убо чрез притчу сию о имеющем быть, яко о случившемся уже и исполнившемся. И се, како сами Божественные Апостолы, Варнава и Павел, говоря Иудеям, изъясняют сии сей притчи слова: «вам бе лепо первее глаголати слово Божие: а понеже отвергосте е, и недостойны творите сами себе вечному животу, се обращаемся во языки» (Деян.13:46). На исходищах же путей были языки, поелику не ходили по пути истины, но ходили и бегали по стремнинам невежества. Виждь же, како беспредельно Благоутробный хощет всем спасения человекам: «и елицех аще обрящете, говорит, призовите на браки».

Мф.22:10. И изшедше рабы они на распутия, собраша всех, елицех обретоша, злыя же и добрыя: и исполнися брак возлежащих.

Исшедше убо Апостолы во всю вселенную и проповедав веру во Христа, собрали в Церковь всех уверовавших, злых же и добрых. Но кто такие злые и добрые? поелику не только язычники, но и некоторые Иудеи уверовали Евангельской проповеди: того для злыми называет язычников, яко твари паче Сотворшего работавших, добрыми же Иудеев, яко веровавших истинному Богу. Или злыми называет тех, которые не токмо были неверны, но и всякого нечестия и порока исполнены; добрыми же — тех, которые хотя верными не были, были однако добрых нравов, так как сотник Корнилий, который хотя был язычник, боялся Бога со всем домом своим, и творил милостыни, и молитвы и посты (Деян.10:1-2). Но заключают в себе сомнение сии слова: «и исполнися брак возлежащих». Ибо хотя бы разумел ты чрез брак соединение, посредством веры, Христа со всякою непорочною душею, хотя бы Церковь, хотя бы небесное Царствие, — брак еще не исполнился возлежащих: понеже ежедневно верою и добродетелию освящаемые соединяются с Иисусом Христом, и верующие в Него прилагаются к Церкви, и число преходящих от мира сего в Царствие Божие растет и умножается. Легко же решится недоумение, если помыслим, что притча изображает имеющее быть, яко случившиеся уже вещи. «Собраша, говорит, всех»: но однако не тогда, когда притчу говорил Спаситель, Апостолы собрали, но после того, то есть, по Его воскресении начали собирать, да еще и собирают ученики оных от того времени доныне, и даже до кончины мира будут собирать в Церковь верующих. Явствует убо из сего, что сие, «собраша», сказал Он вместо: будут собирать. Подобным образом и сие, «исполнися», вместо того: исполнится спасаемых и возлежащих небесное Царствие.

Мф.22:11. Вшед же царь видети возлежащих, виде ту человека не оболчена во одеяние брачное.

Поелику выше сказал: «елицех аще обрящете, призовите на браки»; потом: «собраша всех, елицех обретоша, злых же и добрых»; то, дабы мы не думали, что довольно ко спасению верных одного токмо звания и веры, испытания же в день судный о делах их будто не бывает, присовокупил сие: «взыде царь видети возлежащих», да ведаем, что Царь всяческих и Бог в час судный испытует дела возлежащих, то есть предстоящих пред лицем Его (Мф.25и проч.). Тоежде испытание видим мы и в описании второго славного пришествия Его. Взирая убо на каждого из возлежащих, увидел человека, который хотя был верный и званный, но не имел одеяния брачного, то есть добрых и спасительных добродетели дел. Что же одеяние брачное означает добродетель, о сем свидетельствует Богодухновенный Павел, говоря: «облецытеся убо якоже избрании Божии, святи и возлюбленни, во утробы щедрот, благость, смиренномудрие, кротость и долготерпение» (Кол.3:12). Ради сего одеяния верный достойным бывает небесного Царствия. «Изыдут, вещает Господь, сотворшии благая в воскрешение живота: а сотворшии злая, в воскрешение суда» (Ин.5:29). Послушаем теперь, что сказал Царь необолченному в небесное одеяние добродетели.

Мф.22:12. И глагола ему: друже, како вшел еси семо, не имый одеяния брачна? Он же умолча.

Сим именем, друже, то есть приятелю, обличил Господь Иуду: «друже, на сие ли пришел еси?» Обличил и негодовавшего за равное разделение пенязя: «друже, не обижу тебе» (Мф.20:13). Но не будет ли, может быть, в день судный говорить так — «друже» — токмо верному человеку: поелику он ради веры и Святого крещения имеет благодать усыновления, хотя грехами своими и осквернил оную? Или сие «друже» знаменует кротость Иисуса Христа, Иже всегда есть кроток, хотя бы обличал и наказывал, яко праведный Судия? «Друже, како вшел еси семо, не имый одеяния брачна?» Как дерзнул ты взойти во светлости святых, в среду Ангелов и пред Меня, наг сый украшений добродетели и окаянную имея душу нечистотою грехов твоих? Несчастнейший же грешник, не имея что ответствовать на сей обличительный вопрос, остается безответным и безгласным, якоже имеющие узду во устах своих: «он же умолча». И сие- то есть реченное Царем Пророком: «броздами и уздою челюсти их востягнеши» (Пс.31:9). По обличении же немедленно праведный Царь произносит страшное определение:

Мф.22:13. Тогда рече царь слугам: связавше ему руце и нозе, возмите его и верзите во тьму кромешную: ту будет плачь и скрежет зубом.

Видим в Писаниях Ангелов, от Бога посылаемых для наказания человеков: сии-то убо казненосные Ангелы суть слуги, от Царя царей Бога повелеваемые—. «Связавше же, говорит, ему руце и нозе», — для показания, что престают тамо действовать душевные силы во благо; так что человек не имеет ни малой силы к творению доброго дела. Почему и Соломон написал: «пленицами же своих грехов кийждо затязается» (Притч.5:22). поелику же Бог свет есть: того для, как отсутствие и недостаток сего вещественного света делает временную тьму, так отсутствие и отлучение пресущественного Бога творит оную вечную тьму, которую и кромешнею тьмою назвал, да покажет, что таковая тьма есть кроме, то есть вне, и весьма далеко отстоит от Бога. Тамо же всяка скорбь, и болезнь, и плач безутешный, скрежет зубом ужаснейший. поелику же не имеющий брачной одежды, хотя был зван и верен, однако осужден был; потому что чуждым был всякой добродетели, того для Господь сказал и следующее:

Мф.22:14. Мнози бо суть звани, мало же избранных.

«Мнози бо суть звани». Все общества людей, слышавшие проповедь благочестия были званы, то есть призываемы в небесное Царствие. Почему и Евангелием Царствия называется Евангельская проповедь Господа нашего Иисуса Христа, ею же призваны и призываются люди к наслаждению небесным Царствием: многое же поистине и бесчисленное есть таковое призванное множество (Мф.4:23). Но если представишь множество Евреев, не приявших учения Евангельского, множество язычников, не восхотевших уверовать, множество еретиков и раскольников, множество православных, не творящих добрых и святых дел, малое же количество истинно добродетельных и святых мужей, иже суть избраннии, и яко свещницы сияют посреди право правящих слово истины: то увидишь ясно, что мало есть избранных, — избранных, то есть, паче иных, по ревности к православной вере и по делам добродетельным, посредством коих и небесного Царствия наследниками бывают.

Беседа о вечной муке

Если бы Ангел Господень сшел с небеси, то, может быть, возмогл бы изъяснить, что есть тьма кромешная, в которой грешники мучиться будут. Но хотя бы небесный Ангел описывал и объяснял истязания вечной муки, то мы бы не могли того понять и восчувствовать тяжесть мук осуждения. Но как тот, который закрыты имеет свои очи толстым полотном, видит находящиеся пред глазами своими тела мрачными и слитыми, так что даже и разности цветов различить не может, ниже пределы величины, ниже образование наружности определить: так и душа наша, доколе закрыта есть завесою вещественного тела, не может постигнуть ни тяжести скорби, ни продолжительности болезни, ни лютости адских мучений. Чем же покров очей наших есть тончае и прозрачнее, тем лучше видим и различаем предлежащие вещи: так чем более дебелое наше тело чрез воздержание от плотских вожделений изнуряется и чрез добродетель очищается, тем яснее познаем, что есть Царствие Божие и что есть мука. Посему-то добродетельные люди, когда достигнут до меры святости, тогда и видят, и судят и чувствуют как сладость блаженства, так и горесть мучения гораздо в вящшем степени пред плотскими и порочными людьми. Однако ниже сами и они, дондеже живут в сем мире, могут достигнуть до совершенного понятия: «видим убо ныне, сказал Божественный Апостол, якоже зерцалом в гадании» (1Кор.13:12). Он дошел до третьего небеси, и видел и слышал тамо сущая, почему мог бы поведать и описать и славу праведных, и муку грешников; однако ничего нам не объяснил. Почему же так? Потому что елика видел и слышал, толико превышают силу человеческого понятия, что ни язык человеческий может описать то, ниже что изрещи о том: «и слыша, пишет он, неизреченны глаголы, ихже не леть есть человеку глаголати» (2Кор.12:4).

Но великого совета Ангел, Господь наш Иисус Христос, Иже весть, колико и како можем мы, в сем мире сущие, понять некончаемые и лютейшие истязания будущей муки, как пресвятыми Своими устами, так чрез Богоглаголивых Своих Апостолов довольно беседовал для понятия и восчувствования того неизглаголанного мучения. Представил нам немилостивого раба, преданного во власть диавольскую: «и предаде его, говорит, мучителем» (Мф.18:34). Коль же жестокими муками мучат беси преданных во власть их, удобно познаем, если представим, что они были искони враги и ненавистники человеческого рода, и даже доныне ходят яко львы рыкающие, «ищуще кого поглотити» (1Пет.5:8). Представил немилосердого богача, в муках страждущего и пламенем жегомого: просит он единой капли воды, да оросит пламенеющий от жажды язык свой, вопиет: «отче Аврааме, помилуй мя, и посли Лазаря, да омочит конец перста своего в воде, и устудит язык мой, яко стражду во пламени сем» (Лк.16:24), — но ниже сего малого утешения удостоивается. Сие единое повествование изъявляет жестокость страдания и скорби. Однако Богочеловек и другие показал представления о горестном тамо сущем состоянии.

Геенна огненная, сказал Он, ожидает презирающих и ругающихся брату своему (Мф.5:22): пещь огненная — соблазны творящих (Мф.13:42): червь неумирающий и огнь негасимый — не отсекающих случая к соблазну (Мк.9:46): вечный огнь, уготованный диаволу и аггелом его, — жестоких и немилостивых (Мф.25:41): тьма кромешная, идеже плач и скрежет зубом, — не хотевших творити добродетельных деяний (Мф.22:13): езеро, горящее огнем и жупелом, еже есть смерть вторая, — трусливых и неверных, сквернодеев и убийц, блудодеев и чародеев, идолослужителей и всех лжецов. (Апок.21:8). Мучители убо и муки, неутолимая жажда, червь нескончаемый, тьма кромешная, плач неутешный, скрежет зубом ужаснейший, — к сим же присовокупляется огнь многоразличный и многообразный, пламя огненное, геенский огнь, пещный огнь, езеро, горящее огнем и жупелом, смерть вторая: сии-то суть образы мучения. Единое токмо из сих довольно устрашить и поразить и самое каменное и оледенелое сердце, едино токмо из сих приводит в чувствие и самых бесчувственных: колико же страшна суть сия совокупно, притом вся бесконечная и вечная? Не дознаемся ли убо из сих Спасителя слов, что будущая грешников мука превышает все совокупно в мире сем взятые жесточайшие скорби, каковые природа причиняет, каковые обстоятельства жизни сгромождают, каковые самые жесточайшие вымыслили тираны? Хотя б ты какую-либо самую жесточайшую представил болезнь, хотя б все совокупно лютейшие и долговременные мира сего вообразил казни, — все они находят конец в конце жизни: муки же адские суть многие, прежестокие и нескончаемые.

Но когда тленное сие и смертное тело облечется в нетление и бессмертие, то есть, станет нетленным и бессмертным (1Кор.15:54): когда мы в воскресении будем яко Ангелы Божии (Мф.22:1): то како тогда действовать будет на нас огнь? како возжаждем тогда, и воспалимся, и будем гореть, и скрежетать зубами, и снедаемы быть червьми? Сия страждут тела тленных и смертных людей, а не нетленных и бессмертных и тех, кои стали яко Ангелы Божии. Како же тот огнь будет попалять и жечь, но ни растлевать, ниже разрушать? Сверх сего: како может быть и огнь и тьма кромешная? Где огнь, тамо свет: а где свет, тамо не имеет места тьма. — Иного рода будет тот огнь и пламя, иного рода тьма и жажда, иного рода те слезы, и иной скрежет зубный, и иные черви, нежели каковых мы видим в сем мире. Всемогущий Творец, Который во время воскресения мертвых из четырех стихий соберет и составит тело единого коегождо и с собственною их душею совокупит и преобразит от тления и смертности в нетление и бессмертие, — Сам Он, якоже «от сложения мира» уготовал (Мф.25:34) для праведных иное Царствие, различествующее от мирских царствий, тако от сложения же мира уготовал иной огнь и иные роды мучений для нераскаянных грешников, различествующие от казней сего мира, — мучения, говорю, имеющие силу и действие на онетлененные и обессмертенные тела, мучения, от коих грешники будут чувствовать болезни, подобные сущим в мире болезням человеческим.

Но если возведем ум наш к высшему и водрузим его в таинственнейшее о сих муках размышление, то приметим несколько открытее, каковые суть сии, чрез подобие выраженные, мучения. «В царствии небесном, говорит Евангелист Иоанн, «не потребуют света от светильника, ни света солнечнаго, яко Господь Бог просвещает я» (Апок.22:5): Бог в страшный день суда совершенно отвратится от грешника, и изженет его далеко от лица Своего: «возмите его, скажет, и вверзите» (Мф.22:13). Куда же денется грешник, когда отлучен будет от тамо сущего Света, то есть, Бога? Бесспорно, во тьму кромешную, то есть весьма далеко отстоящую от света Божия. Отлучение убо от Бога есть тьма кромешная. поелику же сладчайший оный Свет не токмо просвещает, но и животворит и веселит им освящаемых; то посему грешник, тогда всеконечно отлученный от Бога, погрузится в неизмеримую пучину сетования и ярости: сетования, ибо лишился вечного Царствия; ярости и гнева, ибо узрит праведных в славе Божией. «Назирает, свидетельствует царе-пророк, грешный праведнаго, и поскрежещет нань зубы своими» (Пс.36:12). «Грешник узрит и прогневается, зубы своими поскрежещет и растает» (Пс.111:10). Сию убо безмерную скорбь и ярость означает плач и скрежет зубом. Восхочет тогда грешник и пожелает покаяться; но поелику тамо нет места покаянию, то желание его останется недействительно: «желание грешника погибнет» (Пс.111:10). Невозможность покаяться, хотя того и желает, воспламенит хотение его: сие-то есть неутолимая жажда. Червием же неумирающим бывает для него неусыпное обличение совести. Тогда не будет более маловерствовать или верить, но узрит, чии пренебрег заповеди и кого прогневал; узрит пред собою яко на дске изображенные все злые свои дела, и скверные слова, и злые пожелания; узрит, что никакого не имеет ответа в грехах своих, никакого извинения, поелику остался нераскаянным; узрит, какого лишился Царствия и на какие осужден мучения; узрит, что во аде несть покаяния, ниже конца муке. Будет убо снедать сердце его беспрестанно и палить утробу его беспрерывно чрезмерное совести обличение: сие же обличение будет для него и червием неусыпаемым, и огнем негасимым, и езером горящим, и всяким родом мучения, бесконечно его мучащим. Обличение сие причинит болезни смертные; почему и названо второю смертию. Сверх сего, поелику Бог есть свет, мир, утешение, орошение, радость, жизнь человеческая, грешники же в день судный будут совершенно отлучены от Бога: то и разлучение от Бога есть тьма, возмущение, червь, огнь, и слезы, и смерть, и прочие роды мук.

Братие! Хотя бы вещественными и телесными, хотя бы невещественными и умственными понимали мы сии роды мук: но и при слушании токмо оных причиняют они великий страх и трепет и страдание. Оные же описал человеколюбивейший Бог во святом Своем Евангелии для того, да мы, слыша и размышляя о них, бегаем греха, яко виновника муки: «елика бо преднаписана быша, в наше наказание (научение) преднаписашася» (Рим.15:4). Блажен тот человек, кто часто помышляет о муке; ибо кто помышляет о муке, тот удаляется и следствий муки: «чадо! помни последняя твоя, и во веки не согрешиши».

22.1. Толкование на Апостол из второго послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в четырнадцатую неделю по Пятидесятнице (2Кор.1:21–24:2:1–4)

Второе послание к Коринфянам написал Апостол Павел, обретаясь в Македонии: послал же его к ним чрез Апостолов, Тита и Луку. Он написал его тогда, когда Тит, возвратившись к нему из Коринфа, возрадовал его, объявив ему извинение, приносимое Коринфянами, их раскаяние, послушание, ревность, открыв коликую они любовь к нему имели, коликое благоприятство и страннолюбие ему оказали. Цель же сего послания есть во-первых та, чтобы оправдаться ему в том, что он не пришел в Коринф, как обещал в первом своем послании к ним (2Кор.1:23:2:1; 1Кор.16:5): во-вторых, чтобы возродить в них любовь к тому грешнику, которого он в первом послании предал сатане (1Кор.5:5; 2Кор.2:8): в-третьих, чтобы объяснить им ту радость, какую произвело в нем исправление их и прием Тита (2Кор.7:7): в-четвертых, дабы побудить их к собранию милостыни для братий, находящихся в Иерусалиме (2Кор.9:1): впятых, чтобы обличить тех лжеапостолов, которые старались опорочить веру их и хулили его самого. Почему он и был принужден описывать преславные свои деяния и Божественные откровения, и видения ему бывшие. Послание сие содержит в себе много Божественных предметов: в нем каждое речение исполнено небесных мыслей, руководствующих к вечному спасению. Таковы суть ныне чтенные слова из послания. поелику же они требуют объяснения, то я предлагаю вам теперь оное, да сим вы будете руководимы, и ум возвысивши на небо, потечете неленостно по пути спасения.

2Кор.1:21–22. Братие, извествуяй нас с вами во Христа, и помазавый нас Бог: Иже и запечатле нас, и даде обручение духа в сердца наша.

Прежде сказал: «слово наше» или Евангельская проповедь, «не бысть ей и ни» (2Кор.1:18): то есть, мы не учили иногда тому, а иногда другому, но всегда одному и тому же. Ибо Божий Сын, иже у вас нами проповеданный, то есть Сын Божий, которого мы проповедали вам, «не бысть ей и ни, но в нем самом ей бысть Богу к славе нами» (2Кор.1:19–20). Истина веры в сына Божия, говорит, проповедуемая нами Апостолами в славу Божию, не есть пременяема и поколебима, но постоянна и тверда. Потом присовокупляет тотчас и настоящие слова, дабы научить, что сам Бог утверждает и подкрепляет Апостолов, а вместе и всех Христиан в вере во Христа. Сам Бог, говорит, помазал и запечатлел нас, и дал залог Святого Духа сердцам нашим. Но каким образом Бог помазал нас? Также что значит, запечатлел? И что то за обручение Духа в сердцах наших? Как прежде воплощения Христова помазывал Бог людей чувственным елеем, и постановлял чрез сие помазание в Цари, Священники и Пророки: так и по воплощении Сына Своего Он помазует нас верных духовным помазанием Божественной своей благодати, и делает нас Царями, Священниками и Пророками: Царями, могущими владычествовать над плотскими своими страстями и над всякою силою демонскою. Сие подтверждают следующие слова: «се, даю вам власть наступать на змию и скорпию и на всю силу вражию: и ничесоже вам вредит» (Лк.10:19). Равно и сии: «се бо Царствие Божие внутрь вас есть» (Лк.17:21). Он соделал нас Царями, открыв еще нам путь в царствие Его: «и придут от восток и запад и севера и юга, и возлягут в Царствии Божии» (Лк.13:29). Священниками соделал нас, дав нам благодать и силу приносить Ему телеса своя «жертву живу, святу, благоугодну Богови» (Рим.12:1). Пророками постановил, удостоив нас дара вещания о будущих, «ихже око не виде, и ухо не слыша и на сердце человеку не взыдоша» (1Кор.2:9). поелику же печать употребляем мы для утверждения того, что обещались дать, или уже отдали: потому Апостол и сказал, «запечатле», дабы объяснить сим словом, что дарования Божия суть тверды и непременяемы, что самое подтверждает он и на другом месте, говоря: «нераскаянна бо дарования и звание Божие» (Рим.11:29): обручение Духа означает здесь надежду получить небесное Царство. Неверный лишен таковой надежды: напротив на верующего небесная и Божественная вера низводит благодать Святого Духа, которая посаждает в душе его надежду на получение вечного блаженства. Сию надежду Апостол назвал обручением потому, что как чувственный залог, даемый нам людьми, уверяет нас в отдаянии обещанных вещей: так и посаждаемая в душах наших умственная надежда удостоверяет нас в получении вечных благ, обещанных нам Богом. Примечания достойно, что в предложенных словах оных Апостол открывает нам и триипостасие безначального Божества, Отца означив словом «Бог», Сына, «во Христа», а Всесвятого Духа словом «Духа». Окончив же таким образом предисловие своего послания, начинает далее оправдываться в неисполнении своего обещания.

2Кор.1:23. Аз же свидетеля Бога призываю на мою душу, яко щадя вас ктому не приидох в Коринф.

Призываю во свидетеля сердцеведца Бога, что я не пришел к вам, как обещал в первом моем послании, единственно «щадя вас», то есть удерживаясь от наказания, подобающего вам за грех ваш, которое я исполнил бы над вами, ежели пришел тогда в Коринф. И хотя сии слова: «аз же свидетеля Бога призываю на душу мою», кажутся клятвенными или означающими божбу, однако ж они суть не иное что, как образ утвердительного свидетельства, употребительный у сего Апостола, подобный следующему его изречению: «истину глаголю о Христе, не лгу, послушествующей ми совести моей Духом Святым» (Рим.9:1): и так же сему: «Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа весть, сый благословен во веки, яко не лгу» (2Кор.11:31). поелику же слова, щадя вас, приличествуют какому-нибудь обладателю, или человеку, имеющему власть прощать и наказывать: то Апостол дабы слышавшие оные не сказали: вот мы, потому что приняли веру, соделались рабами: и Павел теперь, яко власть имеяй над нами, говорит, что он щадя нас не пришел к нам, означая тем, что ежели бы пришел к нам, наказал бы нас: то, говорю, Апостол, желая удалять от них и мысли и слова таковые, далее пишет следующее:

2Кор.1:24. Не яко обладаем верою вашею, но яко споспешницы есмы вашей радости верою бо стоите.

Сказал я, говорит, так: «яко щадя вас не приидох в Коринф» не потому чтобы я был господин над вами по вере вашей, то есть, имел власть и господство над вами по той причине, чтобы верные: мы, Апостолы, не господа над вами, хотя вы и приняли веру во Христа, но споспешники радости вашей, поколику вы пребываете тверды в вере. Какой же радости был споспешником Павел? Радости духовной, которая входит в сердца верующих, когда они исполняют заповеди Божии. О сей-то радости сказал Спаситель мира: «сия глаголах вам, да радость моя в вас будет, и радость ваша исполнится» (Ин.15:11). Каким же образом Павел был споспешником сей духовной радости? Уча Божиим законам, утверждая добродетельных, претя грешникам и обращая их на путь спасения. Сей самый смысл, как явствует, содержится и в следующих словах:

2Кор.2:1–2. Судих же в себе сие не паки скорбию к вам приити. Аще бо аз скорбь творю вам, то кто есть веселяяй мя, точию приемляй скорбь от Мене?

Я, говорит, за благо рассудил сие, чтобы не придти к вам паки с печалию, то есть, чтобы согрешивших не опечалить моими прещениями. Следующие же слова: «аще бо аз», употребил здесь Апостол вместо того, чтобы сказать: «хотя же я» (Икум. на он. место), то есть, хотя же я и опечаляю вас, но кто другой веселит меня, как не тот, который от меня опечаляется? Но как опечаляемый от него возвеселял его? Кто обличаем будучи им о грехах печалился, помышляя о тяжести оных, тот раскаивался в грехопадениях своих, и обращался на путь добродетели. «Печаль бо, яже по Бозе, покаяние нераскаянно во спасение соделовает» (2Кор.7:10). А сие покаяние опечаленному грешнику приносило спасение, сердце же Павлово исполняло радости и веселия.

2Кор.2:3. И писах вам сие истое, да не пришед скорбь на скорбь приму, о нихже подобаше ми радоватися, надеяся на вся вы, яко моя радость всех вас есть.

Что такое есть сие истое? То, что «щадя вас, ктому не приидох в Коринф» (2Кор.1:23). Писал же он о сем не только в начале сего послания, но и в конце его пространнее. «Боюся же», сказал, «еда како пришед, не яцех же хощу, обрящу вас, и аз обрящуся вам, якова же не хощете: Да не паки пришедша мя смирит Бог мой у вас, и восплачуся многих прежде согрешших, и непокаявшися о нечистоте и блужении и студоложствии, яже содеяша» (2Кор.12:20–21). Я, говорит, писал к вам сие самое, то есть, объяснил вам причину, почему не пришел к вам, да не оскорблюсь пришед и найдя нераскаянными тех, которые, яко ученики Христовы, должны бы были веселить душу мою преспеяниями в добродетелях. Посмотрите притом, как Апостол Павел слова свои представил в виде сообразном словам Господним. Господь сказал: «сия глаголах вам, да радость моя в вас будет, и радость ваша исполнится» (Ин.15:11): а Павел говорит: «писах надеяся на вся вы, яко моя радость всех вас есть» : то есть, я писал, имея твердую надежду на всех вас, что радость моя, которую производит во мне ваша добродетель, есть радость всех вас, яко людей, творящих дела радостные, то есть, дела добродетели. поелику же он опечалил их в первом своем послании обличениями и прещениями своими, то в следующих словах утешает их:

2Кор.2:4. От печали бо многия и туги сердца написах вам многими слезами, не яко да оскорбитеся, но любовь да познаете, юже имам изобильно к вам.

Не подумайте, говорит, чтобы я обличал и укорял вас с тем, дабы оскорбить вас. Ибо я, в размышлении о согрешениях ваших писал обличения и прещения, от великой моей скорби и тесноты сердечной, проливая о вас многие слезы: а писал о сем не для того, чтобы вы оскорбились, но да познаете отсюда, что я вас преизбыточно люблю.

Беседа о сердечном сокрушении и о печали, яже по Бозе

С трудом малую некую скорбь чувствует душа грешника, когда помышляет о тяжести грехов своих: с трудом немногие и самые малейшие капли слез падают из очей его, когда представляется ему пучина грехов его. Откуда убо толикая скорбь и теснота сердца в Павле о грехах Коринфян? Откуда текут у него многие слезы о грехах чуждых? Открыл сие сам всехвальный Апостол. Ибо он сперва сказал, что прещения грехов писал он к Коринфянам от великой печали, от стеснения сердца и многих слез: а потом исповедал, что сии прещения были плод великой его любви к ним. «Писах сие», говорит, «не яко да оскорбитеся, но любовь да познаете, юже имам изобильно к вам» (2Кор.2:4). Треблаженный сей Апостол любил Бога всем сердцем и всею душою, следовательно и ближнего своего как самого себя: почему он грехи ближнего почитая как бы собственными своими, трогался оными, сердечно сокрушался и проливал источники слез. Напротив мы, бедные, весьма мало любим Бога, а следовательно и ближнего своего: почему не токмо о чуждых грехах, но и о собственных отнюдь не сокрушаемся, или хотя и сокрушаемся, но весьма мало, и то принужденным образом. Отсюда же познаем мы, что сердечное сокрушение есть дщерь любви, и следовательно весьма угодно Богу: почему и видим, что оно доставляет нам Божию милость и душевное спасение.

Для совершенного уверения в том, что любовь рождает сердечное сокрушение и слезы, испытайте движения вашего сердца: приметьте, когда оно исполняется горестию, тогда ли, когда друг ваш находится в несчастии, или тогда, когда ваш враг находится в оном? Когда оно в себе чувствует стеснение, тогда ли, когда любимый вами человек скорбит, или тогда, когда печалится ненавидимый вами? Когда вы слезы проливаете, первого ли видя мучащегося, или второго? Ежели испытаете глубину сердца вашего, то увидите и уверитесь, что вы тем более печалитесь, тем более сетуете и плачете в несчастиях родственника или друга своего, чем более любите его: увидите и уверитесь, что вы во время злополучия врага своего радуетесь: в несчастиях же такового человека, которого ни любите, ни ненавидите, бываете нечувствительны или равнодушны, то есть, ни радуетесь, ни печалитесь.

Я вижу Царя Израильского, Давида, исполненного сердечным сокрушением: он тяжко воздыхает из глубины сердца: каждую ночь омывает ложе свое слезами и омочает ими постелю свою. «Утрудихся», говорит он, «воздыханием моим, измыю на всяку нощь ложе мое, слезами моими постелю мою омочу» (Пс.6:7): вижу то, ищу причины сердечного сокрушения его, и нахожу, что оно проистекает от великой любви его к Богу. Слышу, как он выражает пламенную любовь свою к Богу: «Имже образом», говорит, «желает елень на источники водныя: сице желает душа моя к тебе, Боже» (Пс.41:2). «Возжада душа моя к Богу крепкому, живому: когда прииду и явлюся лицу Божию?» (Пс.41:3) Вижу, что он плачет, слыша презирающих Бога и говорящих: «где есть Бог твой? Быша слезы моя мне хлеб день и нощь, внегда глаголатися мне на всяк день: где есть Бог твой?» (Пс.41:4) Вижу, что он печалится, сокрушается и плачет: поелику знает, что прелюбодеянием своим и убийством преогорчил Бога? Плачет, потому, что грех его всегда предстоит пред ним: «Яко беззаконие мое аз знаю, и грех мой предо мною есть выну» (Пс.50:5).

Пророк Иеремия, говорит Священная История, был братолюбец, то есть, весьма любил ближнего своего (2Мак.15:14). Почему и по смерти своей не только молился пред Богом о людях, и о святом граде, но и явившись во сне Иуде Маккавею, сказал: «Приими святый меч дар от Бога, имже сокрушиши супостаты» (2Мак.15:16). Предвидя убо пленение Иерусалима и бедствие народа Израильского, просил будучи побуждаем любовию, не просто слез, но источника слезного. «Кто даст», говорил он, «главе моей воду, и очесем моим источник слез? Плачуся день и нощь, о побиенных дщере людей моих» (Иер.9:1). Столько же сокрушался и плакал, что померк свет очей его. «Оскудеша», взывал он, «очи мои в слезах» (Плч.2:11). Равным образом и Пророк Даниил, воображая себе опустошение Иерусалима, разрушение храма, и пленническое состояние рода своего в Вавилоне, пронзаем будучи любовию к Богу и ближнему своему, в толикое впал сокрушение, что целые три седмицы горько плакал. «В тыя дни», говорит он, «аз Даниил бех рыдая три седмицы дней» (Дан.10:2).

Раскройте книги Нового Завета, и вы найдете в них, что где великая любовь, там и сердечное сокрушение. Отчего, например, Петр, изшед вон со двора Архиерейского, плакал горько? От великой любви. Она влила в сердце его сокрушение и в очеса его горькие слезы (Мф.26:75). Но что свидетельствует великую любовь его ко Христу? Свидетельствует дело его то, что он, оставив все свое имение, последовал Ему (Мф.19:27). Вот и еще свидетельство сильнейшее того, а именно, троекратное оное вопрошение Иисус Христово. Ведал поистине Господь, яко сердцеведец, любовь к себе Петрову: но вопрошал его для того, да слышит мир его исповедавшегося и двоекратно так говорящего: «Ей, Господи! ты веси, яко люблю тя» (Ин.21:15–16), и познал от печали его, сколь великую он любовь имел ко Христу. Ибо когда он услышал третичный вопрос: то «опечалился», мня, что Господь сомневается в любви его к себе по причине бывшего отречения: «оскорбь», то есть, «опечалися», говорит Иоанн Богослов, «Петр, яко рече ему третие, любиши ли мя?» (Ин.21:17) Почему он призвал во свидетеля самого Иисуса Христа: «Господи!» сказал, «Ты вся веси: Ты веси, яко люблю Тя». Отчего блудница излила толикое множество слез, что омыла ими ноги Спасителя? От великой любви, которою она пламенела к Богу. Сие засвидетельствовал сам Богочеловек, сказав к Симону Фарисею: «Егоже ради, глаголю ти: отпущаются грехи ея мнози, яко возлюби много» (Лк.7:47). Но и сам Спаситель мира, Господь Иисус Христос, когда увидел Марию, плачущую о смерти брата своего, и собравшихся «к ней Иудеев также плачущих, запрети духу, возмутися сам, и прослезися» (Ин.11:33:35– 36). Но что сии слезы его были слезы любви, то Евангелист означает следующими словами: «любляше же Иисус Марфу и сестру ея и Лазаря» (Ин.11:5).

Поелику убо мы бедные не имеем любви к Богу, а следовательно и к ближнему: то не имеем ни слез, ни умиления, и сердце наше твердо как камень. Чувствуем, что прогневляем Бога, Создателя нашего, преступая святые заповеди Его, и не сохраняя Божественные Его законы: но поелику не имеем любви к Нему? то ни плачем, ниже скорбим сколько-нибудь. Видим, что братия наши огорчают Бога преступлением заповедей Его, видим вечную муку, ожидающую их: но поелику не любим ни Бога, огорчаемого ими, ни их самих, то ни плачем, ни печалимся, ни вида какого прискорбного не являем. Горе нам! и как мы можем спастись? Без сердечного сокрушения не может быть покаяние, без покаяния не бывает прощения грехов, а без прощения грехов несть спасения. Но кто из нас безгрешен: «Кто бо чист будет от скверны», говорит праведный Иов? «Никтоже, аще и един день житие его на земли» (Иов.14:4–5).

Сердечное сокрушение есть ключ, отверзающий нам двери милосердия и благоутробия Божия: оно есть жертва души нашей, превосходящая всякую другую жертву и столь благоприятная Богу, что никогда не бывает тщетна и бесполезна, но всегда достигает своей цели. Сие подтверждает Сам Бог устами Святого Пророка Давида. «Жертва Богу», говорит он, «дух сокрушен: сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит» (Пс.50:19). Когда умилишься душою твоею, смиришься сердцем и испустишь слезы из очей твоих: тогда моление твое не уничижится, но исполнит Бог прошение твое. Жертва сердечного сокрушения и приношение слез толикую имеет силу, что пременяет и самые Божия определения.

Бог повелевает Пророку Исаии идти к Езекии и объявить ему, чтобы он учредил о доме своем, понеже должен скоро умереть. Исаия приходит в дом Езекии, приближается к одру, на котором лежал немощный Царь, и говорит ему: «слыши Царю! тако глаголет Господь: заповеждь дому твоему, умреши бо ты и не будеши жив» (4Цар.20:1). И так Бог определил Езекии умереть: но Царь сей, услышав Божие определение, приходит в умиление, молится и проливает слезы: «Обрати Езекиа лице свое ко стене и помолися ко Господу, и плакася плачем великим» (4Цар.20:2–3). Умиление же оное, молитва и слезы определение смерти пременяют в определение жизни. Бог паки посылает Исаию: «Возвратися», говорит ему, «и рцы Езекии, вождю людей моих: тако глаголет Господь Бог Давида отца твоего: услышах молитву твою, и видех слезы твоя: се аз исцелю тя, и в день третий взыдеши в дом Господень. И приложу к летом твоим лет пятьнадесять: и от руки Царя Ассирийска избавлю тя, и град сей» (4Цар.20:5–6). И якоже рече Бог, тако и бысть. Таковую же силу сердечного сокрушения видеть можно и при разрушении града Ниневии. Пророк Иона проповедовал Ниневитянам определение Божие: «еще три дни», говорил он, «и Ниневиа превратится» (Ион.3:4). Ниневитяне, приняв слова Ионины яко словеса самого Бога, тотчас смиряют гордость сердца своего, одеваются во вретища, постятся от малого до великого, сокрушаются и просят Бога о помиловании: и сии дела умиления пременяют негодование Божие на милосердие. «И раскаяся Бог», говорит Священное Писание, «о зле, еже глаголаше сотворити им, и не сотвори» (Ион.3:10).

Ужас объемлет нас, когда читаем нечестивую жизнь и тиранические деяния Царя Манассии! Волшебства всякого рода, насилия, какие только можно выдумать, гонения верных, убийства Святых, прельщение благочестивых, поставление идолов не только во всех местах Царства своего, но и самом святилище Божии, непослушание и пренебрежение ко гласу Вседержителеву, которым Он призывал его к покаянию, беззакония бесчисленные и тягчайшие: вот дела Манассии! (4Цар.21) И так Бог прогневался на него, и послал к нему начальников войска Царя Ассирийского, которые связав его оковы, пленником и узником привели в Вавилон (2Пар.33:11): здесь-то пришло в сердце его умиление, произведшее в нем печаль, смирение и молитву. «И егда озлоблен бысть, взыска лица Господа Бога своего, и смирися зело пред лицем Бога отец своих. И помолися к нему» (2Пар.33:12–13). Сия жертва сердечного сокрушения его остановила Божий гнев, и пременила оный на милосердие, и наказание на благотворение. «И послуша его», говорит Священная История, и «услыша вопль его, и возврати его во Иерусалим на царство его». Вот событие сих Господних слов: «Жертва Богу дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит» (Пс.50:19).

Сокрушение сердечное! Ты убо святая и пречудная добродетель пременяешь правосудие Божие на милость, якоже наказание, подобающее Манассии, на благодеяние: ты умилостивляешь Бога, когда Он по множеству беззаконий наших, напрягши лук свой, готов пустить на нас стрелы смертные. Якоже умилостивило Его тогда, когда Он провозгласил разрушение Ниневии за грехи живущих в оной: ты исцеляешь немощи телесные, и прилагаешь лет живота, якоже исцелило Езекию и приложило ему лет живота пятьнадесять: Ты омываешь душевные нечистоты, якоже омыло скверну блудницы, и очищаешь душу от всякого греха, якоже душу Петра от страшного греха отречения: Ты восходишь от земли на небо, становишься пред престолом Величествия, просишь тамо, и приемлешь исцеление твоего хотения: твои слезы делаются крещением, очищающим и освящающим душу: твои слезы причисляют нас к лику божественных по сим словесам Господним: «Блажени плачущии, яко тии утешатся» (Мф.5:4). «Блажени плачущии ныне, яко возсмеетеся» (Лк.6:21).

Сие, скажете вы, известно, и все мы тому верим, научившись от Священного Писания, от Божественных Апостолов и Святых Отец: верим, но не знаем средства, которое могло бы производить в нас сие сокрушение. Часто желаем сокрушаться и плакать о грехах наших, но ни умиление не приходит в сердце, ни слез на очах наших не является. Сокрушение, братие, есть дщерь любви, как мы выше видели. Посему чем более будете вы любить Бога и ближнего, тем удобнее можете приходить в сокрушение и плакать: рождают же умиление и производят слезы как умилительные размышления, так равно и умилительные слова. Впрочем как одно и то же лекарство не всякому приносит здравие, но одному полезно то, а другому другое: так одно и то же размышление, одно и то же слово не в каждом производит сокрушение сердца, но одного трогает то, а другого другое. Один сокрушается, видя умственно во Иерусалиме Иисуса, Царя славы, влекомого на суд, посмеваемого и мучимого от беззаконных, и на горе Голгофе пригвождаемого ко кресту, нага и кровию обагренна, другой, размышляя о подвигах и лютейших страданиях святых мучеников: тот, вознося ум свой во светлости святых и к видению небесной их славы, а сей, взирая душевными очами на седящего на престоле Судию, и видя себя осужденного пред Ним за грехи свои и совсем безответного. Один плачет, помышляя о часе смертном, другой точит слезы, воображая пучину грехов своих: тот воздыхает из глубины сердца, представляя себе ужас вечного мучения: другой проливает источники слез, помышляя о беспредельном Божии человеколюбии и о бесчисленных благодеяниях Его.

То же самое по справедливости можно сказать и о словах умилительных. Одного трогают Давидовы слова: «помилуй мя, Боже» (Пс.50:3): другого Мытаревы: «Боже! милостив буди мне грешному»: того разбойниковы: «помяни мя, Господи, егда приидеши во Царствии Твоем» (Лк.23:42): а сего Петровы: «Господи, спаси мя» (Мф.14:30): другого другое, сему подобное. И как та же самая трава и тот же самый пластырь, не всегда приносят здравие одному и тому же человеку, но ныне та трава и тот пластырь, а в другое время другая, после же сего еще другая, смотря по состоянию, в каком тогда находится тело: равным образом одно и то же размышление, одно и то же слово не всегда одинаково действуют на сердце человека, не всегда одинаково приводят его в сокрушение, но ныне то, а после другое, смотря по расположению души. Посему, ежели вы желаете сердечного сокрушения, то искушайте всякое умилительное размышление и слово, доколе найдете из оных такое, которое счастливо поражает ваше сердце: нашедши же, употребляйте оное дотоле, пока оно произведет в сердце вашем совершенное умиление, так как лекарство полезное для вас, употребляйте до тех пор, пока оно не принесет вам совершенного здравия.

Возлюбленная моя братия! поелику сердечное сокрушение руководствует нас к вечному спасению, то оно есть великий и превосходнейший дар Божий. Но как «всякое даяние благо, и дар совершен свыше есть, сходяй от Отца светов» (Иак.1:17): для сего, Христианине, проси умиления от самого Бога. Даждь ми, Господи, взывай к Нему из глубины твоего сердца, любовь к умилению: даждь ми сокрушение сердца: даждь ми слезы покаяния, да ими омыю скверны души моей, и исцелю раны грехов моих! И ежели многократно от всего сердца твоего о сем молить будешь, то без сомнения просимое получишь «всяк бо просяй приемлет, и ищай обретает, и толкущему отверзется» (Мф.7:8) о Христе Иисусе Господе нашем, Емуже слава и поклонение во веки веков. Аминь.

23. В неделю 15-ю толкование на Евангелие от Матфея (Мф.22:35-46)

Хотя кратко есть ныне чтенное Евангелие, однако оно содержит первое основание христианской веры и подпору всех добродетелей. Оно притом столь ясно, что, кажется, никакого не требует изъяснения; но слова Божии и земля имеют между собою близкое подобие. На поверхности земли видим мы траву, древа, цветы, плоды: но кто хочет сребра, злата, драгоценных камений, тот должен рыть глубоко и искать в недрах ее. Когда читаем Евангельские слова, то видим и на самой наружности их боголепный характер, благодать Божию, красоту духовную, простоту святую: но кто хочет учений чудных, мыслей высоких, догматов Божеских, тому нужно вникнуть во глубину слов и испытать в писмени сокровенные мысли. По сей-то убо причине хотя ясны кажутся слова ныне чтенного Евангелия, однако весьма полезно будет благоговейное оных исследование и истолкование, которого благоговейно послушайте.

Мф.22:35-36. Во время оно, законник некий приступи ко Иисусу, искушая Его и глаголя: Учителю, кая заповедь больши есть в законе?

Законником назывался тогда учитель и толкователь закона, он же и книжником; ибо Евангелист Марко сего, которого Матфей называет законником, книжником назвал (Мк.12:28). Сей убо законник, един будучи от Фарисей, слыша, как повествует тойже Евангелист Марко, что добре ответствовал Иисус на саддукейские вопросы, приступив к Иисусу Христу, искушал Его сим своим вопросом, говоря: Учителю, кая заповедь из писанных в законе есть больше? (Мф.22:35) О сем же потому предложил, что иные из Иудеев почитали большею заповедию заповедь о обрезании, а иные о субботе, иные же иную. Искушал убо законник сей Иисуса Христа, чтоб познать, сим ли Он заповедям Божиим учит, или другим, Своим? И ежели сим, какую назовет первою? И ежели первою назовет: «возлюбиши Господа Бога твоего»; не присоединит ли и сего: возлюбиши и Мене? Однако премудрый и сердцеведый Иисус тако ответствовал ему, что он принужден был похвалить Его ответ, говоря «добре, Учителю, воистину рекл еси» (Мк.12:32).

Мф.22:37-38. Иисус же рече ему: возлюбиши Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею мыслию твоею. Сия есть первая и большая заповедь.

Сердцем желаем, душею мыслим, разумом рассуждаем. Когда убо сердце мое не иного чего желает кроме Бога, и в душу мою ни единая не входит мысль, чуждая благочестивого поучения о Боге, также и разум мой не приемлет рассуждения, не содержащего веры и повиновения к Богу: тогда люблю Бога от всего сердца моего, и от всея души моей, и от всего помышления моего; тогда пред Богом любовь моя есть любовь совершенная. Первая же и большая есть о таковой любви заповедь, поелику от оной, так как от источника, проистекают все прочие добродетели. Когда все сердце мое, вся душа моя, все помышление мое посвящено будет Богу: тогда всякое желание мое есть добродетель, всякое мое помышление — непорочность, всякое мое умозаключение — святость.

Мф.22:39. Вторая же подобна ей: возлюбиши искренняго твоего, яко сам себе.

Второю же и подобною первой называет любовь к ближнему: поелику от первой рождается, и в оной заключается, и от оной неразлучна есть. Ибо кто любит Бога, по правилам первой заповеди, тот неотменно любит и ближнего своего: «всяк любяй рождшаго, любит и рожденнаго от него» (1Ин.5.1). Но кто не любит ближнего своего, тот ниже Бога любит: «не любяй бо брата своего егоже виде, Бога, егоже не виде, како может любити?» (1Ин.4:20) Виждь же, како Богочеловек меру любви к Богу всю нашу любовь, каковую только можно иметь, положил: «возлюбиши Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею мыслию твоею» (Мф.22:37); но пределом любви к ближнему — ту любовь, каковую имеем мы к самим себе: «возлюбиши ближняго твоего, якоже сам себе» (Мф.22:39). Люби, говорит, ближнего твоего так, как любишь самого себя. Сколько стараешься и печешься и заботишься о самом себе, столько старайся и о ближнем твоем.

Мф.22:40. В сию обою заповедию весь закон и Пророцы висят.

Если вникнешь в десять заповедей закона, данного на Синайской горе Моисею, увидишь, что первые четыре относятся до любви к Богу, а прочие шесть — до любви к ближнему. Если разберешь все пророческие проповеди, то найдешь оные преисполненными обличений на отвергающих служение истинному Богу и приносящих жертву идолам, исполненными также прещений на неправдующих и всяких образом вреждающих ближнему, исполненными наставлений и побуждений к благодеянию и пользе ближнего. Кроме сего, если рассудишь, что есть грех и что есть добродетель, то узришь ясно, что всякий грех не иное что есть, как разве презрение Бога, или вред ближнего: всякая же добродетель или служение есть истинному Богу, или польза ближнего. Сего-то для Владыка всяческих так сказал: «в сию обою заповедию весь закон и Пророцы висят», то есть от любви к Богу и ближнему происходят, и в оной заключаются и утверждаются, все Божия закона заповеди и все святых Пророков проповеди. Таким образом вопросившему законнику ответствовав Иисус, предлагает потом собравшимся и обстоящим Его Фарисеям следующий вопрос.

Мф.22:41-42. Собраном же Фарисеом, вопроси их Иисус, глаголя: что ся вам мнит о Христе? чий есть Сын? глаголаша Ему: Давидов.

Услышав Фарисеи, что Иисус посрамил Саддукеев, собрались к Нему, может быть, чая, что Он будет защитником их секты; почему один из них, законник, искушал Его своим вопросом (Мф.22:34); но Иисус, ответствовав на вопрос законника, вопрошает и их, что они мнят о Христе, предвозвещенном от Пророк, то есть, чиим называют Его Сыном? Намеревался приличным образом уверить их, что Он — Христос, и следственно Сын Божий. Они же немедленно ответствовали, что почитают Христа Сыном Давидовым, то есть токмо человеком, а не купно и Богом.

Мф.22:43-45. Глагола им: како убо Давид духом Господа Его нарицает, глаголя: рече Господь Господеви моему: седи одесную Мене, дондеже положу враги Твоя подножие ногама Твоима? Аще убо Давид нарицает Его Господа, како Сын ему есть?

Богоотец Давид, Духом Святым быв просвещен, и о имеющем быти по вознесении Христовом предсказал, глаголя: «рече Господь, то есть Господь и Отец, Господеви моему, то есть единородному Сыну Своему, Господу моему Иисусу Христу: седи одесную Мене, дондеже положу враги Твоя подножие ног Твоих» (Пс.109:1). Сие речение сказал Спаситель, яко показующее Божество, купно и человечество Его: и следственно довольное для исправления погрешительных мудрований Фарисейских, кои человеком токмо почитали предвозвещенного святыми Пророками Христа. Ибо сказав Давид: «Господеви моему», показал, что от Него имеющий воплотится Христос не токмо Сын его, но и Господь его и Владыка, то есть Сын Божий и Бог есть: а что Он есть и человек, сие показал чрез слова: «седи одесную Мене». Ибо, яко Бог, от века бе сопрестолен и соприсносущ и едино с Богом и Отцем Своим: а яко человек, по вознесении Своем на небеса, «седе одесную престола величествия на высоких» (Евр.1:3), то есть восприяло человечество Его туюжде неизменную и великую и высокую славу, которую имело Божество Его прежде существования мира. Сего же просил во время страдания Своего, говоря: «и ныне прослави Мя Ты, Отче, у тебе Самаго славою, юже имех у тебе прежде мир не бысть» (Ин.17:5). Сие же слово, дондеже, часто и Ветхий и Новый Завет приемлют за вечность. Не на время бо, но вечно покорил Отец Сыну Своему врагов Его, то есть начала, и власти, и миродержителей тьмы века сего, напоследок же и самую смерть (Быт.8:7: Пс.122:2: Ис.46:4: Мф.1:25,18:30; Евр.10:13: Еф.6:12). Ибо смерть Господня не токмо освободила род человеческий от власти бесовской, но и превела оный от смерти в живот: «веруяй бо в Онь, аще и умрет, жив будет» (Ин.11:25). Сии же пророческие слова предложив Фарисеям Иисус Христос, выводит заключение, говоря: если Давид назвал Самого Христа Господом своим: «како Сын ему есть?» Приметь при сем, что он не отрицает, что Тот есть Сын Давидов, яко плоть приявший от Святой Девы, которая родом происходила от Давида; но погрешность Фарисейскую исправляет. Ибо они говорили, что Он есть точию Сын Давидов, а не купно и Господь; но Давид есть и отец Господа Иисуса и раб: отец в рассуждении плоти, раб в рассуждении Божества (Злат. в бесед.) Сими же Пророческими словами пристойно принудил Фарисеев Иисус исповедать, что Он есть Бог и человек.

Мф.22:46. И никтоже можаше отвещати Ему словесе: ниже смея кто от того дне вопросити Его ктому.

Презлобные Фарисеи, намереваясь уловить Иисуса Христа в слове, посылали к Нему своих учеников со Иродианы, для вопрошения Его: «достойно ли есть дати кинсон Кесареви, или ни?» Но услышали от Него сие: «воздадите убо Кесарева Кесареви, и Божия Богови» (Мф.22:17. 21). В той же день приходили и Саддукеи, спрашивая Его о воскресении из мертвых: но и им тако ответствовал, что «слышавше народи, дивляхуся о учении Его» (Мф.22:33). После них пришел и законник, искушая Его: но и сей таковой ответ получил, что принужден был сказать: «добре, Учителю, воистину рекл еси»! (Мк.12:32) Напоследок же и Сам Иисус, вопросив их, чий Сын есть Христос, и опровергнув ответ их Пророческими словесы, заградил уста их и соделал их безответными. Совершенно замолчали, ибо они не могли ответствовать: не токмо же замолчали тогда, но видя, что ничего не успели чрез таковые вопросы, а паче и посрамлялись, понеже народ, слыша ответы Его, веровал в Него, не дерзали уже от того дне вопрошать что-либо иное от Него.

Беседа о любви

Фарисеи, ничего не имея ответствовать на слова Спасителя, посрамленные замолкли; мы же, многая имея рещи о двух заповедях, на коих весь закон и Пророцы висят, проповедуем преславные величия беспредельной премудрости и безмерного человеколюбия Бога нашего. Велий еси, Господи, и чудна дела Твоя, и ни единое слово довольно к пению чудес Твоих! Твою бесконечную мудрость воистину являют вся дела Твоя, наипаче же дело законоположения Твоего. Закон бо Твой не токмо премудрость бесконечную, но и человеколюбие безмерное содержит.

Заключил, братие, Бог все Божеские Свои заповеди в двух, или паче во единой токмо заповеди — в любви. Многие и различные суть Божеские заповеди: законы, повеления, советы, оправдания, наказы; но вся на любви висят, вся от любви произрастают, вся от любви проистекают, якоже вода от источника, — всех матерь есть любовь: «возлюбиши, сказал Бог во святом Своем Евангелии, Господа Бога твоего всем сердцем твоим» (Мф.22:37). Сему же самому научал и в Ветхом Завете, сказав: «сыне, даждь Ми сердце твое» (Притч.23:26). Если послушаешь сего Господня гласа и посвятишь Ему все сердце твое, то «блажен еси, и добро тебе будет» (Пс.127:2): совершилось тогда дело спасения твоего; тогда желание твое ни плотского, ни мира сего не возжелает, но возжелает, якоже желание Давидово, селений Господа сил, возлюбленных и вожделенных, во дворах Господних возжелает привитати душа твоя, и в них обретет радование плоть твоя (Пс.83:2). Тогда гнев твой будет напряжением души твоей, и пременится в ревность (Пс.4:5): гневаешься и не согрешаешь, но великие и чудные совершаешь добродетели, якоже великоименитый Илия, дерзновенно вопивший: «ревнуя поревновах по Господе Вседержителе» (3Цар.19:10). Тогда никакой случай не ввергнет тебя в удобообстоятельный грех (Евр.12:1), никакое искушение не подвигнет тебя с основания добродетели.

Мы видим, что скорбь, притеснение, гонение похищают терпение из сердец человеческих. Иные во время скорби и тесноты своей ропщут на Бога и хульные изблевывают слова; иные же по причине страха гонения отвергают закон Божий и творят беззаконие, к каковому принуждает гонитель его: но тому, кто насадил в сердце своем блаженную добродетель любви, скорби и притеснения соплетают венец, гонения же и страдания не токмо нимало не вредят душе его, но и радость духовную подают ему.

Свидетелями сказуемого суть праведный Иов и небошественник Павел. Они от всего сердца любили Бога. Ибо Иов «во всех приключившихся ему ничтоже согреши пред Господем, и не даде безумия Богу», почему и удостоился блаженства (Иов.1:22; Иак.5:11), но Павел радовался во всех страданиях своих, даже до третьего небеси возносимый, и видя и слыша неизреченные глаголы (Кол.1:24). Алкание, нагота, бедственная жизнь, обнаженный меч в великие погружают грехи несчастливых и бедных человеков. Один крадет, ибо алчет; другой разбойничает, ибо не имеет одеяния; третий, по причине опасности жизни, отвергает догматы православия; иной, по причине страха меча, отрицается веры во Христа. Божественные Апостолы многажды находились в таковых бедственных обстоятельствах: «до нынешняго часа, говорили они, и алчем, и жаждем, и наготуем, и страждем, и скитаемся» (1Кор.4:11). «Почто же и мы, взывали, беды приемлем на всяк час» (1Кор.15:30), и по вся дни близ смерти находились, якоже сами с клятвою подтверждают? «По вся дни умираю, тако ми ваша похвала, юже имам о Христе Иисусе Господи нашем» (1Кор.15:31). Почему же убо, что другим бывает случаем ко греху, то Апостолам было виною толико великих и высоких дел, каковые читаем в повествованиях о них? Потому что они толико возлюбили Бога, что, вся оставив красная мира, последовали Иисусу Христу: «се мы, говорил Ему блаженный Петр, оставихом вся, и в след Тебе идохом» (Мф.19:27). Таковая же любовь есть оружие непреодолимое и стена непреоборимая: «вся любит, всему веру емлет, вся уповает, вся терпит. Любы николиже отпадает» (1Кор.13:7-8). Никакой случай не может повредить Боголюбивого сердца, никакое искушение не может отдалить его от источника добродетелей, который есть любовь: «кто ны разлучит от любви Христовой, сказал Богоглаголивый Павел, — скорбь ли, или теснота, или гонение, или нагота, или беда, или меч?» (Рим.8:35) Воздвизаются, без сомнения, на любящих Бога свирепые волны искушений и противных обстоятельств; но никак не могут погрузить ладию душевную, любовию сооруженную. «Но во всех сих препобеждаем, присовокупил тот же Апостол, за возлюбльшаго ны» (Рим.8:37). Когда от всего сердца нашего будем любить Бога, тогда ни страх смертный, ни животолюбие, «ни Ангели, ни начала мирские, ни бесы, ни настоящия» и обстоящие нас бедствия, ни предусматриваемая и ожидаемая, ни счастие и слава, ни несчастие и бесславие, ниже ино что из тварей может разлучить от любви Божией и низвергнуть во глубины греховные (Рим.8:38-39).

Ничто не может победить боголюбивого, поелику за любовь бывает жилищем и престолом Божиим: «аще кто любит Мя, сказал Господь, слово Мое соблюдет: и Отец Мой возлюбит его, и к нему приидем, и обитель у него сотворим» (Ин.14:23). Где же Бог, тамо могущество непреодолимое, тамо свет пресветлый, далече всякого греха тьму отгоняющий. Человек, любовию с Богом соединенный, есть человек, иже прежде грехопадения есть, по подобию Божию созданный. Против такового же человека не токмо искушения и жестокие и бедственный обстоятельства ничего не могут, но и все твари, видя в нем неизменный образ Божий и чувствуя в нем Божественную силу, благоговеют пред ним, яко пред царем, и повинуются ему, яко властелину земному. Видим мы сие во Святом Писании: Иисус Навин остановил течение солнца (Нав.10:12): три отроцы угасили силу огненную (Дан.3:23): Даниил заградил уста львов (Дан.6:18): Илия заключил и паки разверз небо (3Цар.17:1): Моисей превратил воду в кровь, и персть земную в скнипы (Исх.7:19, 8:18): Петр воскресил Тавифу (Деян.9:40): Павел пребысть неврежден от угрызения ехидны (Деян.28:3). Святым чудотворцам всякое послушание оказывали твари, даже исступая из самых предел своего естества.

Но и другое чудное преимущество даровал Бог добродетели любви. Любовь есть подательница и хранительница и самого временного благополучного нашего состояния. Послушайте доказательства. Благополучное состояние и истинное человеческое спокойствие все зависит от хорошего и порядочного правления общества, в котором человек живет и управляется. В каком же граде, или веси, или дом, или в каком обществе зришь доброе и порядочное правление, если не там, где сияет правосудие, проповедуется истина, обитает целомудрие, наблюдается сообщение, царствует согласие и соединение? Известно же, что вся сия суть плоды любви. Если отъимешь любовь от человеческого общества, то увидишь тамо неправды, обманы, невоздержания, хищения, ухищрения, коварства, предательства, разногласия, вражды, соблазны. Сии причиняют живущим в таковом обществе людям притеснения, скорби, несчастия, безмерные пороки и, следственно, бедственную и горестную участь. Итак любовь Божия к человеку даровала любви человеческой к Богу такие преимущества, посредством коих человек счастливым бывает и в сем мира пришельствии, и в будущем небесном нашем отечестве. Виждь же сверх того, како Бог все, что служит нам к счастию и спасению, премудро устроил. Хощет, да любим Его: «возлюбиши, говорит Он, Господа Бога твоего», не яко нужду имеяй в любви нашей, ибо какую в ней нужду имеет всемогущий, Вседержитель, всевластный, источник славы, податель всех благих? Но да посредством любви к Нему излиет на нас и временные Свои благие, и вечные. Хощет же, да любим Его от всего сердца и от всея души и от всего помышления нашего: и сие всего трикратно повторяет, в доказательство, что сие есть праведно, сие полезно, сие нужно. Праведно — ибо тогда праведно поступаем, когда Творцу нашему, Спасителю, Благодетелю, Подателю жизни и всех благих, не часть, но все посвящаем. Полезно — поелику если часть посвящу Богу, а часть миру, то часть, посвященная миру, основывается на делах непорядочных и непостоянных; почему не пользуюсь, но повреждаюсь и терплю бедствие. Если посвящу часть помышления моего и сердца моего сребру, стяжаниям, честям сего мира, то заутра или тать крадет то, или злоумышленник похищает, или разоряет и уничтожает нечаянная беда; почему предмет моей любви и услаждения моего бывает для меня подгнетом горести и неутешной скорби. Едва, после многих забот и попечений, получение оного усладит сердце мое — и се, потеря оного превращает сию каплю сладости в море горести. Ныне радуюсь о получении, а заутра плачу о потере оного. Если же все посвящу Богу, то, поелику Бог есть источник благих, есть непреложный и неизменный, никогда вреда не получу, но всегда пользуюсь: спокойствие мое пребывает неизменно, мир мой безмятежен, радование мое беспечально, счастие мое неразрывно. Если посвящу часть души моей и помышления моего и сердца моего Богу, часть же миру: тогда в ту часть, Богу непосвященную, вселяются злые помыслы, вселяется похоть плотская, вселяется грех, который оскверняет и растлевает и часть посвященную Богу. Если же посвящу все сердце и душу и помышление мое Богу: тогда грех не найдет места, чтобы водвориться во мне; ибо и сердце мое, и душа моя, и помышление мое исполнены суть Бога, живущего во мне.

Хощет Бог всей любви нашей; ибо мир и вся мирская не суть достойна любви нашей, яко тленная, превратная и временная, един же Он есть достойный предмет любви нашей, ибо есть нетленен, неизменен, вечен. Посему кто посвятит всего себя Богу, тот имеет всегда и сердце, и душу и помышление, исполненные всякого духовного услаждения, всякой радости и неизменного веселия. Радуется он, якоже Павел, и в случающихся ему страданиях говорит и он, якоже тот: «ныне радуюся во страданиях моих» (Кол.1:24).

Виждь, говорю я, како Бог все, что служит к нашему счастию и спасению, премудро устроил. Любовь, которая есть основание заповедей Божиих, корень и источник всякой добродетели и благодати, счастие жизни и спасение души, подательница вечного блаженства, соединение Бога с человеком, есть добродетель легчайшая. Ни забот, ни трудов, ни путешествий, ни имущества, ни ходатайства, ниже иной какой вещи требуется к тому, да любишь Бога. Восхотел ли ты любить Его? сего и довольно тебе, и ничто тебе не воспрепятствует. Сия любовь есть вещь общая. И мужи и жены, и юноши и старец, и здравый и больной, и царь и воин, богатый и убогий, чиновный и простолюдин, и всякого иного состояния и чина человек с такою же удобностию может любить Бога, и равно достигнуть самого совершенного степени любви.

Когда же беспредельная премудрость Божия и безмерное Его человеколюбие, для спасения и благосостояния человеческого, таковым свойством снабдило любовь: то какой дадут ответ пред Богом те, которые никогда Его не любили, которые умирают жестокосердыми, лютыми, нимилостивыми, несострадательными, которые умирают со злобою в сердце и желанием мщения в душе? Какое принесу извинение и какой ответ в день судный, когда Царь славы, испытуя дела человеческие, обрящет меня нагим одеяния любви? Чем извинюсь: трудностию ли исполнения? Но какую трудность имеет свойство любви? Чем извинюсь: происходящими ли от любви несчастными следствиями? Но любовь доставляет человеку мирное состояние и всякое другое жизненное благополучие. Что реку, презрев добродетель любви, виновницу спасения моего? О, какой страх поразит тогда, когда праведный Судия произнесет страшное определение: «связавше ему руце и нозе, возмите его и вверзите во тьму кромешную: ту будет плач и скрежет зубом»! (Мф.22:13) Господи Вседержителю! щедротами единородного Твоего Сына насади в сердцах наших любовь Твою, и избави нас от вечных мук! Аминь.

23.1.  Толкование на Апостол из второго послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в пятнадцатую неделю по Пятидесятнице (2Кор.4:6–15)

Богоглаголивый Апостол предлагает нам в ныне чтенном послании высокое Богословское учение, взяв рассуждение от создания мира и от воплощения Сына и Слова Божия. Два света описывает сей небесный человек: свет созданный, который Бог сотворил в начале миротворения, рекий: «да будет свет, и бысть свет» (Быт.1:3): и свет несозданный, который был в начале, то есть от века вкупе со Отцем, по сим словам: «в начале бе, слово, и слово бе к Богу, и Бог бе слово. Сей же бе свет истинный» (Ин.1:1:9). Свет созданный произведен из небытия в первый день, а свет несозданный рожден от Отца прежде всех век. Свет созданный освещает тела, а несозданный освещает души. Тот невидимые вещи делает видимыми, а сей неверных делает верными. Тот же самый Бог, который создал вещественный свет, для освещения вещественных тел, послал свет и невещественный, Единородного Сына своего и Слово, соделавшегося человеком для просвещения всех невещественных душ, да сим все, просветившись, познают, что Он есть истинный Бог. Сей свет Богопознания положил Бог в сосуды скудельные, то есть в сердца бедных, немудрых и немощных Апостолов, да просветит чрез них всю вселенную. В сосуды скудельные Он положил его для того, дабы уверить всех, что распространение и исправления сего света не суть дела человеческие, но преславные чудеса беспредельной силы Всемогущего Бога. Сие яснее и совершеннее уразуметь можно из толкования. Посему кто, со вниманием выслушав оное, уразумеет совершенно мысли Апостольские, тот озарится сиянием преначального света, иже есть Господь наш Иисус Христос.

2Кор.4:6. Братие, Бог рекий из тьмы свету возсияти, иже возсия в сердцах наших, к просвещению разума славы Божия о лице Иисус Христове.

Прежде, нежели создан был свет, тьма обдержала всю землю. Почему земля и все находящееся на ней было невидимо: «земля же бе невидима и неустроена, и тьма ношашеся верху бездны» (Быт.1:2). Рече же Бог: «да будет свет, и бысть свет» (Быт.1:3). Когда же воссиял свет, тогда все земное соделалось видимым. Но что означают сии слова: «возсия о лице Иисус Христове»? Они означают, что чрез воплощенного Сына и Слова, то есть Иисуса Христа, иже есть «свет истинный, просвещаяй всякаго человека грядущаго в мир» (Ин.1:9), воссиял свет в объятых тьмою сердцах человеческих: «к просвещению разума славы Божия», то есть дабы тем просветившись, люди познали, что есть слава Божия. Почему же он не сказал: «разума Божия», но разума «славы Божия»? Потому, что Бог и до воплощения Сына своего не был совершенно незнаем, понеже «ведом бе во Иудеи» (Пс.75:2): но слава Его тогда была неведома, потому что существенную славу Божию составляет не создание иносущных творений, но рождение Единосущного Сына и исхождение Единосущного Духа. Слава Божия состоит и в творении видимого и невидимого мира, но не есть то существенная слава Божия. Быть Отцем Сына и испустителем Духа, се существенная слава Божия. Сын есть «сияние славы Божия и образ ипостаси Отчия» (Евр.1:3): Дух Святый, исходящий от Отца, есть слава Божия. Почему и рек о Нем Сын: «Он мя прославит» (Ин.16:14). Отца и Сына и Духа Святого Иисус Христос возвестил в мире, сказав Апостолам своим: «шедше убо научите вся языки, крестяще их во имя Отца и Сына и Святаго Духа» (Мф.28:19). поелику же Он просветил людей к уразумению преимущия славы Божия, которую составляют поклонение и служение триипостасному Единосущному Божеству: посему и рек к Богу и Отцу своему: «аз прославих тя на земли» (Ин.17:4). Вот убо смысл предлежащих Апостольских слов: Бог, который при создании мира рек, да воссияет из тьмы, покрывающей землю, чувственный свет к просвещению творений: сей Бог, «егда прииде кончина лета» (Гал.4:4), послал Сына своего вочеловечшегося, Господа нашего Иисуса Христа, который просветил сердца наши, да познаем истинную славу Божию. О сем просвещении говорится и в следующих словах:

2Кор.4:7. Имамы же сокровище сие в скудельных сосудах, да премножество силы будет Божия, а не от нас.

Сокровищем Апостол называл свет Богопознания, который Единородный Сын Божий, быв человек, просветил сердца наши, открыв нам таинство Единосущного и Триипостасного Божества. И поистине, сокровище есть бесценное, просвещение сие, яко залог небесных благ и вечной жизни. «Се же есть живот вечный», рек Господь, «да знает Тебе Единого истинного Бога, и егоже послал еси Иисус Христа» (Ин.17:3). Мы имеем, говорит, сие небесное просвещение Иисуса Христа, вечного света, содержащееся в сосудах скудельных, то есть в смертных и немощных человеках: и сие так устроил премудрый Божий промысл для того, да мир уверует, что не мы, Апостолы, но Всемогущая Сила Божия распростерла сие спасительное просвещение веры. Подтверждает же сие и следующими словами, доказывая, что сила Благодати Божеской действует в бессилии естества ко исполнению сего великого дела.

2Кор.4:8–9. Во всем скорбяще, но не стужающе си: нечаеми, но не отчаяваеми: Гоними, но не оставляеми: низглагаеми, но не погибающе.

Посмотрите, как Божественный Апостол описывает силу Божия благодати, подкрепляющую немощь естества. Во всем, говорит он, то есть во всякое время, во всяком месте и во всяком обстоятельстве «скорбяще». Скорбим мы яко человеки, от насилия неверных, восстающих на нас: но, будучи укрепляемы благодатию, «не стужаем си», то есть не стесняемся, ниже затворяем уста, ниже престаем проповедывать слово веры. «Нечаеми», недоумеваем, что нам должно делать в ужаснейшем нападении на нас и в бедственнейших обстоятельствах: «но не отчаяваеми» : но будучи просвещаемы благодатию Божиею, не вдаемся в отчаяние, а изобретаем пути и средства к избежанию самых неизбежных бедствий. «Гоними». Бываем гонимы от тиранов, но Бог не оставляет нас, а защищая и покрывая, избавляет от гонений и бед. «Низлагаеми». Бываем угнетаемы, и ослабеваем яко человеки, но будучи подкрепляемы Божественною силою, никогда не погибаем.

2Кор.4:10–11. Всегда мертвость Господа Иисуса в теле носяще, да и живот Иисусов в теле нашем явится. Присно бо мы живии, в смерть предаемся Иисуса ради, да и живот Иисусов явится в мертвенней плоти нашей.

Что значит мертвость Господа Иисуса, которую Божественные Апостолы носили в теле своем? Сие истолковал сам Павел: следовательно никакое иное толкование здесь не имеет места. Он знал, как видно, что слово сие неудобопонятно, тотчас объяснил оное, сказав: «присно бо мы живии, в смерть предаемся Иисуса ради». Ежели уразумеете сие, уразумеете и то, что значит мертвость Господа Иисуса Христа. Выслушайте убо. Богоглаголивые Апостолы, проходя всюду, учили неумолчно Иудеев и Еллинов. Иудеям говорили, что закон Моисеев был прообразование и сень Евангельской проповеди, и что он без вера во Христа никого не спасает (Евр.10:1; Гал.2:16): а Еллинам проповедывали, что злато, сребро и камение изваянное, коим они поклоняются, не суть боги, и что они не могут спастись, ежели не оставят их, и не примут веры во Иисуса Христа (Деян.17:29). Кои убо из Иудеев и Еллинов по своему недостоинству не веровали во Христа, сии слыша слова оные, гневом и яростью воспалялись против Апостолов, и всячески искали умертвить их. Таким образом смертная опасность была неизбежна для Апостолов за их проповедь: но они, не взирая на сие, не преставали проповедывать учение свое. Отсюда видно, что они всегда: предавали жизнь свою на смерть из любви ко Иисусу Христу: а сие и означает мертвость Господа Иисуса, носимую в теле их, то есть смерть, на которую они сами себя ежедневно предавали. По сей-то причине Павел сказал: «по вся дни умираю» (1Кор.15:31). Для чего же они носили мертвость Господа Иисуса в теле своем? Для того, говорит, «да и живот Иисусов явится в мертвенней плоти нашей», то есть, да не словом токмо проповедуем жизнь Иисуса Христа, но и от самых дел тела и смертной плоти нашей явится и откроется святость жизни Его. Зане якоже Он волею предал самого себя на смерть за спасение всего мира: так и мы по собственной нашей воле ежедневно предаем себя опасностям смерти (Ин.10:17–18), да покажем людям путь к вечному спасению, и да явится живот Иисусов в теле нашем.

2Кор.4:12. Темже смерть убо в нас действует, а живот в вас.

Сии слова основаны на предыдущих. Апостолы подвергали себя по всяк час опасности смертной, дабы токмо распространить веру Евангельскую, и таким образом соделать верующих наследниками вечной и блаженной жизни. поелику же Коринфяне, к коим сие послание писано, уверовали во Иисуса Христа, и потому соделались благодатию Его наследниками жизни вечной: для сего он и сказал: мы Апостолы, проповедуя веру, предаемся на смерть «Смерть убо в нас действует» : а вы верующие делаетесь чрез веру вашу наследниками вечной жизни: «а живот в вас». Но как предложил он здесь о жизни вечной, которую мы не можем видеть очами телесными, а постигаем единою волею посредством умных сил души, для сего он присоединяет к тому следующее:

2Кор.4:13–14. Имуще же тойже дух веры, по писанному: веровах, темже возглаголах, и мы веруем, темже и глаголем: Ведяще, яко воздвигий Господа Иисуса, и нас со Иисусом воздвигнет, и предпоставит с вами.

Поелику некоторые на сии Апостольские слова могут сказать: почему ты, Павел, с толиким дерзновением и уверенностью проповедуя о вечной жизни, говоришь, что Бог, который воскресил из мертвых Господа Иисуса, воскресит и тебя со всеми верующими и предпоставит с ними? (Ин.6:40; Мф.25:32) Что все мертвые воскреснут, сему научает сам Иисус Христос: а ты еще говоришь: «предпоставит», да и предпоставит (как видеть можно, хотя ты и умолчал о том), для наслаждения Божия славы, потому что выше сказал: «а живот в вас» (2Кор.4:12). Посему Богодухновенный Апостол для предупреждения такого вопроса предлагает в пример святых Пророков, Пророк Давид, когда говоря о стране живых, то есть о вышнем Иерусалиме, отечестве и жилище вечно пребывающих с Богом, сказал: «благоугожду пред Господом во стране живых» (Пс.114:9), когда засвидетельствовал, что он говорил о стране сей, руководствуясь верою: «веровах, темже возглаголах» (Пс.115:1). Павел убо говорит: поелику мы, Апостолы, имеем тот же дух веры, то есть такую же благодать, и такое же просвещение веры, каковое имели святые Пророки, которые будучи верою просвещаемы, говорили о будущей жизни и ее наслаждении, как свидетельствуют оные слова Псалмопевца: «веровах, темже возглаголах». поелику мы уверовали словам Иисуса Христа, для сего и говорим, якоже и те, о предметах чувствам неподлежащих, но постигаемых верою: говорим, понеже от веры научились и познали, что Бог, который воздвиг из мертвых Господа Иисуса, яко человека, веры ради нашей в Господа оного Иисуса воздвигнет и нас, Апостолов, с вами верующими, и поставит пред своею славою, да во веки пребываем с Ним, и наслаждаемся Божественным Его царствием и блаженством.

2Кор.4:15. Вся бо вас ради, да благодать умножившаяся, множайшими благодарении избыточествит в славу Божию.

Вся бо: что такое вся? Воплощение Единородного Сына Божия, Его страдание, смерть, воскресение из мертвых, все, что ни устроил Бог для спасения человеческого: также гонения, бедствия, повседневная смерть и все, что Апостолы претерпели для того, чтобы отвратить людей от заблуждения их на путь спасения. Вся сия, говорит, Быша для вас, то есть для спасения вас, верующих, для того, да обильно дастся вам благодать, да так множайшие множайшее принесут благодарение во славу и хвалу Бога, вся таковая устроившего для спасения человеческого.

Беседа о том, что не должно страшиться подвига добродетели

Мужие братие! вы, которые страшась врагов добродетели, или отнюдь не печетесь о ней, или приступаете к ней вначале охотно, а потом, убоявшись последствий, оставляете ее и обращаетесь в бегство, послушайте, колико ободряют вас ныне чтенные слова из послания Павлова. «Во всем», говорит сей Апостол, «скорбяще, но не стужающе си: нечаеми, но неотчаяваеми: Гоними, но не оставляеми, низлагаеми, но не погибающе» (2Кор.4:8–9). Поистине жестока брань плоти: оружия ее суть сладострастные похоти, коими она день и ночь пронзая, тщится похитить у нас сокровище целомудрия, и низвергнуть нас в смрадную пропасть распутства. Поистине прелестна и коварна брань мира: войска его суть богатство, пышности, достоинства и чести: он притом тьмы тем имеет хитростей, могущих привести в обман и младых и старых, и мужей и жен, и мудрых и неученых, и всякого чина и состояния людей, даже и самых преуспевших в делах добродетели: он тщится своими ухищрениями изгладить из души нашей простоту и незлобие, и поселить в ней всякого рода злобу и коварство. Поистине велика брань диавола: он имеет крепкие луки, пламенные стрелы, многоразличные сети, бесчисленные ухищрения и орудия, посредством коих ищет всячески нанести вред душе человеческой. Так, Христиане, сии три врага беспрестанно воюют на нас: посему-то мы и называемся воинами Христовыми. Павел писал к Тимофею: «ты убо злопостражди яко добр воин Иисус Христов» (2Тим.2:3): он же описал нам и оружия, коими мы можем побеждать сих врагов наших. «Станите убо», говорит, «препоясани чресла ваша истиною» (Еф.6:14): вот оружие против плоти: «и оболкшеся в броня правды, И обувше нозе во уготование благовествования мира» (Еф.6:14–15): вот оружия против мира. «Над всеми же восприимше щит веры, в немже возможете все стрелы лукавого разженныя угасити»: вот оружия и против диавола: «и шлем спасения восприимише, и меч духовный, иже есть глагол Божий» (Еф.6:16–17): вот и награда за победу.

Поелику же мы воины Небесного Царя: то рассмотрим теперь воинов Царей земных, и сделаем из того полезные заключения. Земные воины, имея при себе таких помощников, которые сильнее и искуснее неприятелей их, нимало не страшатся врагов своих. Ежели они уверены, что помощники их непреоборимы и непобедимы, то забыв все ужасы, идут храбро на поле сражения, бьются мужественно и дотоле не оставляют места сражения, доколе победят врага своего и увенчаются лаврами. Почему же вы, души слабые, или совсем не вступаете в поприще добродетели, или, вступив, устрашаетесь, обращаетесь вспять, и убегаете? Чего боитесь? воспаления ли плоти? прелести ли мира? хитростей ли демонских? Не убойтесь от лица их, вы имеете помощников несравненно сильнейших и искуснейших, нежели враги, воюющие на вас: они страшатся силы помощников ваших. Злопостраждите яко добрые воины, да тако совершенно поразите их. Пусть они мечут в вас стрелы недоумений, скорбей и гонений: но доколе им противоборствуете, нимало не могут иметь успеха в своих предприятиях: они падут пред ногами вашими, и вы получите трофеи победы. Сию истину подтверждает Божественный Павел, преславный оный подвижник, в подвиге добродетели чудесно победивший и преславно увенчавшийся. Во всем говорит он «скорбяще, но не стужающе си: нечаеми, но неотчаяваеми: Гоними, но не оставляеми: низлагаеми, но не погибающе» (2Кор.4:8–9). Когда мы в скорбях не чувствуем тесноты, в недоумениях имеем прибежище, в падениях не погибаем: то чего нам страшиться, чего трепетать?

Убоялся Гедеон войны врагов своих Мадиамитян, врагов всего рода его: потому что они, как говорит Священная История, «бяху яко песок на краи морстем» (Суд.7:12). Почему когда Ангел посылал его сражаться с ними, то он в недоумении и страхе говорили ему: «в чесом спасу Израиля? Се тысяща моя хуждша и аз есмь мний в дому отца моего» (Суд.6:15). Но когда он услышал от Ангела, что Бог будет ему помощником: «Господь будет с тобою» (Суд.6:16): тотчас ободрился, и собрав народ свой, ополчился безбоязненно против полка Мадиамскаго. Господь же да покажет, что он не силою своего народа, но помощию Его благодати одержит победу над Мадиамитянами, повелел ему взять с собою токмо триста мужей и идти с ними на поражение неприятеля, а прочих всех отпустить в домы их. «И рече Господь к Гедеону: треми сты мужей локавшими воду спасу вас, и предам Мадиама в руку твою: и вси людие да пойдут, кийждо на место свое» (Суд.7:7). И якоже рече Бог, тако и бысть. Поразил Гедеон Мадиамитян с тремястами мужей, и убил двух князей их, Орива и Зива, и Царей их, Зевеа и Салмана побил, и довел народ Мадиамский до того, что он смирился, и не мог вознести главы своей, но в мире и тишине пребывал четыредесять лет (Суд.7:25:8:21): «и смирися Мадиам пред сыны Израилевыми, и не приложиша воздвигнути главы своея, и бысть в покое земля четыредесять лет во дни Гедеоновы» (Суд.8:28).

Убоялся и Моисей, когда Бог повелел ему идти в Египет для избавления народа своего от власти Фараоновой. «Кто есмь аз», ответствовал он Господу, «яко да пойду к Фараону Царю Египетскому, и яко да изведу сыны Израилевы из земли Египетския?» (Исх.3:11) Но как Бог рек ему: гряди, «яко буду с тобою» (Исх.3:12): то он тотчас, отложив сомнение и страх, пошел в Египет, предстал безбоязненно пред Фараона, объявил ему с великим духом повеление Божие: потом сотворил пред ним великие и сверхъестественные чудеса, вывел народ Израильский из Египта, провел его чрез Чермное море, и тем избавил его от жестокой власти Фараоновой.

Вот достоподражаемые примеры неустрашимости против неприятелей. Почему же вы, души боязливые, убоявшись врагов своих, не повинуетесь повелениям Божиим, и небрежете о исправлении благих дел? Гедеон не устрашился Мадиамитян, коих толикое было множество, что яко песок на краи морстем: а вы устрашаетесь брани плоти, которая уменьшает жар воспаления злых похотей своих, когда вы бегаете соблазнительных лиц: когда, же препоясуетесь по бедре своей постом, тогда она, вострепетав, укрощает и умерщвляет свои восстания! Гедеон сражался и побил бесчисленное и сильное войско неприятеля: а вы сомневаетесь вооружиться против суеты мира, о которой ежели рассудить, что она такое есть, то видеть можно, что «всяка плоть яко трава, и всяка слава человеча, яко цвет травный! Изсше трава, и цвет ее отпаде» (1Пет.1:24): можно, говорю, видеть, «что мир преходит, и с ним похоть его: а творяй волю Божию пребывает во веки» (1Ин.2:17). Моисей не убоялся ни тиранской души Фараоновой, ни Царской власти его, ниже непобедимой его силы: а вы страшитесь, и трепещете нападений демонов, которые, ежели только вы поднимете руку свою и сотворите знамение Креста, тотчас исчезают от лица нашего подобно Амалику, когда Моисей, возвысив свои руки, представил образ Креста (Исх.17:11). Но что, спросите вы, удостоверяет нас том, что Бог есть с нами, как был Он с Гедеоном и Моисеем, и помогает нам на брани против врагов наших, как помогал и оным? О! в сем нет ни малого сомнения. Ибо во-первых Святой Пророк Давид столь ясно о том говорит, что один токмо бесчувственный человек не доверять тому может. Выслушайте, что он говорит «яко Ангелом своим заповесть о тебе, сохранити тя во всех путех твоих. На руках возмут тя, да не когда преткнеши о камень ногу твою. На аспида и василиска наступиши и попереши льва и змия» (Пс.90:11–13). Здесь приметить должно, что путями называет Пророк пути не беззаконий, но добродетели. Ибо тогда токмо Бог сопутствует нам, когда мы идем по пути добродетели: в противном случае Он удаляется от нас, и мы остаемся одни. Камень преткновения здесь означает грех: ибо как тот, кто претыкается о камень, упадает и убивается, так и грешник падает и погибает. Под именем же аспида разумеет здесь Пророк плоть, а под именем василиска мир. Ибо как аспид глухотствует и затыкает уши свои, чтобы не слышать гласа поющих при нем: так и плоть глухотствует и заграждает чувственные силы свои, чтобы не чувствовать закона духа. Как василиск причиняет вред человеческому телу своим взглядом: так и мир растлевает души наши раздаянием благ своих. Но что диавол называется львом и змием по причине наносимого им вреда, о сем свидетельствуют Боговидцы Апостолы, Петр и Иоанн: первый, говоря: «трезвитеся, бодрствуйте, зане супостат ваш диавол, яко лев рыкая ходит, иский кого поглотити» (1Пет.5:8), а второй: «и явися ино знамение на небеси, и се змий велик чермен» (Апок.12:3). И так, когда мы идем по пути добродетели, тогда Святые Ангелы, по уверованию Пророка, несут нас на руках своих и предохраняют от греха: тогда мы можем без страха наступить на аспида и василиска, то есть на плотские пожелания и на мирские соблазны, можем попирать льва я змия, то есть демонские силы. Когда мы вооружаемся против ополчения сих трех врагов наших: тогда имеем вспомогательное воинство, состоящее из сил небесных. Ангелы небесные окружают нас, когда мы делаем дела добрые: они защищают нас тогда и сохраняют от поражений вражиих. Напрасно убо страшимся, напрасно обращаемся в бегство с подвига добродетели.

Во-вторых, отъемлет от нас всякое сомнение в истине сей Божественная благодать Господа нашего Иисуса Христа, который по бесконечной своей благодати дал нам власть и господство над тремя оными врагами добродетели и спасения. «Се даю вам», сказал Он, «власть наступати на змию и на скорпию, и на всю силу вражию: и ничесоже вас вредит» (Лк.10:19): речением, змии, означив ядовитые похоти плоти: скорпии, пагубные соблазны мира, сии острейшие жала, а силою вражескою диавольские искушения: и утвердив, что никакая тварь не может повредить делающих благое. Дерзая на сие Павел говорил: «известихся бо, яко ни смерть, ни живот, ни Ангели, ни начала, ниже силы, ни настоящая, ни грядущая, Ни высота, ни глубина, ни ина тварь кая возможет нас разлучити от любве Божия» (Рим.8:38– 39). Выслушайте же теперь и человеколюбивейшее самого подвигоположника Господа Иисуса обещание, относящееся и к тогдашним верным и нынешним, и впредь до скончания века быть имеющим: обещание оное, которое прогоняя далече всякое сомнение, удостоверяет всякий ум человеческий в победе над всеми врагами спасения, которое ободряет ко вступлению, и утверждает в пребывании в подвигах добродетели: «и се аз с вами есмь во вся дни до скончания века. Аминь» (Мф.28:20).

О человеколюбие безмерное! О благодать бесконечная! О благотворение, слава и безопасность неизреченная! Господи Иисусе мой! Ты Всемогущий со мною еси: а я, страшась нападения лукавых человеков, тлению подлежащих, уклоняюсь от Божественных Твоих законов, и небрегу о Святом Твоем Евангелии! Господи Иисусе мой! Ты Всесильный всегда со мною, а я преступаю заповеди Твои, боясь, дабы не оскорбить суемудрого человека! Ты Господи мой Вседержителю, и самые горы, со мною, а я не пощусь, не бодрствую, не порабощаю плоть мою, боясь, дабы не повредить здравия и не умереть! Ты Иисусе мой, который «отверзаеши руку Твою и исполняеши всякое животно благоволения» (Пс.144:16), со мною еси, а я не уделяю бедным от благ, которые Ты дал мне, страшась, дабы не дойти самому до тягостной нищеты! Ты Зиждитель твари и Владыка всяческих, непрестанно со мною, а я не исполняю Святой воли Твоей, боясь, дабы не раздражить безумствующий мир, или не причинить вреда бренному своему телу, или не возбудить против себя искушений диавольских! Что сие есть, как не маловерие мое, как не безумие, или и то и другое вместе, притом же и беспечность о спасении? Всегда смотрю долу на землю, подобно бессловесным животным, и никогда, яко словесностью одаренный, не возвожу очей моих горе на небо: лежу всегда в блате грехов моих, и никогда не восстаю от гроба беззаконий моих.

Обещание Иисуса Христа есть обещание истинное, потому что Он есть Бог истинный и самая истина. И так Он есть с нами по обещанию своему во вся дни: а сего уже и довольно, чтобы нам не страшиться в подвигах добродетели. Ежели Всесильный и Всемогущий Вседержитель, егоже всяческая боятся и трепещут, есть с тобою: то в чем сомневаешься? или чего боишься? Не исполняешь воли Божией и не делаешь добрых дел, страшась врагов добродетели? Но поелику Бог с тобою, то ни коварства плоти, ни соблазны мира, ни искушения злых духов не могут победить тебя, ежели мужественно и разумно противоборствовать оным будешь. «Падет от страны твоея тысяща и тьма одесную тебе, к тебе же не приближится» (Пс.90:7). Ежели будешь сражаться с ними, врагами твоими, то падет их тысяща ошуюю тебе, и тьма одесную тебе, и ни один из них не осмелится даже приблизиться к тебе. Из всего вышесказанного явствует, что мы не заслуживаем извинения, если не творим дел добродетели. Братия моя возлюбленная! Час смертный нам неизвестен: ожидающий нас суд весьма страшен: судия нелицеприятен и всеведущ: не имеющие одеяния брачного, то есть благих дел, отторжены будут от Божественного чертога и ввержены «во тьму кромешную: где будет плач и скежет зубом: сего ради не бывайте несмысленни, но разумевайте, что есть воля Божия» (Мф.22:13; Еф.5:17). «Прочее же братие моя, елика суть истинна, елика честна, елика праведна, елика пречиста, елика прелюбезна, елика доброхвальна, аще кая добродетель, и аще кая похвала, сия помышляйте, сия творите: и Бог мира будет с вами» (Флп.4:8–9). Аминь.

24. В неделю 16-ю толкование на Евангелие от Матфея (Мф.25:14-30)

Некоторые лжелюбомудрия ученики, совершенно отвергая Божий Промысл, суесловят, яко бы мир есть без призрения и без промысла, движется же и управляется случаем, или сущими в нем естественными законами. Другие, ограничивая промысл Божий луною, говорят, что все, находящееся под луною, есть без промысла, и как случится, движется и управляется. Истинное Евангельское Спасителя нашего Иисуса Христа любомудрие, и чтенною в нынешнем Евангелии притчею, объясняя раздаяние талантов сообразно каждого силе, еще же и расчет данных каждому талантов, сиречь, награждения приумножившим, а наказания оные скрывшим, велегласно доказывает особенный о каждом промысл и испровергает погрешительные таковых лжелюбомудров мнения. Душеполезно убо и спасительно будет сея притчи толкование, коего послушайте.

Мф.25:14. Рече Господь притчу сию: человек некий отходя, призва своя рабы, и предаде им имение свое.

Человек, который предал имение свое рабам своим, есть Всеблагий Бог, раздавый дарования Свои людям. Человеком же называется ради человеколюбия Своего, а отходящим — ради великого долготерпения к рабам Своим, приявшим дарования Его, поелику не вскоре, но по прошествии многого времени, требует от них плода данных им даров. «По мнозе же времени, говорит Писание, прииде господин раб тех» (Мф.25:19; Кирил. в бесед.). Но и в другом смысле приемлют некоторые сии слова: человек, говорят, означает ради нас воплощенного Иисуса Христа, Который, когда восхотел отлучиться от мира сего и на небеса вознестись, предал святым Своим ученикам имение Свое, то есть, святую Свою Церковь, «юже стяжа кровию Своею» (Деян.20:28).

Мф.25:15. И овому убо даде пять талант, овому же два, овому же един, комуждо противу силы его: и отъиде абие.

Таланты зде означают дарования Божии, природную способность, мудрость, богатство, чин, искусство и прочее сему подобное. Сих раздаяние есть не равное: иной приемлет пять, иной два, иной един, но никто не остается без таланта. Раздаяние же сие бывает не равно, но коемуждо по мере силы его. Столько талантов поручает Бог, сколько каждый в силах приумножить. Может же быть, пять талантов, два и един не положены просто для примера токмо, то есть, для означения большего и меньшего количества; но пять представлены ради пяти чувств, два же, ради сложения человека из двух существ, душевного, то есть, и телесного; а един, ради единого из двух существ состоящего человеческого лица.

Мф.25:16-18. Шед же приемый пять талант, дела в них и сотвори другия пять талант. Такожде и иже два, приобрете и той другая два. Приемый же един, шед вкопа его в землю и скры сребро господина своего.

Делание знаменует сообщение, вкопание же скрытие талантов. Кто, получив дар мудрости, проповедает Евангелие, изъясняет Божественные Писания, оглашает неверных, пишет полезные книги, преподает просветительные наставления, тот приумножает талант. Но кто, будучи разумен, ниже уст разверзает для научения, ниже рукою движет для писания в пользу ближнего, — таковой зарывает талант мудрости. Но что же знаменует сие: «сотвори другия пять талант», также: «приобрете и той другая два»? Сие означает земное дара приумножение, и небесной славы придаток. Ибо мудрый, изданием добрых сочинений, творит мудрыми; художник, объяснением правил своего художества, творит художников; богатый, сообщением богатства, творит богатыми: к тем же, кои таким образом приумножают дары, прилагаются слава и венцы на небесех по мере приумножения.

Мф.25:19. По мнозе же времени прииде господин раб тех, и стязася с ними о словеси.

По многом времени, сказано: ибо во второе уже пришествие Господне, когда приидет Господь наш Иисус Христос судити живым и мертвым, тогда сотворит Он страшное сие состязание со всеми людьми, и каждого порознь исследует деяния. Таковое же состязание представляет и притча должника, тысячу талантов сказующая: «уподобися Царствие небесное человеку царю, иже восхоте стязатися с рабы своими» (Мф.18:23).

Мф.25:20-23. И приступль пять талант приемый, принесе другия пять талант, глаголя: Господи, пять талант ми еси предал, се другия пять талант приобретох ими. Рече же ему Господь его: добрый рабе, благий и верный, о мале был еси верен, над многими тя поставлю: вниди в радость Господа твоего. Приступль же и иже два таланта приемый, рече: Господи, два таланта ми еси предал, се другая два таланта приобретох има. Рече же ему Господь его: добрый рабе, благий и верный, о мале ми был еси верен, над многими тя поставлю: вниди в радость Господа твоего.

Виждь благодарное чувствие благих и щедролюбивых человеков! Они исповедуют, что Бог есть вина их добродетели. Ты, «Господи, говорит един, пять талантов ми еси предал». Ты, «Господи, признается другой, два таланта ми еси предал». Но слыши и похвалу Владычню: добре тебе, рабе благий и верный! Благии, есть сообщительный, яко благотворящим ближнему своему, верный же, яко употребляющим данный ему талант сходно с намерением Господа своего, предавшего ему оный в руки его. «О мале», говорит, оказался ты верным, «над многими тя поставлю». Малы же подлинно суть временные дары в сравнении с небесною славою и вечным Царствием, в которое вводит Бог приумножившего талант, глаголя: «вниди в радость Господа твоего». Сие-то есть воздаяние за труд святых мужей, кои с радостию и рачением, сообщив вверенный им дар, пользовали ближнего своего, то есть блаженство вечное, и слава неизглаголанная, и Царствие Божие бесконечное. Назвал же сие радостию Господа по той причине, что приносит радость нескончаемую и веселие вечное.

Мф.25:24-25. Приступль же и приемый един талант, рече: Господи, ведях тя, яко жесток еси человек, жнеши, идеже не сеял еси, и собираеши, юдуже не расточил еси: и убоявся, шед скрых талант твой в земли: и се имаши твое.

Сими словами показал нам Господь неблагодарность и бессмысленные извинения лукавых и ленивых человеков. Таковые никогда не довольны тем, что Бог им дарует, ниже приносят должную Ему благодарность; но всегда жалуются и бывают неблагодарны. Не исполняя необходимого своего долгу, вымышляют извинения не токмо пустые, но и продерзкие и безумные; извинения такие, которые не оправдывают, но обвиняют их. Послушай, что говорит сей лукавый раб: Господи, я узнал, что ты человек жестокий, ибо жнешь, где не сеял, и собираешь, где не расточил; почему, убоявся жестокости твоей, не приумножил чрез сообщение дара твоего, но скрыл и оставил его несообщенна. Се талант, который ты дал мне: имеешь его цела и неистраченна. Послушай теперь и сего, како обличает Господь лукавого раба его же словами, коими он мнил оправдиться:

Мф.25:26-27. Отвещав же Господь его, рече ему: лукавый рабе и ленивый! ведяше, яко жну, идеже не сеях, и собираю, юдуже не расточих; подобаше убо тебе вдати сребро мое торжником, и пришед аз взял бых свое с лихвою.

Торжники, которые и меновщиками называются, суть, те, кои обменивая деньги, например, золотые на серебряные или медные, тем и сами пользуются, и владетелям денег прибыль доставляют (Мф.21:12). Здесь же торжники означают каковым-либо образом благотворимых (Мк.11:15). Ибо как торжники, приемля деньги, и сами пользуются, и вверившим оные прибыль доставляют (Ин.2:15):

Если таким образом разберешь все прочие Господа Иисуса заповедания, узришь, что не суть столько трудные, как ты думаешь. Трудными кажутся страстным, трудными кажутся безрассудным, трудными кажутся тем, которые не так, как должно, судят о вещах. Но пусть хотя и трудны, однако их таковая есть трудность, каковую преодолели тысяча тысячей людей, то есть, все праведные и святые. Пусть будут трудны; но Бог, Творец наш, имеет право требовать от нас и трудного. Бог, ведущий всякую трудность, посылает благодать Свою, превышающую трудность, и приуготовляет воздаяние таковых благих за труды, «яже око не виде, и ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша» (1Кор.2:9).

Вторым же ответствуем таковым образом: яко Богочеловек не советовательне, но повелительне заповедал таковая. Ибо когда давал спасительные Свои советы, так говорил: «могий вместити, да вместит»; и: «аще хощеши совершен быти, иди, продаждъ имение твое, и даждь нищим» (Мф.19:12,21). Но когда сия заповедывал, так повелительне говорил: «Аз же глаголю вам» (Мф.19:23,28). Для неубеждающихся святыми Его советами никакого не полагал наказания; но для нарушающих сии заповеди показал причастие суду и геенскому огню. Как же мы дерзаем говорить, что не суть заповеди, если Сам Он явно и прямо назвал их заповедями, говоря: «иже аще убо нарушит едину заповедей сих меньших, и научит тако человеки, мний наречется в Царствии небеснем»? (Мф.5:19) Все те суть заповеди, которые две великие составляют заповеди, на них же «весь закон и Пророцы висят» (Мф.22:40): но если вникнешь в каждую из сих меньших, не другое что в них усмотришь, как токмо исполнение любви к Богу и ближнему. И сии убо суть заповеди Моисейского      закона,         присовокупленные и исполненные   для совершенства, каковое придал им единородный Сын Божий, Господь наш Иисус Христос, якоже Сам подтвердил, говоря: «не мните, яко придох разорити закон, или Пророки: не приидох разорити, но исполнити» (Мф.5:17). И так все те, кои оные нарушают, почитая советами, погрешают и тщетно успокаивают свою совесть.

Вот же ответ и третьим. Без сомнения, покаяние все грехи заглаждает, и никакой грех не побеждает беспредельного Божеского милосердия: «и аще будут греси ваши яко багряное, яко снег убелю: аще же будут яко червленое, яко волну убелю» (Ис.1:18); но покаяние без смирения и сердечного сокрушения не есть покаяние. Кто же почитает свои грехи за маловажные, таковой ни смиряется, ни сокрушается. Но пусть будут малые, то есть, таковые грехи, о каковых Божественный Иоанн написал: и есть «грех не к смерти» (1Ин.5:16). Но что в сем? Ужели мы можем пред Богом извиниться и во грехах не к смерти? Какой грех маловажнее празднословия? Однако Господь и о сем сказал: «глаголю же вам, яко всяко слово праздное, еже аще рекут человецы, воздадят о нем слово в день судный» (Мф.12:36). Какую убо будешь иметь причину извиниться в день суда, будучи вопрошенным, для чего ты напрасно гневался на своего ближнего? почто поносил твоего брата? почто приносил дары к Богу, не примирившись с обиженными тобою? почто окалял душу твою скверными вожделениями? почто незаконным образом оставил жену твою? почто ежедневно клялся? почто нарушил едину меньших заповедей? Пред таковым страшным Судиею извинение не имеет места, ходатайство бесполезно, приношения невидимы суть, ни слышимы, милосердие отъимется, едино токмо правосудие будет иметь место и действие. А покаяние? Так! Истинное покаяние и сокрушенное исповедание заглаждает все грехи. Но когда раскаиваешься, не думай о том, что согрешил мало и неважно; но бей в перси твои, якоже мытарь, и сокруши сердце твое, якоже блудница, и плачи горько, якоже потом предается муке: «и неключимаго раба вверзите во тму кромешнюю, ту будет плачь и скрежет зубом». Неключимый раб и непотребный как пред Богом, так и пред людьми есть тот, который скрывает талант; почему и повелевает Ангелам далеко отгнать его от лица Своего. И отдаление от Бога составляет тьму кромешную, по причине далекого отстояния от Божественного света, еже есть Бог: тамо же плач неутешный по причине беспрестанной скорби, тамо скрежет зубом неописанный, по причине жесточайших болезней.

Мф.25:30. Сия глаголя, возгласи: имеяй уши слышати, да слышит!

Предложив Иисус Христос притчу, присовокупил следующее слово: «имеяй уши слышати, да слышит», научая нас чрез сие, что не говорит Он о телесных ушесах и слухе вещественном, но о душевных ушесах и слухе умственном18. «Имеяй уши слышати, да слышит»: то есть, умственно да слышит, и да разумеет сказанное; ибо к понятию сего потребно внимание и разумение.

Беседа о том, что нет ни одного без таланта

Многие, думая, что не получили таланта, никакого попечения не имеют о пользе ближнего, но находятся праздными, будучи уверены, что никакого ответа не воздадут пред Богом о сообщении таланта. Вельможа, говорят они, мудрец, искусник, богач, без сомнения, талант получили, почему таковой праведно долженствует пользовать ближнему своему: а я, простяк, неученый, неискусный, убогий, какой получил талант, и что сообщу, или како воспользую? Убо, заключают они, ныне чтенная Евангельская притча не есть учение всех вообще касающееся, но частное, относящееся токмо к одним приявшим талант. Сие, братие моя, есть ложь, и явное бесовское коварство. Ибо ежели талант приумножаемый есть средство, по которому сподобляемся мы блаженного гласа: «добре, благий рабе и верный» (Мф.25:21); ежели приумножение таланта бывает поводом к вящшему воздаянию: «о мале был еси Ми верен, над многими тя поставлю», и вводит человека в небесное Царствие: «вниди в радость Господа твоего»; то почему же Бог, равно всех любящий (ибо всех равно есть Творец), иным поручает, а другим не поручает таланта? Сие есть невозможно, поелику сие показывает неравенство любви, лицеприятие, неправду: а сие все отстоит от совершенства пресовершенного Бога, более, нежели небо от земли. Из такового погрешительного мнения следует и другое гнусное следствие. Бог устроил все законы Свои на основании любви: на оной повесил все добродетели и спасение, и заповедал всем равно иметь любовь. И так, если иным предал, а иным не дал таланта, то есть орудия, посредством коего совершается дело любви: то следует, что Бог некоторым людям не хощет спасения. Видите ли, куда низводит таковое мудрование?

Но не вверяет Бог, скажешь ты, всем таланта по той причине, что предвидит, что некоторым, по нерадению и лукавству их, послужит случаем к осуждению. Ответ сей никакой не имеет силы; ибо боязнь могущего произойти зла никогда не может упразднить действие беспредельной Божией благости. Предвидел Бог падение прародительское; но предвидение сего падения не попрепятствовало ему облаготворить создание. Предвидел предательство Апостола Иуды; однако предусмотрение сего предательства не уничтожило избрания оного в Апостольское достоинство. Не слышишь ли и священного Евангелия вещающего, что Бог предал талант не токмо умножившим оный, и потому спасшимся, но и скрывшему оной, и потому осужденному?

Бог, правосуден сый и человеколюбив, всем хощет равно спастись. поелику же «весь закон и Пророцы на любви висят» (Мф.22:40), любовь же не словом и языком, но и делом и истиною исполняется, а сего исполнения любви орудие есть талант: то посему Бог всем вверяет талант, иным более, а иным менее, а иным един токмо, то есть, «по мере силы» (Еф.4:7), каковую каждый имеет для приумножения оных; но ни единого же человека не оставляет Бог лишенным таланта. Предает же каждому талант не для того, чтобы скрыть оный и быть осужденным, но чтобы приумножить и спастись. Бог, по безмерному Своему человеколюбию, дает в руце каждого орудие, средство, способ спасения его. поелику же человек «из начала» сотворен самопроизвольным (Сир.15:14), то посему благоизбирающие точию приумножают данный им талант и спасаются, злоизбирающие же скрывают оный и осуждаются.

Но какой талант имеет, возразите вы, человек простой, и убогий, и незнатный? Пред Богом имеет он таковой же талант, каковой имеет и богатый: может и убогий, и простой, и незнатный усугубить оный, не токмо так, как богатый, но и паче богатого. Сие покажется странно, однако есть весьма справедливо: ибо Бог не смотрит на количество даемой вещи, но на усердие сообщительной воли. И якоже по мере силы каждого раздает таланты, тако требует от каждого и плода, по мере данных талантов. Едина жена вдовица, не имевшая другого стяжания, кроме двух лепт, то есть полушек, или еще менее, была конечно простолюдинкою, и убогою, и незнатною. Но однако она приумножила талант свой паче богатых: сие утвердил Сам всех Владыка и Бог. Когда видел богатых много вметающих в сокровищехранительницу, то, усмотрев и единую убогую вдовицу, ввергающую туда две лепты, сказал: «аминь глаголю вам, яко вдовица сия убогая множае всех вверже сметающих в сокровищное хранилище» (Мк.12:43). Присовокупил же и причину сего необычайного мнения: «вси бо, сказал, от избытка своего ввергоша: сия же от лишения своего вся, елика имеяше, вверже, все житие свое» (Мк.12:44).

Простолюдинка незнатная и весьма убогая была вдовица Сарептская: имела она и сирых детей; к тому же тогда было и долговременное бездождие, и глад великий в Сарепте Сидонстей, где она пребывала: однако, находясь и в таковых обстоятельствах, имела талант, умножила оный, и получила мзду за умножение. Какой же был ее талант? Единая горсть муки, и мало елея в чванце. Се ли талант? Поистине тако: сей есть талант; и усугубила оный, препитав оным Пророка Илию. Какую же за сие получила мзду? Ту, что насыщаемы были и Пророк, и она, и сирые чада ее сею мукою и елеем: и «водонос муки не оскуде, и чванец елеа не умалися, дондеже даде Господь дождь на землю ту» (3Цар.17:14). и престал быть глад. Какой бы был человек в мире или простее, или незнатнее, или беднее сих двух жен? Однако они и талант имели, и усугубили оный, и получили за усугубление воздаяние. Мы, измеряя судьбы Божеские мерою наших суждений, весьма часто погрешаем страшным образом. Мы смотрим токмо на количество и многоценность дара, а расположения сердца и усердия души благодеющего человека нимало не испытуем. Бог не измеряет ни количества, ни многоценности дароприношения; но взирает на сердечное расположение и на изволение душевное. Почему всякое приношение, от охотного сердца и чистой любви приносимое, хотя бы было малое, благосклонно то приемлет, во умножение таланта вменяет и щедро за оное воздает.

Итак, если имеешь ты силу омыть ноги христианам, то имеешь талант; а если и омоешь, то усугубишь талант твой: ибо таковое дело причисляется к числу добродетельных деяний (1Тим.5:10). Если имеешь усердие показать путь путешественнику, то имеешь талант; а если ему будешь и сопутствовать, не точию «едино поприще, по его прошению, но и два» (Мф.5:41), по Евангельскому слову, — то усугубишь талант твой. Если имеешь способ напоить жаждущего единою «чашею студеной воды», то имеешь талант; а если и напоишь его, то усугубишь талант твой (Мф.10:42). Если когда видишь человека бедствующего, или немощствующего, или каким-либо иным образом страждущего, можешь попросить Бога о нем, то имеешь талант; а если о спасении его возведешь и руки твои на небо, то усугубишь талант твой. Скажите же мне, какой бы человек не имел единого из сих талантов? Кто не может или единою чашею хладной воды, или единым советом, или единым утешительным словом, или единою краткою молитвою облагодетельствовать ближнего своего? Сие каждый имеет, и каждый творить может. Сие же составляет и вменяется во усугубление таланта.

Два суть средства ко усугублению таланта. Усугубляется преподаянием, усугубляется и воздаянием. Усугубляется даянием: ибо когда богатый богато ущедряет, творит многих богатыми; когда художник тщательно преподает правила художества, творит многих художниками; когда иерей словом и делом научает, творит многих добродетельными. Усугубляется талант и воздаянием: ибо кто, яко благий и верный Божий раб, усугубляет малые таланты, которые от Бога получил, таковой за малые получает многие: «добре, рабе благий и верный, о мале Ми был еси верен, над многими тя поставлю» (Мф.25:21). Таковой, вместо единого, сторицею получает: «сторицею приимет» (Мф.19:29). Посему видим мы и в сем мире не токмо чрез даяние, но и воздаяние, бываемое усугубление таланта.

Те преображенные люди, которые усугубляют талант или душевно, то есть вразумляя непросвещенных, обращая заблуждших, укрепляя верных, избавляя души от смерти и исхищая оные от уст адовых; или телесно, то есть помогая нуждающимся, милосердствуя о бедных, приемля странных, посещая немощных, защищая обиженных, заступая сира и вдовицу, благодетельствуя родам и народам и градам, — сии получают сторичное приумножение своих талантов. Таковых приумножителеи люди все почитают, все защищают, все обожают, все до лица земли им поклоняются. Таковых людеи инои из облагодетельствованных называет отцами, инои братиями, инои благотворителями и спасителями. Таковых людеи не токмо в жизни, но и по смерти почитают, и поспешают возблагодетельствовать, изображая лица их, воздвизая столпы и поставляя статуи их в славу и в воспоминание добродетели и достопамятного оных имени.

Посмотрим, како лукавый и ленивыи раб, скрывыи талант Божии, лишается и полученного им таланта. Богатого неподатливого никто не почитает, все его бегают и порицают, яко сребролюбца и жестокосердого. Мудрого, когда скрывает дарования разума, обвиняют, или яко завистливого, или яко ленивого, или яко невежу. От Священника, нерадящего о исполнении должности священства, отъемлют должную честь и уважение. Убогого, когда никакой не оказывает услуги, презирают или яко гордого, или яко ленивого и нерадивца. Остается убо талант таковои мертв, недеиствителен и бесполезен есть приявшему оныи и не сообщающему, но скрывающему. Таковым же образом исполняется и в сей жизни Господня заповедь: «возмите убо от него талант» (Мф.25:28).

Братие, сия суть земная и временная: посему не прилепляите ума вашего к сим единым, но возвысьте оный к небесным и вечным. Тамо зрите и за приумножение воздаяние, и осуждение за скрытие таланта.

Грядет час, егда грозный Судия сядет на престоле славы Своей, все же святые Ангелы и все от века люди пред Ним предстанут, и книги разгнутся, и явная опозорятся, и тайная откроются. Тогда-то тамо лукавый и ленивый вострепещет, видя, что скрыл данный ему талант. Тогда обличится лукавство его и леность: «лукавый рабе и ленивый»! скажет ему грозный Судия. Тогда обнажится всякой Божия благодати: «возмите убо от него талант»! Тогда отлучен будет Божией славы: «и неключимаго раба вверзите». Тогда осудится «во тьму кромешную, идеже плачь и скрежет зубом» (Мф.25:30). О, горе тому, братие, кто совершенно нерадит, чрез благотворение ближнему, умножить данный ему талант! Те же, которые приумножили талант свой, посреде Божия чертога, во светлости святых, в ликостояниях Ангельских воссияют тогда яко светильницы. Воссияют тамо милосердия и всех их благотворений блистания. Услышат тамо блаженный глас: «добре, благий рабе и верный»! Воздастся тамо таковым за усугубление таланта воздаяние, то есть наследие вечного царствия: «вниди в радость Господа твоего». Блажен человек, иже, милосердствуя о ближнем своем, благотворя ему и всячески о нем стараясь, усугубляет талант свой!

24.1. Толкование на Апостол из второго послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в шестнадцатую неделю по Пятидесятнице (2Кор.6:1–10)

Когда мы читаем Историю Священного Писания, то удивляемся, видя толикое множество людей, проповедью Богоглаголивых Апостолов обращенных к вере. Причины же столь обильного духовного плодотворения полагаем мы три: силу Божественной благодати, многие и великие чудеса, и святое житие оных Богопроповедников: есть однако ж причина и четвертая, а именно, простой, Боголепный и неподражаемый образ их учения. Сие видим мы в ныне чтенном послании Богодухновенного Павла. Апостол, преподавая в нем правила веры и добродетели, три способа употребляет к убеждению слушателей: обещает помощь, просит и представляет пример добродетелей. Пример убеждает ум, прошение смягчает сердце, а помощь ободряет душу: и потому всяк слышащий проповедь таковую, с радостию приемлет оную, и с охотой исполняет то, что слышит. поелику же он в пример предлагает собственные свои дела, то и описывает их с великим искусством и смиренномудрием, говоря о них во множественном числе, дабы относились ко всем вообще Апостолам, и преобразуя речь в увещание, дабы более принести пользы душам верующих. Кто со вниманием выслушает толкование ныне чтенного послания, и с благоговением запечатлеет в сердце своем учение, содержащееся в оном, тот не токмо удивится Божией премудрости сущей в Павле, но и принесет спасительный плод Божественной добродетели.

2Кор.6:1. Братие, споспешествующе молим, не вотще благодать Божию прияти вам.

«Споспешествующе», говорит, «молим». Но чем Апостолы споспешествовали или помогали верующим? Святою своею жизнью, сияя яко светила, и примером своих дел руководствуя их к добродетели: молитвами своими, моля непрестанно Бога о спасении их (Рим.1:10; 1Сол.1:2): пастырскою бдительностью, печась по всяк день о них, увещевая, уча, обличая, запрещая: почему и говорил блаженный Павел: «кто изнемогает, и не изнемогаю? Кто соблазняется, и аз не разжизаюся?» (2Кор.11:29) Споспешествуем или помогаем, говорит, и просим вас, чтобы благодать Божия, то есть дарование веры, которое вы приняли, не была в вас бесплодна и тщетна: «не вотще благодать Божию прияли вам». Из сих Апостольских слов мы познаем вопервых, что Бог на всех ниспосылает благодать Свою, то есть, не токмо на тех, которые силою ее плодотворят добрые дела, но и на тех, которые не приносят никакого плода добродетели, так как и «солнце свое сияет Он на злыя и благия, и дождит на праведныя и на неправедныя» (Мф.5:45): во-вторых, что и самая благодать Божия бывает тщетною, то есть бесполезною в тех, которые не творят добрых дел. Сие самое объясняет Господь в притче о талантах (Мф.25:15). Всем дал он таланты: но не все умножили их, и потому не получили от них пользу. А в-третьих, познаем, каким образом подобает нам учить братию, а именно, не одним токмо увещанием, но благим примером, молением к Богу и братским попечением: не обличениями и поношениями, но прошением и молением. Далее приводит Апостол и причину, для чего он споспешествуя молил их, да не явится благодать Божия в них бездейственною.

2Кор.6:2. Глаголет бо: во время приятно послушах тебе, и в день спасения помогох ти: се ныне время благоприятно, се ныне день спасения.

«Глаголет бо». Но кто глаголет? Пророк Исаия. Он, предсказывая о том времени, в которое Сын и Слово Божие воплотившись, имел отверсти дверь к вечному спасению, произнес сии слова: «во время приятно послушах тебе, и в день спасения помогох ти» (Ис.49:8). Сими словами он объяснил, что время благоприятное, в которое Бог имеет внять молитвам молящихся о спасении своем, есть время пришествия в мир Сына его: а день, в который Он имеет помощи и спасти верующих в Него, начинается со дня страданий, смерти и воскресения Его. С сего времени приемлется прошение всякого верующего, как утверждает сам Спаситель? «да, егоже», говорит, «аще просите от Отца во имя мое, даст вам» (Ин.15:16). Призывание имени Иисусова спасает призывающих оное, как утверждает Пророк Иоиль, говоря Пророчески: «и будет, всяк, иже призовет имя Господне, спасется» (Иоил.2:32). Употребляет убо здесь Павел Пророческие слова Исаии для того, да покажет, что благоприятное время и день спасения, им предсказанные уже, пришли. И потому он сказав, что Бог во время благоприятное послушает, поможет и спасет нас, по уверению Пророка Исаии, объясняет далее, какое то есть время: «се ныне время благоприятно, се ныне, день спасения». Се, говорит он, ныне, потому что Сын Божий уже воплотился, пострадал, умер и воскрес: ныне есть то время, в которое мир может обратиться на путь истины: ныне есть тот день, в который все приходящие ко Христу получают спасение. Сказав сие, упоминает он далее о спасительных деяниях веры, составляя удивительным образом нравственное учение из собственного примера.

2Кор.6:3. Ни едино ни в чемже дающе претыкание, да служение безпорочно будет.

Какое отношение настоящие слова имеют к предыдущим? Они относятся к сим: «споспешествующе молим» (2Кор.6:1). Вот чем, говорит он, мы вам спомоществуем, «ни едино ни в чемже дающе претыкание», то есть, не подая вам ни малого случая к соблазну, да служение наше, то есть, служение Евангельское, которое состоит в проповедании веры во Христа, «безпорочно будет», то есть, не будет опорочено. И поистине, сей Апостол с величайшим вниманием и тщанием избегал всякого случая к соблазну. Он отступал от самых предписаний закона, когда видел, что они могут произвести соблазн. Например: закон предписывал, «да делающии священная от святилища ядят» (Лев.6:16; 1Кор.9:13): но он проповедывал Евангелие без мзды, не взимая ничего от учеников своих, дабы не подать им случая к соблазну. Он говорил даже и то: «аще брашно соблазняет брата моего, не имам ясти мяса во веки, да не соблазню брата моего» (1Кор.8:13). Посему-то с толиким дерзновением он и говорил о себе, что никогда и ни в чем не подал ни малого повода к соблазну, да не будет опорочено служение его. О сем он писал и в первом послании к Коринфянам.: «Вся», говорит он там, «терпим, да не прекращение кое дамы благовествованию Христову» (1Кор.9:12). Здесь должно заметить, что Апостол начинает нравственное учение сперва беганием от греха, а потом пишет о делах добродетели, следуя в порядке таковом сим словам Давидовым: «уклонися от зла, и сотвори благо» (Пс.33:15). Споспешествовали, говорит, мы вам, не токмо бегающе всякого случая к соблазну:

2Кор.6:4–5. Но во всем представляюще себе якоже Божия слуги, в терпении мнозе, в скорбех, в бедах, в теснотах, В ранах, в темницах, в нестроениих, в трудех, в бдениих, в пощениих.

Не токмо, говорит, не подали никакого случая к соблазну, но во всяком деле представили себя и доказали, что мы служители Божии: доказали же сие тем, что сносили всякое озлобление. «В терпении». Терпение положил он в начале потому, что в гонениях и страданиях, коими Апостолы были тогда поражаемы, оно было необходимо нужно: так что если бы оного не доставало, то есть Евангельская проповедь должна была прекратиться: сказал же не просто, «в терпении», но: «в терпении мнозе», потому что страдания были многи и жестоки. Далее исчисляет, какие злострадания требовали многого терпения: в скорбех, говорит, «в бедах, в теснотах, в ранах, в темницах, в нестроениих, в трудех, во бдениих, в пощениих». Скорби, какие Павел переносит в Азии и в других местах, описаны им самим (2Кор.1:8:2:4; Еф.3:13). Божественный же Лука описал беды и тесноты, какие Павел терпел в Дамаске от Иудеев и во Иерусалиме от Еллинистов (Деян.9:24– 25:16:23): описал раны и заточения его в Филиппах, городе Македонском, от воевод и тамошнего народа: описал нестроения, представив его с места на место беспрестанно преходящего, труды его, изъявив, что он, бывши в Коринфе, питался своим рукоделием, работая с Акилою (Деян.18:3), и бдения сказав, что он «простер слово учения своего до полунощи», и что «три лета нощь и день не преставал уча Ефесеев» (Деян.20:7:31). Пощениями же здесь Павел называет не определенные и с молитвою бывающие пощения (Деян.27:9:14:23), но кои бывают во алчбе и жажди, то есть, от недостатка пищи и пития. Исчислив таким образом деятельные свои добродетели (2Кор.11:27), кои он совершил, подвизаясь против гонителей, преходит далее к умозрительным, то есть к тем, кои душа его плодотворила, движима будучи сама собою.

2Кор.6:6. Во очищении, в разуме, в долготерпении, в благости, в Дусе святе, в любви нелицемерне.

Очищением здесь Апостол называет душевную и телесную чистоту от всякого греха: а разумом Божескую премудрость и откровение: ибо он учил «не в препретельных человеческия премудрости словесех, но в явлении Духа и силы» (1Кор.2:4). Имел же он не токмо чистоту и Божескую премудрость по откровению, но еще долготерпение и благость. Долготерпением он сносил лютости гонителей, укоряем будучи, благословлял, гоним, терпел (1Кор.4:12), хулим, утешался: а благостию, всем благодетельствовал, уча Еллинов и варваров, мудрых и неразумных (Рим.1:14): делал же он сие, не духом лестчим движим, как лжеапостолы, которые были «делатели льстивии, преобразующеся во Апостолы Христовы» (2Кор.11:13): но просвещаем будучи наставляем Духом Святым, живущим в нем. А дабы уверить, что душа его имела просвещение пресвятого Духа, то он открывает в ней ту добродетель, которая Духа Святого сводит с небес и в нас вселяет, то есть нелицемерную любовь. «В любви нелицемерне». Где любовь чистая, непритворная, не в одних только словах состоящая, но и на самом деле исполняемая: там пребывает Бог. «Аще кто любит Мя», сказал Господь, «слово Мое соблюдет: и Отец Мой возлюбит его, и к нему приидем, и обитель у него сотворим» (Ин.14:23). Выслушайте и прочие чудесные добродетели.

2Кор.6:7. В словеси истины, в силе Божией, оружии правды, десными и шуими.

Во времена Апостольские были лжеапостолы нездравомысленно проповедующие учение веры, о которых Павел сказал: «несмы бо, якоже мнози, нечисто проповедующие слово Божие» (2Кор.2:17): из них некоторые принуждали веровавших во Христа обрезываться (Гал.6:12): иные посевали между верными разногласие и распри, советуя одному называться учеником Павловым, другому Аполлосовым, одному Кифиным, другому Христовым (1Кор.1:12): а другие учили заповедем и учением человеческим (Кол.2:22). Все же они смешивали истину веры с ложью собственных суеверий: а Павел проповедывал учение «в словеси истины», то есть учение неложное и чистое от всякого человеческого вымысла: «но яко от чистоты, но яко от Бога, пред Богом, во Христе глаголем» (2Кор.2:17). «В силе Божией»: сие означает или чудеса, которые он творил силою Божиею, или то, что он силою Божиею и слово истины проповедывал, и добродетели творил, которые выше исчислил. А оружиями десными именует он обстоятельства радостные, шуими же печальные, как то видеть можно из нижеследующих его слов: но что и радости и печали назвал оружием правды, сие потому, что благочестивый человек, в обоих оных вооружаясь против невидимых врагов своих, совершает правду, то есть всякую добродетель.

2Кор.6:8–10. Славою и безчестием, гаждением 12 и благохвалением: яко лестцы, и истинни: Яко незнаеми, и познаваеми, яко умирающе, и се живи есмы: яко наказуеми, а не умерщвляеми: Яко скорбяще, присно же радующеся: яко нищи, а многи богатяще: яко ничтоже имуще, а вся содержаще.

Слава, благохваление, мнение, что мы любители истины, знаемость и уважение, жизнь, радость, богатство и власть, суть оружия десные: а бесчестие, злохуление, мнение, что мы льстецы, незнаемость и неуважение, смерть, наказание, печаль, нищета и нужда, суть оружия шуии. Верные Апостолов прославляли, восхваляли, почитали учителями истины, признавали их посланниками Божиими, изумлялись, видя их живыми среди смертоносных бед и неумирающими от смертных казней, удивлялись, взирая на них, радующихся в скорбях, получали от них богатство благодати Божией, обитающей в них, и отдавали им во власть все имение свое, повергая оное пред ногами их (Деян.4:33; Гал.4:14): а неверные их презирали, хулили, почитали льстецами и незаслуживающими внимания, определяли их на смерть, мучили жесточайшими казнями, оскорбляли безмерно, и думали о них яко о нищих и ничего неимущих. Среди сихто десных и шуиих оружий обретаясь, Божественный Павел соделался победителем и всюду одержал торжество в них-то явился чудесным, то есть в радостных обстоятельствах не превозносясь, в печальных не унывая, но соделав и десные и шуии оружия оружиями правды, то есть посредством к исполнению всякой добродетели.

Беседа о том, что как счастие, так и несчастие могут быть орудием добродетели

Схоластические философы говорят, что противные причины никак не могут произвести одного и того же действия: а небесный философ Павел говорит в ныне чтенном послании своем совсем тому противное. Он уверяет, что две противные вещи, десные и шуие, то есть счастие и несчастие суть оружие правды, то есть производят одно и то же действие, а именно добродетель. Которое же из сих учение есть истинное? Схоластиков ли оных, или Павлово? И то и другое истинно: ибо первое относится к вещам физическим: а второе к духовным. Мы, оставив первое доказывать схоластикам, поговорим теперь о учении Павловом.

От Господа посылаются людям и счастия и несчастия. Бог, яко создатель всех небесных и земных творений, имеет во своей власти всяческая, яко Вседержитель содержит вся, яко Всемогущий творит, елика хочет, яко всевидец и промыслитель все видит, и о всем промышляет. Таковое назирание Его и промысл управляет и располагает не токмо великими, но и самыми малейшими вещами. В сей истине уверяет нас сам Единородный Сын Его Богочеловек Иисус, глаголя: не две ли птицы  ценятся единым ассарием? «И ни едина от них падет на земли без Отца вашего: Вам же и власи главнии вси изочтени суть» (Мф.10:29–30). Никто убо, веруя словам сим, не сомневается в том, что от Бога посылаются нам и жизнь и смерть, и богатство и нищета, и благополучие и несчастие, и радость и печаль, и здравие и болезни, одним словом, и десные оружия и шуие, как говорит Апостол Павел. Сие весьма ясно видеть можно во многих местах Священного Писания. «Господь мертвит и живит, низводит во ад и возводит, Господь убожит и богатит, смиряет и высит. Возставляет от земли убога, и от гноища воздвизает нища, посадити его с могущими людей, и престол славы дая в наследие им» (1Цар.2:6–8). Он же «низложи сильныя со престол, и вознесе смиренныя. Алчущия исполни благ и богатящиеся отпусти тщи» (Лк.1:52–53). Поступим далее.

Любовь Божия к человеку неизмерима и беспредельна. Он сотворил его по образу и подобию своему, поставил господином, и обладателем над всеми земными тварями. «И благослови их Бог, глаголя: раститеся и можитеся, и наполните землю, господствуйте ею, и обладайте рыбами морскими, и всеми скотами, и всею землею, и всеми гадами пресмыкающимися по земли» (Быт.1:26). Для него насади Бог рай, «во Едеме на востоцех, и введе его тамо» (Быт.2:8), да наслаждается всякой сладости, радости и веселия. Но человек, забыв великие Божии благодеяния к себе, не поверил словам Его, послушал совета мысленного змия, и презрев заповедь Божию, отступил от повиновения Ему: почему выгнан был из рая, соделался смертным, лишен Божественных дарований, и осужден среди терний и волчцев в поте лица твоего снедать хлеб. Но поелику человеколюбие Божие есть беспредельно, то послал Бог Сына своего в мир, дабы Он, соделавшись человеком, страданием, крестом и смертию своею восставил человека не токмо в первобытное достоинство, но и в гораздо вышнее, поставив его сыном и наследником небесного своего царствия: что самое Богочеловек назвал лишним живота, сказав: «Аз приидох да живот имут, и лишше», то есть и больше того, имут (Ин.10:10). Сие доказывает безмерную любовь Божию к человеку. «О сем есть любы, не яко мы возлюбихом Бога, но яко той возлюби нас, и посла Сына своего очищение о гресех наших» (1Ин.4:10). Любовь же сия Божия относится не в частности к кому-либо, но ко всем вообще: ибо всех равно любит Бог, яко творение Свое, и для спасения всех без изъятия претерпел крест и смерть. «И аще аз вознесен буду от земли, вся привлеку к себе» (Ин.12:32). Вот цель страданий и крестной смерти Иисуса Христа, то есть спасение всех человеков. И так поелику Бог управляет, творит и устрояет все в мире от первой вещи до последней, от великой до самой малейшей: поелику Он любит всех людей равно, и всем равно хощет спастись. Следовательно, ежели богатство вредит, а бедность пользует, и ежели счастие приводит к будущему мучению, а несчастие к вечному царствию, то как Бог одного делает бедным, другого богатым, одного счастливым, другого несчастливым? Как при столь неравном раздаянии остается ненарушимо равенство любви Его? Как притом хощет Он всем равно спастись? Едва ли можно на земле найти такого отца, который бы одному из детей своих благодетельствовал, а другого всегда токмо наказывал, хотя все люди со страстьми, а потому и любовь их бывает слепая. Как же Бог, будучи бесстрастен и бесконечно совершен в любви, как и в прочих Своих совершенствах, одному благотворит, вручая ему десные оружия, посредством коих он спасается, а другого наказует, дая ему оружия шуии, которые бывают причиною его погибели?

Сверх сего, Бог не токмо человеколюбив, но и праведен. «Праведен Господь, и правды возлюби, правоты виде лице его. Праведен Господь во всех путех своих» (Пс.10:7:144:17). Справедливость человеческая несовершенна, как потому, что люди, будучи несовершенны, удобно погрешают, не различая справедливого от должного: или потому, что они, будучи со страстьми, судят пристрастно. «Суетни сынове человечестии: лживи сынове человечестии в мерилех» (Пс.61:10), говорит Царе-Пророк Давид. поелику же Бог бесстрастен и всесовершен, то и правда Его есть непогрешительная, самая правая, рассудительная и пресовершенная. «Правда его пребывает в век века» (Пс.110:3), говорит тот же Пророк. Но ежели десные оружия спомоществуют, а шуии служат препятствием в добрых делах, следовательно и в получении спасения: то где бесконечная правда Божия? Как бесконечно праведен Господь, когда Он дает одному оружия спомоществующие, а другому препятствующие в достижении спасения? Где правда Его, когда Он Сам вручает человеку оружия греха, и после его за соделание оного наказует? поелику таковое предположение любовь и правду Божию делает несовершенными и достойными обвинения, а отсюда происходят бесчисленные и ужасные нелепости и хулы: то в сем случае потребны нам вера и здравый рассудок, дабы увериться, что и десные и шуии оружия равно споспешествуют к добродетели и спасению, и что от нашей воли зависит счастие или несчастие соделать для себя орудием добродетели или порока, и руководством ко спасению или погибели. Истину сию подтверждают следующие примеры.

Авраам имел при себе оружие: богатство. «Авраам же бяше богат зело скоты и сребром и златом» (Быт.13:2). С кем же он сражался сим оружием? С сребролюбием, которое столь сильно победил, что соделал сень свою гостиницею для странных (Быт.18:2): он не ожидал чтобы странные сами пришли к нему, но сидя пред дверьми сени своей даже до полудня, ожидал проходящих там, дабы принять их к себе: и когда усматривал их, идущих, тек во сретение им, кланялся и прося внити к нему, и принять отдохновение (Быт.18:3). Господи! Сказал он, увидев трех странников, «аще убо обретох благодать пред тобою, не мини раба Твоего. Да принесется вода, и омыются ноги ваши, и прохладитеся под древом. И принесу хлеб, да ясте, и посем пойдете в путь» (Быт.18:3–5). Имел богатство и Евангельский богач. «Человек же некий», говорит Евангелие, «бе богат». Что же он творил оружием богатства своего? Он сражался им против воздержания и целомудрия. «Облачашеся», говорит Евангелие, «в порфиру и виссон, веселяся на вся дни светло» (Лк.16:19). Сражался с милосердием и сострадательностью, которые победив, наконец, столь далеко прогнал от сердца своего, что нимало не трогался бедностью, и ни малого не оказал милосердия нищему Лазарю, хотя видел его, лежащего пред вратами своими, покрытого ранами, и желающего насытиться от крупиц, падающих от трапезы его, хотя видел псов, лижущих гной его (Лк.16:21).

Воззрите теперь умственно на гору Голгофу: вы там увидите двух разбойников, обоих в одинаковых плачевнейшем состоянии и в самом крайнем бедствии и несчастии, обоих обнаженных, пригвожденных ко кресту и издыхающих. Посмотрите же, как один из них, повешенный по правую сторону животодавца Христа, делает бедствие свое оружием спасения, раскаиваясь во грехах своих, и взывая ко Спасителю: «помяни мя, Господи, егда приидеши во царствии си» (Лк.23:42): а другой, висящий по левую сторону, делает несчастие свое оружием погибели и вечной муки, искушая и хуля Творца твари таковыми словами: «аще ты еси Христос, спаси себе и наю» (Лк.23:39). Подобных примеров можно найти великое множество не токмо в Священном Писании, но и в священных Историях, и даже между людьми нынешнего времени. Для большего однако ж уверения в сей истине я приведу теперь в пример одного человека, который как десные оружия, так и шуии соделал орудием добродетели: который, говорю, как в великом благополучии своем, так и в крайнем несчастии показал многие, великие и чудные добродетели.

Иов был человек богатый. «И бяху скоти его, овец седмь тысящ, вельблюдов три тысящи, супруг волов пять сот, и ослиц пасомых пять сот, и слуг много зело, и дела велия бяху ему на земли» (Иов.1:3). Был человек благородный между живущими людьми на востоке: «и бе человек оный благороднейший сущих от восток солнца» (Иов.1:3). Имел также и счастие, во многочадстве состоящее: ибо родил сынов седмь и дщерей три. Но какие и коликие добродетели совершил человек сей посредством десных оружий, оные исчислять излишне: поелику сам всевидец и сердцеведец Бог засвидетельствовал, что не было тогда человека, подобного ему в добродетели и святости: внял ли еси, сказал Он диаволу, «мыслию твоею на раба моего Иова? Зане несть яко он на земли: человек непорочен, истинен, Богочестив, удаляяйся от всякия лукавыя вещи» (Иов.1:8). Бог, испытав Иова чрез десные оружия, благоволил еще испытать его и посредством шуих, да и в сих преуспев, и по всему соделавшись примером добродетели, получив неувядаемый Божия славы венец. Вдруг многочадный Иов делается бесчадным, пребогатый, сидит на гноищи вне града. К приумножению несчастия поражается болезнью: жестокие раны, гной и черви мучат его так, что он «взя череп, да острогает гной свой» (Иов.2:8). Приходят к нему друзья, но не для утешения, а для приумножения скорби и печали: они обличают его яко человека несправедливого, и поносят яко лицемера и лукавца: самая жена его приумножила искушения его, огорчая словами своими, и побуждая к богохулению. «Но рцы», говорила она ему, «глагол некий ко Господу, и умри» (Иов.2:9). Выслушаем же теперь, что сотворил Иов посредством сих шуиих оружий. «Во всех сих приключившихся ему», говорит Писание, «ничимже согреши Иов пред Богом» (Иов.2:10). Так, он не токмо не согрешил, но еще показал великие добродетели: как то, смирение. «Сам наг», говорил он, «изыдох от чрева матере моея, наг и отъиду тамо» (Иов.1:21): повиновение к Богу: «Господь даде, Господь отъят: яко Господеви изволися, тако бысть»: богомыслие и благодарение к Богу: «буди имя Господне благословенно во веки!» : мужество, великодушие и блаженное терпение даже до конца.

Вот убо открыта истина слов Павловых: вот как две противные причины, а именно: счастие и несчастие производят одно и то же действие, то есть, добродетель, как оружия десные и шуии бывают оружием правды. Иов и в богатстве, и во многочадстве, и в бесчадстве, и в здравии и в болезни совершал дела добродетели. И так Богодухновенные слова Павловы отъемлют у нас всякое оправдание и извинение. Ибо ежели и десные и шуии оружия бывают оружием правды, то какое оправдание или извинение может иметь богатый или нищий, чинами почтенный или простолюдин, здравый или больной, одним словом: счастливый или несчастный, когда не творит дела добродетели?

Тщетно извиняется богатый, говоря: многие мои попечения о приумножении имения не дают мне времени заняться молитвою и раскаяться во грехах. Тщетно говорит он: ничего не остается у меня для Лазаря, просящего крупиц от трапезы моей, потому что обычай мира принуждает меня иметь богатую трапезу, светлые одежды, многоценные колесницы, многих коней, многих рабов и рабынь. Таковые оправдания во грехах неизвинительны.

Напрасно говорит бедный: бедность моя заставляет меня коварствовать, лгать и красть: напрасно говорит он: нужда чего не делает? Извинения сии бесполезны и безрассудны. Безрассудно человек в радостном находящийся состоянии извиняется в бесчестных своих делах тем, что великая радость довела его до оных: и печалями также удручаемый представляет печаль к оправданию себе в негодовании, говоря, что великая печаль помрачает ум. Безрассудно благополучный приводит в причину распутства своего благополучие, а несчастный в причину своих преступлений злополучие свое. Богатый, ежели пожелает, может насытить алчущего, одеть нагого, призреть странного и облаготворить нуждающегося: честями украшенный, ежели пожелает, может оправдать невинного, осудить виновного, защитить сирого и заступить вдовицу. Благополучный, ежели пожелает, может разделить со всеми дары счастия: а нищий, оскорбленный, немощный и несчастный может быть мужественным, великодушным, терпеливым, и тако увенчается со святыми мучениками. Человеколюбивейший и Всещедрый Бог дал одному из нас оружия десные, а другому шуии, комуждо противу силы его, да соделавши их оружием правды, удостоимся вечной славы и Царствия, во Христе Иисусе Господе и Спасителе нашем, Емуже слава и держава во веки веков. Аминь.

The post Никифор (Феотокис). (ч.4 читаемых о 11-й недели по Пятидесятнице по 16 неделю) appeared first on НИ-КА.

Толкование Воскресных Евангелий и Воскресных Апостолов с нравоучительными беседами

25. В неделю 17-ю толкование на Евангелие от Матфея (Мф.15:21-28)
*** Беседа о терпении в добрых делах.
25.1. Толкование на Апостол из второго послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в семнадцатую неделю по Пятидесятнице (2Кор.6:16-18, 7:1)
*** Беседа о том, что мы все одолжаемся быть святыми, и о том, как можем соделаться таковыми

26. В неделю 18-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.5:1-11)
*** Беседа о том, что сохранение Божественных заповедей есть вина земного счастия.
26.1. Толкование на Апостол из второго послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в восемнадцатую неделю (2Кор.9:6-11)
*** Беседа о милостыне, что милостыня есть законоположение Божие, что она есть добродетель весьма угодная Богу, и что за оную мы получаем и на земли и на небеси великие воздаяния.

27. В неделю 19-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.6:31-36)
*** Беседа о любви к врагам.
27.1. Толкование на Апостол из второго послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в девятнадцатую неделю (2Кор.11:31-32, 12:1-9)
*** Беседа о том, что если кто уверится в том, что всякое несчастье и страдание от Бога есть, то уверение оное будет бальзамом, исцеляющим всякую болезнь и скорбь (с молитвой в конце)

28. В неделю 20-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.7:11-16)
*** Беседа о утешении скорбящих о смерти своих сродников или друзей.
28.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Галатам, читаемый вдвадцатую неделю (Гал.1:11-19)
*** Беседа о клевете, и каким образом должно защищаться против оклеветывающих нас

29. В неделю 21-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.8:5-15)
***Беседа о видимом бесплодии Божественного словеси.
29.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Галатам, читаемый в двадцать первую неделю (Гал.2:16-20)
*** Беседа о том, что добродетель есть нам по естеству, а порок противу естества.

30. В неделю 22-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.16:19-31)
*** Беседа об утверждающих, якобы милостыня не есть непременная обязанность.
30.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Галатам, читаемый в двадцать вторую неделю (Гал.6:11-18)
*** Беседа о человекоугодии, что человекоугодие низвергает человека во многие и великие грехи.

31. В неделю 23-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.8:26-39)
*** Беседа о неблагодарности (с молитвой в конце)
31.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Ефесеям, читаемый в двадцать третью неделю (Еф.2:4-10)
*** Беседа о том, что делание добродетелей есть необходимый долг (с молитвой в конце)

25. В неделю 17-ю толкование на Евангелие от Матфея (Мф.15:21-28)

Всякая похвала имеет пределы и меры, и если хвалитель прейдет оные, или не дойдет, то исказит истину. поелику же люди, и рассуждая, и разглагольствуя, и пиша, удобно или по слабости ума, или по усилию страстей, ошибаются: то посему, когда хвалят, удобно могут паче надлежащего или увеличить, или уменьшить. По сей причине произносимые людьми похвалы всегда подлежат сомнению. Но когда хвалитель есть Бог, истинный и бесстрастный и пресовершенный, то безумен и несмыслен тот будет, кто сомневаться станет о справедливости похвал. Уста Божия восписали великие похвалы приступившей к Нему Хананее: «о жено, возопил Он, велия вера твоя»! (Мф.15:28) Нет убо никакого сомнения о вере и добродетели сей удивления достойной жены. Благочестивые христиане! внемлите толкованию ныне чтенной Евангельской истории, да узнаете, коль велика была вера жены Хананейской, и усердие, побудившее оную приступить к Иисусу Христу, и мудрость в ответах к Нему, и твердое оной расположение в прошении, также и Божественный способ, которым Богочеловек обнаружил и огласил добродетели ее, к сему же и милосердое чудодеяние Господа над дщерию ее.

Мф.15:21. Во время оно, вниде Иисус во страны Тирския и Сидонския.

Почему же Богочеловек, запретивший ученикам Своим: «на путь язык не идите, и во град Самарянский не внидите, идите же паче ко овцам погибшим дому Израилева» (Мф.10:5-6), Сам не сохранил Своей заповеди, но оставил погибшие овцы дому Израилева, отшел же на путь языков, то есть во страны Тирские и Сидонские? Ни заповеди, которую дал ученикам Своим, не преступил Он, ниже народ Израильский оставил; ибо заповедь не гласит так: совершенно не ходите к язычникам, но токмо предпочитает Израильтян: «идите же паче ко овцам погибшим дому Израилева». Дал же им преимущество по той причине, что они, получив закон и завет и слышав о Нем пророчества, довольно были просвещены и научены к приятию Его. Израильтяне и действительно получили предпочтение; ибо не токмо Иисус Христос их прежде учил, но и Божественные Апостолы, прияв от Него сию заповедь, прежде им возвещали веру во Христа; потом, поелику они не приняли проповеди, обратились во языки: «вам бе лепо, говорил Павел и Варнава, первее глаголати слово Божие: а понеже отвергосте и недостойны творите сами себе вечному животу, се обращаемся во языки» (Деян.13:46). Сие самое сотворил первее Господь: учил книжников и фарисеев, чтобы за предания свои не нарушали заповеди Божией; но они не прияли Его слова, но соблазнялись, — сего ради пошел в страны или «пределы, как пишет Евангелист Марко, Тирския и Сидонския» (Мк.7:24). Вшед же в некий дом, скрылся тамо, может быть, для того, что не имел намерения проповедывать, но токмо помиловать уверовавшую в Него Хананею. Но хотя Он и скрывался, народ однако услышал, что Он пришел туда.

Мф.15:22. И се жена Хананейска от предел тех изшедши, возопи к Нему, глаголющи: помилуй мя Господи, Сыне Давидов! дщи моя зле беснуется.

Сия жена была, говорит Евангелист Марко, «родом Сирофиникианка» (Мк.7:26), то есть Еллинка по богослужению, Сириянка по речи и Финикиянка по роду: Финикианами же называли Хананеев (Злат. в бесед.). Хотя же она была и женщина, однако, видно, знала о Иисусе Христе; ибо не только называла Его Господом, но и Сыном Давидовым. Виждь же первее веру ее, потом и чадолюбие. Толь крепко веровала она, что получит исцеление для дщери своей, что, презрев труд путный, вышла из тех пределов, — то есть из пределов Хананейских, отечественной страны своей, — да усретит Господа и попросит Его о дщери своей. Чадолюбие же видно из слов прошения ее: не говорила она: помилуй дщерь мою, ниже — помози дщери моей, но прияв лице дщери своей, не могущей по жестокости страдания просить Врача и Спасителя, помилуй мя, говорила, и помози мне. Сие же свойство есть точию чадолюбивых родителей, которые болезни чад своих, такожде и их счастие, себе присвояют.

Мф.15:23. Он же не отвеща ей словесе. И приступльше ученицы Его, моляху Его, глаголюще: отпусти ю, яко вопиет во след нас.

И вдовича сына при вратах града Наина из мертвых воскресил (Лк.7:11), и кровоточивой источник крове остановил (Мк.5:29), и слепому от рождения свет даровал (Ин.9:6-7), и при Овчей купели расслабленного члены связал (Ин.5:6), и различные болезни многих немощных без всякой просьбы или умоления исцелил человеколюбивейший Иисус; для чего же убо ниже слова ответствовал Он сокрушенной матери Хананеянке, с толикою верою и благоговением просившей, — велегласно взывавшей: «помилуй мя Господи, Сыне Давидов»? О молчании сем и ученики Его изумевали; почему, приступив к Нему, просили, говоря: «отпусти ю, яко вопиет в след нас». Если не хощеши помиловать сию просящую милости твоей, хотя отпусти ю, да не напрасно ходит в след нас и бесполезно взывает. Сие же говорили, чая, что сими словами убедят Человеколюбца помиловать создание Свое. Если бы Богочеловек ответствовал Хананеянке и послушал прошения ее, то не без причины бы ученики Его и тамо сущий народ соблазнился, зная инородство жены той и иноверие, веры же ее и добродетели не зная. Строительне убо не отвеща ей Иисус Христос ни единого слова, да будучи вынуждена молчанием Его, представит и веру, и добродетель свою. Почему сие молчание было способом, чрез который открывшись, вера и благоговение жены той отвратили соблазн. Явствует же сие из следующих слов:

Мф.15:24. Он же отвещав рече: несмь послан, токмо ко овцам погибшим дому Израилева.

Истинно Сам Иисус Христос, по обетованиям Божиим, Пророками возвещенным, к роду Израильскому послан, и ему проповедал и благовестил: Божественные же Апостолы, происходящие от рода Израильского, проповедали Евангелие языком. Иисус Христос ответствовал к ним так: «несмь послан, токмо ко овцам погибшим дому Израилева», чтобы сими словами показать, что Он не хотел послушать той Хананеянки, и чтобы таким образом обнаружилась вера и добродетель оной во изобличение Иудеев, которые, мня о себе, что веруют Богу, не веровали сказанным от Бога о Иисусе Христе. Виждь же, что учинила Хананеянка по ответе сем.

Мф.15:25. Она же, пришедши, поклонися Ему, глаголющи: Господи, помози ми.

Хотя не подействовало и самое Апостольское прошение: однако она, по горячности веры своей, ниже отчаялась, ниже отошла, но вящшую восприяла смелость и ближе приступила ко Иисусу Христу. И прежде взывала в след идя, и не дерзая предстать пред лице Его, но потом пришла пред Него и, падая пред ногами Его, просила Его и говорила: «Господи, помози ми»! Не говорила она: попроси Бога, или помолись о мне, но: «помози ми»20. Из сего явствует, что она веровала, что Иисус есть Бог истинный и всемогущий.

Мф.15:26. Он же отвещав рече: несть добро отъяти хлеба чадом, и поврещи псом.

Псами называет язычников, ради нечистоты их жизни и идолослужения: чадами — Иудеев, ради Богопочитания и данного им закона; хлебом же — благотворение посредством чуда. Ты, говорит Он ей, просишь благодеяния; но не добро есть взять благодяния, определенные верующим в Бога, и поврещи оные пред неверными. Сии же слова хотя были и поносительны, однако Иисус не имел намерения досадить ей, но представить и открыть веру, и доброе ее произволение, так как негде говоря сотнику: «Аз пришед исцелю его», обнаружил веру его и благоговение и смирение чрез сей его ответ: «Господи! несмь достоин, да под кров мой внидеши: но рцы слово, и исцелеет отрок мой» (Мф.8:7-8) подобно и кровоточивой обнаружил веру, говоря: «Аз чух силу изшедшую из Мене» (Лк.8:46). Что же на сие ответствовала жена Хананейская?

Мф.15:27. Она же рече: ей Господи! ибо и пси ядят от крупиц, падающих от трапезы господей своих.

Виждь горячность веры! Отгоняется она, аки пес; однако же все еще верует, что услышана будет. Виждь же и смирение: причисляется она в число псов — и великодушно сносит презрение. Воззри и на мудрость, с каковою ответствует она на сказуемое. «Ей Господи», говорит она, — есмь нечистый пес. Но якоже пси питаются от крупиц, падающих от трапезы господей своих, тако: и даждь ми такую милость, которая у Тебя мала есть, яко едина от крупиц, падающих от трапезы, но велика у меня, яко целительный пластырь для несносной болезни любезнейшей моей дщери. Когда убо таковым образом представил Иисус и присутствующим, и не присутствующим, и всему миру добродетельные расположения жены сей и показал, что она, хотя иноплеменница была и идолослужительница, однако достойна была, ради веры и добродетели ее, просимой милости, и когда купно безответными поставил неуверовавших в Него Иудеев, —

Мф.15:28. Тогда отвещав Иисус, рече ей: о жено! велия вера твоя: буди тебе, якоже хощеши! и исцеле дщи ея от того часа.

Великая, поистине, вера ее! Жена идолопоклонница, и не наученная благочестию, скоротечно выходит из самых пределов отечества своего, и вопиет за Иисусом и учениками Его: «помилуй мя Господи, Сыне Давидов»! Хотя же не получает никакого ответа, хотя отвергается и презирается, непреклонною однако пребывает в вере. Сего убо ради подает ей Богочеловек богатые Свои щедроты: «буди тебе, якоже хощеши». Чего же она хотела? Исцеления дщери своей: сие убо и получила. Ибо в тот же час, в который Иисус Христос сказал: «буди тебе, якоже хощеши», исцелела дщерь ее.

Беседа о терпении в добрых делах

Без сомнения, жена Хананейская имела веру, имела мудрость, имела смиренномудрие; но если бы оскудело в сердце ее терпение, не была бы исцелена дочь ее. Пребыла она твердою и непоколебимою в намерении своем, хотя многое и великое находила препятствие, и потому преодолела и сподобилась получить желаемое, якоже хотела и желала: «буди тебе, якоже хощеши».

И так заключаю я, что терпение в добрых делах есть добродетель толико нужная, что без оного никто не получит желаемого спасения. Мы научены и веруем, что тот токмо достигает райского жилища, кто ходит путем добродетели. Сей путь знаменовала лествица патриарха Иакова, «утвержденная на земли» и досязающая до высоты небесной (Быт.28:12). По оной Ангелы нисходят к человекам, принося Божию благодать, и люди, сделавшись подобными Ангелам, восходят в вечное Царствие. Вера, любовь, надежда, правда, смирение, послушание, целомудрие, молитва, пост, бдение и прочие добродетели суть ступени сей небесной лествицы. Если кто от сего горе возводящего пути обратится долу, или не течет безленостно в горняя, тот отпадет спасения своего, хотя бы прешел и многие ступени, то есть, хотя многие совершил добродетели. Сему научает нас Бог чрез пророка Иезекииля, глаголя: «рцы к сыном людей твоих: правда праведника не избавит его, в оньже день прельстится» (Иез.33:12). Сему же самому научил и Спаситель мира, сказав: «никтоже, руку возложив на рало и зря вспять, управлен в царствии Божии» (Лк.9:62). поелику же Божественный сей путь горе, то есть на высоту ведет, человеческое же произволение от юности даже до старости наклоняется долу или к земному: того для хотя многие охотно начинают восхождение, но те токмо не низвергаются и всегда восходят, кои пребывают тверды и непоколебимы в первом своем усердии.

На сем небесном пути сретишь ты коварников, неутомимо наветствующих; сретишь врагов, денно и нощно воюющих; сретишь разбойников, стрелы разжженные на тебя беспрестанно мещущих: «чадо, говорит премудрый Сирах, аще преступаеши работати Господеви Богу, уготови душу твою во искушение» (Сир.2:1) Постишься, да укротишь коварство плоти твоей: довольное оружие против злых пожеланий плоти пост. Если убо пребудешь постясь, то победишь и восторжествуешь над порывами плоти твоей; если же, извиняясь слабостию и немощию, не пребудешь в посте, то отпадешь целомудрия. Бегаешь ты худых людей сообщества, бегаешь театров, балов, пиршеств, игр: сильное оружие противу воюющей мирской суеты есть убегание. Если убо всегда сего избегаешь, то победишь и восторжествуешь над всякою мирскою приманкою; если же, под предлогом друзей, сродников и властителей, остановишься и оставишь побег, то сделаешься страстным и суемудрым. Молишися с верою и благоговением: доброе всеоружие противу разжженных стрел диавольских есть молитва. Если непрестанно будешь молиться, по Апостольскому завещанию, то победишь и восторжествуешь над бесами, смертоносными врагами твоими (1Сол.5:17): если же, под предлогом необходимых нужд, не пребудешь в молитве, но ослабеешь, то готовься тогда приять страшные раны и язвы и поражения.

Божественный Апостол Павел представляет в пример христианину доброго воина: «ты убо, пишет он к Тимофею, злопостражди, яко добр воин» (2Тим.2:3). Кто ж убо есть добрый воин: терпеливый ли или нетерпеливый? Тот ли, который пребывает во брани до конца и ратует неустрашимо, и сражается мужественно, или тот, который или в начале боя, или по первому и второму сражению, убоявся, обращается вспять и убегает? «Никтоже, говорит Апостол, воин бывая, обязуется куплями житейскими, да воеводе угоден будет» (2Тим.2:4). Что же иное значат сии слова, как не то, что воин Иисуса Христа к одному токмо концу стремится, и в оном, отложив всякое иное попечение, тверд пребывает, — то есть, во благоугождении чрез добродетель Иисусу Христу, вчинившему его в Божественное Свое воинство?

Но чтобы мы не устали, восходя по сему блаженному пути, представляет нам той же Апостол множество мужей, свидетельствующих, что они чрез твердое пребывание в добрых делах богоугодно совершили духовной борьбы подвиг: «темже убо, говорит он, и мы, толик имуще облежащь нас облак свидетелей, гордость всяку отложше, и удобь обстоятельный грех, терпением да течем на предлежащий нам подвиг» (Евр.12:1). Свидетельствует история Иовля о терпении его в добродетели: Иов при благоденстве своем был «человек истинен, непорочен, праведен, богочестив, удаляяйся от всякия лукавыя вещи» (Иов.1:1). Таковым Иова видишь и при злополучии его. Совершенная потеря всего имения, внезапная смерть всех купно возлюбленнейших его чад, крайняя бедность, горестная болезнь, раны несносные окружали его: но «во всех сих приключившихся ему ничтоже согреши Иов пред Господем, и не даде безумия Богу» (Иов.1:22). Непоколебим стоит, и ни мало не уклоняется от добродетели и в несчастии своем, но еще и любомудрствует тогда о ничтожности человеческого естества: «сам наг изыдох от чрева матере моея, наг и отъиду тамо» (Иов.1:21): приносит пред Богом жертву повиновения и благодарения: «Господь даде, Господь отъят: яко Господеви изволися, тако бысть»; и с верою и благоговением благословляет Бога: «и буди имя Господне благословено».

Свидетельствует история о Моисее, о терпении его в добродетели: ни угрозы царя Фараона, ни сорокалетнее скитание по земли пустой и безводной, ни глад в оной, ни жажда, ни нечаянные с неприятелем брани, ни частые народа его возмущения поколебали терпение и мужество души его. Свидетельствует постоянство и терпение в добрых делах Елеазар мучимый (2Мак.6:19), Елиссей осмеиваемый (4Цар.2:13), Иеремия биемый и в темницу ввергаемый (Иер.2:2), Михей заушаемый и гонимый (3Цар.22:24). Захария, иже и Азарий, камением побиваемый, Исаиа пилою претираемый, и все бывшие в законе праведники, устоявшие в предлежавшем им подвиге (2Пар.24:21; Ориг. в писме Арф.), «лишени, скорбяще, озлоблени, в пустынях скитающеся, и в горах и в вертепах, и в пропастех земных» (Евр.11:37-38): равным образом, по Евангельской благодати святые, устоявшие в предлежащем им подвиге, «алчуще, жаждуще, наготующе, страждуще, скитаяся, труждающеся, делающе своими руками, укоряемые, гонимые, хулимые, яко отреби и попрание всем бывшие» (1Кор.4:11-13). Свидетельствуют святые мученики о постоянстве в добродетели. Их ни огонь, ни пытки, ни рожны, ни сковрады, ни содрание кожи, ни исторжение зубов и ногтей, ни избодение очей, ни другие лютейшия мучения, каковые токмо изобрела лютость свирепейших мучителей, не могли совратить от предлежащего подвига. Се, каковое терпение и постоянство потребны на пути спасения! Чего же убо мы чаем, будучи обнажены постоянства во благих делах? Мы ныне говеем, а заутра пресыщаемся и даже до упития пием и пиянствуем: ныне молимся, а чрез три дня или четыре, едва и на ум приидет молитва: ныне воздерживаемся, а заутра плотоугодничаем: ныне милуем бедного, а заутра отвращаем лице наше от него: ныне ходим путем добродетели, а заутра ради единого малейшего искушения возвращаемся вспять.

Грех есть удобь обстоятелен. Где бы ты ни стоял и куда б ни обращал очи, везде открывается случай ко греху. Всякое предприятие и всякое дело окружено есть обстоятельствами греховными. Святых мужей, поелику ограждены были добродетелию терпения, ни скорбь, ни теснота, ни гонение, ни глад, ни нагота, ни беда, ни меч, ни смерть, ни живот, ни Ангелы, ни начала, ниже какое иное обстоятельство могло совратить с пути добродетели, но во всех сих препобеждали благодатию Возлюбльшего их (Рим.8:35, 37-38): мы же, несчастные, лишены будучи дара терпения и ни мало не стараясь о стяжании оного, по причине малой скорби, или и малого стеснения, или маловажного искушения, совращаемся неукоснительно от поприща добродетелей, уклоняемся немедленно от благого пути и низвергаемся в пропасти греховные.

Но те были, скажите вы, люди избранные; те имели благодать Божию преимущественно, и потому, пребыв до конца в подвиге добродетели, благоугодили Богу. Братие! да не прельщаем самих себя. Те были люди, так как и мы; то же имели естество, те же слабости, те же страсти, таковые же, или еще гораздо большие, искушения. Они были люди избранные, но и мы равно избраны есмы. Слово Господне: «Аз избрах вы от мира» (Ин.15:19), не токмо о них было сказано, но и о всех уверовавших ради проповеди их во Иисуса Христа (Ин.27:20). Сего ради и блаженный Петр избранным назвал род Христианский: «вы же род избран, царское священие, язык свят, люди обновления» (1Пет.2:9). Если те преимущественно имели благодать Божию, то и мы таковую же, аще восхощем, иметь можем; ибо «Иисус Христос вчера и днесь Тойже и во веки» (Евр.13:8). Бог несть лицеприятель, всех равно любит, всем равно ниспосылает благодать: «слава и честь и мир всякому делающему благое, Иудееви же прежде и Еллину: несть бо на лица зрение у Бога» (Рим.2:10- 11).

Терпение, скажешь ты, в добродетели от начала жизни по смерть есть дело трудное. Подлинно трудное: но для того законно мучивыйся венчается (2Тим.2:5); для того победитель получает венец неувядаемый, и славу неомрачаемую, и царствие небесное. Но кто может чрез все течение жизни своей, среди толиких суетностей мира, толикого плотского пламени и толиких сетей и стрел диавольских, сохранить тожде напряжение в душе и туюжде охоту в сердце, и пребыть неуязвленным и безгрешным? Кто может? Может, кто хощет, — не своею, но Божескою силою, которая богатно и щедро подается таковым подвижникам. А хотя и будет уязвлен таковой ратоборец, то, если не уклонится от пути, но, уврачевав рану свою, устоит на пути добродетели, паки потечет и подвизаться будет подвигом добрым, — приимет той же венец победы.

На поприще мирской брани многажды уязвляются воины; но мужественные из оных, обязав и облегчив раны свои, паки выступают на поприще, ратуют, якоже и прежде, и увенчаваются: малодушные же, получив рану, тогда же оставляют полк, и за побег лишаются воинского сана и победительных почестей. То же видим и в духовных подвигах: иные из воинов Христовых уязвляемые исцеляют раны свои, и паки пребывают в том же подвиге; другие же по уязвлении уклоняются и погибают.

Петр и Иуда, оба были воины Иисуса Христа, и оба, следуя за Ним, слушали небесное Его учение, видели чудеса, сподобились Апостольского сана, шествовали по тому же спасения пути. Петрову душу уязвляет отрицание, Иудину предание. Но Петр омывает язву свою горькими слезами, и возливает на оную бальзам покаяния (Мф.26:75), почему паки укрепляется, паки тем же путем течет ревностно, и достойным находится Апостольской благодати и небесного Царствия; Иуда убегает от лика Апостольского, повергает тридесять сребреник во храме, отчаивается, — «и шед удавися» (Мф.27:5). Воззри и на Царе-пророка Давида: он восшел на верховный степень лествицы добродетелей; однако пал оттоле падением бедственным, но и паки восстал от падения; поколебался, но и паки укрепился; уязвился, но и паки исцелел; согрешил, но и паки оправдался, паки утвердил нозе свои на камени заповедей Господних и восшел на высокие добродетели горы.

Если убо, проходя духовное поприще, поползнешься, то не медля утверждай нозе твои на камени терпения. Если падешь, то вскоре восставай паки и теки; если уязвишься, то не медля приложи к язве твоей пластырь покаяния, да не охладит грех горячности сердца твоего, да не умертвит язва силы помысла твоего. Не погашай любви Божией, излиявшейся в сердце твоем; не уклоняйся от пути добродетели, пребуди во оном непоколебим, мужайся и поборай уязвляющих тя; твори паки дела добродетельные. Ибо, если не попечешься немедленно о исцелении души твоей и не пребудешь в творении добрых дел, то грех, обратившись в привычку, вовлечет тебя в конечную погибель, тогда останешься отчаян спасения. Если же неукоснительно восстанешь и паки обратишься на добродетельные деяния, то паки той же венец блюдется тебе, — паки можешь сказать и ты с Павлом: «подвигом добрым подвизахся. течение скончах, веру соблюдох, прочее соблюдается ми венец правды» (2Тим.4:7- 8); ибо таковой венец приемлет не токмо Павел, но и все возлюбльшие второе пришествие Господне. Восходи убо священною лествицею на высоту добродетели, и долгодушествуй восходя до конца жизни твоей: «претерпевый бо до конца, той спасен будет» (Мф.10:22). Терпи и «держи, еже имаши, да никтоже приимет венца твоего» (Апок.3:11).

25.1. Толкование на Апостол из второго послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в семнадцатую неделю по Пятидесятнице (2Кор.6:16-18, 7:1)

Поелику не человек некий, но сам Сын Божий, Господь наш, Иисус Христос открыл Апостолу Павлу благовествование истины, как он сам свидетельствует, говоря: «ни бо аз от человека приях е, ниже научихся, но явлением Иисус Христовым» (Гал.1:12): для того проповедь его не имела нужды в свидетельстве и доказательствах от Пророческих слов. Ежели же блаженнейший Апостол когда и основывал учение свое на предсказаниях Пророческих, сие делал для того, дабы показать, что Ветхий и Новый Завет между собою согласны, что един и тойже Бог есть Творец как Ветхого, так и Нового, и что он проповедует не другое какое учение, как то самое, которое от Пресвятого Духа предвозвещено чрез Пророков и прообразовано многими прообразованиями. Посему-то самому он все нравоучение, какое заключается в ныне чтенном послании его, основывает на Ветхом Завете. Из нравоучения же сего мы познаем, в чем состоит истинная святость, также и то, что святость сию все верующие во Христа долженствуют соблюдать. Я намерен теперь объяснить вам, братия моя, смысл сего небесного учения: вас же прошу обратить все внимание к уразумению того, да сподобитесь творить законом предписанную святыню в страсе Божии.

2Кор.6:16. Братие, вы есте Церкви Бога жива, якоже рече Бог: яко вселюся в них и похожду, и буду им Бог, и тии будут мне людие.

В книге Левит мы читаем следующее: «и поставлю завет мой в вас, и не возгнушается душа моя вами и похожду в вас, и буду вам Бог, и вы будете ми людие» (Лев.26:11-12). Сии слова, «буду вам Бог, и вы будете ми людие», находятся и у других Пророков, а именно, у Иеремии, Иезекииля и Захарии (Иер.31:33,32:38; Иез.11:20.37:27; Зах.8:8). Здесь должно приметить, как Богомудрый Апостол, по Апостольской благодати, в нем сущей, взял из книги Левит слова не слово в слово, но по выбору приличному к мысли, и приспособил оные к верующим во Иисуса Христа, по их истинному смыслу и цели, с которою они были предречены Богом. Почему вместо «в вас», он положил «в них”: вместо, «поставлю завет Мой», он употребил истолковательное того слово: «вселюся», а о сих: «не возгнушается душа моя вами», для сокращения речи умолчал. Примечания также достойно и составление речи. Во-первых, полагает, как бы первую часть оной38. «Вы есте Церкви Бога жива». Вы, говорит, Христиане, есте жилище Бога, не Бога тленного и смертного, каковы были боги идолопоклонников, то есть, бренные изваяния и смертные люди, но Бога нетленного и бессмертного, который есть Бог живый и пребываяй в бесконечные веки. А потом тотчас приводит и доказательство: Бог утвердил сие, сказал: «вселюся и похожду в них», то есть в верующих в мя, «и буду им Бог», а они будут возлюбленным и избранным народом Моим. То же самое обещал и Господь наш, Иисус Христос, любящим Его: «Аще кто любит Мя», сказал Он, «слово мое соблюдет: и Отец мой возлюбит его, и к Нему приидем, и обитель у него сотворим» (Ин.14:23). В Ветхом Завете для того так сказал Бог: «поставлю завет мой39 и похожду”, дабы показать тем имеющее быть пременение закона: ибо как сень или палатка, так и ходящий, переменяют место: а в Новом сказал Он: «приидем и обитель сотворим» для того, дабы показать чрез то неизменяемость и твердость Евангельского учения и Евангельских дарований. Каким же образом Бог вселяется в нас и ходит? Вселяется Он, просвещая, укрепляя и усиливая нас благодатию Пресвятого Духа Своего: а ходит в нас, последствуя, руководствуя и содействуя нам во всяком деле блазе. После сего доказательства выводит Апостол из оных Пророческих слов следующее заключение:

2Кор.6:17-18. Темже изыдите от среды их и отлучитеся, глаголет Господь, и нечистоте не прикасайтеся: и аз прииму вы, И буду вам во Отца, и вы будете Мне в сыны и дщери, глаголет Господь Вседержитель.

Пророк Исаия, поучая Израильтян удаляться языческого идолослужения и лукавых дел, живущих в Вавилоне идолопоклонников, сказал следующее: «отступите, отступите, изыдите отсюду и нечистоте не прикасайтеся: изыдите от среды его, отлучитеся носящии сосуды Господни и собираяй вы Господь Израилев» (Ис.52:11-12). Пророчествуя же о обращении язычников ко Христу, сказал: «приведи сыны моя от земли дальния, и дщери моя от краевых земных» (Ис.43:6): а Пророк Нафан сказал Давиду яко от лица Божия: «аз буду ему во отца, и той будет ми в сына» (2Цар.7:14). Сии Пророческие слова Божественный Павел употребляет в своем слове точно так же, как выше мы сказали. Он некоторые из них для краткости опускает, а сии: «и собираяй вы Господь Израилев», выражает в виде истолковательном таким образом: «и аз приму вы». Кто же суть те, о коих он говорит: «изыде от среды их, и отлучитеся»? То суть люди нечестивые и развращенные. Сих-то людей учения и бесед завещевает он нам удаляться: «понеже тлят обычаи благи беседы злы» (1Кор.15:33). Под словом же, «нечистота», он разумеет грех, потому что сей оскверняет душу, а под словами: «нечистоте не прикасайтеся», совершенное воздержание не токмо от самых дел, но и от помыслов греховных. Когда же мы будем убегать неверия и греха: когда, пришел ко Христу, сподобимся чрез Божественное крещение великого дара усыновления: тогда Он будет нам Отец, а мы сыны Его и наследники вечного Его Царствия.

2Кор.7:1. Сицева убо имуще обетования, О возлюбленнии! очистим себе от всякия скверны плоти и духа, творяще святыню в страсе Божии.

Какие суть сии обетования или обещания? Вселение Божие в нас: «и вселюся в них, и похожду» (2Кор.6:16). Спасение и слава, которые приготовлены для людей Божиих: «и буду им Бог, и тии будут ми людие». Великий Божий дар, то есть усыновление: «и буду вам во Отца, и вы будете мне в сыны и дщери» (2Кор.6:18), глаголет Господь Вседержитель. Вот что Бог обещал нам, ежели только мы, вняв Его повелению, изыдем и отлучимся от неверия, и совершенно удалимся от греховной нечистоты: ибо Апостол сказал: «Изыдите от среды их, и отлучитеся», глаголет Господь, «и нечистоте не прикасайтеся, и аз прииму вы» (2Кор.6:17). И так Божественный Павел, оглавляя предреченные им слова, говорит: поелику Бог обещал исполнить обетования, какие Он дал нам, ежели только мы оставим неверие и отвратимся совершенно от греха, сего ради очистим себе от всякой телесной и душевной нечистоты, и совершим дела святые «в страсе Божии», да сподобимся наслаждения Божиих обещаний. поелику же некоторые творят благие дела не страха ради Божия, но боясь наказания от начальников, или похвалы и славы человеческой: то он и сказал: «в страсе Божии», дабы показать, что те только совершают святыню, то есть, делаются святыми, которые страха ради Божия творят дела добродетели.

Беседа о том, что мы все одолжаемся быть святыми, и о том, как можем соделаться таковыми

Мужие братие! Не мните, что учение, заключающееся в ныне чтенном послании Богоглаголивого Павла, есть частное, то есть, что оно относится только к монахам, отшельникам и пустынножителям. Нет! Оно есть общее и принадлежит ко всем верующим во Христа. «Возлюбленнии!», говорит Апостол. Сим именем он называл всех верных, следовательно и здесь разумеет под оным всех вообще: мужей и жен, младых и старых, Царей и подданных, богатых и убогих, духовных и мирских всякого достоинства, чина и состояния людей. Чему он научает в сем послании? Святости: он в нем завещевает, чтобы все были святы. Как? неужели и те, кои живут среди мирского мятежа, кои озабочены житейскими попечениями или гражданскими делами, кои находятся в воинском состоянии, сражаются и обагряют руки свои в крови неприятелей, неужели, говорю, и те должны стараться взойти на высоту святыни? Так поистине! «Сицева убо имуще», говорит Апостол «обетования, О, возлюбленнии! очистим себе от всякия скверны плоти и духа, творяще святыню во страсе Божии!» (2Кор.7:1).

Поелику же Павел учил не сам собою, но живый в нем Христос устами Его глаголал (Гал.2:20), то нам и должно верить и повиноваться словам его, хотя бы учение его было ново и одним им проповедуемо. Но нет! его учение не новое, а самое древнее, и не есть завещание его только одного, но повеление Самого Всевышнего Бога. Трикраты заповедал сие Бог, когда, сошед на гору Синайскую, давал закон свой людям. Во-первых, когда сказал: «и да освятитеся, и будете святи, яко свят есмь Аз Господь Бог ваш» (Лев.11:44): во-вторых, когда вещал Моисею: «глаголи всему сонму сынов Иизраилевых, и речеши к ним: святи будите, яко Аз свят есмь Господь Бог ваш» (Лев.19:2): и в-третьих, когда Моисею же глаголал: «рцы сыном Израилевым, глаголя: и будете святи, яко Аз свят Господь Бог ваш» (Лев.20:2, 7). Что сего яснее, что доказательнее! И сам Искупитель мира, молясь о нас, сего же просил у Отца Своего. Святи их, взывал Он, «во истину твою»? (Ин.17:17) для сего же самого Он и принес себя в жертву на древе Крестном, то есть, да мы будем святы: «и за них Аз свящу себе, да и тии будут священи во истину» (Ин.17:19). И так неуверяющийся в сей истине, мне кажется, подобен тому, кто в полудни видя солнце, сомневается, светит ли оно.

Так, но каким образом, спросите, всякого чина и состояния человек может быть святым? Апостол Павел научает и сему. «Очистим себе», говорит он, «от всякия скверны плоти и духа» (2Кор.7:1). Плоти и духа, сказал, он, потому, что грехи иные суть плотские, а другие душевные. Блудодеяние, объядение, пьянство, убийство и другое злое деяние, суть грехи телесные: неверие, отчаяние, гордость, памятозлобие, и всякий другой лукавый помысл, суть грехи душевные. Когда мы, боясь Бога, удаляемся от грехов, оскверняющих душу, и очищаемся от согрешений, оскверняющих тело: тогда мы по всему чисты и святы, тогда мы творим святыню в страхе Божии. Вот способ, посредством которого, по учению Павлову, делаемся мы святыми. «Очистим себе от всякия скверны плоти и духа, творящее святыню в страсе Божии». Но сие, скажете вы, трудно: не так трудно, как вы мыслите. Послушайте далее, и уразумеете, что весьма малая заключается в том трудность.

Хотя тело, по причине тесной связи с душою, и участвует в расположениях души, а душа в похотях тела, хотя иногда похоть плотская, проходя в душу, рождает в ней лукавые помыслы, а иногда взаимно душа чрез свои лукавые помышления возбуждает тело к соделанию греха, что каждый из нас испытывает на самом себе: однако ж, поелику душа дает движение и крови, и жизненным духам, и всем членам телесным: поелику душа не токмо судит о предметах, падающих на чувства, но и подает чувствие органам чувственным: посему тело иногда бывает чисто от всякого плотского греха, но душа исполнена всякой нечистоты. Противного же сему никогда не происходит, то есть, чтобы тело осквернялось беззакониями, когда душа чиста от лукавых помыслов, и когда она отражает плотские похоти. Сие бывает потому, что душа и видит и слышит: справедливость же сего мнения подтверждают не токмо все ученые, но и собственный опыт каждого. Мы, когда углубим свой ум в рассматривание какой-нибудь вещи, тогда не видим даже пред глазами находящихся предметов, не слышим голоса, даже близ ушей произнесенного, не чувствуем ни того, что обоняем, ни того, что вкушаем, ни того, что осязаем. Душа по естеству, имея в себе умственную силу, рассуждает и делает заключения о добре и зле без помощи тела: напротив того тело, будучи лишено силы движиться само собою, ничего не может делать, ни добра, ни зла без содействия души. Душа и тело в сем случае подобны архитектору и его орудию: архитектор действует и без орудия, а именно когда в уме своем чертит план здания, напротив орудие без архитектора не может делать ничего. Отсюда следует, что когда душа чиста от всякого лукавого помысла, тогда и тело чисто от всякого лукавого деяния. Посему-то мы слышим Бога законополагающего и глаголющего: «вонми себе и снабди душу твою зело» (Втор.4:9). Посвяти, говорит, все внимание твое на то, чтобы сохранить душу свою чисту от всякого греха, сие же повеление Он дал нам для того, что ежели мы исполним оное, то пребудем чисты и от всякой плотской скверны: ибо чистая душа никогда не побуждает тела к нечистотам греховным. И так все дело святыни зависит от внимания.

Но какое внимание, скажете, может отвратить греховный помысл от ума человека младого, находящегося в жару, и в крепости юношеского возраста, когда он, видя красоту лица, пленяется «законом сущим во удех его»? (Рим.7:23) Он, может быть, избегнет самого действия, но помысл греховный для него неизбежен: сие же самое должно сказать и о сребролюбивом, и о памятозлобном, и о честолюбивом, и о всяком другом человеке в рассуждении лукавых их помыслов. Помыслы, братия моя, происходят в уме постепенно. Первый помысл, в ум входящий, называется приражением потому, что он, подобно камню, брошенному в какое-нибудь тело, приражается и ударяет, а особливо когда предметы находятся пред чувствами. Сей помысл, по причине сообщения души с телесными чувствами, есть неизбежен, а потому и безгрешен: ибо если он приражается к душе утвержденной вниманием, то отражается от нее, не произведши никакого действия, так как стрела пущенная в твердые камни: почему душа по приражении сем пребывает нескверною, какова была и прежде. Ежели же сей помысл, нашед душу не укрепленною вниманием, останется в ней и начнет услаждать ум: то отсюда рождается другой помысл, называемый соуслаждением, который хотя бы мы тотчас и прогнали, однако ж он оставляет душу нашу зараженною смрадом греховным? Ежели ж он долгое время будет держаться в мысли нашей, пленяя ее своею сладостию, то возбуждает в нас похоть ко греху, тогда сила похотения влечет нас ко греху, а сила разума противоборствует тому. От сего-то происходит, что мы хотим учинить грех и вместе не хотим, соглашаемся на оный и не соглашаемся, стремимся к оному, и обратно отступаем. Сей третий помысл называется борьбою потому, что мы, находясь в таком положении, подобны борцам. Если отходим с места сей борьбы и победителями, но душа наша остается в некоторой слабости, так как тела борцов после борьбы телесной: если же остаемся побежденными и решаемся соделать грех, то борьба уже престает, и на место ее входит помысл соизволения и согласия. Сей помысл есть уже грех сердца. «Всяк, иже воззрит на жену ко еже вожделети ея, уже любодействова с нею в сердце своем» (Мф.5:28). После сего соизволения почти всегда происходит и телесное действие греха. И так из сих четырех помыслов одно только приражение неизбежно, а прочих трех, то есть, соуслаждения, борьбы и соизволения легко можно избежать посредством внимания: ибо ежели будем внимательны, то приражение, мать прочих трех, не пройдет в душу нашу, и не причинит ей вреда, но останется без всякого успеха и действия. Приражение неизбежно, но безгрешно потому, что не есть действие произвольное: не от нас зависит, что предмет, находящийся пред нашими глазами, действует на нас, и делает приражение нашей душе.

Таковые приражения Псаломник называет Вавилонскими младенцами, и потом говорит о них: блажен тот человек, который твердым вниманием как бы камнем разбивает и истребляет их. «Блажен, иже имет и разбиет младенцы твоя о камень» (Пс.136:9). Первые приражения греха бывают слабы яко новорожденные младенцы. Какая же для нас трудность воспрепятствовать младенцу, ударяющему в двери нашего дома, и желающему войти в оный? Нет ни малой: так и греховные приражения, если только употребим на то внимание, без всякого труда можем отразить, когда они устремятся на ум наш, и будут силиться войти в душу нашу. Приражается ли к уму твоему грех плотской похоти? Ты тотчас устреми мысль свою на Иосифа, и рассуди, как он в самом цвете юности своей попрал многие и сильные приражения бесстыдной Египтянки, и тотчас «оставив ризы своя в руку ея» (Быт.39:12), умертвил первые приражения и избегнул греха. Делает ли приражение к уму твоему гордость, рождающаяся от богатства, славы и честей твоих? ты тотчас обрати ум твой на Авраама. Он был и богат зело, яко имеяй множество скота, сребра и злата, и славен, яко победитель четырех Царей, и достоинством превыше всех, яко молитвенник к Богу о Содомлянах? (Быт.14:9,14-15) Но говорил о себе сии преисполненные смиренномудрия слова: «аз же есмь земля и пепел» (Быт.18:27). Вникни в слова сии, обрати потом мысли к самому себе, и вспомни, что и ты земля и пепел. Приходит ли на мысль твою покушение отмстить врагу своему? Ты тотчас помысли о Давиде. Какой враг толико гнал не злодея, но благодетеля своего, колико Саул Давида? Кто вражески гонимый имел толикую удобность отмстить врагу своему, коликую Давид Саулу? Кому столько советуемо было отмстить врагу, сколько Давиду относительно Саула, как например в то время, когда Саул един взошел в вертепе, где находился Давид и бывшие с ним? И еще когда он нашел его спящим в лагере на холме Ехелафе? (1Цар.24:4, 26:7) Каких приражений мщения наделали на ум Давидов гонения Саулова? Каких удобный случай к отмщению, каких и советы мужей с ним воинствовавших? Но все таковые приражения, падши на твердое внимание Давидово, сокрушились, и нимало не устрояли против кротости его. Посему-то он с дерзновением и сказал пред Богом: «Помяни, Господи, Давида, и всю кротость его» (Пс.131:1). Как скоро приразится к душе твоей помысл греха, ты тотчас обрати мысль свою к видению примеров святых мужей: таким образом приражение греховное исчезнет, и ты останешься невредим. Священное Писание и Церковные Истории исполнены примерами, могущими утвердить душу нашу во внимании к собственному спасению, и уверить нас, что ни достоинство, ни звание, ни чин, ни состояние, какое бы оно ни было, не могут воспрепятствовать нам на пути святости. Сие подтверждает следующая Евангельская история.

Когда Иоанн Предтеча проповедывал крещение покаяния в окрестностях Иордана: тогда пришедши к нему множество народа, и самые Иерусалимские жители вопрошали его о средствах ко спасению, говоря: «что убо сотворим?» (Лк.3:3,10; Мк.1:5) Между сим множество народа были без сомнения, и богатые и бедные, и чиновные и простолюдины, и всякого состояния люди. Евангелист же именно означил, что пришли к нему и мытари и воины, которые также говорили ему: «Учителю, что сотворим?» (Лк.3:14) Но какую святость и благодать, какую ревность и горячность к истине имел Иоанн, сие видно из следующего Христова свидетельства о нем: «не воста в рожденных женами болий Иоанна Крестителя» (Мф.11:11). Посему ежели сей муж знал, что звания и состояния людей препятствуют святости души их: то бы он не сокрыл истины, но сказал вопрошающим его? Ежели вы желаете чистоты и святости, то оставьте звание и состояние ваше, бегите от мира, и сокройтесь в пустыне. Он бы без сомнения сказал мытарям: мытари! оставьте свое мытарство? ибо доколе пребудете в нем, несть вам спасения: и воинам так же: воины! оставьте оружие: ибо доколе будете носить оное в руках ваших, дотоле далеки будете от спасения. Но сей святейший муж ничего такого не говорил: а вместо того в первых предлагал всему предстоящему народу учение общее о любви и милостыне. «Имеяй две ризы», говорил он, «да подаст неимущему: и имеяй брашна, такожде да творит» (Лк.3:11): потом, обратясь к мытарям, дал им заповедь приличествующую их званию: «Ничтоже более», говорил он им, «от повеленнаго вам творите» (Лк.3:13). Равно и воинам завещевал, что нужно им творить ко спасению своему. «Никогоже», говорил, «обидете, ни оклеветайте, но довольни будите оброки вашими» (Лк.3:14). А таковым учением он уверил всякого человека, что, в каком бы состоянии кто ни был, ежели только пожелает, может соблюсти душу свою нескверну от греха, и освятить оную творением благих дел. Всуе убо, возлюбленная моя братия, приводят в оправдание свое один младость, а другой старость? Тот богатство, а сей бедность? Иной достоинство, а другой простолюдное состояние: всуе представляют неудобствия, какие встречаются тщащимся взойти на Божественную лествицу святости. Какия неудобствия ни представить, все они малы, ничего незначащи и временны: а воздаяние, ожидающее святых, велико, бесценно и вечно: оно несравненно превосходит труды, для преодоления неудобствий потребные. Если бы я имел силу возвести вас на небо, и показать вам те блага, какие там ожидают святых: то может быть всяк бы из вас, оставив свои отзывы, главным попечением своим поставил очистить себя от всякой скверны плоти и духа: всяк бы, говорю, из вас с ревностию тщился совершать святыню в страсе Божии, дабы насладиться вечных оных благ. Жилище для святых готово в небесном граде Иерусалиме: тамо не узрим слез, не услышим воздыханий, ниже почувствуем, что то есть печаль. Тамо радость, и радость не такая, какова радость мира сего, которая часто обращается в печаль, но радость, еяже «никтоже возмет от нас: ибо сия есть радость рабов Господних» (Ин.16:22; Мф.25:21). Тамо свет, и свет не такой, каков здесь, за которым тьма последует: но свет невечерний и неугасаемый. «Зане не будет тамо нощи и не потребуют света от светильника, ни света солнечнаго, яко Господь Бог просвещает я» (Апок.22:5). Тамо слава, и слава не мирская, которую помрачает зависть, очерняют недоброжелатели, изглаждает время, и похищает смерть: но слава неподлежащая зависти, ненаветствуемая, неувядаемая, неотъемлемая, слава Царская и вечная: зане воцарятся праведные во веки веков. Братия моя! Благих сего града «око не виде, и ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша» (1Кор.2:9). Посему и язык человеческий не может изрещи их. Когда же Спаситель мира Иисус, претерпевый крест и смерть нашего ради спасения, сподобит нас по бесконечному своему милосердию наслаждаться ими: тогда мы воскликнем с порфироносным Пророком: «Якоже слышахом, тако и видехом во граде Господа сил, во граде Бога нашего: Бог основа и в век» (Пс.47:9). Аминь

26. В неделю 18-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.5:1-11)

Многие, видя убегающих рыб в воде при самом малейшем шуме, заключают, что те имеют острейший слух: однако рыбы, лишены быв орудий слышательного чувства, никакого не имеют слуха, но совершенно находятся глухи. Так от чего же они бегают и отдаляются, когда шум бывает слышим? Шум, какой бы он ни был, не что другое есть, разве движение воздуха, бывающее от тела, звук издающего. И так воздух движимый и колеблемый, купно движет и колеблет касающуюся его воду. Рыбы, хотя чужды суть слуха, однако имеют острейшее осязания чувство. Почему чувствуя колебание воды, бываемое от приражения шума, немедленно убегают в другое место. Глухи были рыбы езера Генисаретского, так как и все прочие рыбы; но когда, пришед Иисус на езеро сие, сказал ученикам Своим: «вверзите мрежи ваша в ловитву» (Лк.5:4); услышали тогда они Господень глас и, услышав, повинулись могущественному Его повелению. Почему не отплыли, но приплыли; не разбежались, но совокупились и собрались во мреже. Толикое же множество собрано было, что и мрежа проторгалась, и ловцы наполнили оными два корабля. Мы имеем орудия слуха, имеем уши, ежедневно слышим Господний Евангельский глас: но нимало не повинуясь Божественным Его повелениям, являемся несмысленных и глухих рыб несмысленнейшими и паче глухими. Ввергают ныне священнопроповедники посредством толкования Евангельского слово, так как тогда Апостолы мрежи рыболовствуя: однако люди, слыша повеление Божие, не повинуются, не стекаются под легчайшее Господне бремя, так как тогда рыбы во мрежи, но нерадят и уклоняются: но неужели посему священнопроповедникам должно молчать? Никак. Ибо горе таковым Павел возвестил: «горе же мне есть, аще не благовествую» (1Кор.9:16). Рыбак всю свою обязанность исполняет, когда и простирает, как должно, и изготовляет, как нужно, мрежи: равным образом и священнопроповедник, благочестиво поучая слову Божественного Писания и богомудро оное изъясняя, весь долг свой исполняет. И так, мы потщимся, все упование возлагая на благодать Божию, предложить поучение и истолковать нынешнее Евангельское слово: с вашей же стороны требуется как благоговейное к слову внимание, так и охотное Богу повиновение.

Лк.5:1-2. «Во время оно, стояше Иисус при езере Геннисаретсте. И виде два корабля стояща при езере: рыбарие же, отшедше от нею, измываху мрежи.»

Близ езера Генисаретского поучал Иисус Христос слову Божию. Толикое же множество людей было там собрано, что притесняли Его, желая слышать небесное Его учение. «Бысть же», говорит выше благоглаголивый Лука, «належащу Ему народу, да быша слышали слово Божие, и Той бе стоя при езере Геннисаретсте» (Лк.5:1). На оном же езере видел два корабля, Петров и сынов Зеведеевых: видел же и рыбаков, которые, изшед из кораблей оных, измывали свои мрежи.

Лк.5:3. «Влез же в един от кораблю, иже бе Симонов, моли Его от земли отступити мало: и сед учаше из корабля народы.»

Корабли, как видно, были весьма близко к земле; почему Иисус Христос, видя, что народ, притесняя Его, и глас Его прерывал, и слушать препятствовал желающим, да не останется дело Божие тщетным, вшел в корабль Петров, и просил его несколько отдалиться от земли, чтобы мог беспрепятственно из корабля научать народ. Сед убо в корабле Петровом, из оного напоявал жаждущий народ спасительными струями учения Своего.

Лк.5:4. «Якоже преста глаголя, рече к Симону: поступи во глубину, и вверзите мрежи ваша в ловитву.»

Совершив духовное дело, пекся и о нужном для тела. Сказал тогда Петру так: «поступи во глубину», то есть, отдали корабль и поставь его на глубоком месте езера; а Петру и сущим с ним повелел: «вверзите мрежи ваша в ловитву», то есть, распрострите сети для ловления рыбы. Сей пример научает и внушает тебе, христианине, чтобы ты никогда не оставлял дела Божия ради телесной твоей занимательности, но прежде совершал Божественное дело, а потом заботился бы и о телесной надобности. На повеление же Спасителя в ответ Петр сказал следующее:

Лк.5:5. «И отвещав Симон, рече Ему: Наставниче! об нощь всю труждшеся, ничесоже яхом: по глаголу же Твоему ввергу мрежу.»

Слово наставник означает распорядителя и правителя дела; почему Петр, почтить желая, Господа Наставником нарек. Наставниче, говорит, мы хотя целую ночь трудились, которая способнее есть к ловлению, но ниже одной рыбки не поймали: однако «по глаголу Твоему», то есть веруя словеси Твоему, убежден будучи повелением Твоим, — ввергу мрежу в море. Таковое же благоговение и послушание потому показал Петр, что хотя еще не был тогда последователем Иисуса Христа, знал однако Его с того времени, когда брат его Андрей представил его пред Ним, и он слышал от Него сие: «ты еси Симон сын Ионин; ты наречешися Кифа, еже сказается Петр» (Ин.1:42). Не только же сказал Петр: «по глаголу же Твоему ввергу мрежу», но и самым делом ввергнул оную в море с помощию прочих своих товарищей.

Лк.5:6-7. «И се сотворше, яша множество рыб много, протерзашеся же мрежа их. И помануша причастником, иже беху в друзем корабли, да пришедше помогут им: и приидоша, и исполниша оба корабля, яко погружатися има.»

Видя Петр и с ним ловящие множество рыб, и сеть раздирающуюся, дали знать, кликнув причастников, то есть, сотоварищей своих, сынов Зеведеевых, чтобы они, пришед, помогли извлещи мрежу. Пришли убо те, и так наполнили рыбою два корабля, то есть, Петров и сынов Зеведеевых, что от множества погружались. Виждь убо, во-первых, плод святого послушания; еще же знай, что когда не присутствует с нами Иисус, суетны тогда бывают наши труды и суетимся напрасно: когда же приходит к нам Иисус, труды наши бывают плодотворительны, и пожинаем мног плод.

Лк.5:8. «Видев же Симон Петр, припаде к коленома Иисусовома, глаголя: изыди от Мене, яко муж грешен есмь, Господи.»

Если сравнишь признательность сотника: «Господи, несмь достоин, да под кров мой внидеши» (Мф.8:8), с признательностию Петра, «изыди от Мене, яко муж грешен есмь, Господи», — узришь между тем и сим великое различие. Ибо слово к хотящему взойти в дом твой: «Господи несмь достоин», чтобы Ты пришел в дом мой, — не есмь достоин таковой чести, — смирение являет, великое благоговение и почтительность; сказать же к вшедшему уже в дом твой: «изыди от Мене, яко муж грешен есмь, Господи», — являет ужас душевный, робость и страх. Что же Петр тогда и убоялся, и ужаснулся, явствует из следующих слов:

Лк.5:9-10. «Ужас бо одержаше его, и вся сущия с ним, о ловитве рыб, яже яша. Такожде же Иакова и Иоанна сына Зеведеова, яже беста обещника Симонови: и рече к Симону Иисус: не бойся, отселе будеши человеки ловя.»

Необычайные дела производят страх и ужас. Сии, будучи рыбарями, никогда не видали толикого множества рыб, за один раз попадавшихся во мреже; почему не без причины Петр, равно и Иаков, и Иоанн и все бывшие с ними, видя толикое множество рыб, удивились. Петр же не токмо удивился, но и ужаснулся. Ибо если бы не ужасался, не говорил бы ему Иисус сего: «не бойся”. Чего же он ужасался? Удивление имеет тут место, видел бо вещь чудную и удивился; ужас же какую имеет причину? Ужаснулся, ибо был грешник: «яко муж грешен есмь». Грех же, без сомнения, рождает ужас. Чего убо ужасался? Чего другого, кроме наказания за грехи? Он познал, чрез чудо касательно рыб, всемогущество

Иисуса Христа; почему, видя Его пред собою, ужаснулся, боясь наказания, и того для желал отдалену быти Ему от лица своего: «изыди от Мене». То же самое видим и на жителях Гадаринских. Они нарушали закон, пася свиней для явствы своей (Лев.11:7; Втор.14:8). Когда убо услышали, что Иисус Христос исцелил бесноватых, свиней же потопил в море: страшась тогда наказания за грех, просили Его, чтобы отшел от пределов их (Мк.5:15,17). Сей Петров страх прогнал Иисус всесильным Своим словом: «не бойся”. Потом открыл ему конец Божественного строения о избрании его в Апостольство: «отселе будеши человеки ловя». Не страшись, говорит, наказания правосудия Моего, но ожидай милости благоутробия Моего. Отныне и до конца будешь ловить не рыбы в море, но извлекать людей из бездны неверия.

Лк.5:11. «И извлекше оба корабля на землю, оставльше вся, в след Его идоша.»

Какие же те были, кои услышав сие: «не бойся, отселе будеши человеки ловя», извлекли корабли свои на землю, потом оставив вся, последовали Иисусу Христу? Сии были Петр и брат Его Андрей, и Иаков, и Иоанн, сыны Заведеевы. Явствует же сие из Писания Евангелистов Матфея и Марка, кои согласно показывают, что сих обрет Христос при мори Галилейском, звал их, говоря: «грядита по Мне, и сотворю вы ловца человеком. Они же абие оставльша мрежи», в след Его идоша (Мф.4:19- 20; Мк.1:17-18). Но три здесь встречаются трудности. Первая в рассуждении наименования места: ибо и Матфей и Марк говорят: «ходя же Иисус при мори Галлилейстем»; Лука же пишет: «и Той бе стоя при езере Геннисаретсте» (Мф.4:18;Мк.1:16;Лк.5:1-2). Вторая – в рассуждении несообразности действия; ибо и Матфей и Марк говорят, яко обрел их Господь ввергающих мрежи в море, Лука же свидетельствует — отшедших от кораблей и измывающих мрежи. Третья в рассуждении неупоминовения о чуде; ибо ни Матфей, ни Марк не показали о ловитве множества рыб. Удобно первую решить трудность, если рассмотришь, что море Галилейское, чрез которое проходит Иордан, есть самое Генисаретское озеро, два названия имеющее. И вторую отвратишь, сие решение имея, что поколику были и наемники, с Петром и сынами Зеведеевыми ловящие (Мк.1:20). Ибо иные из них измывали мрежи, чая тогда уловить рыбы, хотя чрез всю ночь трудясь ничего не поймали. Третья же трудность имеет общее решение: ибо известно, что многое, опущенное Матфеем и Маркм, упомянуто Лукою и Иоанном. Упомянул только Матфей, подобно и Марк, о небесном звании Апостолов и ревностном их повиновении. И поистине, великая в их сердце была ревность, превышающая и самую ревность Пророка Елисея. Ибо тот, будучи позван Пророком Илиею, так ответствовал: «облобыжу отца моего» прежде, «и иду” потом «в след Тебе» (3Цар.19:20): Божественные же Апостолы немедленно оставив вся, корабль, мрежи, совоспитанников, друзей, сродников и отца своего Зеведея, пошли в след Иисуса Христа.

Беседа о том, что сохранение Божественных заповедей есть вина земного счастия

Двукратный глас Божий касается Петра и с ним сущих учеников Иисуса Христа: «вверзите мрежи ваша в ловитву» (Лк.5:4): се есть первый; «не бойся, отселе будеши человеки ловя» (Лк.5:10), или как говорят Матфей и Марк: «грядита по Мне, и сотворю вы ловца человеком» (Мк.1:17; Мф.4:19): се есть второй. Ученики, охотно повинуясь первому, имели счастие бесчисленное рыб уловить множество; повинувся же немедленно и второму, сопрестольниками учинены были Иисуса Христа. Это ясно показывает, что повинующиеся Божественным повелениям не только наследниками бывают вечного царствия, но и счастливыми в сей временной жизни. Но поелику некоторые, рассуждая, что человеческий род, ради праотеческого греха, изгнан в сию страну для всегдашнего в оной бедствия и наказания, думают, что исполнение всех заповедей Божеских служит не к мирному в сем мире и счастливому человека состоянию, но только единственно к душевному нашему спасению: того для не бесполезно ныне побеседовать против погрешительного такового мнения, и показать, что таковые противятся не токмо учению Божественных Писаний, и повествуемым, и видимым, но и самому здравому рассудку.

Бесчисленные суть места Священных Писаний, на которых делателям Божественных заповедей возвещаются воздаяния земные, купно и небесные. Но да не отягощу слуха вашего и слишком продолжу слово мое, умалчиваю о земном обетовании, и что касается до дождя благовременного и позднего и плодоносия земли, и что касается до умножения семени, и противу врагов побед, и что заключается в благословениях Иаковлевых и Моисейских, и в книгах святых Пророков: два же доказательства на среду представляю как из Ветхого, так и из Нового Завета, довольные к убеждению каждого человека, здравые имеющего рассуждения. Первое из сих возвестил, яко от уст Божиих, велегласнейший Пророк Исаия, когда был послан проповедать Божественное определение: «аще хощете», говорил, «и послушаете мене, благая земли снесте: аще же не хощете, ниже послушаете мене, меч вы пояст: уста бо Господня глаголаша сия» (Ис.1:19-20). Второе же проповедал святой Пророк и Царь Давид, который, говоря о воздаяниях, даемых праведному человеку, оканчивает Псалом, изъявляя прежде земную мзду: «долготою дней», говорит, «исполню его», потом и небесную: «и явлю ему спасение Мое» (Пс.90:16).

Иисус Христос, Который пришел в мир не разорить, но исполнить закон (Мф.5:17), — то есть, научить учению о совершенстве, заключающемуся в законе: «ничтоже бо совершил закон» (Евр.7:19), за немощи содержащихся в нем, — явно обещал тем, кои чрез правду и добродетель ищут наследия царствия Божия, и вся земная благая: «ищите», сказал, «прежде царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся вам» (Мф.6:33). Говоря же о тех, кои ради любви Его оставляют имение и сродников, возвестил и решительно доказал, что таковые и в сем мире удостоиваются воздаяний: «аминь глаголю вам, никтоже есть, иже оставил есть дом, или братию, или сестры, или отца, или матерь, или жену, или чада, или села, Мене ради и Евангелиа ради, аще не приимет сторицею ныне во время сие домов и братий и сестр, и отца и матере и чад и сел, во изгнании, и в век грядущий живот вечный» (Мк.10:29-30). Кто верует Богу и уверен есть, что слова Божественных Писаний суть слова Божия: таковой, сие слыша, никакого сомнения не возымеет, что за повиновение Божественным повелениям сугубой сподобляемся почести, земной и небесной, временной и вечной. Но поелику примеры уполномочивают доказательства о сей истине, не прейдем и сих молчанием.

Повелевает Бог Аврааму, говоря: «изди от земли твоея, и от рода твоего, и от дому отца твоего, и иди в землю, юже ти покажу» (Быт.12:1). Авраам, возложив упование, повинулся гласу Божию, — и Бог снабдил его за сие многим богатством: «Авраам бяше богат зело скоты, и сребром и златом» (Быт. 13:2). Се земное сокровище! Даровал тоже ему победу над врагами, великую и чудную; ибо он поразил четырех царей, «и гони их даже до Ховала, иже есть ошуюю Дамаска: и возврати вся конныя Содомския, и Лота сына брата своего возврати, и вся имения его, и жены и люди» (Быт.14:15-16). Се земное воздаяние! Даровал ему сына от Сарры, бесплодной его жены, и умножил семя его, яко звезды небесные: «се Сарра жена твоя родит тебе сына, и наречеши имя ему Исаак» (Быт.17:19). «Изочти звезды, аще возможеши изчести я. И рече: тако будет семя твое» (Быт.15:5). Се суть воздаяния земные! Обрати взор твой и на Иакова. Он отходит из отеческого дома, кроме жезла ничего не имея; но утверждает столп, и молится и обещает Богу посвятить десятую часть будущих своих стяжаний. Почему Бог и снабдил его волами, ослами, овцами и рабами и рабынями (Быт.28). «Довлеет ми», говорил благодаря Бога, — «от всея правды, и от всея истины, юже сотворил еси рабу Твоему: с жезлом бо сим преидох Иордан сей: ныне же бех в два полка» (Быт.32:10). Кто же сомневается, что все сие не есть земное воздаяние? Посмотри на Давида, «мужа по сердцу Божию»; его избрал Бог, его восприял от стад овчих, от доилиц поят его, и увенчал царскою диадимою, и возвел на престол царства Израильского (1Цар.16:13; Пс.77:70-71). Сие же что другое есть, как не земное благо? О том же, что и Авраам, и Иаков, и Давид наследниками суть небесного царствия, никто не сомневается.

По Божественном Писании и истинных примерах, убеждает нас признать предложенное за истину и самый разум. Ибо если Бог любителям Своим, хранителям заповедей и творящим волю Его, не дарствует земные благие: кого же сими обогащает? врагов ли Своих? нарушителей ли законов и презрителей Божественного Его хотения? Никак. Сие есть невозможно, ибо неправедно. Если же ни любители Божии, ни враги не удостоиваются земных благих; напрасно убо Бог сотворил толикое множество цветов и плодов, столько животных, столько злата и сребра, столько драгоценных камений, толь многообразные и бесчисленные творения. Напрасно украсил человеческий ум толикою мудростию и даровал толико художеств в руки для совершения толико бесчисленных дел, виновных всякого удовольствия и приятности и увеселений. Но кто и когда поверит, чтобы Бог, будучи премудрейшим и промыслительнейшим, создал непотребные вещи и сотворил столько и толико творений напрасно?

Без сомнения, прародительский грех соделал нас причастными тления и изгнанниками из райского обиталища. Без сомнения, ради прародительского греха проклял Бог землю и сказал: «проклята земля в делех твоих, терния и волчцы возрастит тебе» (Быт.3:17-18). Истинно так; но что же причиною? Явно, что грех. Если убо загладится грех, и место его заступит добродетель; ужели и при добродетели земля проклята бывает, печали, терния и волчцы рождающая? Никак. Добродетель человека делает причастным состояния прародительского, прежде падения бывшего: сие же состояние есть благословения, радости и удовольствия. В таком состоянии находился Давид, когда творил хотение Божие; когда же впал в грех, подвергся проклятию земному, печали, терния и волчцы сей удручали его. Почему со слезами молясь, взывал: «воздаждь ми радость спасения твоего, и Духом Владычним утверди мя» (Пс.50:14)! Сей Владычний Дух, каковый грех человек ни имел прежде падения, паки в его сердце вселяется чрез добродетель. Сей являет его превыше всех творений сущим; Сей убеждает его все земное вменить за уметы: «и вменяю вся уметы быти, да Христа приобрящу» (Флп.3:8) Сей Владычний Дух столько утверждает, что и проклятие земное, и печали, и терния и волчцы ее бывают виною радости. «Ныне», признавался Павел, сей Божий человек, «ныне», когда достиг до совершенства добродетели, «радуюся во страданиях моих» (Кол.1:24).

Если убо, таким образом, нет о сем сомнения: следовательно, кто хочет наслаждаться благими мира сего, должно таковому ходить путем добродетели. Однако мы, несчастные, признаем и уверяемся, что ходя по стремнинам погибельным, тамо получаем наслаждение благ сея жизни. Всеблагий Бог благоволил дать людям закон Свой путника к благополучному их состоянию, разделив оный на десять заповедей. Служи, говорит, и люби единого истинного Бога; никогдаже поклонись, ниже послужи творению. Мы нерадим о Боге, и привязываем сердце наше к творениям, то есть, к полям, к винницам, к садам, к редкостям. Мы злату и сребру, так как Богу, поклоняемся. Не приемли всуе, говорит Бог, имене Моего: мы почти на всякий час и ради самых маловажных вещей, клянемся — и когда должно, и когда не должно, и в правде, и в обманах. Почитай праздник, повелевает Бог: мы же во дни праздничные не только не ходим в церковь слушать слово Божие, просить оставления грехов наших и прославлять Его за безмерные Его щедроты, не только продаем и закупаем, и работаем в праздники, но и для того ожидаем праздников, да, разрешив воздержания и умеренности обуздание, на всякое устремимся беззаконие. Чти отца твоего, повелевает Бог, и матерь твою: мы же, самым естеством убеждаемые, небрежем о родителях наших, часто же и до такого бесчеловечия доходим, что и гнушаемся ими. Не прелюбодействуй, заповедает Бог, не укради, не убий, не лжесвидетельствуй, не пожелай чужой вещи: мы же и чужое ложе оскверняем, и других имения касаемся, и руки в крови брата нашего погружаем, и лжесвидетельствуем, и нам не принадлежащие вещи присвояем. И таким образом раздражая Царя славы, надеемся процветать в долгоденствии, во многом богатстве, в великой славе и в прочих земных благих! О греха сатанинского!

И другой грех, худший сего, многих под свою покоряет власть. Многие верят, что благих мира участником бывает по политике живущий человек. Политик, говорят, бывает счастлив в сем мире. Бываю же политиком тогда, когда кого ненавижу, притворяюсь же, якобы его люблю; когда имею вражду в сердце моем, но во устах моих лестные и дружеские разговоры; когда смертельным врагом нахожусь, и являюсь любезным другом. Бываю политиком, когда, чтобы угодить людям, горькое сладким и сладкое горьким называю; когда зову тьму светом и свет тьмою; когда или посредством лжи, или обмана, или другим чем обману брата моего, и достигну до цели моей, политиком тогда остаюсь; когда другое думаю, и другое говорю, другого хочу, и другого требую, политик тогда есмь.

Следовательно, — скажем без притворства правду, — политик есть лицемер, ласкатель, коварный, лжец, злобный и злой; и искусство, называемое политическим и столько хвалимое людьми и превозносимое, есть искусство явно диавольское.

Внемлите еще и третьей погрешности, первых горшей. Многие уверяют себя, что рачительное закона исполнение препятствует наслаждению земных благих. Как может, говорят, правитель или начальник быть счастливым в правлении державы своей, если, приноравливаясь к обстоятельствам, никогда не солжет и не впадет в неправду? Если купец бегает клятвы, лжи, обмана, — ни прибыли не получает, ниже обогащается. Если художник чужд обмана, — бедным остается и несчастливым. Мир, говорят, во зле лежит; если де не обманешь и не польстишь и не солжешь, не годишься быть в обществе, ниже наживешься. Проворство де, ученость, искусство, а не тщательное закона исполнение, доставляют счастие в настоящей жизни.

Бессмысленный человече! и как ты не понимаешь погрешности твоей и развращенных мыслей твоих? Кто повелевает «облаком не дождити» (Ис.5:6)? Кто дождит «на един град, а на другий не дождит» (Ам.4:7)? Кто, «сокрушая досаждение гордыни, полагает вам небо железным, и землю вашу яко медяну? Кто изводит ветры от сокровищ Своих» (Лев.26:19)? Кто «низпосылает огнь на грады» для истребления «оснований их» (Пс.134:7)? Кто превращает огненную силу в росу (Ос.8:14)? Кто «потрясает небом и землею и морем» (Дан.3:50)? Кто владеет солнцем, луною, звездами, светом, стихиями, всею тварию? И кто другой, если не Бог (Агг.2:7)? Он все создал, под Его властию все существует: «яко в руце Его вси концы земли, и высоты гор Того суть. Яко Того есть море, и Той сотвори е, и сушу руце Его создасте» (Пс.94:4-5). Он положил законы всем естественным движениям, и Он по хотению изменяет всех вещей свойства. Он «отверзает руку Свою, и исполняет всякое животное благоволения» (Пс.144:16). «Он мертвит, и живит, низводит во ад, и возводит: убожит и богатит, смиряет и высит. Возставляет от земли убога, и от гноища воздвигает нища, посадити его с могущими людей» (1Цар.2:6-8). Ты же ли, червь земной, нарушением заповедей раздражаешь Царя славы и Господа всех, на небеси и на земли сущих, и потом чаешь насладиться земными Его благими? Ты ли, приноравливаясь к политике своей, и посредством оной творя диавольские изобретения, огорчаешь Бога, потом ласкаешься, что ради сего будешь счастливым? Ты ли чрез гордость и другие грехи возбуждаешь на себя Божеский гнев, потом уповаешь, что Бог подаст тебе благие, каковые обещал творящему волю Его?

Но мы, скажете, видим, что некоторые хотя исполняют Божеские законы, но однако пребывают в несчастии; многие нарушают те, но однако живут благополучно. Что касается до первых, о сих Божественный Апостол Павел вам скажет, говоря: «кто бо весть от человек, яже в человеце, точию дух человека живущий в нем» (1Кор.2:11)? Никто не знает таин человеческих: притворник ли есть тот, которого ты называешь праведным и святым, и лжец, и очищает, как «фарисей, внешнее сткляницы и блюда, внутреннее же полно есть грабления и лукавства» (Лк.11:39), или есть второй Иов, Богом искушаемый и чрез искушение блажимый, и благословляемый более последним невидимым, нежели сущим видимым? Искушает бо Бог праведников яко злато в горниле. «Сии же вмале наказани бывше, великими благодетельствовани» бывают (Прем.3:5). Бог бо, обретши их достойными Себя, венчает их царскою державою небесного Иерусалима, где яко свещницы просветятся. Что ж касается до первых, послушай, что о них свидетельствует Пророк: «не ревнуй лукавнующим, ниже завиди творящим беззаконие». Почему же? «Зане яко трава скоро изсшут, и яко зелие злака скоро отпадут» (Пс.36:1- 2). Неправедное богатство яко трава скоро иссыхает, беззаконное счастие яко дым исчезает. Ныне видишь законопреступника благополучным, возвышающегося яко кедры Ливанские, заутра теряется из глаз твоих и он, и все его счастие; ищешь его — и ниже жилища его обретаешь. «Видех нечестиваго превозносящася и высящася яко кедры Ливанския: и мимо идох, и се не бе; и взысках его, и не обретеся место его» (Пс.36:35-36). Таковые премены видим ежедневно: видим многих, падающих с высоты счастия во глубину несчастий; слышим же и глас Вседержителя, вещающий: «иже не собирает со Мною, расточает» (Мф.12:30); но однако, яко слепые и глухие, приписываем таковые превраты року, случайностям, худому правительству, и паки, нарушая заповеди Божеские и чая насладиться благими Его, на то же обращаемся.

Христиане! Бог о сей истине столько ясно засвидетельствовал, что никто сомневаться не может. Послушайте, что говорит: «се работающии Ми ясти будут, вы же взалчете: се работающии Ми пити будут, вы же возжаждете: се работающии Ми возрадуются, вы же посрамитеся: се работающии Ми возвеселятся в веселии сердца, вы же возопиете в болезни сердца вашего, и от сокрушения духа восплачетеся» (Ис.65:13-14). Какие другие слова суть яснее сих или решительнее? Если убо сомневаешься, что сии слова суть слова Божия, или что Бог обещает, но не исполняет, — нет тебе никакой надежды: отлучись от общества христиан, удались от Церкви, отчайся совершенно. Если же веруешь, что суть слова Божия, и что Бог, что ни обещает, с избытком исполняет, внемли и следующему.

Если желаешь богатства, если хочешь чести, если ищешь счастия, если алкаешь благих мира сего: работай, во-первых, всегда Господу, то есть, храни со всяким вниманием и ревностию все Его заповедания и ни одного никогда не нарушай. Во-вторых же, когда вступаешь в должность, либо политическую, либо судебную, либо воинскую, либо купечество, либо художество, либо другое какое дело предначинаешь, не надейся, ниже хвались мудростию твоею, ни силою твоею, ни богатством твоим: «да не хвалится премудрый премудростию своею, и да не хвалится сильный силою своею, и да не хвалится богатый богатством своим» (1Цар.2:10). Возложи все упование и надежду твою на человеколюбие и милость Божию; посем хвались, поколику знаешь, что все от Бога и Он есть податель и земных, и небесных благих для работающих Ему. «Но о сем да хвалится хваляйся, еже разумети и знати Господа, и творити суд и правду посреде земли». Ищи всегда от всея души и сердца царствия Божия и преуспения в добродетели; и нимало не сомневайся, что ища сего удостоишься и земных благих. Сие обещает тебе неложнейший Бог, говоря: «ищите прежде царствия Божия и правды Его, и сия вся приложатся вам» (Мф.6:33).

26.1. Толкование на Апостол из второго послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в восемнадцатую неделю (2Кор.9:6-11)

Евреи (те) из обитающих в Иудее, кои уверовали во Иисуса Христа, многие и неизобразимые претерпели страдания от неверовавших единоплеменных им. « Воспоминайте же », писал к ним Божественный Павел, « первыя дни вашя, в нихже просветившеся мног подвиг подъясте страданий » (Евр.10:32). Между прочими же злодействиями неверные, и имущество их расхитивши, привели их чрез то в убожество. « Ибо », говорит тот же Павел, « узам моим спострадасте, и разграбление имений ваших с радостию приясте » (Евр.10:34). Посему ученики, находящиеся в Антиохии, Македонии и Ахаии, посылали вспоможения к живущим во Иудеи нищим (Деян.11:29; Рим.15:26). О таковых нищих преимущественно имел попечение Павел, прияв о сем завещание от Апостолов Иакова, Петра и Иоанна (Гал.2:9–10). Он писал о сей милостыне и к Коринфянам: и в первом к ним послании своем учредил способ собирания милостыни, имеющей быть посылаемою к нищим во Иерусалиме. « О милостыни же », рек он, « яже ко святым, якоже устроих Церквам Галатийским, тако и вы сотворяйте. По единей от суббот кийждо вас да полагает у себе, сохраняя, еже аще что благопоспешится: да не егда прииду, тогда собрания бывают » (1Кор.16:1–2). Во втором же к ним послании своем научил правилам милостыни, и объявил, какие награды приемлют милостивые. Сие содержит в себе ныне чтенная часть послания его. Почему кто внимательно слушать будет толкование сие, тот в точности узнает, какая милостыня благоприятна Богу.

2Кор.9:6. Братие, сеяй скудостию, скудостию и пожнет: а сеяй о благословении, о благословении и пожнет.

Свойства семени и милостыни многое имеют между собою сходство. Как ты сеешь семя в землю, так влагаешь милостыню в руки нищего: и как сеешь зерно единое, а пожинаешь многие, так един динарий даешь нищему, а приемлешь сто. Семя, если останется непосеянным, никакого не приносит плода, если же посеяно будет в землю, приносит плод многообильный. Богатство, если не раздается другим, бывает бесплодно, если же будет роздано нищим, приносит плод безмерно множайший. Ибо даем мы нищему монету, а получаем Царствие небесное. Поелику убо толикое сходство имеют между собою свойства семени и милостыни, посему Божественный Апостол, да преклонит всех к богатодаровитой милостыне, говорил в переносном смысле, сказав: « сеяй », как бы вместо милуяй, « скудостию », значит мало, а « о благословении », много. Кто, говорит он, сеет мало, пожинает мало, а кто сеет много, тот пожинает много, то есть, кто милует мало, приемлет мзду малую, кто же милует богатодаровито, тот приемлет богатодаровитое мздовоздаяние. А дабы никто не думал, что Бог взирает на единое количество милостыни, а не и на душевное расположение милующего, полагает правила милостыни Богу благоприятной, говоря:

2Кор.9:7. Кийждо якоже изволение имать сердцем, не от скорби, ни от нужды: доброхотна бо дателя любит Бог.

Маловеры и сребролюбивые скорбят, когда милостыню подают нищим: маловеры, потому что боятся, чтобы не дойти им до нужд нищеты: а сребролюбивые, потому что видят, что чрез даяние уменьшается любезное для них сребро. Стыдливые и рабы по нужде творят милостыню: стыдливые, стыдясь требующих милостыни, и стыдом будучи понуждаемы: а рабы властию господ своих будучи приневоливаемы. Смотри же, какие правила полагает Апостол в рассуждении милостыни, и какому даянию оной быть должно: не милуй, говорит, скорбя, или принуждаясь, но давай сколько произволяет сердце твое. Ибо того милостивого любит Бог, который доброхотно и с радостию дает милостыню.

2Кор.9:8. Силен же Бог всяку благодать изобиловати в вас, да о всем всегда всяко довольство имуще, избыточествуете во всяко дело благо.

Вот воздаяния Божии за милостыню: всякая благодать, или всяк дар Божественный, и телесный и духовный. Телесный есть довольство, а духовный – избыток и преумножение добрых дел. Не сомневайтесь, говорит он, милостивые, вы, кои богато милуете нищих, и не бойтесь нищеты. Ибо Бог, будучи всесилен, может подать вам все дары преизбыточно, да имуще о всем, то есть, во всяком случае и обстоятельстве, всегда все, что довлеет для потребностей ваших, преумножите все добродетели ваши. Из сих бо Апостольских слов: « да о всем всегда всяко довольство имуще, избыточествуете во всяко дело благо »: явствует, что Бог для того дает нам преизбыточно земные блага, да чрез оные преумножаем добрые наши дела. Чем убо множайшие блага имеешь, тем более одолжаешься творить дела благие и множайшие. Подтверждает же слово свое Божественный Апостол Божественным Писанием, говоря:

2Кор.9:9. Якоже есть писано: расточи, даде убогим: правда его пребывает во век.

Слово сие писано во Псалмах Царе-Пророка Давида (Пс.111:9). « Расточи », означает раздал богатодаровито многим: правдою Псалмопевец наименовал добродетель, или и самую милостыню, потому что правду творит тот, кто имея подает не имеющему. Не исчезает милостыня, но пребывает и в настоящем, и в будущем веке: в настоящем чрез передаемую от одного к другому славу и чрез письменное повествование: как то пребывает до днесь всехвальная слава страннолюбия Аврамова, и многих милостынь Корнилиевых, и милосердия Тавифы ко вдовицам (Быт.18; Деян.10:2:9:36): в будущем же веке пребывает, потому что милостивые в день суда поставляются одесную Судии, и слышат ублажающий их глас, и соделываются наследниками вечной славы Божия. Следующие же Апостольские словеса суть молитвенные и увещательные.

2Кор.9:10. Даяй же семя сеющему, и хлеб в снедь да подаст, и умножит семя ваше, и да возрастит жита правды вашея.

Как с начала в переносном смысле говорил Апостол о милостыне, так в переносном образе речи изложил и окончательные о милостыне словеса, то есть, желание милостивым: здесь семя и сеяние означают даруемые нам от Бога блага, злато, сребро, одежды, яства, и все прочее, что мы подаем нищим: сеющий означает милующего: жита правды, плоды или пользу, доставляемую от милостыни. Сими же переносными словами молится Боговдохновенный Павел под именем Коринфян и о всех других милостивых, говоря: « Бог даяй семя сеющему », то есть, Бог, Который дает блага Свои всякому человеку милостивому, Сам да даст вам « и хлеб в снедь », то есть, все к пропитанию нужное, и да умножит блага ваши, и да возрастит Божественные плоды милостыни вашей.

2Кор.9:11. Да о всем богатящеся во всяку простоту, яже содевает нами благодарение Богу.

Кто не испытует и не весит на весах мирских умствований количество даемой милостыни, но с духовною простотою подает оную нищим, тот милует богатодаровито. Сию же простоту, яко необходимую для богатого раздаяния милостыни, завещевал иметь Павел и в послании своем к Римлянам, говоря: « подаваяй в простоте » (Рим.12:8). А Поелику он увещевал Коринфян, да богатодаровито милуют находящихся во Иерусалиме нищих, пиша к ним: « сеяй о благословении, о благословении и пожнет » (2Кор.9:6): почему и желает « да о всем богатящеся », или да по всему, и по благости душевной, и по благам телесным, богатыми соделавшись, милости делают со всякою простотою, то есть, со всяким обилием и щедростью. Оная же, говорит он, богатая милостыня ваша заставляет и нас благодарить Бога. « Яже содевает нами благодарение Богу ». Но как сие соделовалось? Павел, побуждавший к милостыне, видя нищих милостынею утешаемыми, еще же и самых Коринфян повинующимися Евангельскому завещанию его, и охотно исполняющими оную добродетель, приносил за сие благодарение Богу: « яко работа », говорит он, « сего служения не токмо есть исполняющая лишения Святых, но и избыточествующая многими благодаренми Богови, искушением служения сего славяще Бога, о покорении исповедания вашего в благовествовании Христове, и о простоте сообщения к ним и ко всем » (2Кор.9:12–13).

Беседа о милостыне, что милостыня есть законоположение Божие, что она есть добродетель весьма угодная Богу, и что за оную мы получаем и на земли и на небеси великие воздаяния

Законоположения святых Писаний о милостыне таковы суть, что никто никогда из верных не сомневался в том, что милостыня есть законоположение Божие, что она есть добродетель весьма угодная Богу, и что за оную мы получаем и на земли и на небеси великие воздаяния. Посему, исключая токмо некоторых людей, или весьма немилосердых, или чрезмерно сребролюбивых, все прочие, иной более, а другой менее, милостивы бывают к нищим. Видя сие, враг души нашей, и ведая, что милостыня приносит все блага, и виновницею бывает нашего спасения, завистию снедается. Почему всячески усиливается, чтобы удержать совершенно Христиан от соделования милостыни; видя же, что по большой части тщетны бывают таковые усилия его, и что Христиане милосердствуют, а он остается постыжденным и побежденным, вымышляет другие козни льстивые и лукавые, дабы, когда не может воспрепятствовать совершенно подаянию милостыни, то хотя бы похитить у нее благоухания добродетели и наполнить ее зловонием и нечистотою.

Всякий человек имеет склонность к страсти славолюбия. Страсть сия первее других действует в людях. Посему мы видим, что и самые дети, когда им честь делают, то радуются, а когда их презирают, то печалятся. поелику же милостивых все почитают и хвалят, то сатана мечет стрелы свои во ум их, и возжигает внутрь сердца их страсть славолюбия: чем некоторые обольщаясь, подают милостыню нищим, да славятся человеками. Но сии стрелы его сокрушил Спаситель мира небесным Своим учением: «внемлите», рек Он, «милостыни вашея не творити пред человеки: аще ли же ни, мзды не имате от Отца вашего, Иже есть на небесех» (Мф.6:1). Богомудрый же Павел учением, которое мы сегодня слышали, открыл нам еще другие две демонские сети, против милостивых приуготовленные, то есть скорбь и нужду, и показал, каким образом можем мы сокрушить оные, сказав: да творит милостыню «кийждо, якоже произволение имать сердцем, не от скорби, ни от нужды: доброхотна бо дателя любит Бог» (2Кор.9:7).

Когда ты видишь нищего, и помышляя о нужде и бедности его, скорбишь о нем, по скорби же своей помогаешь ему, сколько можешь, тогда скорбь твоя есть дщерь любви, есть добродетель, есть милосердие, подобное милосердию Самарянина, который, увидя впадшего в разбойников и израненного «Милосердова. И приступль обвяза струпы его, возливая масло и вино» (Лк.10:33-34). Не о сей скорби говорил Божественный Апостол, когда преподавал правила касательно милостыни. Ибо таковая скорбь есть святая и спасительная: но о той скорби сказал так: «не от скорби», которая оскверняет жертву милостыни. Подаешь ты иногда милостыню нищему богатодаровито. При сем враг твой тотчас влагает во ум твой помыслы нищеты, и вселяет в сердце твое страх нищенского состояния. Дай, говорит он тебе, сегодня, дай завтра, дойдешь наконец до крайней нищеты. Посему ты раскаиваешься в подаянии милостыни твоей, и столько скорбишь об учинении того, что если бы не стыдно было людей, то едва ли бы не потребовал, чтобы возвратил тебе нищий все то, что ты ему подал. Сию скорбь изгнал Апостол от милостыни, изгнал же оную, сказав: «не от скорби», поелику таковая скорбь есть порождение неверия. Если бы ты веровал, что «весь день милует, и взаим дает праведный, и семя его во благословение будет» (Пс.36:26): если бы ты веровал, что «милуяй нища, взаим дает Богови, по даянию же его воздастся ему» (Притч.19:17): и что милующие приемлют сторицею на земли и царствие вечное на небеси (Мк.10:30): то не скорбь, но радость превелия входила бы в сердце твое в то время, как миловал ты нищих. поелику же сомневаешься и маловерствуешь, посему и скорбишь. А таковая скорбь иссушает цвет, прогоняет благоухание, и погубляет красоту и светлость милостыни твоей. Почему отвращает от нее Бог Божественное Свое лице.

Но иную еще сеть приготовляет сатана, нужду, дабы оною уловить милующих. Часто принуждает нас к подаянию милостыни стыд, и часто обеспокоивание. Почему мы иногда милуем, дабы избегнуть стыда, который причиняет нам лице просящего милостыни, а иногда, чтобы избавиться беспокойствия от нищего, который просит, вопиет и умоляет. Таковая милостыня неблагоприятна Богу. Ибо когда мы делаем милость принуждаемы стыдом, тогда делаем великую неправду, потому что уважаем лице человеков паче лица Иисуса Христа: когда предстает пред тебя нищий, тогда Христос предстоит пред тобою: и то, что ты дашь нищему, даешь Иисусу Христу. «Аминь глаголю вам, понеже сотвористе единому сих братий моих менших, мне сотвористе» (Мф.25:40). Когда убо творим милостыню не по любви Христовой, но стыда ради человеков, тогда уважаем видящих или слышащих, или ходатайствующих людей более самого Иисуса Христа. Видите, коликую неправду делает тот, который милует, вынуждаясь к тому стыдом. Когда же милостыню подаем для того, чтобы избавиться беспокойствия от нищего, вслед нас вопиющего, тогда преступаем заповедь вторую, то есть, любим самих себя более, нежели ближнего. Ибо делаем милость ему не для того, чтобы помочь бедствию его, но чтобы избавиться беспокойствия. Како убо может быть угодна Богу милостыня, оскверняемая неправдою и очерняемая преступлением Божественной Его заповеди; по сей-то причине законоположил Богоносный Апостол, чтобы мы не от нужды творили милостыню.

Но для чего, скажешь ты, толикая тонкость в изложении дела милостыни? Цель милостыни есть утешение и поправление нищего. Когда убо дам я милостыню, хотя стыда ради, хотя для того, чтобы избавиться беспокойствия, хотя скорбеть буду, давши, цель милостыни исполнена. Ибо нищий, прияв данное ему, тем утешается и исправляет свою нужду. Толикой, и еще гораздо большей должно быть подробности в изъяснении дела милостыни. Ибо милостыня есть дар, взыскуемый от нас Богом, и угодный Ему паче всякой иной жертвы. «Шедше же», рек Он, «научитеся, что есть, милости хощу, а не жертвы» (Мф.9:13). Поистине Божии суть все блага, Бог дал нам все, что мы имеем, и Сам Он нужды не имеет ни в каком даре будучи податель даров: но по безмерной Своей благости и человеколюбию, ежели что мы дадим нищим, вменяет то в дар ему приносимый. «Понеже сотвористе», говорит, «единому сих братий моих менших, мне сотвористе» (Мф.25:40). Скажи убо мне, когда ты намереваешься принести дар земному Царю, тогда не рассуждаешь ли первее в тонкость обо всем, и о количестве, и о качестве, и чести дара, и о сосуде, в который положишь его, и об одежде, в которую тебе одеться, чтобы предстать пред Царя? Или берешь дар просто, и чтобы такое ни случилось пред тобою, и положив оный в какой-либо простой сосуд, предстаешь пред Царя, будучи сам не умовен и нечист, и бросаешь пред ним оный дар твой? Ежели поступишь по второму, то нет сомнения, что вместо благодарности и милости получишь царский гнев и негодование. После сего ли еще говорить будешь, что для дара, приносимого Царю небесному, Царю царствующих и Господу господствующих, Творцу и Владыке всей видимой и невидимой твари излишня есть такая тонкость в словах.

Но цель, скажешь ты, милостыни исполняется. Какая цель? Кажется, что ты ни самой первой, главной и собственной цели милостыни не знаешь. Бог не имеет нужды в руке твоей к утешению и поправлению нищего. Ибо Он отверзает руку Свою, и исполняет «всякое животно благоволения» (Пс.144:16). Он, будучи всемогущ и всевластен, может во едино мгновение времени обогатить всех нищих. Почему главная и собственная цель милостыни не есть утешение и поправление нищих, но первоначальная оной цель есть та, чтобы ею мы, показавши благодарность к Богу, любовь к ближнему, и верное и мудрое распоряжение данных нам благ, наследовали вечное Царствие Божие (Лк.12:32-33). А поелику благодарность, любовь, и верное и мудрое домоустроение суть дела произволения, посему изрек Божественный Павел: «кийждо якоже изволение имать сердцем»: так же, «не от скорби, или от нужды»: и еще, «доброхотна бо дателя любит Бог» (2Кор.9:7).

Како убо я исполню цель милостыни, когда сердце мое не имеет произволения милостыни, то есть, когда не милосердую о нищем, но вынуждаюсь стыдом или обеспокоиванием делать милость ему? Доброхотство не в руке состоит, ниже в даре, но в сердце человека заключается. Како убо буду датель доброхотный, когда милую и вместе скорблю о подаянии, когда милую и вместе досадую на понуждающий меня стыд или обеспокоивание? Бог любит дателя доброхотного: когда же я милую и скорблю, милую и гневаюсь, тогда несмь датель доброхотный, но датель скорбный и гневливый. Какая убо надежда получить мне любовь Божию в воздаяние за дар мой? Какой же есть дар мой, когда оный вместо красоты благодарности изъявляет безобразие неблагодарности моей, вместо благовония любви дышит курением жестокости моей, вместо благолепия рассудительности представляет нелепость безрассудия моего, и вместо света доброхотства имеет мрак скорби моей и нужды, которая заставила меня милость сделать? Бог хочет, чтобы приносилось ему беспорочное, совершенное и лучшее. «и да приведет», рече, «сонм телца от волов непорочна» (Лев.4:14). Бог хочет, чтобы мы со многим рассуждением приносили ему дары жертв наших. «И всяк дар жертвы нашея солию да осолится» (Лев.2:13). Почему дары предосудительные и безрассудные неугодны Ему и неблагоприятны.

Два, братия, первых в мире человеков, Каин и Авель принесли Богу жертву от плода трудов своих. Каин, яко земледелатель, принес ему плоды от земли: Авель же, яко пастырь овец, принес овец от стада своего. Бог на Авеля воззрел милостивым оком, благоугожден быв дарами жертвы его: Каина же и жертвы его презрил. «И призре Бог на Авеля и на дары его: на Каина же и на жертвы его не внят» (Быт.4:4-5). Но по какой причине? Жертва была Каинова как и Авелева. Каин яко земледелатель имел плоды, а Авель яко пастырь имел овец. Почему каждый приносил Богу то, что имел. Почему убо жертва Каинова не приятна была, а Авелева благоприятна? Не были ли, может быть, овцы угоднее Богу, нежели плоды? Но и овцы, и плоды, и вся суть творения Божии, и суть добра зело. «И виде Бог вся, елика сотвори: и се добра зело» (Быт.1:31). Не имел ли, может быть, Бог потребности в овцах паче, нежели в плодах? Но в чем потребность имеет Тот, у Коего «в руце концы земли, и высоты гор»? (Пс.94:4) Тот, Который сотворил море, руце же Его сушу создаша? Какая убо причина была принятия и отторжения оного? Авелева жертва имела соль рассудительности, Каинова же жертва была несоленая, то есть безрассудная. Авель избрал «от первородных овец своих и от туков их» (Быт.4:4), то есть лучшее что имел: Каин же, взяв плоды земные без разбору, какие случились, дерзнул принести оные Богу. Оба принесли Богу жертву, но Авель с подобающим рассуждением, Каин же безрассудно. Сие явственно от обличительных на Каина слов Божиих. «Еда, аще право принесл еси», рек ему Бог, «право же не разделил еси, не согрешил ли еси?» (Быт.4:7) Хотя доброе то, говорит, дело, что принес ты жертву, поелику мне оную принес, но согрешил, поелику не рассудил, что такое было приносимое. Прав дар твой, яко мне приносимый: но безрассудный, яко не избранный. Посему не приемлю его, но обращаю его тебе назад, да будет дар твой во владении твоем. «К тебе обращение его, и ты тем обладаеши» (Быт.4:7).

Пример сей ужасен для дела милостыни. Дар есть милостыня твоя, жертва есть милостыня твоя, Богу приносимая, но когда милуешь не от произволения сердца твоего, а от того, что понуждает тебя стыд: когда милует не с веселием и радостию, но со скукою и печалию, тогда хотя и право приносишь, но поелику неправо разделяешь, то есть не рассуждаешь достодолжно о завещаниях Божиих касательно милостыни, то согрешаешь. Милостыня твоя конечно есть милостыня Богу приносимая: но поелику ты не рассудил того, что всесовершенный Бог взирает на произволение твое, поелику не принес оную самопроизвольно, а принужденно, поелику не принес оную с веселием и радованием, но с прискорбием и печалию, посему ты согрешил, посему говорит и к тебе Бог, как рек к Каину: «к тебе обращение его, и ты тем обладаеши».

Братия моя Христиане, добро не есть добро, когда не добре совершается. Милостыня, сие добро, тогда превосходит все доброе, когда мы делаем то добре, то есть, якоже хощет Бог. Внемлите убо и имейте всегда пред очами вашими учение Богоглаголивого Павла. Внемлите, когда творите милостыню, чтобы во первых сердце ваше болезновало о нищем, и имело расположение утешить его, потом уже со всяким веселием и радованием простерши руки ваши, освящайте оные подаянием благ, данных вам от Бога, Милостыня, которая происходит от благоутробного произволения и от милования сердца, и прерадостно полагается в руки нищих, есть кадило избранное, и жертва всесожегаемая, восходящая ко престолу Вышнего. Она есть баня, очищающая все грехи наши, как научил нас Господь, рекши: «обаче от сущих дадите милостыню: и се вся чиста вам будут» (Лк.11:41). Она есть источник, из которого истекают вся благая, она есть ключ, отверзающий дверь райскую. Но нужно, да милует «кийждо, якоже изволение имать сердцем, не от скорби, или от нужды: доброхотна бо дателя любит Бог» (2Кор.9:7).

27. В неделю 19-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.6:31-36)

«Велия дела Господня, изыскана во всех волях Его» (Пс.110:2). Таковую связь и изложение имеют словеса чтенного Евангелия, что если погрузим ум наш во глубину разумений, чрезмерно удивимся строению беспредельной Божия премудрости. Являет нынешнее Евангелие учение, неудобосовместное плотию обложенным человекам. Таковое есть любовь ко врагам и заимодаяние тем, от коих не чаем воздаяния. Однако когда о сем предлагал Богочеловек, так оное изъявил, что показалось совместным и несовместное; также столько справедливым и истинным сие поставил, что безответными явил сего непринимающих. И как мудрый учитель начинает учение для своих учеников от простейших и чувствам подлежащих вещей, после же, научив их оным, ведет к важным и отвлеченным предметам: так и премудрейший Учитель и Спаситель мира прежде изложил естественный и чувственный закон; потом, посредством сего расположив мысль и наклонности человеческие, научил высочайшим и совершеннейшим наставлениям, почитаемым от непросвещенных противными свойствам естества. Внемлющий сему толкованию ясно узрит сказанное.

Лк.6:31. «Рече Господь: якоже хощете, да творят вам человецы, и вы творите им такожде.»

Закон сей, который на самом разумном естестве изображен, столько есть истинен, благ и справедлив, что никто, ниже верный, ниже неверный, не может его опровергнуть или ему противостоять. Если ты желаешь, чтобы к тебе были расположены люди: поступай и с ними равным образом. Хочешь ли ты себе, чтобы кто другой или похитил имение твое, или коснулся чести твоей, или какой-либо тебе малый причинил вред? Без сомнения, не желаешь. Убо твори и ты так же, то есть не похищай, ниже бесчести, ниже повреждай другого. Чего желаешь от других? Поистине, хочешь, чтобы все и любили тебя, и уважали, и всячески благоприятствовали тебе. Убо поступай и ты со всеми равно: всех люби, всех почитай, всякому благоприятствуй. Какой может быть на сие ответ, или какое противусловие? Нет никакого. поелику же Божественный Евангелист Матфей, писав о сем Божием законе, упомянул, что Господь, когда сей закон предавал, присовокупил тогда и сие: «се бо есть закон и Пророцы» (Мф.7:12): следует, что чему Моисейский закон и Пророки и Евангелие научают, столько есть праведно, сколько и сей праведнейший закон. Чрез сей убо закон предуготовив Богочеловек слушателей, обращает их к высочайшему и совершеннейшему учению, говоря:

Лк.6:32-34. «И аще любите любящия вы, кая вам благодать есть? ибо и грешницы любящия их любят. И аще благотворите благотворящим вам, кая вам благодать есть? ибо и грешницы тожде творят. И аще взаим даете, от нихже чаете восприяти, кая вам благодать есть? ибо и грешницы грешником взаим давают, да восприимут равная.»

Грешниками здесь называет не токмо нарушителей закона Божеского, который обещает великие почести законохранителям, но и беззаконных и неверных, не имеющих закона, обещающего за добродетель небесные почести. Таковые убо грешники не ради любви Божией, но ради собственной выгоды, не ради добродетели, но ради мзды любят только любящих, и благотворят одним благотворящим, и дают взаим одним тем только, от коих чают равное получить. Какая убо награда, или какое от Бога воздаяние должно быть сим? Никакое. Ибо они приемлют воздаяние от облагодетельствованных ими. За любовь к любящим их приемлют любовь и дружество, за долг — долг или равное воздаяние. Таким же образом, отвергнув Господь добродетель, языческою и грешническою называемую, предает святые наставления истинного и достойномездного благотворения и добродетели.

Лк.6:35. «Обаче любите враги ваша, и благотворите, и взаим дайте, ничесоже чающе: и будет мзда ваша многа, и будете сынове Вышняго, яко Той благ есть на безблагодатныя и злыя.»

Вот добродетель истинная, Богу любезная и пред людьми достойночудная, добродетель достойная многих и великих наград и воздаяний! Когда любишь и благотворишь не токмо друзьям своим, но и врагам; когда даешь взаим не токмо тем, от коих надеешься получить равное, но и убогим и бедным, хотя от них и не ожидаешь воздаяния, — не отчаиваешься однако в том, но уповаешь, что Бог воздаст тебе сугубо за даяние твое: тогда таковой твой поступок есть истинная добродетель, тогда мзда тебе предлежит многая; тогда бываешь, по благодати и по образу, сыном Бога Вышнего. Ибо как Он есть благ и для неблагодарных и злых, «сияет солнце Свое на злыя и благия, и дождит на праведныя и на неправедныя» (Мф.5:45); так и ты, подражая Его милости, любишь и благотворишь и друзьям и врагам, и даешь взаим не токмо имущим, но и убогим, имеющим подателя воздаяния Бога. поелику убо и любовь ко врагам, и благотворение им, и даяние убогим составляют сожаление и милость, и сии, так как те, Богом вменяются: того для, сказав Богочеловек, к вышесказанному присовокупляет и следующее:

Лк.6:36. «Будите убо милосерди, якоже и Отец ваш милосерд есть.»

О Отце и Боге сказал сие: есть милосерд; о людях же — будите милосерди. Ибо Бог естественно милосерд и милостив, беспредельное имея в Самом Себе милосердие и щедроту; человек же, если захочет, бывает милосердым и милостивым с помощию Божией благодати. Бог естественно от Себя Самого пребывает благим, человек же без благодати и помощи Божией никак не может быть таковым. «Без Мене”, сказал Сам Бог, «не можете творити ничесоже» (Ин.15:5).

Беседа о любви к врагам

Заповедь ли Божия есть сие: «любите, враги ваша» (Лк.6:35), так как и сие: «чти отца и матерь твою» (Исх.20:12), или совет, так как и следующее: «аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение твое, и даждь нищим» (Мф.19:21)? Если бы яко совет предлагал сие Бог: кто слушал бы Его, был совершенным и удостоивался бы в царствии небесном высшего места, и славы вящей пред сынами и дочерьми Божиими; кто ж бы сему совету не повиновался, хранил же заповеди, был бы хотя несовершенным и непричастным вящей почести и славы, однако с спасающимися не не удостоился бы Божественного блаженства.

Сие «любите враги ваша» не как советуя сказал Господь, но так как повелевая; не яко советом сие предложил, но яко заповедию: следовательно, кто не сохранит сей Его заповеди, осудится так, как и прочих Его заповедей нарушители.

Столько же ясно есть, что не есть совет, а заповедь, что нет нужды и доказывать. Во-первых, поколику видим, что колико частно Господь Иисус давал святые Свои советы, не только не говорил повелительно, но и оставлял во власти каждого, повиноваться ли, или не повиноваться совету. «Аще хощеши», говорил, «совершен быти, иди, продаждь имение твое, и даждь нищим», и: «могий вместити, да вместит» (Мф.19:21,12). О любви ко врагам не только предлагал повелительно, говоря: «любите враги ваша»; но и с великим чувствием заповедав сие, сказал: «Аз же глаголю вам, любите враги ваша» (Мф.5:44). Во-вторых же, поколику сие заповедание есть единое из десяти заповедей, то есть вторая десятословия заповедь, подобная заповеди первой: «возлюбиши», — слова второй заповеди, — «ближняго твоего, якоже сам себе» (Мф.22:39). Имя же «ближний» относится равно ко всякому человеку, и к сроднику и чужому, и к другу и ко врагу, и к благотворителю и к злотворцу. Всякий человек есть ближний наш, ибо все мы люди единого естества, от единого прародителя, от единого Творца. Без сомнения, дружество соединяет человека с человеком, вражда же отдаляет человека от человека; но обычайное таковое несогласие ни отдаляет, ниже пременяет естественную человека приближенность к человеку. Естественное свойство ближнего бывает непременяемым, хотя бы и вражда посредствовала. Убо ближний человека есть и враг его, хотя вражда того отдаляет, хотя ближним называем только друга.

Когда Бог изобразил на скрижалях закона сию заповедь: «возлюбиши ближняго твоего, якоже сам себе», сие предполагал: возлюбиши, то есть, всякого человека — и друга твоего, и врага твоего. Истинно сие есть и беспрекословно: ибо и чрез самый Моисейский закон Бог возвестил, чтобы мы врагам нашим благотворили: «аще же срящеши», говорит, «говядо врага твоего, или осля его заблуждающее, обратив да отдаси ему. Аще же узриши осля врага твоего падшее под бременем его, да не мимоидеши е, но да воздвигнеши е с ним» (Исх.23:4-5). Не сказал же тогда Бог прямо сего: любите враги ваша, во-первых, поколику сердце Израильтян, живших и воспитанных купно Египтянами, нравами много поврежденных, было весьма плотяное и дебелое, и следственно не могли тогда скоро вместить сего учения. Во-вторых же, поколику да не впадут в злочестие и идолопоклонство приближенных к ним язычников, представил их так как достойными смерти и как их врагов, и научал их с теми иметь вражду: «пагубою погубиши я» (Втор.7:2), говорил, — то есть, Хеттеев, Гергесеев, и Аморреев и Хананеев, и Ферезеев, и Евеев, и Иевусеев, — «и избиеши я. Да не совещаеши», — говорил о Аммонитянах и Моавитянах, — «мирная им, и полезная им во вся дни твоя во веки» (Втор.23:6). «Враждуйте», повелевает, «Мадианитом, и бийте я; зане враждуют вам сии лестию» (Чис.25:17-18).

Посему Иудеи почитали законом Божиим не токмо любовь к друзьям и сродникам своим, но и ненависть ко врагам и иноземцам их. Сего для и Спаситель наш, говоря: «слышасте, яко речено есть: возлюбиши искренняго твоего, и возненавидиши врага твоего» (Мф.5:43), и пришед в мир, не разорит Моисейский закон, но оный исполнит (Мф.5:17), объяснив вторую заповедь Божескую и объяснением дополнив недостаток оной, усовершил и утвердительно сказал: «Аз же глаголю вам: любите враги ваша, благословите кленущия вы, добро творите ненавидящим вас, и молитеся за творящих вам напасть и изгонящия вы» (Мф.5:44).

И сия заповедь чрезмерно возвысила и прославила Евангельское учение. Сию заповедь ублажают идолопоклонники Еллины, сию даже доныне и нехотя похваляют неверные. Сия обнаружила, что без сомнения Божие дело есть нравственное Евангельское учение. Сия есть слава и хвала Христианского закона. Ни один прежде Христа законодатель не научил толикому совершенству, ни один не узаконил когда-либо любить и благотворить врагам. Сия заповедь, будучи соблюдаема, прекращает все сущие в мире неприязни, низводит мир небесный на землю и переменяет землю в небо. Сия заповедь, соблюдаемая, возводит человека на высоту желаемого ему совершенства. Сия творит человека подобным Богу, Который «сияет солнце Свое на злыя и благия, и дождит на праведныя и на неправедныя» (Мф5:45).

Подлинно, скажешь, все сие есть истинно и неложно; но заповедь сия есть весьма трудная, есть противная закону мирскому, противная свойствам человеческой природы. Если я люблю и благотворю тому, который меня презирает, и зло мыслит на имение мое и честь мою и жизнь мою, — почтут меня дураком, буду всего мира посмешищем. Брате! что ты предложил, есть догадка безрассудная, мысль ложная, мнение людей непросвещенных и развратных. Кто разберет дело, как должно, узрит тот, что сия заповедь не есть трудная, ниже противная суду мирскому, ниже несходная с свойствами человеческой природы.

Враг твой, тобою ненавидимый, расславляет везде имя твое: сие рождает тебе печаль. Враг ненавидимый покушается на честь твою: сие производит в тебе негодование. Враг ненавидимый старается всячески положить преграду к приращению имения твоего: сие причиняет тебе скорбь, беспокойство, смущение. Когда ненавидишь врага твоего, предлежит тебе денно и нощно бодрствовать, да превратишь злые ухищрения его; нужно тебе на сие посвятить большую часть внимания твоего, да не повредит жене твоей, чадам твоим, сродникам твоим, рабам твоим, дому твоему, нужно предостерегаться отвсюду; то того просит, то другого молит, да, вступився за тебя, противустоят и защитят тебя от нападения его. Сидишь ли за столом? Хлеб твой бывает тебе неприятен: ибо страшишься злобы врага твоего. Ложишься ли на постель? Сон твой бывает прерывистый и неспокойный: ибо представляются тебе во сне коварства неприятеля твоего. Ни во дни мира, ни в ночи спокойствия не имеешь, ниже, как должно, можешь вникать в занимательности твои. Если отмстишь врагу твоему и накажешь его, радуешься мало; но потом последует за тобою обличение и угрызение совести. Если не отмстишь тому, желание мщения бывает червем в сердце твоем и огнем во утробе твоей. Плоды же непримирительности бывают печаль, негодование, гнев, страх, забота, труды, принужденность мысли твоей, возмущение души твоей, скорбь сердца твоего. Но ужели сии невыгоды маловажны, удобосносны, легки? Избавление от сих невыгод состоит в едином хотении твоем. Зависит все от единого токмо твердого твоего сопротивления. Если решишься любить врага твоего, — избавишься от всех вышесказанных зол; если искоренишь вражду из сердца твоего, будешь весел, нескорбен, кроток, тих, незлобен, спокоен, мирен, невозмущен. Представь пред тобою все невыгоды, каковые скопляет тебе ненависть ко врагу твоему, и тогда увидишь, что удобнее, любовь или ненависть.

Ты говоришь, что кто любит и благотворит врагу своему, называется дураком и бывает посмеянием всего мира. Убо по сему твоему суждению святой Пророк Давид, который любил и благотворил врагу своему Саулу, поя на гуслях и укрощая бесовское в нем мучение, почитается дураком и есть посмешищем всего мира (1Цар.25:27)? Убо, по сему твоему мнению, святой Апостол, первомученик и Архидиакон Стефан, который, приклонив колена молился Богу о врагах своих, почитается глупым и позором всего мира (Деян.7:60)? Убо, по сему рассудку, Богоносные Апостолы, которые, будучи укоряемые, благословляли, гонимые терпели, хулимые презирали врагов своих, были несмысленными и посмешищем всего мира (1Кор.4:12- 13)? Убо, по сему твоему рассуждению, Афанасий, Василий, Григорий, Златоустый и прочие святые, которые любили и благотворили врагам своим, почитаются неразумными, и суть посмеянием всего мира? Но мы видим, что весь мир называет их разумнейшими из всех людей, почитает их героями, и славою и хвалою человеческого естества, и ежедневно воспевает песни и похвалы святости их, молясь, да будет причастным чести и славы их. Видишь убо, что неправедно клевещешь на весь мир. Два ли, или три, или десять, или более есть непросвещенных и развращенных, безрассудных и своим страстям порабощенных, кои говорят, что если не отмстишь врагу твоему, почтешься дураком и посмешищем всего мира: сии ли составляют весь мир? Никак. Они не суть весь мир, но безумие и посмеяние всего мира и срам всего человеческого естества.

Приступаю и к исследованию человеческой природы. Первое, главное и существенное свойство человеческого естества есть данное оному сокровище разума. Свойство разума есть истинное суждение; истинного суждения свойство — избрание праведного. Убо то, что есть праведно, не есть противно свойствам человеческого естества, но прилично, свойственно, сходно и существенно. Поколику же любовь ко врагам есть дело праведное; следовательно, не есть противное, но свойственное человеку и существенное. Но любовь ли ко врагам, скажешь, есть дело праведное? Точно так: не блазнись, не услышав ответа. Говорит о сем Господь: «якоже хощете, да творят вам человецы, и вы творите им такожде» (Лк.6:31). Что скажешь? Признаешь ли, что сие есть праведно? Если сомневаешься, вопроси человека какой-либо веры. Вопроси христиан, евреев, магометан, идолопоклонников, — вопроси всех, и самых неверных и безбожников; все единоустно тебе рекут, что закон сей есть праведный и человеку сродный. Скажи, чего хочешь и чего требуешь от врага твоего? Благотворения ли, или нападения? пользы ли, или вреда? Чего хочешь? того ли, чтоб тебя любил, или того, чтоб тебя он гнал? Как ты хочешь, да творит что над тобою враг твой, твори и ты врагу твоему то же. «Якоже хощете, да творят вам человецы, и вы творите им такожде». Без сомнения, желательно тебе, чтобы неприятель твой прекратил гонение, нападение, злобу, вражду; хочешь, одним словом, чтобы возлюбил тебя. Прекрати убо ты несогласие, разреши враждебные узы и возлюбил его. Видите ли, сколько заповедь любви ко врагам далеко отстоит от противности существенным свойствам, и коль есть праведна, следственно свойственна и прилична человеческой природе?

Но если заповедь сия есть свойственна и сообразна природе; что ж сердце мое не мирствует против врага моего, но стремлюсь пожрать и истребить его? Ибо сердце мое не имеет обычайного и естественного положения, но превращено и испорчено злобою моею. Что же душа моя так принужденно требует мщения против врага моего? Ибо есть обнажена всякой добродетели и пуста Божественной благодати. Что же мысль моя толь сильно меня убеждает ненавидеть врага моего? Ибо есть помрачена моими страстями; ибо грехи мои приводят в бессилие рассудительную ее силу. Тогда, когда мало успокоеваются волнения страстей моих, мысль моя внушает мне, говоря: вражда вредит душе и телу, вражда приводит тебя в разорение; примирись с неприятелем твоим, премени вражду в дружество: сие полезно душе твоей, сие мирною творит жизнь твою.

Но, о человече! да уверишься, что, не хотя любить врага твоего, никакого не имеешь извинения. Пусть будет так, что сие дело есть трудное, противное мирскому суждению и несходное с естественными свойствами: но Бог, Творец неба и земли и всех видимых и невидимых тварей; Бог, Создатель и Господь и Владыка человека; Бог, Который дал человеку бытие, жизнь, хлеб и все прочее, что человек имеет; Бог, Который ради нас человеков и ради нашего спасения сшел с высоты Божественной Своей славы на низкое человеческое состояние и смирил Себя, зрак раба прияв и быв человеком; Бог, Который ради любви к человеку яко младенец появился во граде Вифлееме, яко человек плакал во Иерусалиме на гробе Лазаря, яко раб омыл ноги учеников; Тот, Который ради любви к человеку предложил на жертвенниках всечестное Свое Тело и Кровь, да причащающиеся сего пребудут всегда соединенными с Ним; Тот, Который ради спасения человеческого пострадал при Понтийстем Пилате, распят был посреде двух разбойников, вкусил оцта и желчи, умер вися на кресте; Тот, Который паки приидет судить живых и мертвых; Тот, Который прежде сложения мира приуготовил царствие вечное повинующимся Божественным Его повелениям; Тот, Который, вися на кресте, молился за врагов Своих, оправдав их и сказав: «Отче остави им, не ведят бо, что творят» (Лк.23:34), — Сей есть Тот, Который повелевает любить врагов наших, говоря: «Аз же глаголю вам, любите враги ваша» (Мф.5:44)! Сей ли убо не имеет власти, не имеет права, не имеет причины требовать от нас для пользы нашей и трудного и противного миру, и естественным свойствам? И имеем ли мы власть, или право, или причину не повиноваться Божественному Его повелению, хотя бы было трудное и противное нам, и служащее ко вреду и погибели нашей? Если есть трудное; сие повелевый, будучи Всемогущим, сотворит не токмо трудное удобным, но и невозможное возможным. «Невозможная», сказал Сам, «от человек, возможна суть от Бога» (Лк.18:27). Если противно есть суждению мира, — Сей предал в руки верующему в Него победу над миром: ибо «кто есть побеждаяй мир, токмо веруяй, яко Иисус есть Сын Божий?» Если несходно с естественными свойствами, — Сей, давый свойства естеству, пременит оные так, как хочет. Или не знаешь, что и свет солнечный превратил во тьму, и тьму слепых пременив в свет, даровал им очеса? Или не знаешь, что и глухоту пременил в слышание, отверзши ушеса глухих, и неподвижность в движимость, подав движение расслабленным, и смерть в жизнь, воскресив из мертвых и самых четверодневных и погребенных? Сей, — если только захочешь, — поколику так заповедал, удобным сотворит неудобное, подаст над миром победу, пременит свойство естества из непокорности в послушание. Какое следовательно правильное извинение, или хотя правдоподобную отговорку имеет тот, который, не повинуясь повелению Божию, ненавидит врага своего?

Человеколюбивейший Бог, Который промышляет не только о вечном спасении души нашей, но и о временном благополучном состоянии жизни нашей, хотя освободить нас от множества великих зол, каковые рождает вражда, дал нам заповедь святую и спасительную: «любите», сказал, «враги ваша, и благотворите» (Лк.6:35). Хранителям заповеданий Своих обещал сторичное воздаяние: «сторицею приимет» (Мф.19:29); благословение Отеческое: «приидите благословеннии Отца Моего»; царствие вечное: «наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира» (Мф.25:34); обещал радость Господню неизреченную: «вниди в радость Господа твоего» (Мф.25:21); обещал блаженство бесконечное: «блажен раб той, егоже, пришед господин его, обрящет тако творяща» (Мф.24:46); любящим же врагов не токмо все сие обещал, говоря: «и будет мзда ваша многа», но еще более сего и превосходнее, то есть, усыновление: «и будете сынове Вышняго» (Лк.6:35). Какой же человеческий язык изобразить может, на какую славу и честь, на какую степень и высоту взойдет тот, который удостоится быть сыном Божиим? Что убо скажете, братие? Послушаетесь ли заповеди Всемогущего Бога, или пребудете упорно в зловредном и душепагубном заповеди Его нарушении, всегда питая ненависть ко врагам своим?

«Всяко преступление и ослушание праведное прият мздовоздаяние» (Евр.2:2). «Отверглся ли кто закона Моисеова, без милосердия при двоих или триех свидетелях умирает» (Евр.10:28). Кто попрал заповедь Сына Божия не при двух или трех свидетелях, но пред всеми людьми, какой казни должен быть достоин? Закон сей, «Аз же глаголю вам, любите враги ваша» (Мф.5:44), есть столько понятен и известен, что ниже требует изъяснения, ниже заключает какое-либо сомнение. Исполнение сего не есть трудное, ниже несходное с естественными свойствами; и мир хвалит возлюбивших врагов, и премного ублажает. Преступников Божеских заповедей не другое что ожидает, как токмо огнь вечный, скрежет зубов, червь неуспаемый, мука бесконечная. Таковое есть Евангельское уверение: чем убо мы решимся, ненавидящие врагов?

Если веруете, что Иисус Христос есть Сын Бога живаго (Ин.6:68); если веруете, что Он приидет паки судить живых и мертвых; если веруете, что творящие благое восстанут в наслаждение блаженной жизни, а творящие злая — в осуждение вечной муки; если веруете, что которые умрут, питая вражду в сердце своем, не могут таковые стоять пред Богом: «Бог бо любы есть» (1Ин.4:16), те же только узрят Божественное Его лице и пребудут всегда с Ним, кои исторгнут вражду от сердца своего и насадят любовь: приидите, припадем к ногам милостивого Спаса нашего Иисуса Христа, с сокрушением и со слезами взывая к Нему: Всемилостиве Господи, Владыко человеколюбче, согрешихом пред Тобою! Ты бо, ради душевного спасения и мирного состояния временной нашей жизни, изволил заповедать и рещи: «любите враги ваша»; мы же, будучи лукавыми и несмысленными, презирая Божественное и спасительное Твое повеление, гоним врагов наших. Долготерпеливе, яви на нас милость Твою; многоблагоутробне, пощади немощь нашу; помилуй нас, Господи, помилуй нас! Мы же клянемся пред Тобою, яко уже не враждуем со врагами нашими, и отныне и всегда возлюбим друг друга, яко члены единого и тогожде тела Твоего, Господа и Бога и Спаса Иисуса Христа! Аще же обрящется кто, иже ниже слышать хочет о сем прошении, ниже обязуется сею клятвою: мы токмо сетуем ныне и скорбим о отчаянности души такового, и о вечном его осуждении. Он же, егда приидет страшный час горестной смерти его, видя слышанного событие, раскается, но поздно; восплачет о погибели своей, но тщетно. Да не будет сего, о Господи!

27.1. Толкование на Апостол из второго послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в девятнадцатую неделю (2Кор.11:31-32, 12:1-9)

Были мужи лжеапостолы, которые представлялись и притворялись Апостолами Христовыми (2Кор.11:15), дабы им чрез проповедание веры во Христа посеять коварно в душах верных злые плевелы развращенных их учений. Зная же они, что ежели уничтожат в верных уважение и почитание к Павлу, то будет иметь успех развращенное их учение, и истребятся семена истины, посеянные от него, соплетали на него всякого рода обвинения и клеветы, силясь уверить всех, что он не есть Апостол Иисус Христов, но льстец и обманщик. Павел, сей человек Божий, усмотрел, что нужно ему отразив обвинения их доказать, что он есть истинный Апостол, дабы не прельщены ими были уверовавшие, отвергшись Евангельской истины, не лишились бы вечного спасения, так как он и уверял, что постановление его было постановление и утверждение истинной веры (2Кор.12:11,21): почему принужден был, и не хотя, описать Коринфянам, между коими лжеапостолы проповедовали, и род свой, и предков, и звание, и труды, и подвиги, и бедствия, и гонения, и прочие свои страдания. А дабы совершенно удостоверить их о себе, то принужден был объявить им и чудеснейшие свои дары, как то откровения, и особенно видение, которое видел за четыренадесять пред тем лет, но скрывал дотоле и умалчивал: поелику же он тут должен был хвалить и прославлять самого себя, то с толикою мудростию составил и толиким смиренномудрием растворил повествование свое о том, что хотя кажется сам себя похваляет, однако же слыша то всякий с удивлением не только уверяется, что не суть то слова самохваления, но и пленяется сердце каждого сладостию Божественной любви. Ежели обратите все внимание ваше к уразумению ныне чтенных слов послания его, то получите совершенное в том удостоверение.

2Кор.11:31. Братие, Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа весть, сый благословен во веки, яко не лгу.

Поелику Апостол Павел и прежде повествовал, и теперь намерен повествовать о делах великих и неудобовероятных, особенно о видении своем, то боясь, что, может быть, слыша о том не поверят ему, призывает во свидетеля Бога, который будучи всеведущ знал и сие, т. е. то, что он не лжет, но говорит истину. «Бог же», рек, «и Отец Господа нашего Иисуса Христа», потому что Иисус Христос есть и человек совершенный и Бог совершенный: и поколику он человек, то Бог есть Бог его, якоже и всех других человеков: а поколику Бог, то Бог Отец Его есть, яко прежде всех веков Его родивший. Виждь при сем, с коликим благоговением призвал он во свидетеля Бога. Произнесши имя Божие тотчас рек: «сый благословен во веки. Бог, говорит, Который есть хвален и препрославлен в бесконечные веки. Таким образом предуготовив души слушающих к тому, чтобы поверили глаголемым от него, начинает повествование так:

2Кор.11:32. В Дамасце языческий князь Арефы царя, стрежаше Дамаск град, яти мя хотя: и оконцем в кошнице свешен бых по стене, и избегох из руку его.

Арефа был царь Аравии, тесть Ирода Антипы четвертовластника (Иосиф кн. 18 о Иуд. древн.). А поелику тогда Сирофиникия, имеющая столицу Дамаск, подлежала Аравии, то Арефа посылал в Дамаск владетеля народу оному и правителя, коего называли языческим Князем, то есть, владетельным князем народа, или народоправителем (Иуст. в разг. с Трифон. и Тертул. в слов. 3 на Марк.), Оный убо народоправитель поставлял стражей во граде Дамаске, хотя поймать Павла, который положен быв в кошницу, то есть, в корзину или короб, и обвязан веревкою, спущен был оконцем по градской стене, и так избежал от рук народоправителя, то есть спасся от опасности смерти. О сем вкратце повествовал Павел, умолчав как о том, когда подвергался он сей опасности, так и о том, для чего искал поймать его народоправитель, и кто были спустившие его в кошнице. Описал же сие Богоглаголивый Лука (Деян.9). А из описания его познаем, что, когда Павел, пришедши в Дамаск и крестившись там от Анании, проповедывал Иисуса Христа Сына Божия, и заграждал уста тамошним Иудеям, тогда они совещались убить его. Стерегли они двери града день и нощь, и убедили, как явствует из слов Павловых, и народоправителя, чтобы поставил стражей при дверях града, дабы поймав Павла, предал его смерти. Но бывшие в Дамаске ученики Христовы, спустивши его в кошнице, избавили тем от оного бедствия. Какую же цель имел Павел в повествовании о сем приключении; поелику прежде повествовал он вообще о страданиях и бедствиях своих, сказав: «беды в реках, беды от разбойник, беды от сродник, беды от язык, беды во градех, беды в пустыни, беды в мори, беды во лжебратии» (2Кор.11:26): тоедино из бедствий своих в подробности описал для того, чтобы таким образом и в прочих бедствиях удостоверить слышащих оные. Заметь же, что нашедши он способ избежать бедствия, избежал оного по завещанию учителя своего, который рек: «егда же гонят вы во граде сем, бегайте в другий» (Мф.10:23). Но слыши, како приступает к тому, чтобы показать видение и откровение, которое Бог ему открыл.

2Кор.12:1. Похвалитися же не пользует ми: прииду бо в видения и откровения Господня.

Конечно самохваление не пользует душе человека, ибо оно есть плод гордости. Но когда не пользует, то почему Павел хвалился, описуя подвиги, видения и откровения свои; хваление сие бывает неодинаково, как и молитва, милостыня и пост. Ежели я молюсь, или подаю милостыню, или пощусь по любви к Богу, то молитва, милостыня и пост пользуют душе моей. Ежели же сии дела творю для того, чтобы прославиться мне от человек, то никакой от оных не получаю пользы. Сему явственно научил единородный Сын Божий, когда говорил о милостыне, молитве и посте, То же самое прилично сказать и о хвалении оном (Мф.6:2,5,16). Кто хвалится чем-либо для того, чтобы прославиться от человек, тому хваление не пользует, ибо таковое хваление есть славолюбие и гордость. О сем-то хвалении говорил Павел: «похвалитися же не пользует ми». Но кто хвалится, да пользу принесет ближнему своему, тому хваление пользует, ибо оно не иное что есть, как любовь к ближнему. Таковое хваление было Павлово, любовь то есть было оно к ближнему. Лжеапостолы тмочисленные соплетая на Павла обвинения, тем уменьшали силу Евангельской истины, проповедуемой им. Почему он, повествуя о подвигах, видениях и откровениях своих, уничтожал клеветы на него соплетаемые, приумножал уважение к Евангельской проповеди, и врачуя заблуждение растленных лжеапостолами, утверждал в сердцах их слово истины. Но как тогда, так и ныне, и даже до скончания века пользу будут получать все благочестивые, слушая великие деяния и Божественные дарования Павловы. Виждь при сем, что рекши «прииду бо в видения и откровения Господня», тем он показал, что не одно только оное видение и откровение видел, о котором писал, но и другие многие, как то подтвердил он и сам словом: «и за премногая откровения» (2Кор.12:7; Феофил. там же). Откровение же есть большее нечто, нежели видение. В видении видят святые представляющееся только им: или, например, ветхаго денми на престоле седящаго, как видел пророк Даниил (Дан.7:9). или «небеса отверзста, и сына человеча одесную стояща Бога» (Деян.7:56), как видел первомученик Стефан, и другое сим подобное: а в откровении не только видят представляющееся, но и познают неведомое. Таковое было откровение, которое видел Исаия «в лето, в неже умре Озиа царь» (Ис.6:1). Ибо чрез оное познал Пророк таинство Божиего воплощения, и оставление грехов, которое мы получаем чрез причащение Божественной Евхаристии. Таково и откровение, которое видел Евангелист Иоанн «в день недельный, чрез которое познал предбудущее» (Апок.1:10).

Откровение посему и то, что повествуется Павлом, поелику он чрез то «слыша неизреченныя глаголы, ихже не лет есть человеку глаголати» (2Кор.12:4). Начинает же он о сем откровении своем повествовать таким образом:

2Кор.12:2. Вем человека о Христе, прежде лет четыренадесяти: (аще в теле не вем: аще ли кроме тела не вем: Бог весть восхищена бывша таковаго до третияго небесе.

Павел восхищен был до третияго небесе, он восхищен был в рай, слышал неизреченные глаголы, как подтверждают то прежде реченные им словеса: «похвалитися же не пользует ми: приду бо в видения и откровения Господня» (2Кор.12:1). Преобратил же он слово на третье лице, как бы другой был некто оный восхищенный, для того, чтобы слово его ни следов не имело гордости. «Вем», говорит, «человека о Христе», то есть, человека верующего во Христа, или человека, который силою Христовою восхищен был до третияго небесе. А сказав, что прежде лет четыренадесяти видел такового человека восхищенного, тем показал, что он четыренадесять лет молчал о сем откровении, тогда же только открыл оное, когда познал, что чрез оное может освободить верных от заблуждения лжеапостолов. Заметь при сем, что Божественное Писание три сказует быть неба: одно небо, в котором летают птицы, ибо говорит: «птицы небесныя» (Пс.8:9): сие же небо есть воздух, или так называемая атмосфера: другое небо, называемое твердь. Ибо и твердь нарек Бог небом. «И нарече», глаголет Писание, «Бог твердь небо» (Быт.1:6, 8): и третье небо, которое есть небо небесе, в коем живет Бог, как свидетельствует Давид, глаголя: «пойте Богу возшедшему на небо небесе на востоки. Небо небесе Господеви: землю же даде сыновом человеческим» (Пс.67:33-34, 113:24). Хотя же сие, «до третияго небесе», значит по знаменованию речений, что Павел не взошел в третье небо, но стал в предместиях третьего неба: но поелику ниже говорит, что восхищен был в рай, то есть в место Божией славы, то вероятно, что и сие, «до третияго небесе», тоже означает место. Восхищен же, рек, а не взыде, для того, чтобы открыть и поспешность и дивность восхождения на толикую высоту. Но «в теле ли», то есть, душа с телом ли его восхищена, или «кроме тела», то есть, единая ли душа, а тело осталось на земле? поелику Павел исповедал, что ни он того не знает, но един токмо Бог сие весть, то как мы можем сие познать? Следовательно излишне сие испытывать. Ведаем же мы только то, что всемогущему Богу возможно равно и то и другое.

2Кор.12:3-4. И вем такова человека, (аще в теле или кроме тела, не вем: Бог весть яко восхищен бысть в рай, и слыша неизреченны глаголы, ихже не леть есть человеку глаголати.

То же самое и пред сим произрек: повторил только для того, да утвердит истину сих слов. Слыша же, «яко восхищен бысть в рай», не подумай, что говорит он о земном рае, где поставил Бог «человека, егоже созда». Потому что, «насади Бог рай не на небеси, но на земли, во Едем на востоцех» (Быт.2:8). А поелику Павел выше рек: «яко восхищен бысть до третияго небесе», то никакой связи не будет иметь слово его, ежели будем разуметь так, что оттуда, то есть, с небеси восхищен был паки на землю, где рай, и тамо, а не на небеси слышал неизреченны глаголы. Что убо означал Павел, рекши: «яко восхищен бысть в рай»? Место означал, в котором живет и преимущественно являет славу Свою Бог, как и Господь Иисус тоже означал, рекши к висящему на кресте разбойнику: «аминь глаголю тебе: днесь со Мною будеши в раи» (Лк.23:43). Туда убо в возлюбленные селения оные восхищен был Павел, и там слышал неизреченны глаголы. Какие же были сии глаголы? Не служебные ли и благозвучные песни небесных сил бесплотных? Не благодарственные ли и песнопесненные славословия духов от века праведных и святых? Не откровения ли и истолкования непостижимых тайн Божиих? Но кто может рещи, какие, когда сам Павел, слышавший оные, засвидетельствовал, что они суть неизреченны? Кто может проглаголать оные, когда сам Апостол исповедал, что человек не может проглаголать оные? «Ихже не лет есть человеку глаголати».

2Кор.12:5. О таковем похвалюся: о себе же не похвалюся, токмо о немощех моих.

О таковом человеке, говорит, сподобившемся взыти до третияго небесе, и внити в рай, и слышати неизреченны глаголы, о таковом я похвалюсь. Но другой получил благодать сию, а он мог ли тем хвалиться? Какая сему причина? И сие показывает, что он, а не другой кто сподобился таковых великих даров Божиих, коими он хотел хвалиться. Но смиренномудрствуя, преблаженный Апостол обратил слово на другое лице. Ибо великую конечно похвальбу и гордость показывало бы слово его, ежели бы он говорил так: аз восхищен бых до третияго небесе, аз восхищен бых в рай, и слышах неизреченны глаголы, чем и хвалюсь. Для сего убо обратив слово на третье лице, сокрушил силу похвальбы и возношения, как и наперсный Иоанн, когда рек: «обращся же Петр виде ученика, егоже любляше Иисус, во след идуща, иже и возлеже на вечери на перси его» (Ин.21:20). Но почему говорит, что о себе не похвалится, а разве о немощах своих? «О себе же не похвалюся, токмо о немощех моих». Какие суть немощи, коими хвалиться хочет? И почему имел хвалиться ими? Немощи суть бессилия человеческого естества. Ибо бессильно естество человеческое к великим делам добродетели, и ничего доброго не может творить без помощи Божией. «Без Мене не можете творити ничесоже». Для чего убо хотел он хвалиться оными, тому причину открыл в следующих словах: «сладце убо похвалюся паче в немощех моих, да вселится в мя сила Христова» (2Кор.12:9). К тому, который смиренномудренно хвалясь, проповедует бессилие и немощь свою, приходит сила Христова, и в нем живя, соделывает чрез него великие и дивные дела. Для сего убо Павел хочет хвалиться немощами естества, сиречь, да вселится в него сила Иисус Христова.

2Кор.12:6. Аще бо восхощу похвалитися, не буду безумен: истину бо реку: щажду же, да не како кто вознепщует о мне паче, еже видит мя, или слышит что от Мене.

Возводит слово к откровениям. Заметь же, что сие, «аще восхощу похвалитися», показывает то, что человек Божий настоящим делом и истиною не хвалился. Посему и выше не сказал, о таковом похвалихся, или похваляюсь, но «похвалюся», то есть, буду хвалиться, если восхощу. Кто хвалится лжою, то есть, хвалится богатством, будучи нищ, или мудростию, будучи безграмотен, тот безумен и глуп. А кто хвалится истиною, то есть, такими вещами, кои поистине имеет, тот поелику хвалится вещами истинными, не есть безумен, хотя не пользует ему сие самохваление. И так если бы Павел восхотел похвалиться откровениями, не был бы безумен, поелику хвалился бы истинными вещами: но не хвалился, ибо опасался, дабы слышащие повествования его об откровениях не подумали, что он превыше человека, и не пожелали бы обоготворить его как было то в Листрех, когда исцелил он хромого от чрева матери своей (Деян.3:6-8).

2Кор.12:7. И за премногая откровения да не превозношуся, дадася ми пакостник плоти, аггел сатанин, да ми пакости деет, да не превозношуся.

Слышишь ли? За премногая откровения, говорит. Премногая, разумеется или по числу, то есть, по множеству откровений, или по величеству, то есть, по высоте и величию открываемых вещей, или и по тому и по другому вместе. А из оных откровений известны суть следующие: Видение, которое видел Павел, идя в Дамаск (Деян.9:3): видение в нощи, когда пришел в Троаду (Деян.18:9): явление Господа в видении нощном, когда пребывал в Коринфе: «явление Святаго Духа» (Деян.20:23), свидетельствовавшее то, что ожидают его узы и скорби: откровение, когда молился во храме, и был во исступлении (Деян.22:17): явление Господа, который дерзать ему повелевал против изготовленных на него Иудеями смертоносных бедствий: видение Ангела, когда бедствовал в море (Деян.27:23): и ныне чтенное восхождение его до третияго небесе, и слышание неизреченных глаголов. О пакостнике же плоти и аггеле сатанине некоторые говорят, что сими именами означает Апостол болезнь ушей, или болезнь головную, причиненную ему содействием бесовским. Но сии не имеют на то никакого доказательства (Тертул. о чест. и Иерон. в гл. 4-й посл. к Галат.). Некоторые говорят, что пакостник и аггел сатанин означают многие и тяжкие мучения тела: иные, немощи: а другие, искушения, поношения, нужды, нападения врагов (Кипр. о смертном. Феоф. в он. мест. Феодорит. в он. мест.). Но таковые толкуют вообще и множественно то, что сказано Павлом частно и единственно. Другие пакостника и аггела сатанина приемлют за плотскую похоть (Августин. слово 2-е на 58 Псал.). Но сии, во-первых, обличаются здравым рассудком. поелику Павел говорит, что пакостник плоти и аггел сатанин дадеся ему, да не превозносится, то есть, да не гордится. Если убо пакостник плоти и аггел сатанин означают похоть плотскую, то отсюда явствует, что Бог исцелял страсть страстию, гордость плотскую похотию, то есть грех другим грехом. Кто же не видит, сколь гнусно и безрассудно сие? Во- вторых, обличаются они самим Павлом, который велегласно проповедует, глаголя: «Христовы сораспяхся: живу же не ктому аз, но живет во мне Христос: а еже ныне живу во плоти, верою живу Сына Божия» (Гал.2:20). Како убо в сораспятом Христу совместно быть похоти плотской? Како не живой, но мертвый по похотям плоти, мучим был от оных? Где живет Христос, самая чистота, оттуда бежит всякая нечистая похоть. Послушайте другого толкования, основывающегося на мнении дивного оного мужа, который паче всех чтил Павла, и паче всех потрудился, чтобы уразуметь и истолковать послания его (Смот. Злат. в он. месте). Пакостник есть всякое древо, имеющее у себя один край весьма острый. Пакостником также зовется и крест, мучительнейшее сие орудие. Пакостник же дадеся мне, сказал Павел, для того, чтобы означить тем острейшую и поразительнейшую болезнь: а пакостник плоти, чтобы показать, что не только душа, но и плоть чувствовала мучение таковой болезни. Сатана же, по Еврейскому диалекту значит, наветник и противник. Почему аггел сатанин есть служитель наветника и врага, то есть диавола. Служителем же диавола бывает тот, который препятствует спасению человека. Аггелом убо сатаниным именовал всякого человека, противящегося и препятствующего спасительной проповеди веры, преимущественно же Александра Ковача, который много зла ему сделал, и особенно сопротивлялся Евангельской проповеди (2Тим.4:14-15). Он был пакостник, то есть, мучение, болезнь и крест сердцу его, ибо ничего другого столько не желал Преблаженный Апостол, как распространения и разумножения веры во Христа. А поелику получение желаемых вещей надмевает сердце, как напротив, неполучение смиряет мудрования: во время радости и благополучия усиливаются помыслы гордости, а во время скорби и несчастия бежит от нас всякое возношение, и на место того приходит смиренномудрие и уничижение: почему говорил он, что дадеся ему пакостник аггел сатанин, да пакости деет ему, да не превозносится, помышляя о превосходстве откровений. Превосходство откровений располагало ум его к гордостным помышлениям, но Александр, препятствуя Евангельской проповеди и оскорбляя его, низводил сердце его в помыслы смиренномудрия.

2Кор.12:8-9. О сем трикраты Господа молих, да отступит от Мене. И рече ми: довлеет ти благодать Моя: сила бо Моя в немощи совершается. Сладце убо похвалюся паче в немощех моих, да вселится в мя сила Христова.

По троекратном молении внял к нему Триипостасный Бог, и ответствовал ему, говоря: довольна к помощи твоей против врагов Евангельской проповеди данная тебе благодать Моя: ею говоришь ты разными языки, исцеляешь немощных, прогоняешь бесы, воскрешаешь мертвых. Сия благодать довлеет ти. «Довлеет ти благодать Моя». Не ищи, да удалю от тебя гонителей веры: ежели никто не будет противиться проповеди, и ты будешь крепок и силен богатством, могуществом и властию, то никто не почтет проповедь веры делом силы Моей. Чем же ты немощнее, а гонители сильнее, вера же притом распространяется, и число верующих умножается, тем более открывается силы Моей совершенство. «Сила бо Моя в немощи совершается». Где бессилие естества, там воссиявает силы Моей пресовершенная держава. Слышав же сие Богозванный Павел не только престал молиться об освобождении от противников, но и преисполнившись удовольствия, хвалился наиболее немощами своими: «сладце убо похвалюся паче в немощех моих». Ибо, говорит, в бессилиях моих является совершенство силы Божией, почему с величайшим удовольствием буду хвалиться тем, что я немощен и бессилен: «да вселится в мя сила Христова», то есть, да укрепит меня Иисус Христос к исполнению Апостольского моего звания.

Беседа о том, что если кто уверится в том, что всякое несчастье и страдание от Бога есть, то уверение оное будет бальзамом, исцеляющим всякую болезнь и скорбь

Всехвальный Апостол Павел, помышляя о том, что гонители Евангельской проповеди препятствуют разумножению веры, а он не имеет силы низвергнуть их, толикую скорбь от того чувствовал, что трикраты о сем молил Господа, да избавит его от оных. «О сем трикраты Господа молих, да отступит от Мене» (2Кор.12:8). Когда же извещен был, что на то есть воля Божия: поелику где немоществует и бессильно естество человеческое, там открывается совершенство Божией силы, тогда пременил скорбь на удовольствие, тогда с радостию хвалился тем, что он немощен и бессилен. «Сладце убо похвалюся паче в немощех моих» (2Кор.12:9). Тогда приятно было ему все, что претерпевал он от врагов Евангелия. «Темже благоволю», говорил, «в немощех, в досаждениих, в бедах, во изгнаниих, в теснотах по Христе»: тогда велегласно проповедовал, что когда он по естеству немоществует, тогда по благодати силен есть: «егда бо немощствую, тогда силен есмь» (2Кор.12:10). Чему же научает нас сей святой пример Павлов? Он, возлюбленная моя братия, учит нас тому, какой есть бальзам, исцеляющий всякую скорбь и болезнь. Все нужду имеем в небесном сем бальзаме, ибо никто не бывает без скорбей в мире, все почасту пьем горькую чашу скорбей. «В мире скорбни будете» (Ин.16:33). Но какой есть оный целительный бальзам? Он есть то, что пременило пакостника Павлова в сладость. Что уврачевало чрезвычайную печаль Павлову? Не иное что, как удостоверение в том, что страдал он по Божией воле. Ежели убо и мы уверимся в том, что всякое бедствие и болезнь бывает по попущению Божию, то сие уверение будет бальзамом, исцеляющим всякую болезнь и скорбь.

Но когда, скажешь ты, вижу, что я дошел до крайней нищеты, поелику разбойники похитили все имение мое, или что сделался простолюдином и низким, поелику завистники лишили меня достоинства моего, или что тяжко болен, поелику злорастворение воздуха повредило здоровье мое: тогда откуда могу я удостовериться, что скорбь моя найде на мя от руки Господней? От веры твоей. Не веруешь ли, что Бог к исполнению всемогущей Своей воли употребляет яко орудия некие и людей, и стихии, как употребил Фараона, и воздух, и воду, и огонь и землю во Египте во время Моисеево? Не веруешь ли, «яко Бог велий Господь, и Царь велий по всей земли: яко в руце Его вси концы земли, и высоты гор Того суть: яко Того есть море, и Той сотвори е, и сушу руце Его создасте?» (Пс.94:3-5) «Не исповедуеши ли, яко Господь мертвит и живит, низводит во ад, и возводит: Господь убожит, и богатит, смиряет и высит: возставляет от земли убога, и от гноища воздвизает нища, посадити его с могущими людей, и престол славы дая в наследие им?» (1Цар 2:6-8). Не слышишь ли Господа твоего, глаголющего: «вам же и власи главнии вси изочтени суть» (Мф.10:30): и тем показующего, что Он все, что мы ни имеем, и самые то есть малейшие вещи управляет, и имиже весть судьбами, располагает и определяет? Ежели веришь, что Он есть Бог, то вынуждаешься верить и тому, что Он о всем промышляет. Ибо ежели Он не промышляет о всем, то не промышляет или потому что не может, или потому что не хочет. Первое значит бессилие, а второе злобу. И то и другое суть страсти, от бесстрастнейшего, всемогущего и всесовершеннейшего естества Божеского отстоящие далее, нежели небо от земли. Видишь ли убо, что ежели ты веришь тому, что есть Бог, то имеешь уверение и в том, что бедствие, печаль, немощь, и все, что ни терпишь, от Бога есть.

Поелику убо все верные таковое имеют уверение, то послушайте, как от уверения сего происходит утешение в скорбях. Многие суть имена Божии, значительнейшее же из оных и преславное есть имя Отец. Сие имя, как показывающее любовь и благоутробие Его, столь Богу угодно, что Он не только благоволил, чтобы писалось оно во многих местах Святого Писания Его, но и повелел, чтобы, когда мы молимся, то именовали Его Отцем: «сице убо», рече, «молитеся вы: Отче наш, Иже еси на небесех» (Мф.6:9). поелику убо Бог и называется и есть Отец наш, следовательно и наказание на нас от Него посылаемое есть отеческое, то есть, приносящее нам пользу. Ибо какой отец наказует сына своего не для того, чтобы пользу, но чтобы вред ему сделать? поелику, повторяю я, Отец Он есть, и Отец толико чадолюбивый, что такую имеет любовь к чадам Своим, какой никто другой не имеет: «больши сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя» (Ин.15:13): то явствует отсюда, что и самое наказание, от Него посылаемое, есть любовь, милость и благодеяние. Наказует да отвратит вред: «восхищен бысть, да не злоба изменит разум его, или лесть прельстит душу его» (Прем.4:11). Наказует да исправит: «и наказание Господне отверзает уши мои, аз же не противлюся, ни противоглаголю» (Ис.50:5). Наказует, да помилует: «посещу жезлом беззакония их, и ранами неправды их: милость же мою не разорю от них» (Пс.88:33-34). Наказует, да искусит и прославит: «яко злато в горниле искуси их, и яко всеплодие жертвенное прият я» (Прем.3:6). Наказует мало, да облагодетельствует много. «И вмале наказани бывше, великими благодетельствовани будут» (Прем.3:5). Ежели бы злато имело чувствие и глас, то бы оно без сомнения вопило и говорило к златолиятелю: положи меня в горнило и жги меня. Ибо чем более меня жжет, тем более меня очищает.

Тяготимся мы конечно, когда испиваем лекарство, гнушаемся тем и огорчаемся: трепещем и мучимся, когда хирург протягивает руку свою, чтобы отсечь согнивший наш член. Но поелику верим, что оные врачевания удаляют смерть и даруют жизнь, прекращают труды болезненные и доставляют сладчайшее здравие, то не только переносим и горечь лекарств, ужасы сечения, но и требуем того от врачей, и благодарим их и словом и делом: кольми паче, кто уверен в том, что Бог несчастием отвращает вредное для души его, отводит его от пути погибели, возливает целительный елей на раны его греховные, наказует его на малое время, да успокоит и облагодетельствует его на веки веков, таковой не только чувствует облегчение в болезнях и утешение в скорбях, но и с удовольствием услаждается оными, как Боговдохновенный Павел.

Неведение того, что быть имеет впредь, умножает скорбь в несчастиях. поелику не видим и не знаем того, что часто происходит в последствии времени, посему и чрезвычайно скорбим, когда впадаем в бедствия и несчастия. Почему ты скорбишь столь много? Потому, что лишился богатства своего; но ежели бы ты видел, что богатство твое имело погрузить тебя в студодеяния, которые расстроили здоровье твое, уменьшили дни жизни твоей, то бы скорбь твоя истребилась. Ибо предпочел бы ты здоровье и жизнь болезни и смерти. Почему ты печалишься? Потому, что лишился достоинства и власти своей; но ежели бы ты видел, что достоинство и власть твоя непременно довели бы тебя до неправды, хищения и насилия, за которые подпал бы ты осуждениям и наказаниям гражданских законов, то печаль твоя исчезла бы. Ибо предпочел бы ты простую жизнь посрамлению и наказанию. Почему ты плачешь горько? Потому, что умер единородный твой сын, и остался ты бесчаден; но ежели бы ты предвидел, что сын твой непременно был разоритель имения твоего, или предатель чести твоей, или вор, или разбойник, тогда бы печаль не обрела места в сердце твоем. Ибо лучше бы ты судил быть в бесчадстве, нежели терпеть толикая злая. Почему ты вопишь, рыдаешь и ропщешь? От тягости болезни твоей? Но ежели бы ты предведал, коликие зла имело причинить тебе здоровье, то бы оставил и вопли, и рыдания, и ропот свой. Ибо судил бы лучше претерпеть одно зло, нежели другие многие и горестнейших. Бывает убо скорбь чрезмерная в несчастиях потому, что мы не видим и не знаем того, что впредь имеет быть. Правда, мы не видим и не предузнаем будущего, но зато имеем веру, которая укрощает скорбь и приносит утешение человеку. Призови во время бедствия твоего веру, и слыши, чему она тебя учит. Она говорит тебе, что все бывает от Бога и без Бога ничего не бывает. Она говорит тебе, что Бог, яко Отец всех отцев чадолюбивейший, к пользе нашей посылает на нас бедствия и болезни. Она говорит тебе, что малое и временное наказание доставляет тебе бесконечную славу и вечное царствие. Ежели поверишь и уверишься в том, что сие есть истинно, твердо и неоспоримо, то таковое уверение будет врачевством во всякой твоей скорби: оно отрет слезы от очей, усладит горести болезни, разгонит бурю душевную, и принесет тишину и радость сердцу.

Многие и великие скорби испытал Царе-пророк Давид. По премногу угнетали его неправедные гонения Сауловы: уязвила сердце его нечаянная смерть рождшегося ему от Вирсавии младенца: опечаливали его частые брани со врагами: оскорбляло его нападение сына его Авессалома, и жалостная оного смерть производила в нем воздыхания и горькие слезы. Обращался он мыслями своими во время бедствий и туда и сюда, да обрящет утешение, но всуе искал того, ибо душа его никакого не принимала утешения. «Отвержеся», говорил он, «утешитися душа моя» (Пс.76:3). Но вспомнил, говорит, Бога. «Помянух Бога» (Пс.76:4). Что сие значит? Он всегда имел в памяти своей Бога. Почему убо говорит, что тогда помянул Бога, когда душа его не принимала утешения? Потому что тогда во время скорби своей дознал точнее то, что устрояет Бог скорбьми. «В день скорби моея», говорит, «Бога взысках» (Пс.76:3). Дознав же, уверился, что Бог посылал на него скорби, что Бог есть Всеблагий Отец, что Бог, видя будущее как настоящее, устрояет все к пользе нашей. Таковое уверение не обмануло его, но произвело дивное дело. «В день скорби моея Бога взысках, рукама моима нощию пред Ним, и не прельщен бых» (Пс.76:3): оно искоренило, то есть, скорбь его, и принесло сердцу его радование. Почему со многим веселием восклицал он: «помянух Бога, и возвеселихся».

Какой другой человек в мире испытал или жалостнейшие бедствия, или тягостнейшие нужды, или мучительнейшие болезни, нежели какие испытал в одно и то же время многострадальный Иов? Богат он был, многочаден, благороднейший сущих от восток солнца, славен, здрав (Иов.1:3), и вкупе, то есть, быв один день таков, на другой день сделался совсем нищ, бесчаден, простолюдин, болен и весь в язвах «от ног даже до главы». До такого состояния дошел, что «седяше на гноищи вне града, и взя чреп, да острогает гной от ран своих» (Иов.2:7-8). Пришли и друзья его к нему не для утешения, но да приложат болезни сердцу его. Ибо они, пришедши к нему, обличали его строго и поносили его как лицемера и беззаконника. И самая жена его прилагала скорбь к скорбям его, и болезнь к болезням его, искушая и побуждая его к злохулению. Какой же бальзам обрел великий подвижник в толиких скорбях? Какой пластырь в толиких ранах? Размыслил преблаженный муж, что все сие от Бога есть, и что Бог так благоволил, почему и говорил: «яко Господеви изволися, тако бысть» (Иов.1:21). А таковое уверение влагало в душу его мужество, крепость, терпение, и во уста его благодарение к Богу. «Яко Господеви изволися», вопил он, «тако бысть: буди имя Господне благословено». О словеса досточтимые, святые, душеспасительные, словеса утешительные, целительные и благодати Божия исполненные.

Боже и Господи сил и всея твари содетелю! «Всяко даяние благо, и всяк дар совершен свыше есть сходяй от Тебе Отца светов» (Иак.1:17). Даждь нам сей дар, да егда мучат нас болезненные недуги, или терзает скорбь в бедствиях, не смотрели бы мы долу на землю как бессловесные животные, но яко словесные люди, возводили бы очи горе на небо; сподоби нас памятовать то, что ты Отец наш, Который толико возлюбил нас, что единородного Своего Сына дал для спасения нашего, и что Ты посылаешь и счастие и несчастие, и здравие и болезнь. Удостоверь ум наш в том, что Ты к пользе нашей посылаешь различные скорби, и что поражаешь для того, да исцелишь, биешь, да помилуешь, наказуешь, да прославишь. Вложи в ум наш мысль ту, которую имел блаженный Иов, когда Ты скорбями терпение его испытывал. Вложи в душу нашу помышление словес Божественной молитвы, которой научил нас Единородный Твой Сын.

Блажен, братия, тот человек, который во всякой скорби своей и мыслит, и говорит святые словеса Иовлевы: «яко Господеви изволился, тако бысть. Буди имя Господне благословено» (Иов.1:21). Блажен тот человек, который во всяком горестном своем обстоятельстве и мыслит, и говорит Божественные и спасительные Владычней молитвы глаголы: «да будет воля Твоя яко на небеси и на земли» (Мф.6:10).

28. В неделю 20-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.7:11-16)

Живописец был, как говорят историки, Богоглаголивый Апостол и Евангелист Лука; мы же видим, что был и историограф преблаженный, превосходный и премудрый. Столько порядочно и кратко описывает повествуемая, и столько ясно показывает все нужные обстоятельства, что, кажется, не книгу читаем, но видим икону, на коей суть изображены повествуемые деяния. Подтверждает мнение мое и ныне чтенная о вдовице бывшей в Наине история. Толь живо начертал святой Евангелист и вдовицы великую скорбь, и Господа Иисуса безмерное благоутробие, и Божества Его преславное чудо, что читаемая токмо сия история сокрушение доставляет духу и слезы возбуждает в очах. Чего для надеемся, что и толкование сея, которое мы предлагаем, будет плодотворительно и душеспасительно.

Лк.7:11. «Во время оно, идяше Иисус во град, нарицаемый Наин; и с Ним идяху ученицы Его мнози, и народ мног.»

Близ Фаворской горы был город, называемый Наин. Изшед же Иисус из Капернаума, и исцелив раба сотникова, в последующий день пошел в город Наин; за Ним же последовали многие из учеников Его и множество многое народа. Разумеет же чрез учеников здесь не токмо двенадцать Апостолов и семьдесят учеников, коих после означил Господь, но и тех, кои прежде, следуя за Ним, со благоговением слушали учение Его, потом, вспять обратясь, оставляли Учителя (Лк.10:1). Но многий народ всегда за Ним следовал, как для того, чтобы иным из тех узреть, так и для того, чтобы иным сподобиться быть участниками в благодати чудодеяния. Следующие же слова показывают нам, что не по случаю, но по Божественному промышлению пришел Богочеловек во град Наин; пришел, то есть, туда, чтобы и мертвого воскресить, и вдовицу утешить, и просветить народ верою в Него.

Лк.7:12. «Якоже приближися ко вратом града, и се изношаху умерша, сына единородна матери своей, и та бе вдова: и народ от града мног с нею.»

Поелику по закону Иудейскому нечистыми почитались те, кои касались мертвых человеческих тел: того для Иудеи, вне градов имея свои погребальные места, тамо мертвых погребали. Когда убо приближался Богочеловек ко вратом града Наина, се износили тогда из града мертвого для погребения. Был же мертвый сын жены вдовы, весьма юный и единородный у матери своей; богатая же, как видно, и знатная сия была вдова, ибо довольное множество граждан, последуя с нею, провожали ее сына. Знай же, что законное обыкновение о нечистоте мертвых тел упразднено Христианами по пришествии в мир Иисуса Христа, так как и обрезание, и суббота, и другие законные обряды. Обыкновение же провождать мертвых ко гробу, так как долг любви и сострадания, наблюдалось и доныне наблюдается, ибо чрез сие как сродники утешаются, так и умерший почитается, и любовь изъявляется. Что же сотворил Спаситель, сретив умершего, и видя матерь его скорбящую и плачущую?

Лк.7:13. «И видев ю Господь, милосердова о ней, и рече ей: не плачи!»

Ниже матерь умершего просила, ниже другой кто посредствовал, но Сам по Себе Многоблагоутробный показуя, что от естества есть милосерд, умилосердился, видя сию сетующую и оплакивающую сына своего. И во- первых, утешил сию словом, говоря ей: «не плачи”; потом и делом, воскресив, единородного ее сына. Сим научил нас Спаситель добродетели истинного сострадания, чтобы и мы, когда узрим слезы притесняемых и скорбящих, не ожидали моления, просьбы и посредствий, — какая нужда в словах, если дела не молчат? — но не медля добровольно простирали руку благотворения. Внемлите же и образу, как Владыка всех явил милосердие сокрушенной матери.

Лк.7:14. «И приступль, коснуся во одр, носящии же сташа. И рече: юноше, тебе глаголю: востани!»

Почему Богочеловек, презрев Иудейский закон, который нечистыми назвал касающихся мертвого тела, или дома, или пожитков его, приступил к мертвому и коснулся одра, называемого, то есть, гробом (Чис.19:14-15)? Предположение закона было совершенное воздержание от всех мертвых дел греха, а наипаче убийства. Ибо если одно прикосновение к мертвому или дому и пожиткам его почиталось грехом; кольми паче грех вящий убийство. Как убо Богочеловек исцелил согбенную и сухую имеющего руку в день субботный, изобличив купно Иудейское о субботе суеверие: равным образом, хотя воскресить сына вдовы, нарушил без нарушения закона обряд о нечистоте, научая, что милость препобеждает законное установление (Лк.6:6). Приступил убо не обинуясь к мертвому, и возложил руки свои на одр: и несущие мертвого, и идущие стали Божественною силою Господа Иисуса воспященные; Он же возгласил всесильным и всемогущим гласом: «юноше, тебе глаголю, востани!» Говорил мертвому так, как мы разговариваем с живыми. Возглашал бездушного, как мы возбуждаем спящих и почивающих. «Юноше», сказал, — «тебе глаголю», тебе мертвому, а не иному, живому, говорю, — «востани», воскресни от мертвых!

Лк.7:15. «И седе мертвый, и начат глаголати: и даде его матери его.»

О преславного чудесе! Услышал мертвый Владычний глас. Возвратилась тотчас душа в мертвое тело, прияла немедленно обыкновенное движение кровь и жизненный дух, двигнулись все члены и части телесные и все внутреннее тела расположение. Тотчас воскрес юноша из мертвых, сел на мертвенном одре, и говорил к обстоящим. Сотворил же сие славное чудо Иисус не чрез дуновение и призывание Бога, как Илия (3Цар.17:21), ниже чрез молитву и слячение, как Елисей (4Цар.4:35), но единым повелительным словом: «юноше, тебе глаголю, востани!» Воскресив же его, предал матери, дабы сим показать, что ради слез ее воскресил его, и представить матернее право, и научить всех должному к родителям почтению и повиновению. То же самое учинил и Илия, когда воскресил отрочища вдовы Сарептской: «и даде», говорит Божественное Писание, «его матери его» (3Цар.17:22). Подобным образом и Елисей, воскресивши сына Соманитяныни, рече: «приими сына твоего» (4Цар.4:36). Что же говорил обстоящий народ, видя мертвого, чрез единое слово воскресшего из мертвых, и сидящего и глаголющего?

Лк.7:16. «Прият же страх вся, и славляху Бога, глаголюще: яко Пророк велий воста в нас, и яко посети Бог людей Своих.»

Видя обстоящий народ действие всемогущества и вседержавия Божия, устрашились все силы и державы Иисуса Христа, и принесли славословие Богу, говоря: великий Пророк явился посреде нас: посетил и помиловал Бог людей Своих, то есть, род Израильский! Поколику же слова славословия их подобны суть словам Пророка Моисея, который, предвозвещая сынам Израилевым Божественное к ним посещение, имеющее быть чрез присутствие в мире Сына Божия, говорил им от лица Божия: «Пророка возставлю им от среды братий их, якоже тебе: и вдам слово Мое во уста Его, и возглаголет им, якоже заповедаю Ему» (Втор.18:18): убо вероятно есть, что они знали тогда, что Иисус Христос есть чаемый Мессия, Моисеем и прочими Пророками предвозвещенный, Спаситель и Избавитель рода их и всех сущих на земли человеков.

Беседа о утешении скорбящих о смерти своих сродников или друзей

Владычнее слово Спасителя нашего Иисуса Христа, к матери умершего бывшее, открывает утешительное предложение плачущим о смерти сродников своих и друзей. Видя Господь, вещает Евангелист, матерь мертвого, «милосердова о ней, и рече ей: не плачи» (Лк.7:13). Истинно хотя милосердием побуждаемый Человеколюбец сказал ей: не плачи; но могла ли матерь и вдова, видя мертвым одного токмо любезнейшего сына, которого имела подпорою дома своего, призрением старости, чаянием наследства, утешением сердца и светом очей своих, — могла ли, говорю, удержать слезы, видя его лежащего мертва и бездыханна? Великая, поистине, любовь и друга ко другу, и брата к брату, и отца к сыну, и мужа к жене; но любовь матери-вдовы к сыну своему единородному превосходит всякую мирскую любовь. Каким убо образом могла затворить утробу свою, и иссушить потоки слез? «Не плачи!” Если бы Богочеловек сказал ей: воскреснет сын твой, так как Марфе: «воскреснет брат твой» (Ин.11:23); имело бы тогда место сие «не плачи»; тогда бы слово сие могущественно было пременить слезы в радость, и плач в веселие. Но Господь, ничего не говоря о воскресении сына ее, сказал: «не плачи». Но для чего же так? И патриарх Иосиф, «припад на лице отца своего», плакал о нем и лобызал его, потом все братия его и сродники плач сотворили седмь дней (Быт.50:1,10). И Пророк Давид плакал плачем великим зело о смерти сына своего Амнона (2Цар.13:36); скорбел и сетовал о умершем сыне своем Авессаломе: «и плакася, и тако глаголаше: сыне мой Авессаломе, сыне мой, сыне мой Авессаломе! кто даст смерть мне вместо тебе? Аз вместо тебе, Авессаломе, сыне мой, сыне мой» (2Цар.18:33)! Да и премудрый Сирах заповедал сыну своему, говоря: «чадо! над мертвым пролей слезы» (Сир.38:16).

Почему же убо сказал Богочеловек матери: «не плачи»? Причину объяснил на другом месте, то есть, когда из мертвых воскресил Иаирову дщерь: все тогда плакали сущие в доме; но Иисусе, обратясь к ним и сказав: «не плачите», присовокупил следующую причину: «не плачите», ибо она «не умре, но спит» (Лк.8:52). И хотя обстоящие, будучи плотскими и не могши разуметь, «яже суть духа», смеялись Ему, видя, что уже умерла; однако слово Господне есть справедливое и неложное (1Кор.2:14). Ибо прежде страдания и смерти Иисуса Христа, люди грешные, «врази бывше», умерши нисходили во ад (Рим.6:10), и сие означало другую смерть, смерть по смерти, или «вторую смерть», как говорит Боговедец Иоанн (Апок.21:8). По страдании же и смерти Спасителя, поколику «примирилися Богу смертию Сына Его» (Рим.5:10): вторая смерть попрана, первая же не есть смерть, но сон. Почему Спаситель о смерти Лазаря говорит: «Лазарь друг наш успе» (Ин.11:11): и Павел писал о всех в вере умирающих: «не хощу же вас не ведети, братие, о умерших» (1Сол.4:13): и на другом месте; «ныне же Христос воста от мертвых, начаток умершим бысть» (1Кор.15:20). Крестная жертва животворящей крови и живоносной смерти Иисуса Христа расторгла смерть, и преобратила сию в жизнь (2Тим.1:10). Почему Павел взывает: «где твое, смерте, жало? где твоя, аде, победа» (1Кор.15:55)? И Божественный Иоанн свидетельствует: «мы вемы, яко преидохом от смерти в живот» (1Ин.3:14).

Если бы убо имели глас мертвые православные, то есть христиане, умершие в покаянии и исповедании, соединенные со Христом чрез приобщение Божественным тайнам, — поистине сказали бы к плачущим над ними: не плачите. Сказал бы мертвый к живому: не плачь! Чего плачешь? я не умер, но сплю. Не плачь! или ты не слышишь Владыки твоего гласа, вещающего: «веруяй в Мя, аще и умрет, оживет» (Ин.11:25)? Я не умер, но живу; или не слышишь, что говорит Творец и Создатель наш: «и всяк живый и веруяй в Мя, не умрет во веки» (Ин.11:25)? Я не умер, «но прешел от смерти в живот» (Ин.5:25): для чего же плачешь? Ради счастия моего, ради вечной славы моей, ради неизглаголанной радости моей, ради царствия, которое наследовал? — Если бы мертвые имели глас, сказал бы мертвый живым и плачущим над ним те же слова, каковые сказал Господь женам Иерусалимским, когда плакали о смерти Его: «дщери», сказал, «Иерусалимски, не плачитеся о Мне, обаче себе плачите и чад ваших» (Лк.23:28). Не плачите о мне: я избежал от многомятежного жизненного океана и свирепых мирских волн, и гряду в мирные и спокойные недра Авраамли: гряду в страны Ангельские, в лики святых, в славу Божию: гряду туда, где свет невечерний, где мир неветшаемый, где радость неизглаголанная и вечная. Плачите же о вас, плавающих среди ежедневных бедствий, среди неописанных скорбей, среди неприязненных искушений. Я достиг до спокойного и блаженного пристанища, вы остаетесь среди многомятежного и многобедственного житейского моря. Чего плачете? Послушайте, как объясняет сие «не плачи» Богоглаголивый Апостол Павел: «не хощу же», говорит, «вас не ведети, братие, о умерших, да не скорбите, якоже и прочии не имущии упования» (1Сол.4:13). Какие же суть прочие, не имущие упования?

Неверные суть. Сии никакого не имеют упования на Бога; ибо не веруют, что есть Бог. Они не чают ни жизни вечной, ни воскресения из мертвых, поелику бессмысленно думают, что суть душевно умирающие, и что по смерти разрушается и уничтожается душа, так как и тело. Неверный, следовательно, поколику не верует, что все от Бога есть, и что Бог «убожит и богатит, смиряет и высит, низлагает сильныя со престол и возносит смиренныя, алчущия исполняет благ, и богатящияся отпускает тщы» (1Цар.2:7; Лк.1:52-53), и что Сей есть Тот, Который отверзает руку Свою «и исполняет всякое животное благоволения» (Пс.144:16), — поколику, говорю, неверный ничему из сего не верует, — следовательно все свое упование имеет возложенное на человеческие вещи. Почему если умрет тот сродник его или друг, который питал его, который был честию дома его и призрителем всего имения его, тот, от коего зависело все правление его, и состояние: куда тогда ни возведет мысль свою, не обрящет твердого упования; куда ни обратит очи, ниже тени узрит тех, коих лишился: от чего рождаются великие воздыхания и чрезмерные печали, скорби, отчаянные и неутешимые рыдания. И поистине, ниже сам себе, ниже кто другой может его утешить: единая вера утешает. Если бы веровал во имя Иисуса Христа, обрел бы утешение в скорби своей: но сие не есть удобно произвести в действо; если же скажешь ему, что он другого сыскать может человека, подобного умершему, — не действительно есть таковое утешение: ибо он знает, что такового человека обретение есть дело претрудное и более невозможное.

Рахиль, пишет Евангелист Матфей, когда плакала о смерти чад своих, рыдала неутешно: «Рахиль плачущися чад своих, и не хотяше утешитися» (Мф.2:18). Почему же не хотела утешиться? Ибо думала, что неключимыми ее чада совершенно остались: «и не хотяше утешитися, яко не суть». Неверные, поколику обманываясь думают, что душа есть смертна, и глупо отвергают воскресение из мертвых, когда умрет искренний и любезный их, не находят утешения; ибо верят, что умерший навсегда их оставил, и уже не существует, но совершенно погиб.

Христианин верует, что Бог есть всех благих Податель, и человек без помощи Божией ничего сделать не может (Ин.15:5). Он имеет все упование и существования, и благополучного своего пребывания не в людях, «в нихже несть спасения» (Пс.145:3), но во всемогущем Боге и Спасителе. Он, веруя, что Бог столько любит человека, что удобнее есть забыть матери о чадах своих, нежели Богу о человеке, печалится, правда, когда умрет сродник или друг его; плачет подлинно, видя искреннего и любезного своего лежащего мертва, видя кормителя, правителя, благотворителя, того, от коего зависела и честь и состояние его: но не так, как неверный печалится, ниже так плачет, как отчаянный, ниже рыдает и болезнует, как никакого не имеющий в Боге упования. И сие есть то же, что сказанное Господем вдовице Наинской: «не плачи”. Не плачи: то есть, не плачь чрезмерно и неутешимо, не плачь так, как неверные, не имеющие упования. Ниже Господь сказал вдовице: совершенно не плачь; ниже Апостоле говорил прямо, чтобы не скорбели, но присоединил сие, «якоже: да не скорбите, якоже и прочии неимущие упования» (1Сол.4:13). Плачь о мертвом, но не паче меры. Бог для душевного спасения посылает печаль и слезы, но посылает сии, свидетельствует Пророк, в меру: «напоиши нас слезами в меру» (Пс.79:6). Естество подает слезы, но вера иссушает источники слезные. Умер отец мой и матерь моя: «отец мой и матерь моя остависта мя» (Пс.26:10), остался сиротою и беспомощным. Почему естество подает слезы, но вера доставляет утешение. Отец твой, внушает мне, и матерь твоя оставили тебя; но Господь восприял тебя. Брат мой или сестра моя, или сродники мои умерли, — остался убогим и сродников лишенным: почему естество производит слезы, но вера отирает слезы мои, внушающая: имеешь братом и сестрою и материю Господа Иисуса. Ибо Он сказал: «иже бо аще сотворит волю Отца моего, Иже есть на небесех, той брат мой и сестра, и мати ми есть» (Мф.12:49). Умер любезный мой друг, благодетель мой, покровитель мой, — остался бедным, несчастным, непризренным. Естество рождает слезы; но вера полагает меру слезам моим: имеешь, вопиет, другом и благотворителем и покровителем Всемогущего. Ибо Он сказал: «вы друзи Мои есте, аще творите, елика Аз заповедаю вам» (Ин.15:14). Скорбит, поистине, и плачет верный, но не так, как неверный. Правда, и верный человек, когда смотрит низу, лишается всякого утешения: «отвержеся», сказал Пророко-царь, «утешитися душа моя» (Пс.76:2-3): но когда возвел очеса на небо и помыслил о Боге, тогда же возродилось утешение: «помянух Бога, и возвеселихся».

Какое же утешение почувствует верный человек, когда, плача о умершем сроднике или друге, лежащем пред очами его, узрит очами веры, что он не погиб, но существует и живет? Какое чувствует утешение, когда, видя тело мертвое, бездыханное, во гробе и тлении, верует, что душа телеси сего живет и движется, и восходит на небо, и водворяется в нетленных и вожделенных селениях Господа своего? Какое получает утешение, когда, скорбя о разлучении с сродником или другом, верует, что сие разлучение есть временное, и что приидет час, в который паки узрит его, и насладится, и соживет с ним всегда о Господе? Радость о славе и наслаждении душевном смягчает печаль, сущую о смерти и тлении телесном; чаяние наслаждения услаждает горесть разлуки. Ибо все мы, верные, и веруем, и надеемся, «яко Сам Господь в повелении, во гласе Архангелов и в трубе Божии снидет с небесе, и мертвии о Христе воскреснут первее, потом же мы, живущии оставшии, купно с ними восхищени будем на облацех, в сретение Господне на воздусе, и тако всегда с Господем будем» (1Сол.4:16-17).

Ниже глас, который слышан был в Раме, ниже плач Рахили и рыдание и вопль мног, не имеют места при погребении и конце почивших верных, скончавших жизнь в вере и покаянии и исповедании, и в самый последний час жизни своей соединившихся, чрез причащение Тайнам, Иисусу Христу Спасителю душ наших. Для чего чрезвычайные рыдания и плачи? Что умер? Но хотя тело почивает, но живет и бодрствует душа. «Приидет же час, в оньже вси сущии во гробех услышат глас Сына Божия» (Ин.5:28): и воскреснут и оживут жизнию прославленною и блаженною. Если кто умер без исповеди и не исправившимся, тогда поистине потребны суть рыдание и многие слезы: паче же, если сие случится или по нерадению, или, как часто случается, ради слепой и безрассудной любви и суеверия сродников, которые вместо того, чтобы верить, что Бог по исповедании и сообщении Тайнам часто, умилосердясь, дарствует немощному жизнь, безумно думают, что ежели Он исповедуется и причастится Тайнам, умрет: тогда, говорю, имеют место скорбные рыдания и горькие слезы. Сии однако, не только сродниками и друзьями, но и Церковию с прошениями и бескровною жертвою приносимы должны быть многоблагоутробному Богу, да явит умершему беспредельную Свою милость и благоутробие.

Весьма неприличные и глупые суть рыдания тех людей, которые, имея пред глазами мертвое тело сродственника, плачут и сокрушаются и сетуют, взывая: что теперь мне делать? и к кому прибегну? и кто мне поможет, кто призрит сирот моих? Если неверные, не признающие, что Бог есть, сие говорят, — не есть удивительно; ты ли же, который веруешь, что Бог есть, везде Сый и вся исполняяй и смотряяй, промыслитель всего и кормитель всех людей, отец сирых и вдовиц заступник, ко всем милосердый и человеколюбивейший, всемогущий и все, что хощет, творящий, — ты ли дерзаешь сие говорить: что тебе делать? Сие делай: обратись к Богу. Бог прибежище твое: Бог помощь твоя; Бог отец сирот твоих. Да отдалятся от уст христианских таковые рыдания; да отъимутся от очес христианских таковые глупые, неправедные и вредные слезы!

Хочу же я теперь показать, когда слезы, изливаемые над мертвыми, бывают преподобны, праведны и спасительны. Если когда, взирая на мертвое тело сродника или друга моего, бездыханное, недействительное, неподвижное, смердящее, в землю превращающееся и пищею червям сущее, помышляю, что грех сего виною, и что все сие есть следствие наказания за грех и исполнение Божественного, ради греха, повеления: «яко земля еси, и в землю пойдеши» (Быт.3:19): если, когда вижу бедственнейшее состояние мертвого человеческого тела, сердечно сокрушаюсь и неутешно рыдаю, и изливаю горькие слезы: тогда воздыхания мои имеют причину преподобную, тогда рыдания мои суть праведны, тогда плач мой и слезы мои многую пользу доставляют душе моей. Ибо таковые слезы отвращают меня от греха, и ведут меня на покаяние: таковые слезы измывают душу мою от нечистоты грехов моих и рождают во мне святую добродетель.

Если, когда зрите мертвого, возводите ум ваш на то место, куда душа того грядет, и думаете, что если человек тот, который лежит пред вами мертв, творил худые дела и умер нераскаянным, немедленно по смерти его приимут такового душу мрачные и немилостивые демоны, обличающе, поношающе, хуляще ее: если размышляете, что душа та тогда не верует, но видит то, чему научала вера, видит же все деяния, помышления, пожелания свои, так как на иконе изображенные со всеми обстоятельствами и образами и качествами, от чего страшный и неописанный объемлет сию стыд, совесть же той не совестию тогда бывает, но пещию горящею и жгущею ее: если рассуждаете, что тогда она ищет покаяния, о котором многажды во временной жизни нерадела, и хочет творить добродетель, от которой всегда отвращалась, видя же, что там не имеет места покаяние, ниже творение добродетели, и купно чувствует болезнь вечной муки, ждущей ее, пока страшный и нелицеприятный Судия сотворит суд, глаголя: «идите от Мене проклятии во огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом его» (Мф.25:41), — если о сем размышляете, когда узрите мертвого, и помышляя о грехах ваших, сокрушаетесь и раскаиваетесь, и изливаете потоки слезные: тогда-то слезы ваши суть добры, праведны и душеспасительны. Сие же показало слово Господа нашего Иисуса Христа, которое изрек к плачущим женам о смерти Его: «дщери Иерусалимски, не плачитеся о Мне, обаче себе плачите и чад ваших» (Лк.23:28)!

28.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Галатам, читаемый вдвадцатую неделю (Гал.1:11-19)

Предки Галатов, к которым Божественный Павел писание свое послал, были Галлы. Они прошедши Елладу, и под руководством военачальника их Бруна, достигши до малой Азии, поселились между Каппадокиею и Фригиею, назвав место сие Галатиею (Лив. кн. 38, Иуст. кн. 25). Сим Галатам первый проповедал Евангелие Павел, прошедши дважды Галатиею, в первый раз, когда исшедши из Листры проходил грады (Деян.14:20-21), во второй, когда исшедши из Антиохии, «проходил Галатийскую страну и Фригию» (Деян.16:6). Свидетельствует же Павел, что Галаты с великим почтением и уважением приняли его, когда пришел он к ним. «Яко Ангела Божия», говорит, «приясте мя, яко Христа Иисуса. Свидетельствую бо вам, яко, аще бы было мощно, очеса ваша извертевше дали бысте ми» (Гал.4:14-15). Но потом пришедши в Галатию возмутители и Евангельского учения превращатели от сонмища тех, кои принуждали уверовавших из язычников обрезываться, заставили многих из Галатов верить тому, что обрезание Еврейского закона нужно ко спасению. Узнав сие, Павел написал к ним послание, будучи во узах в Риме, как явствует то из слов, в конце сего послания его находящихся. «Прочее, труды да никтоже ми дает: аз бо язвы Господа Иисуса на теле моем ношу» (Гал.6:17). В послании же сем и поучал, и обличал их, и толковал им Божественное Писание, и многими доводами доказывал, что не дела закона, но вера во Христа оправдывает человека, и что ежели они обрежутся, то нимало не будет им полезно воплощение Господа Иисуса Христа (Гал.5:6). А поелику обольстители оные, чтобы удобнее привести в заблуждение Галатов, обличали Павла, как можно заключить из послания сего, в том, что будто он не видел и не слушал Иисуса Христа, что не научен и не послан от него, как Петр, Иаков и Иоанн, и прочие Апостолы, но ученик есть учеников Христовых: посему нужно было ему в самом начале послания своего открыть то, что и видел он Иисуса Христа, и от Него научен и послан проповедывать Евангелие (Гал.1и проч.), и что прежде нежели пришел во Иерусалим, поучал вере в Аравии и в Дамаске, по трех же летах после того, как уверовал, пришел уже во Иерусалим не для того, чтобы научиться там вере, но чтобы видеться с Петром, и что никого другого из Апостолов не видел, кроме Иакова, брата Господня. Сие оправдание его содержится в чтенном ныне из сего послания его Апостоле, начинающемся так:

Гал.1:11-12. Братие, сказую вам благовествование благовещенное от Мене, яко несть по человеку. Ни бо аз от человека приях е, ниже научихся, но явлением Иисус Христовым.

Выше, то есть, в самом начале послания своего сказал, что он есть Апостол, не от человека посланный, ни человеком определенный на проповедь, но самим Иисус Христом. «Павел Апостол ни от человек, ни человеком, но Иисус Христом» (Гал.1:1). Потом далее говорит: изъявляю вам, Галаты, что Евангелие, которое я проповедал, «несть по человеку», то есть, не человеческое есть дело, и не человеческие в себе содержит мысли. Но чем сие доказывает? Потому, говорит, что я ни принял оное, ниже научился оному от человека, «но явлением Иисус Христовым». А сие значит то, что сам Иисус Христос, явившись, предал ему благовествование Свое и научил его оному. Вот предложение ответа на слова обольстителей оных, кои приводили в заблуждение Галатов, пустословя, что Павел принял веру и научился оной от человек, а не от Иисуса Христа, как Петр и прочие Апостолы. На предложение же сие приводит доказательство, говоря:

Гал.1:13-14. Слышасте бо мое житие иногда в жидовстве, яко по премногу гоних церковь Божию, и разрушах ю: И преспевах в жидовстве паче многих сверстников моих в роде моем, излиха ревнитель сый отеческих моих преданий.

Гонения Павловы на Христиан, которые он производил прежде нежели уверовал во Христа, столь были известны и гласны, что Анания, ученик Христов, находясь в Дамаске когда сказал ему Владыка Христос, чтобы крестил Павла, то усомнился и в ответ сказал: «Господи, слышах от многих о мужи сем, колика зла сотвори Святым Твоим во Иерусалиме: И зде имать власть от Архиерей связати вся нарицающыя имя Твое» (Деян.9:13-14). Почему хотя великое было расстояние Галатии от Палестины, но поелику гонения оные были многие и повсюду были слышимы, то дошел о них слух и до самой Галатии. Сие убо ведая, Павел писал к Галатам, говоря так: о Галаты, слышали вы житие мое некогда в Иудействе, то есть, слышали вы прежнее житие мое, слышали, каким образом я жительствовал, когда привязан был к преданиям Иудейского закона: слышали, что я чрезвычайно гнал Церковь Божию, то есть, верующих во Христа, и разрушал ее, то есть, погублял и истреблял их. А поелику был я ревнителен к отеческим моим преданиям, то преспеяние мое в Иудейском законе превосходило преспеяние многих единоплеменных моих и сверстников мне по возрасту. Колико же Павел ревнителен был Иудейству, то ясно открыл Богоглаголивый Лука, сказав: «Савл же озлобляше Церковь, в домы входя, и влача мужи и жены, предаяше в темницу. Савл же еще дыхая прещением и убийством на ученики Господни, приступль ко Архиерею, Испроси от него послания в Дамаск к соборищем, яко да аще некия обрящет того пути сущия, мужи же и жены связаны приведет во Иерусалим» (Деян.8:3. 9:1-2). Но как сими словами доказал Павел, что чрез откровение научился он Евангелию; приготовил он и предложил материю к доказательству, оставя всякому делать из того заключение. Тот, который чрезвычайно гонит и губит Христиан, делается Апостолом и поборником Церкви Иисус Христовой. Тот, который паче всех тогда бывших Иудеев ревнителен к преданиям Иудейским, паче всех защищает Иудейские законы, делается учителем Евангелия, и проповедует всюду, что упразднились Иудейские обряды. Что сие есть? Откуда таковая предивная перемена в едино мгновение? Откуда тот, который как лютый зверь, «дыхая прещением и убийством на ученики Господни» (Деян.9:1), шел в Дамаск, чтобы погубить всех Христиан, пременяет на пути намерение свое, и, пришедши в Дамаск, как агнец кроткий, падает к ногам Анании и крещается от него? Откуда незнающий Таин веры, тотчас по крещении делается учителем, и проповедует оные тайны, сперва там в Дамаске, а потом и в Аравии? Откуда таковая непостижимая перемена? Откуда толикое и таковое знание Таин веры? «Сия измена десницы Вышняго» (Пс.76:11). Сам убо Бог, Который обратил мысли его от заблуждения к истине, открыл ему Евангелие, то есть, все догматы и законы Христианской веры. Подтверждают сие и следующие Павловы слова:

Гал.1:15-16. Егда же благоволи Бог избравый мя от чрева матере моея, и призвавый благодатию Своею, явити Сына Своего во мне, да благовествую Его во языцех, абие не приложихся плоти и крови.

Когда явил Бог Сына Своего Павлу; тогда, как Павел шел в Дамаске, чтобы Христиан связав привести во Иерусалим: тогда, как «Внезапу облиста его свет от небесе: И пад на землю, слыша глас глаголющ ему: Савле, Савле, что мя гониши ? Рече же: кто еси Господи ? Господь же рече ему: Аз есмь Иисус, Его же ты гониши» (Деян.9:3-5). И сие явление описал не только святой Лука (Деян.22:6-8), но и сам Павел об оном возвещал во Иерусалиме пред тысяченачальником и всем народом, так же и в Кесари пред царем Агриппою и Игемоном Фистом, и пред всеми там предстоявшими (Деян.26:14-15). В явлении же оном постановил его Бог Апостолом и Евангелистом язычников, сказав к нему: «на се бо явихся ти, сотворити тя слугу, яже видел еси, и яже явлю тебе: изымая тя от людей Иудейских и от язык, к нимже ныне посылаю тя» (Деян.26:16-17). Сверх сего и тогда еще, когда явился ему во Иерусалиме во храме, где он молясь был во исступлении. Ибо и тогда сказал ему Иисус Христос: «иди, яко Аз во языки далече послю тя» (Деян.22:21). И так поелику Христос послал его учить язычников и постановил его служителем или проповедником того, что видел и имел видеть по откровению, то явствует отсюда, что сам Иисус Христос научил его Евангелию, которое проповедывать и которому учить он долженствовал. Происшествия же, при явлениях оных бывшие, вкратце и со всяким смиренномудрием описал он в послании к Галатам, приписуя все не своему достоинству и добродетели, но благости и благодати Божией. «Егда же», говорит, «благоволи Бог», то есть, когда Бог (Который от чрева матери моей определил меня, и благодатию Своею призвал к Апостольскому званию), восхотел по благости Своей явить мне Сына Своего, тогда я «не приложихся плоти и крови», то есть, не прилепился к сродникам и друзьям моим, ниже возложил надежду мою на них, или на единоплеменных и сограждан моих, но оставивши все потек проповедывать веру. Но сие речение «не приложихся плоти и крови», имеет еще и другой смысл следующий: не прилепился я, не обратился к людям, то есть к Апостолам, чтобы научиться от них предметам веры, ибо научился оным от Самого Иисуса Христа. А сей смысл и соответствует следующим словам.

Гал.1:17. Не взыдох во Иерусалим к первейшим мене Апостолам: но идох во Аравию, и паки возвратихся в Дамаск.

Четырежды приходил Павел во Иерусалим: во первых, когда представил его Варнава Апостолам (Деян.9:27): во вторых, когда Антиохиане послали его с Варнавою доставить собранную ими милостыню живущим во Иудеи (Деян.11:30): в третьих, когда Антиохийская Церковь определила, чтобы он и Варнава, и другие некоторые из них пришедши во Иерусалим вопросили Апостолов и старцев о стязании произошедшем об обрезании (Деян.15:2): в четвертых, когда по совету старцев очистившись, взошел во святилище (Деян.21:26). Како убо говорит: «не взыдох во Иерусалим к первейшим мене Апостолам»? Сказал пред тем, «абие не приложихся»: а сие, абие, берется вообще, то есть, относится и к низшему: ни взыдох абие во Иерусалим. И поистине не пришел он во Иерусалим тотчас после того, как увидел первое явление, но отшел тотчас во Аравию проповедывать там Евангелие, потом паки возвратился в Дамаск: а оттуда быв спущен ночью по стене в кошнице, и тем избежав коварства Иудеев, пришел во Иерусалим, где Варнава представил его Апостолам. Читая девятую главу Деяний Апостольских, подумает кто, что Павел тотчас по крещении, бежав из Дамаска от коварства Иудеев, пришел во Иерусалим и предстал пред Апостолов. Но сие произойти могло оттого, что Лука, наблюдая в описании краткость, умолчал о приходе его из Дамаска во Аравию и возвращении оттуда паки в Дамаск. Заметь же, что не по гордости сказал Павел сие, что не пришел он во Иерусалим к первейшим его Апостолам, мысля так, что не имел никакой в том надобности, как высший оных Апостолов. Ибо как мог гордиться тот, который говорил и писал о себе, что он есть изверг (1Кор.15:8), и что попремногу гнал Церковь Божию (Гал.1:13): или как мог почитать себя высшим Апостолов тот, который говорил о себе: «аз бо есмь мний Апостолов: иже несмь достоин нарещися Апостол» (1Кор.15:9): и назвал Петра, Иакова и Иоанна столпами (Гал.2:9); но сказал то, чтобы показать, что не Апостолы, но сам Иисус Христос научил его вере, и тем бы изгладить хулу лжеапостолов, кои приводили в заблуждение многих, говоря, что Павел научен от Апостолов, а не от Иисуса Христа, как Апостолы. А что он почитал и уважал Апостолов, то свидетельствуют следующие слова:

Гал.1:18. Потом по триех летех взыдох во Иерусалим соглядати Петра, и пребых у него дний пятьнадесять.

По триех летех, от обращения, то есть, его ко Христу, взошел он во Иерусалим. Взошел же не для того, чтобы научиться вере от Петра: ибо сам он был учитель веры от Иисуса Христа предъизбранный, и три лета уже учил Евангелию, но чтобы соглядать Петра, то есть, чтобы видеть и рассматривать житие, дела и чудеса Верховного из Апостолов Петра: и пребыл у него дней пятьнадесять. Пришествие убо Павла во Иерусалим нарочно для Петра показывает уважение и почтение его к Петру, а пятьнадесятодневное пребывание с ним дружескую любовь и согласие между ними. Сверх сего пришествие оное истребляет подозрение касательно Павла в высокомудрствовании о себе: а пятьнадесятодневное пребывание удостоверяет, что Павел обличил Петра в лице пред всеми не по враждебной страсти, но по любви и для общей пользы (Гал.2:14).

Гал.1:19. Иного же от Апостол не видех, токмо Иакова брата Господня.

Не подумай, что Павел никогда не видел другого Апостола, кроме Иакова, брата Господня. Ибо он видел Апостолов и тогда, как представил его Варнава пред лице их: «и бяше с ними входя и нисходя во Иерусалиме, и дерзая о имени Господа Иисуса» (Деян.9:28): и когда приняты были как он, так и Варнава от Церкви, от Апостолов и старцев (Деян.15:4): и когда Иаков и Кифа и Иоанн «даша ему десницы и Варнаве общения» (Гал.2:9). А поелику многократно приходил Павел во Иерусалим, то неизвестно в точности, когда он другого из Апостолов не видел, кроме Иакова, брата Господня. Но когда он из Милита пришел во Иерусалим, тогда кажется, что Иаков, как избранный быть Епископом града оного, был там один, прочие же Апостолы рассеяны были по разным странам мира, проповедуя Евангелие. Ибо о сем пришествии его во Иерусалиме говорит святой Лука: «на утре же вниде Павел с нами ко Иакову, вси же приидоша старцы» (Деян.21:18). Почему не тогда ли может быть Павел «иного от Апостол не виде тамо, токмо Иакова брата Господня». О братстве же Иакова некоторые говорят, что Иаков был брат Господень, потому что был сын Иосифа, называющегося отцом Иисус Христовым (Феофил. в он. мест. Смот. и Златоуст. там же). Иосиф и Клеопа были братья между собою. А как умер Клеопа бездетным, то Иосиф взял за себя по закону Еврейскому жену его, от которой родил Иакова и Марию, которая называлась сестрою Матери Господней, потому что Иосиф вместо отца был Приснодеве Богородице. Другие же говорят, что Иаков был племянник Иисуса Христа, родившийся от Клеопы и жены его Марии, сестры Богородицы (Феодорит. в он мест.): а в то время Иудеи братиями называли и племянников. Но ничто не мешает думать и так, что может быть Иосиф прежде нежели обручен был с Пресвятою Богородицею, родил от жены своей не только Иакова, но и Иосию, и Симона, и Иуду (Мф.13:55), так же и дщерей: и что все сии назывались братиями и сестрами Иисуса Христа, как и Иосиф отцом Его: и что еще Мария Клеопова была жена Клеопы, и сестра по отцу, а не по матери Богородице (Ин.19:25), как родившаяся от Иоакима, только не от Анны, но от другой прежней жены его.

Беседа о клевете, и каким образом должно защищаться против оклеветывающих нас

То, что слышали мы ныне в чтении из послания к Галатам Богоносного Павла, есть защищение его против тех, кои оклеветывали его, и своим оклеветыванием его расстраивали души верующих во Христа. И, во-первых, рассматривая сие защищение его, видим мы, что оно весьма различествует от способа того, которым мы защищаемся против оклеветывающих нас. Во-вторых, исследуя, кто первый изобретатель клеветы, какой источник, из коего она проистекает, и какие дела она производит, находим, что клевета есть поистине великий и страшный грех. А поелику и клеветников много в мире, много и защищающихся против их худо, то душеполезно нам поговорить о сем, в надежде, что при Божеской силе слово сие научит способу, как защищаться от клеветников, и тому, чтобы удаляться совершенно ужаснейшего греха клеветы.

Как мы защищаемся, когда услышим клевету на себя? Выставляем клеветников наших недостатки, или поносим их бесчестными словами, или проклинаем их страшными проклятиями, или устрашаем их жестокими наказаниями, или заклинаем ужасными клятвами, или возводим на них клеветы еще тягчайшие, нежели какие ими на нас произнесены. Часто же все сие вместе изощряем против них, особливо, когда возгорится в нас гнев, воспламенится ярость, и приумножится негодование. Да и почитаем, что таким образом защищаясь, заграждаем бесчестие, от клеветы нанесенное, и вредим клеветникам нашим. Заблуждаем мы, когда делаем зло, дабы от оного получить добро: бессмысленны мы, когда предпринимаем исцелить зло злом: окаянны мы, когда не повинуемся Апостольской заповеди глаголющей: «не побежден бывай от зла, но побеждай благим злое» (Рим.12:21). Мы надеемся, что слушающие таковое наше защищение, оправдят нас, а клеветников осудят: но часто случается напротив, особливо, когда слушающие будут люди рассудительные и благоразумные. Ибо когда они услышат нас осуждающих, поносящих, проклинающих, устрашающих, заклинающих, и увидят нас воспламеняющихся гневом и неистовствующих от ярости, то заключают отсюда, что мы охотники осуждать, поносители, гневливы, вспыльчивы, страстьми одержимы, одним словом, люди злонравные и развращенные. Почему или совсем не верят словам нашим, или сомневаются в истине оных.

Что же делать должно, скажешь ты, в таковых обстоятельствах? Неужели должно мне хвалить клеветника своего, молиться о нем и благословлять его? Или должно мне заградить уста мои, положить дверь ограждения о устнах моих, и перенести вред от клеветы мне наносимый? Ежели ты сделаешь первое, то горе клеветнику твоему. Ибо тогда похвалы, молитвы и благословения твои бывают углием, на главу его собираемым. Уверяет тебя в сем Божественный Апостол: «Аще алчет враг твой, ухлеби его: аще ли жаждет, напой его. Сие бо творя, углие огненно собираеши на главу его» (Рим.12:20). А ежели исполнишь второе, то будешь преблагополучен: Ибо тогда Бог восприимет попечение об отмщении клеветнику твоему. «Писано бо есть, Мне отмщение, Аз воздам, глаголет Господь» (Рим.12:19). Тогда Всемогущий Бог, ими же сам весть судьбами, тебе же неведомыми, не только сохраняет тебя от вреда, клеветою причиняемого, но и клеветнику воздает должное наказание. «Мне отмщение, Аз воздам, глаголет Господь». Тогда Он клеветника наказует, а тебя оклеветаемого ублажает. «Блажени есте», говорит, «егда поносят вам и ижденут, и рекут всяк зол глагол на вы, лжуще, Мене ради» (Мф.5:11).

Но ежели мы молчать будем, скажете вы, то слушающие клевету почтут, что мы не защищаемся потому, что не имеем слов к защищению, и следственно уверятся, что истина то, что говорят о нас, а не клевета. Конечно, сие может быть, но может быть и противное, то есть, что слушающие клевету, видя в нас добродетели сии, терпение, кротость и незлобие, удостоверятся, что клевета, а не истина то, что говорят о нас. Но пусть будет истинно первое. Защищайтесь убо против клеветы. Защищение не есть грех. Ибо и святые, и сам Святый Святых, будучи оклеветываемы защищались. Защищайтесь убо, но не осуждая и понося, ни проклиная и устрашая, ни заклиная и взаимно клевеща. Защищайтесь, но не с гневом, не с яростью и криком: но как ответствовали святые, то есть, предстоя лично и излагая причины, доказывающие, что вы невинны и чисты в том, в чем оклеветываетесь.

Что сказал Иосиф старейшине винарску Фараонову, когда возвещая ему о происшедшем с ним от клеветы злоключении, просил его ходатайствовать у Фараона об освобождении себя. Открыл ли бесстыдную похоть Египтяныни? Или винил ли ее бесчеловечной жестокости? Или проклинал ли ее? Или досадовал ли, воспоминая клевету ее? Нет, он ничего такого не сделал, но со всякою кротостию сказал: украли меня из земли Еврейской: здесь же во Египте никакого зла я не сделал, и однако заключили меня в сию подземную темницу. «Яко татьбою украден бых из земли Еврейския, и зде ничто зло сотворих, но ввергоша мя в ров сей» (Быт.40:15). Вот как святой сей человек объяснил обстоятельство клеветы на него взведенной. Оправдывал себя, а никого не осуждал.

Как защищался Павел против клеветы лжеапостолов? Они клеветали на него, говоря, что он не есть Апостол: а он доказывал, что Апостол он есть, от самого Иисуса Христа наученный вере, и от Него посланный проповедывать Евангелие. Они клеветали на него, говоря, что он не есть Апостол, для того, чтобы уверить Галатов, что обрезание нужно ко спасению: а он доказывал, что тому кто обрезывается, ни малой нет пользы от веры во Христа (Гал.5:2).

Возлюбленные мои Христиане, Христос «пострада по нас, нам оставль образ, да последуем стопам Его» (1Пет.2:21). Он дал нам пример научающий, как защищаться против оклеветывающих нас. Как же защищался Он против Иудеев, оклеветывающих Его и говорящих в лице Ему, что Он есть Самарянин и беснующийся? «Аз», отвещевал Он, «беса не имам, но чту Отца Моего, и вы не чтете Мене. Аз же не ищу славы Моея: есть ищя и судя» (Ин.8:49-50). Когда еще оклеветывали Его Фарисеи и книжники, говоря, что о князе бесовстем изгоняет бесы, тогда Он доводом, открывающим клевету их, ответствовал: «Всякое царство разделшееся на ся, запустеет: и всяк град или дом разделивыйся на ся, не станет. И аще сатана сатану изгонит, на ся разделился есть: како убо станет царство его ? И аще Аз о веелзевуле изгоню бесы, сынове ваши о ком изгонят? сего ради тии вам будут судии» (Мф.12:25-27). Когда убо таким образом ответствовать будете против оклеветывающих вас, то есть, ни осуждая, ни понося их, но со всякою кротостию предлагая доводы, доказывающие клевету, тогда не только никак не погрешите, но и клеветникам уста заградите, и клевету изгладите, и слушающим принесете пользу. Заметьте же, что Господь наш Иисус Христос не всегда ответствовал на клеветы против него, но иногда совершенно молчал. Когда Архиереи и старцы соплетали на него несправедливые обвинения пред Пилатом, тогда он ничего не ответствовал: Пилат говорил к нему: «не слышиши ли, колика на тя свидетельствуют? Иисус же не отвеща ему ни к единому глаголу, яко дивитися игемону зело» (Мф.27:13-14). Но чему дивился Пилат? Чему другому, разве терпению и незлобию Иисус Христову? И сей пример доказывает то, что хотя бы мы и молчали, когда оклеветывают нас, но молчание наше есть сильный ответ, приводящий зрителей в изумление и благоговение к нашей кротости и великодушию.

Клеветники всеокаянные, приступаю я и к вам, послушайте со вниманием. Клевета есть ложное слово, вымышленное и составленное для того нарочно, чтобы вред причинить. Вредит же клевета как клеветнику, так и оклеветываемому, и даже слушателю клеветы, если он поверит словам клеветника. Первый изобретатель клеветы есть диавол, первый оклеветанный есть Бог, первый поверивший клевете есть человек. Диавол дерзновенно клеветал на Бога, якобы он лжив, завистлив и коварен. Бог рек к первосозданным, чтобы не ели они от древа ведения добра и зла, да не умрут. «Не снесте», рек, «от него: а в оньже аще день снесте от него, смертию умрете» (Быт.2:17). Диавол же, клевеща на Бога, сказал, что он запретил вкушать от древа оного не для того, чтобы не умерли, но чтобы не сделались богами. «Не смертию умрете. Ведяше бо Бог, яко в оньже аще день снесте от него, отверзутся очи ваши, и будете яко Бози, ведяще доброе и лукавое» (Быт.3:4-5). Первосозданные, поверивши диавольской клевете, вкусили от запрещенного древа.

Оклеветанному Богу никакого вреда не причинила клевета по причине бесстрастия, всесовершенства, Божеского существа и непричастности оного никакому повреждению (пресущественного Божества): а причинила вред клеветнику диаволу и человеку поверившему клевете. Ибо какие наказания положил Бог орудию клеветы, то есть, чувственному змию, оные относятся и к самому виновнику клеветы, к умственному змию, то есть, диаволу. «Яко сотворил еси сие, рече Бог», то есть, поелику ты вымыслил сию клевету, то «проклят ты» (Быт.3:14). Заметь же, что когда диавол возгордившись, сказал: «взыду выше облак, буду подобен Вышнему» (Ис.14:14): тогда сверг его Бог с небесе яко молнию (Лк.10:18), но не проклял его. А когда дерзнул он клеветать, тогда произнес на него проклятие: «яко сотворил еси сие, проклят ты». Если же иносказательно разуметь будешь проклятия, кои положил Бог на змия чувственного, то увидишь, что оные по воплощении Сына Божия исполнились на змие умственном, то есть, сатане, изобретателе клеветы. Ибо он и всех скотов сделался неразумнейшим, когда приступил искушать второго человека с небесе, Господа Иисуса (1Кор.15:47), и всех зверей земных яростнейшим, когда обратил все силы свои к произведению того, чтобы распят был и умер безгрешный Сын Божий. Прямо ходил он до воплощения Христова, яко бог будучи поклоняем, и живым гласом в идолах говоря, в заблуждении держал людей: по воплощении же Спасителевом на персех и чреве ходит, то есть, падши долу, яко бессильный, и скрывшись яко лев в пещере своей стрежет, чтобы уловить, если возможно ему будет, не только богатого в добродетелях, но и нищенствующего делами добрыми. Землю же снедает оттоле во вся дни жительствования своего в мире, то есть, тех одних погубляет, кои пригвождены к земному, и образ носят перстного, а не тех, кои устремляют взор к небесному, и образ носят небесного. В начале он яко друг приближился к первосозданным человекам, но потом Богочеловек вражду положил между им и потомками оных, объявив его врагом человеческому роду, и дав власть верным попирать главу его, то есть, силу его, и покорив его под пяту их, то есть, уничтожив все силы его. Сие самое означил Господь сказав: «се даю вам власть наступати на змию и на скорпию, и на всю силу вражию» (Лк.10:19). Таким образом наказал Бог клеветника.

Обрати же очи твои и на человека, поверившего клевете и преступившего спасительную заповедь Божию. Лишается он Божия благодати, и изгоняется из рая сладости в землю: земля же проклята в делех человека: в ней скорби, в ней терния и волчцы, в ней изнурительный труд, в ней тление: «яко земля еси, и в землю отъидеши»: что видим происходит и до днесь. Там скорби по причине бесплодия земли, здесь воздыхания по причине злорастворения воздуха: в сей части земли землетрясения, в оной пожары, в другой потопления от рек и моря: тот омочает лице свое потом для насущного хлеба, сей стонет от жестоких мучений болезни, другой плачет о лишении любезнейших сродников, всякий человек наконец умирает: разрушается, всякого тело делается землею, как было и до создания. «Яко земля еси и в землю отъидеши». Сие-то произвела тогда клевета.

Различны конечно обстоятельства клеветы тогдашней от обстоятельств клеветы ныне происходящей. Ибо ныне клеветник не есть изобретатель клеветы, но ученик и подражатель изобретателя оной, то есть, диавола. Клеветник нынешний клевещет не на Бога, как первый оный клеветник, но на образ Божий, то есть, на человека: первый клеветник никакого не мог сделать вреда оклеветанному им Богу, ученики же его неописанный причиняют вред оклеветываемым. Сколько клевета расторгла законных браков и разлучила друг от друга ближайших сродников? Сколько во вражду ввела любезных друзей и повредила честь почтенных людей? Сколько неправедно сделала богатых бедными и предала на смерть невинных? И самые святые и праведные быв оклеветаны, претерпели многие страдания и вкусили смертоносные горести. Свидетельствуют сие Патриарх Иосиф, Апостол Павел, великий Афанасий, Божественный Златоуст и другие тьмы тем. Причиняют вред ныне клеветники и слушателям их, ежели сии поверят им, как начальник клеветы причинил вред двум первосозданным, поверившим вымышленной им клевете.

Смотри же, коликие грех сей, клевета, имеет степени тяжести. Клевета есть дщерь ненависти или зависти: оклеветываем мы того, кого ненавидим и кому завидуем, а не того, кого любим: ненависть же и зависть суть отсутствие любви, как и тьма отсутствие света. Почему когда я клевещу, тогда не имело любви, а когда не люблю ближнего моего, как себя самого, хотя бы и не имел ни ненависти к нему, ни зависти, но грешу, поелику преступаю заповедь вторую. Вот первая степень греха оного, клеветы. Когда же я ненавижу или завидую ближнему моему, но не врежу ему действительно, тогда грешу более, нежели когда только не люблю его: и вот вторая степень клеветы. А когда не только не люблю, не только ненавижу и завидую, но и вред ему делаю, тогда грешу гораздо более: и вот третья степень клеветы. Ежели я осуждаю в погрешностях, кои брат мой подлинно имеет, то грешу (Мф.7:1): ежели же осуждаю его в погрешностях, кои он не имеет, а я оные вымыслил, дабы тем причинить ему вред, то конечно грешу гораздо более: и вот четвертая степень клеветы. Ежели я грешу, когда празднословлю, то есть, когда говорю слова ни полезные ни вредные, то колико более грешу (Мф.12:36), когда говорю слова клеветы, причиняющие всякое злоключение и вред: и вот пятая степень тяжести клеветы. Одна первая степень достаточна представить чрезвычайную тяжесть греха оного, клеветы, потому что отсутствие любви есть нарушение всего Евангельского учения, ибо любовь есть исполнение всего закона, и без любви никто не может спастись (Рим.13:10). Ежели же приложить к сему и другие степени тяжести, то коликая будет тяжесть клеветы?

Вы убо, клеветники, клеветою вредите ближнему вашему, причиняя ему тмочисленные злоключения и несчастия, видя же, что никакого не получаете за то наказания, думаете может быть, что клевета или не есть совсем грех, или есть грех весьма легкий и простительный. Горе вам: ибо «собираете гнев в день гнева» (Рим.2:5). Грядет день, страшный день воздаяния. Тогда вострубят Ангельские трубы, и Судия сядет на престоле суда, и от века бывшие люди восставши из мертвых, предстанут пред Ним, и книги деяний раскроются, и тайная человеков объявятся. Тогда на всенародном оном и ужасном судилище предстанут, клеветник, пред тобою и вдовица, которую ты обидел клеветою твоею, и сирота, коего ты обнажил коварным языком твоим, и почтенный человек, коего ты оклеветав сделал бесчестным, и облеченный священным саном, коего вымышленное и ложное обвинение уст твоих лишило подобающего ему уважения, и праведный и святой, коего ты гнал и поражал клеветами твоими. Тогда Судия представит пред лице твое множество беззаконий, от клеветы твоей происшедших, посрамляя и обличая тебя. И кто стерпит тогда ужаснейшее и праведнейшее обличение седящего на престоле суда? «Уста твоя», скажет Он, «умножиша злобу, и язык твой сплеташе льщения. Седя на брата твоего клеветал еси, и на сына матере твоея полагал еси соблазн» (Пс.49:19-20). Ты сие соделывал, и Я долготерпя не наказывал тебя, но молчал: а ты беззаконно думал, что молчу потому, что подобен тебе. «Сия сотворил еси, и умолчах, вознепщевал еси беззаконие, яко буду тебе подобен». Ныне убо «обличу тя, и представлю пред лицем твоим грехи твоя» (Пс.49:21). О! какой час тогда? О! какое тогда отчаяние, когда праведный Судия провозгласит определение вечного мучения? Кто может тогда свободить нас? Помыслите о сем люди, кои, забыв страшное судилище Божие, клевещете братий ваших, помыслите о сем, и удалитесь от великого оного беззакония, каково есть клевета, да не когда похитит вас смерть нераскаянных. Ибо тогда никто не может избавить вас от вечного осуждения. «Разумейте убо сия забывающии Бога, да не когда похитит, и не будет избавляяй» (Пс.49:22).

29. В неделю 21-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.8:5-15)

Богомудро Богочеловек Иисус чрез ныне чтенную притчу уподобил Евангельскую проповедь семени, которое сеет земледелец. Виждь же сходство семени и слова. Земледелец, отверзая руку свою, бросает семя на землю: священнопроповедник, отверзая уста свои, изливает слово во уши слушателей. Семя бывает бесплодным или плодоносным, по сходству качества земли, на которой рассевается: слово бывает тщетным или действительным, по мере расположения научаемого человека. Семя, падающее на пути, совершенно погибает; на каменистой же земле хотя и возрастает, но скоро засыхает; на тернистой прозябает, но тернием подавляется: на одной же токмо доброй земле сеянное семя многий творит плод. Слово Божие объясняемое, невнимающими и непонимающими рассевается и совершенно потребляется; в неимеющих же ниже капли благого расположения, предначинает добро, но не совершает; многозаботливых же и любострастных побуждает к добродетели, но побуждение его бывает недействительно: в одних же только благомысленных обильные творит плоды благочестия и добродетели. Плод семени питает тело, плод слова спасает душу. Послушайте, благословенные христиане, самих о сем Спасителя нашего Иисуса Христа душеспасительных словес.

Лк.8:5. «Рече Господь притчу сию: изыде сеяй сеяти семене своего: и егда сеяше, ово паде при пути, и попрано бысть, и птицы небесныя позобаша е.»

Почему Господь объяснил, что значат слова сей притчи, а о том, кто есть сеятель и делатель слова, умолчал? Поколику первый делатель семени, то есть первый проповедник и учитель Евангельского благовестия, есть Сам Господь наш Иисус Христос, сказатель сей притчи; того для, чтобы не сказать так: Я исшел сеять Мое семя, и таким образом показаться славолюбивым, и подать случай к обвинению ищущим случая злобным фарисеям и книжникам, изобразил в третьем лице, не упоминая о имени, говоря: «изыде сеяй сеяти семене своего». Сеяй убо есть Тот, Который Отеческого недра не отлучался яко Бог, снисшел на землю, воплотился ради нас, и возвестил нам спасения догматы. Представив же таким образом притчу, явил проповедником Евангелия не только Самого Себя, но и Богоглаголивых Апостолов, и святых Иерархов и Учителей, и всякого другого благочестия и православия проповедника. Знай же, что не сказал: изыде делатель, но изыде сеяй, чтоб чрез сие показать, что как истинный земледелец не есть тот, который хотя имеет семя, но не сеет, но который и имеет семя, и сеет: так и истинный учитель, не тот есть, который имеет способность научать, но не научает, но который, имея дар учения, делом и истиною учит. Виждь же: что случилось с рассеянным семенем, то же случается и в проповедании слова. Когда, говорит, земледелец сеял семя, одно, то есть часть семян, пало на пути: почему и проходящие потоптали, и птицы летающие по воздуху позобали то.

Лк.8:6. «А другое паде на камени, и прозяб усше, зане не имеяше влаги.»

Другая часть семян пала на камени, — прозябла, но засохла, поелику камень не имеет влаги. Не думай же, чтобы камень был простой и сухой, ибо на таковом никогда не прозябает семя; но послушай, как яснее описывают сие другие два Евангелиста, Матфей и Марк: «другая же падоша на каменных, идеже не имеяху земли многи» (Мф.13:5). «И абие прозябе, зане не имеяше глубины» (Мк.4:5). Где земли мало и не имеется глубины, там семя, не могши во глубину пройти и распустить корень по причине препятствия камней, сущих во глубине земной, не внедряется и вкореняется, но все вверх поднимается, и скоро вырастает; почему семя, на каменистой земле падшее, вырастает хотя скоро, но, не имея соответственного корня, который есть вина растения, ниже заимствуя влажности от лежащего корня, для укрепления своего, когда взойдет солнце, вянет, по писанию сих Евангелистов: «и зане не имеяше корения» (Мф.13:6; Мк.4:6), то есть, поколику не было соответственности в корне, — «усше».

Лк.8:7. «И другое паде посреде терния, и возрасте терние, и подави е.»

Другая же часть семян пала на тернистой земле; но возрастшее купно с растущим семенем терние подавило то. Знай же, что сие «возрасте терние» то значит, что как на тернистой земле растет и посеянное растение, и терние, но терние подавляет растение, если не в определенное время исторгнется: так и в естестве человеческом, после праотеческого греха, растут и прозябения спасительные добродетели, и волчцы душегубительного греха, но возрастши с добродетелию, подавляет порок добродетельные отпрыски.

Лк.8:8. «Другое же паде на земли блазе, и прозяб сотвори плод сторицею.»

И другая часть семян пала на доброй земле, то есть, на плодоносной, имеющей и влажность, и соки, и солености, и все, что только нужно для удобрения и обилия растения, и для великой плодовитости. На таковой же земли не токмо прозябло семя, но и сторицею плод сотворило. И хотя некоторые сомневаются о сем, чтобы одно зерно могло сотворить сто зерен; однако сие есть справедливо не только по свидетельству естествословов, кои повествуют, что земля Сиварийская, и в Африке Византийское поле, и в Сицилии называемые Леонтийскими полями, паче же Египетская земля, приносят плод более, нежели сторицею1, но и по свидетельству Божественного Писания, уверяющего о земли Герарской: «сея же Исаак в земли той, и приобрете в то лето стократный плод ячменя» (Быт.26:12). Если же вникнешь, колико добродетелей творит слово Божие, когда падет на сердце благого человека, не усомнишься о сторичности плода; ибо часто единое слово тысячу рождает добродетелей. Подтверждают сие многие добродетели Евангелиста Матфея, сущие плоды сего слова: «по Мне гряди» (Мф.9:9). Слыша же сию притчу ученики Господа Иисуса, и не понимая сказания слова, просили Его истолковать.

Лк.8:9-10. «Вопрошаху же Его ученицы Его, глаголюще: что есть притча сия? Он же рече: вам есть дано ведати тайны царствия Божия: прочим же в притчах, да видяще не видят, и слышаще не разумеют.»

Вопрошение учеников явно есть и удобопостигаемо, но ответ Учителя темный и недоумеваемый. Темный, поколику не соответствует вопросу. Ученики спрашивают, какой конец и разум притчи: «что есть притча сия?» Но Учитель ответствует им, не объясняя притчи, но говоря: «вам есть дано ведати тайны». Недоумение рождает сие «да»: ибо частица сия, да, по общему употреблению означает то, что с намерением говорил Иисус приточно, да видящие и слышащие не разумевают, и следственно ниже да веруют в Него. Сие же совершенно непристойно есть, наипаче же и противно беспредельному Его благоутробию. Однако, если сие рассмотрим в Евангелии от Матфея, и темность объясняется, и недоумение без сомнения решится. «И приступивше», свидетельствует священный Матфей, «рекоша Ему: почто притчами глаголеши им» (Мф.13:10)? Из сего убо следует, что два было вопроса ученических. И первый из сих, то есть сей: «почто притчами глаголеши им?» представил Матфей; второй же, Матфеем опущенный, как то: «что есть притча сия?» написал Лука. Во-первых убо, на первый вопрос Иисус ответствовал, говоря: глаголю в притчах, ибо вам, которые в Меня уверовали, даровал Бог дар разумения таин; но тем, кои в Меня не уверовали, не даровал такового дара за неверие их. «Он же отвещав, рече им: яко вам дано есть разумети тайны царствия небеснаго, онем же не дано есть» (Мф.13:11). Глаголю, говорит, притчами: ибо те, видя чудеса чувственными очами, не видят сих очами душевными, и слыша телесными ушесами, и явно и без притчей сии сказуемые, не слышат душевными ушесами, ниже разумевают оные. «Сего ради в притчах глаголю им, яко видяще не видят, и слышаще не слышат, ни разумеют»; дабы, то есть, не изъяснялись, так как нехотящии понимать без притчи глаголемая, того для говорю в притчах. Преславный убо Матфей, упомянув о первом вопросе учеников Христовых и сказав сие: «яко вам дано», объяснил темность; написав же сие, яко вместо — «да яко видяще не видят», решил недоумие. Таким убо образом ответствовал Господь на первый вопрос, то есть на сей: «почто притчами глаголет?» ответствует потом и на второй, то есть сей: «что есть притча сия?» объясняя приточный смысл.

Лк.8:11-12. «Есть же сия притча: семя есть слово Божие. А иже при пути, суть слышащии: потом же приходит диавол, и вземлет слово от сердца их, да не веровавше спасутся.»

Есть же сия притча, то есть, сие толкование притчи: семя есть слово Божие; путь же — сущие при пути люди и слышащие; птицы же небесные — воздушные духи злобы, то есть диаволы. Но какие суть сущие на пути, слышащие слово? Сии суть неблагочестивые люди, невнимающие и, следственно, ниже понимающие сказуемая. Подтверждает сие Богоглаголивый Матфей, говоря: «всякому слышащему слово Царствия и не разумевающу», то есть, не понимающу сего, «приходит лукавый, и восхищает всеянное в сердце его: сие есть при пути сеянное» (Мф.13:19). К таковым людям, ради неблагочестия и небрежения их, дерзает и приходит диавол, и восхищает от сердец их: то есть, рассеивает и истребляет из памяти их слово, которое слышали и не поняли, да не, памятуя о сем, уразумеют сие, уразумев же уверуют и, уверовав, спасутся.

Лк.8:13. «А иже на камени, иже егда услышат, с радостию приемлют слово: и сии корене не имут, иже во время веруют, и во время напасти отпадают.»

Чрез камень разумеются те люди, которые когда услышат слово Божие, с радостию оное приемлют. Но как семя, падшее на каменистой земле, хотя прозябает, но, понеже не укореняется, по причине твердости и плотности камня, и засыхает: так и слово Божие, хотя растит в таковых прозябение веры, — веруют то есть таковые; но поколику, ради небрежения их и нерачительности, слово Божие не вкореняется, ниже утверждается в сердце их: того для во время мирное и спокойное, без всякой напасти, бывают верными, но во время искушения, то есть, когда случится гонение или другое какое бедственное и горестное обстоятельство, отступают от веры. Сие случалось в древние времена, случается же и в наши времена, — некоторые, то есть, из верующих или ради страха мучительского, или ради животолюбия, или ради тщеславия отрицались тогда, и доныне некие, сожаления достойные, отрицаются от благочестия и православия веры.

Лк.8:14. «А еже в тернии падшее, сии суть слышавшии, и от печали и богатства и сластьми житейскими ходяще, подавляются, и не свершают плода.»

В тернии падшее семя есть слово Божие, которое слушают многозаботливые и любостяжательные и любострастные; заглушают же силу и действие сего слова мирские попечения, приманчивость богатства и удовольствие плотское, так как подавляет терние прозябение семени. «И печаль”, говорит Евангелист Матфей, «века сего, и лесть богатства подавляет слово и без плода бывает» (Мф.13:22). Из сего же следует, что не всякое попечение, но попечение о мирских суетностях, не богатство, но прелесть богатства, не удовольствие духовное и святое, дщерь добродетели, но удовольствие плотское и бесчестное, матерь греха, вредят душе человека.

Лк.8:15. «А иже на добрей земли, сии суть, иже добрым сердцем и благим слышавше слово, держат, и плод творят в терпении.»

Вот какая есть плодотворная земля: те суть, которые, имея сердце доброе и благое, то есть весьма хорошее, слыша слово Божие, держат его, то есть помнят, и размышляют о нем беспрестанно, и хотя бы когда-либо случилось им какое искушение, в мужестве и терпении творят плоды добродетели.

Лк.8:15. «Сия глаголя, возгласи: имеяй уши слышати, да слышит!»

Все хотя мы имеем телесные ушеса, но не все душевные. И телесными ушесами слышим мы так, как и бессмысленные животные, душевными же, яко разумом одаренные, понимаем и рассуждаем о сказанном. О душевных убо здесь тех ушесах говорит Богочеловек, посредством коих слушающий и слышит, и разумевает, и спасается.

Беседа о видимом бесплодии Божественного словеси

Удивления достойную вещь созерцаем ныне, братие, случающуюся во время проповеди слова Божия, совершенно отличную от бывшей в начале Христианской веры. Когда во-первых в Иерусалиме отверзал Петр уста свои пред народом, и кратко и просто научал слову Божию, немедленно уверовали и крестились до трех почти тысяч человек. «Иже убо любезно прияша слово его, крестишася в день той душ яко три тысящи» (Деян.2:41). Паки еще сей Апостол проповедывал в притворе, нарицаемом Соломоновым, и уверовало от слышавших учение его почти до пяти тысяч. «Мнози же от слышавших слово вероваша: и бысть число мужей яко тысящь пять» (Деян.4:4). Приходит Филипп в Самарию, проповедует там «яже о царствии Божии, и о имени Иисуса Христа», — и немедленно веруют, и крестятся и мужие и жены (Деян.8:12). Приходят Варнава и Павел в Пафу, проповедуют там слово Божие, — и тогда же обращается анфипат, Сергий Павел. Знать же еще надобно, чему тогда учили слушателей своих Божественные Апостолы. Научали они их, да оставят отеческую свою веру, и да приимут другую, яже есть во Христа; научали их, да восприимут другой закон, сущий от Евангелия, который был несходен с отечественным их законом; уговаривали их, да оставят обыкновенные свои нравы и да держатся других, христианских, другой жизни, другого обычая, другого жительства, духовного вместо плотского, небесного вместо земного. Но однако, слыша Евангельскую проповедь, отвергнули древнее и отеческое свое служение и приняли новую и странную веру; ни во что вменили вольность своих законов, и возложили на выю свою Евангельское Господне бремя; отвергли плотские удовольствия и всякую телесную прихоть и сладость и избрали гонения, труды, бедствия, смерть.

Ныне проповедуется слово Божие и чтется, однако нет никакого плода. Научают же ныне священнопроповедники не тому, чтобы нарушить отеческую веру, но да сохраним сию целою и невредимою; научают не тому, чтобы принять другой, новоявленный закон, но да соблюдем Христианский закон, который от отцев наших мы прияли; научают, не чтобы следовать другим нравам и обычаям, но да живем, сообразуясь древним нравам и обычаям христианским: однако нет ныне никакого плода. Всякий удобно понимает, какое неудобство имело тогда, и какое ныне удобство имеет повиновение Евангельскому благовестию: но нет почти никакого ныне плода. Воистину сие есть удивления и недоумения достойно!

Тогда, говорят некоторые, плодотворило слово Божие, поколику чудеса утверждали сие. Приняли почти три тысячи душ первое учение Петра, поколику были удивлены и убеждены, слыша Апостолов внезапно странными языками говорящих (Деян.2:7). Поверили второй проповеди сего Апостола почти пять тысяч, поколику видели «от чрева матере своея» хромого и носимого — ходящего и скачущего (Деян.3:2, 8). Веровали в Самарии мужи и жены проповеди Апостола Филиппа, поколику «дуси нечистии от многих имущих я, вопиюще гласом велиим, исхождаху: мнози же расслабленные и хромые исцелишася» (Деян.8:7). Принял анфипат учение Павлово, ибо видел, что проклятие его немедленно ослепило Елиму волхва (Деян.13:8). Весьма справедливо, что знамения и чудеса поспешествуют и укрепляют проповедь, так как свидетельствует Евангелист Марк, говоря: «они же изшедше, проповедаша всюду, Господу поспешествующу, и слово утверждающу последствующими знаменьми» (Мк.16:20). Но во-первых, мы видим, что многие веровали, не видя чудодеяний. Какое чудо видел «Мурин, евнух силен Кандакии царицы Муринския», когда всеславный Филипп, отверзши уста свои и истолковав речение Пророка Исаии, благовестил ему Христа? Никакого не видал чуда; однако, услышав толкование Филиппово, немедленно уверовал и крестился (Деян.8:26-27, 35, 38). Какое чудо видели Антиохийцы, когда «нецыи мужие Кипрстии и Киринейстии глаголаху к Еллином, благовествующе Господа Иисуса»? Никакого чуда не видали; однако «многое число веровавше обратишася ко Господу» (Деян.11:20-21). Какое чудо зрели сущие в Антиохии Писидийской, когда Павел и Варнава пришед учили их вере во Христа? Никакого; однако тамо сущие «языцы, слышаще» проповедь, «радовахуся и славляху слово Господне и вероваша, елицы учинени бяху в жизнь вечную» (Деян.13:48). Никакого чуда не зрели сущие во Иконии, когда Павел и Варнава, пришед в сонмище их, проповедывали слово Божие: однако веровало множество многое Иудеев и Еллинов. Чуда не зрели живущие в Берии: однако, когда Павел и Сила учили в соборе Иудейском, «прияша слово со всем усердием», и многие из них уверовали, «и от Еллинских жен благообразных, и мужей не мало» (Деян.17:11-12). Никакого чуда не видали Афиняне: однако приняли проповедь Павлову «и Дионисий Ареопагитский, и жена именем Дамарь, и друзии с ними» (Деян.17:34). Какое чудо сотворил Иоанн Креститель, когда проповедывал и говорил: «покайтеся, приближибося царствие небесное»? Никакого; однако «тогда исхождаше к нему Иерусалима, и вся Иудеа, и вся страна Иорданская, и крещахуся во Иордане от него, исповедающе грехи своя» (Мф.3:2, 5-6).

Во-вторых же, если бы чудеса имели силу убеждать и обращать, долженствовало бы всем тем, кои видели чудеса, обратиться. Но Фараон видел чудеса и многие и великие — и, вместо того, чтобы веровать, ожесточился. Если бы чудеса имели силу обращательную, долженствовало бы всем, кои видели чудодеяния Иисуса Христа, веровать в Него; но мы видим, что Фарисеи, видя нема и бесна исцеленного Иисусом Христом говорили: «о князе бесовстем изгонит бесы» (Мф.9:34; Лк.13:14). Старейшина же собору, видя жену немогущую отнюдь восклониться, исправившуюся, вместо чтобы веровать, негодовал. Паки некоторые из Фарисеев, видя слепого от рождения зрящим, не веровали, но так говорили о Иисусе Христе: «несть Сей от Бога человек, яко субботу не хранит» (Ин.9:16). И Иудеи, видяще сие чудо, не веровали, но так свидетельствовали: «мы вемы, яко человек Сей грешен есть. И сложилися бяху, да, аще кто Его исповесть Христа, отлучен от сонмища будет» (Ин.9:24, 22).

Но некоторые еще говорят, что слово Божие ныне не плодотворит потому, что дела священнопроповедника суть недостойные проповеди и противные учению его. Сие следует и из того, что подтверждает и блаженный Павел, говоря: «научая убо инаго, себе ли не учиши? Проповедая не красти, крадеши: глаголяй не прелюбы творити, прелюбы твориши: гнушаяся идол, святая крадеши» (Рим.2:21-22). Но Апостол Павел не сказал, что слово Божие остается бесплодным потому, поколику научаяй сему есть недостоин и творит дела противные учению своему: но только обличил и посрамил учителя худого жития, учащего других, но о собственном исправлении не пекущегося. И Господь и Владыка всех явно о сей засвидетельствовал истине. Книжники и Фарисеи были лукавые, лживые, завистливые, коварные; Богочеловек, часто говоря о них: «горе вам книжницы и фарисее» (Мф.23:23), порицал их так как лицемеров и несмысленных и слепых: однако не только не сказал, что слово ими проповедуемое есть бесполезное и бесплодное ради недостоинства их, но и заповедывал и склонял Иудеев, да слушают проповедуемое ими слово и хранят все, чему они научают, только да воздерживаются и отвращаются тех дел. «Вся елика аще рекут вам блюсти, соблюдайте и творите: по делом же их не творите, глаголют бо и не творят» (Мф.23:3).

Не отрицаем мы, что когда священнопроповедник имеет добродетель и святость, проповедь его тогда, и ради благодати, которую он имеет от Бога, и ради мнения, каковое о нем люди имеют, и поспешествует к обращению заблуждшего, и пользует обращению грешника: но говорим, что ни святость священнопроповедника есть виною, ни нечестие его препятствием плодотворения проповеди, — так как ниже плодоносия семени изрядство и красота сеятеля, ниже бесплодия безобразие и непригожество лица его. Если бы единое слово святых имело силу, обращающую неверных и исправляющую грешников, — весь бы мир веровал, когда проповедывали сие святые отцы, весь бы мир обратился, когда благовествовали святые Божии Апостолы; весь бы мир покорился, когда научал сему Святый святых, Сын и Слово Бога живого, Господь наш Иисус Христос. Но мы видим, что многие из тех, которые слушали от уст Самого Господа Иисуса Христа проповедание истины, нимало не воспользовались.

Но что предлагать доселе о сей истине возражения и сомнения, также ответы и решения? Помрачила всякое возражение и решила всякое о сем недоумение ныне чтенная святого Евангелия притча и толкование оной, которое ни человек, ни Ангел соделал, но самая Ипостасная Божия мудрость и сила, Господь наш Иисус Христос. Он, начиная притчу, прежде сказал: «изыде сеяй сеяти семене своего» (Лк.8:5). Не сказал: изыде праведный, или изыде ревностный и добродетельный, но сказал просто: «изыде сеяй сеяти семене своего». Если убо учитель будет сеять семя истинное, не вредоносное терние; если будет научать истинным догматам и Божеским законам, а не еретическим сплетениям и человеческим суевериям, — довольно сего со стороны учителя к плодотворению слова, и нет никакой нужды, чтобы вникать в жизнь и поведение его. И сие токмо предполагал Господь, что касается до злобных и развращенных книжников и Фарисеев, почему говорил: «на Моисеове седалищи седоша книжницы и Фарисее» (Мф.23:2). Поколику, говорит, сии научают догматам и закону Моисейскому, того для все, чему учат, храните и творите: но поколику учат, а не творят дел сообразных учению своему, того для вы не творите по делом их.

Посем же Господь показал три бесплодия слова причины: небрежение, леность и приманчивость мира сего, благоплодия же единую причину — доброе расположение. Почему и разделив слушателей на четыре порядка, приписал им переносные наименования: назвал их путем, камнем, тернием и землею благою и доброю. Сии суть истинные бесплодия и благоутробия слова причины, а не другие, какие мы быть мечтаем. Поколику же ныне все мы почти есмы путем, попранным страстями и диаволами, или камнем сухим и непричастным влажности, то есть, чуждыми всякого доброго расположения, или тернием, то есть, обремененные мирскими и плотскими попечениями и всякою суетою, которая подавляет всякое душеспасительное размышление, весьма же малые и редкие суть, имеющие доброе и благое расположение: для того малый видим и очень редкий плод слова.

И так, христианине, если, когда проповедуется слово Божие, разум твой нимало не внимает, чтобы понять сказуемое, но туда и сюда бродя, к другим устремляется размышлениям, или если, когда проповедуется слово Божие, нерадение и дремота занимает тебя: тогда ты находишься путем, — тогда видя враг твой диавол, что ради небрежения твоего слово не входит в мысль твою, но падает только на ушеса твои, немедленно восхищает оное и рассеивает, да не вшед в ум твой, потом и в сердце твое, сотворит плод обращения твоего; от сего же остаешься бесплодным и неисправленным. Если, приходя слушать слово Божие, не имеешь той цели, чтобы исправить нравы твои, но чтобы посудить о учении учителя; не имеешь цели, чтобы получить пользу для души твоей, но чтобы послушать красноречивого слога, или чтобы посмотреть на слушателей, или чтобы исполнить обыкновение: тогда хотя бы внимал, хотя бы понимал сказываемое, находишься камнем, — почему в сердце твоем прозябает слабо растение слова, то есть малое рождается сокрушение; но поколику сердце твое не было расположено к приятию слова, засыхает и расточается немедленно сокрушение твое, и бывает бесплодным. Если же когда, слушая слово Божие, имеешь расположение исправиться, и внимаешь, и разумеешь сказываемое, исшед же из церкви, вместо того, чтобы стараться о том, о чем слышал, потопляешь немедленно мысль твою в суетностях мира, и погружаешь в удовольствиях плоти твоей: тогда ты находишься землею, тернием заросшею. Почему тогда слово Божие хотя растит в тебе нежные свои прозябения, то есть, касается сердца твоего, производит слезы в очах твоих и предмет исправления в душе твоей, но терние суетных попечений твоих и плотских удовольствий твоих подавляет и уничтожает как сокрушение и слезы, так и конец покаяния и обращения твоего, и таким образом слово Божие бывает в тебе не пришедшим в зрелость.

Если же когда, при слушании слова Божия, и намерение твое есть непреложное, и внимание твое великое, и благоговение твое многое, услышав же и поняв оное, беспрестанно размышляешь о сем, и судишь всегда о разумениях слова: тогда слово Божие бывает тебе полезным, тогда искореняешь от сердца твоего прозябения греховные и плодотворишь плоды добродетели.

Убо, братия моя, когда приходите в церковь слушать слово Божие, или когда читаете оное в книгах, не бывайте ни путем, ни камнем, ни тернием; но являйте сердце ваше землею доброю и благою, зная, что Бог, создав человека самопроизвольным, по человеколюбию Своему, всем хощет спастись, но по правосудию Его образ и средство, чрез которое ни понуждает, ни принуждает, но призывает и обращает: есть же образ и средство — проповедание слова. Бог слово от начала употреблял для спасения человеческого, призвав оным и обратив сущих прежде закона, в законе, по законе, во время плотского присутствия Его, и по плотском Его явлении. Говорил же и устным, и письменным словом, и Сам непосредственно, и посредственно чрез Пророков, чрез Апостолов, чрез святых Отцев; словом пророчествовал будущее, предсказывал воплощение Единородного Сына Своего, научал догматам веры, предал спасительные таинства, явил Божественные законы, предал святые предания; слово Его показало путь ко спасению, описало бездну адову, обнадежило царствием небесным, устрашило вечностью мучения. Сие средство, то есть слово, употребляет Бог доныне, говоря пастырями, учителями, духовными отцами, писаниями. Убо доныне слово Божие имеет силу обращать неверных, исправлять грешников, утверждать добродетельных. Словом и доныне Благодать ниспосылает на нас милость свою. И так, возлюбленные, если не верим слову Божию, и никакой не чаем от сего пользы, — нет никакой нам надежды ко спасению. Нужно убо ревностно и тщательно слушать слово, во время же слушания внимать и благоговеть; выслушав же слово, размышлять и не забывать. Таким образом будет сердце наше землею доброю и благою: таким образом слово сотворит в нас плоды добродетели и будет виновником спасения во Христе Иисусе Господе нашем, Емуже слава и держава во веки веков. Аминь.

29.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Галатам, читаемый в двадцать первую неделю (Гал.2:16-20)

Возносясь мыслию моею на гору Синайскую, слышу я и вижу там происшествия страшные и чрезвычайные. Слышу там повеление Божие, возвещающее Израильтянам, чтобы за три дня очистились и предуготовили себя. Слышу устрашения великие, чтобы никто не восходил на гору, ниже бы приближался к оной. Слышу гласы трубные весьма сильные. Вижу молнии и облак мрачный. Вижу всю гору, дымящуюся дымом яко пещным. И сие не дивно: потому что Бог сошел туда вручить Божественные Свои законы роду человеческому. Удивляюсь же я и ужасаюсь, когда слышу Богоглаголивого Павла, поучающего, что никто от дел закона не оправдится. Как? Бог сходит на гору Синайскую, чтобы законоположение Его услышано было во всей вселенной, и потом законоположение не оправдывает? Как? Бог в таковом ополчении преподает законы, кои не могли оправдать человеков от грехов их? Какая причина странного сего слышания? Открыл причину тому Богомудрый Павел в чтенном ныне послании своем, но так кратко, что кажется говорит более догматически, нежели доказательно. Мы толкованием настоящим потщимся, сколько возможно, истолковать смысл сего небесного его учения.

Гал.2:16. Братие, уведевше, яко не оправдится человек от дел закона, но токмо верою Иисус Христовою: и мы во Христа Иисуса веровахом, да оправдимся от веры Христовы, а не от дел закона: зане не оправдится от дел закона всяка плоть.

Чтобы уразуметь в точности предложенные слова Павловы, заметь, что оправданием называет он совершенную невинность не только во всяком произвольном, но и в самом прародительском грехе, от которого мы соделались грешниками, и святость, по которой человек бывает достойным небесного Царствия. Дела же закона называет заповедания о субботе, обрезании, проказе, излияниях, кроплениях, прикосновениях мертвечины, и сим подобные завещания. А таковые дела не могли оправдать человека, во-первых, потому, что оные были только предзнаменованиями имеющих от Иисуса Христа узакониться спасительных дел: во-вторых, потому, что никто не мог очистить человека от всякого греха, разве одна жертва крови Иисус Христовой. Сия токмо всесвятая кровь Спасителя, на кресте излиянная, очистила нас от всякого греха (1Ин.1:7), оправдала, освятила и содеяла достойными Царствия Божия. Но поелику дела закона не могли оправдать человека, то для чего Бог не только дал закон и учредил дела закона, но и проклятие положил на преступающих оные, сказав: «проклят всяк человек, иже не пребудет во всех словесех закона сего, еже творити я»? (Втор.27:26) Закон дал Бог яко пестуна, дабы он путеводствовал к вере во Христа, от коей оправдываемся. «Темже закон пестун нам бысть во Христа», говорит Павел, «да от веры оправдимся» (Гал.3:24). И поистине закон дивно путеводствует к вере во Христа. Ибо в нем между прочим произрекает Бог о Иисусе Христе весьма ясно, говоря: «Пророка возставлю им от среды братий их, якоже тебе: и вдам слово Мое во уста Его, и возглаголет им, якоже заповедаю ему. И человек той, иже не послушает словес Его, елика возглаголет Пророк оный, во имя Его, Аз отмщу от Него» (Втор.18:18-19). Почему и сам Спаситель говорил: «аще бысте веровали Моисеови, веровали бысте убо и Мне: о Мне бо той писа» (Ин.5:46). И необиновенно еще учил, говоря: «Аз от Себе не глаголах: но пославый Мя Отец, Той Мне заповедь даде, что реку и что возглаголю» (Ин.12:49). Повелевал же Бог с угрожениями соблюдать дела закона, потому что оные были образы законоположений Иисус Христовых, почему чрез оные предварительно научались люди тому, чему от Иисуса Христа имели быть научены, и тому, чтобы иметь достодолжное к Нему повиновение и благоговение. Но поелику, скажешь ты, дела закона не оправдывают человека, а токмо вера во Христа, то как праведные до закона и в самом законе бывшие оправдались? Они оправдались не делами закона, но верою во Христа, предвидев Его чрез просвещение от Всесвятого Духа и познав Его в знаменованиях, гаданиях, прообразованиях и Пророческих словах. Ожидали же они пришествия Его, дабы получить совершенное наслаждение оправдания и воздаяния (Евр.11:39-40). Сие убо уведев, Богодухновенный Апостол со дерзновением говорил так: поелику знаем, что не дела, законом постановленные, но вера во Христа делает человека праведным и святым, то и мы уверовали во Иисуса Христа, дабы не от законных дел, но от веры в Него оправдиться: ибо никто не оправдится от дел закона. Заметь же, что Апостол говорит здесь не о той вере, которая не имеет добрых дел: ибо таковая вера есть мертвая и недействительная (Иак.2:17), но о вере любовию действующей, как пиша к тем же Галатам, говорит: «о Христе Иисусе ни обрезание что может, ни необрезание, но вера любовию поспешествуема» (Гал.5:6). А потом приводит доказательство на бессилие законных дел, говоря:

Гал.2:17-18. Аще ли ищуще оправдитися о Христе, обретохомся и сами грешницы, Христос убо греху ли служитель? Да не будет. Аще бо яже разорих, сия паки созидаю, преступника себе представляю.

Доказательство происходит от несовместного заключения. Ежели мы, говорит он, кои ищем оправдания и святости не от дел закона, но от веры во Христа, по сему самому становимся грешными: то не следует ли из сего, что Христос есть служитель греха, то есть, производитель и виновник греха? «Да не будет». Прочь несовместность сия. Видишь ли, как сею ужаснейшею несовместностию, что не от законных дел, но от веры во Христа оправдится человек? Приумножает еще более силу доказательства, говоря: ежели я паки созидаю, что упразднил, то делаюсь преступником, то есть виновником и грешником. Что же им упразднено? Дела закона, кои упразднил не только он, хотя говорит о том от лица своего, но упразднили и прочие Апостолы, и Пресвитеры Духом Святым просвещенные, предел положивши, чтобы верующие во Христа ни обрезывались, ни прочих требований обрядового закона не исполняли. Почему и писал он к Антиохианам: «изволися бо Святому Духу и нам, ничтоже множае возложити вам тяготы, разве нуждных сих, огребатися от идоложертвенных и крове, и удавленины и блуда: от нихже соблюдающе себе, добре сотворите» (Деян.15:28-29). Кто убо после сего Божественного и Апостольского определения, упразднившего законные постановления, хранил то, что завещевал закон, тот был преступник заповеди Всесвятого Духа. Заметь же, с коликим благоразумием и мудростию премудрый Павел обратил на главы Иудействующих вину преступления. Сии говорили, что нарушающие дела закона суть преступники: а он доказал, что преступниками делаются хранящие дела закона. Подкрепляет потом он доказательство свое и следующими словами:

Гал.2:19. Аз бо законом закону умрох, да Богови жив буду.

Аз, говорит, законом, то есть, учением закона, закону умрох, то есть, поставил себя мертвым и бездеятельным в делах закона, закон, значит сие, научил меня, чтобы я оставил дела его. Но каким образом закон научил его сему учению? В законе сказано, что Бог восставит Пророка, и что должно нам послушать учение Его: «Пророка от братии твоея, якоже мене, возставит тебе Господь Бог твой, Того послушайте» (Втор.18:15). Сего убо Пророка, который есть Иисус Христос, учение послушав, Павел оставил прообразовательные дела закона. «Законом», говорит, «закону умрох, да Богови жив буду», то есть, оставил я законной сени дела, дабы посвятить всю жизнь свою истинному Богослужению. А посему:

Гал.2:19-20. Христови сораспяхся: живу же не ктому аз, но живет во мне Христос: а еже ныне живу во плоти, верою живу Сына Божия, возлюбившаго мене и предавшаго Себе по мне.

Сраспинается Христу тот, который из любви к Нему изнуряет тело, порабощает и укрощает плоть «со страстьми и похотьми, вземлет крест свой» (1Кор.9:27; Гал.5:24; Мф.16:24), то есть, претерпевает всякую скорбь и тесноту, и грядет во след Иисуса Христа. А поелику всеблаженный Павел все сие сотворил, то и говорит: «Христови сораспяхся: живу же не ктому аз», то есть, уже более не живу я по ветхому человеку, тлеющему в похотех прелестных (Еф.4:22), не живу жизнию страстною и заблуждшею, гоня и хуля Иисуса Христа (1Тим.1:13): «но живет во мне Христос»: то есть, действует и владычествует во мне Христос. Ничего я не делаю, что не угодно Ему, но вся моя жизнь и деятельность от Него благоуправляется. «А еже ныне живу во плоти, верою живу Сына Божия»: и доколе живу в теле, доколе живу сею смертною жизнию, вижу всегда бессмертную жизнь, и к оной направляюсь верою Сына Божия, Который возлюбил меня, и предал Себя на смерть для спасения моего, «возлюбившаго мене, и предавшаго Себе по мне». Заметь же, как он сим словом усвояет общее себе, поучая, что всякий человек долг имеет толикое благодарение приносить Иисусу Христу, коликое бы приносил, если бы его только любил, и для его только спасения предал Себя на смерть.

Беседа о том, что добродетель есть нам по естеству, а порок противу естества

Умоляет нас Богоносный Апостол Павел, чтобы мы подражали ему, как он сам подражателем был Иисуса Христа. «Подражатели мне бывайте, якоже и аз Христу» (1Кор.4:19,11:1). Но мы, слыша его говорящего, что он сораспялся Христу: «Христови сораспяхся» (Гал.2:19), ужасаемся, представляя себе неудобство дела сего, и отчаиваемся, почитая, что мы не можем понести тяжесть креста. Уверены мы в том, что крест не иное что значит, как умерщвление плотских похотей и делание добродетели, и сие однако весьма устрашает нас, потому что мыслим так, что плотские страсти естественны нам, а умерщвление их и добродетель суть дела свыше естества нашего: кто может, говорят почти все, умертвить оные стремительные похоти, кои проистекают из естества как вода из источников, и произрастают из оного как из земли трава? Кто убо докажет, что добродетель нам естественна, а порок противу естества нашего, тот заградит уста произносящих таковые слова, и уверит, что всякий человек может, ежели поистине восхощет подражателем быть Павлу, и Христу сораспяться, как и он. Мы предложим доказательства на сие от словес Божиих, от примеров добродетельных людей, и от свойств человеческого естества, уповая, что просвещением Божия благодати свободившись от такового заблуждения, вы будете ходить охотно по Божественному пути спасительной добродетели.

«Виде Бог», говорит Божественное Писание, «вся, елика сотвори: и се добра зело» (Быт.1:31). Слышишь ли? Вся? То есть, все творения его не только суть добрые, но и весьма добрые. Кто же показывает и утверждает сие? Имеяй беспредельный разум, премудрость, знание и совершенство, сам то есть Бог, который «рече, и Быша, повеле, и создашася вся видимая и невидимая» (Пс.148:5). А отличнейшее из творений его есть человек: и он убо есть добр зело. Но почему он добр, по устроению ли, соразмерности и чертам тела? Так, и по сему он добр. Но добр зело по свойствам, расположениям и силам души. Добр зело, непорочен духом, чист помыслом, благ душою, благоразумен, умерен, кроток, праведен и милосерд. Сие собственно означает, добр зело, говоря о человеке. Ибо нет ничего другого доброго в человеке более добродетели. Кто убо отрицает, что человек создан благим, и имеет по естеству способности к добродетели, тот противоречит оному слову Божию: «и виде Бог вся, елика сотвори: и се добра зело» (Быт.1:31). А кто противоречит сему слову, тот или видение Божие почитает ошибочным, или слово Божественного Писания ложным: каковые мысли отвратительны и злохульны.

Так поистине, скажешь ты, человек создан благим, но грех растлил естественные его благие силы, и вложил в естество его расположения ко злу. Посему тот же Бог, который до согрешения праотеческого сказал вообще о всех творениях, «и се добра зело», по согрешении первосозданного, сказал собственно о человеке: «зане прилежит помышление человеку прилежно на злая от юности его» (Быт.8:21). Никто не отрицает того, что грех посеял в человеке расположение и склонность ко злу. Но заметь, что Бог не сказал, прилежит естество, но прилежит помышление человеку на злое: дабы тем показать, что по согрешении растлились помышления, а не силы естества, производящие благое. Подтверждаешь сие и Екклесиаст, говоря: «обаче се сие обретох, еже сотвори Бог человека праваго: и сии взыскаша помыслов многих» (Еккл.7:29). Грех произвел в помышлении человека то, что производит болезнь в теле его. Болезнь, например, горячка производит сильное движение в крови, причиняет боль головную, иссушает тело, отъемлет позыв на пищу, но не истребляет совершенно, а делает только больными и немощными здоровые силы телесные. Если бы истребляла оные совершенно, то ни врач, ни врачебная трава, ни кровопускание, ни другое что не исцеляло бы болезни, но умерщвлялось бы тело и обращалось в землю. Грех праотца произвел бесчинное движение в помышлении нашем, возмутил правые мысли многими помыслами, иссушил Боголюбивые помыслы, изгнал помышление о добродетели, обессилил, но не искоренил силы естества, коими соделывается добродетель. Ибо если бы истребил оные совершенно, то бы не видно и не слышно было в мире ни добродетели, ни добродетельного человека. Но мы видим людей, кои соделали дела добродетели естественным умом будучи путеводимы.

Кто научил Авеля добродетели благочестия и праводушия, коими он будучи водим принес Богу жертву от первородных овец своих и от туков их? (Быт.4:4) Кто научил Эноха творить угодное Богу? (Быт.5:22) Кто научил Ноя правде и совершенной добродетели (Быт.6:9), двух же сынов его, Сима и Иафета, почтению к родителю и уважению, коими будучи руководимы «идоша вспять зряще, и покрыша наготу отца своего»? (Быт.9:23) Кто научил Авраама толикому повиновению к Богу, толикой любви к ближнему, толикой готовности ко всякому благому делу? Закон ли, скажешь? Но закон дан был после того, то есть, во время Моисея. Бог, скажешь ты, который представал пред лице их и говорил к ним, он научал их делам добродетели. Но ежели Бог Создатель человеков, преправедный и человеколюбивейший, учил и требовал от них добродетели, то сие есть сильное доказательство того, что поелику он насадил в естестве их силы, коими они могли совершить дела добродетели, посему учил и требовал от них добродетели.

Посмотри же и на свойства человеческие, доказывающие, что человек имеет по естеству семена добродетели. Всякий человек, когда делает добродетель, то имеет дерзновение, нимало не стыдится и радостен бывает в душе своей: а когда делает грех, то страшится, стыдится и скорбит. Адам до согрешения безбоязненно ходит в раю, нимало не стыдится наготы своей, веселится, наслаждаясь райскими сладостьми. По согрешении страх вселяется в сердце его, почему он скрывается: стыд покрывает лице его, почему он сшивает листвие смоковничное, чтобы прикрыться: печаль безутешную производит в душе его чувствие жалостного своего состояния (Быт.3:7-8). Сие доныне происходит и с нами. Когда ты делаешь добродетель, то благодушествуешь, лице твое не краснеет от стыда и душа бывает радостна: когда же творишь грех, хотя б грешил и тайно, чувствуешь однако страх, стыд и печаль. Всякий человек почитает и уважает добродетель и человека добродетельного, хотя бы враг его был. Тек Саул по горам, пещерам и дубравам, ища умертвить Давида: но когда увидел незлобие сердца его, то возопил: «Твой ли глас сей чадо Давиде? Тогда воздвиже глас свой и восплакася, и рече: праведен еси ты паче мене, яко ты воздал ми еси благая, аз же тебе воздах злая» (1Цар.24:17-18). Поистине добродетели в человеке умеет удивляться и супостат: и в самом враге добродетель охлаждает ненависть, иссушает вражду и пременяет вражеское расположение сердца в почтение и кротость. Всякий человек если услышит только, что такой-то человек благолюбив, праведен, целомудр, милосерд, благодетелен, то чувствует в сердце своем преклонность к тому, чтобы чтить и любить оного добродетельного человека, хотя бы не знал и не видел его. Противное же происходит, когда услышим о каком человеке, что он зол, обидлив, невоздержен, немилосерд, не щедроподатлив, тогда хотя б он был неизвестный человек, возбуждается в сердце нашем отвращение к нему и ненависть. Откуда убо, скажи мне, бывает сие?

От воспитания, скажешь ты, происходит сие, от учения веры, от слышания законов. С детства мы слышим, что добродетель есть дело честное и полезное, а порок дело бесчестное и вредное, и что Бог многими дарами вознаграждает добродетельных и великими казньми наказует грешных. А от сего предубеждения рождается в сердце нашем почтение и любовь к добродетели, к пороку же презрение и отвращение. Но откуда народы варварские, неверные, законов неведущие ненавидят убийство, наказуют неправду, почитают родителей, приносят благодарность благодетелям? Откуда идолопоклонники, поклоняющиеся богам хищным, прелюбодейным, всякие неправды производящим и убийственным, строго наказывали за похищение, прелюбодейство, за всякую неправду и убийство, а людей воздержных, целомудрых, правдолюбивых и благодетельных почитали? Видим в них дело поистине дивное. Рука их приносила жертву Юпитеру, похитившему власть у Сатурна, отца своего: сердце же их почитало и уважало родителей? Рука их приносила фимиам богине любострастия Венере: сердце же их почитало целомудрых. Поклонялись они и чтили Бахуса, бога пьянства, а пьянствующих отвращались и почитали трезвых. Дивно поистине сие кажется, но разрушает недоумение таковое всеславный Павел, говоря, что язычники светом естественным путеводимы творят дела Божиего закона: «егда бо языцы не имуще закона естеством законная творят, сии закона не имуще, сами себе суть закон» (Рим.2:14). Они, говорит, показывают, что закон Божий написан в сердцах их: и что помыслы ума их обвиняют зло, а добродетель защищают. «Иже являют дело законное написано в сердцах своих, послушествующей им совести, и между собою помыслом осуждающим или отвещающим» (Рим.2:15). Закон греховный во удех их насажденный от преступления первосозданного человека (Рим.7:23), помрачающий их, убеждал их поклоняться твари паче сотворшего, чтя богов гнусных и всякими страстьми одержимых. Но поелику «нераскаянна дарования и звание Божие» (Рим.11:29), то хотя они и помрачились законом греховным, однако закон ума, то есть, словесная сила человеческого естества научала их распознавать добро и зло, и убеждала чтить добродетель, а порока отвращаться.

Но ежели естество, скажешь ты, учит и наставляет тому, чтобы отвращаться порока и творить добродетель, то какая потребность в Божественных законах? Потребность великая, паче же нужда необходимая. Ибо к ране праотеческого греха приложились и язвы произвольных грехов, рана к ране, от чего естество весьма изнемогло: и хотя оно усиливалось направить человека к добру, но поелику было весьма немощно, то ничего не могло произвести в надлежащем совершенстве. Отсюда явствует, что естество неописанную имело нужду в помощи. Почему многоблагоутробный Бог, преимущественно любящий человека, милосердовав о нем, приложил силу к бессилию, силу закона к бессилию естества, чтобы человек оным вспомоществуемый творил дела Божии. Для сего дан закон, говорит Пророк Исаия, то есть, для вспомоществования человеку. «Закон бо в помощь даде» (Ис.8:20). Просвещает и разум к распознаванию добра и зла, но свет его есть малый, скудный и слабый: прилагает Бог к естественному свету великий, обильный и сильный свет Божественных Его законов. «Светильник ногама моима закон Твой, и свет стезям Моим» (Пс.118:105). «Зане свет повеления Твоя на земли» (Ис.26:9). А сей свет, сложенный из естественного и законного света, просвещает человека к распознаванию добра и зла. «Закон бо даде в помощь». Разумная сила побуждает к удалению от греха и к деланию добрых дел, но сия сила побуждения слаба, потому получает крепость от гласа закона. Почему сила оная, составившаяся из силы естества и Божиего закона, подкрепляет человека в отвращении от греха и в делании благих дел. «Закон бо даде в помощь». Когда единая совесть внутрь меня говорит мне, беги греха и твори добродетель, то я легко пренебрегаю совет ее: но когда слышу и отвне глас закона Господа Бога моего, вопиющий: «уклонися от зла и сотвори благо» (Пс.33:15): тогда удобнее к тому убеждаюсь. Как же скоро убеждусь, тотчас приходит ко мне благодать Божия, которая подает мне силы к тому, чтобы удаляться от всякого зла и творить благое. Сии три предмета, совесть, закон и благодать делают человека торжественным победителем греха и преславным делателем великих подвигов добродетели.

Подтверждают сие самые дела. Языческие философы светом естественным будучи водимы, многие соблюдали добродетели, как то, нестяжание, подвижничество, воздержание, благоразумие и правду: но добродетели их были несовершенные, оскверненные славолюбием, зараженные гордостью и очерненные мрачным видом лицемерия. Бросил Кратес все имение свое в море, чтобы представить себя нестяжательным: потом однако ж, ходя туда и сюда, вопил: Кратес свободил Кратеса— (Смотр. Лаер.), свободил себя от лихоимения и сделался рабом славолюбия. Диоген жил в бочке, и летом валялся по песку горячему, а зимою обнимал статуи, снегом покрытые: тою епанчею, в коей ходил одетый днем, покрывался и ночью: но потом попирал ногами дерзко ковры, крича и говоря: «попираю гордость Платонову». Платон же, быв при том, остроумно ответствовал ему: «другою гордостию», то есть, попираешь мою гордость другою гордостию, кроющеюся в душе твоей. Ежели сравнишь сии добродетели с добродетелями людей, кои водимы были светом Божественных законов, то увидишь, сколь несовершенна добродетель тех, в сравнении с добродетелью сих. Посмотри на раздаяние в руки нищих Ксенофонтом богатейшего имущества, и на раздаяние тмочисленных слитков злата Мелании Римляныни, и вместе на бегство их в пустые места, чтобы не славиться от мира. Посмотри на подвижничество Павла Фивейского и прочих отшельников, отшедших в глубокие пустыни, чтобы избежать похвал человеческих. Посмотри на высокие и предивные подвиги Павла и прочих Апостолов, подвиги, кои целию имели одну токмо пользу и вечное спасение человеков. Рассмотрев то и сравнив, увидишь и познаешь, что естество человеческое имеет правда семена добродетели, но плод их несовершен по причине немощи естества, как плод сухой и невозделанной земли. Но как земля хорошо возделанная земледельцами и удобренная, приносит плод совершеннейший: так и естество человеческое, будучи просвещаемо Божественными законами и подкрепляемо Божественною благодатию творит совершеннейшие плоды благих дел.

Какая цель сих словес? Цель оных есть доказать, что безрассудно предлоги одни вымышляют те, кои говорят, что добродетель противна свойствам естественным: и что мы верные, если не живем добродетельно, но бегаем по стремнинам греха, то неизвинительны и большего осуждения достойны, нежели беззаконные, то есть, люди те, кои не познали, ниже слышали о законоположении Божии. Ибо беззаконные сии просвещаются единым светом естества, а мы вспомоществуемся и законоположением Божественного Евангелия. Если же клонится желание наше к послушанию законам, то имеем и крепкого сотрудника нам в том, благодать Божию. Какой убо ответ дадим в страшный оный день, когда праведный Судия востребует отчета в делах наших, и скажет? «Како вшел еси семо не имый одеяния брачна?» (Мф.22:12) Беззаконный имеет защищением себе неведение закона и бессилие естества. Что же верный ответствовать будет Судии, когда Он возглаголет к нему: почто не сохранил ты заповеди Мои, но преступил оные? Почто не любил ближнего твоего, но всяким образом вредил ему? Почто вместо любви ненависть, вместо целомудрия плотоугодие, вместо смиренномудрия гордость, вместо милостыни немилосердие, вместо правды неправду соделывал? Почто ни угодного Мне не сделал, ни воли Моей не сотворил? Имел ты путеводителем себе естество, помощником закон, содействующею благодать. О! тогда мы треокаянные не будем иметь никакого ответа! Горе нам! Определение Божие уже последовало и провозглашено: «Той же раб», рек Господь, «ведевый волю господина своего, и не уготовав, ни сотворив по воли его, биен будет много. Неведевый же, сотворив же достойная ранам, биен будет мало» (Лк.12:47-48).

30. В неделю 22-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.16:19-31)

Тертуллиан и святые: Ириней Лугдунский, и Амвросий Медиоланский, и Григорий Римлянин, называемый Диалог, и другие за историю почитали нынешнее Евангельское повествование; божественный же Златоуст, и иже во святых Кирилл Александрийский и Феофилакт Болгарский и другие притчею сие повествование называли2. И истинно, если посмотришь на видимую малость переношений и инознаменательностей, на образец исторического повествования, на лице именно Лазаря, — мало усомнишься, что повествование сие есть история. Если же паки разберешь, сколько находится переношений и инознаменательностей, и богатого введенного без имени так: «человек некий», еще же и сие, что прежде суда представляет Лазаря на лоне Авраамли, богатого же во аде: не усомнишься, что притчею говорил Богочеловек ныне чтенные слова. Но сомнение сие довольно решили отысканные древние Евангельские рукописания, в которых прежде сего: «человек некий бе богат», сии находятся слова: «рече же и другую притчу: человек некий бе богат», и проч.3 Конец же сей притчи есть представление мщения любострастных и немилосердых богачей и славы тех, кои великодушно переносят убожество и болезнь. Кто с верою и со вниманием послушает сего небесного учения, если богат, будет воздержен и милостив; если же убог и немощен, будет мужествен и терпелив.

Лк.16:19. «Рече Господь: человек некий бе богат, и облачашеся в порфиру и виссон, веселяся на вся дни светло.»

Украшали в древние времена краскою, из раковин растворенною, одеяние, и называли таковое порфирами, от багряного цвета; виссоном же называли индийские льняные одеяния. Было же в те времена таковое одеяние весьма в великой цене. Сей убо богатый, — который означает всякого любострастного и жестокосердого богача, — одевался одеянием багряным и виссонным, и веселился не некогда, но во всякий день светло, то есть, великолепно и довольно и богато, столь имея, многими и различными пищами и напитками исполненный, и музыку, и пения, и пляски, и игры и другое сему подобное, — что доныне видим во дворцах любострастных и тщеславных богачей, боготворящих чрево и работающих удовольствиям плоти своей.

Лк.16:20-21. «Нищь же бе некто, именем Лазарь, иже лежаше пред враты его гноен. И желаше насытитися от крупиц, падающих от трапезы богатаго: но и пси приходяще облизаху гной его»

По какой причине умолчал о имени богатого, показал же имя бедного? Да явит недостойными Божия напоминовения имена нечестивых людей, каковым был богач притчи сея, достойны же Божеского напоминовения имена праведников, каковым был нищий Лазарь. Грешников имена в сей жизни токмо помнятся и пишутся на гробах их: «нарекоша имена своя на землях» (Пс.48:12); праведников же «написана суть на небесех» (Лк.10:20) и в книге жизни (Флп.4:3). Злочестивых имена ниже достойными судил устного произношения Пророко-царь Давид: «ни помяну имен их устнама моима» (Пс.15:4), благих же имена достойными памяти и чести пред Богом назвал: и «хвально имя» их пред Ним (Пс.112:3). Смотри же, как в лице Лазаря многие и великие соединяет болезни, в лице же богатого — богатство и ежедневные удовольствия, да терпение убогого и жестокосердие богатого видя, великодушному поревнуем, жестокосердого же отвратимся. Нищ Лазарь, настолько нищ, что желал крупиц, падающих от трапезы богатого; нищ и убог так, что не имея ни дома, ниже прибежища, лежал близ врат двора богатого; нищ и немощен, не токмо же немощен, но и гноем пораженный и недвижимый, так что псы, приходя, облизывали раны его. Столько же терпя, ниже хулил, ниже роптал на Божественный промысл, ниже поносил богатого жестокосердие, но так как другой Иов, великодушно и мужественно перенес. Сие же явствует из сего: ибо если бы он таковым не был, то бы Ангелы не относили душу его на лоно Авраамово. Богатый же, порфирою и виссоном одевающийся и роскошными столами увеселяясь, видя Лазаря страждущего толико жалостными болезнями, ниже ввел его в дом свой, ниже снабдил его когда одеянием или пищею, ниже мало сострадал о болезни его.

Лк.16:22. «Бысть же умрети нищему, и несену быти Ангелы на лоно Авраамле: умре же и богатый, и погребоша его.»

Умер нищий, умер и богатый. Нищего, взяв Ангелы, отнесли на лоно Авраамово, богатый же был погребен. Но что же значит лоно Авраамово? и почему не сказал и о бедном также — погребен был, так как и о богатом? Лоно Авраамово означает места благих, «яже уготова Бог любящим Его» (1Кор.2:9). Лоном же сии назвал, поколику как корабль, ко брегу приставший, безопасен от возмущения многоволнуемого моря: так и праведный, достиг до возлюбленных Господа селений, покоится от бури многобедственной жизни. Авраамовым же лоном называется Божественное блаженство, поколику крестная жертва тела Иисуса Христа отверзла вход в оное праведным, ибо тело Господа Иисуса есть от семени Авраамова, то есть, от Святой Девы: «не от Ангел бо когда приемлет, но от семене Авраамова приемлет» (Евр.2:16). Сие же, «погребоша его», сказал о богатом, а не о бедном, поколику по смерти душа богатого сошла во ад, коего изображение есть гроб, так как место подземное и мрачное и темное: бедного же не прешла во ад, но в лоно Авраамово, которое означает немерцающий свет и Божественное блаженство. Из сих слов научаемся, что по смерти праведных души принимают святые Ангелы и преносят их на место покоя, так как Лазаря; души же грешников нисходят на место мучения, так как богатого. Знай же, что ниже лоно Авраамово означает совершенство Божественной славы, ниже ад — совершенство мучения: ибо после второго токмо Господня пришествия и всемирного суда и Господнего ответа праведные удостоятся совершенного Божественного блаженства, грешники же конечного мучения, — тогда, то есть, когда Господь сии слова скажет праведным: «приидите, благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира» (Мф.25:34), грешникам же речет: «отъидите от Мене проклятии во огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом его» (Мф.25:41). Послушаем же теперь, что делается с несчастным богачом, находящимся во аде.

Лк.16:23-24. «И во аде, возвед очи свои, сый в муках, узре Авраама издалеча, и Лазаря на лоне его. И той возглаш, рече: отче Аврааме, помилуй мя, и посли Лазаря, да омочит конец перста своего в воде, и устудит язык мой, яко стражду во пламени сем.»

Богач, адовыми муками обдержимый, возвед очи свои горе, видит Авраама, далеко от него сущего, видит же и Лазаря на лонех Авраамлих: и Авраама видит, так как мужа странноприимного, Лазаря же, яко нищего, им непомилованного, да видение каждого умножит стыд и мучение жестокосердого его сердца. Что же означает возглашение богатого, и просьба милости, и жажда? Чрезмерную и несносную муку мучимых. Того для и не много воды требовал, но каплю, да обнаружится неудобосносимость страдания; ибо когда чрезмерно страждем, и малейшее утешение великим почитается. Из сего же научаемся, что чрезмерная и великая есть казнь мучимых, и что они видят и познают праведных, не только знаемых, но и незнаемых, видят же и тех, которые ими были обижены, только издалеча; ибо весьма далеко отстоят от наслаждения вечного царствия и славы. Видит посему немилосердый богач и Авраама странноприимца, и Лазаря непомилованного им: любодейная же Египтянка и Сусанну целомудренную и Иосифа, которого прельщала и оклеветала; и неправедная Иезавель и Илию праведного и Навуфея, которого обидела; и Нерон мучитель как Константина равноапостольного, так Петра и Павла и прочих святых, им умерщвленных. Подтверждает сию истину слово Господне: «воззрят нань, егоже прободоша» (Ин.19:37). Яснее же изобразил сие премудрый Соломон, говоря: «тогда станет в дерзновении мнозе праведник пред лицем оскорбивших Его и отметающих труды Его. Видящии смятутся страхом тяжким, и ужаснутся о преславном спасении Его» (Прем.5:1-2). Но, по бедственных возглашениях и прошениях, удостоился ли мучимый богач просимого им малейшего утешения? Никак. Послушайте, что ему ответствовал Авраам.

Лк.16:25. «Рече же Авраам: чадо, помяни, яко восприял еси благая твоя в животе твоем, и Лазарь такожде злая: ныне же зде утешается, ты же страждеши.»

Чадом назвал Авраам богатого, хотя по жестокости своего сердца недостоин был такового названия, для того, чтобы показать, что и по смерти любовь и милосердие водворяются в душе праведных; понеже любы «николиже отпадает» (1Кор.13:8). Почему не негодуют, ниже ненавидят они грешников, но соболезнуют о них и скорбят. Сие же показывают сии кротчайшие и сострадательные слова: «чадо, помяни, яко восприял еси благая твоя в животе твоем, и Лазарь такожде злая»; почему достойно ныне Лазарь веселится, ты же страждешь. Сему же негде и Спаситель наш научил, говоря: «блажени плачущии, яко тии утешатся» (Мф.5:4); также: «горе вам смеющимся ныне, яко возрыдаете и восплачете» (Лк.6:25). Но ужели все наслаждающиеся земными благими будут мучимы в будущую жизнь, и все такожде страждущие в мире будут прославлены на небеси? Никак. Те только богатые и счастливые будут мучимы, кои, так как богач нынешнего Евангелия, присвояя себе только данные благие и нимало не разделяя с бедными, иждивают сии на собственные прихоти и удовольствия. Сие же показал, ибо не сказал: восприял благая, но — «восприял еси благая твоя»; те, то есть, которые ты, так как собственные и так как тебе одному данные, издержал, и ничего убогим не давал. Подобным образом те только бедные и немощные прославятся на небесех, которые как Лазарь великодушно и терпеливо ради любви Божией и бедность и болезнь переносят. Сими же словами показав, что прошение богача не есть праведное, присовокупляет сие, что и исполнение сего есть дело невозможное, говоря:

Лк.16:26. «И над всеми сими, между нами и вами пропасть велика утвердися, яко да хотящии прейти отсюду к вам, не возмогут, ни иже оттуду к нам преходят.»

Кроме же всего сего, говорит праведно, и другая причина есть, которая препятствует исполнению прошения твоего. Великая пропасть, то есть, великое и глубочайшее пустое расстояние, твердо утвержденное, есть между нами, сущими в Божественной славе, и вами, сущими в муках. Сие же для того, чтобы ни блаженные не могли, хотя бы хотели, прейти на место осужденных, ниже осужденные на место блаженных. Знать же надобно во-первых, что чрез сию притчу говорил Господь о имеющем быть после конечного сего всемирного суда и решения, так как о настоящих вещах; во-вторых же знай, что сказав сие, «яко да хотящии», и умолчав о сем: ежели восхощет Бог, — подал случай всякому уразуметь, что по собственному произволению не может никто из места осуждения прейти в место блаженства: но если Бог восхощет, учинив, чрез оставление грехов, достойным недостойного блаженства, творит такое пременение. Сие даже до дня судного не есть противно правосудию Его, но благоутробию Его и свойственно. Доныне еще ни Сын Божий не сшел с небесе судить живым и мертвым, ниже мертвые воскресли, ниже телеса, посредством коих творили добродетель или злобу, с своими соединились душами, ниже суд был, ниже определение последовало: но Агнец Божий, вземляй грех мира, закалается ежедневно на жертвенниках православных, дондеже придет, то есть, до второго пришествия Господа нашего Иисуса Христа. Сия убо жертва, которая, на кресте будучи принесенною, примирила человека с Богом, беспрестанно даже до кончины приносимая, приклоняет Многоблагоутробного на милость к грешникам умершим. На сей же вере и уповании основываясь, христиане, имея также пример Маккавеев, приносят о умерших сродниках и друзьях жертвы и приношения: святая же Божия Церковь, Апостольским последуя преданиям, простирает руки свои, неусыпно молясь, и именно и безъименно, о всех почивших православных христианах, и сию же приносит бескровную жертву для отдаления Божеского гнева к умершим грешникам. Обратимся же паки к предложению и послушаем, что в ответ сказал немилосердый богач, услышав то, что ему сказал Авраам.

Лк.16:27-28. «Рече же: молю тя убо отче, да послеши его в дом отца моего. Имам бо пять братия, яко да засвидетельствует им, да не и тии приидут на место сие мучения.»

Что сие? Немилосердый является милосердым; сожалеет и печется о братиях своих, не помиловав души своей и не постарався о спасении своем? Так. Просит Авраама, чтобы из мертвых воскресил Лазаря и послал его в дом отца его, да засвидетельствует братиям его, какое осуждение и муку причиняет грех, какое блаженство и славу добродетель. Но таковое пременение немилосердого богача означает чрезмерную жестокость муки.

Такова мука, что могущественною явилась сотворить милосердым немилосердого и попечительным о других непопечительного о своей душе! Но какой конец имеет притча, вводящая богатого, просящего от Авраама таковых требований? Конец есть, чтобы обличить неверующих Божественным Писаниям, но требующих чудес. Сие же явствует из нижеследующего.

Лк.16:29. «Глагола ему Авраам: имут Моисеа и Пророки, да послушают их.»

Нет, говорит, никакой нужды в послании Лазаря в дом отца твоего. Имеют книги Моисейские и Пророческие: пусть слушают учения их, которое их ведет к творению всякой добродетели. Истинно же и Пророк Моисей о всякой добродетели писал, наипаче же и о сострадании к бедным возвестил, говоря: «отверзая отверзи руце твои брату твоему нищему, и просящему на земли твоей» (Втор.15:11). Да и все Пророки то же проповедывали учение, наипаче Пророк Исаия, который изобличая Иудеев, уповающих на единые свои посты, говорил: «раздробляй алчущим хлеб твой, и нищия безкровныя введи в дом твой: аще видиши нага, одей, и от свойственных племене твоего не презри» (Ис.58:7). Что же на сие сказал богач?

Лк.16:30. «Он же рече: ни, отче Аврааме, но аще кто от мертвых идет к ним, покаются.»

Богач сей, когда услышал о словах Божественного Писания, не удовольствовался. Почему, собою и других измеряя, сказал Аврааму: нет, отче Аврааме, ни учением Пророческим убедятся: но если бы кто из мертвых воскрес и, пришед к ним, проповедал покаяние, тогда бы отвратились от грехов своих. Но Авраам на сие ответствует таким образом.

Лк.16:31. «Рече же ему: аще Моисеа и Пророки не послушают, ни аще кто от мертвых воскреснет, не имут веры.»

Кто не верует, ниже убеждается словами Божественного Писания, таковый не поверит, ниже убедится, хотя бы кто и от мертвых воскрес. Таковый есть ответ Авраама на вторичное прошение богатого. Есть же сей ответ истина известная и опытами доказанная. Ибо и Лазарь, Марфы и Марии брат, воскрес из мертвых; но однако Архиереи ниже поверили, ниже покаялись, но совещались убить и Лазаря. «И многа телеса усопших святых восташа» во время спасительного страдания Христова, «и и.зтттедттте из гроб по воскресении Его, внидоша во святый град, и явишася мнозем» (Мф.27:52-53): но однако Иудеи ниже поверили, ни покаялись, но гнали и умертвили Апостолов, учеников Иисуса Христа. Воскрес из мертвых и Сам начальник спасения, Иисус Христос, «и постави Себе жива по страдании Своем, во мнозех истинных знамениих деньми четыредесятьми являяся им, и глаголя яже о царствии Божии» (Деян.1:3); но однако Архиереи и священники Иудейские ниже поверили, ниже покаялись, но «довольны сребреники даша воином, глаголюще: рцыте, яко ученицы Его нощию пришедше украдоша Его, нам спящим» (Мф.28:13). И если бы и ныне кто из мертвых воскрес, то же бы было по заключению. Какие бы сомнения, какие бы следствия! Сколько бы было лжесвидетельств, сколько бы запутанностей: не есть ли притворник и лжец говорящий, что он воскрес из мертвых, или не есть ли привидение (Ин.20:25)? Ибо и из самых Апостолов, когда во-первых узрели Иисуса Христа воскресшего, иные не верили, иные сомневались, иные же мнили дух видети (Мф.28:17; Лк.24:37). Сверх сего, если бы когда воскрес кто из мертвых, диавол, который творил мечтательные чудеса во время Фараоново, дерзнул бы учинить и ложные мертвых воскресения, и чрез то научая воли своей, многих совратил бы с истинного пути. Следовательно, напрасно требуется мертвых воскресение для подтверждения имеющих веровать и исправления грешников. Слово Божественных Писаний есть убедительнее свидетельства воскресения от мертвых, ибо есть вероятнее и самых чувств наших, так как премудро доказал Богоглаголивый Петр, который хотя все видел чудеса Иисуса Христа, хотя видел преображение Его, и слышал с небеси глас глаголющий: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, о Немже благоволих: Того послушайте» (Мф.17:5); однако сказал: «и сей глас мы слышахом с небесе сшедш, с Ним суще на горе святей: и имамы известнейшее Пророческое слово» (2Пет.1:18-19).

Знать же надобно, что притча сия не только показала, что мучимые видят и признают праведников, но и с противной стороны, то есть, что праведные видят и познают осужденных. Но первое имеет известную причину. Ибо мука осужденных умножится, когда узрят славу праведников. Второе же сомнению предлежит: ибо если праведные увидят и познают осужденных, последует то, что они будут скорбеть, будучи милосердыми и человеколюбивыми, скорбь же уменьшает совершенство радости блаженства их. Два решения имеются для сего сомнения. Се первое: праведные совершенно не узрят во аде грешников; сказано же сие для связи приточного слова, хотя не клонится к концу притчи, так как и некоторые слова других притчей не клонятся к приточному предмету, как негде говорили. Се и второе: притча говорит о случившихся прежде второго пришествия и решения Божеского, в которое время ни святые не получают совершенного блаженства, ни грешные совершенного мучения. Ибо соболезнование праведных означает несовершенное наслаждение Божественной славы. Сие же только до дня судного: и соболезнуют дотоле только, видя и познавая мучимых, да ходатайственно о спасении и избавлении оных попекутся.

Беседа об утверждающих, якобы милостыня не есть непременная обязанность

Страх и трепет объемлет горестную душу мою, когда представляю в уме несчастного богача, в нынешнем Евангелии описуемого! Какие грехи его, за которые он на толь страшное мучение осужден? Он ни идолопоклонник, ни клятвопреступник, ни нарушитель праздников, ниже непочтитель родителей, ни блудник, ни вор, ни убийца, ни лжесвидетель, ниже чужих вещей присвоитель. «Облачашеся», говорит священное Евангелие, «в порфиру и виссон», в светлое и драгоценное одеяние. Но почему же такое осуждение? «Веселился», говорит, «во вся дни светло», то есть, ел, пил, гулял, пел, смеялся. Но почему же такая мука? Поистине ради сего. Ибо ежедневно к сему прилеплялся, на сие иждивая богатство свое, заключив утробу свою, не помиловал и нищего Лазаря, который, немощным будучи и гнойным, лежал во дворе его, псами облизываемый.

Горе убо мне! Коликочастно я одевался в светлое и дорогое одеяние, имея же и другое в кладовых моих, встречаюсь с Лазарем нагим и от стужи стенающим и дрожащим, также отвращаю лице мое от него, и изглаждаю из памяти моей мысль о наготе такового! Коликочастно я сижу за столом, многими и разными исполненным пищами и напитками, и ем и пью, и веселюсь, видя же Лазаря алчущего и жаждущего, и ниже от остающихся и падающих от трапезы моей крупиц подаю ему! Коликочастно приходит Лазарь ко вратам дома моего, нагой, немощный, гнойный, и стучится в дверь, и прося ожидает милости моей, вместо же отрады находит оскорбление! Облизывают раны его псы мои, то есть, презирают и гонят его рабы дома моего. Велики суть сии грехи, и достойны страшной муки: однако никто почти не почитает оных за грехи! Все почти погрешают, думая, что ежели помилуют нищего, добродетель сотворят, и ежели не помилуют его, ни мало не погрешают. И хотя нынешнее Евангелие явно показывает, что богач осужден есть во огнь за то, что один пользуясь богатством своим и издерживая оное ежедневно на прихоти свои, никогда не миловал нищего, однако погрешность сия доныне имеет место. Нужно убо есть, чтобы вникнуть, на чем таковой грех основывается: а из сего познаем и то, почему весьма важно погрешает тот, кто не соболезнует о убогих.

Милостыня бедным, говорят некоторые, не есть обязанность, поколику не содержится в заповедях десятословия; следовательно, кто не милует бедных, ни мало тот не грешит. Сие есть ложь. Ибо вторая заповедь, великая и равная первой, повелевает давать милостыню убогим. «Возлюбиши», говорит, «ближняго твоего якоже сам себе» (Мф.22:39). Каким же образом любить нам должно ближнего изъясняет Божественный Иоанн, говоря: «чадца моя, не любим словом ниже языком, но делом и истиною» (1Ин.3:18). Не думай убо, будто бы, говоря словом и языком твоим: я люблю ближнего моего, исполнил заповедь; ибо, чтобы исполнить сию, должно любить его делом и истиною; ниже ласкайся, что когда ни коварствуешь, ни нападаешь, ни ненавидишь ближнего твоего, исполнил ты тогда заповедь. Ибо, чтобы исполнить сию, нужно есть делом и истиною любить ближнего твоего так, как самого себя. Ты не только не коварствуешь, ни нападаешь, ниже ненавидишь самого себя, но и питаешь, и одеваешь, и всячески стараешься. Тогда убо только исполняешь заповедь, когда, имея две ризы, подаешь одну неимущему, и когда, имея пищу, то же творишь, и когда, имея имение, делаешь то же, что Закхей, который разделил половину имения своего нищим (Лк.3:11,19:8). Сколько, следовательно, обязаны мы исполнять вторую заповедь десятословия, столько и милостыню: из сего же явствует, что жестокосердые и немилостивые нарушают вторую, великую и подобную первой, Божию заповедь.

Но, скажет кто, Бог сколько ни даровал мне, соделал меня господином сего и владыкою: дарования же Божии суть неотъемлемы. Поколику убо поставил меня господином и владыкою имения моего, — не будет меня мучить, если не уделю от сего бедным, ибо сие не есть свойственно правосудию Его. Кто тебя научил сему зловредному учению? Истинно Бог богатит человека (1Цар.2:7); но обогащает его не для того, чтобы погубил богатство, и издержал оное на прихоти свои, или скрыл и запер оное, ничего никому не дав: но для того, чтобы уделял от сего бедным, и отверзал руки свои, и передавал тем, которые нужду имеют. Бог, обогащая человека, поставил его домостроителем и управителем данных ему благ, чтобы в нужное время уделял от сих требующим взаимно для нужды их. Послушай, что говорит о сем Бог: «кто убо есть верный строитель и мудрый, егоже поставит Господь над челядию Своею, даяти во время житомерие» (Лк.12:42)? Слышишь ли? Строителем называет богатого. Слышишь ли и причину, для чего тебя Бог соделал богатым? «Даяти», говорит, «во время житомерие». Да творишь житомерие: то есть, да уделяешь убогим по мере богатства твоего и надобности их. И кто, прияв богатство, устрояет оное по хотению Господа своего, такового и похваляет Бог яко верного и мудрого строителя, и награждает за доброе его распоряжение. «Блажен», говорит, «раб той, егоже пришед господин его обрящет творяща тако» (Лк.12:43). Кто же, получив богатство, присвояет оное яко свое, и ест и пьет, роскошествует, бедных совершенно презирая, такового обличает яко неверного и, отлучая его из числа верных, осуждает с неверными. «И растешет», говорит, «его, и часть его с неверными положит» (Лк.12:46). Если бы Бог одного обогатил, да, будучи господином и владыкою данных ему благ, творил бы так, по словам твоим, как хочет, ничего не житомеря бедным, другого же бы нищим сотворил, да страждет и мучится, нимало не участвуя во благих богатого, — неправду бы Бог творил: ибо явную означает неправду таковое неравенство в людях, сущих равным Его творением. Но Бог одного сотворил богатым, другого же бедным, да каждого спасет: богатого за верность и мудрость в строении, то есть, за раздаяние нищим; нищего же за послушное и безропотное терпение и великодушие.

Видите убо, на чем основывается тех погрешность, которые думают, что милостыня не есть исполнение обязанности, но добродетельное дело. Сия погрешность, братие моя, начало свое ведет не от правильной причины, но от жестокосердия. Жестокосердие есть бесовский ее корень. Жестокосердый богач ни мало не чувствует ни бывающей от жажды скорби, ни от наготы несносности, ни от болезни тяжести, ни от убожества досады, каковую терпит убогий; почему, что бы ему ты ни говорил, ниже смягчается, ниже склоняется на милость и сожаление, слыша же обвиняемым себя в числе немилосердых, и видя награды тех, которые милуют, желая себя самого оправдать, предлагает вышесказанные безумные слова.

Быть милостивыми побуждает нас и заповедь Божия, и страх мучения, и чаяние воздаяния, но более всего сострадание. Сердобольный, когда видит человека бедствующего и страждущего, столько трогается сердце его, что кажется как бы сам бедствовавшим и страдавшим, почему и плачет с плачущими, и скорбит с скорбящими. Почему когда видит кого в нуждах и скорбях, не по заповеди, ни от страха, ни чаянием воздаяния влекомый, но своим благоутробием побуждаемый милует того: исполняя же убогого нужду, купно и скорбь свою прогоняет, каковую имел ради его, от чего после даяния милостыни радуется и восхищается, оказав милости более, нежели сколько тот требовал. Тако признают и чувствуют добросердые! Милостыня же таковая, от добросердия происходящая, есть милостыня истинная, святая, приятная благоутробному Богу. Почему премудрый Апостол Павел, пиша к Коринфянам о милостыни, заповедывал, да творят милостыню «кийждо якоже изволение имать сердцем» (2Кор.9:7). то есть от добросердия своего, не ради чувствования, каковое рождает страх чрез представление мучения, ни ради ожидания воздаяния имеющего последовать: «не от скорби или нужды, доброхотна бо дателя любит Бог» (2Кор.9:7). Но кто есть доброхотный датель? Тот ли, который боится мучения за недаяние, и для того творит милостыню? Нет. Ибо боящийся не есть доброхотный, но принужденный. Кто есть доброхотный датель? Тот ли, который для того дает, да воздаяние получит? Никак. Ибо мздоимец не есть доброхотный, но подстрекаемый прибылию. Датель доброхотный есть тот только, который умилосердясь, с радостию и удовольствием подает милостыню.

Но на сие скажешь, говоря: если недобросердие делает человека немилостивым, благосердие же милостивым: следовательно немилостивый ни мало не грешит, ибо недобросердие и благосердие суть естественные характеры. Если естество расположило нервы чувствия моего жестокими и неудобопреклонными к милости в рассуждении бывающих скорбных случаев; если по естественному темпераменту моему несострадателен я и нечувствителен: чем виновен, или чем я грешен? Мы не отрицаем, что естественно иной скоро трогается несчастием другого, а иной не скоро. Не спорим, что иные по естеству имеют мягкое сердце, а другие жестокое, так как иные естественно суть целомудренны, о коих Господь сказал: «суть бо скопцы, иже из чрева матерня родишася тако» (Мф.19:12); а иные похотливые, так как Соломон, о коем пишется: «и царь Соломон бе женолюбив» (3Цар.11:1): но утверждаем, что естество, если мы захочем, повинуется благодати. Закхей жестокосердый стал быть сострадательнейшим и милостивейшим для нищих. Похотливая блудница омыла ноги Иисуса Христа слезами, и стала быть воздержною. Самаряныня, которая имела пять мужей и наложника шестого, уцеломудрилась, и проповедала Иисуса Христа пред мучителями.

И так, о человече! ты извиняешься, что, поелику естественно находишься немилосердым, никакого греха не творишь, если не милуешь нищего. Но поелику семена добродетели суть посеяны в человеческом естестве, и благодать Божия готова на помощь тебе: если хочешь, можешь быть сострадательным и милосердым так, как, если захочешь, быть воздержным и целомудренным. Потому следовательно грешишь, что не хочешь.

Но похотливый, скажешь, имеет различные средства, посредством коих погашает пламень плотский и укрощает наглость похоти: молитвою, постом, бдением, жестоким воспитанием умерщвляя тело и порабощая, бывает победителем и торжествователем (1Кор.9:27). — Не мы, но благодать Божия побеждает, и возлагает на главу нашу венец победы. Мы сами по себе не есмы довольны к таковым преуспеяниям. Мы только доброе расположение показываем, хотение наше изъявляем, по силе то творим, но Бог делает нас довольными к преуспеянию. «Надеяние же таково имамы Христом к Богу: не яко довольни есмы от себе помыслити что, яко от себе, но довольство наше от Бога» (2Кор.3:4-5).

Послушай средства, могущего тебя сотворить милосердым. Когда встречаешься с убогим, не отвращай лица твоего от него: но утверди очи твои на нем и, узрев бедственное его состояние, вникни в стенание и скорбь сердца его. Когда видишь дом нищего и убогой вдовицы, не мимо иди; но вшед в оный, посмотри на слезы ее, когда окружают сию малые сироты ее, нагие и плачущие, и жалостным воплем просящие от нее насущного хлеба. Когда приближаешься к дому, в котором живет немощный нищий, не мимо иди; но вниди и посмотри, что там нет ни врача, ни врачевства, ни служителя, ни пищи, ни человека могущего оросить жажду его. Не уклоняйся немедленно, но помедли там, и посмотри на него, лежащего на земли; посмотри на раны его, расспроси, какая болезнь. Помедли там и послушай жестоких стенаний, рождающихся от недугов болезни его. Когда зришь нищего, протязающего руку и просящего от тебя милостыни, не буди гневен, ни являй негодование; но радуйся и веселись, представляя себе, что тот, который руку протязает, есть Господь и Спаситель твой, и требует от тебя ключа, да отверзет тебе райские двери. Когда таким образом будешь творить, и доброе твое расположение тогда изъявишь и по силе твоей окажешь благодеяние, — и сердце твое приуготовишь к приятию Божией благодати; почему тогда благодать будет содействовать с тобою и, преодолев естество, умягчит жестокость сердца твоего. И сделавшись тогда сострадательным и мягкосердым, как чрез сострадание с другими, так и с радостию протязая руку на помощь убогим и неимущим, явишься милосердым, так как и Отец твой небесный милосерд есть: следовательно и наследником будешь вечного царствия Его, во Христе Иисусе Господе нашем. Ему слава и честь и поклонение во веки веков. Аминь.

30.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Галатам, читаемый в двадцать вторую неделю (Гал.6:11-18)

Иудеи те, которые были дебелы умом, не различая заповедей закона от предзнаменований, в оном содержащихся, почитали, что как заповеди, так и предзнаменования равно суть вечны, и равно сильны. Почему хотя некоторые из них уверовали во Христа, но учили соблюдать предзнаменовательные завещания как святые заповеди. Обрезание было предзнаменованием святого крещения. «И обрезаны бысте», говорит Павел, «обрезанием нерукотворенным, в совлечении тела греховнаго плоты, во обрезаныы Христове, спогребшеся Ему крещением» (Кол.2:11- 12). Явственно убо отсюда, что когда настали означаемые вещи, то праздны соделались предзнаменования. Но они проповедывали, что обрезание нужно ко спасению (Деян.15:1): и сие делали они охотно, видя, что таковым проповеданием избегают гонений неверных Иудеев. Достигши же сие учение их и даже до Галатов, многих из них расстроило. Почему Богоугодный Павел с горячайшею ревностию писал к ним против такового учения: и все послание его к ним клонится к опровержению сего душепагубного учения, а чтенная ныне часть оного ясно доказывает, что по пришествии Христовом излишне есть обрезание. Уразуметь же чтенные слова хорошо и полезно тем более, что даже доселе целый находится народ господствующий в Абиссинии, или Хамепесии, кои столь слепотствуют, что и по толико ясном учении Павла против обрезания, хотя веруют во Иисуса Христа и крестятся, но вместе и обрезываются по обычаю Иудейскому. А уразумение есть плод внимательного слушания толкования. Так мы предложим толкование: а вы послушайте оное со вниманием, да, уразумевши истолкованное, приимете плоды познания.

Гал.6:11. Братие, видите, колицеми книгами писах вам моею рукою.

Что значит сие «колицеми книгами». Некоторые говорят, что сие означает великие писания, а другие, писания неблагообразные, потому что Павел не был хороший писец: другие же говорят, что сие означает многостишие послания, а иные, высоту мыслей (Феодорит. Злат. Феоф. и Икум. новейшие). «Писах», говорит, «моею рукою». Иные послания свои он сказывал, а другой оные писал, как явствует из сих слов, читаемых в послании его к Римлянам. «Целую вы аз Тертий написавый послание сие о Господе» (Рим.16:22): так же из сего слова, значащегося в первом послании к Коринфянам, в послании к Колоссаям, и во втором послании к Солунянам: «целование моею рукою Павлею» (1Кор.16:21: Кол.4:18: 2Сол.3:17). А сие было вместо подписи, и означало, что сии слова собственною рукою Павел писал, прочие же другой некто, почему и говорил: «еже есть знамение во всяком послании: сице пишу» (2Сол.3:17). Делал же он сие для тех, кои вымышляли послания под именем его, и прельщали благочестивых: почему писал к Солунянам: «не скоро подвизатися вам от ума, ни ужасатися, ниже духом, ниже словом, ни посланием, аки от нас посланным» (2Сол.2:2). А что послание к Галатам писал он собственною рукою, в том никакого нет сомнения: и некоторые говорят, что все послание писал он своею рукою, а некоторые от сих только слов: «колицеми книгами», до конца (Злат. Феодорит. Феоф. Икум. и Иерон.). Равно своею же рукою писал и к Филимону послание, ибо и в оном читаем: «аз Павел написах рукою моею» (Флм.1:19). Сие же произошло или потому, что не имел он тогда в готовности писца, или потому, что хотел усилить более пишемое: почему и говорил: видите, что я собственною моею рукою писал вам сие, хотя и некрасивым пишу почерком.

Гал.6:12. Елицы хотят хвалитися по плоти, сии нудят вы обрезатися, точию да не креста ради Христова гоними будут.

«Кои хотят», говорит он, «хвалитися по плоти», то есть, угодить людям и покоиться телесно, те принуждают вас обрезываться. А сие делают они с тем токмо намерением, «да не креста ради Христова гоними будут», то есть, чтобы не потерпеть им гонений, яко верующим в распятого Христа. В рассуждении сего заметь, что Римские Императоры, Кесарь Август и Тиверий, позволяли находящимся под державою их Иудеям провождать жизнь по своему Богослужению и исполнять обряды законов их (Смот. Иерон. в он. месте). Почему, кои обрезывались, те почитались Иудеями, хотя и веровали во Иисуса Христа, потому что обрезание было отличным знаком и доказательством Иудейства. Посему лжеапостолы, обольщавшие Галатов, желая избежать гонений, понуждали верных обрезываться. Ибо иудеи и язычники, видя, что они не только хранят обрезание, но и других заставляют обрезываться, ни мало не гнали их.

Гал.6:13. Ни бо обрезающиися сами закон хранят: но хотят вам обрезоватися, да в вашей плоти похвалятся.

Почему ни сами обрезывающиеся не хранят закона? Потому что кто обрезывается, тот должен хранить весь закон. «Свидетельствую же паки всякому человеку обрезающемуся, яко должен есть весь закон творити» (Гал.5:3). Но сами, говорит, учители ваши обрезывающиеся, одно обрезание исполняют, принуждая и вас обрезываться, а об исполнении других законных обязанностей ни малого не имеют попечения. Сего же токмо хотят, то есть, чтобы и вы обрезывались «да хвалятся в вашей плоти», то есть, обрезанием плоти вашей, проповедуя, что они убедили вас обрезаться, и да избегнут таким образом гонений как от язычников по уложениям Римских Императоров, так и от Иудеев по уважению их к обрезанию. Лжеапостолы убо хвалились тем, что убеждали они верных обрезываться: послушай же, чем хвалился истинный Апостол Божий.

Гал.6:14. Мне же да не будет хвалитися, токмо о кресте Господа нашего Иисуса Христа: имже мне мир распяся, и аз миру.

Пусть хвалятся, говорит, лжеапостолы тем, что убедили они вас обрезаться: мне же не даст Господь хвалиться иным хвалением, точию хвалением креста. Крестом Господа нашего Иисуса Христа я хвалюсь, понеже Христос подъял распятие крестное для спасения моего, крест Христов свободил меня от тирании диавола, и соделал меня наследником вечного царствия Божия. Силою же креста Христова мир для меня распят, и я распят миру. Но како сие? Кто ни гонений от язычников, ни нападений от Иудеев не страшится, кто телесное упокоение, уважение к себе от людей, честь и славу мира, одним словом, вся мирская вменяет за уметы, да Христа приобрящет (Флп.3:8), кто благоволит «в немощех, в досаждениих, в бедах, во изгнаниих, в теснотах по Христе» (2Кор.12:10). как подкрепляемый благодатию креста Павел, в том мире ничего творить не может, но для такового он есть распят, то есть мертв и недействителен. Таким образом мир распят был Павлу: о чем о говорил он: «мне мир распяся». А кто будучи от мира гоним, поносим, презираем, почитаем якоже отребие и всем попрание (1Кор.4:13), великодушно и радостно то претерпевает, как подкрепляемый силою креста Павел: того мир почитает как бы распятым, то есть, как бы мертвым и неподвижным. И сие-то значит: «Имже мне мир распяся, и аз миру».

Гал.6:15. О Христе бо Иисусе ни обрезание что может, ни необрезание, но нова тварь.

Что есть новая тварь? Уверовавшие во Христа отлагают во святом крещении «ветхаго человека, тлеющаго в похотех прелестных: обновляются же духом ума их, и облекаются в новаго человека, созданнаго по Богу в правде и в преподобии истины» (Еф.4:22-24). Сему учил Ефесеев Богоглаголивый Павел, о сем писал он и к Коринфянам: «темже аще кто во Христе, нова тварь: древняя мимоидоша, се Быша вся нова» (2Кор.5:17). А сии словеса научают, что новая тварь есть отложение ветхого, плотского греховного жития и созидание жизни новой, духовной, Евангельской по подражанию Иисусу Христу. Почему говорит всехвальный Апостол, что никакой не имеет силы, и ничего соделать не может ни обрезание, ни необрезание, но Евангельская жизнь силою Христовою может спасти человека. Хотя бы ты обрезан был, хотя бы не обрезан, сие нимало не сильно. Если же, уверовав во Иисуса Христа, отложит ветхого человека греховного, и облечется в нового добродетельного, таковое обновление благодатию Христовою оставит тебе вечное спасение.

Гал.6:16. И елицы правилом сим жительствуют, мир на них и милость, и на Исраили Божии.

Правилом называет предписания сего учение своего, коим открыл, что ни обрезание, ни необрезание, но обновление верою во Христа пользует и спасает человека: выражением, «на них», показывает уверовавших от язычников: а выражением, «на Исраили Божии», уверовавших от Израильского рода, и по вере соделавшихся чадами Божиими. Желает же как язычникам, так и Израильтянам верным и по предписанию учения его ходящим, мира и милости Божией. Кои, говорит, из язычников уверовавши ходить будут по правилу сего учения моего, да будет мир и милость Божия с ними, и со Израильтянами, верою усвоившимися Богу.

Гал.6:17-18. Прочее, труды да никтоже ми дает: аз бо язвы Господа Иисуса на теле моем ношу. Благодать Господа нашего Иисуса Христа со духом вашим, братие. Аминь.

Неужели по небрежению не приемлет трудов; неужели от тяжести и лютости ран, пришедши в бессилие, не может понести трудов, и потому их от себя отклоняет? Да не будет сего. Как? Дышащий ревностию и любовию мог ли быть побежден небрежением? Или как обессилел во страданиях своих радующийся? Завещевал всеблаженный Апостол никому не утруждать его состязанием об обрезании, чтобы утвердил он правило учения своего и уверил, что такое учение ни малой не подлежит перемене, хотя бы тмочисленно его тем утруждали. Но как воины, чтобы доказать верность службы их, представляют знаки ран на теле их: так и он, чтобы утвердить истину проповеди своей, представляет язвы на теле его, то есть знаки ран, какие он претерпел, проповедуя веру во Христа. Имеете, о Галаты, говорит он к ним в настоящих словах, знаки ран на теле моем, свидетельство довольное и доказательство твердое того, что проповедывал я и писал вам всю истину. Почтите убо сии язвы мои из любви к Господу Иисусу подъятые, никто да не сомневается более, ниже беспокоит меня, надеясь произвести перемену в том, чему я учил. Сие же сказав, молитвою по обычаю своему запечатлевает послание к ним, моля, да благодать Божия, вшедши в душу их, утвердит их в истине того, чему от него научены. «Благодать», говорит, «Господа нашего Иисуса Христа со духом вашим, братие. Аминь».

Беседа о человекоугодии, что человекоугодие низвергает человека во многие и великие грехи

Чтенное ныне учение Богоглаголивого Павла открывает грех неведомый многим, хотя оный как источник источает смертоносную струю многих и великих прегрешений. Известно всем, кои читают священные книги, коликие соблазны, коликие возмущения и коликое повреждение произвели в церкви Христовой те, кои учили, что нужно обрезываться уверовавшим во Христа. Сии лжеапостолы и злоучители, распространивши душепагубное заблуждение свое по многим градам, местам и областям, отвлекли многих от Евангельской истины к Богослужению странному, которое ни Иудейское есть, ни Христианское. Возмутили тем Апостолов, соблазнили учеников, расторгли верных на два отделения тотчас как начала только составляться Церковь. Бурю же сию не мог укротить ни самый Апостольский собор, хотя в оном всесвятой Дух судил и определил (Деян.15:28), что обрезание есть излишняя тяжесть. Испытываю, во-первых, кто были учители сего безрассудного дела: вижу, что были то Иудеи. Они первые пришедши из Иудеи в Антиохию, учили уверовавших во Христа, что ежели не обрежутся по Моисееву обыкновению, то не могут спастись: «и нецыи», говорит Святой Лука, «сшедше от Иудеи, учаху братию, яко аще не обрежетеся по обычаю Моисеову, не можете спастися» (Деян.15:1). Не только же Иудеи то были, но от ереси Фарисейской, то есть, Фарисеи, как свидетельствует тот же Апостол, говоря: «восташа же нецыи от ереси фарисейския веровавшии, глаголюще, яко подобает обрезати их, завещавати же блюсти закон Моисеов» (Деян.15:5). Во-вторых, исследываю, по какому побуждению сии учили обрезываться, хотя и веровали во Иисуса Христа: вижу, что фарисеи были человекоугодники. поелику все дела свои творили «да видими будут человеки» (Мф.23:5). Зная убо они то, что и Иудеям угодно было обрезание по причине Моисеева закона, и язычники не гнали обрезанных по причине узаконений Римских императоров, проповедывали обрезание, чтобы угодивши им, избежать гонений и получить честь и покой. По справедливости убо заключаю я отсюда, что человекоугодие причинило толико великая злая. Подтверждает сие заключение Божественный Апостол Павел, говоря: «елицы хотят хвалитися по плоти», то есть, угодны быть людям, «сии нудят вы обрезатися» (Гал.6:12). То же самое человекоугодие, которое причинило тогда толикий вред и растление, повергает и доныне людей во многие и великие прегрешения.

Каждый почти человек нечувствительно стремится к тому, чтобы искать своей пользы. Рассуждая же так, что при любви и предстательстве человеков получит, чего себе желает, старается всячески показаться им благоугодным: повинуется им, ласкательствует, раболепствует, течет поспешно к исполнению желании их, праведные они или неправедные, законные или беззаконные. А самолюбие столько помрачает ум его, что и не познает, что он человекоугодник, ниже чувствует, колико человекоугодие повреждает душу его. От сего весьма немногие находятся непричастны сей страсти. Питается же страсть сия, возрастает и укрепляется от других страстей. Страх, стыд, желание наслаждаться тем, что нравится, суть побудители, питатели и подкрепители человекоугодия.

Когда Богочеловек Иисус просветил слепого от рождения, тогда старейшины Иудейские, призвавши родителей его, предложили им два вопроса, первый, сын ли то их, который, как они говорили, слеп родился: «сей ли есть сын ваш, егоже вы глаголете, яко слеп родися?» (Ин.9:19) Второй, каким образом получил он свет очей: «како убо ныне видит?» (Ин.9:19) Они же на первый вопрос в ответ сказали всю истину: «вемы», сказали, «яко сей есть сын наш, и яко слеп родися»: а на второй не восхотели сказать истину, но скрыли оную, сказав: «сам возраст имать, самого вопросите» (Ин.9:20-21). Но почему они, бедные, не объявили, кто был чудотворец и благодетель, просветивший очи слепого сына их? Почему ответствовали таким образом? «Сия рекоша родителя его, яко бояшася жидов» (Ин.9:22). Они боялись, потому что если бы ответствовали, что Иисус Христос просветил его, то раздражили бы их до чрезвычайности. Страх же сей родил человекоугодие, которое заставило угождать мыслям Иудеев, и не отрывать истины. Коликократно мы вопрошаемы будучи от сановных людей, узнав, что ежели откроем истину, то огорчим их, устрашаемся негодования их, страх же сей производит человекоугодие, которое заставляет нас, как родителей оного слепого, в угождение вопрошающим умолчать о истине: коликократно истина из уст наших, быв произнесена, могла бы освободить невинного от осуждения, или бесчествуемого от клеветы, или сирого и вдовицу от притеснения сильного, но мы, чтобы угодить людям, о истине умалчиваем, и молчанием нашим наносим вред ближнему.

Не подумайте же, чтобы впадали в таковые грехи одни простолюдины и низкие люди, боясь вельможей и начальников, ибо и самые первостоятели и начальники, побеждаясь человекоугодием, низвергаются в подобные пропасти беззакония. Многие из начальников Иудейских уверовали во Иисуса Христа, но не открывали исповедания веры своей. Почему так? Они были начальники, богатые, достоинством почтенные, кого убо страшились или кого стыдились? «Фарисей ради не исповедоваху, да не из сонмищ изгнани будут» (Ин.12:42). Фарисеи определили, чтобы тот, кто исповедует, что Иисус есть ожидаемый Христос, изгнан был из сонмища. Начальники убо оные, не терпя сего стыда и бесчестия, умалчивали о исповедании веры своей. Желали сделать лучше угодное Фарисеям, нежели благоугодное Богу. «Возлюбиша бо», говорит Божественный Евангелист, «паче славу человеческую, неже славу Божию» (Ин.12:43). О, коликим начальникам, чиновникам и первостоятелям человекоугодие заграждает и обуздывает уста? О, и коликие чтобы не прогневать людей, то есть, чтобы угодить людям, молчат, не исповедуют догматы веры, не увещевают бесчинных, не обличают согрешающих, не угрожают преступникам законов? Коликие затворяют уста, когда нужда требует, чтобы растворить оные и сказать истину веры и правды законов? Нечастные таковые и всеокаянные стараются угодить людям, и любят славу человеческую более, нежели славу Божию.

Послушайте и другое нечто гораздо тяжчайшее. Судия, когда сидит на седалище судебном, тогда представляет он лице Божие. Посему Бог изгнал из судилищ всякое человеческое пристрастие и человекоугодие, посему Он рек: «Яко суд Божий есть. Да не познасте», рече Бог, «лица в суде, малому и великому судиши, и не устыдишися лица человеча, яко суд Божий есть» (Втор.1:17). Однако человекоугодие входит и в судилища. Приводят Иисуса Христа Иудеи связанного на судилище Пилатово: садится Пилат на седалище судебном, чтобы судить Иисуса. И первые дела суда были добрые и праведные. Расспросив Иисуса Христа, узнал, что по зависти предали Его Иудеи на судилище его, и открыто исповедал, что Иисус никакого зла не сотворил: «Что бо», говорил он, «зло сотвори?» (Мк.15:14) Сказал явно, что не обретает в Нем вины, достойной смерти или казни. «Никоея же обретаю вины в человеце сем» (Лк.23:14). После сего, однако же, отпустил Варавву, начальника разбойнического, безгрешного же Иисуса бив, предал на распятие. О беззаконный и безрассудный! Не ты ли узнал, что по зависти предали Его? не ты ли исповедал, что никакого зла не сотворил Он? Не ты ли сказал, что не обретаешь в Нем вины, и потом биешь и предаешь Его на крестную смерть? Откуда таковое безрассудное решение? Откуда таковая странная перемена? От человекоугодия, братия. Человекоугодие, вшедши в сердце его, и мысли его смутило, и ум его помрачило. «Пилат же», говорит Евангелист Марко, «хотя народу хотение сотворити, пусти им Варавву, и предаде Иисуса, бив, да пропнут Его» (МкЛ5!15). Слышишь ли? Хотя, говорит, народу хотение сотворити, то есть, хотя угодить народу, сделал неправеднейший суд. Народ убежден быв Архиереями, требовал отпустить Варавву, и вопил более, чтобы распял Иисуса. «Они же излиха вопияху: пропни Его» (Мк.15:14). Тогда Пилат, побежден быв человекоугодием, чтобы угодное сделать народу, пременил праведный суд на неправедное решение, и разбойника отпустил, Праведника же распял. Сколько же есть Пилатов и в наши времена? Сколько таких, кои знают, кто невинен и кто виновен, кто прав и кто не прав, и однако ж, чтобы угодить сродникам, или друзьям, или ходатаям, отпускают Варавву, и распинают Иисуса, то есть, оправдывают виновного и неправого и наказывают невинного и правого?

Послушайте и еще нечто удивительнейшее. Человекоугодие дерзает восходить и на самые престолы Царские, входит и в сердца самых царей. Ирод Царь мучил неких из верующих во Христа, умертвил же и Иакова, брата Иоаннова, убийством меча (Деян.12:1-2). Дела то были неукротимого его гнева и безрассудного его стремления. Когда же утихли в нем сии зверские страсти, тогда восстала против него лукавая страсть человекоугодия. Узнав он, что сии неправедные и беззаконные дела угодны Иудеям, чтобы показаться им угодным, приложил беззаконие к беззакониям и неправду к неправдам: то есть, поймав верховного из Апостолов Петра, заключил его в темницу, сковал, и под стражу отдал многим воинам, дабы по прошествии дней Пасхи убить его пред всем народом. «И видев», говорит священная История, «яко годе есть Иудеем, приложи яти и Петра. егоже и ем всади в темницу, предав четырем четверицам воинов стрещи его, хотя по Пасце извести его к людем» (Деян.12:3-4). Сей пример есть страшный, поучающий судей и начальников и возбуждающий внимание их к тому, чтобы они, хотя угодить людям, не прогневляли Бога преступлением законов.

Слышали ли вы, возлюбленная моя братия, до чего доходит гнусная страсть человекоугодия? Слышали ли, что бывают человекоугодниками не только подчиненные, простолюдины и чернь, но и самые начальники, и достоинством почтенные? Слышали ли, колико страшные грехи производит человекоугодие? Так, скажете вы, слышали мы, но сие слово есть весьма жестоко: ибо оно учит, чтобы мы не являлись угождающими предстателю нашему, чтобы не делали угодное тому, от кого надеемся себе помощи, и не старались угодить людям. Ежели же будем так поступать, то как можем жить в мире и обращаться с людьми? Надобно бежать от мира и вселиться в пустынях. Никакой ни рассудок, ни закон не предписывают, чтобы сие вы делали: но еще напротив учит Богодухновенный Павел так: «промышляюще добрая не токмо пред Богом, но и пред человеки» (2Кор.8:21). «Промышляюще добрая пред всеми человеки» (Рим.12:17). Не только же словом сему учил, но и делами доказал, что всяким образом старался он угодить людям. «И бых», говорит, «Иудеем, яко Иудей, да Иудеи приобрящу: подзаконным яко подзаконен, да подзаконныя приобрящу: беззаконным яко боззаконен» (не сый беззаконник Богу, но законник Христу), «да приобрящу беззаконныя. Бых немощным яко немощен, да немощныя приобрящу: всем бых вся, да всяко некия спасу» (1Кор.9:20-22). Се человек человекоугодливый. Заметь цель человекоугодия его. «Да приобрящу», говорит, «да всяко некия спасу». С сею же целию будь и ты человекоугодлив. Угождай, сколько желаешь, и благоугождай, сколько можешь, делай все угодное не только предстателям и благодетелям твоим, но и гонителям и обидчикам твоим, не только сродникам и друзьям твоим, но и чуждым и врагам твоим. Но угождай им не с тем, чтобы потерю причинить, но чтобы спасти и оных, и свою душу.

Будь благоугодлив людям, сколько желаешь, но не преступай заповеди Божией для того, чтобы показаться, что ты угождаешь людям. Когда тебя вопрошают, ответствуя, не говори ложь, чтобы показаться благоугождающим сроднику твоему. Когда призывают тебя во свидетельство, не лжесвидетельствуй в угождение предстателю твоему. В обращениях не скрывай православия веры твоей и истины законов, в угождение находящимся пред тобою неверным. В советах и увещаниях не умолчи дать полезный совет и надлежащее увещание, боясь, чтобы не разгневать слушающих. Ежели заседаешь в судилище, не суди неправедно в угождение благодетелю твоему: не обижай сирого, не причиняй вреда вдовице, оберегаясь или страшась обидевших их начальников. Одним словом, во всяком деле не пренебрегай закона Божия в угождение людям.

О сколь заблуждают те, кои предпочитают тварь Творцу, стараясь угодить не Богу, но человекам. Почто надеемся «на князи, на сыны человеческия, в нихже несть спасения»? (Пс.145:3) Сыны человеческие суть немощны и бессильны, легко переменяют мысли свои, часто судят неправедно, ежедневно являются неблагодарными, часто оставляют свое обещание… Люди наконец суть тленны и временны, ныне являются, движутся и действуют, завтра бывают персть бесчувственная, недвижимая и бездействительная. Посему не обращаем всю любовь, надежду и внимание наше к тому, чтобы угодить Богу, Который сотворил «небо и землю, и море, и вся яже в них? Той хранит истину в век, творит суд обидимым, дает пищу алчущим» (Пс.145:6-7). Когда предашь сердце твое Ему, то если ты будешь нечастным, Он разрешит узы злоключений твоих: «Господь решит окованныя» (Пс.145:7). Если как слепой не узнаешь того, что полезно тебе, Он просветит слепые очи твои к уразумению благополучия твоего: «Господь умудряет слепцы» (Пс.145:8). Ежели падешь во глубины греховные, Он воздвигнет тебя: «Господь возводит низверженныя». Ежели будешь ходить путем правды, Он тебя возлюбит: «Господь любит праведники». Ежели приидешь к Нему с верою и благоговением, Он тебя сохранит под кровом Божественных Своих крил: «Господь хранит пришелцы» (Пс.145:9). Он есть Отец сирого, Он есть заступник вдовы: «сира и вдову приимет». Он разрушит предприятия злых людей, против тебя восстающих: «и путь грешных погубит». Бог Сиона Той есть Царь Твой, Господь твой, Бог твой, бессмертный, царствующий в век века, в род и род. «Воцарится Господь во век, Бог твой Сионе в род и род» (Пс.145:10). Почему убо не подвизаемся мы всеми силами нашими угодить Ему, но стараемся сколько возможно угодить злым пожеланиям человеческим?

Братия, памятуйте слово оное Господне: «никтоже может двема господинома работати: любо единаго возлюбит, а другаго возненавидит: или единаго держится, о друзем же нерадити начнет» (Мф.6:24). Братия, не заблуждайте, не можете угодить и лукавым человеком, и всеблагому Богу: «не можете Богу работати и мамоне» (Мф.6:24). Сему самому учил и Богоглаголивый Павел, говоря так: «аще бо бых еще человеком угождал, Христов раб не бых убо был» (Гал.1:10).

31. В неделю 23-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.8:26-39)

Находятся ли ныне бесноватые так страждущие, как показывает нынешнее Евангелие страждущим бесноватого, исцеленного Иисусом Христом? Страдание и крест Иисуса Христа разрушили силу бесовскую, так как показал Сам Иисус Христос, говоря: «ныне князь мира сего изгнан будет вон» (Ин.12:31). Следовательно бесы, по страдании и воскресении Спасителя; не могут того творить, что прежде страдания и воскресения творили. Говорят неверием помраченные, что если бы они ныне узрели единого только таким образом беснуемого и верными исцеленного, немедленно бы уверовали в Господа нашего Иисуса Христа: но мы утверждаем, что они хотя бы многих узрели тако беснуемых, то же бы лжемудрствовали о них, что и о тогда бывших бесноватых. Они говорят, что тогда беснуемые были сумасбродные. Убо, по их мнению, сумасбродные ходят нагие, бегают от жилищ своих и живут во гробах, также, сокрушая железные оковы и узы, убегают в пустыню; следовательно, по их суждению, сумасбродство выходит из человека и входит в свиней; свиньи же, учинившись сумасбродными, устремляются толпою в воду и, потопившись в озере, погибают. Какой человек, имея здравые умопредставления свои, поверит таковым безумнословиям? Бесы же, слыша их тако говорящих, что уверовали бы они, если бы сие увидели, и опасаясь, чтобы сие не случилось, обращаются на них и, муча их, производят в них то же, что тогда в бесноватых: то есть, делают их чуждыми истины, и ум их из своего положения выводя, погребают во гробах неразумия; также сокрушая их в пропастях неверия, так как свиней в море. Но мы, принимая истину сей Евангельской истории, болезнуем о них, прося Бога, да сохранит нас от таковой казни, полагаем сея толкование для удобнейшего понятия и пользы. Истолковали мы сие повествование на пятую неделю от Матфея: но поелику Богоглаголивый Лука показывает некоторые обстоятельства, о коих умолчал Евангелист Матфей; того для объясним сии токмо, оставляя то, о чем там говорили.

Лк.8:26-28. «Во время оно, пришедшу во страну Гадаринску, яже есть обон пол Галилеи, изшедшу же Ему на землю, срете Его муж некий от града, иже имяше бесы от лет многих, и в ризу не облачашеся, и во храме не живяше, но во гробех. Узрев же Иисуса, и возопив, припаде к Нему, и гласом велиим рече: что мне и Тебе, Иисусе Сыне Бога Вышняго? молюся Ти, не мучи мене.»

Почему Матфей сказал — в страну Гергесинскую, а Лука — в страну Гадаринскую, и почему Матфей упомянул о двух бесноватых, Лука же о едином, также почему бесноватые жили во гробах, и что являют слова сии: «что мне и Тебе, Сыне Божий», — объяснили в толковании предложенного от Матфея Евангелия; означаем же здесь написанное Евангелистом Лукою: «от лет многих», также: «молюся Ти, не мучи мене». Ибо первое показывает, что долговременность умножает неудобство ко исцелению, второе же — что и самых бесов молитва касается благоутробия человеколюбца Иисуса. А из сего следует, что и самые бесы, если бы раскаялись и обратились и просили от Бога прощения, Бог умилосердился бы над ними и услышал молитву их. Велиим же гласом взывал бес, и молил: ибо, услышав всесильный глас, трепетал.

Лк.8:29. «Повеле убо духови нечистому изыти от человека: от мног бо лет восхищаше его, и вязаху его узы железны и путы, стрегуще его: и растерзая узы, гоним бываше бесом сквозе пустыни.»

Знал Богочеловек, что бес давно, покорив того несчастного человека, немилостиво мучил его; почему умилосердившись, повелел нечистому духу изыти от него. Сокрушал же бес оковы и путы и насильно влек его в пустыню, да тамо, во уединении и отдалении от всякой человеческой помощи, дерзает против его свободно и мучит его немилостиво: мучит же и его хранителей, понуждая их всюду бегать, чтобы сыскать его.

Лк.8:30. «Вопроси же его Иисус, глаголя: что ти есть имя? Он же рече, легеон: яко беси мнози внидоша в онь.»

Не незная Иисус Христос спрашивал, ибо, яко Бог истинный, и имя знал, и число бесов вселившихся в бесноватого, но для того вопросил, чтобы предстоящие познали, что многие бесы одержали его, — ибо легион означает шесть тысяч воинов; также для того, чтобы показать, что хотя много было бесов, однако все трепетали пред Божественною Его властию. Почему и молили Его

Лк.8:31. «И моляху Его, да не повелит им в бездну ити.»

Бездна означает место, имеющее глубину беспредельную. Сию же мраком и тартаром назвал Божественный Апостол Петр (2Пет.2:4). Где же есть сие место, в глубине ли земной, или вне мира, — никто не знает, поколику о сем Божественное Писание ничего не открыло. Знаем же, что сие место есть таковое, в котором Бог, узами вечными связанных, как свидетельствует Апостол Иуда, хранит бесов, да судит их в великий день суда (Иуд.6). Молили же Его бесы, чтобы не повелел им идти в определенную им бездну.

Лк.8:32-34. «Бе же ту стадо свиней много пасомо в горе: и моляху Его, да повелит им в ты внити, и повеле им. Изшедше же беси от человека, внидоша во свиния: и устремися стадо по брегу в езеро, и истопе. Видевше же пасущии бывшее, бежаша: и возвестиша во граде и в селех.»

Матфей написал: «бяше же далече от нею стадо свиней много пасомо» (Мф.8:30); Лука же показал и местоположение, где были свиньи, говоря: «в горе”. Поколику же Матфей сказал, что стадо свиней погружено было в море, Лука же — во езере; не подумай, будто святые Евангелисты противоречат себе. Ибо единое и то же озеро, называемое Генисаретским, называлось и море Галилейское, и море Тивериадское. Посему Матфей назвал его морем, а Лука езером. Сие же, почему просили бесы внити в свиней, и почему Богочеловек попустил, чтобы толикий ущерб претерпели владетели их, объяснено в вышепредложенном толковании. Послушаем убо толкования и прочего.

Лк.8:35-37. «Изыдоша же видети бывшее: и приидоша ко Иисусови, и обретоша человека седяща, из негоже беси изыдоша, оболчена и смысляща, при ногу Иисусову, и убояшася. Возвестиша же им видевшии, како спасеся бесновавый. И моли Его весь народ страны Гадаринския отъити от них: яко страхом велиим одержими беху. Он же влез в корабль, возвратися.»

Виждь, како преславный Лука подробно описывает то, что вообще описал священный Матфей. «Изыдоша», говорит, граждане и поселяне «видети бывшее» (Лк.8:35). Но поелику выше сказал, что беснуемый был нагой, и жил во гробах, и сокрушал узы и оковы, и был отводим бесом в пустыню, для того говорит, что пришедшие видеть бывшее обрели сего человека, освобожденного уже от власти бесовской, седящего при ногах Иисуса Христа одетого, и спокойного и разум имеющего, и что видя сие и слыша от самых видевших средство, как он освободился, «страхом велиим одержими беху». Но чего же они боялись? Исцеление бесноватого не заключало в себе страха, но радость, почтение, долг благодарности. Весьма вероятно кажется, что страшило их потопление свиней. Ибо Иудейский закон запрещал мяса свиная, но они ели свиней (Лев.11:7). Почему за нарушение закона наказаны были потоплением свиней (Втор.14:20). Видя убо урон сей, «убояшася», да не будут чем наказаны и за другие свои беззакония. По сей, следовательно, причине все молили Иисуса Христа, чтобы отшел от них. И Иисус, вшед в корабль, возвратился за пределы озера, которые прошед, пошел в страну Гадаринскую; исцелившийся же молил Его, чтобы Он пребыл с ним всегда.

Лк.8:38-39. «Моляшеся же Ему муж, из негоже изыдоша беси, дабы с ним был: отпусти же его Иисус, глаголя: Возвратися в дом твой, и поведай, елика ти сотвори Бог: и иде, по всему граду проповедая, елика сотвори ему Иисус.»

Некоторые говорят, что исцелившийся человек молил Иисуса Христа, чтобы был с ним, для того, что боялся, чтобы по отлучении Его не подпал паки под власть бесовскую. Но поколику ответ Иисуса Христа ни мало о страхе не упоминает, вероятнее кажется, что он в воздаяние за благодеяние хотел быть служителем Иисуса Христа. Но Богочеловек, предпочтив проповедь Своему служению, отослал его в дом свой, и не сказал так: поведай, елика Аз сотворих тебе, но: «поведай, елика ти сотвори Бог». Исцелевый же, являя веру свою и благодарный дух, возвестил и проповедал по всему граду вся, «елика сотвори ему Иисус».

Беседа о неблагодарности

«Елика преднаписана быша», вещает Божественный Павел, «в наше наказание преднаписашася» (Рим.15:4). Не оставим убо без рассуждения и требования исцелевшего, и ответа Иисус Христова. Се суть два душеспасительные наставления! се два душеполезнейшие правила! Требование есть правило, принадлежащее ко всем облаготворенным. Ответ есть правило для всех благотворящих. Облаготворенного есть неизвинительный долг являться благодарным пред благотворителем, стараясь всячески воздать за благодеяние. «Моляшеся же», пишется, «Ему муж, из негоже изыдоша беси, дабы с ним был» (Лк.8:38). Хотел, чтобы купно жить с Благодетелем своим, да служа Ему, воздаст долг благодарности. поелику же сего не восхотел Благотворитель, другое средство предпринял, чрез которое показал благопризнательность души своей: проповедал по всему граду благодеяние со всеми благотворительными обстоятельствами: «иде по всему граду проповедая, елика сотвори ему Иисус» (Лк.8:39). Благотворителя долг есть не требовать от облагодетельствованного воздаяния. Отпустил, пишется, облагодетельствованного Благодетель, говоря: «возвратися в дом твой, и поведай, елика ти сотвори Бог». Я не требую от тебя воздаяния: возвратись в дом твой и, признавая, что не Я тебя облагодетельствовал, но Бог, поведай благодеяние Божие5. Поколику же на одном месте мы показали уже, сколько погрешают благотворящие, когда требуют от облагодетельствованных воздаяний: остается убо теперь побеседовать о том, сколько погрешают благодетельствуемые, когда неблагодарными являются пред благотворителями своими.

Трояким образом люди являются неблагодарными пред благотворителями: или не стараясь, чтобы делами воздать благотворителю за благотворение, или забывая о благодеянии и ниже словом изъявляя благодарности благотворителям, или, вместо благих, каковые получили, воздая злом. Три убо суть степени неблагодарных. Третьего степени неблагодарные бывают худшие паче всех прочих неблагодарных, и поистине суть люди всезлобные. Каждый же неблагодарный грешит против природы, против здравого рассудка, против собственных чувствований и против Божественного закона. Грешит против природы, — ибо самое естество научает быть признательными. Посмотри на бессмысленных животных, как они знают питающих их, и слушают гласа их, и повинуются им, и угождают, сколько могут. По сей причине Бог, взимая доказательство от природы, обличал неблагодарность Иудейскую, говоря: «позна вол стяжавшаго и, и осел ясли господина своего: Израиль же Мене не позна, и людие Мои не разумеша» (Ис.1:3). Потом чрез слово «увы»» показал бедственное осуждение тех, кои, противясь естественному закону, бывают неблагодарными пред благодетелями: «увы», сказал, «язык грешный, людие исполненни грехов, семя лукавое, сынове беззаконнии, разгневасте Святаго Израилева»! (Ис.1:4) Грешит неблагодарный против здравого рассудка: ибо разум убеждает, а более принуждает каждого, чтобы быть благодарным пред благотворителем. Каждому внутренно внушает глас разума, вопия: долг правосудия требует благодарить благотворившему, долг требует помогать вспомогавшему и миловать миловавшего. Хотение же неблагодарного, не повинуясь неложному гласу рассудка своего и имея с ним крепкую брань, побеждает здравое ума убеждение. Сие, без сомнения, есть возможно и избыточно; так как засвидетельствовал Бог чрез уста Пророка Иеремии: «сия глаголала еси, и сотворила еси злая, и возмогла еси» (Иер.3:5). Неблагодарный и видит, и слышит и, так сказать, осязает, что неблагодарные люди бывают ненавистны и отвратительны: ибо не только те, которые благодетельствовали, видя неблагодарность их, престают им благотворить, но и прочие, презирая их, поносят бесчестным и постыдным именем неблагодарного; чувствует, говорю, неблагодарный, что неблагодарность вредит ему, однако, восстая против собственных чувствований, предпочитает признательности неблагодарный дух. К таковым-то клонится сие слово Господне: «яко видяще не видят, и слышаще не слышат, ни разумеют» (Мф.13:13). Если же разогнешь Священное Евангелие, без сомнения узришь, что премного неблагодарный нарушает закон Божий. «Любите», повелевает закон Божий, «враги ваша» (Мф.5:44- 45): неблагодарный ниже любящим его не платит любовию. «Благословите», внушает закон, «кленущия вы»: неблагодарный ниже благословляющих его благословляет. «Добро творите ненавидящим вас», заповедует закон: неблагодарный ниже любящим творит добро. «Молитеся», говорит закон, «за творящих вам напасть и изгоняющия вы»: неблагодарный ниже о благотворящих и пекущихся о нем творит молитвы.

«Грешники», свидетельствует Бог, «любят любящих, и благотворят благотворящим им»: неблагодарный и грешников нечестивее, поелику ниже любящих его любит, ниже благотворящим благотворит.

О несчастные людие! мы не только пред благотворящими нам людьми бываем неблагодарными, но и пред самим Богом, Который беспрестанно многими и великими и всякими благотворениями осыпает нас. Но уже ли Бог требует, будучи пресовершеннейший, благодарности от облагодетельствованных и гневается на неблагодарных? Послушайте, прошу, со вниманием. Без сомнения, показал нам Бог чрез Пророка Своего, что никакой Он не имеет нужды во благих наших: «яко благих моих не требуеши» (Пс.15:2). Не требует ни от дел, ни от языка благодарности нашей: ибо какую имеет нужду в малости и ничтожестве дел наших Создатель твари, содержащий во власти всемогущего Своего мановения все видимые и невидимые твари? Какую имеет нужду в славословии человека Бог, Сый от Себя пресовершенныя славы, непрестанно воспеваемый от Херувим, славословимый от Серафим и превозносимый всеми небесными силами? Небо, земля, солнце, луна, звезды, свет, всякая тварь хвалит Его (Пс.148:2); «небеса поведают славу Божию, творение же руку Его возвещает твердь» (Пс.18:1). Однако, будучи правосуден и всякого лицеприятия чужд, не терпит, когда мы платим Ему злом за благое. Поколику убо благопризнание есть показание доброго нашего расположения, неблагодарность же знак злого нашего свойства: для того желает, чтобы мы как делами, так и словами изъявляли нашу пред Ним благодарность, и гневается чрезвычайно, если мы платим Ему злом за благодеяния Его.

Послушайте же, коль ясно требует Бог за благодеяние Свое воздаяния от дел наших. Прежде исчисляет Израильтянам великие благодеяния, которые Он им сотворил: чудеса, бывшие в Египте, освобождение от работы Фараона, прехождение чрез Чермное море, предание закона на горе Синайской, прощение за грех тельцопоклонения, дар обетования, и другие прочие. Потом говорит им: «и ныне”, — то есть, по толиких бывших благодеяниях, — ныне, Израильтяне, чего требую от вас? какого воздаяния хочу? «И ныне, Израилю, что просит Господь Бог твой у тебе, точию еже боятися Господа Бога твоего, и ходити во всех путех Его, и служити Господу Богу твоему от всея души твоея?» (Втор.10:12)

Что же требует и устной благодарности и славословия, явствует из истории десяти прокаженных. Они, идя к священникам по повелению Господа Иисуса Христа, на пути все очистились. Один из них, родом Самарянин, видя, что очистился, возвратившись, велиим гласом прославил Бога, и падши лицем на землю при ногах Благодетеля своего, принес Ему должную благодарность; прочие же девять не возвратились и, забыв о благодеянии, никакой благодарности не принесли облагодетельствовавшему их Иисусу. Почему неблагодарность девяти обличил Иисус, говоря: «не десять ли очистишася, да девять где? Не обретошася возвращшеся дати славу Богу, токмо иноплеменник сей» (Лк.17:17-18). Благодарному же Самарянину оказал и другое благодеяние, много превосходящее первое: «востав», сказал ему, «иди: вера твоя спасе тя» (Лк.17:19), — то есть, за благопризнательность его даровал ему вечное спасение. Виждь же и человеколюбие Божие: требует благодарности для того, чтобы явить паки гораздо вящее пред первым благотворение. Мы когда приносим Ему благодарность, ничего Он из сего не получает: ибо никакой не имеет нужды, «ниже бо прославися прославленное в части сей, за превосходящую славу» (2Кор.3:10): но воздает нам паки, поколику неиждиваемое есть сокровище милосердия и Божественных Его сокровищ.

Сколько же Бог гневается, когда мы за благодеяния Его платим нарушением Божественного Его закона, довольно явствует и из выразительнейших словес Божиих, и из страшного Его гнева на неблагодарных. Призывает велегласнейший Исаия всякое творение, да слышит, как Бог, человечески говоря, жалуется и печалится о неблагодарности Израильтян. «Слыши», вещает, «небо, и внуши земле, яко Господь возглагола» (Ис.1:2). Что же говорил? «Сыны», говорит, «родих и возвысих»: се благодеяние! «тии же отвергошася Мене»: се неблагодарность, вместо чувствительности отвержение. «Воздаша Ми лукавая возблагая, и безчадие души Моей» (Пс.34:12). Таким образом и великий пророк Моисей небо и землю призывал во свидетели, когда неблагодарным объявлял словеса Божия и страшный для них Его суд. «Вонми», говорит, «небо, и возглаголю, и да слышит земля глаголы уст моих»! (Втор.33:1) Таковыми ли, говорит, о неблагодарные, беззаконными делами воздаете Богу? «Сия ли Господеви воздаете?» Народ буий и немудрый, так ли воздаешь Творцу твоему? (Втор.33:6). «Тако ли людие буии и немудрии?» Кто есть Тот, Которого ты презираешь? Не есть ли Тот Отец твой, Создатель твой, Творец и Избавитель твой? «Не Сам ли Сей Отец твой стяжа тя, и сотвори тя, и созда тя?» Исчислив же благодеяния Божия к неблагодарному народу, обличает их так: «и яде», говорит, «Иаков, и насытися, и отвержеся возлюбленный: уты, утолсте, разшире, и остави Бога сотворшаго его, и отступи от Бога Спаса своего» (Втор.33:15). Потом же показал и страшный Божий гнев на неблагодарных, говоря: «и виде Господь и возревнова, и раздражися за гнев сынов их и дщерей» (Втор.33:19). Также и мщение: «и рече: отвращу лице Мое от них, и покажу, что будет им напоследок: яко род развращен есть, сынове имже несть веры в них» (Втор.33:20). И сии угрожения не остались без действия, но казнь Божия самым делом случилась. Ибо кто прочтет историю, увидит, что отвращение лица Божия случилось в Иудейском роде в последние дни, то есть, по страдании Иисуса Христа, во дни Веспасиана и Тита. И кто отверзет очи, узрит ясно, что Иудеи по всем четырем частям света рассеялись, и царства, и священства, и храма, и жертв, и пророчествования и всякого дара чужды явились, и отлучены от благодати Божией. Род же языков, прежде безумный и несмысленный, так как работающий твари, а не Творцу, языки, говорю, ниже языками почитаемые от Бога за неверие их, мудры соделались и просвещенны, и служители истинного Бога, и удостоились благодати Его, вместо подверженного Израильского народа, за неблагодарность его, бесчестию и гневу Божию. «Тии раздражиша Мя не о Бозе, прогневаша Мя во идолех своих: и Аз раздражу их не о языце, о языце же не разумливе прогневаю их» (Втор.33:21). Но кто, скажешь, есть из человек таковый, который является неблагодарен пред Богом и словом и делом? Какой есть столько безумный человек, который дерзает, и воздает Богу злая за благая? Мы, ежедневными молитвами прославляя Бога за Его к нам благодеяния, воспеваем: «хвалим Тя, благословим Тя, кланяемтися, славословим Тя, благодарим Тя великия ради славы Твоея»: мы в Него единого веруем, Ему единому покланяемся и Ему единому служим, и сколько можем храним Его Божеские заповедания. Да будет тако, Господи, да будет! Но боюсь я, что многие, да не скажу — все мы, являемся по всему пред Богом неблагодарны!

Побеждает мужественно военачальник неприятелей, и приемлет трофей победы знаменитый и совершенный; но вместо того, чтобы возвесть очи на небо, и воззвать: «благословен Господь Бог мой, научаяй руце мои на ополчение, персты моя на брань»! (Пс.143:1) потупляет токмо очи в землю, и верит, что воинское его искусство и храбрость и мужество воинов сломили рог вражеский. Издает разумный книгу, исполненную учености и мудрости: читающие сию похваляют смысл, выражение, сочинение, красоту, метод, знание и остроту писателя. Но писатель вместо того, чтобы прославить Бога, подателя премудрости, говоря: «не нам Господи, не нам, но имени Твоему даждь славу о милости Твоей и истине Твоей» (Пс.113:9), себе приписывает, и тщеславится и превозносится, и самого себя так как мудреца и разумного почитает. То же самое творит и врач, когда исцелит больного от жесточайшей его болезни, и вития, когда убедит слушателей, и купец, когда стяжет многие сокровища, и земледелец, когда пожнет мног плод, и художник, когда успешно совершит рукоделие свое, и всякий, кто б какое не учинил дело, великое ли, или малое, много ли бы, или мало обогатился, — всякий, говорю, то же самое делает, то есть, прославляет не Бога, но самого себя. Сие же что другое есть, если не неблагодарность? Что другое означает, разве то, что мы ниже словом не приносим благодарности благодетелю Богу?

Мы, скажете, ежедневно чрез молитву прославляем Бога. Но все ли ежедневно молитву творите? Сколько и сколь многие совершенно нерадят о молитвенной обязанности! С тем ли намерением молитесь, чтобы возблагодарить Богу за Его благодеяния? Сколько и сколь многие молятся только по обычаю! Когда молитесь, бывает ли возведен ум ваш к Богу? Сколько и коль многие языком стихи молитвенные произносят, духом же умовоображают непотребные представления! И сие ли почитаете благодарностию, долженствуемою быть за благодеяния Его, сущие во всякую минуту?

Что же, скажете: делами? Суть ли дела наши дела благодарности? Суть ли дела наши тем светом, которым прославляется Бог, по заповеданию Его: «тако да просветится», сказал, «свет ваш пред человеки, яко да видят ваша добрая дела и прославят Отца вашего, Иже на небесех»? (Мф.5:16) Истинно, скажете: поколику мы в единого истинного Бога веруем, и Ему покланяемся; сие же есть дело доброе и светлое. На сие ответствует нам брат Господень Иаков, говоря: «ты веруеши, яко Бог един есть, добре твориши: и беси веруют, и трепещут» (Иак. 2:19). Добрая вера, — но таковая вера бесплодная: имеют таковую и бесы. Если веруешь в истинного Бога, покажи Ми, говорит, веру от дел твоих. Мы, скажете, храним, сколько можем, Божеские законы. Но какие суть дела наши, которые показывают, что мы храним Божеские законы? Какие ныне усматриваем дела в мире? Коварства, клеветы, лжесвидетельства, измены, неправды. Один похищает чужую вещь, другой ненавидит и гонит брата своего; дети презирают родителей, родители раздражают детей; господа притесняют рабов, рабы же не повинуются господам; священные не пасут народ, народ не благоговеет пред священными. К нынешнему времени, кроме бывшего некогда, клонятся прямо слова Пророко-царя: «вси уклонишася, вкупе неключими быша, несть творяй благостыню, несть» даже «до единаго» (Пс.13:3). Сии ли суть светлые дела? сими ли делами прославляем Бога?

Смотри же, каким образом мы не токмо сие делаем, но и злое воздаем Богу за благодеяния Его. Единого Бог облагодетельствовал чрез богатство: он же так, как Евангельский богач, иждивает богатство на роскошество и прихоти плоти своей. Другого возвысил Бог честию и властию: но он напыщается так, как Навуходоносор, — презирает других и притесняет, и желает быть за Бога почитаемым. Одного украсил красотою и изрядством: но он не целомудрствует так, как прекрасный Иосиф, но творит самого себя кумиром похоти, и красотою своею многих погружает во дно адово. Другого снабдил дарованием премудрости: сей же не обогащает премудростию своею других, так как премудрый Соломон, но делается безумным и противоборствует вере и Церкви. Одного усовершил знанием искусственным: но сей не делает без коварства и обмана художества свои, так как Веселеил, но коварствует и обманывает рукоделиями своими. Вникни, каким образом каждый удостоивается дарования и благодеяния Божия: и тогда увидишь, что весьма редкие находятся такие, которые за данное им дарование славословят Бога. Тогда увидишь, что множайшие получают дарование и благодеяние Божие так, как средство и повод для презрения законов Божиих, и впадают в беззакония. Сие же что другое означает, ежели не воздаяние злого за благое?

Но поелику, скажешь, никакою мы не обязываемся благодарностию тому, который никакого нам не явил благотворения: следует убо, что кто не получил от Бога благодеяния, тот ниже обязуется воздаянием благодарности. Человече, что ты говоришь? И кто есть из человек такой, который бы не получил от Бога благодеяния? Расслабленный, скажешь, весьма бедный, весьма несчастливый, — сии суть таковые, которые никакого не получили благодеяния; таковые получили от Бога бытие и жизнь для того, да бедствуют и претерпевают несчастия. То самое, что ты почитаешь скорбию и несчастием, то есть благодеяние и милость Божия. Если же сему не поверишь, все поколеблешь основания веры. Что, брате, поникаешь токмо долу? что на небо не возводишь очей твоих? Или не веруешь, что есть жизнь будущая, вечная, которой настоящая жизнь есть тень и мечта? Или не исповедуешь, что «егоже любит Господь, наказует, биет же всякаго сына, егоже приемлет»? (Притч.3:12) Или не повинуешься гласу Господа твоего, ублажающего алчущих и плачущих, и обещающего им за временную алчбу и малые слезы вечное наслаждение и радость нескончаемую? «Блажени», говорит, «алчущии ныне, яко насытитеся: блажени плачущии ныне, яко возсмеетеся» (Лк.6:21). Не слышишь ли Бога, научающего и подтверждающего, что те, которые кажутся пред глазами человеческими страждущими, те суть наследники бессмертного царствия? «Аще пред лицем человеческим и муку приимут, упование их безсмертия исполнено» (Прем.3:4). Сии, чрез временное и малое наказание будучи искушенными и явившись достойными, удостоиваются беспредельного Божеского воздаяния: «и вмале наказани бывше, великими благодетельствовани будут: яко Бог искуси их, и обрете их достойны Себе» (Прем.3:5). И так, что ты почитаешь бедствием и несчастием, то составляет славу, радость и блаженство; то составляет благодеяния всеблагого Бога и дары, виновные вечной жизни.

И если мы, по скудости ума нашего, не понимаем судеб богатства и премудрости и разума Божия; если для нас неиспытани суть судове, по которым Бог одного награждает счастием, другого наказывает несчастием, да всех спасет, — нет удивления. Ибо сего не постигнул и тот, который дошел до третьего небеси, и видел и слышал неизреченные глаголы, и возопил: «о глубина богатства и премудрости и разума Божия! яко неиспытани» суть «судове Его, и неизследовани путие Его» (Рим.11:33). Сие же он токмо постигнул и о сем совершенное возымел сведение, что страсти нынешнего времени, если терпеливо подъемлемы бывают, без всякого сомнения виною бывают вечного блаженства. Почему тогда радовался, когда страдал: «ныне радуюся», говорил, «во страданиих моих о вас» (Кол.1:24).

Возлюбленная моя братия! когда помышляю о неблагодарности нашей, и слышу глас Бога, угрожающего неблагодарным и взывающего: «яко огнь возгорится от ярости Моея, разжжется до ада преисподняго: соберу на них злая, и стрелы Моя скончаю в них» (Втор.32:22-23): ужасаюсь поистине, и трепещу; но когда вижу бесчувствие наше ради страшного неблагодарности греха, — совершенно тогда отчаиваюсь. Ради всякого греха бием в перси, раскаиваемся, плачем, исповедуемся, просим прощения: ради греха неблагодарности нет слез, ни покаяния, ни моления, ни совестного обличения, ни исповедания. Кто когда исповедуется в неблагодарности пред Богом, или пред ближним своим? Кто исповедуется, взывая: я согрешил великим грехом неблагодарности? Кто когда, раскаиваясь и исповедуясь, говорит: я не воздал хвалы Богу за благодеяния Его; я явился неблагодарен пред ближним моим, мне благодетельствовавшим; я сотворил дарования Божия орудиями греховными?

Всемилостиве Боже мой! когда сие дебелое тело свергнет дебелость и облечется в нетление (1Кор.15:54), и отверзется очам совершенное познание того, что ныне видно якоже в зерцале и гадании: какой дам ответ тогда? Когда предстоя пред страшным Твоим престолом, узрю Тебя лицем к лицу (1Кор.13:12), и познаю не от части, так как ныне, но столько совершенно, сколько и Ты меня познал; когда познаю, яко Ты создал меня, дал мне кости, и плоть, и дыхание, и душу, и жизнь; когда, говорю, совершенно познаю, что Ты ради спасения моего предавал законы, посылал Пророков, проповедывал покаяние; когда познаю совершенно, что Ты столько возлюбил меня, что, чтобы освободить от работы диавола врага моего и от клятвы законной и соделать меня сыном Своим, посылал в мир «единороднаго Твоего Сына, раждаемаго от Жены, бываемаго под законом» (Гал.4:4): что возглаголю тогда? Что возглаголю тогда, когда узрю и истинно познаю Спасителя моего Иисуса, Бога моего воплощенного, узрю крест, и раны, и терновый венец, и оцт, и желчь, и копие, и ризу червленну, и признаю откровенно на руках и ногах Его язвы гвоздинные, и биения по главе Его, и прободение ребра, от которого истекла вода, да омыет меня, и кровь, да спасет меня, — какой воздам тогда ответ мой? Когда увижу, что не только добрыми делами моими никогда не прославил Его за благодеяния Его, не только ниже словом не показал пред Ним долженствуемую благодарность, но и воздал Ему злая за благая: богатство иждил на удовольствия, здравие на роскошества, честь на притеснение, убожество на роптания, болезнь на негодование и невоздержание; когда увижу, что орудия ко спасению сотворил орудиями к погибели моей, и что за грех неблагодарности ни слез никогда не изливал, ни раскаивался, ни исповедовался, что сотворю тогда, или что возглаголю? О, какой постигнет страх тогда, какой стыд, какое мучение совести, какое отчаяние! Многоблагоутробне, даруй покаяние и обращение, дондеже время есть! Всесильне, насади в сердцах наших великую добродетель благопризнательности! Господи милости! Пощади создание Твое. Аминь.

31.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Ефесеям, читаемый в двадцать третью неделю (Еф.2:4-10)

Ефес был столица малой Азии: живущие же в оном, исключая некоих Иудеев, были идолопоклонники, преимущественно чтущие ложную богиню Артемиду, во имя коей и преславный жертвенник там построили. В сем граде первый проповедывал Евангельское слово Богоглаголивый Павел, дважды туда приходивший (Феодорит в Предисл. посл. к Ефес.): во первых, когда малое некое время провел там, хотя и просили его веровавшие пребыть у них «на много время» (Деян.18:20): во вторых, когда проведши там «лета два, распростирал слово Господа Иисуса по всей Асии, и творил многия и великия чудеса» (Деян.19:10-11). Тогда многие уверовали, и приходили к нему, исповедуя и сказуя дела свои (Деян.19:18). Многие при сем толикое множество волшебных книг сожгли, что считали ценою на пятьдесят тысяч драхм сребра (Деян.19:19). Писал же к ним послание Павел во узах будучи в Риме. А поелику Ефесяне добре преднаучены были вере во Христа, и следственно способны были к принятию твердейшей пищи духовной, посему он наполнил послание к ним глубочайшими мыслями и догматами веры, и правилами нравственности небесного учения. Чтенная же ныне часть оного содержит в себе два учения, которые представляют нам основание Евангельской веры, учение то есть о любви Божией к людям и учение о спасении благодатию Божиею. Почему кто обратит ум свой к уразумению толкования чтенных словес, тот просветит душу свою, и наставится на блаженный путь спасения.

Еф.2:4-6. Братие, Бог богат сый в милости, за премногую любовь Свою, еюже возлюби нас, и сущих нас мертвых прегрешенми, сооживи Христом: благодатию есте спасени: и с Ним воскреси, и спосади на небесных во Христе Иисусе.

Бог богат есть в милости, то есть, многую и безмерную имеет милость. А поелику милость и любовь совмещает взаимно одна другую, и где многая милость, там многая и любовь, посему многая есть и любовь, еюже Бог возлюби нас. Какое же есть доказательство многой к нам любви Божия; грех праотца и произвольные согрешения умертвили силы Боговедения и добродетели. Хотя же мертвы были люди прегрешениями их, но сооживотворил их Бог воскресением Иисус Христовым. Как сооживотворил? «И нас мертвых сущих в прегрешениих, и в необрезании плоти нашея, сооживил есть с ним, даровав нам вся прегрешения» (Кол.2:13). Вот как сооживотворил, даровав вся прегрешения, оставлением то есть грехов. Грех умертвил душу, Иисус Христос разрушил грех, почему мы оживотворились. «аще бо единаго прегрешением смерть царствова единем, множае паче избыток благодати, и дар правды приемлюще, в жизни воцарятся единем Иисус Христом» (Рим.5:17). Не сказал же, оживотвори, но сооживотвори, да покажет, что когда воскрес Христос из мертвых и оживе, тогда мы, приемши совершенное оставление прегрешений наших, оживотворились с воскресшим Христом. Для того сказал и сие, «с Ним воскреси», да утвердит, что по воскресении из мертвых Иисус Христову воскресли и мы с Ним. Он воскрес от гроба, а мы от глубины греховной: Он восприял жизнь, а мы спасение. Не токмо же сооживи и совоскреси, но «и спосади на небесных, во Христе Иисусе». Какой же смысл имеют сии слова? Все естество человеческое содержится как в первом Адаме от земли перстном, так и во втором Господе с небесе. А поелику «яков перстный, такови и перстнии: и яков небесный, тацы же и небеснии» (1Кор.15:48): небесный же «седе одесную престола величествия на небесех» (Евр.8:1). Почему явственно отсюда, что и мы во Христе рассматриваемы совоссели на небесных, соделавшись наследниками Царствия Его. Сие убо есть доказательство многой Божией любви к нам, то есть, что оставил Он прегрешения наша, сооживил, совоскресил и спосадил нас на небесных во Христе Иисусе. Заметь же, как сими словами «благодатию есте спасени»: научил Божественный Апостол тому, что и спасение, и славу небесную получили мы не по делам нашим, но туне. О сем самом писал он к Титу: «не от дел», говорит он, «праведных, ихже сотворихом мы, но по своей его милости спасе нас» (Тит.3:5). Явственнее же будет смысл настоящих Апостольских слов, если изразить их так: «хотя мы по прегрешениям нашим» были мертвы духовными силами, но Бог, безмерную имея милость, по великой Его любви к нам, оживотворил нас со Иисусом Христом (благодатию же Божиею, то есть, милостию и человеколюбием Его спасени есте, о Ефесеи), и совоскреси и спосади на небесных в Нем, во Иисусе Христе.

Еф.2:7. Да явит в вецех грядущих презельное богатство благодати Своея благостынею на нас о Христе Иисусе.

Веками грядущими называет будущий век, имеющий быть по общем воскресении и последнем определении Божии о едином коемуждо из человеков. Тогда откроется преизобильное богатство Божественной Его благодати. Ибо в сем временном веке одни верные и сии «зерцалом в гадании видя верою благая, яже уготова Бог любящым Его» (1Кор.13:12, 2:9), удостоверяются в том, что преизобильный дар дан людям Иисус Христом от Бога сподобившего нас оживотвориться со Христом, с Ним совоскреснуть, и совоссесть на небесных: в будущем же веке, когда «праведницы просветятся яко солнце» (Мф.13:43), и царствовать будут со Иисусом Христом, тогда не только верным, но и неверным видимо будет преизобильное богатство благодати Божией, тогда и верные и неверные, увидевши славу праведных, познают ясно величие дара, данного от Бога уверовавшим во Христа. И сие то есть, что говорит Богодухновенный Апостол: сооживи нас Бог, совоскреси, и спосади на небесных, да по естественной Своей благости, окажет в будущем веке нам, во Христа уверовавшим, безмерное богатство благодати Его. То же самое изъявил он и в начале сего послания, сказал: «прежде нарек нас во усыновление Иисус Христом в него, по благоволению хотения Своего, в похвалу славы благодати Своея, еюже облагодати нас о возлюбленнем» (Еф.1:5-6).

Еф.2:8-9. Благодатию бо есте спасени чрез веру: и сие не от вас, Божий дар: не от дел, да никтоже похвалится.

Благодать и вера суть два орудия спасения. «Благодатию есте спасени чрез веру», то есть, верою и благодатию получаем мы вечное спасение. «И сие не от вас». А что не от вас, значит не от дел ваших, то показал Апостол, сказав, «не от дел»: речение же, «и сие», относится и ко «спасени», таким образом: и сие, то есть, и сие спасение ваше дар есть Божий и не мзда дел: относится также и к тому, «благодатию чрез веру». Ибо ни благодать не дается за дела, ни вера не происходит от дел. Благодать не дается за дела, потому что, ежели бы давалась она за дела, то не была бы благодать, но мзда. «Аще ли от дел, ктому несть благодать» (Рим.11:6). Вера не происходит от дел, потому что никто не может уверовать, ежели не просветит и не наставит его Бог. «Никтоже», рек Господь, «может «приити ко Мне, аще не Отец пославый Мя привлечет его» (Ин.6:44). Ни вера, ни благодать, ни спасение не даются за дела, потому что ежели бы мы получали оные за дела наши, то бы имели причину тем хвалиться: и отнюдь не мысля, что хотя велики и дивны дела наши, но не суть достойны Царствия Божия, хвалились бы яко приявшие Божии благодеяния в награду за добрые дела наши (Рим.5:18), а не яко то дар есть, происходящий от Божией милости и Божиего человеколюбия. А что таковое мудрствование есть неправедно и безрассудно, тому учат последующие Апостольские слова:

Еф.2:10. Того бо есмы творение, создани в Христе Иисусе на дела благая, яже прежде уготова Бог, да в них ходим.

Но и хотя бы яко воздаяние за дела наши давалось нам спасение, то и тогда бы не было места хвалению нашему. Почему же? «Того бо», говорит, «есмы творение». Сильно сие слово. Ежели бы сосуд имел голос, и хвалился бы красотою своею, таковое хваление было ли бы справедливо? Никак. Хвалиться приличествует не сосуду, но художнику, который с художественным искусством сделал оный. поелику убо мы есмы творение Божие, то безрассудно хвалиться нам добрыми своими делами. Хваление, слава и честь подобает не нам, но Богу Творцу нашему, Который создал нас довольными и способными к соделованию добродетели. «Создани в Христе Иисусе на дела благая». Вот и другая причина, которая усиливает первую. Сие, «создани в Христе Иисусе», означает воссоздание наше вочеловечением Единородного Сына Божия. поелику убо не токмо в начале создал нас Бог способными к добродетели, но и изнемогших грехом воссоздал благодатию святого Крещения, и укрепил даром Всесвятого Духа к деланию благих дел, то Ему, а не нам подобает за добродетель хвала. «Яже прежде уготова Бог, да в них ходим». Вот и третья причина. поелику Бог и пророческою проповедью и Евангельским учением научил и показал, какие суть добрые дела, и многими святыми примерами предуготовил путь добродетели, посему Ему, а не нам подобает за добрые дела слава, честь и песнословие.

Беседа о том, что делание добродетелей есть необходимый долг (с молитвой в конце)

Виждь Богодухновенную премудрость Богоносного Павла. поелику сказал, что верою и благодатию спасены мы: «благодатию бо есте спасени чрез веру» (Еф.2:8): то, дабы кто погрешительно не подумал, что сими токмо можем мы спастись, хотя бы и не творили добродетели, научил, что для того мы и созданы, и воссозданы, да делаем добрые дела. «Того бо есмы творение», рек, «создани в Христе Иисусе на дела благая» (Еф.2:10). А сими словами показал, что делание добродетелей есть необходимый долг. Послушайте, сколь безсомнительны и истинны суть сии Апостольские слова.

Всякой твари определил Бог свое дело, насадив в естестве каждой силы оные, кои нужны к исполнению того. Земле определил Бог, да произращает «былие травное и древо плодовитое творящее плод» (Быт.1:11): светилам, то есть, солнцу, луне и звездам, да посылают свет «на землю: всем животным, да растут и множатся и пребывают под властию человека» (Быт.1:16-17, 26): воде, да напояет «все лице земли» (Быт.2:6): воздуху, да подает дыхание. Какое же дело определил Бог человеку, которого сотворил по образу Своему и поставил обладателем всей видимой твари? Не иное, как разве делание добродетели, дав ему и силы к соделованию оной нужные. Сему научает нас Божественное Писание, сему самому научают нас и видимые вещи. «И взя», говорит Священное Писание, «Господь Бог человека, егоже созда, и введе его в рай сладости, делати его и хранити» (Быт.2:15). Ежели сии слова понимать только буквально, то многие встретятся затруднения. Ибо рай сладости, будучи тогда неизменяем, никакой не имел надобности в делании со стороны человека, и ниже в хранении, поелику тогда не было ни татей, ни наветников, ни губителей. Разрешаются же сии затруднения, ежели понимать иносказательно так, что делание и хранение рая сладости означает хранение и делание Божия заповеди, то есть, добродетели. Обозревая все, видим, что из всех земных тварей один человек имеет силы к деланию добродетели, и когда хочет, делает добродетельные дела. Какая другая земная тварь поклоняется Богу, или хранит правду, или показывает произвольное воздержание, или самопроизвольно владычествует своими страстями, или делает другую какую добродетель?

Всякой твари определил Бог свое дело, и всякая тварь от сложения мира до сего дня со всяким тщанием исполняет дело свое. Почему святой Пророк, славословя Творца всяческих, воспевал: «хвалите Господа от земли: змиеве, и вся бездны: огнь, град, снег, голот, дух бурен, творящая слово Его» (Пс. 148:7-8). Один человек в начале еще тотчас по создании своем оставил дело свое, послушав совета диавола, и возмечтав быть Богом. От сего впал он в бедственную и неизмеримую пропасть. Грех одеял его в кожаные ризы, то есть, в грубейшую и смертную плоть: помрачил ум его, и уклонил сердце его во все душепагубные страсти. Почему и сказано о нем: «прилежит помышление человеку прилежно на злая от юности его» (Быт.8:21). Грех соделал его рабом диавола: откуда «князем мира сего» диавол назван (Ин.12:31): сделал его всего плотяным, почему и отступил дух Божий от него. «И рече Господь Бог: не имать дух Мой пребывати в человецех сих во век, зане суть плоть» (Быт.6:3). Одним словом, грех изменил и самые свойства естества его: «человек в чести сый не разуме, приложися скотом несмысленным, и уподобися им» (Пс.48:21). Ни закон, ни Пророки, ни все Праведные, ни Ангелы не могли восставить его от толико жалостного падения. Сие совершило единое бесконечное благоутробие Божие. Един Единородный Сын и Слово Божие от недр Отчих во утробу Девы Матери сошедши и воплотившись, и вторым человеком быв, возобновил, воссоздал, и восставил падшее естество человеческое. Он воскресением Своим из мертвых совоскресил и нас: Он небесным Своим учением наставил ум человеков к служению единосущному и триипостасному Божеству, и обратил сердце их к желанию творить дела Божественные. Он всемогуществом Своим дал человекам власть над силою диаволею, рекши: «се даю вам власть наступати на змию и на скорпию, и на всю силу вражию: и ничесоже вас вредит» (Лк.10:19). А Божественным Своим дуновением возобновил и воссоздал всего человека, дав ему Духа Божия, Коего он лишился грехом. «И сие рек дуну, и глагола им: приимите Дух Свят» (Ин.20:22). Ежели снесешь слово оное, которое произрек Бог, создав человека, то есть сие: «и взя Господь Бог человека, егоже созда, и введе его в рай сладости, делати его и хранити» (Быт.2:15), со словом, которое произрек Богоглаголивый Павел, по Христовом нас воссоздании, то есть, с сим, «создани в Христе Иисусе на дела благая» (Еф.2:10): то увидишь, что одна и та же цель и создания, и воссоздания нашего, увидишь, что для одного и того же конца и созданы мы от Бога, и воссозданы Единородным Его Сыном, то есть, для делания благих дел.

Поелику убо Бог и создал, и воссоздал нас для одного и того же конца, то есть для делания добродетели, то кто не видит, сколь великий имеем мы долг творить оную? неведение законов Божиих и бессилие естества к исполнению оных суть два извинения, уменьшающие тяжесть долга оного: «не ведевый же, сотворив же достойная ранам, биен будет мало» (Лк.12:48). Неведение уменьшает наказание, потому что уменьшает долг. Извинение же бессилием не отринул Бог как суетное. Он повелевает Моисею, да пришед во Египет избавит народ Израильский от работы Фараоновы: Моисей же предлагает бессилие свое. «И рече Моисей к Богу: кто есмь аз, яко да пойду к Фараону царю Египетскому, и яко да изведу сыны Израилевы от земли Египетския?» (Исх.3:11) «Худогласен и косноязычен аз есмь» (Исх.4:10). И не отринул Бог сие извинение его бессилием, но обещал ему Божественную Свою помощь: «яко буду с тобою», рек (Исх.3:12). Обещал ему и уста, и язык, и слово. «Аз», рек, «отверзу уста твоя, и устрою тебе, еже имаши глаголати» (Исх.4:12). Почему ежели бы мы не имели ни познания Божиих законов, ни естественных сил к добродетели, ни помощи Божия благодати, тогда бы и долг к исполнению добрых дел был меньший, и извинение было бы благословное, и наказание за преступление законов меньшее.

Но мы, Христиане, имеем и знание Божиего законоположения, и естественные побуждения к добру, и помощь благодати Божией. Сие показывают слова оные Боговдохновенного Павла: «создани в Христе Иисусе на дела благая, яже прежде уготова Бог, да в них ходим» (Еф.2:10). Предуготовал Евангельскою проповедью, даровал нам естественные побуждения к добру, предуготовал содействием благодати Своей. Кто не знает Божиих законов? Кто не различает добра от зла? Кто не ведает добродетели и греха? кто не видит, что имеем мы побуждение к любви, да любим Бога и ближнего, расположение к правде, да не обидим ни самих себя, ни других, к целомудрию, да будем целомудры, к послушанию, да не мним себя высшими быть других, к милосердию, да милуем нищих? Кто не чувствует, что имеет в себе наклонность к соделованию добродетели? или кто слыша Бога, глаголющего к Апостолу Своему: «довлеет ти благодать Моя: сила бо моя в немощи совершается» (2Кор.12:9): И самого Спасителя мира обещавающего: «и се, Аз с вами есмь во вся дни до скончания века» (Мф.28:20): кто, говорю, слыша сие, не поверит, что тот, который преклоняется к деланию добродетели, имеет всемогущую благодать, подкрепляющую слабость естества? поелику убо неведения нет, побуждение же от природы есть, и благодать содействует, то долг наш более увеличивается. Чем убо извиняться мы можем в том, что преступаем повеления Божии?

Когда же помыслим о великости сей обязанности нашей, тогда исчезнет сомнение, заключающееся в сих словах Господних. Господь рек: «Тако и вы, егда сотворите вся повеленная вам, глаголите, яко раби неключими есмы» (Лк.17:10). Почему же исполнивши все повеления Божии, рабы мы неключимы? Потому что, говорит, исполнили весь долг наш, сотворили все то, чего долг от нас требовал. «Яко, еже должни бехом сотворити, сотворихом». Но раб, когда творит все повеленное ему, тогда он не есть неключим, но благопотребен и верен, и многих похвал достоин. Почему убо мы и исполнивши все повеления Божии, то есть, и исполнивши весь долг наш, рабы есмы неключимы? Не рек ли тойже Господь: «вы друзи Мои есте, аще творите, елика Аз заповедаю вам?» (Ин.15:14) Како убо Он же глаголет, что когда сотворим вся повеленная нам, тогда раби есмы неключимы? Други и рабы неключимые суть две вещи противоположные. Други поистине, и други Божии возлюбленные суть творящие волю Его. «Вы друзи Мои есте, аще творите, елика Аз заповедаю вам». Они же суть и рабы неключимые. Другами они познаются, ежели смотреть на благость сердца их и на безмерное человеколюбие Божие: а рабами неключимыми, ежели принять в рассуждение высоту и глубину, и величество обязанности их к Богу.

Вот и способы, коликие Бог употребил, да наставит нас к исполнению сего неотрицаемого долга. Сошел Он на Синайскую гору, и дал там в письменах Божественные Свои заповеди, обещав хранящим оные награды великие, а отвергающим казни великие. Потом «многочастне и многообразне глагола усты святых Пророков» (Евр.1:1). научив нас убегать греха и творить добродетель. «Егда же прииде кончина лета, посла Бог Сына Своего» (Гал.4:4), Начальника веры и совершителя (Евр.12:2), учителя, образ и начертание всякой добродетели и совершенства. Сей же Сын Божий, по вознесении Своем на небеса, послал Божественных Апостолов проповедывать всюду Евангельское слово, поспешествуя им и утверждая проповедь их «последствующими знаменми» (Мк.16:20).

Сверх всего того заметь совершенное всех тварей послушание законам Божиим. Оное их послушание дал Бог всем людям в пример деятельный, живый и видимый от начала мира до днесь. Они от начала доныне непрестанно со всею точностию исполняют вложенный в них закон, творя дело то, для которого и созданы. Ежели же когда отступали на время от сущего в них закона, то сие не было преслушание, но послушание повелению Божию. Престали солнце и луна от дела естественного своего движения: но сие они сделали потому, что Бог устами Иисуса Навина рек к ним: «да станет солнце прямо Гаваону, и луна прямо дебри Елон» (Нав.10:12). Одождили облака не воду, а огнь и жупел: но сие они сделали потому, что Бог так восхотел. «И Господь одожди на Содом и Гоморр жупел, и огнь от Господа с небесе» (Быт.19:24). Расступилось Чермное море, и стала вода оного яко стена одесную и ошуюю: но сие было потому, что по повелению Божию, «Простре Моисей руку свою на море: и разступися вода. И вода им стена бысть одесную, и стена ошуюю» (Исх.14:21-22). Жег огонь купину, и не попалял оную: жег огонь и орошал, жег бывших при пещи Вавилонской, и орошал бывших в оной трех отроков. Но сия и елика таковая слышите не суть не покорение тварей, но послушание совершенное Божию мановению и хотению. Один человек, который одолжается Богу послушанием более нежели все другие твари, без Божией заповеди, или паче, против заповеди Божией, не только престает от дела своего, но и производит дела, противные назначенному для него делу, то есть, вместо добродетели делает всякой грех.

Но сие, скажешь ты, бывает потому, что другие твари находящимися в них силами принуждаются делать определенное им дело: человек же, поелику сотворен самовластным, то ничем не будучи принуждаем, преклоняется куда хочет. Однако виждь, что Бог не только самовластие дал человеку, но приложил к тому и соединил с тем еще разумную и рассудительную силу. Конечно сотворил Бог человека самовластным, но сотворил его и разумным и рассудительным. Имеешь ты самовластие, но имеешь и разум, и рассудок. Рассудком рассуждаешь, что есть добро и что зло, и узнаешь, что добро есть полезно и славно, а зло вредно и бесчестно: разум же убеждает тебя и некоторым образом принуждает, убегать греха и творить добродетель. Конечно прочие твари не имеют самовластия, но и не имеют ни рассудка, ни разума, руководствующих их к исполнению свойственного им дела. Ты же имеешь самовластие, но имеешь и два неугасаемые светильника, разум и рассудок, двух сих неусыпающих путеводителей, которые просвещают и путеводствуют тебя к избранию добрых дел. Имеешь при том и учителя искуснейшего, совесть твою, которая, когда ты делаешь добрые дела, наполняет сердце твое тишиною, ум твой миром, душу твою веселием: а когда учинишь грех, то обличает и мучит тебя, наполняя сердце твое смущением, душу твою страхом, и лице твое стыдом.

Господи Боже мой, Ты создал меня, и даровал мне жизнь, дыхание и душу «на дела благая»: Ты грехом сокрушенного меня восставил животворящею Кровию Единородного Твоего Сына, да творю волю Твою: дал закон, послал Пророков, проповедал Евангелие, даровал Апостолов, поставил учителей, да делаю я дела добродетели. Господи Боже мой, отверзаю я очи мои телесные и вижу, что все твари со всяким тщанием повинуются законам, Тобою в них вложенным. Отверзаю очи мои душевные и вижу, что даровал Ты мне силы, нужные к совершению всякой добродетели. Рассудок, разум, совесть убеждают меня творить всесвятую волю Твою. Струи Божественного слова Твоего и святой Твоей благодати напояют меня, «яко древо насажденное при исходищах вод» (Пс.1:3). Но я, всеокаянный, не приношу животворного плода добродетели, а произращаю смертоносные терния греха. Увы мне, чего я должен ожидать?

Чего должны мы ожидать, презирая закон, Пророков, Евангелие, Апостолов, учителей, и самое телесное и душевное чувство? чего должны ожидать, погасивши свет рассудка, расстроивши силу разума и сделавшись нечувствительными к обличениям совести? Возлюбленная моя братия, определение произнесено: «всяко убо древо, еже не творит плода добра, посекаемо бывает, и во огнь вметаемо» (Мф.3:10).

Господи милости, умилосердись! Ты все можешь, ничтоже Тебе невозможно есть, и от Тебя происходит все: даждь покаяние, даждь обращение, даждь умиление, даждь слезы, даждь плодоношение добрых дел, избави создание Твое от ужасного посечения и огня вечного. Аминь.

The post Никифор (Феотокис). (ч.5 читаемых о 17-й недели по Пятидесятнице по 23 неделю) appeared first on НИ-КА.

ПЕРЕЙТИ на главную страницу творения

Толкование Воскресных Евангелий и Воскресных Апостолов с нравоучительными беседами

32. В неделю 24-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.8:41-56)
*** Беседа о том, что пред Богом все есть маловажно, хотя бы мы всею душею Ему жертвовали, и о том, как мы можем жертвовать Ему.
32.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Ефесеям, читаемый в двадцать четвертую неделю (Еф.2:14- 22)
*** Беседа о том, что Христос есть мир наш, и что Он есть податель истинного мира, и что обещает и мир мир, но иный есть мир мирской, и иный Божий.

33. В неделю 25-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.10:25-37)
*** Беседа о Божием милосердии к человекам и о злоупотребляющих оное.
33.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Ефесеям, читаемый в двадцать пятую неделю (Еф.4:1-6)
*** Беседа о том, что согласие между людьми есть источник всякого благополучия, и доставляет вечное спасение.

34. В неделю 26-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.12:16-21)
*** Беседа о внезапной смерти, и о том, каким образом можем предостерегаться от нее.
34.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Ефесеям, читаемый в двадцать шестую неделю (Еф.5:9-19)
*** Беседа о пьянстве, и что оно есть грех весьма великий.

35. В неделю 27-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.13:10-17)
*** Беседа о лицемерии.
35.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Ефесеям, читаемый в двадцать седьмую неделю (Еф.6:10-17)
*** Беседа о бодрствовании и свойствах оного, и что бодрствующий для спасения своего облекается от Бога во всеоружие, Апостолом так называемое.

36. В неделю 28-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.14:16-24)
*** Беседа о извинениях во грехе.
36.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Колоссаям, читаемый в двадцать восьмую неделю (Кол.1:12-18)
*** Беседа о том, что Христианин чем внимательнее испытывает Слово Божие, тем богатейшую и спасительнейшую приобретает пользу душевную, и о благодеяниях Божиих к человеку.

32. В неделю 24-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.8:41-56)

Многие, или по простоте, или по лукавству, почитают за чудесное и то, что делом и истиною не есть чудо, но редкие и неудобопостигаемые естественные дела. Истинное чудо есть дело не естественное, но зависящее от могущества Божеского. Когда видим обыкновенное естественное движение или остановившееся, или медлительное, или скородвижущееся; когда видим естественные законы измененными и свойства сего несходными: бываемое тогда дело, бывает чудом подлинным и истинным. Ибо не есть естественное дело, но дело Всемогущей десницы, которая по воле и хотению вся соделовает. Следовательно, отличается и чудо от чуда. Иное есть малое, а иное великое, иное же вящее, а иное чрезмерное и удивления достойное. Чем паче движение естественное пременяется, колико вящше законы естественные побеждаются, когда бывает чудо: тем удивительнее бывает чудодеяние. Два чуда Господа нашего Иисуса Христа описывает ныне чтенное Евангелие: исцеление кровоточивой, и из мертвых воскресение дщери Иаировой. Оба суть великие; но второе первого гораздо более и удивительнее. Поколику же из рассмотрения и исследования обстоятельств объясняется и обнаруживается величество всякого чуда: благопристойно убо нынешнее толкование посвятить на рассматривание обстоятельств сих чудес.

Лк.8:41-42. «Во время оно, человек некий приступи ко Иисусу, емуже имя Иаир, и той князь сонмищу бе: и пад при ногу Иисусову, моляше Его внити в дом свой, яко дщи единородна бе ему, яко лет двоюнадесяте, и та умираше: егда же идяше, народи угнетаху Его.»

Князь сонмища и Архисинагог едино и то же означает, то есть, начальника и председателя Иудейского сонмища (Мк.5:22). Сего Архисинагога Иаира болела к смерти и испускала дыхание дщерь единородная, около двенадцати лет сущая. Посему он, пришед к Иисусу Христу и пад на колени, просил Его приити в дом свой и исцелить ее. Виждь же веру и упование и благоговение Иаира. Он веровал, что Иисус может исцелить дщерь его; уповал, что принято будет Иисусом прошение его; благоговея, пал на землю пред ногами Иисусовыми и со многою кротостию просил Его. Но Человеколюбец немедленно услышал прошение его, и согласился идти в дом его, да исцелит болящую его дщерь. Из сего научаемся, что три вещи требуются, чтобы прошение наше было услышано пред Богом: вера, то есть, упование и благоговение. На пути, по которому шел Иисус в дом Иаиров, стекшееся многое множество народа притесняло и угнетало Его.

Лк.8:43-44. «И жена сущи в точении крове от двоюнадесяте лету, яже врачем издавши все имение, и не возможе ни от единаго исцелети, и приступльши созади, коснуся края риз Его: и абие ста ток крове ея.»

Больная женщина была, как повествуют историки, Еллинка родом, от Кесарии Филипповы, Панеадою называемой, бывшая, именем Вероника. Сия, в воспоминание благодеяния Спасителя Христа, поставила медную статую при двери дома своего, и на сем месте произрастало зелие, всякую немощь врачующее, и существовала сия статуя даже до дней богоотступника Иулиана, сокрушившего оную6. Страдала жена сия болезнию кровотечения двенадцать лет, и издержала все имение свое на врачей. Не только же врачи ни мало не помогли ей, но и горшею соделали ее болезнь, как повествует Евангелист Марк, говоря: «и ни единыя пользы обретши, но паче в горшее пришедши» (Мк.5:26-27). Она услышала о Иисусе, как сей же пишет Евангелист, то есть, услышала о преславных Его чудодеяниях; почему пришла к Иисусу Христу, присоединившись к множеству народа, и став созади Его, прикоснулась края ризы Его. И немедленно в ту же самую минуту остановился ток, и иссох источник крове, и жена узнала и телесно почувствовала, что от болезни своей освободилась. Рассмотри же болезненные обстоятельства, да познаешь величество чудеси. Кровотечение есть болезнь сама по себе неудобоизлечимая. Долговременность, то есть, двенадцать лет, соделала течение крови сверхъестественное естественным оной течением в теле недужной. Немощь врачей во излечении, и горшее состояние болезни являли столько трудным врачевание, что до невозможного доходило. Ток крове стал и совершенно иссох в ту же самую минуту, в которую больная прикоснулась края ризы Спасителя Христа. Какая бы естественная сила иссушила в одну минуту и во мгновение ока остановила движения сея и ток, каковый был чрез двенадцать лет? Никакая естественная сила; Божественная же Спасителя сила сие только сотворила. Следовательно исцеление кровоточивой есть чудо великое и вышеестественное.

Лк.8:45. «И рече Иисус: кто есть коснувыйся Мне? Отметающимся же всем, рече Петр, и иже с ним: Наставниче! народи одержат Тя и гнетут, и глаголеши, кто есть коснувыйся Мне?»

Спрашивает вся Ведущий: кто есть тот, который прикоснулся Ему? и все обстоящие отрицаются, то есть, говорят, что никто к Тебе не прикасался. Никто, как видно, не видел прикоснувшуюся жену к краю риз Его. Петр же и те, которые с ним были, то есть, Апостолы, ответствовали Ему так: Наставниче! или не видишь, коликое есть множество людей, притесняющих и угнетающих Тебя, и почто спрашиваешь, кто есть прикоснувыйся Тебе? Но Иисус, да обнаружится вера жены и чудодейство Божественной Его силы, также да уверуют в Него чрез сие обстоящие, хотя сие и знал, однако говорил, что прикоснулся «некто» Мне.

Лк.8:46. «Иисус же рече: прикоснуся Мне некто, Аз бо чух силу изшедшую из Мене.»

Когда бальзамы, врачевства, масти, пластыри прикладывают к какому телу: тогда исходит из них сила, то есть, частицы вещественные, тончайшие, невидимые, и входят в тело, коего касаются, и своим действием исцеляют то. Край ризы Господа Иисуса не имел такой силы, ниже исходили из него таковые вещественные целительные частицы, ниже входили чрез прикосновение руки кровоточивой в немощные ее части. Убо слыша сие: «Аз бо чух силу изшедшую из Мене», не помысли, будто вещественная сила изошла от одежды Иисуса Христа, которая, прешед в кровоточивую, исцелила сию; но знай, что Иисус, яко Сердцеведец, и веру видя ее и прикосновение к ризе Его, всемогущею Своею силою исцелил сию.

Лк.8:47. «Видевши же жена, яко не утаися, трепещущи прииде, и падши пред Ним, за нюже вину прикоснуся Ему, поведа Ему пред всеми людьми, и яко исцеле абие.»

Кровоточивая жена по простоте равно и по невежеству думала, что она хотя и получила исцеление чрез прикосновение к краю риз Иисуса, но Иисус сего не знал, ниже чувствовал бывшее. Когда же услышала, что дело не могло остаться от Врача скрытым и утаенным от нее, и узнала, что Иисус есть всевидящий, убоялась тогда чтобы, чрез свое хотение скрыть, не раздражить Благодетеля. Почему «трепещущи прииде, и падши пред Ним», объявила Ему пред всем народом вину, то есть, что прикоснулась Ему для того, чтобы исцелиться, не обинуясь поведая Ему также и сие, то есть, что сие учинив, немедленно исцелилась от своей болезни. Что же на сие сказал Всемилостивый и Всемогущий?

Лк.8:48. «Он же рече ей: дерзай дщи, вера твоя спасе тя: иди в мире.»

Во-первых, прогоняет страх, и обнадеживает сию: «дерзай дщи»; потом, научая смиренномудрию, относит чудо к вере ее: «вера твоя спасе тя»; наконец желает ей Божия мира: «иди в мире». После же, уверяя и утверждая о исцелении от болезни ее, сказал, как свидетельствует священный Марк: «и буди цела от раны твоея» (Мк.5:34). Воистину же велика была вера сея. Будучи больною и немощною, пришла к Иисусу Христу, и втеснившись в толпу народа, угнетающего ее и оскорбляющего, ласкалась надеждою, что исцелеет от болезни своей, если только прикоснется к одеждам Его. «Глаголаше бо в себе», как свидетельствует Богоглаголивый Матфей: «аще токмо прикоснуся ризе Его, спасена буду» (Мф.9:21). Знать же надобно, что не токмо повелительным словом, и чрез прикосновение рук и чрез плюновение Иисуса Христа, были исцеляемы больные, но и благодатию сущею во одеяниях Его. То же самое видим мы бывшее и во святых: ибо и главотяжи и убрусцы от пота тела Апостола Павла освобождали больных от их болезней (Деян.19:12). От сего приняла православная Церковь почитание и благоговение не только к мощам, но и к одеждам святых мужей. Тогда же, то есть, когда сделалось сие с кровоточивою и когда предлагал Иисус сказанные слова, пришел некий от Архисинагога.

Лк.8:49-50. «Еще ему глаголющу, прииде некий от Архисинагога глаголя ему: яко умре дщи твоя, не движи Учителя. Иисус же слышав отвеща ему, глаголя: не бойся, токмо веруй, и спасена будет.»

Сии не веровали, что Иисус Христос есть Бог всемогущий, почему думали, что исцелять больных Он может, а воскрешать мертвых не может. Поколику убо болевшая девица умерла, приходит некто, — сродник, может быть, или друг или слуга дому Архисинагога, — и говорит ему: «дщи твоя умре»; не скучай убо Учителю, ниже вводи Его напрасно в дом твой. О сем же услышав Иисус, прежде нежели сказал что Архисинагог и стал Его просить, ответствовал ему, говоря: не бойся, ниже сомневайся, думая, что Я не могу воскрешать мертвых, но токмо веруй: и если будешь веровать, будет дщерь твоя спасенною, то есть, воскреснет из мертвых.

Лк.8:51. «Пришед же в дом, не остави ни единаго внити, токмо Петра, и Иоанна, и Иакова, и отца отроковицы, и матере.»

Множество народа, видя случившееся чудо с кровоточивою, либо благоговением, либо любопытством подстрекаемое, неукоснительно даже до дому Иаирова достиже, да видят и имеющее случиться с дщерию его. Из сего убо множества людей ни единому не позволил взойти Иисус в дом. О сем же самом говорит и священный Марк: «не остави по Себе ни единаго ити» (Мк.5:37), токмо единых трех Апостолов, последовавших за Ним и на гору Фаворскую, еще же отца и матерь умершей. Не позволил же народу взойти в дом, научая нас убегать тщеславия, а трех Апостолов и родителей отроковицы оставил внити, да будут свидетелями чуда. Ибо если бы один был в доме, те бы, которые не веровали, что Он может воскрешать из мертвых, сомневались, да и дерзнули бы, может быть, похулить чудо, не доверяя, что Он единым словом воскресил мертвую.

Лк.8:52-53. «Плакахуся же вси и рыдаху ея. Он же рече: не плачитеся, не умре бо, но спит. И ругахуся Ему, ведяще, яко умре.»

Евангелист Матфей говорит, что находились в доме Иаировом и сопцы, и многий народ, молвящий о смерти отроковицы. Из сего явствует, что тогда Иудеи не только созывали плакать над мертвыми, по древнему их обычаю, но и петь плачевные стихи (Ам.5:16). Все же вообще, какие только там ни были собраны, плакали и печалились7. Почему же Иисус Христос сказал им, что умершая не умерла, но спит? Или потому, что скоро как бы от сна возбудил оную, или того хотел, чтобы все исповедали, что она истинно умерла, и таким бы образом по воскресении ее не могли отвергнуть того, что она была мертвою и воскресла. Почему, чтобы отвратить всякое сомнение и имеющую быть клевету, также чтобы убедить их в том, что Он есть всемогущий, власть имеяй над жизнию и смертию, изволил быть осмеянным от них. Ибо они, слыша сие, что девица не умерла, но спит, смеялись Ему, так как безумному. Чрез смех же сей убеждены были признать, что та истинно и без всякого сомнения умерла.

Лк.8:54. «Он же изгнав вон всех, и ем за руку ея, возгласи, глаголя: отроковице, востани!»

Недостойны были зрения чудотворного поющие и плачущие и скорбящие: почему Иисус изгнал всех их вон из дому, кроме трех Апостолов и родителей умершей, прежде вшедших с Ним в дом. Свидетельствует о сем и Богодухновенный Марк, говоря, «яко вся вон изгнал из дома», — всех, то есть, какие только в нем ни находились. Оставив же родителей девицы и сущих с Ним трех Апостолов, вшел в тот покой, где лежало мертвое тело. «Он же изгнав вся, поят отца отроковицы и матерь, и иже беху с Ним, и вниде, идеже бе отроковица лежащи» (Мк.5:40). Поколику же отец умершей, когда приходил к Иисусу, просил Его, да пришед возложит руце для спасения ее и оживления: для того Иисус, взяв за руки ее, возгласил: «отроковице, востани!» Девице, воскресни из мертвых!

Лк.8:55-56. «И возвратися дух ея, и воскресе абие, и повеле дати ей ясти. И дивистася родителя ея. Он же повеле има никомуже поведати бывшее.»

О преславное чудо! Воскресение из мертвых есть из чудес чудо, — чудо, все превышающее чудеса! По отлучении души от тела, совершенно престает и крови и жизненного духа действие: все части и члены телесные во всех животных теряют естественные свои силы; другое вместо первого бывает все строение и расположение телесное: начинается разрушение, за которым следует тление. Созидается душа Создателем в человеке, по словам: «созидаяй дух человека в нем» (Зах.12:1), и разлучившаяся от тела, не может паки войти во оное: «яко дух пройде в нем, и не будет, и не познает ктому места своего» (Пс.42:16). Единая всемогущая Вышнего сила переменяет, по хотению, непременяемые естественные законы, данные оною естеству. Сия единая повелевает душе, да возвратится в мертвое тело, подаст кругообращательное движение омертвевшей крови и силу животворную охладевшему жизненному духу. Сия возвращает частям и членам телесным потерянные силы, воспящает разрушению, отдаляет тление и паки возобновляет все изменившееся мертвого тела сложение и строение. Сие убо все во мгновении ока сотворил всесильный Иисуса Христа глас: «отроковице, востани!» Возвратился уже не другой дух, но ее собственный дух в тело, и немедленно воскресла из мертвых. Но чтобы не почли за мечтание чудо, «повеле дати ей ясти». И удивились сея родители, видя преславное чудо: Иисус же запретил им никомуже поведати бывшего. Ты же, христианине, из сего научись делать добрые дела, но бегать суетного тщеславия.

Беседа о том, что пред Богом все есть маловажно, хотя бы мы всею душею Ему жертвовали, и о том, как мы можем жертвовать Ему

Вопрошение Господа нашего Иисуса Христа: «кто есть прикоснувыйся Мне?» заключает учение нужное для спасения нашего, хотя многие о сем нимало не рассуждают. Толикое множество людей обстоящих Его притесняли и угнетали, но ни о едином из них не сказал: «кто есть коснувыйся Мне?» Когда же кровоточивая жена коснулась края ризы Его, тогда же спросил: кто есть коснувыйся Мне? Толикое множество народа касалось и стесняло Его, но однако никакая сила не исходила от Него, никакой благодати не удостоивались приближавшиеся к Нему; когда же кровоточивая коснулась края ризы Его, — тогда же изошла сила от Него, тогда же коснувшаяся ризе Его получила дар исцеления. Что же сие означает? Сие не другое что значит, разве что ни единое из наших дел Богу приятным не бывает, и ни единое дело пользы нам не доставляет, если не жертвуем Богу мыслию, сердцем и душею нашею.

Телесно народ шествовал в след Иисуса Христа: кровоточивая же шествовала за Ним не только телесно, но и мысленно, ибо говорила сама в себе, то есть, размышляла: «аще токмо прикоснуся ризе Его, спасена буду» (Мф.9:21). Народ, идущий в след Иисуса, честь и почтение изъявлял телесно: кровоточивая, идущая за Ним, жертвовала Ему честию и почтением умственным и сердечным. Тот жертвовал токмо телом, а сия и телом и душею. Того для тех приношение было неприятным Иисусу, и бесплодным для них: сей же жертва приятная и плодотворная для нее. О тех ни единого слова не сказал Иисус, о сей же, яко прикоснулась Ему, и обнаружил ее веру: «вера твоя спасе тя» (Лк.8:48). Те не только ничего не получили, но и не позволено им было взойти в дом Иаиров, и зреть чудо Божие: сия получила мир Божий — «иди в мире»; и исцеление от болезни причинявшей ей раны: «и буди цела от раны твоея».

Сему учению научил Бог в Ветхом Законе, сие возвестили святые Пророки, сие подтвердил единородный Сын Божий. Сие учение есть основание Евангельских законов, утверждение веры, правило и изображение всякой добродетели и благотворения, хотя многие не внимают сему, ниже стараются о сем.

Нет сомнения, что Бог в Ветхом Законе заповедал людям приносить Ему на жертву волов, овнов, тельцов, также дары, фимиам, жито и прочие вещества; но нет и о том сомнения, что Он к сему же присовокупил и сие: «и всяк дар жертвы вашея солию да осолится: да не отставите соли завета Господня от жертв ваших, во всяком даре вашем да принесете Господу Богу вашему соль» (Лев.2:13). Что же другое значит соль, если не рассудок и размышление, то есть, возношение мысли к Богу, чего доказательством бывает вещественное жертвоприношение? Узаконил Бог, поистине, быть вещественным приношениям; но когда народ Израильский жертвовал Ему вещественными и наружными приношениями, сердцем же был отчужден от Него: явно тогда объявлял, что таковые приношения суть бесполезные и тщетные. «И рече Господь: приближаются Мне людие сии усты своими, и устнами своими почитают Мя, сердце же их далече отстоит от Мене: всуе же почитают Мя, учаще заповедем человеческим и учениям» (Ис.29:13). Узаконил Бог приношение жертв и даров, но явно научил, что «жертва Богу дух сокрушен», и что «сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит» (Пс.50:19), и когда Израильтяне приносили Ему множество жертв без сокрушения душевного и без уничижения и смирения сердечного, обличал их тогда же, говоря: «что Ми множество жертв ваших? Исполнен есмь всесожжений овних, и тука агнцов, и крове юнцев и козлов не хощу» (Ис.1:11). Узаконил Бог молитвы, посты, праздники и требовал сего от людей: но узаконил и требовал всего сего так, как наружных знаков душевного расположения, как видимых доказательств души, Ему посвященной, и когда не видел Господь чрез сии дела исполнения намерения Своего, показывал тогда отвращение Свое от них прежде, говоря вообще о всех сих: «кто бо изыска сия из рук ваших?» (Ис.1:12) Потом говорил о молитвах, бываемых в храме: «ходити по двору Моему не приложите» также о постах: «ниже аще слячеши яко серп выю твою, и вретище, и пепел постелеши, ниже тако наречете пост приятен» (Ис.58:5); и о праздниках: «новомесячий ваших, и суббот, и дне великаго не потерплю: поста, и праздности, и новомесячий ваших, и праздников ваших ненавидит душа Моя» (Ис.1:14).

Бог чрез Моисейский закон требовал помышления души и сердца нашего: «возлюбиши Господа Бога твоего от всего сердца твоего, и от всея души твоея, и от всея силы твоея» (Втор.6:5). Сей закон подтвердив единородный Сын Божий: «сия есть первая и большая заповедь» (Мф.22:38), объяснил, какое есть истинное поклонение и служение, и какое приятное приношение Богу.

Самаряныня, думая, что место усовершает и служит для поклонения Богу, говорила Иисусу Христу: «отцы наши в горе сей поклонишася, и вы глаголете, яко во Иерусалимех есть место, идеже кланятися подобает» (Ин.4:20); но Богочеловек, ответствуя оной, показал всему миру, какие суть истинные Божии поклонницы: «грядет час», сказал, «и ныне есть, егда истиннии поклонницы поклонятся Отцу духом и истиною: ибо Отец таковых ищет покланяющихся Ему» (Ин.4:23). Почему же так? Ибо «Дух есть Бог: и иже кланяется Ему, духом и истиною достоит кланятися» (Ин.4:54). Таким образом Сын Божий начертал правило истинного и праведного Богу поклонения и служения. И сие начертание есть правило истиннейшее купно и полезнейшее. Истиннейшее, ибо человек состоит не из тела токмо, но из души и тела, и обоих сих Создатель и Творец есть Бог; притом душа, так как невещественная, как дух, как бессмертная, есть многочестнейшая и ближайшая к Богу пред вещественным и плотяным и тленным телом: того для убо более требует служения душевного, нежели телесного. Правило полезнейшее, — ибо когда жертвуем душею нашею Богу, тогда она, при помощи Божественной благодати, направляет тело к совершению всякой добродетели и благотворения.

Но каким образом, скажешь, человек может жертвовать и мыслию, и сердцем, и душею Богу? Каким образом бывает поклонником Божиим духом и истиною? Пять книг, по числу пяти чувств, предал в руце наши Бог: книгу смерти, книгу живота, книгу суда, книгу мучения, книгу Божественной славы. Чтением и размышлением сих пяти книг работаем Богу духом и истиною. Которые прочитывают сие пятокнижие и часто размышляют о нем, таковые жертвуют и мыслию, и сердцем, и душею Богу и таковые суть истинные и блаженные поклонницы Бога живаго.

Разгибающий книгу смерти видит в оной откровенными глазами надпись, которая есть определение Божие: «яко земля еси, и в землю пойдеши» (Быт.3:19). В начале же оной видит и то, что грех причиною бывает смерти: «единем человеком грех в мир вниде, и грехом смерть» (Рим.5:12). Смерть же есть двоякая: смерть душевная, которая есть отлучение души от Бога; смерть телесная, которая есть отлучение души от тела. Потом находит изображенные обстоятельства смерти. Видит изгнание из рая славы Божией на землю подверженную проклятию, на которой суть терния и волчцы, то есть, досады и скорби, на которой поты и труды, где ризы кожаны, то есть, тело дебелое и тленное, превращающееся в землю, от которой взято (Быт.3:17-20). Потом встречается глазам его описание бранной смерти: и зрит в оном беднейшего и презренного человека, так как бывшего преславного царя, лежащего на одре, стонающего неописанно, боящегося чрезмерно, дрожащего, поверженного, разрушенного, помощи требующего, а никем не вспомоществуемого. Ибо ни богатство, ни чести, за которыми столько гонялся в временной своей жизни, ни врач, ни друг, ни сродник, ни брат, ни отец, ни мать и малой помощи в тот час подать не могут. Встречаются потом в листах сей книги последствия смерти; и читает следующие слова: имение, палаты, рабов, злато, сребро, драгоценные камни, все, что имеешь, оставишь здесь на земли, единую только погребальную ризу возьмешь с собою, и сию с тем, чтобы спустя мало сгнила и в землю обратилась. Раскрой гробы, — внушает тебе сия книга, — и воззри на благообразие лица, на цвет юности, на лепоту телесную воззри, и разбери, если можешь: кто есть богатый и кто убогий, кто начальник и кто подчиненный, кто есть царь и кто воин! Воззри на венчанные главы и десницы, державшие скиптры, и на порфироукрашенные тела; воззри и на телеса тех людей, которые носили убогие и многодранные одежды, — все суть одно и то же, то есть, червие, смрад, пепел, прах. Мысли таковые книги живейшими красками изображающие характеры суетного мира и изъявляющие, что все в мире не что другое есть, разве трава, тень, дым, сон, истребляют ненасытимое желание человеческих вещей и насаждают на сердце нашем душеспасительное желание небесных и нетленных благ.

Если же раскроешь книгу жизни, узришь в самом начале оные сии слова: «се прииду: в главизне книжне писано есть о Мне, еже сотворити волю твою, Боже мой, восхотех» (Пс.39:8-9). И сие научает тебя о воплощении Слова, Которое восхотело быть послушливым Отцу «даже до смерти, смерти же крестныя», да возведет человеческий род от смерти в живот (Флп.2:8). Узришь, говорю, Сына Божия, пришедшего в мир и воплотившегося, да смертные «живот имут, и лишше имут» (Ин.10:10). Узришь, что Бог ради любви к человеку восприял человеческое естество и с оным лично соединился, да соединит с Богом отверженного Богом человека. Узришь Жизноподателя твоего, страдавшего при Понтийском Пилате, беззаконными поносимого и хулимого, тернием по главе венчаемого и мучимого, тростию по главе биемого и оплеванного, крест понесшего и на кресте на Голгофе посреде двух разбойников висящего, желчию и оцтом напоенного, воскресшего и на небеса восшедшего, с небеси в виде огненных языков ниспославшего Утешителя Духа, и вселенную просветившего, да ты воскреснешь от смерти и насладишься потерянною жизнию. Если бы часто размышлял о сей книге, весьма бы воспалилось сердце твое любовию к Благодателю и Спасителю твоему Иисусу Христу.

Но когда же я рассматриваю книгу судную, вижу реку огненную, исходящую пред Богом, «и тысяща тысящ» Ангелов, служащих Ему, «и тьмы тем» людей «предстоящих Ему»; вижу тогда, «что судище седе и книги отверзошася» (Дан.7:10). На судище сидит Судия праведнейший, неумытный, нелицеприятный, Сам всемогущественный Творец неба и земли. В книгах вижу начертанные дела, слова и помышления мои. Вижу Судию, отлучающего праведных от грешников, так как пастырь отлучает овец от козлищ, и первых поставляющего одесную, других же ошуюю (Мф.25:32-33). Слышу благословенный глас, призывающий праведников: «приидите благословеннии Отца Моего», и отсылающего тех в наследие царствия, уготованного от сложения мира (Мф.25:34). Слышу проклинательный глас и отсылающий грешников: «отъидите от Мене проклятии!» отсылающий же их во огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом его (Мф.25:41). Чем более размышляю о сей книге, тем паче вкореняется в мысли моей воспоминание страшного суда, и страшного того часа, и грозного и неизменяемого определения. Воспоминание, которое охлаждает пламень плотских пожеланий, и воспаляет в душе моей ревность к небесному царствию.

Когда разверзаю книгу мучения, и в начале и на конце вижу изображенное; суть же изображены следующие слова: «и вписано бяше», говорит Пророк Божий, «в ней рыдание, и жалость, и горе» (Иез.2:10). Писание сие низводит мысль мою до ада. Тамо зрю «язык» злословцев, клеветников, клятвопреступников, сквернословцев, поносителей, хульников, опаляющийся от геенны (Иак.3:6). Тамо зрю ради страха отрекшихся от своей веры, и неверных, и ради плотских грехов низринутых, убийцев, блудников, волхвователей, идолослужителей, лжецов, «в езере горящем огнем и жупелом, еже есть смерть вторая» (Апок.21:8). Тамо поражает слух мой рыдание немилосердых, и унылый глас обидчиков, и горе угнетавших сироту и сирого, и вдовицу. Тамо есть рыдание, и жалость, и горе; тамо плач неутешимый, скрежет зубом лютый, тьма кромешная, огнь вечный, червь неусыпаемый, тартар мучительнейший; тамо совершенное отчаяние! Коликочастно со вниманием взираю в сию книгу, толикочастно толикий страх и трепет объемлет сердце мое, что будучи отвлеченною мысль моя от гнусных греховных мечтательностей, вся погружается во святых добродетельных размышлениях.

И тот купно блажен человек, который ежедневным занимается чтением и размышлением книги небесной славы, которая возводит ум его на небо, где видит и слышит то, чего язык человеческий изрещи не может. Возводит сия книга мысль его во святой град, небесный Иерусалим, и видит его таким образом, как описал оный во Апокалипсисе своем возлюбленный и Богомудрый ученик Иисуса Христа (Апок.21:10). Видит основания стены града, которые состоят из двенадцати драгоценных камений, и создание стены его иаспис (Апок.21:18-21). Видит дванадесять врат града, и сии суть дванадесять бисеров. Видит град, сооруженный весь от злата чиста, весь подобным стеклу чисту, и стогны града злато чисто, яко стекло пресветло. Тамо свет, но не каковый мирской, светящий и угасающий, но свет невечерний, свет тихий, свет навсегда душу веселящий: поколику тамо ни солнцем, ни луною, но славою Божиею освещается град, «и светильник его Агнец» (Апок.21:23), то есть, Спаситель мира Иисус. Тамо радость, но не как мирская, изменяющаяся скоро в печаль, но радость непременная, радость полная и некончаемая. Слава тамо, но не как дым и ветр славы временного мира, неприятной и опасностями исполненной, но слава истинная и немерцающая, слава сладостная и безмятежная и вечная, — слава, которая еще несовершенно полученная насыщает всяким удовольствием и радостию и блаженством видящих сию и вкусивших (Пс.16:15), — ибо та слава есть слава Божия (Апок.21:23). Видит тамо селения Господня возлюбленные и желаемые. На одном месте лик Пророков, блестящий светлостию души своей; на другом лик Апостолов, сияющий чистотою Евангельского благовестия. Тамо чины святых мучеников, испещренные кровию исповедания, украшенные венцами победы. Инде зрит Богоносных Иерархов и учителей, святых пустынников, всех святых, сияющих яко светильник (Мф.13:43). Инде начальные чины святых Ангелов, и слышит приятные и сладостнейшие их хвалы. Инде слышит их поющих и вопиющих, взывающих и глаголющих победную песнь: «Свят, свят, свят Господь Саваоф, исполнь вся земля славы Его» (Ис.6:3). Инде зрит и самый храм, который есть Триипостасный Бог, и воплощенное Слово. «Господь бо Бог Вседержитель храм Ему есть и Агнец» (Апок.21:22). Тамо зрит и Царицу Матерь Его, грешников заступление, стоящую одесную Сына ее, в ризе позлащенной, одеянной, преиспещренной браконеискусным девством и сиянием всяких добродетелей (Пс.44:10).

Сии суть, братие моя, восхождения мысли к Богу, посредством коих человек делается блаженным. «Блажен муж, емуже есть заступление его у тебе: восхождения в сердце своем положи» (Пс.83:6). Когда человек занимается чтением таковых книг, тогда и мысль его вся, и все сердце и душа его восхищаются; тогда взывает он так, как Давид, творивший таковые восхождения: «коль возлюбленна селения Твоя, Господи сил! желает и скончавается душа моя во дворы Господни: сердце мое и плоть моя возрадовастася о Бозе живе» (Пс.83:2). Тогда и он, как тот, решится всего себя посвятить Богу: «изволих приметатися в дому Бога моего паче, неже жити ми в селениих грешничих» (Пс.83:11).

Блажен убо человек, денно и нощно упражняющейся в чтении сих пяти книг. Сии полагают в сердце его Божественные восхождения, сии являют его поклоняющимся Богу духом и истиною: сии же, вероятно, суть те пять слов, которых прошедый небеса Павел предпочел тысяче других слов, и желал для наставления и пользы других быть глаголанным им в Церкви паче, нежели других тысячам. «Но в церкви», говорил, «хощу пять словес умом моим глаголати, да ины пользую, нежели тьмы словес языком» (1Кор.14:19). Вот убо, возлюбленная моя братия, то средство, как человек может, если хочет, на всяком месте, и во всяком состоянии и случае, жертвовать Богу и мыслию и душею и сердцем.

Есть же и другое средство, высокое и изрядное, посредством коего может, если хочет, человек жертвовать Богу всем самим собою. «Невидимая Его», говорит Богоглаголивый Павел, «от создания мира, твореньми помышляема, видима суть, и присносущная сила Его и божество, во еже быти им безответным» (Рим.1:20). От того времени говорит, от которого создан мир, кто размышляет о творениях Божиих, таковой усматривает мысленно и зрит невидимое всемогущество Его, и все прочие Божеские совершенства. Взираешь ли убо на землю, да возводит сие ум твой на высоту: всякое творение есть зерцало, в коем, если посмотришь, узришь Бога. Взираешь ли когда на небо, солнце, луну и звезды, не бывай бесчувствен, но размышляй о невидимом Божием, то есть, о всемогущей деснице, сотворившей сия. Когда вникаешь, что неизменны пребывают определения и те уставы, по которым движутся все небесные вещества, — не бывай ослеплен мыслию, но познавай невидимая Божия, как то, действие всегдашнего Его промышления, всегда содержащего и управляющего движения их по сим уставам. Видишь ты огнь: сей светит, согревает, в движении пребывает. Видишь воду: сия омывает, росит, очищает. Видишь землю: сия прозябает, плодотворит, питает. Касается чувств твоих невидимый воздух: сей подает дыхание, силу и жизнь. Не оставь сие без рассуждения, но утверди мысль твою на сем. Ибо видя, что несходные их свойства соединены суть и совокуплены для составления, умножения и сохранения всех находящихся на земли тел, усматриваешь в сем всемогущество Творца сих, и премудрость и промышление. То же самое усматриваешь в бесчисленных видах животных, в собственном каждого составе и в собственных каждого свойствах. Плоды земные, металлы, драгоценные камни вещают тебе о человеколюбии Божием: ибо для употребления человеческого и пользы произвел Бог сии. Изрядство и красота лица, и соразмерность возраста и частей и членов красивого человека, так как труба, возвещают о премудром началоздании и живописательном искусстве Создателя. Да и в самых художественных вещах, рукою человеческою творимых, открывается тебе раздаяние талантов Божиих. Ибо кто, кроме Бога, дал человеку разум, руки, искусство, благоразумие для сооружения всяких художеств? Бог является тебе и в самой нарицаемой нравственности. В добродетели усматривается благодать Божия, во грехе попущение Божие; в праведных любовь Божия, в грешных благоутробие Божие; в счастии милость Божия, в несчастии Божие правосудие. Куда бы ни обратился, горе ли или низу, наперед ли или назад, направо ли или налево, — лице является Божие. «Камо пойду», взывал Пророк, «от Духа Твоего? и от лица Твоего камо бежу? Аще взыду на небо, Ты тамо еси: аще сниду во ад, тамо еси. Аще возму криле мои рано, и вселюся в последних моря, и тамо бо рука Твоя наставит мя, и удержит мя десница Твоя» (Пс.138:7-10). И на другом еще месте благоговейно воспевал: «предзрех Господа предо мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся» (Пс.15:8). И так, если сие, на что бы ты ни взирал, представляет тебе Бога: когда взираешь на то только очами телесными, так как бессмысленные и неразумные животные, или никакой не получаешь пользы, или еще повреждаешься, а следовательно, по неключимости твоей, бываешь безответен пред Богом. Когда же, так как разумом одаренный человек, взираешь на всякую вещь и душевными твоими очами: тогда, видя везде Бога твоего, поклоняешься Ему духом и истиною; тогда вся мысль, и все сердце твое, и вся душа твоя прилепляется к Богу и, будучи соединен с Богом, воспеваешь всегда сладостнейшую сию песнь: «прильпе душа моя по Тебе, мене же прият десница Твоя» (Пс.62:9).

Но сие наставление, скажешь, относится к труженикам, к пустынникам, к тем, которые отлучились от мира. Ибо как могут в мире живущие люди всю мысль свою посвятить на размышление о Боге? Один, будучи министром при царском дворе, имеет мысль свою посвященною царским предложениям; другой, будучи воином, привержен есть к воинским ратоборствам; один посвящает мысль торговлям, другой рукоделиям: а таким образом и каждый, следовательно, мирской человек имеет мысль, прилепленную к своим предметам и к своей должности. Но скажите и вы мне: как сии, в мире сущие, люди всю свою мысль прилепляют ко вредному для души их, а не к своим обязанностям? Как один прилепляет мысль свою не к должности своей, но к сребролюбию и корыстолюбию? Как иной посвящает и мысль, и сердце не занимательности своей, но красотам любезной ему? Как и другой? Но какая нужда исчислять тех, которые жертвуют мыслию своею, и душею, и сердцем не обязанностям своим, но душевредным и душегубительным деяниям? Как, вы спрашиваете? Сие есть известно: посредством своего хотения. Кто бы был такой человек, который бы, если захотел, не мог, хотя на един час, ежедневно оставить суетные и временные занимательности, да размыслит о смерти, жизни, суде, муке, блаженстве? Ни труд, ни бдение, ни заботы не требуются для того, чтоб на какую бы вещь ни воззреть, помыслить тогда же о Создателе всего. Правда, в начале покажется сие трудным; но принудь самого себя, пока приобыкнешь: потом толикую сладость и удовольствие восчувствуешь, что будешь делать сие почти и не хотя. Принудь убо себя: «царствие небесное нудится, и нуждницы восхищают е» (Мф.11:12), — коего сподоби нас, Царю небесный! яко Твоя держава и Твое есть царство во веки веков. Аминь.

32.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Ефесеям, читаемый в двадцать четвертую неделю (Еф.2:14- 22)        

Два только были Богослужения в мире в то время, когда Единородный Сын и Слово Божие, быв человек, проповедывал Евангельскую истину. Отсюда на два народа разделялись все бывшие тогда на земли люди, на народ Иудейский и Идолопоклоннический, кои язычниками назывались. Иудеи веровали в истинного Бога, почему и народом Божиим назывались, и многие дары от Бога прияли. Исчислил дары сии Павел, говоря: «иже суть Израилите, ихже всыновление, и слава, и завети, и законоположение, и служение, и обетования» (Рим.9:4). Язычники же, боготворя твари, поклонялись идолам, и до толикой дошли слепоты и нечувствительности, что «приносили в жертву сыны своя и дщери своя бесовом» (Пс.105:37). Почему лишены были всякого Божественного дара, и от Бога весьма отделены. Сии два народа, по различию Богослужения, законов и нравов, и обычаев далеки были один от другого и друг другу сопротивлялись, лишались же они и вечного спасения. Ибо не могли спастись ни Иудеи, ежели бы не уверовали в ожидаемого ими Христа, ни язычники, ежели бы, оставивши свое заблуждение, не уверовали, что Христос есть истинный Бог. Сии два народа соединил и спас Иисус Христос. Ефесеи, к которым писал Божественный Павел, будучи идолопоклонники, уверовали во Иисуса Христа. Почему во-первых он писал, в каком состоянии они были, когда поклонялись идолам: «яко бесте», говорит, «во время оно без Христа, отчуждени жития Израилева, и чужди от завет обетования, упования не имуще, и безбожни в мире» (Еф.2:12). Потом сказал, какое приобретение получили от веры во Христа: «ныне же о Христе Иисусе, вы бывшии иногда далече, близ бысте Кровию Христовою» (Еф.2:13). К сему прилагает тотчас: «Той бо есть мир наш» (Еф.2:14), и прочее, что ныне читано, чем описывает способ соединения и спасения двух оных народов, говоря:

Еф.2:14. Братие, Христос есть мир наш, сотворивый обоя едино, и средостение ограды разоривый.

Обоя суть два народа, Иудейский и языческий. Мир же наш, то есть, нас, человеков, Иудеев разумеется и язычников, есть Христос, Поелику Он примирил сии два противоборющиеся народа, соединив их верою в Него, и один род Христианский из них соделав. Каким же образом устроил Он сие? « Средостение », говорит, « ограды разорив ». А дабы уразуметь сие оградное средостение, то представь себе всю вселенную как бы то был один дом, разделенный стеною некою на две части, и в одной части находятся Иудеи, а в другой язычники. Сие так представивши, увидишь, что посреди стоящая стена, разделяющая Иудейский род от языческого, есть средостение ограды. Поелику же Апостол в переносном смысле сказал так, средостение, то объясняет речение сие, говоря:

Еф.2:15. Вражду плотию Своею, закон заповедей ученми упразднив.

Средостение означает вражду между Иудеями и язычниками. Иудеи гнушались язычников как неверных и нечистых: язычники же отвращались Иудеев как суеверных и необщительных. Сию убо вражду разрушил Христос «Плотию Своею», то есть вочеловечением Своим. Каким же образом разрушил оную? «Закон», говорит, «заповедей ученми упразднив». Но Христос не пришел «разорити закон, или Пророки, но исполнити» (Мф.5:17). Какой убо есть закон сей, которой Христос упразднил? Заметь, что не сказал, упразднив закон, но «упразднив закон заповедей», законом же заповедей назвал плотское обрезание, жертвоприношения животных, законное священство, все сенные обряды, кои закон Моисеев заповедуя делался неудобоносимым, как то свидетельствует Богоблаженный Петр. Сие убо, что делает вражду между Иудеями и язычниками упразднил Христос, а не заповеди Божии, кои суть вечны. Упразднил же то ученми, разумеется ученми Евангельскими: плотское обрезание Божественным крещением, жертвоприношение животных бескровным священнодействием, образовательное священство священническою властию во благодати, и прознаменовательные обряды истинным служением духом. Слыши же и для какой цели благоволил Богочеловек разрушить сию вражду и соединить во един род два отделенные роды.

Еф.2:15–16. Да оба созиждет собою во единаго новаго человека, творя мир. И примирит обоих во едином теле Богови Крестом, убив вражду на нем.

Кто есть сей новый человек? Человеческое то естество есть Иисуса Христа от пречистых составившееся кровей Приснодевы Марии, как и Адамово естество от чистой персти земной. «Первый человек от земли перстен, вторый человек Господь с небесе» (1Кор.15:47). Как в первом человеке, Адаме, созерцался телесно весь род человеческий, так и в новом Адаме, Иисусе Христе, созерцаются все люди духовно: и как первый зовется ветхим, потому что в начале мира сотворен, тлеющим, потому что растлился грехом, растлевает же и по образу его живущих: так и второй новым зовется, Поелику Он родился, «егда прииде кончина лета» (Гал.4:4): по Богу же созданным, Поелику весь есть Божественный и небесный, каковыми творит и жительствующих по образу Его. Соединил Христос духовно в самом человеческом естестве Своем « два », то есть Иудейский и Языческий народ, едино тело составив, т. е. Церковь. Почему Богоглаголивый Павел говорил: «несть Иудей, ни Еллин: несть раб, ни свободь: несть мужеский пол ни женский: вси бо вы едино есте о Христе Иисусе» (Гал.3:28). «Вы же есте тело Христово и уди от части» (1Кор.12:27). Разорил же, говорит, вражду Христос между сими двумя противоборющимися народами, и примирил их, «да оба созиждет Собою», то есть, да восприятою плотию Своею воссозиждет сии два народа, и соделает их единым новым человеком, всем Божественным и небесным: «и да во едином теле Крестом», то есть, да единым телом Своим на кресте повешенным примирит и содружит их с Богом, «убив вражду на нем», то есть, разрушив жертвоприношением на кресте Пречистого Тела Своего оную, от греха происшедшую вражду между Богом и человеки.

Еф.2:17–18. И пришед благовести мир вам, далним и ближним: зане тем имамы приведение обои во едином Дусе ко Отцу.

Далече были от спасения язычники неверием, близ же Иудеи Боговедением: и не другой кто, ни человек, ни Ангел, но Сам Сын Божий пришел в мир, и ученми Своими упразднил вражду между обоими сими народами, крестною же Своею смертию убив вражду между Богом и человеки, проповедывал как до страдания, так и по воскресении Своем и дальним от Себя язычникам, и ближним к Себе Иудеем Евангелие мира. Проповедывал оное Богочеловек, так что тем « обои », Иудеи то есть и Еллины, «во едином Дусе» имамы приведение ко Отцу, то есть, единой и той же благодати Всесвятого Духа сподобившись, приводимся к Богу Отцу: Тем единым Иисусом Христом приводимся Богу и Отцу Его, как то сам Он уверил, сказав: «никто же приидет ко Отцу, токмо Мною» (Ин.14:6). Сие же сказав, Духовитийственный Апостол выводит справедливейшее из того заключение, говоря:

Еф.2:19–20. Темже убо ктому несте странни и пришелцы, но сожителе святым и приснии Богу, наздани бывше на основании Апостол и Пророк, сущу краеуголну Самому Иисусу Христу.

Отчуждены были от Бога все язычники и пришельцы по учениям ложного их Богослужения, яко не постоянствующие и повседневно новых Богов вымышляющие. Когда же уверовали во Иисуса Христа, тогда стали быть сограждане «сожителе святым и приснии Богу». Но какого града и каких святых сограждане? (Евр.13:14) Нимало не погрешишь, ежели под именем града будешь разуметь град будущий взыскуемый, то есть, горний Иерусалим, а под именем святых до закона и в законе бывших Патриархов, и по явлении благодати Евангельской Апостолов и прочих святых. Но Апостольское слово относится наипаче ко граду Божию тому, который веселят речная устремления, то есть, к церкви Христовой, где святые суть все во Христа верующие, яко освященные верою и Божественным крещением, и творением Богоугодных дел. Посему Апостол положил прежде Пророков, предвозвестивших о Иисусе Христе? Потому что чрез Апостолов научились народы вере во Христа, и притом имели Апостолы и благодать Божию большую, нежели Пророки по оному, «и се боле Ионы зде» (Мф.12:41). Почему так же назвал Христа инде основанием, инде главою, а здесь краеугольным? Потому что Христос есть поистине и основание истинной веры, и глава тела церкви (1Кор.3:11). Здесь же краеугольным Его назвал, потому что выше сказал, что Он соединил два народа и сотворил их едино. Ибо краеугольный камень, будучи положен на углу дома, совокупляет воедино две стены дома. Слыши убо изложение все предлежащих Апостольских слов, кои писаны были ко Ефесеям, но относятся ко всем уверовавшим от язык. И так, говорит, О Ефесеи, Поелику уверовали вы во Христа, то уже не чуждыми Богу находитесь, и не блуждающими в идольским непостоянстве, но взошедши в дом Божий, соделались причастниками жительства и даров верных, и истинными другами Божиими. Имеете ныне жилище твердое, церковь Христову, утвержденную на основании веры, возвещенной Апостолами, предвозвещенной же Пророками, жилище, имеющее камнем краеугольным Христа, Который соединил два народа воедино: Он есть краеугольный камень:

Еф.2:21–22. О Немже всяко создание составляемо растет в церковь святую о Господе: О Немже и вы созидаетеся в жилище Божие Духом.

На сем, говорит он, краеугольном камени Иисусе Христе, «всяко создание», то есть, все верные, составляемые, то есть, связуемые достодолжно как составы и члены того же тела, растут и преуспевают «о Господе», то есть благодатию Господа, и соделываются храмом святым и достойным жительства Божия. В сем же Христе и вы, о Ефесеи, связуетесь верою в Него и добрыми делами, да соделаетесь духовным жилищем Божиим. Заметь здесь, что возрастают и бывают храмом Божиим те, кои соединяются со Иисусом Христом: а соединяются со Христом те, кои веруя в Него, соделываются чрез благие деяния Божиими жилищами.

Беседа о том, что Христос есть мир наш, и что Он есть податель истинного мира, и что обещает и мир мир, но иный есть мир мирской, и иный Божий

Где страсти, оттуда бежит блаженный мир, поселяется же он там, где бесстрастие. Объятые страстьми люди никогда не имеют мира, потому что непрестанно колеблются и волнуются бурею страстей своих. Един наибесстрастнейший и Всесвятейший Бог имеет пресовершенный мир, Он есть самый мир, потому что Он есть самое бесстрастие. Он « Князь мира » (Ис.9:6), как сказал Исаия, то есть начало, корень и источник мира. А Поелику « мира Его несть предела » (Ис.9:7), но есть Он неограничен и беспределен, то мир Его изливается и распростирается и на род человеческий. Единородный Сын Его, пришедши в мир, излил мир, умиротворив принесением себя в жертву на кресте дальних и ближних, два то есть противоборствующие народа, Языческий и Иудейский, и примирив, и содружив с Богом весь род человеческий. Сие же, то есть, что Христос есть мир наш, весьма ясно доказал премудрый Павел в ныне чтенном послании своем, поставив то как бы предложением слова своего (Еф.2:14). Поистине Христос есть мир наш: ибо Он есть податель истинного мира, Он един и дал, и еще изливает в сердца наши великий дар истинного мира. Обещает и мiр мир, но иный есть мир мiрский, и иный мир Божий. Явственно научил сему Богочеловек, когда дал мир Свой ученикам Своим. Ибо Он тогда рек к ним: « не якоже мiр дает, Аз даю вам » (Ин.14:27). Мир мiра не есть мир, но мятеж и смущение: не есть мир, но вред и пагуба. Послушайте, с коликою точностию доказал сие всепреблагой Бог.

Нищета, говорит мiр, имеет тесноты, имеет нужды, имеет скорби: а сие смущает сердце и похищает спокойствие у человека: если же ты будешь богат, тогда делать будешь что хочешь и что пожелаешь, от чего мирно будет сердце твое, и душа твоя покойна. Сие наставление мiра сладостно, почему мы, слыша сие, уверяемся, что в богатстве обретаем искомый мир и покой. Но всещедрый Бог, чтобы показать сколь обманчиво таковое учение мiра, представил нам в Евангелии Своем состояние одного человека богатого.

« Человеку некоему », сказал Он, « богату угобзися нива » (Лк.12:16). Оный человек был богат, а когда произрастила плоды земля его, сделался богатее. Что же доставило ему многое богатство; принесло ли ему тишину? Нет, оно произвело в нем многие размышления, « и мысляше », говорит, « в себе » (Лк.12:17). Принесло ли успокоение? Нет, принесло недоумение великое. « Что сотворю », говорил он, « яко не имам где собрати плодов моих? » Что мне делать, говорит он, так как и нищий. Стесняется, и не имею, говорит, так как и бедный. Он недоумевает от достатка, как нищий от недостатка: недоумевает по причине приумножения богатства, как нищий по причине приумножения нищеты. Нашел он однако разрешение сего недоумения своего: « се сотворю », сказал, « разорю житницы моя, и большия созижду: и соберу ту вся жита моя, и благая моя » (Лк.12:18). Но разорение и построение житниц, собрание и положение в оные жита и других благ, не есть покой, но забота, не есть тишина сердца, но смущение. Напоследок всего находит он успокоение и мир. Где же? не в вещах, но в мечтании своем: находит спокойствие, не в настоящем времени, которое во власти его, но в будущем, неизвестном и совсем во власти его не состоящем. « И реку », говорит, « души моей: душе, имаши многа блага лежаща на лета многа: почивай, яждь, пий, веселися » (Лк.12:19). Но когда будет успокоение сие и веселие? Тогда, когда разорит житницы и созиждет большие; тогда, когда соберет там вся жита и блага своя. Пришло ли же когда оное время, которого он ожидал? « Безумне », рек к нему Господь, « в сию нощь душу твою истяжут от Тебе: а яже уготовал еси, кому будут? » (Лк.12:20) Нечастный оный никогда не наслаждался спокойствием и миром, ожиданным от богатства, но проведши всю жизнь свою в заботах, трудах, в смущениях и смятениях скончался внезапною смертию. Так бывает, произрек Господь, с тем, кто ищет богатства для успокоения себя, и не имеет богатства по Бозе, то есть, добродетели. « Тако собираяй себе, а не в Бога богатея » (Лк.12:21). Божественный же Апостол Павел, исчисляя бедствия, в какие впадают повинующиеся совету мира и желающие богатыми быть, дабы наслаждаться спокойствием и отдохновением, уверяет читающих его писания, что учение мира обманчиво. « А хотящии богатитися впадают в напасти и сети, и в похоти многи несмысленны и вреждающия, яже погружают человеки во всегубительство и погибель » (1Тим.6:9).

Видим же мы повседневно пред очами нашими истину словес и Иисус Христовых, и Павловых: видим богатолюбцев, богатеющих и никогда не насыщающихся, но день и нощь размышляющих о том, как бы могли они собрать богатство и умножить сокровища свои: видим их разоряющих и житницы, и домы свои, и созидающих пространнейшие: слышим их говорящих, когда сделаю это, и построю то, и окончу другое, тогда успокоюсь и опочию. Слышим их говорящих о спокойствии и отдохновении, а никогда оного не получающих, но со дня на день время отлагающих, доколе смерть, пришедши, похитит их в самых заботах, попечениях и смущениях, происходящих от богатолюбства. Сколь многих видим ради стяжания богатства впадающих в искушение распри, брани друг с другом и вражды, уловляемых в сети коварства, лжи, обмана, неправды и клятвопреступления, и желающих безрассудно вещей вредных, кои погружают их в душевное расстройство и погибель? Сии суть плоды учений мiра: таковое отдохновение и мир доставляет богатство ищущим в нем оного.

Между тем, как ты воздерживаешься, говорит мiр, препятствуя исполнению пожелания твоего, желание оное усиливается и воспламеняется, почему возмущает оно тишину твою и истребляет спокойствие твое. Наслаждайся сладостьми пожелания твоего, чтобы тебе иметь тишину, спокойствие и мир. Сие есть учение сладостнейшее для плоти: почему многие с радостию слушают оное. Сие приманка есть сладчайшая и привлекательнейшая: почему многие оною привлекаются и уловляются. Но многоблагоутробный Бог представил нам приключения, происшедшие с таким человеком, который расторг узы воздержания, и сверг узду с пожеланий своих. Это есть блудный сын. Известна всем история его. Он, получив себе часть имения отцовского, отшел « на страну далече » (Лк.15:12–13), дабы так как неизвестному со всякою свободою исполнят все пожелания плоти своей. Многоядения, многопития, ликования, певцы, музыканты, блудницы, и прочее, чего ни требовало плотское его пожелание, все то было у него каждый день: что означают сии слова: « расточи имение свое, живый блудно » (Лк.15:13). Какой же покой от того обрел он? Какую тишину, или какой мир? Когда он в доме отца своего жил воздержно и целомудренно, тогда был господином: а когда сделался невоздержным и распутным, тогда сделался невоздержным и распутным, тогда стал рабом и свинопасом. Поелику господин его « посла его на села своя пасти свиния » (Лк.15:15). Когда он побежал похоти свои, тогда имел довольно всего, что было нужно, когда же творил дела распутства, « желаше насытити чрево свое от рожец, яже ядяху свиния: и никтоже даяше ему » (Лк.15:16). Почему стеная, говорил: « колико наемником отца моего избывают хлебы, аз же гладом гиблю? » (Лк.15:17) Слышите состояние, слышите тишину, слышите мир. Много таковых примеров видим мы все каждый день. Таков то есть покой и мир, кои дает мiр.

Братия, кто ищет мира у мiра, тот подобен человеку, который желает « собирать смоквы с терния, и снимать виноград с репейника » (Лк.6:44). « Мiр весь во зле лежит » (1Ин.5:19). А зло есть возмущение, обуревание и мятеж, и потому мiрские вещи ни покоя, ни мира не приносят. Един Бог, начальник мира, ниспосылает оный по Своему человеколюбию в сердца человеков. Но каким же образом бывает такое ниспослание? Чрез Ангелов ли, как возвестил Он мир всей земле, когда Единородный Сын Его родился? (Лк.2:17) Или чрез слово, как дал оный Христос грешнице жене, равно и кровоточивой, сказав: « иди в мире »? (Лк.7:50:8:48) И святым Своим ученикам, когда Он пред страданием рек: « мир оставляю вам, мир Мой даю вам » (Ин.14:27). Также и по воскресении сказав: « мир вам »? (Ин.20:19) Или же чрез учеников Своих по обетованию, которое дал Он им, когда рек: « в оньже аще дом внидите, первее глаголите: мир дому сему »? (Лк.10:5) Или чрез уста преемников их, когда говорят они: мир всем? Поистине и чрез сих преподает Бог человекам великий дар мира: однако и другой способ открыл, коим мы приемлем мир, способ более общий и действительнейший, изъявив оный устами святого Царе-Пророка Давида. « Мир мног », сказал он, « любящым закон Твой, и несть им соблазна » (Пс.118:165). Известно же, что кто любит закон Божий, тот любит Бога: а любит Бога тот, кто хранит заповеди Его. « Имеяй заповеди Моя », рек Господь, « и соблюдаяй их, той есть любяй Мя » (Ин.14:21). Сие убо значат слова святого Пророка: мир мног не согрешающим, но хранящим Божии законы. Несть им соблазна, ничто, то есть, в мiре не может возмутить или поколебать мирного и тихого состояния души их.

Поистине, доколе мы удаляемся от нечистоты грехов и пребываем тверды в чистоте добродетели, дотоле мир Божий обитает в сердцах наших. Когда же грех осквернит душу, тогда тотчас бежит от нас мир и наступает смятение: отходит спокойствие совести и входит в сердце наше мятеж греховный. А дабы вам в сем удостовериться, взойдите мысленно на небо, и посмотрите на святые оные светы вторые по преначальном свете Божества, Ангельские, говорю, чиноначалия: там вы увидите царствие мира. Все оные невещественные духи безмятежны, мирны, покойны и посвящены будучи служению пресущественного единичного и Триипостасного Божества, единодушно единою мыслию, единым хотением и гласом выну поют, вопиют и глаголют: « свят, свят, свят Господь Саваоф, исполнь вся земля славы Его » (Ис.6:3). Там воистину царствует мир Божий. Но доколе? Доколе царствует безгрешие. Но о, увы: входит туда, никто же весть как, грех гордыни. Возгордевается Денница и говорит в уме своем: « взыду выше облак, буду подобен Вышнему » (Ис.14:14). Сей грех изгнал мир и принес смущение и мятеж, расторгаются тотчас на две части Ангельские чины: один их чин пребывает непоколебимым в добродетели, и следовательно твердым в мире, а другой колеблется, и последует гордостным помыслам Денницы, почему смущается и падает с небеси на землю. « Како спаде с небесе Денница восходящая заутра? сокрушися на земли посылаяй ко всем языком » (Ис.14:12). Паде тотчас яко молния: « видех сатану, яко молнию, с небесе спадша » (Лк.10:18).

Низведите теперь мысль вашу с небеси в рай, и воззрите на Праотца нашего: он имеет тамо мир, мир далекий от возмущения страстей, мир совершенный с собственною совестию, с Богом. Но преклоняется на совет Праматери, змием прельщенной, вкушает запрещенный плод, и, преступив заповедь Божескую, впадает в грех преслушания. Коль же скоро они с Праматерью соделали грех сей, вот тотчас восстает против их брань страстей, объемлет их стыд. « И отверзошася очи обема, и разумеша, яко нази беша: и сшиста листвие смоковное, и сотвориста себе препоясания » (Быт.3:7). Обладает ими страх и тягчайшее обличение совести: « и услышаста глас Господа Бога ходяща в раи по полудни: и скрыстася Адам же и Жена его от лица Господа Бога посреде древа райскаго » (Быт.3:8). Тотчас мир с Богом пременился во вражду: а от сего изгнание из рая, от сего произращение терния и волчцев, от сего страх зверей, от сего пот лица, от сего все скорби, болезненная жизнь, смерть и тление произошли.

Страдания первосозданных, последовавшие за преступлением Божеской заповеди, терпим и мы, когда падаем в бездну греховную: когда я согрешаю, стыд покрывает лице мое, страх входит в сердце мое, обличение совести терзает душу мою, печаль мрачная и мучительная объемлет меня. Чувствую тогда тотчас, что раздражил я Бога, и что Божественная благодать Его отступила от меня. Поелику же оставляет меня тогда мир Божий, то, хотя я и бесчисленные имею приятности и удовольствия, но ни тишины не имею, ни покоя не обретаю. Подтверждают то, что я говорю, словеса Давида, по согрешении им произнесенные. Находился он по согрешении среди царской славы и происходящих от нее почестей и удовольствий, и однако ж не обинуясь говорил: « Несть мира в костех моих от лица грех моих. Яко беззакония моя превзыдоша главу мою, яко бремя тяжкое отяготеша на мне. Пострадах и слякохся до конца, весь день сетуя хождах » (Пс.37:4–5:7).

Поелику же я, непричастен будучи Божественных добродетелей, не могу представить мирного состояния добродетельных человеков, то призываю праведных, да опишут они сами себя. Человецы святые и друзи Божии, да уверимся, что вы восприемлете мир первосозданных человеков, до преступления в них бывший, поведайте нам, сколь благодерзновенно святое лице ваше, коликое бесстрашие обитает в чистом вашем сердце, сколь мертвы и бездейственны в вас страсти, коликую тишину имеет бдительная ваша совесть, и коликую духовную радость чувствует Боголюбивая душа ваша. Явите нам, человеки всечествуемые, коликую сладость и Божественное веселие вкушаете, когда творите дела добродетели. Павле Апостоле, сосуде избранный, человече небесный, ты рцы и не обинуясь засвидетельствуй, что и среди гонений за Христа, и в самых величайших опасностях, и при жесточайших мучениях вкушал ты блаженный мир Божий, и, радуясь сердцем, взывал велегласно: « радуюся во страданиих моих » (Кол.1:24).

Всуе убо, братия мои, блуждаем мы, ища мира и происходящего от него успокоения в богатстве, в удовольствиях, в почестях и в благах мiра сего. Иисус Христос есть миротворец и мироначальник, Он дает мир всем, но в тех токмо пребывает мир, кои суть достойны оного. Сему научил сам Господь учеников Своих, когда посылал их на проповедь. В какой дом, рек Он, входите вы, первее давайте Мой мир, говоря: « Мир дому сему. И аще убо будет ту сын мира, почиет на нем мир ваш: аще ли же ни, к вам возвратится » (Лк.10:5–6). Слышите ли учение, исполненное ужаса? Иисус Христос есть миродатель, Он устами Иереев Своих дает всем Божественный Свой мир, так как и « солнце свое сияет на злыя и благия » (Мф.5:45). Впрочем как свет солнца не действует на глаза слепых, так мир Божий не пребывает в сердцах злых людей: ежели убо желаешь ты мира, буди сын мира, то есть буди Боголюбив, добродетелен и достоин такового небесного мира: ежели соделаешься таковым, то почиет на тебе мир. « И аще убо будет ту сын мира, почиет на нем мир ваш ». Если же ты лежишь в нечистоте греха твоего и находишься недостоин приятия святой сей благодати, то не ожидай мира: ибо оный бежит от тебя, и ты остаешься в смущении, мятеж и волнении страстей твоих. Да не будет сего с вами: « Сам же Господь мира да даст вам мир всегда во всяком образе: Господь со всеми вами » (2Сол.3:16). Аминь.

33. В неделю 25-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.10:25-37)

Великое различие между разумом Божественных Писаний и разумом книг человеческих. Если прочтешь о душе, добродетели, целомудрии и о правде слова Платоновы, все нравственное учение Аристотелево, полезнейшие наставления Пифагоровы, и нравоучительные сочинения Плутарховы, и другие подобные мирских мудрецов книги: приметишь, поистине, обилие мыслей, порядочное расположение истин, приятный слог, красивое сочинение, свойственные выражения, убедительные доказательства и все, чему только научает общая мирская философия. Но читая оные, и удивляешься, и пленяешься, и убеждаешься: закрыв же книгу, бываешь чужд духовного плода, так как и прежде. Когда же читаешь слова, содержащиеся в книгах Божественных Писаний, Божественная простота, в оных сияющая, и прямая вещей истина, и небесная скрывающаяся в сих премудрость, и благодать Божия и сила не токмо услаждают телесное чувствование, но и в душе твоей воспаляют ревность, и не токмо убеждают разум, но пленяют и сердце твое. От сего читающие и слушающие слово Божие «плодствуют на тридесять, и на шестьдесят, и на сто» (Мк.4:20), по мере благого их намерения. Что же всякое слово Божественного Писания производит таковые следствия, свидетельствует и ныне чтенный Господа нашего Иисуса Христа ответ, данный искушавшему Его законоучителю. Если послушаете сего толкования с должным вниманием и любовию, узрите и восчувствуете то, о чем предлагаю.

Лк.10:25. «Во время оно, законник некий приступи ко Иисусу, искушая Его и глаголя: Учителю, что сотворив живот вечный наследую?»

Законниками назывались те, кои изъясняли и учили Моисейскому закону и довольны были ответствовать на все, какие бы ни предлагаемы были, законные вопросы. Сей убо законник, услышав, что Иисус не обинуясь научал народ, или по напыщению, поколику думал, что никто так, как он, не знает закона, или по зависти, поколику зрел, что весь мир обращался ко Иисусу Христу, пришел к Нему не послушать и воспользоваться, но искусить Его и опровергнуть учение Его. Почему спрашивает Его, говоря: какое мне нужно делать дело, да наследую жизнь вечную? Сей вопрос хотя, кажется, не есть искусительный, однако великое содержит искушение. Законник думал, что сим вопросом уловит Иисуса Христа. Ибо если бы Иисус сказал ему, что закон, которому Я научаю, тот вводит человека в жизнь: тогда бы законник возымел случай к обвинению Иисуса Христа, и обнес бы противобожником, так как учащего другому закону, а не закону Божию. Послушай же, коль мудро ответствовал ему Богочеловек.

Лк.10:26. «Он же рече к нему: в законе что писано есть? како чтеши?»

Поколику закон Моисейский «никогдаже может приступающих совершити» (Евр.10:1) и следственно достойными соделать вечной жизни, вера же во Христа могущественна «спасти до конца приходящих чрез Него к Богу» (Евр.7:25): того для не сказал ему: если сохранишь Моисейский закон, внидешь в живот; но вопросил его, что есть писано в законе? — да, приявши случай чрез ответ его, научит его и о смотрении воплощения Своего. Что, говорит, в законе Моисейском есть писано? Како, то есть, с каким духом и намерением читаешь ты закон? Письменно ли только, яко Иудеянин, или и духовно, яко истинный Израильтянин?

Лк.10:27. «Он же отвещав рече: возлюбиши Господа Бога твоего от всего сердца твоего, и от всея души твоея, и всею крепостию твоею, и всем помышлением твоим: и ближняго своего яко сам себе.»

Другое ласкался законник услышать, однако не то услышал. Почему, будучи принужденным, предлагает законные слова, заключающиеся в книгах Левит и Второзакония, и научающие от всего сердца и души, и силы, и помышления любить Бога и ближнего, и живот обещающие хранителям сея заповеди (Лев.19:16; Втор.5:6. 30:6).

Лк.10:28. «Рече же ему: право отвеща, сие сотвори, и жив будеши.»

Законник не веровал Иисусу Христу; почему же убо Иисус сказал ему: «сие сотвори, и жив будеши», то есть, наследует вечную жизнь? Или может кто спастись без веры во Христа? Да не будет: «без веры бо во Христа не возможно угодити Богу» (Евр.11:6). Таким же образом ответствовал законнику Богочеловек, во-первых, для того, поколику Моисейский закон есть пестун и наставник в вере во Христа. Кто верует учению Моисейскому, верует тот Иисусу Христу, по сему: «аще бо бысте веровали Моисеови, веровали бысте убо и Мне» (Ин.5:46). Во-вторых, «всяк любяй рождшаго любит и рожденнаго от него» (1Ин.5:1). Кто истинно любит Бога, тот не пребывает во тьме неведения, но Богом просвещаемый, освещается светом веры. Свидетельствует о сем и Корнилий сотник, и Мурин Кандакии царицы, и другие многочисленные, которые, не имея веры во Христа, поколику любили Бога, просвещены были от Него, и уверовали в Того, егоже послал есть, Иисуса Христа. Что же на слова Спасителя сказал законник?

Лк.10:29. «Он же, хотя оправдитися сам, рече ко Иисусу: и кто есть ближний мой?»

Ужели не знал законник, кто есть его ближний? и какая бы нужда была во оправдании на сказанное? и каким образом чрез сей вопрос оправдал бы он самого себя? Он, так как законник, знал без сомнения, кто есть ближний, знал же и то, что нужно ему оправдание, поколику приметил, что ответ Иисуса Христа показал его неведущим первых оснований закона; сверх сего, разумел, что Иисус Христос ведал злое его намерение. Но поелику Иудеи ближним своим называли не всякого человека, но токмо единоплеменных и друзей своих; того для прибегает к сему второму вопросу, да и намерение свое скрыет, и покажется чуждым обвинения в незнании. Но, может быть, предлагал сей второй вопрос и для того, дабы показать себя столько праведным и святым, что ни единого подобного и сходного в делах добродетельных себе не имел. Иисус же, возымев случай чрез сей вопрос, ответствует следующим образом:

Лк.10:30. «Отвещав же Иисус, рече: человек некий схождаше от Иерусалима во Иерихон, и в разбойники впаде: иже совлекше его, и язвы возложше, отыдоша, оставльше еле жива суща.»

Ответом научил Иисус, кто есть ближний. Ибо говоря вообще: «человек некий», потом представив человека помилованного не Иудеем, но Самарянином, показал, что каждый человек, по единству естества, есть ближний человека, и каждому человеку обязуемся мы любовию и вспоможением: обнаружил же сим иносказательным ответом и открывшееся, чрез воплощение, милосердие для человеческого естества. Ибо человек, проходивший от Иерусалима во Иерихон — разумеется все человеческое естество, ради прародительского греха низверженное от Иерусалима, от блаженного мира и тишины, во Иерихон бедственный и мятежный по причине сущей во оном непостоянности, то есть во многобедственную и скорбную сию страну. Разбойниками же разумеются бесы, обнажающие оное дарований Божественных и уязвляющие язвами греховными, и оставляющие то едва живым. Едва же живым сие назвал или потому, что душа и по грехе осталась бессмертною, а только тело смертным; или потому, что по грехе едва человек не забыл о Боге, Творце его и жизни Подателе; или поколику за преступление Адамово, хотя его человечество и подверглось смерти, но ожило верою во Христа (Рим.5:18).

Лк.10:31-32. «По случаю же священник некий схождаше путем тем: и видев его, мимоиде. Такожде же и Левит, быв на том месте, пришед и видев, мимоиде.»

Священник означает Моисейский закон, содержащий все, что касается до священнослужения; а Левит — Пророков, так как помазанных служителей Божиих и учителей откровений пришествия в мир единородного Сына Его. Ибо прешел закон, благодати пришедшей. От небес хотя происшел закон и дан на Синае Богом, и Пророки пророчествовали: однако ни закон, Пророки не могли загладить греха и восставить человеческое естество от бедственнейшего оного падения. «Не возможно бо крови юнчей и козлей отпущати грехи» (Евр.10:4). Проходили убо и закон и Пророки путем тем, и были на том месте, в которое изгнан человек, то есть на земли, и видели достойноплачевное его состояние; но мимо шли, то есть, прочь отошли, не могше исцелить язв его.

Лк.10:33-34. «Самарянин же некто грядый прииде над него, и видев его, милосердова. И приступль обвяза струпы его, возливая масло и вино: всадив же его на свой скот, приведе его в гостинницу, прилежа ему.»

Самарянин означает единородного Божия Сына и Слово, Господа нашего Иисуса Христа, Коего Иудеи Самарянином называли: «Самарянин еси Ты, и беса имаши» (Ин.8:48). Сей грядый, то есть, исшедший из Отеческих недр, хотя от оных и не отлучился, «прииде над него», то есть в мир: видя же бедственное человеческое состояние, «милосердова». Что же сие есть дело милосердия? Ибо «не от дел праведных, ихже сотворихом мы, но по своей Его милости спасе нас» (Тит.3:5). Он, приступив, то есть обращаясь с людьми, обвязал благодатию Своею струпы душевные, так как искусный врач перевязками раны телесные, возливши на них масло, как то: человеколюбивое и радостное учение, «приидите ко Мне», говоря, «вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы» (Мф.11:28); и вино, то есть, учение грозное и жестокое, как то: «отступите от Мене вси делателие неправды» (Лк.13:27). Можно чрез масло и вино разуметь тела и крови Его приобщение. Он всадил уязвленного на Свой скот, то есть, восприял падшее человеческое естество, сотворив нас, уверовавших в Него, членами Своими. Почему и блаженный Павел написал: «вы есте тело Христово и уди от части» (1Кор.12:27). Привел же нас в гостиницу, то есть, Церковь Свою, которая гостиницею называется, так как приемлющая всякий народ, и роды, и поколения, и языки, и всякого человека, с верою к оной приходящего. Прилежал же находящимся в Церкви Его, подав им дар Духа Святого, и благодать чудодейственную, и причащение Святых Таин.

Лк.10:35. «И на утрия изшед, изем два сребреника, даде гостиннику, и рече ему: прилежи ему, и еже аще прииждивеши, аз егда возвращуся, воздам ти.»

Гостинник есть каждый Апостол, каждый учитель церковный, каждый пастырь истинный. Гостинником же называется, так как приемлющий в гостиницу Божию, то есть, Церковь, всех приходящих с верою. Два же сребреника суть два завета, Ветхое Писание и Священное Евангелие. И когда Господь Иисус находился в сем мире, Сам прилежал Церкви Своей, так как Сам подтвердил, говоря: «егда бех с ними в мир, Аз соблюдах их во имя Твое». На утрие же изшед, то есть, когда отшел от сего мира, тогда чрез Апостольскую проповедь изъем для всей вселенной сии два сребреника, предал оные всем пастырям Церкви Своей, заповедав им, да всячески прилежат ради сих спасению верующих. «Прилежи ему». Обещал же за труды и старания и бдения их, каковы подымут чрез таковое попечение, тогда воздать, когда приидет паки судить живым и мертвым. «И еже аще приждивеши, аз егда возвращуся, воздам ти».

Лк.10:36. «Кто убо от тех триех ближний мниттися быти впадшему в разбойники?»

По таковом объяснении, самого законника, вопрошавшего, кто есть мой ближний? поставил судиею в том, кто есть ближний его. «Кто убо», говорил, «от тех триех» кажется тебе ближним впадшего в разбойники? Священник ли, или Левит, которые, видя его обнаженным и уязвленным и едва живым, мимо шли? или Самарянин, оказавший ему толикую любовь и попечение и милость?

Лк.10:37. «Он же рече: сотворивый милость с ним. Рече же ему Иисус: иди, и ты твори такожде.»

Законник силою словес Иисуса Христа принужден был исповедать истину. Тот есть ближний, сказал, который оказал милость впадшему в разбойники, то есть Самарянин. Иисус же, услышав, что законник справедливо рассудил, сказал ему: иди, оказывай и ты милость ближнему твоему так, как Самарянин. «Иди, и ты твори такожде».

Беседа о Божием милосердии к человекам и о злоупотребляющих оное

Данный законнику приточный ответ Господа нашего Иисуса Христа столько ясно и живо изобразил милосердие Божие к человекам, что отдалил пагубное ради греха отчаяние и насадил в сердце каждого человека радостотворную спасения надежду. Посему Божественный Павел дерзновенно и радостно благовестил таким образом: «аще бо врази бывше, примирихомся Богу смертию Сына Его, множае паче примирившеся, спасемся в живот Его» (Рим.5:10) Усматриваем сие Божие милосердие не токмо в таинстве воплощения единородного Сына Его, чрез которое призвал к вечному царствию весь изгнанный из сего человеческий род: но и во всяком человеке, чрез грех и беззаконие от него удалившемся.

Исполнен Ветхий Завет, исполнен Новый убеждений и примеров, доказывающих к грешникам милосердие Божие. Призвал Многоблагоутробный всех грешников, Пророческим гласом вопия: «сия глаголет Господь Бог: обратитеся, и отвратитеся от начинаний ваших, и от всех нечестий ваших, и обратите лица ваша ко Мне» (Иез.14:6) и, как бы соболезнуя о погибели их, говорил: «не хощу смерти грешника, но еже обратитися нечестивому от пути своего, и живу быти ему: обращением обратитеся от пути вашего злаго: и вскую умираете, доме Израилев?» (Иез.33:11) А чтобы вложить упование в сердца грешников и обратить их на покаяние, паки и Сам еще обещается обращаться к ним: «обратитеся ко Мне, глаголет Господь сил, и обращуся к вам, глаголет Господь сил» (Зах.1:3). И чтобы кто, представляя долговременность и неудобоисправление во грехах своих, не усомнился о очищении и отпущении сих, предложил в пример багряный и червленый цвет, коему неудобно измениться в белый цвет снега и в волну овчую, и сказал: «приидите, и истяжимся, глаголет Господь: и аще будут греси ваши яко багряное, яко снег убелю: аще же будут яко червленое, яко волну убелю» (Ис.1:18).

Видим же сии милостивые Божии обещания о отпущении грехов самым делом исполнившимися. Великий и страшный грех прелюбодеяния есть. Сей и язычники почитая несвойственным, немилостиво падших в оный наказывали. Подтверждает сие одно из двенадцати предписаний Римских уложение, и самый закон, Иулиевым называемый. Египтяне в прелюбодействе обличенной жене отрезывали нос, прелюбодея же палицами били, многие на него налагая раны; Локренцы в прелюбодействе ятых ослепляли; Критяне сожигали. Сей грех делает наследником чуждого дома. Сей разлучает, ихже Бог сочета, то есть, мужа от жены своей. Сей многажды разорял целые домы, и рождал пагубные брани в целых поколениях. За сей полагал Бог проклятие особенное и страшное. «И возмется», говорит Бог, «от них”, то есть от Ахиава и Седекии, пример проклятия для прелюбодеев, «глаголюще: да сотворит ти Господь, якоже Седекии сотвори, и якоже Ахиаву, ихже сожже царь Вавилонский во огни» (Иер.29:22). Сим грехом толико раздражает Бога тот, который единую имеет токмо жену: кольми паче раздражил Его Давид, многих жен и наложниц имевший. За убийство вопиет от земли глас излиянной крови. Убийством раздраженный Бог проклял Каина: «проклят ты!» Стенанием и трясением наказал убийцу: «стеня и трясыйся будеши на земли»; знамение положил на убийцу: «и положи Господь Бог знамение на Каине». Убийство, которое сотворил Давид, не было убийство нечаянное, но убийство прежде обдуманное и учиненное. Не было убийство случившееся от примрака гневного, или от нечаянно вкравшейся зависти, но было убийство сыном плотского пожелания и страсти осквернить чужое ложе. Он убил человека не врага, но друга, не подозрительного, но верного царского слугу, не злого и развращенного, но доброго и богобоязненного (2Цар.11:15). Убийство, которое сотворил Давид, не одного человека было убийство, но многого народа, по повелению выставленного с Уриею противу брани крепкой. Таковые обстоятельства еще умножили сии грехи, которые сами по себе суть великие и непростительные: увеличило же сии еще больше самое лице Давидово.

Давид был царь, царь же должен быть примером для всех подчиненных своих. Давид, поколику в законе Божием поучался, знал более всякого человека тяжесть сих преступлений. Давид был преимущественно облагодетельствован Богом: ибо Бог избрал его от стад овчих, и хранил его от сильного гонения Саулова, также возвел его на престол царства Израильского. Давид был исполнен Божией благодати, которая и вразумляла, и укрепляла его против всякого греха. Но однако столько великий человек, нимало о соблазне не размыслив, погасив свет совести своей, презрев благодеяния Божия, учинил сии два страшных преступления, сопутствуемые беззаконными обстоятельствами.

Но при всем сем Давид, Пророком Нафаном обличаемый, раскаивается и взывает: «согреших!» И рече Давид Нафану: «согреших ко Господу» (2Цар.12:13); виждь убо теперь беспредельную щедроту Божию изливаемую. Виждь безмерное Его милосердие; виждь, каким образом никакой грех не побеждает благоутробие Боже! «И рече Нафан к Давиду: и Господь отъя согрешение твое, не умреши!»

Если же вникнешь во множество и величество беззаконий Манассии, и в то, когда он, опомнившись, раскаялся, и каковое получил прощение: увидишь ясно, что беспредельные суть благоутробия Божия черты. Отвержение от истинного Бога и презрение законных повелений; здания идольских жертвенников на всяком месте высоце, и в доме Господнем, и на дву дворех дому Господня; поставление изваянного дубравы в самом храме Божием; поклонение и служение всей небесной силе, то есть, всем звездам; провождение чад чрез огнь, и вражения, и волшвения, и чары, и волшебницы, и прочие идоложертвенные скверности; введение идолопоклонства в православное поколение Иудино; заколение богобоязненных, не хотевших идолам приносить жертвы, и притом такое заколение, что «наполнил Иерусалиму уста до уст» (4Цар.21:3-9,16): коль великие и страшные суть беззакония! И всем сим подвержен был Манассия. Бог говорил и призывал его на покаяние, и угрожал ему чрез святых Пророков; но он нимало не послушался, но пребывал неисправленным и нераскаянным. Осаждают Иерусалим начальники воев царя Ассирийского и, связавши Манассию оковы железными, отводят его в Вавилон пленным и окованным. При таковых обстоятельствах покаяние не есть самопроизвольное, но принужденное и невольное. При таковом случае и самый жестокосердый умягчается и воспоминает о Боге. Так Манассия, бедственными только обстоятельствами убеждаемый, «взыска лице Господа Бога своего» (2Пар.33:12): однако действительно было и таковое раскаяние. Не могли многие и богомерзкие его беззакония победить благоутробие Божие, «но послуша его», пишется, «Бог и услыша вопль его» (2Пар.33:13). Не только же оставил Бог грехи его, но и возвратил его во Иерусалим на царство свое. О, какая бездна благоутробия Божия!

Читая же Священное Евангелие, зрю там пастыря, ходящего по горам, и ищущего погибшей овцы (Мф.18:12). Вижу раба должника, просящего времени для воздаяния долга, и царя и владыку не только долготерпящего, но и оставляющего ему все, чем он был должен. Вижу блудного сына, иждившего жизнь свою с блудницами и расточившего все имение свое на роскошества, потом опомнившегося и раскаявшегося, — и премилосердого его отца, узревшего его издалеча, и любезно встретившего его, и одеявшего в прежнее одеяние, и возложившего перстень на руку его и сапоги на ноги, и заклавшего тельца упитанного и изготовившего обед, и возвеселившегося, поколику сын его «мертв бе», говорит, «и оживе: и изгибл бе, и обретеся» (Лк.15:32). Что ж другое сие значит, ежели не неизреченное Божие милосердие к грешникам? И хотя сие Господь наш предлагал в притче, но воззри и на то, что писано в Евангелии Его исторически.

Посмотри далее: Закхей клевещет, неправдствует, похищает; но восходит на смоковницу, да узрит тамо мимоходящего Иисуса (Лк.19:4): и Иисус немедленно призывает его по имени: «Закхее!» говорит, «потщався слези: днесь бо в дому твоем подобает Ми быти» (Лк.19:5). Потом, вшед в дом его, прощает все грехи его и благовествует ему душевное его спасение: «днесь», говорит, «спасение дому сему бысть». Блудница, по многих беззакониях, омывает ноги Иисуса слезами и отирает их власами главы своей, и помазует сии миром: Иисус же тогда же разрешает множество беззаконий ее. «Оставляются», говорит Симону, «греси ея мнози» (Лк.7:47). Плачет Петр горько по причине клятвенного отвержения, — и Иисус паки возводит его на степень Апостольского достоинства (Лк.22:62). Мытарь воздыхает и биет в перси свои пред олтарем, — и выходит из храма оправданным (Лк.18:13-14). Разбойник, на кресте вися, сказал только: «помяни мя, Господи, егда приидеши во царствии Твоем», — и тогда же услышал сей глас: «аминь, глаголю тебе, днесь со Мною будеши в раи» (Лк.23:42-43). Единый глас одного грешника отверзает рай, грехами затворенный.

Но кто может исчислить все примеры милосердия Божия, каковые заключаются в Божественных Писаниях? Все сии по благоволению Божию для человеческого написаны суть спасения: однако люди, будучи разделены на две четы, обращают сии в погибель души своей. Иные, слыша бесчисленные примеры беспредельного милосердия Божия к грешникам, расторгают обуздания греховные и бесстрашно творят всякое беззаконие. Бог, говорят, есть милосерд, никакой грех не побеждает милосердие Его; убо в час смертный можем сказать и мы так, как разбойник: «помяни мя, Господи, егда приидеши во царствии Твоем!» (Лк.23:42) Он же, яко беспредельно благоутробный, простит грехи наши, и скажет и нам милосердым Своим гласом: «аминь глаголю тебе, днесь со Мною будеши в раи» (Лк.23:43). Иные же, не могши постигнуть, как Бог есть праведен купно и милосерд, и как действует милосердие и нимало правосудию то не оскорбительно бывает, видя также и страшные наказания грешников, и представляя множество беззаконий своих, совершенно отчаиваются. Каким же образом, говорит еретик Новат, покаяние отвергающий, и ученик его отчаивающийся, — каким Бог простит грехи юности моей, сластолюбия, гордости, славолюбия, зависти, лжи, осуждения и прочие? Если бы престал грешить хотя бы с мужеского возраста, если бы престал грешить хотя бы в старости моей: но я ежедневно падаю в таковые беззакония, паче же, что еще и другие новые и тяжчайшие присовокупляю. Сколько я решался отстать от обладавшего мною греха? Коликочастно обещевался пред Богом совершенно воздержаться от грехов моих, потом лжецом оставался пред Ним, и вместо воздержания в те же самые падал, да еще и худшие и тяжчайшие беззакония? Как убо могу ласкаться получить прощение от праведнейшего Судии?

Во-первых, чрезмерное встречается мне упование, во-вторых — совершенное отчаяние. Сии-то суть два крайних зла. И чрезмерно ласкающийся осуждается, и отчаянный погибает. Ласкаешься ты, — ты, который, в худую сторону приемля милосердие Божие, ожидаешь часа смерти твоей покаяться так, как разбойник на кресте, и удостоиться, так как он, райского жилища; но если докажешь, что и разбойник откладывал спасение души своей, и ожидал часа смертного так как ты: пусть так будет; иди погибельным твоим путем. Но поелику сие никакого не имеет доказательства, ты же, отлагая спасение твое, раздражаешь Бога: явствует убо, что ты погрешаешь, и остаешься неизвинительным. Если имеешь несомнительное доказательство того, что можешь в смертный час раскаяться, так как добрый разбойник, и сказать так, как тот, с подобным смирением и сокрушением сердечным: «помяни мя, Господи, еда приидеши во царствии Твоем», — пусть так будет, иди погибельным путем твоим; но постой и послушай меня. Почто ты очи твои устремляешь на единого доброго разбойника? Обрати оные на другую страну, и посмотри на лукавого разбойника, и послушай, как он умирает, имея поношение во устах. Почто ласкаешься надеждою, что умрешь как добрый разбойник, произнося глас покаяния, и не страшишься, да не нечаянно окончишь так жизнь, как злой разбойник, — хульные слова изрыгая? Пусть так, что каждое из сих зависит от случая: но на случайном ли основываешь вечное спасение души твоей? Однако знай, что последнее более бывает случайным, нежели первое; ибо Пророк Божий велегласно взывает, говоря: «смерть грешников люта» (Пс.33:22). Обратись убо к Богу и раскайся, пока имеешь время, и не ожидай часа смертного, в который «погибнут вся помышления твоя» (Пс.145:4).

Вы же, которые отчаиваетесь о спасении души своей, представляя множество беззаконий ваших и к самому греху многие и долговременные наклонности, послушайте, что вещает Вседержитель: «приидите», говорит, «ко Мне вси» (Мф.11:28). Слышите ли, как никого не исключает, хотя бы, великие, хотя бы многие, хотя бы долговременные имел беззакония? «Вси», говорит, ни единого не исключая: «приидите ко Мне вси». Всех зовет без всякого различия: но каких всех? Утружденных и порабощенных грехом, и обремененных смертоносными преступлениями: «приидите ко Мне вси труждающиися и обремененнии». Для чего же зовет таковых? Отпустить грехи их, и упокоить их вечным покоем: «приидите ко Мне вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы». Но слышали мы, скажете, сей человеколюбивейший глас, и многажды на оный приходили, и часто обещевались исправиться, и Он, яко премилосердый, прощал грехи наши: однако мы, так как всезлобные и привыкшие ко грехам, творим сии, да еще худшие. Доколе же ласкаться, что мы, не сохранившие обещание, ниже исправившиеся, но солгавшие пред Ним, получим паки прощение? Сей вопрос предложил Иисусу Христу Петр, таким образом: «Господи!» говорил, «коль краты аще согрешит в мя брат мой, и отпущу ли ему до седмь крат?» (Мф.28:21) Петр, как видно, думал, что предел отпущать грехи продолжается до седми крат, далее же не бывает. Послушайте же, какой предел отпущать грехи положил беспредельно благоутробный Иисус. «Глагола ему Иисус: не глаголю тебе до седмь крат, но до седмьдесят крат седмерицею» (Мф.28:23). Сие же, «седмьдесят крат седмерицею», означает число беспредельное и бессчетное, так как и тьма бесчисленное означает множество9. Явствует же сие из притчи о царе, который отпустил рабу своему долг тысячу талантов. Ибо говоря Иисус Христос сие, «до седмьдесят крат седмерицею», предложил тогда же притчу, которою объяснил значение сего «седмьдесят крат седмерицею», говоря: «сего ради уподобися царствие небесное человеку царю, иже восхоте стязатися о словеси с рабы своими. Наченшу же ему стязатися, приведоша ему единаго должника тмою талант. Милосердова же господь раба того, прости его, и долг отпусти ему» (Мф.18:23-24, 27).

Но каким образом, скажешь, сие не противно бывает правосудию Божию? Поистине, мы не понимаем, каким образом: поколику помышления и размышления и дела наши отстоят от совета и размышления и дел Божиих столько, сколько небо от земли. «Не суть бо совети Мои, якоже совети ваши, ниже якоже путие ваши путие Мои, глаголет Господь. Но якоже отстоит небо от земли, тако отстоит путь Мой от путей ваших, и помышления ваша от мысли Моея» (Ис.55:8-9). Хотя убо мы не понимаем, каким образом не противно, но однако бывает Божеское правосудие Божескому милосердию, и сходствуют между собою, так как воспевает Пророко-царь, взывая: «милость и истина сретостеся, правда и мир облобызастася» (Пс.74:11). И хотя мы того, как сии соединяются, не постигаем, но последствия от соединения ясно усматриваем.

За грехи человеческие определил Бог потопить человеческий род. «И рече Бог: потреблю человека, егоже сотворих, от лица земли» (Быт.7:4). Се есть действие Божеского правосудия! Сие же определение отлагает Бог до времен Ноевых: «время всякаго человека прииде пред Мя, и се Аз наведу потоп» (Быт.6:13,17). Се есть дело Божественного милосердия! Объявляет определение наказания, да обратит к покаянию и освободит от погибели: вот последствия соединения! Видишь ли, как «милость и истина сретостеся, правда и мир облобызастася»? Определяет Бог погубить Содомлян, — се есть дело правосудия Его; но не таит сего определения. «Господь же рече: еда утаю Аз от Авраама раба Моего, яже Аз творю?» (Быт.18:17) но объявляет оное Аврааму и собеседует с ним, и обещается, что если бы в Содоме обрелось десять праведных, не погубил бы ради тех десяти человек (Быт.18:32). Се есть дело Божеского милосердия, — се и исполнение слова пророческого: «милость и истина сретостеся, правда и мир облобызастася!» Определяет Бог истребить Ниневию: се дело Божеского правосудия; но посылает Иону проповедать там так: «еще три дни, и Ниневия превратится» (Ион.3:4). Се дело милосердия Его! Ибо Ниневитяне, услышав сию проповедь, покаялись, и Бог не погубил Ниневию, и Иону, яко печалящегося о сем печалию великою, обличил и сказал: «ты оскорбился еси о тыкве, о нейже не трудился еси, ни воскормил еси ея, яже родися обнощь, и обнощь погибе: Аз же не пощажду ли Ниневии града великаго, в немже живут множайшии, неже дванадесять тем человек?» (Ион.4:10-11) Се убо исполнение пророческого гласа: «милость и истина сретостеся, правда и мир облобызастася!» Если рассмотришь и другие примеры, каковые суть действия правосудия Божия, то же самое узришь, то есть, правосудие Божие, растворенное милосердием Его и с милостию соединенное.

Виждь же и образ и последствия правды и милосердия Божия! Когда мы не отвращаемся от греха, правосудие Его тогда изощряет оружие и напрягает лук, и в оном уготовляет сосуды смертные: «аще не обратитеся, оружие свое очистит, лук свой напряже, и уготова и, и в нем уготова сосуды смертныя» (Пс.7:13-14). Потом, поколику «хвалится милость на суде» (Иак.2:13), являет милосердие Его знаки, да мы, сие видя, покаемся и избежим тако казни. И сие означает Пророк Давид, говоря: «дал еси боящимся Тебе знамение, еже убежати от лица лука» (Пс.59:6). Знамение же сие есть обличение совести, следствие болезни, действительность слова Божия, проницающего часто в недра сердец наших. Кто боится Бога и повинуется Ему, таковый зрит знамения и, обращаясь на покаяние, бежит от лица лука: то есть, избавляется от праведной казни, и спасается так, как были спасены от побиения громом скоты тех, которые поверили Моисейскому слову (Исх.9:20-21). Кто же не боится Бога и не повинуется, таковый не видит знамения; следственно ниже от лица лука отбегает, так, как не избежали от градного погубления не поверившие знамению, данному Моисеем.

Христиане! отчаяние есть глупость и безумие; почему, далеко отринув сие, положите на сердцах ваших упование на всемилосердого Бога, познав, что тот токмо есть отчаянный, который по жестокосердию своему хощет, и отчаивается. Вы же, которые, уповая на милосердие Божие, согрешаете нераскаянно, мыслите, что «нерадите о богатстве благости, и кротости, и долготерпении, не ведуще, яко благость Божия на покаяние ведет» (Рим.2:4). А я, полагая конец слову моему, дерзаю и говорю, что паче страшусь милосердия Божия, нежели правды Его. Ибо если погрешу против правды, имею прибежищем милосердие: если же погрешу против милосердия, не имею другого прибежища.

33.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Ефесеям, читаемый в двадцать пятую неделю (Еф.4:1-6)

Безумие идолопоклонников мечтательно вымыслило многих богов, высокомерие еретиков многие произвело системы веры, а предубеждение схизматиков многие составило отделения церквей. Все сие упраздняет ныне чтенное Послание Богодухновенного Павла, возвещая, что един токмо есть истинный Бог, едина токмо православная вера, едино токмо спасительное крещение. А из сих Божественных Догматов в заключение выводится то, что нужно и всем верным тщатись хранить единение духа. Павел однако по данной ему от Бога премудрости изобразил слово свое так: сперва показал добродетели, коими сохраняется духовное единение верных, потом завещевал должное тщание о сем единении, а после сего сказал: « Един Господь, едина вера, едино крещение » (Еф.4:5). Сии краткие словеса учения его содержат в себе и составляющие веру Догматы, и основательное правило нравственного жития? Посему два здесь учения равнонужные нам ко спасению. Обратите убо ум ваш к уразумению толкования оных, дабы произвести вам спасительный плод благочестия и добродетели.

Еф.4:1. Братие, молю вас аз юзник о Господе, достойно ходити звания, в неже звани бысте.

Во узах заключенным находясь, Павел в Риме писал сие ко Ефесеям. Претерпевал же он узы за любовь Иисуса Христа и для спасения язычников, из которых были и Ефесеи. Почему и говорил так к сим самым Ефесеям: « сего ради аз Павел юзник Иисус Христов о вас языцех » (Еф.3:1). Для того сие возвещает об узах своих, чтобы преклонить и побудить их к исполнению учения своего. Поистине силу имеет в сердцах наших слово страждущего за нас. Я, говорит он, который в темнице заключен во узах за любовь Господа Иисуса Христа, умоляю вас, да ходите достойно звания, в неже звани бысте, то есть, чтобы вы провождали жизнь достойно и творили дела достойные звания. Какое же есть то звание? Бог призвал их чрез Апостолов, дабы уверовавши во Иисуса Христа соделались « сынове Божии, тело Христово и уди от части » (1Кор.12:27). Потому они имели нужду во многом тщании и внимании, дабы явиться достойными такового призывания. Поелику же к утверждению жительства, достойного призывания сего, способствует взаимное согласие, совершенное единомыслие и единение, для сего завещевает им хранить те добродетели, кои изгоняют взаимные брани и соблазны и производят согласие в Христианском составе.

Еф.4:2. Со всяким смиренномудрием и кротостию, с долготерпением, терпяще друг друга любовию.

Поелику смиренномудрие, кротость, долготерпение, и снисхождение суть дщери любви, для того сказал: « любовию ». Поистине, кто имеет в сердце своем сию великую добродетель, любовь, тот не мыслит, что он выше других, но считает себя самым последним: не гневается на братий, но имеет дух кроткий: не ищет мщения ближнему, но ожидает его исправления: не негодует, но сносит слабости человеческие. А сие « со всяким », означает совершенство. « Ходите », говорит, то есть, жительствуйте с совершенным « смиренномудрием и кротостию », и с долготерпением снося с любовию недостатки друг друга. Выслушай же и цель такового завещания.

« Тщащеся блюсти единение духа в союзе мира » (Еф.4:3).

Что есть единение духа? Оно есть согласие верных в предметах веры, взаимная друг к другу любовь и совершенное единомыслие. О сем-то единении умолял Иисус Христос, яко Ходатай Бога Отца Своего. « Не о сих же молю токмо », рек Он, « но и о верующих словесе их ради в Мя: да вси едино будут: якоже Ты Отче, во Мне, и Аз в Тебе, да и тии в Нас едино будут » (Ин.17:20–21). Тогда же исполнилось моление сие Господа Иисуса, когда Дух истины « наставил их на всяку истину » (Ин.16:13). Отсюда тотчас « народу веровавшему бе сердце и душа едина » (Деян.4:32). Поелику убо благодатию и наставлением Всесвятого Духа соделались единомысленными и единодушными люди разных племен, языков и нравов, потому сие единодушие и единство, как дело Святого Духа, единением духа наименовал Божественный Павел, завещав верующим со всяким тщанием и ревностию хранить оное « в союзе мира » (Еф.4:3). Слышишь ли? Мир есть узы, держащие в соединении мудрования верных. Доколе оный пребывает в сердцах их, дотоле они единомудренны, единомысленны и блюстители бывают единения духа: если же расторгнутся узы мира, раздирается единомудрствие, разделяется единомыслие и разрушается единение духа. А что бы еще более убедить всех к соблюдению сего единения, Апостол предлагает то, что вспомоществует нам к сохранению оного.

Еф.4:4. Едино тело и един дух, якоже и звани бысте во едином уповании звания вашего.

Во-первых, духовное единство само собою утверждает верных, да пребывают в единении. Едино тело, говорит, и един дух вы есте, все верные. Едино тело, поколику приобщаясь тогожде хлеба Божественной Евхаристии, который есть тело Иисус Христово, совокупляемся и соединяемся с Ним во едино духовное тело. « Яко един хлеб, едино тело есмы мнози: вси бо от единаго хлеба причащаемся » (1Кор.10:17). Потому и тело Христово есмы. « Вы же есте тело Христово и уди от части » (1Кор.12:27). А един дух суть все верные, потому что едино и тожде мудрствует о Бозе душа всех верных, и потому что от единого и тогожде Всесвятого Духа все верные и просвещаются, и совершаются, и совокупляются. Во-вторых, утверждением единства есть верная и таяжде надежда. « Якоже и звани бысте », говорит он, « во едином уповании звания вашего. Едино тело », говорит, « вы есте, и един дух », якоже и призвавый нас проповедью Апостолов Бог вложил единую надежду в сердца наши, надежду, то есть вечного блаженства, которая укрепляет единство.

Еф.4:5–6. Един Господь, едина вера, едино крещение: един Бог и Отец всех, Иже над всеми и чрез всех и во всех вас.

Един есть Господь и Владыка всех Иисус Христос, приявый « всякую власть на небеси и на земли » (Мф.28:18). Едина точию есть истинная и спасительная вера, сиречь та, которой Иисус Христос научил, которую Богоносные Апостолы проповедали и святые мученики исповедали, и Божественные Отцы утвердили. Едино крещение истинное и совершенное, очищающее грехи и освящающее души, и человеков сынами Божиими воссоделывающее, крещение водою и Духом, и православным исповеданием, в Церкви православных священнодействуемое и совершаемое. Един есть Бог общий всех человеков Отец, « Иже над всеми », то есть имеяй власть и господство над всеми тварями (Феодорит в оном месте): « и чрез всех », то есть действуяй чрез всех и промышляяй о всех, « и во всех вас », то есть вселяяйся во всех, по слову оному, « вселюся в них, и похожду: и буду им Бог, и тии будут Мне людие » (Лев.26:12; 2Кор.6:16). Посмотри же, что премудрый Соломон, предвозвещая о Церкви Христовой, сказал: « премудрость созда себе дом, и утверди столпов седмь » (Притч.9:1). А всехвальный Павел научил, какие то суть оные седмь столпы, носящие и утверждающие состав единства верных, то есть Церкви: первый столп есть едино тело, второй един дух, третий едино упование, четвертый един Господь, пятый едина вера, шестой едино крещение, седьмой един Бог, Отец, обладатель, промыслитель и вселяяйся в нас. Число столпов есть таинственное и сила их крепкая. Почему горе тем, кои или лукавыми лжемудрованиями как неверные, или странными учениями как еретики, или предубедительными суевериями как схизматиками, или законами, противными законоположению Божию, как беззаконные законодатели, дерзают сокрушить сии седмь столпов, и ниспровергнуть сие Богоустроенное единство. Предвидя же Апостол Божий таковое восстание против единства сего, разрушает оное дивно, говоря:

Еф.4:7. Единому же комуждо нас дадеся благодать по мере дарования Христова.

Но как состоит едино тело, един дух и едино упование, и прочее, когда толикое между людьми неравенство? Тот богат, а сей беден, тот вельможа, а сей простолюдин, тот премудр, а сей невежда. Один Апостол, а другой Пророк, один Учитель, а другой Чудотворец, один врач, а другой многих языков сведец, как тот же Апостол изъявил (1Кор.12:29:30). Как убо может сохраниться единство среди толикого неравенства? О сем сомнении умалчивает Апостол, но предлагает токмо решение оного, говоря: дадеся каждому из нас благодать по мере дарования Христова. Измеряет же Бог величество дара мерою силы, какую имеет приемлющий оной. « И овому убо даде », рек Господь, пять талант, овому же два, овому же един, комуждо противу силы его » (Мф.25:15). Но сие ли, ты скажешь, есть разрешение сомнения оного? Так, ибо по учению сему таковое неравенство не по случаю бывает, ни от естества происходит, но « единому комуждо нас дадеся благодать по мере дарования Христова». Поелику убо неравенство даров происходит от Бога, то оно не разрушает, но составляет единство, Богом устроенное. Почему же ты говоришь, что сие неравенство разрушает узы единства? Не видишь ли различие сил в членах тела нашего? Глаз видит, уши слышат, уста говорят, руки делают, ноги ходят: однако различие сил в членах наших не разрушает, но укрепляет узы единства тела. Таким же образом и различие дарований в членах тела Церкви не разрушает, но укрепляет духовные узы единства тела Церкви, которая есть исполнение верных. « Брат от брата помогаем, яко град тверд и высок, укрепляется же якоже основаное царство » (Притч.18:19).

Беседа о том, что согласие между людьми есть источник всякого благополучия, и доставляет вечное спасение

Что согласие между людьми есть источник всякого благополучия, и доставляет вечное спасения, сие ясно и верно так, что никакого не требует доказательства. Оно сохраняет твердым состав гражданственный, непоколебимым состояние всякого дома, непреткновенным исполнение Церкви, верным спасение всякой души. Но таковая добродетель колико велика и необходима, толико неудобоисполнительна и неудобохранима. Сколько лиц человеческих, столько и мнений. Мнения разнятся между собою также как и черты лиц. Отсюда происходит, что одна и та же вещь не всем равно нравится: но одному нравится, а другому не нравится. Отсюда происходит, что то, чему ты удивляешься, другому бывает смешно. А сие производит великое затруднение в утверждении между людьми согласия. Трудность таковая возрастает соразмерно числу людей, чем, то есть, больше людей, тем вящее затруднение в утверждении между ними согласия. Если бы мнения людей не пременились после того, как сделались согласными, то бы люди всегда пребывали согласны: но мнения человеческие непрестанно пременяются: сегодня желаю я и хочу того, а по нескольких днях другого, и часто по утру того, а ввечеру другого, почему хотя бы сегодня и согласились между собою люди, заутра, пременившись в мыслях, делаются несогласными и противоборствующими. Что же такое может противостать препятствиями к единению и укрепить узы оного? Никто, кроме Богопросвещенного Павла, не открыл к тому способа. Он в ныне чтенном Послании своем научил, какой есть к тому способ: « терпяще », сказал он, « друг другу любовию » (Еф.4:2). Терпение убо есть матерь и страж единства. А в другом месте яснейшим образом показал, что такое значит сие терпение, сказав: « друг друга тяготы носите, и тако исполните закон Христов » (Гал.6:2). Когда с любовию сносим недостатки друг друга, тогда и составляется и пребывает между нами единение: и потому где терпение, там и единение: а где нет терпения, оттуда убегает единство.

Поелику нет ни единого человека в мире без порока, нет ни единого без всякой погрешности: « Кто бо чист от скверны? Никтоже », сказал праведный Иов, « аще и един день житие его на земли » (Иов.14:4–5). Посему, если один сносит недостаток и немощь другого, то хранится согласие и единение: а если один ни недостатка в другом не терпит, ни немощи не сносит, то необходимо последует отсюда разрушение согласия и разрыв единства. Когда ты сносишь гнев мой, а я леность твою, тогда мы друг с другом обращаемся и вместе дела отправляем, и вместе пребывание имеем и с миром и любовию вкупе живем: если же ни ты не сносишь поступков гневного нрава моего, ни я не переношу вреда от лености твоей, то по необходимости удаляемся друг от друга и разлучаемся.

Что разлучило Авраама с возлюбленным племянником его Лотом? Распря пастухов. Они спорили между собою по причине тесноты места, на котором пасли скот господ своих. Если бы Авраам и Лот перенесли терпеливо распрю между собою пастухов, то не сказал бы Авраам Лоту: « отлучися от Мене: аще ты на лево, аз на десно: аще же ты на десно, аз на лево » (Быт.13:9). Если бы они снесли нерассудительности пастухов своих, то не разлучились бы друг с другом, но пребыли бы в соединении как и прежде. Если бы Сарра снесла гордость Агари, то ни пред Авраамом не плакалась бы, говоря: « обида ми от тeбе » (Быт.16:5), ни Агарь не изгоняла бы из дому Авраамова, но совокупно жили бы с нею в мире, как и прежде нежели она возгордилась. Исмаил играет с Исааком, а Сарра не сносит его своеволия, но говорит к Аврааму: « изжени рабу сию и сына ея » (Быт.21:10). Если бы Сарра перенесла детскую дерзость Исмаила, кто сомневается, что он остался бы в доме отца своего?

Но какая нужда в примерах древних, и коих мы не видим, но только читаем оные? Куда ни обратишь взор твой, везде видишь тому доказательство. Воззри на Церковь. Когда Пастыри Церкви сносят погрешности народа, подобно как виноград Евангельский неплодство смоковницы, и обличают их с кротостию, подобно как тот с терпеливостию окапывал смоковницу бесплодную, и со тщанием увещевают их и советуют им, так как и тот обложил ее навозом (Лк.13:8): а народ не осуждая и не взыскивая недостатков Пастырей, хранит по заповеди Господней все, чему они ни учат: тогда ты видишь в Церкви оной союз мира и единство духа: там видишь веру и благочестие, хранение Божественных законов и наблюдение отеческих правил и уставов: там видишь прекраснейшие и спасительные плоды любви и едино тело, и един дух, по Павлову учению (Еф.4:4). Когда же оскудевает в Церкви взаимная добродетель терпения, и спица в глазе брата считается бревном (Мф.7:3), и отцеживается комар (Мф.23:24), когда Пастыри отнюдь не снисходят к погрешностям народа и не просят Господа, как добрый виноградарь умолял о бесплодной смоковнице, говоря: « Господи, остави ю, и се лето, до́ндeже окопаю окрест ея, и осыплю гноем » (Лк.13:8): а народ, никак не оставляя замечать и самых малейших слабостей в Пастырях, порицает и осуждает их, о, колико зол тогда происходит в Церкви, отсюда непокорствия, ненависть, соблазны и взаимные распри: Пастыри отвращаются овец, овцы убегают Пастырей, разрушаются узы мира и сокрушается единство единого тела и духа.

Войди в какой хочешь город: ежели в нем видишь, что начальники переносят тяготы подчиненных, а подчиненные недостатки начальствующих, сановники своеволие простолюдинов, а простолюдины высокомерие сановников, богатые беспокойство от нищих, а нищие презрение от богатых, одним словом, ежели видишь там, что каждый переносит проступок другого, то обитает там мир и единодушие, в таком городе благоустрояется все полезное для общества, в нем преуспевает всякое доброе предприятие, в нем возрастает и процветает всякого рода благополучие. Войди в какой хочешь дом: ежели там сносит муж бессилие жены, а жена недостаток мужа, родители непостоянство юных чад, а чада немощи родителей, свекровь кичливость невестки, а невестка строптивость свекрови, господин нерадение рабов, а рабы строгость господина: в таком доме обретается взаимное одного с другим согласие, благодать мира и любви, и благочинное правление дома и соблюдение оного. Если же не будет терпения во градах, если гражданин не будет сносить недостатка согражданина своего, коликое злополучие последует во градах? коликое несогласие между гражданами? коликие соблазны? коликие взаимные распри? коликое расстройство в общественных делах. Ежели не будет терпения в доме, ежели домашние один другого тяготы нести не будут, коликое произойдет разногласие в доме том и коликое огорчение? от коего разлучаются часто родные с родными, братия с братиями, и родители с чадами. Таковые несогласия и раздоры не токмо разделяют, но и опустошают и домы, и грады, и самые царства. « Всякое царство разделшееся на ся запустеет: и всяк град или дом разделивыйся на ся не станет » (Мф.12:25).

Слышите однако, братия, вещь странную и достопримечательную. Пороки живут весьма близко, и в самых, так сказать, преддвериях к добродетелям. Каждая добродетель иметь свои определенные границы: следственно когда ты преступишь оные, то впадешь в порок, близкий к творимой тобою добродетели: например, когда ты с чрезмерною строгостию и утонченностию защищаешь правосудие, то удобно впадаешь в бездну жестокосердия. Почему и сказал Екклесиаст: « не буди правдив вельми » (Еккл.7:16). Когда же преступишь пределы милосердия, то удобно низвергаешься в пропасть неправосудия: почему и Царе-Пророк, соединяя правосудие с милостию, воспевал: « милость и суд воспою Тебе, Господи » (Пс.100:1). Сие приключается к несчастию и в терпении, в великой оной добродетели. Оно имеет пределы, кои когда мы преступаем, то погружаемся в бездну пагубного греха, каков есть хладнокровие.

Ограниченность терпения есть любовь, но любовь не плотская и мирская, а духовная и Евангельская. Павел, который учил терпению, сам положил и пределы терпения. « Терпяще », сказал он, « друг другу любовию » (Еф.4:2). Когда ты увидишь и рассудишь, что терпение приносит пользу ближнему твоему, переноси тогда слабости и недостатки его терпеливо и великодушно: ибо таковое терпение есть добродетель, доставляющая многие блага и вечное спасение. Если же узнаешь, что терпение вредит брату твоему, а ты нимало не думаешь о том, но без внимания оставляешь погрешности его, тогда терпение твое не есть добродетель, но грех великий. Оно будет хладнокровие, которое есть оскудение любви, и следовательно источник и матерь многих и великих зол. Хладнокровие иногда рождается от лености, иногда от самолюбия, иногда порождают оное мирские помыслы, а иногда плотская любовь. Вижу брата моего согрешающего, имею и силу, и право обличить его, но самолюбие полагает дверь ограждения о устнах моих, уверяя меня, что он, обличен будучи, причинит мне великое смущение и беспокойство. Вижу брата моего согрешающего и имею право и власть воспрепятствовать ему, но приходят политические мысли, говоря, не делай того, ибо он раздражится и сделается врагом вместо друга: или приходит плотская любовь, говоря, не препятствуй ему, ибо причинишь ему огорчение и скорбь: а сие держит в оковах руки мои, и я как слепой, глухой и бесчувственный не вижу, ни слышу, и не чувствую, колико зол происходит от хладнокровия моего.

Кто может представить, какие и коликие грехи производит хладнокровие? Когда настоятели церкви, имея апостольскую заповедь воздавать честь рачителям добрых дел, и наипаче труждающимся « в слове и учении »: обличать согрешающих, налагать запрещения и умолять их со всяким долготерпением и учением (1Тим.5:17:20; 2Тим.4:2), как бесчувственные никакой не оказывают чести добродетельным людям, и как немощствующие никогда не обличают и не увещевают творящих дела греховные, в коликом небрежении бывает тогда добродетель, колико умножается грех? Когда волк, то есть неверный, или еретик, или отлученный от церкви, входит во двор словесных овец, а пастыри ни овец не утверждают в благочестии, ни коварствам волка не препятствуют, но с одинаковым равнодушием смотрят и на волка, и на овец, колико овец тогда похищается, колико разгоняется, коликая пагуба и гибель бывает душам верующих? Когда слуги Божии, то есть, цари, начальники и властители не изъявляют гнева к творящим беззаконные дела, но носят меч праздным и бездейственным (Рим.13:4), с одинаковым веселым видом взирают и на добрых, и на злых, тогда убегает страх ко греху, убегает стыд и боязнь, бесстыдствуют беззаконные, торжествует грех и преумножается вся злая. Когда родители совсем не пекутся о исправлении согрешающих чад своих, колико возрастает тогда в доме их беззаконие, грех и растление?

Известны и явны многие и великие грехи, от хладнокровия происходящие, и однако ж некоторые думают, что хладнокровие не есть грех, Поелику ни заповедь, ни закон не воспрещают оного. Ах, « суетни сынове человечестии, лживи сынове человечестии в мерилех » (Пс.61:10). Что иное есть хладнокровие, как не совершенное отвержение второй заповеди Божией, то есть любви к ближнему? Кто таков есть, который любит ближнего своего, как себя самого, но притом видя его находящегося или в заключении мирском, или в гибели душевной, и могши помочь ему, пребывать недвижимым и бесчувственным, не обращая внимания на погибель его? Раскройте Божественное Писание и видите там праведнейший суд Божий на небрежных таковых. Илий жрец со всяким вниманием и благоговением исполнял жреческую свою должность, и со всяким правосудием судил народ Израилев: но сыны его Офни и Финеес оказывали небрежение пред Богом, похищая нагло, прежде нежели принесутся жертвы, отборнейшие части мяса животных, жертвуемых Богу. Илий, слыша о сем, ни яко настоятель жрецов не препятствовал такому беззаконию, ни яко судия народа не наказывал беззаконных, ни яко отец не исправлял согрешающих сынов своих: но или нерадением побеждаем, или отеческою любовию ослепляем, сие только говорил к сыном своим: « ни, чада, ни: яко не благ слух его же аз слышу о вас, не творите тако, яко не добры слухи, яже аз слышу, еже не работати людем Богу » (1Цар.2:24). Слышите же праведнейшее о сем определение Божие. Во первых обличает Бог Илия, как бы он сам творил грех сей. « Почто », рек к нему, « воззрел еси на фимиам Мой, и на жертву Мою безстудным оком? И прославил сыны твоя паче Мене, еже благословляти начаток всякия жертвы Исраилевы предо Мною? » (1Цар.2:29) Потом объявил ему казнь, которою имел его наказать. « И сие тебе », рек, « знамение, еже приидет на оба сыны твоя сия, Офни и Финееса: в день един умрут оба » (1Цар.2:34). Что и сбылось. Ибо в один и тот же день убиты были иноплеменными оба сыны его. Услышав же сие, старец Илий упал с седалища, на котором сидел, и сокрушив себе хребет, умер. « И паде с престола в знак близ дверей, и сокрушися хребет его, и умре, яко стар бе человек и тяжек: и той суди Исраилеви четыредесять лет » (1Цар.4:18).

Пример сей страшен. Из него каждый видит, что тот, кто имеет право и власть воспрепятствовать согрешающим, но не подвизается всемерно остановить поток беззакония, хотя бы имел веру, хотя бы имел добродетель, хотя бы исполнял боголепно звание свое, обличается однако от Бога и наказуется, как и самые согрешающие. Настоятели церковные, князи мирские, домовладыки, Отцы, Матери, человеки все, вы, кои можете воспрепятствовать злу и не препятствуете оному, но холодно на то смотрите, молчите, и так усыпаете, памятуйте всегда ужаснейший пример Илия. Сносите слабости немощных, Поелику сие есть долг неотрицаемый, Поелику сие есть дело полезное и спасительное. « Должни есмы мы силнии немощи немощных носити » (Рим.15:1). Токмо носите оные не для того, чтобы угодить себе, но чтобы принести пользу немощным. « Должни есмы мы силнии немощи немощных носити, и не себе угождати. Кийждо же вас ближнему да угождает во благое к созиданию » (Рим.15:1–2). Таким образом носил Божественный Павел тяготы немощных. « Бых », говорит он, « немощным яко немощен, да немощныя приобрящу: всем бых вся, да всяко некия спасу » (1Кор.9:22). Убегайте же хладнокровия, которое есть источник всякого греха. Учитель оный терпения учил и избегать хладнокровия: ибо он изъявил, что князь мирской есть служитель Божий, побуждающий всех к исправлению добрых дел, и что для того носит меч, чтобы наказывать творящих законопреступление: « Божий бо слуга есть тебе », рек он, « во благое. Аще ли злое твориши, бойся: не бо всуе мечь носит: Божий бо слуга есть, отмститель в гневе злое творящему » (Рим.13:4). Богодухновенный оный учитель учил и отвращаться хладнокровия, пиша к Титу: « сия глаголи, и моли, и обличай со всяким повелением » (Тит.2:15): к Тимофею же: « согрешающих пред всеми обличай, да и прочии страх имут » (1Тим.5:20). « Настой благовременне и безвременне, обличи, запрети, умоли, со всяким долготерпением и учением » (2Тим.4:2). « Блюдите убо, братие, како опасно ходите, не якоже не мудри, но якоже премудри » (Еф.5:15). Иное дело есть терпение, а иное хладнокровие. Терпение есть добродетель великая, хладнокровие есть пагуба многих душ. Внемлите убо, да не держась безрассудно терпения, низвергнитесь в бездну хладнокровия. Носите друг друга тяготы, да друг друга спасете: не будьте хладнокровны, да не друг друга погубите.

34. В неделю 26-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.12:16-21)

Великий небесный Царь единым Своим словом изъяснил ныне чтенную Евангельскую притчу. Мы, исповедуя и охотно признаваясь, яко несмы достойны отрешить ремень сапог Сего премудрого, святейшего и богодухновенного Мужа, не осмелились бы другого предложить толкования, по толико премудром Его изъяснении: однако, во-первых, упование возлагая на Божественные Его обещания, во-вторых же, от истолкования сего заемля, сколько можно, дерзаем отверсти уста для объяснения сего предложения. И так, о вы, любостяжатели, плотолюбцы и чревослужители, немилосердые и необщительные, вы, которые ни о чем другом не помышляете, как токмо о своей телесной прихоти и покое, которые рассуждаете и располагаете будущим так, как в нашей власти находящимся; вы, которые нимало не страшитесь внезапно смертоносной косы, — словом, все те, которые хощете стяжать душам вашим спасение! внемлите сему и, отверзши душевные ушеса, послушайте со вниманием толкования сей притчи. Ибо хотя оной предмет преимущественно касается любостяжательных, однако для всякого человека заключает наставления полезнейшие и спасительные.

Лк.12:16. «Рече Господь притчу сию: человеку некоему богату угобзися нива.»

Богатому человеку «угобзися нива», то есть, поля многие и добрые принесли плоды, винограды множество изрядного винограда, маслины многое количество зрелых маслин и сады обилие спелых, сладких и весьма многих овощей. Но для чего же изволил Бог, чтобы нива сего злого и развращенного богача принесла толикое множество различных и добрых плодов? Во-первых, да явит Свою благость и покажет, что «солнце Его сияет на злыя и благия, и дождит на праведныя и на неправедныя» (Мф.5:45); во-вторых же, да удовлетворит желанию богатого, и таким образом обратит его на подаяние милостыни. Если же ниже сие изменит его немилосердого обычая, он да явится безответным, мщение же да открыет правосудие Божие, по сему: «яко да оправдишися во словесех твоих, и победиши внегда судити Ти» (Пс.50:6). Как же поступил богач, взирая на толикое счастие и на столько приумноженное свое богатство?

Лк.12:17. «И мысляше в себе, глаголя: что сотворю, яко не имам где собрати плодов моих?»

Видишь ли, что рождает богатство? Мысли и заботы: «и мысляше в себе, глаголя, что сотворю?» Слышишь ли? вместо радости, доставляет сомнение и вместо покоя беспокойство: «что сотворю?» Таковое сомнение и беспокойство терпит и самый бедный человек. Таковое же слово, «что сотворю?» произносит и убогий; «что сотворю?» печется самый беднейший, яко не имам хлеба для пропитания моего, и жены и чад моих. Но богатый неправедно взывает так; «яко не имам»; ибо имеет такое место, где бы собрать плоды свои. Имеет алчущие утробы и пустые убогих домы, где собрав плоды свои, собрал бы сокровище на небеси, «идеже ни червь, ни тля тлит, и идеже татие не подкопывают, ни крадут» (Мф.6:20). Бедный праведно болезнует: «что сотворю, яко не имам?» ибо самым делом не только не имеет, но ниже находит, по жестокосердию богачей. Как же богатый успокоевается от заботы своей, и чем решит сомнение? Внемли.

Лк.12:18. «И рече: се сотворю: разорю житницы моя, и большия созижду, и соберу ту вся жита моя и благая моя.»

Решил сомнение свое. «Се сотворю», сказал: разрушу житницы моя, и созижду другие моя, и созижду другие пространнейшие, где бы можно было мне поместить «вся жита моя и благая моя». Безумне! не есть сие решением твоего сомнения, ниже успокоение от беспокойства твоего, но составляет заботы, труды и попечения; ибо, если и в другое лето угобзится нива твоя: не паки ли должен ты разрушить здания твоя и создать большие? Но что сего труднее и беспокойнее: разрушить и создать, и паки, по прошествии малого времени, разорить и восстановить? Сие ли составляет покой богатого — имеет житницы свои наполненными, и тем не довольствуется? Таковое-то есть зло, любостяжание! Есть желание ненасытимое. Терпит любостяжательный болезнь, равную водяною болезнию одержимому. Водяною болезнию страждущий чем больше пиет, тем более жаждет: любостяжательный чем более собирает, тем паче желание в нем возрождается. Когда же разрушишь житницы твои и созиждешь большие, что сотворишь тогда?

Лк.12:19. «И реку души моей: душе! имаши многа блага, лежаща на лета многа: почивай, яждь, пий, веселися.»

Виждь безумие и глупость! Во-первых, как будто бы имел свинскую душу, говорит в себе таким образом: «душе моя! почивай, яждь, пий, веселись». Сие означает гнусные плотские прихоти. Во-вторых, не свое почитает своим: «душе», говорит, «имаши многа блага» (Лк.12:19). Но откуда имеет блага нагим исшедший от утробы матери своей и нагим имеющий отъити? Плоды земные не суть блага душевные, но блага Божия, даемые богатым, да они, утроив оные чрез подаяние бедным, восприимут венец доброго строительства. Плоды и блага душевные суть: «любы, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание» (Гал.5:22). Напоследок же является господом и обладателем времен и лет, «яже Отец положи во Своей власти» (Деян.1:7). Также определяет самому себе жизнь многодетную и долговременную: «душе, имаши многа блага, лежаща на лета долга». Истинно убо и достойно называет его Бог безумным.

Лк.12:20. «Рече же ему Бог: безумне! в сию нощь душу твою истяжут от Тебе: а яже уготовал еси, кому будут?»

Жестоко Бог обличает его, и называет безумным, яко не ведущего благородства и бессмертия души своей, но предметом оной пищу, питие и плотские удовольствия и похоти полагающего, так, как бы она была телесною и тленною; безумным, яко присвояющего себе Божия блага; безумным, яко почитающего самого себя владыкою и обладателем жизни своей, и назначающего себе многие лета, хотя он в ту же нощь похищен был внезапно и лишился сверх чаяния жизни; безумным, яко не знающего, для кого уготовал те благие, и яко не разумеющего, что неизвестность часа смертного воспрепятствует совершиться намерению его. Знать же надобно, что истязующие душу его разумеются бесы, и потому не сказал: истяжу душу твою, но: «истяжут душу твою», то есть, принужденно похитят сию пленившие оную. Ибо праведных души суть в руце Божией: неправедных же и злых нагло бесами похищаются в ночи, то есть, когда они пребывают во тьме греховной. Предложив же Господь сию притчу, немедленно и о предмете приточном упоминает, объясняет, то есть, цель и конец оной, говоря:

Лк.12:21. «Тако собираяй себе, а не в Бога богатея.»

Кто есть тот, который себе собирает, а не в Бога богатеет? Богач любостяжательный, ненасытный, хотя бы все свои житницы имел наполнены; богач неправедный, блага Божия собственными благами называющий, скопляющий злато к злату и стяжание к стяжанию, не для того, чтобы ближнему являть благодеяние, но чтобы сими одному насладиться, одному утешиться, насытиться, напиться и удовольствовать свои плотские прихоти. Богач гордый и безумный, который сам располагается жить долговременно и долговечно; таковый не Божественным богатством богатеет, поколику не имеет сокровища на небесех, но чужд есть всякой добродетели и всякой Божественной благодати. «Тако», говорит Бог, то есть, подобно безумен есть и несмыслен всякий любостяжатель и сребролюбец, который собирает, и никогда бедным не расточает. «Тако», то есть, равным образом, глуп есть и неразумен всякий плотолюбец и сластолюбец, который ни о чем другом не печется, кроме роскошества и плотских прихотей. «Тако», то есть, равно, безумен есть тот, который сам себе обещает жизнь долговременную и долговечную. «Тако», то есть, таким же образом, умирает тот, кто делами подражает сему богачу. Умирает внезапно, не устроив о доме своем и не раскаявся, и истязуют душу его бесы. Поколику же хотя все мы имеем уши, и все слушаем, но не все пользуемся; того для о сем предлагая, Господь возгласил, говоря: «имеяй уши слышати, да слышит». Как бы сказал так: кто имеет душевное расположение воспользоваться сими словами, да пользуется.

Беседа о внезапной смерти, и о том, каким образом можем предостерегаться от нее

Между многими предложениями, заключающимися в притче нынешнего Евангелия, встречается рассудку нашему неприятное предложение о нечаянной смерти. Великий страх и чрезмерный ужас рождает в нас сия истина. Нечаянная смерть есть меч Божеского гнева за грехи наши. Сие ясно видим на богатом, упоминаемом в притче. Он был корыстолюбив, раб плоти и прихотей; он, совершенно забыв и о бессмертии души, и о смерти, и о Боге, и прилепив ум свой и сердце к благам земным и к деликатностям плотским, умер не яко человек, верующий Богу, но яко человек нечестивый и веры отпадший; не яко человек, имеющий бессмертную душу, но яко душею умирающий; не яко человек, разумом одаренный, но как бессмысленное животное. Почему Бог за беззаконие и глупость его определил ему смерть принужденную и внезапную. Но чтобы всякому было известно, что не естественно, но по Божию повелению скосила его коса нечаянной смерти, представил Иисус Христос в притче то, что не случается при внезапной смерти, то есть, представил Самого Бога, во-первых обличающего несчастнейшего сего грешника и объявляющего ему страшную казнь внезапной смерти: «безумне, в сию нощь душу твою истяжут от Тебе» (Лк.12:20), потом и вину такового пагубного осуждения приводящего: поколику, говорил, прилепил ты себя к пороку лихоимства, собирая и никогда не насыщаясь, того для похитят душу твою; то же, что стяжал, кто наследует? «А яже уготовал еси, кому будут?»

Страшное дело — внезапная смерть; поколику в каком состоянии обрящемся в час смерти нашей, в таковом пребудем в нескончаемом веков веке. По смерти ни добродетельный не изменяется из добродетельного в порочного, ни грешник — от порочного в добродетельного. Ибо каким бы человек ни был в час смертный, таким и остается. Подтверждает сие Божественный Екклезиаст, говоря: «и аще падет древо на юг, и аще на север, на месте, идеже падет древо, тамо будет» (Еккл.11:3); какого, то есть, места достойным обрящется человек в час смерти своей, райского ли, или адского, — там определяется и пребывает там в бесконечные веки веков.

Мы, несчастные, во всякую почти минуту согрешаем. Когда отбегает от дел наших грех? Иной час посвящаем многоядению и многопийству, объядению и пьянству; другой провождаем в покое и прихотях, в убийствах и враждах; остальною минутою жертвуем похищениям и неправдам, притеснениям и гонениям братии (Рим.13:13). Когда уклоняется от словес наших грех? Поношения, клеветы, осуждения, ложь, сквернословия, наипаче же празднословие всегда почти изблевывается из уст наших. Когда пребывает мысль наша непричастною гордости, славолюбия, гнусных мечтательностей и лукавых воображений? Почти что никогда, — ни в то самое время, когда приклоняем молитвенные колена пред Богом; во грехах беспрестанно погружаемся и в юности, и в мужеском возрасте, и в самой старости: удобообстоятельный грех всегда окружает нас, всегда представляем «уды наша рабы нечистоте и беззаконию в беззаконие» (Рим.6:19).

Когда прежде смерти человеколюбец Бог насылает яко Ангела жестокую болезнь: сия тогда пришедши, как бы другой Исаия, возвещает нам, говоря: «сия глаголет Господь: устрой о дому твоем, умираеши бо ты» (Ис.38:1). Гласит тогда как бы велегласная труба: человече! приуготовляйся к будущей жизни и к имеющему тамо быть страшному суду! Немощи и слабость болезненная и великий смертных страх часто и самое жесточайшее сердце умягчают; чувствует тогда человек разлучение от мира, видит тогда, что ничто ему не пользует, ни богатство, ни слава, ни другие какие-либо мирские блага; возлюбленные тогда сродники и истинные друзья призывают для него духовного отца и наставника спасения его. Благоприятствует тогда время, а паче если болезнь продолжается, раскаяться, плакать, обратиться к Богу, исповедать грехи свои и соединиться со Спасителем Иисусом Христом чрез причащение пречистого Тела и Крови Его, и устроить о доме своем. Без сомнения, тогда есть надежда, что таковый может пасть и остаться не на севере, на месте мучения, но на юге, на месте блаженства.

Но когда внезапно, так как неожидаемая буря и так как вихрь внезапный, сверх всякого чаяния, смерть похитит жизнь, — когда, говорю, в час тот будет человек в силах, здрав и грешащь, чрез одну минуту явится безгласен и бесчувствен, — какая тогда надежда ко спасению? где тогда покаяние? где исповедь? где обращение? Ни сродник, ни друг, ни священник не могут помочь тогда, хотя бы хотел кто, старался и всеусердно желал. Только что делается бесчувственен таковый несчастливец умирая, — вдруг приходят немилосердые, истязующие душу его! «В сию нощь душу твою истяжут от Тебе» (Лк.12:20).

Утверждают искусившиеся во врачебном знании, что коль скоро престанет быть движение жильной влажности, то есть, жизненного духа в мозговых сосудцах, престает немедленно и в сердце движение крови, купно же оканчивается и дыхание и жизнь. И таковый недуг называют апоплексиею, последствие же оной внезапною смертию. И мы не несогласуем с естествословными врачами, ниже говорим, что таковое их естествословие есть ложь; но утверждаем, что остановление жизненного духа и крови не суть главные причины внезапной смерти, но последующие и, так сказать, орудия, посредством коих внезапная смерть случается и совершается. Известно, что пила пилит, плуг вспахивает и мрежа рыбу ловит; но не суть сии и не называются причинами, но токмо орудиями действий, бываемых посредством сих: пильщик же в своей работе, земледелец в хлебопашестве, рыбак же в рыболовстве почитаются главною и действующею виною.

Бог, и благодетельствуя, и наказуя человека, действует чрез творения так, как орудиями. Освещает восхождением солнца и согревает огнем землю и все в оной находящееся; погубляет остановлением солнца Аморреев, и сожигает огнем Содом и Гоморр (Нав.10:12). Водою напоевает землю, и растит плоды: водою же потопляет мир, и погружает Египтян (Исх.14:27). Чрез воздух подает дыхание и жизнь всем животным: чрез воздух же наводит тьму, осязаемую в Египте (Исх.10:21), и прах гнойный на Египтян и на скотов их (Исх.11:5). От земли всякое питает животное: посредством же земли умерщвляет Дафана и Авирона (Чис.16:32). Сам Он, яко Владыка и Господь и остановления, и движения, и законов естественных свойств, и самого естества, и всех тварей Творец и Вседержитель, и останавливает, и движет, и все пременяет, и все, что хощет, творит по воле и изволению. Сам убо Бог, когда восхощет, останавливает купно и движение мозгового жизненного духа, и движение крови в сердечных изгибах, и таким образом внезапной смерти виною бывает.

Во-первых, Бог обвязывает грешника пластырем Божественного Своего человеколюбия. Даровал богачу нынешнего Евангелия богатство: «человеку», говорит, «некоему богату»; но сей, никому ничего не уделив, наполнил житницы свои, и заключил богатство свое в них. Бог, чтобы насытить желание его и корыстолюбивый его дух изменить в общительный, еще землю сотворил его плодоносною: «человеку некоему богату угобзися нива» (Лк.12:16). Произрастения и плоды многие и безмерные, житницы наполненные, богатство невместимое; но богач вместо того, чтобы растворить житницы и, опорожнив оные от прежних плодов, наполнить новыми и таким образом паки остаться богатым и житницы иметь наполненные, послушайте, о чем мыслит, и чем решится: «мысляше в себе» разорить прежние свои житницы и создать другие новые, могущие вместить и прежние, и новые плоды. «Разорю житницы моя и большия созижду» (Лк.12:18): но для чего разорить и создать? Для того ли, чтобы размерять для имеющих нужду, так как Патриарх Иосиф в Египте? (Быт.47:14) Не для сего, но да единая его душа покоится, и яст, и пиет, и веселится. «И реку души моей: душе, имаши многа блага, лежаща на лета многа: почивай, яждь, пий, веселися!» (Лк.12:18) Видя убо Бог, яко сей «нерадит о богатстве благости Его, и кротости и долготерпении, не ведый, яко благость Божия на покаяние его ведет» (Рим.2:4), видя, что не только не исправляется, но еще паче прежнего согрешает, либо остановив тогда действие мозгового жизненного духа, как врачи утверждают, либо другим каким-либо образом, Ему известным, пресек жизнь его внезапною смертию. «В сию нощь душу твою истяжут от Тебе» (Лк.12:26).

Всякое несчастие, всякая скорбь, всякое зло, когда внезапно случается, бывает гораздо тягостнейшее и несноснейшее. Почему Пророк Божий взывал: «уготовихся и не смутихся» (Пс.118:60). Когда человек предварительное имеет сведение о имеющем быть ему несчастии, если есть избежное, или совсем освобождается от сего, или различными образы творит то удобосноснейшим, а если неизбежное,- предуготовляет сердце свое к перенесению оного. Но когда без всякого малейшего знания приключится для него бедствие, неутешим пребывает и отчаян.

Смерть, без сомнения, есть неизбежная, есть страшная, хотя бы предвидели мы ее приближающуюся. И сам Господь наш Иисус Христос, который по личному соединению человечества Своего с Божеством имел, хотя и яко человек, все пресовершенные совершенства, скорбел однако, когда приближался час смерти Его: «прискорбна», говорил, «душа моя даже до смерти»; и молил Отца Своего, да не испивает горькую смерти чашу: «Отче мой! аще возможно есть, да мимо идет от Мене чаша сия» (Мф.26:38-39). Толикий же подвиг имел в час сей, яко «бысть пот Его, яко капли крове, каплющия на землю» (Лк.22:44). Если предусмотрим приближающийся час смерти: во-первых, по хотению нашему располагаем и о доме, и о чадах, и о состоянии нашем, имеющем быть по смерти, почему душа наша бывает тогда спокойною и беспечальною; во-вторых же, покаянием и исповеданием облегчая тяжкое бремя грехов наших, освобождаемся от угрызения совести и прогоняем чрезмерный страх вечного мучения; в-третьих, приобщаясь Святых Таинств, соединяемся с Спасителем Христом. Почему немедленно вселяется в сердце наше упование на милость Божию, чаяние вечного покоя, надежда бессмертного царствия, отъемлющая печаль о разлучении с миром и доставляющая радость и наслаждение небесных благ и неизреченной Божией славы.

Ничего не бывает тогда скорбного и страшного, кроме подвига разлучения души с телом. По таковом же приуготовлении приходят святые Ангелы, милостивые и светлые, прогоняют далеко бесовские полки, услаждают горесть, облегчают труды, прогоняют душевный страх и радуясь поемлют оную. Блажен, братие моя, будет тот, кто удостоится толико благой смерти! воспоет таковый с Давидом: «в мире вкупе усну и почию» (Пс.4:9).

Но когда случится смерть нечаянная и внезапная, и нас обрящет сущих среди беззаконий наших, — о коль тогда страшна будет! коль горестна и душегубительна! Узрит тогда таковый несчастный человек меч изощренный и обнаженный, и подъемлемый над выею его. Возжелает, да избежит, но побег не имеет уже места; восхощет устроить о доме своем, но мысль возмутится, и помышления исчезнут; пожелает священника, да исповесть грехи свои, но язык отъимется, и не может о сем дать знать прочим; уста заключатся, и не может поведать беззакония своя; узрит, что по смерти оставил любезнейшим своим наследникам печальные мнения, и сие жестоко поразит его; узрит, что умер нераскаян, и восчувствует страшного суда определение, и казнь вечной муки. Сие же причинит ему адовы болезни: от сего родится мрачное возмущение, боязни ужасные, терзания мучительные, отчаяние совершенное. Кроме сего и беси, мрачные и немилостивые, изобличая деяния и истязуя душу его, весьма мучительно терзают его. Отлучается напоследок немилостивым образом душа от тела и, трепеща и стеная, насильственно похищается. Всемилостиве Господи! избави нас от толико горестного осуждения! Горе, братие моя, тому человеку, который таким образом скончает жизнь свою! Сия-то есть лютая смерть, о которой упоминает Пророк Давид: «смерть грешников люта» (Пс.33:22).

О несчастные людие! Мы не только не ведаем о часе смертном, но ниже знаем, каковой есть смерти нашей образ: кроткою ли она и смиренною приидет ко мне, или лютою и зверскою? Знамения ли оной прежде я увижу, или яко тать в нощи постигнет меня? отсрочит ли она мне хотя на малое время, да оплачу грехи моя, или мгновенно восхитит меня нераскаянна? О, для чего такая тьма? Для чего таковое неведение о часе смертном и о образе смерти, от чего зависит спасение душевное? Так, возлюбленные, устроил человеколюбивейший Бог для нашего спасения. Незнание о часе смертном рождает страх, страх — воздержание, воздержание пресекает случай ко греху и падение. Незнание о часе смертном производит внимание, внимание — хотение, хотение виною бывает преуспения в добродетели. Для того оставлено в неизвестности, добрая ли или лютая будет смерть наша, да мы, страшась, бегаем греха, да мы, остерегаясь, преуспеваем в добродетели. Коликочастно ради страха смертного воздерживаемся от греха? Коликочастно боясь, что ежели заутра умрем, обогащаемся добрыми делами? И так, для чего скорбим? разве хощем знать о часе смерти нашей для того, чтобы торговать душевным спасением, то есть, грешить всяким гнусным грехом даже до последнего часа жизни нашей, и тогда, обратившись на покаяние, делаться наследниками царствия небесного? Но «Бог поругаем не бывает» (Гал.6:7), но яко Всевидящий и Праведный зрит помышления наши, и судит праведно всей земли.

И так, час смертный есть неизвестен; смерть случается часто внезапная. Истинно сие и справедливо. Спаситель убо твой и Господь показал, что должно тебе делать: «бдите убо”, сказал, «яко не весте дне ни часа, в оньже Сын человеческий приидет» (Мф.25:13). «Сего ради и вы будите готови: яко, в оньже час не мните, Сын человеческий приидет» (Мф.24:44). Бди убо и внемли, буди убо готов. Случается, без сомнения, внезапная смерть, но кому? Небдящему и неготовому. Если кто пребывает зол и развращен и думает, что смерть помедлит и не скоро придет, чего для поносит, обижает, похищает, притесняет братию свою и слепо вдается многообъядению, многопитию, пьянству и другим беззакониям и неправдам: «аще ли же речет злый раб той в сердцы своем: коснит господин мой приити: и начнет бити клевреты своя, ясти же и пити с пияницами» (Мф.24:48-50): такового в тот день, в который не чает, и в тот час, которого он не знает, похищает внезапно смерть. «Приидет господин раба того в день, в оньже не чает, и в час, в оньже не весть».

Час смертный есть неизвестен, смерть приходит яко тать. Истинно сие и справедливо; бди убо, и внемли; буди убо готов. Ибо Господь того, которого обрящет нераскаянна и неготова, «растешет полма, и часть его с неверными положит: ту будет плачь и скрежет зубом» (Мф.24:51). Убо каждый имеет нужду во многом внимании, каждому нужно ежедневное приуготовление, каждый должен о сем стараться и частую свою молитву проливать пред Богом, да помиловав его, по великой Своей милости, избавит от внезапной и лютой смерти.

Час смертный есть неизвестен, смерть случается часто внезапная. Истинно сие и справедливо: но почто же страшишься оной? Если хощешь, можешь освободиться и от страха внезапной смерти и от зловредной оной язвы. Буди рабом Господним верным и мудрым, якоже Авраам и Исаак: тогда умрешь старцем исполненным дней, «в старости добрей» (Быт.25:8); и умрешь не принужденно и внезапно, но радостно и в уповании, по смерти же вчинен будешь в лик праведных. Буди рабом Господним верным и мудрым, якоже Иаков и Иосиф; тогда и ты предузнаешь час смерти твоей, и предскажешь так, как и те: «се аз умираю» (Быт.48:21). Тогда узришь чада чад твоих; тогда отъидеши от сея жизни благословляя и молясь о чадах своих (Быт.49:25); тогда заповедаешь прежде о погребении твоем, потом «возложив нозе» твои «на одр” твой, уснешь, и почиешь в мире и вечной радости (Быт.49:33). Буди рабом Господним верным и мудрым: верным, храня яко зеницу ока, даже до последнего издыхания, православную веру; мудрым — удаляясь от всякого греха, и исполняя всякую правду: и тогда не устрашишься внезапной смерти, не устрашишься тогда вечного мучения. Ибо когда приидет смерть и обрящет тебя таковым; тогда Владыка и Господь твой вчинит тебя в лик блаженных. Сам бо рече: «блажен раб той, егоже, пришед, господин его обрящет тако творяща» (Мф.24:46). Аминь.

34.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Ефесеям, читаемый в двадцать шестую неделю (Еф.5:9-19)

Дух Святой, глаголавший чрез Пророков, не токмо предрек о Иисусе Христе, но и предвозвестил законоположения Евангельского нравоучения: отчего происходит совершенное согласие Пророческих и Апостольских учений. Видим мы оное и между ныне чтенном Апостольским посланием и поучительными словесами Царе-пророка Давида. Точию Давид, Поелику поя и песнословя Бога, увещания давал человекам, посему с великою краткостию произрек основания всего Евангельского нравоучения: « уклонися », рек он, « от зла и сотвори благо » (Пс.33:15). Поистине же на сем основывается и утверждается Евангельское законоположение и спасение всякого верного человека, на убегании, то есть, от всякого греха и на делании всякой добродетели. Не довлеет ко спасению единого бегания греха, но нужно и делание всякой добродетели. « Уклонися от зла и сотвори благо ». Сие рек Пророк Давид. Сие самое рек и Апостол Павел: но, Поелику он собственно поучал Ефесеев, а чрез них и всю вселенную, нравственным Евангельским правилам, то сперва объявив именно, какое то есть зло; завещевал, чтобы мы совершенно воздерживались от оного. « Блуд же », сказал, « и всяка нечистота и лихоимство ниже да именуется в вас, якоже подобает святым: и сквернословие, и буесловие или кощуны, яже не подобная » (Еф.5:3–4). Потом показав поименно, какое есть благо оное, показав, то есть главные добродетели, благостыню, правду и истину, учил дивным образом отвращаться греха и творить добродетели. Толкование святых его словес объяснит содержащиеся в них небесные мысли. Вы убо, кои желаете наслаждаться душевным вашим спасением, пригвоздите слух к слышанию, а ум к уразумению оного.

Еф.5:8. Братие, якоже чада света ходите.

« Чада света », сказал Он, вместо, просвещенные, как и чада естеством гнева (Еф.2:3), вместо, под гневом состоящие. Подобные же выражения находим и в Евангелистах, « сынове лукаваго » (Мф.13:38), вместо, злые, и, « сына геенны » (Мф.23:15), вместо, в геенну определенного: и « да сынове света будете » (Ин.12:36), вместо, да просветитесь. Поелику же выше сказал: « бесте бо иногда тьма, ныне же свет о Господе » (Еф.5:8): для того приложил: « якоже чада света ходите ». Вы были, говорит он, прежде помраченные мраком неверия и идолослужения, ныне же просветились светом веры и благодати Господа Иисуса Христа: посему ходите не яко помраченные, но яко просвещенные. Помраченный чувственным в воздухе мраком падает в стремнины и пропасти: помраченный же умственным мраком неверия впадает в беззакония и неправды. Подобно, просвещенный вещественным в воздухе светом ходит по пути своему беспреткновенно: просвещенный же умным светом благодати ходит по пути добродетели безгрешно: « Ходите убо », говорит, то есть, соделовайте, добрые дела, « якоже чада света », то есть, яко просвещенные верою и благодатию.

Еф.5:9. (Плод же духовный есть во всякой благостыни и правде и истине

Поелику сказал, « якоже чада света ходите » (Еф.5:8), то показывает в виде привложения, какие суть дела просвещенных Всесвятым Духом, именуя оные плодом Духа, потому что благодатию Его соделовают оные человеки. Когда писал он к Галатам, исчислил девять плодов Святого Духа. «Плод же духовный», сказал, « есть любы, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание » (Гал.5:22–23). Ко Ефесеям же пиша, сократил плоды в три токмо: « Во всякой благостыни и правде и истине ». Во-первых, заметь здесь положение, в каком состоит число сие три в отношении к девяти: из трех делается девять, и три есть корень девяти. Во-вторых же, приметь, что к трем плодам приложил: « во всякой », дабы открыть, что в совершении сих трех великих добродетелей содержатся и прочие. Ибо, когда мы живем « во всякой благостыни », благотворя и друзьям, и врагам, и во всякой правде, не делая обиды ни себе самим соделованием греха, ни ближнему неправосудием и властительством, и во всякой « истине », вещая истину веры, и истинствуя во всяком слове и деле: тогда мы и любим, и радуемся, и мирствуем, и долготерпим, тогда мы бываем и добры, и милосерды, и верны, и кротки, и воздержны.

Еф.5:10. Искушающе, что есть благоугодно Богови.

Вот способ, коим ходим мы, яко чада света, искушение дел угодных Богу: мы жительствуем яко просвещенные при посредстве искушения, то есть, искушая, какое дело есть угодно Богу, дабы совершить нам оное. Но как могу я, скажешь ты, делать таковое искушение? Испытуй и познавай, какие суть дела, кои Богом в Божественных Писаниях узаконены и святыми Апостолами письменно или неписьменно преданы, и коим православная церковь научает: таковые дела благоугодны Господу. Почему в оных утверждай нозе твои, и оных держись. « Стойте », так учит Апостол Божий, « и держите предания, им же научистеся, или словом или посланием нашим » (2Сол.2:15). Других же всех, кои суть человеческие вымыслы и оным противоположны, бегай, говорит тот же Апостол, яко « скверных и бабиих басней » (1Тим.4:7).

Еф.5:11–12. И не приобщайтеся к делом неплодным тмы, паче же и обличайте. Бываемая бо отай от них срамно есть и глаголати.

Бесплодные дела тьмы суть грехи, как тот же Павел в другом месте истолковал, сказав: « ниже приобщайся чужим грехом » (1Тим.5:22). Бесплодны же греховные дела потому, что никакого другого плода не приносят, кроме стыда и смерти. « Кий убо тогда иместе плод », писал к Римлянам Павел, « о нихже ныне стыдитеся, кончина бо онех, смерть. Оброцы бо греха смерть » (Рим.6:21:23). Когда же не приобщаюсь я к делом неплодным тьмы? Когда ни делом не вспомоществую согрешающему учинить грех или пребывать в оном, ни словом не побуждаю его, и не советую ему согрешить или пребывать в грехе: кольми же паче тогда не приобщаюсь, когда всемерно подвизаюсь удерживать его от греха. Но не довлеет к душевному спасению, ежели токмо не приобщаюсь чужим грехам: ибо когда не бываю сообщником греха, тогда уклоняюсь токмо от зла: нужно же, чтобы творил я и благое. Почему и сказал: « паче же и обличайте ». Обличение греха есть соделование дела благого. Но как может, скажешь ты, простолюдин обличить грех сановника и начальника? Многие и различные суть образы обличений: часто хваля, обличаем: и самое одно изъявление отвращения от греха есть обличение согрешающему. Для чего же должны мы не только удаляться от соучаствования во грехах, но и обличать оные? Для того, что грехи столь вредны и пагубны, и самые, то есть, втайне соделываемые согрешающими, что и наименования оных срамны и срамотою наполняют уста: потому и завещал Апостол Божий, дабы совсем и не именовались (Еф.5:3). Вот и другое сильнейшее доказательство, по коему надлежит нам обличать грех.

Еф.5:13. Вся же обличаемая от света являются: все бо являемое свет есть.

« Светом о Господе » наименовал Божественный Апостол Ефесеев (Еф.5:8), яко просвещенных Божественною благодатию. Всякая же ересь, всякий грех, всякий проступок доколе утаивается, никогда не исправляется: а когда обличаем будучи от света, то есть, от просвещенного и добродетельного человека открывается, тогда возникает надежда к исправлению. Посему Павел, пиша к Тимофею о наказании согрешающих, вещал: « еда како даст им Бог покаяние в разум истины » (2Тим.2:25). Грех бывает втайне: « бываемая бо отай » (Еф.5:12), сказал он, по причине страха и стыда. Всякое же дело явно бывающее, есть свет или добродетель. « Все бо являемое свет есть ». Когда грех объявится и обличится, тогда согрешающий чрез покаяние становится светом, то есть, соделывает добродетель. Свидетель сему Давид: он согрешил втайне: Нафан открыл и обличил грех его, сказав: « яко ты сотворил еси втайне, аз же сотворю глагол сей пред всем Исраилем, и пред солнцем сим » (2Цар.12:12). Давид же чрез покаяние избежал тьмы греховной, и вшел во свет добродетели. Сие самое подтверждается и следующим:

Еф.5:14. Сего ради глаголет: востани спяй, и воскресни от мертвых, и осветит тя Христос.

Кто глаголет сие? Слов сих в Божественных Писаниях не обретается. Некоторые говорили, что оные взяты из книг, апокрифическими называемых, Пророка Иеремии (Георг. Синге), а другие из Псалма некоторых писателей (Смот. Феод. в он. мест.), которые, сподобившись Божественной благодати, написали Псалмы, о коих Апостол Павел сказал: « кийждо вас Псалом имать » (1Кор.14:26). Вероятнее однако ж кажется, что мысль оная взята от сих Пророческих слов Исаии: « людие ходящии во тьме, видеша свет велий: живущии во стране и сени смертней, свет возсияет на вы » (Ис.9:2; Мф.2:15; Ос.11:1). В иных же словах представлена Апостолом Павлом, как и другие некоторые речения пророческие переиначены святыми Евангелистами (Мф.27:9; Иер.32:9; Зах.11:12–13). Спящим называет грешного, яко праздного и бездействительного в делании добрых дел, и вчиненным с мертвыми, яко имеющего душу свою умерщвленную грехом. К покаянию же слово сие грешника возбуждает. Востани, говорит, спяй сном греховным, и воскресни от мертвых, дел греховных. Сие есть обличение греха. Но посмотри, как по обличении и по предполагаемом сокрушении сердца обещает свет благодати: « и осветит тя », говорит, « Христос ». Вот убо как чрез обличение бывый прежде грешным и темным соделывается праведным и светлым от света благодати Иисус Христовы.

Еф.5:15–16. Блюдите убо, како опасно ходите, не яко же не мудри, но яко же премудри: искупующе время, яко дние лукави суть.

Время есть мера, которою измеряем продолжение пребывания вещей: оно не продается, ни покупается, ни выкупается. Равно и дни, будучи часть времени, ни лукавы, ни не лукавы суть: явствует убо отсюда, что в переносном смысле употребил оные слова Апостол Божий. Что же значит: « искупующе время, яко дние лукави суть »? То же написал он и к Колоссаям, говоря: « В премудрости ходите ко внешним, время искупующе. Слово ваше да бывает всегда во благодати, солию растворено, ведети, како подобает вам единому комуждо отвещавати » (Кол.4:5–6). А сие объясняет смысл предлежащих слов: Поелику из сего видно, что « искупующе время » значит то, что надлежит им со всякою мудростию и благоразумием ответствовать « ко внешним » или к неверным, и ко всякому человеку, помышляя о бедственных тогдашнего времени обстоятельствах. « Яко дние лукави суть », настоящие то есть дни исполнены скорбей, коварств и бедствий. Но и следующая мысль кажется приличною предлежащим Апостольским словесам. Когда мы вчера сидели в праздности, а сегодня сделали дела вдвое более обыкновенного, тогда говорим, что мы сегодня выкупили время, которое вчера потеряли: а днями лукавыми называем оные, в кои случаются скорби и несчастия. И так, может быть, Апостол приняв: « искупующе время », в сем значении, сказал: соделайте ныне благих дел вдвое более, за дела, коих не делали прежде, когда служили идолам, помышляя, что настоящие дни исполнены смертоносных опасностей. Сверх того, Поелику сие, искупаю, значит в Божественном Писании и покупаю, торгую, приобретаю, как то сказал Навуходоносор к волхвам: « по истинне вем аз, яко время вы искупуете » (Дан.2:8): Почему и следующий смысл выходит из оного речения: жительствуйте не яко не мудри, но яко премудри, покупая или приобретая время, мужественно перенося все времени сего мучения, и все предая, да веру во Христа сохраните. Ибо во дни сии тираны дерзают чинить всякого рода насилия.

Еф.5:17. Сего ради не бывайте несмысленни, но разумевайте, что есть воля Божия.

Отсюда мы познаем, кто есть несмыслен или глуп, и кто мудр. Несмыслен есть тот человек, который не знает воли Господа своего. Безумным возвестил Бог того богача, который не зная, что воля Господня есть, да не сокровиществуем « сокровища на земли » (Мф.6:19), помышлял выстроить большие житницы, чтобы собрать в оные сокровища свои, « безумне, рече ему Бог, в сию нощь душу твою истяжут от Тебе: а яже уготовал еси, кому будут? » (Лк.12:20) Мудрый же есть тот, который, зная волю Господню, милует нищих. Почему мудрыми наименовал Господь оных пять дев, которые, « прияша елей в сосудех со светильники своими » (Мф.25:4): Также и раба оного, который разделял пищу в надлежащее время. Сия есть истинная и спасительная мудрость, деятельное познание Божеской воли, которое доставляет вечное блаженство. « Блажен раб той », рек Господь о мудром рабе, « егоже пришед господин его обрящет тако творяща » (Мф.24:46).

Еф.5:18. И не упивайтеся вином, в немже есть блуд: но паче исполняйтеся духом.

Почему завещав быть смысленными, тотчас завещевает удаляться пьянства? Потом что пьянство выводит человека из ума и делает его глупым и несмысленным. Хотя же многие роды питий производят пьянство, но Апостол упомянул о вине, производящем оное, поколику первый в мире Ной упился вином. А говорит, « в немже », то есть, в вине, « есть блуд », потому что пьяные делают всякого рода распутство, всякое непотребство и срамоту. Виждь потом, как исполнение одним противопоставляет исполнению другим: « но исполняйтеся », говорит, « духом ». Исполнение дарами Святого Духа полагает вместо исполнения вином, то есть полезное и спасительное вместо вредного и пагубного.

Еф.5:19. Глаголюще себе во Псалмех и пениих и песнех духовных, воспевающе и поюще в сердцах ваших Господеви.

Вот способ, каким исполняемся мы благодати Всесвятого Духа. Псалмы зовет Царе-Пророка Давида: пения же провозглашенные святыми мужами по различным обстоятельствам. О сих пениях Давид произрек: « посреде церкви воспою Тя » (Пс.21:23): Матфей, говоря об Апостолах, по принятии ими таинственного Божественного причащения: « воспевше изыдоша в гору Елеонску » (Мф.26:30): Лука о Павле и Силе, когда находились они в темнице: « в полунощи же Павел и Сила молящеся пояху Бога » (Деян.16:25). А песньми напоминает две песни Моисеевы, песнь Девворы и Варака, и песнь Давидову (Исх.15:1; Втор.31:22; 2Цар.22:1). Добре же рек « в песнех духовных »: ибо есть песни и светские, кои возбуждают срамные плотские похотения. И так сие « глаголюще себе во Псалмех и пениих и песнех духовных », означает то, что уча и наставляя себя словами, содержащимися во Псалмах и в пениях, и в песнях духовных, как то и к Колоссаям писал, говоря: « учаще и вразумляюще себе самех во Псалмех и пениих и песнех духовных » (Кол.3:16). А сим, « воспевающее и поюще в сердцах ваших Господеви », учит, что должно не только устами и языком петь, но вместе и умом, и душою приносить Богу пения, Псалмы и песни.

Беседа о пьянстве, и что оно есть грех весьма великий

Почему Богоглаголивый Павел столь мало говорил о пьянстве? Завещал, да не упиваемся вином, Поелику оно производит распутство: « Не упивайтеся », сказал, « вином? В нем же есть блуд » (Еф.5:18). Сие же сказав, прекратил совершенно слово о пьянстве. Или пьянство грех есть малый, и для того говорил об оном мало? Нет, оно есть грех весьма великий. Ибо тот же Павел, пиша к Галатам, положил пьянство в числе ужасных тех грехов, кои творящим оные затворяют двери Царствия Божия. « Явлена же суть », сказал, « дела плотская, яже суть прелюбодеяние, блуд, нечистота, студодеяние, идолослужение, чародеяния, вражды, рвения, завиды, ярости, разжжения, распри, соблазны, ереси, зависти, убийства, пиянства, безчинны кличи, и подобная сим: яже предглаголю вам, якоже и предрекох, яко таковая творящии Царствия Божия не наследят » (Гал.5:19:21). Почему убо столь кратко и столь мало слов произрек о великом сем грехе, который заключает двери Царствия небесного, и следовательно заставляет человека отчаиваться совершенно в наслаждении вечным блаженством? Не потому ли, что краткие сии слова об оном содержат в себе все, что нужно к законоположению и учению о пьянстве? Так поистине и посему, но достовернее кажется, употребил здесь краткость Апостол потому, что зловредности, от пьянства происходящие, столь явны и известны, что каждый и видит, и чувствует оные, и следовательно никакой нет нужды в пространном увещании. Однако ж самые дела показывают, что люди, видя пьянство великих зол виновным, как слепые не видят того, и чувствуя вред, от оного происходящий, как бесчувственные не чувствуют того. Доброе убо и полезное дело поговорить нам теперь об оном.

Ежели откроешь Божественное Писание, увидишь тотчас в начале первой книги оного два ужасные и страшные примера, примеры доказывающие, что и самые избранные рабы Божии когда упиются, творят дела бесчестные, гнусные и беззаконные. Ной и Лот были мужи праведные и святые, как то и словом, и делами об оных свидетельствовал Бог. О Ное сказал: « Ное человек праведен, совершен сый в роде своем, Богу угоди Ное » (Быт.6:9): о Лоте же: « се удивихся лицу твоему, и о словеси сем, еже не погубити града, о немже глаголал еси » (Быт.19:21). Ноя сохранил Бог от всемирного потопа, и поставил его вторым отцем рода человеческого: Лота же спас от пожжения Содомского, изведши его чрез Ангелов в гору спасения. Но когда упились, тогда пьянство нимало не уважа святости души их, соделало их бесчувственными законопреступниками. Ной лежал в дому своем наг, и столь бесчувствен, что Хам, сын его, видел бесстудное его обнажение: Сим же и Иафет, взявши ризу « идоша вспять зряще, и покрыша наготу отца своего » (Быт.9:23). Лот до толикой дошел бесчувственности, что соделался кровосмесителем, со дщерьми своими смесившись, и не рассудив, что творит. Однако же сии два человека извинительны в преступлениях их, Ной потому, что первый « насади виноград, и испи от вина » (Быт.9:20–21), не знав ни пьянства от вина, ни последствий пьянства: а Лот потому, что упился будучи обманут дщерьми. И они сии токмо грехи соделали, ибо единожды точию упились.

Ежели же посмотришь на пьяных, то увидишь различные и многообразные зрелища, все жалостные и достоплачевные. Ибо опьяняющие пития действуют по различным их свойствам, и по различному состоянию и сложению тела многопиющих. Почему один будучи пьян, смеется бесчинно, хотя никакой не имеет причины смеяться: другой плачет неутешно, хотя ничто печальное к тому его не понуждает: иной потрясает главою, как потрясается от ветра цвет травный: у другого глава клонится вниз, и висит как виноград на лозе: иной изрыгает бездну слов, не имеющих ни порядка, ни связи, ни сочинения, ни мысли, слова его суть тождесловия, противоречия и лжесловесия, безрассуднейшие и самых из уст глупых и безумных людей исходящих слов: другой как глухой не слышит, и как немой не говорит, едва хрючит или каркает: иной имеет лицо покраснелое, глаза сверкающие, уста пенящиеся, кричит зверски, ругается бесстыдно, грозит безумно, биет без причины: видение ужасное, беснующимся таковой кажется или жесточайшим зверем более, нежели человеком: другой имеет лице побледнелое, глаза помертвевшие, язык расслабленный, члены недвижимы: мертв есть более, нежели жив, и друзья, неся его как мертвого, приносят в дом его, зрелище жалостное, наводящее скорбь жене, поношение детям, бесчестие родственникам, а неприятелям его радость и смех. Разные подлинно действия пьянство производит в пьянствующих, но одно во всех вообще производит оно то, что повреждает ум. Ибо всякий упившийся явно показывает, что пьянство и память его повредило, и рассудок погасило, и ум его помрачило.

Отсюда пьяный ни к каждому делу не способен. Ежели вверишь ему слово или дело какое тайное, тайну твою он откроет, как скоро опорожнит стаканы: ежели вручишь ему сребро твое, он вскоре тем пожертвует питейным домам: обманываешься ты, ежели надешься получишь от него художественное какое дело хорошо выработанное, ибо художественная работа требует ума, глаз и рук: а пьяного ум расстроен, глаза мутные и рука дрожащая. Ежели ожидаешь от него услуги какой, также ошибаешься. Ибо он служитель и раб другого господина, то есть пьянства: а « никто же может двема господинома работати » (Мф.6:24). Пьяный ни к какому делу не способен, ни к учению, ни к службе царской, ни к правлению начальственному, ни к званию воинскому, ни к купеческому, ни к художеству, ни к смотрению за собственным своим домом.

Ежели исследуем свойства опьяняющих питий, то увидим и неминуемо последующие от оных болезни в теле. Все пития, кои производят пьянство, многие содержат в себе частицы горячие, сильно возбуждающие и воспламенительные. Почему, когда мы многое количество сих тончайших частиц испиваем, то часть оных тотчас как дым восходит вверх в голову и входит в мозг, часть остается в желудке и часть входит в жилы, в кровь, в желчь, в легкое, в печень, в сердце, в нервы, в фибры, в мускулы, в хрящи, в мясо, и одним словом сказать, во все твердости и жидкости, и во все части и члены телесные: а Поелику таковые частицы по великой их тонкости и теплоте суть весьма остры и горячи, то потрясают они и воспаляют все части и члены телесные, в кои входят. Отсюда рождаются головные боли, трясения и кружения головы, мутность в глазах, в желудке тошнота и рвота, воспаление крови, бессилие в ногах и руках. Кои же таковые пития часто помногу употребляют, тех члены, опаляясь жгущими частицами, теряют упругие свои силы, отражающие и прогоняющие инородные входящие в них частицы. От сего происходят гноения глаз, воспаления в легком, боли в груди, чахотки, расслабления членов и трепетания, водяные болезни и удары. И сие не суть только слова, но дела то дают видеть. Коликих пьяных видим мы почти слепыми? Коликих грудною болью или чахоткою одержимыми? Коликих или расслабленными, или трясущимися как Каин? Коликих водяною болезнию одержимыми, и коликих от удара нечаянно умирающими среди иногда пути?

Ежели бы пьянство повреждало только тело и уменьшало только дни жизни нашей, то вред от оного был бы временный: тело по естеству есть тленно, почему ежели не растлится от пьянства, то растлевается наконец от самой долговременности. Жизнь имеет конец, почему хотя мы не умрем от болезней пьянственных, но умрем от старости изможденной: « Кто есть человек, иже поживет, и не узрит смерти? » (Пс.88:49) Но пьянство повреждает и душу, и лишает спасения, ибо низвергает человека во многие и тягчайшие грехи, как то: в гнусные сладострастия, в безумные клятвы, в необузданную ярость, браннословия, в драки, в убийства, в хулы, пьянство многих довело и до отречения веры. Вред убо от пьянства происходящий есть бессмертен и некончаем: ибо согрешающих и во грехе пребывающих, ожидает огнь вечного мучения. Почему святой Пророк Божий провозгласил горе пьянствующим: « горе », рек он, « востающым заутра, и сикер », то есть опьяняющие пития, « гонящым, ждущым вечера: вино бо сожжет я » (Ис.5:11). То же самое горе возвестил оным и премудрый Соломон: « Кому горе », рек он, « кому молва? кому судове? кому горести и свары? кому сокрушения вотще? кому сини очи? не пребывающым ли в вине, и не назирающым ли, где пирове бывают? » (Притч.23:29–30).

Но Бог, скажешь ты, не взирает на грехи пьянствующих, ибо знает, что пьяные суть безумны, и потому не раздражается и не наказует их за таковые их грехи, Обманываешься, брате: ибо напротив происходит так, что Бог раздражается на пьяных и строго их наказует. Но почему? Послушай и научись тому от примера сего. Ежели бы какой царь вручил тебе портрет свой, собственными его руками написанный, но ты, взяв оный, чернилами нарочно замарал бы царские его черты, то колико бы прогневался на тебе царь оный? Царь царствующих, Господь и Создатель всея твари положил в человеке образ Свой, созданный Божественным Его вдуновением. « И созда Бог человека, персть от земли, и вдуну в лице его дыхание жизни, и бысть человек в душу живу » (Быт.2:7). Дыхание же оное жизни, то есть, душа есть образ Божий, есть то, что читаем мы в Божественном Писании: « и сотвори Бог человека, по образу Божию сотвори его » (Быт.1:27). Ум изображает Отца, слово Сына, воля Дух: суд, промысл, милость, и вездеприсутствие суть черты пресущественного Божества. Те же черты имеет и образ, то есть, разумная душа. Судит Бог, судит и человек, но Бог судит всегда судом праведным, ибо Он бесстрастен, а человек судит часто судом неправедным, ибо он страстен. Промышляет Бог, промышляет и человек, но промысл Божий есть непогрешителен, ибо Бог есть пресовершен, а промышление человека часто бывает ошибочно, ибо он несовершен. Милует Бог, милует и человек, но милосердие Божие есть безмерно, а милосердие человека имеет меры. Везде присутствует Бог, везде ходит и ум человека, но Бог в одно и то же время есть везде, как беспредельный и неограниченный, а ум человеческий в разные времена находятся то в том, то в другом месте, как пределами объятый и ограниченный. Конечно, смущает душу гнев, помрачает оную гордость, отъемлет рассудок у нее плотская любовь, и расслабляет силы ее всякая другая страсть: но пьянство больший причиняет вред и пагубу душе. Оно повреждает ум, слово и волю: почему пьяный ни умствует право, ни говорит благочинно, ни желает должного, ни различает вещи, ни промышляет о будущем, ниже может обратить ум свой к умственному созерцанию и поучению. Как же ты думаешь, что Бог не гневается на тех, которые пьянством очерняют красоту образа Его, и изглаждают Божественные Его черты? Бог создал тебя словесным, чтобы ты изображал Божество Его, а ты от пьянства делаешься бессловесным, и даже худшим самых бессловесных, и после ли сего скажешь, что Бог не прогневляется, видя тебя пьяным?

Кто грешит в неведении, то есть грешит не зная, что делает грех, и не видя никакого вреда, который от оного греха происходит, к таковому Бог бывает снисходителен, и прощает его. « Не ведевый же, сотворив же достойная ранам, биен будет мало » (Лк.12:48), произрек Господь. Сие же малое сообразуется с неведением: чем то есть больше неведения, тем меньшее бывает наказание. Почему если бы пьяные не знали, что пьянство есть грех, и не видели бы, коликой причиняет оно вред, то были бы достойны прощения. Но какой Христианин не слышит всегда глас Господа Бога, вопиющего: « внемлите себе, да не когда отягчают сердца ваша объядением и пиянством »? (Лк.21:34) Кто не слышит Апостольской проповеди оной Павловой: « не упивайтеся вином, в немже есть блуд »? (Еф.5:18) Какой человек не видит сумасшествия, поражений, срама и жалостного состояния пьянствующих? Поелику убо пьяный грешит в ведении, то есть, грешит и зная, что грех творит, и видя от того вред происходящий, то накажется строго по оному произречению Господню: « той же раб ведевый волю господина своего, и не уготовав, ни сотворив по воле его, биен будет много » (Лк.12:47).

Один и тот же грех бывает легче или тяжелее по разным обстоятельствам: когда грешим тайно, тогда грех бывает легчайший, ибо тогда никому другому мы, кроме самих себя, не вредим. Когда же грешим явно, тогда грех бывает тягчайший, ибо соблазняем тогда и вред делаем многим другим. Всякой грешник старается всемерно скрыть срамоту греха своего. Тайно ворует вор, тайно блудодействует блудник, тайно клевещет клеветник, а пьяный пьянствует открыто. Явно вступает в обращение с пьянствующими, явно приглашает друзей и сообщников пьянства, явно входит в общенародные питейные домы, где пьянствующих множество, и сидит там бесстыдно, и пиет пред всеми ненасытно, и упивается жалостно. Но и сие весьма достойно замечания. Всякой грешник может, когда блюстись будет, скрыть как-нибудь грех свой. Скрывает завистливый зависть, коварный коварство, скрывает гордый гордость, и злопамятный злопамятность: пьяный же хотя бы хотел, хотя бы остерегался, не может скрыть срамоты пьянства своего. Как скоро он упился, тотчас грех его открывается, тотчас предстоящие видят, что он пьян, один грех, пьянство, не может скрыться, но бывает он открытно, и открывается весьма явно. Кто же не знает, колико соблазняет явный грех? Кто не ведает, что соблазн умножает грех? Или кто не слышит страшное Божие определение на соблазняющего? « А иже аще соблазнит единаго малых сих верующих в Мя, уне есть ему, да обесится жернов осельский на выю его, и потонет в пучине морстей. Обаче горе человеку тому, имже соблазн приходит » (Мф.18:6–7). Коликих же не только верных, но и самых неверных соблазняет пьяный явным грехом своим? Неверные, видя верных упившихся, изрыгающих, кричащих, бранящихся, дерущихся, падающих и избивающихся, охуждают святую Христову веру: каковы, говорят, дела их, такова и вера их. Пьяными убо хулится вера Христова, то есть, Христос. О сем самом говорит Апостол так: « Имя бо Божие вами хулится во языцех » (Рим.2:24). Ужаснитесь убо, наиокаяннейшие, коими обладает Богоненавистная страсть сия, пьянство.

Не наказует, говоришь ты, Бог пьяных? Но какое наказание тягчае и горестнее того, как лишиться царствия Божия? Сие наказание определил Бог пьяным. « Ни татие », рек Он устами Апостола Своего, « ни лихоимцы, ни пияницы, ни досадители, ни хищницы царствия Божия не наследят » (1Кор.6:10). Куда же думаешь ты, пойдут они, отторжены будучи от наследия царствия Божия? Туда, где червь неусыпающий, где скрежет зубов и тартар, где огнь вечный, уготованный диаволу и ангелам его. Но почему так? Потому что сын Божий научил веровать так, что нет иного состояния, как только сии два, наслаждение Божия царствия, и осуждение на вечное мучение. Почему кто лишится первого, тот впадет во второе. « И идут сии », рек Господь, « в муку вечную: праведницы же в живот вечный » (Мф.25:46). Сие есть истинно и безсомнительно, а ты дерзаешь говорить, что Бог не наказует пьянствующих.

Знаю я совершенно, откуда происходит таковая дерзость. Умножение пьянства соделало людей бесчувственными. Преумножилось число пьянствующих. Отсюда не стали стыдиться и срамляться пьянства. Отсюда всякий другой грех бывает как-нибудь скрытно, а пьянство явно и свободно. Отсюда престало быть обличение совести. Почему кои пьянствуют, те совсем не помышляют о том, что грешат, ниже рассуждают, колико Бог на них гневается, и какое наказание им готовит, отсюда и самые трезвые пьянство не в великий ставят стыд, и не в тягчайший грех. Пременилось же самое название пьянства: называют пьянство веселием, а пьяных веселыми. « Не льститеся человеки, Бог поругаем не бывает » (Гал.6:7). Бог не судит по растленным человеческим хотениям и не взирает на злые их привычки, но судит по сущей истине и определяет по вечным своим законам.

Человече, не обманывайся. Умножение пьянствующих не уменьшает, но умножает Божие негодование. Когда при Ное преумножилось число согрешающих, тогда Бог потопил мир. Когда при Лоте умножились беззакония содомлян, тогда Бог пожег Содом. Человече, не обманывайся именами: ибо имена не переменяют вещи: но слыши премилосердый глас Господа Бога твоего, Который с небеси взывает к тебе так: « востани спяй, и воскресни от мертвых » (Еф.5:14). Востани от смертоносного сна пьянства, и воскресни от мертвых оного дел. Востани, и виждь, что пиянство изглаждает черты в тебе образа Божия, делает тебя бессловесным, и зверостнейшим бессловесных животных. « Востани спяй, и воскресни от мертвых », и виждь, что пьянство похищает данные тебе от Бога способности, и делает тебя ни к чему не способным: расточает имение твое, и оставляет тебя нагим, обнаженным всего, истребляет честь твою, и делает тебя поношением человеков и уничижением людей: расстраивает здравие твое, и причиняет тебе мучительные болезни: наводит на выю твою и серп внезапной смерти, и пожинает безвременно жизнь твою. « Востани спяй, и воскресни от мертвых », и виждь, что пьянство лишает тебя небесной славы и блаженства и готовит тебе огнь вечный. Не убойся силы привычки. Ибо ежели решишься отстать от пьянства, уклониться от обращения с пьяными, отвратить взор твой от питейных домов и всякого другого места, в котором пития бывают, то придет к тебе тотчас всесильное просвещение Божия благодати, которое укрепит тебя против злой привычки, и соделает тебя победителем, торжествующим над искушениями пьянственными. Ибо призываяй тебя, да восстанешь от сна пьянства и воскреснешь от мертвых оного дел, обещает тебе всесильное просвещение. « Востани », говорит, « спяй, и воскресни от мертвых, и освятит тя Христос ». И так, возлюбленные мои о Господе, « не упивайтеся вином, в немже есть блуд: но исполняйтеся духом, глаголюще себе во Псалмех и пениих и песнех духовных, воспевающе и поюще в сердцах ваших Господеви » (Еф.5:18–19).

35. В неделю 27-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.13:10-17)

На многих местах Ветхого и Нового Писания мы видим, что сатана, по соизволению или попущению Божию, разными болезнями поражает человека. Язвы праведного Иова, которого диавол поразил «гноем лютым от главы даже до ног» (Иов.2:7), — еще же злым духом давимый Саул, которому Давид игранием в гусли отраду делал! (1Цар.16:23). — также немота человека, Иисусом Христом исцеленного (Мф.9:33), и «измождение плоти» беззаконного, по повелению Павла преданного сатане, довольно о сем свидетельствуют (1Кор.5:5). Но история нынешнего Евангелия сие самое столько явственно изображает, что всяк верного духа ниже малейшего о сем не может иметь сомнения. Ибо Господь наш не токмо просто сказал о жене слуке, что «связал сию сатана уже осмоенадесять лето», но и примерно доказал, обличив притворную ревность старейшины собора (Лк.13:16). Простое есть повествование, краткое и столько ясное, что ниже толкования потребно. Но поколику как благовонное миро, чем более руками истирается, тем паче издает благовоние и приятность, так и слова Божии, чем более разбираемы бывают и объясняемы, тем паче вразумляют и доставляют пользу: сего для в пользу слушающих предлагаем на среду толкование сего повествования.

Лк.13:10. «Во время оно, бе уча Иисус на едином от сонмищ в субботу.»

Иудеи, в субботу каждой недели собираясь в свои сонмища, занимались чтением Божественного Писания, и их мудрецы и учители объясняли оное и толковали (Деян.15:21). Во едино убо из сих Иудейских собраний пришед Иисус Христос в день субботный, учил, толкуя слова Божественного Писания и объясняя таинство Своего вочеловечения, так как когда приходил на сонмище в Назарете, где дана была Ему книга Исаии Пророка (Лк.4:16-17).

Лк.13:11. «И се жена бе имущи дух недужен лет осмьнадесять и бе слука, и не могуща восклонитися отнюд.»

Недужная жена была родом Евреянка, яко от Авраама сущая: почему, так как верная, приходила в субботу на сонмище, да слышит чтение и толкование Божественного Писания. Не написал же о ней Евангелист, что она была больная или недужная, но что имела дух недужен, — для того, да покажет, что злой дух, то есть, сатана, мучил сию чрез осмьнадесять лет таковою болезнию. Сие неисцелимое корчение головы назад называется хотя болезнию, обращающею человеческую голову к задним его частям, склоняющею его назад и весьма его корчащею: болезнь однако сей жены не неправильно может кто назвать корчением головы наперед. Ибо была сия согбенною наперед и имеющею вниз склоненную главу, и так скорчившеюся и не имеющею должного положения, что не могла поднять головы своей и посмотреть на небо. Зрение поистине было сожаления достойное: кольцом казалась железным, а не человеком! Есть сия изображением каждого человека, по содействию диавольскому, согбенного и всегда взирающего на земные и суетные вещи, никогда же очес своих не возводящего на небо и не помнящего о Боге, суде и будущей жизни.

Лк.13:12-13. «Видев же ю Иисус, пригласи, и рече ей: жено, отпущена еси от недуга твоего. И возложи на ню руце: и абие простреся и славляше Бога.»

Ни недужная, ниже другой кто просил, или ходатайствовал о исцелении оной; но Сам Спаситель только что узрел сию страждущую, умилосердился над нею и, пригласив и сказав сие: «отпущена еси», исцелил сию от болезни ее, пример нам подая, да и мы, когда узрим имеющих нужду в милости нашей, не ожидаем заступления и просьбы, но добровольно являя милость, благотворим им. Поколику же недуг жены не был естественный, так как проказа, водяная болезнь, слепота, немота, расслабление и прочие болезни, каковые Он исцелял, но сатанинское было связание, того для сказал так: «отпущена еси от недуга твоего»; освободилась, то есть, от уз сатанинских. Виждь же, что говоря сие: «отпущена еси от недуга твоего», купно возложил на сию и пречистые Свои руки для того, да сим покажет как всемогущественную силу слова Его, так купно и чудотворную благодать Божественной Его десницы. Виждь же и жену, тогда же освободившуюся от сатанинского связания, и простершуюся и славящую Бога, благодетеля своего и Владыку.

Лк.13:14. «Отвещав же старейшина собору, негодуя, зане в субботу исцели ю Иисус, глаголаше народу: шесть дний есть, в няже достоит делати: в тыя убо приходяще целитеся, а не в день субботный.»

Зависть, а не ревность к закону воспаляла в старейшине синагоги гнев и негодование. Ибо закон Божий отдохновению быть в день субботний повелевал от всех работ, а не врачевание чрез чудотворное слово запрещал. Знай же, во-первых, что он так, как притворник, прикрывал зависть свою видом ревности; самым делом есть преисполнен смрадом зависти, но показывает искреннейшим себя ревнителем: устами защищает закон Божий, повелевающий оставлять работу в день субботний, сердцем же и намерением хулит чудо и осуждает Чудотворца; извне является ревнителем и праведником, внутрь же преисполнен завистию и неправдою. Во-вторых, приметь его коварство и злобу: не дерзостно и прямо охуждает чудо, ниже лично говорит Иисусу Христу, ни открывает в точности намерения своего; но обратившись к тамо сущему народу, яко зломысленник, предлагает слово: шесть дней, говорит, суть в неделе, законом определенные для исполнения всякого дела; убо когда больны бываете, тогда приходите ко врачам, и исцеляйтесь от болезней ваших, а не в день субботний, день праздника и покоя. Что же на сии глупые рассуждения начальника синагоги ответствовал Иисус?

Лк.13:15-16. «Отвеща убо ему Господь, и рече: лицемере! кождо вас в субботу не отрешает ли своего вола или осла от яслий, и вед напаяет? Сию же дщерь Авраамлю сущу, юже связа сатана се осмоенадесяте лето, не достояше ли разрешитися ей от юзы сея в день субботный?»

Богомудро обличил Богочеловек лицемерие старейшины синагоги его же притворством. «Лицемере!» сказал, — каждый из вас, сущий Иудеянин, в субботу отрешает от яслей бессмысленное животное, вола или осла, и приводя его к воде, напояет, поколику сие не противно закону; ты же ли сей жены, которая есть разумом одаренный человек, и дщерь Авраамова, так как от его покаяния сущая, освобождение от долговременного связания сатанинского, который связал оную жестокою болезнию уже осмьнадесять лет, почитаешь за беззаконие, и того для увещеваешь и заповедуешь народу, да и не исцеляют свои болезни в день субботный? Знать же надобно, что Иисус не яко достоинство жены чрез род Авраамов разумеет: не ради рода, ибо «во всяком языце бояйся Бога и делаяй правду приятен Ему есть» (Деян.10:35), но ради истинной сего рода веры назвал убо сию дщерию Авраама, показуя, что она была верная и боящаяся Бога, и Ему единому работающая. Почему должное было и законное оной освобождение от сатанинского связания.

Лк.13:17. «И сия ему глаголющу, стыдяхуся вси противляющиися Ему; и вси людие радовахуся о всех славных бывающих от Него.»

Когда сие говорил Иисус Христос, тогда завистию подстрекаемых и ради зависти противляющихся ему стыд и срам покрывал, и ничего противного не могши говорить Божественным Его словесам, воспалялись гневом и онемевали; но народ весь, чужд будучи зависти, нимало не верил глупым представлениям старейшины синагоги, радовался же о славных, то есть, о славных и преудивительных чудесах, бываемых силою Иисуса Христа.

Беседа о лицемерии

Слышали ли, каким именем назвал Богочеловек старейшину сонмища, который иное говорил, а другое мыслил, — иные были его слова, а другой конец слов его? Лицемером назвал его Богочеловек: «лицемере!» сказал ему; потом изобличил и обнаружил его лицемерие. Грех лицемерия, который иные называют естественным характером, а иные полезною хитростию, другие же нужною политикою, есть великий грех и вина многих, различных и великих беззаконий. Лицемерия корень есть злоба, плоды же: ложь, обман, коварство, скверноприбытие, поношение ближнего и вред. Вы, может быть, слыша о сем подумаете, что я предлагаю новое, необычайное и не истинное: дабы убо никакого вам подозрения не иметь, что сие есть древнее, обычайное и справедливое, разверзаю Божественное Писание.

Бог, Который по человеколюбию Своему хощет, чтобы человеческие нравы были честные, мысль праведная и сердце святое, повелевает, говоря: «буди же слово ваше, ей, ей; ни, ни: лишше же сею, от неприязни есть» (Мф.5:37). Человече, говорит: — клятва ««ей»» да будет в мысли твоей; клятву «ей» да произносят и уста твои; клятва ««ни»» да будет в мысли твоей; клятву «ни» да произносят и уста твои. Лишше же сего, «ей» и «ни», то есть, обманы, обоюдные слова и искусное, мрачное притворство, от неприязни есть. Если о другом помышляешь, а другое говоришь, если на словах говоришь «ей», на деле же являешь «ни», или на делах «ей», а на словах «ни»; есть сие плод злобы, вымыслы диавольские, есть лицемерие, как подтверждает Богоглаголивый Иаков, говоря: «буди же вам, еже ей, ей, и еже ни, ни: да не в лицемерие впадете» (Иак.5:12). Когда о другом мыслишь и другое говоришь, о другом печешься и на другое соглашаешься, иное говоришь, а другое делаешь: падаешь тогда в грех лицемерия, то есть, бываешь лжецом, обманщиком, враждующим и коварным.

Если посмотришь на дела лицемера, — узришь его творящим милостыню, богомольцем, постником, обличающим и сучки, то есть, малейшие других грехи, ревнителем закона, учителем добродетели и святости (Мф.7:5); узришь, говорю, и беседу, и вид, и поступки лицемера и все его предприятия, прикровенные добродетелию и святостию. Почему думая, что он сие делает в славу Божию и для спасения души своей, почитаешь его так, как добродетельного и святого человека: но если прямо рассмотришь обстоятельства, сопутствующие делам его, увидишь истинно, что сей, сия творя, не другое что предполагает, разве чтобы показаться пред людьми святым и быть славимому от них. Почему Господь так сказал о лицемерах: «вся дела своя творят, да видимы будут человеки» (Мф.23:5). Но если бы сие только предполагал лицемер, то есть одно тщеславие, себе бы только вредил: но таковый еще и другую имеет цель, главную и особенную, — любостяжание.

Сими коварными и обманчивыми лицемерия средствами получает лицемер от людей мнение о себе добродетельного и святого, почему бывает обладателем сердца их. Слово его тогда крепко и сильно; мир по нем идет; не токмо в славу, и почтение и поклонение, но и в деньги и имение, и во что желает, вкрадывается. Видим мы сие древле на учителях неправды, раздора и нечестия. Они, лживо притворяясь ревнителями и преобразуясь творящими истинные и святые дела, называли самих себя пророками и посланниками Божиими, являлись беседующими с Ангелами, явления и чудеса вымышляли, предавали законы, так как бы Богом им данные. По сему обману в непросвещенных языках и грубом народе, покорив под власть свою разные поколения, обладали ими и, будучи начальниками множества людского, наслаждались всеми земными благими. Вот что производит лицемерие! И ныне видим приватно то же, творимое некоторыми лицемерами, которые обманывают богатейших и обнажают домы их, как Спаситель Иисус Христос о таковых лицемерах, понося их, тоже говорит: «горе вам, книжницы и фарисее лицемери, яко снедаете домы вдовиц, и виною далече молитвы творяще: сего ради литтттттее приимете осуждение» (Мф.23:14).

Кроме сего видим, что нечестие человеческое богоненавистное сие дело и имя лицемерия изменило в дело как бы нужное, и в имя, подозрению не подлежащее. Кто ныне не желает и не старается быть политиком? Почти никто. Все почти политику почитают за вещь нужную и знание полезнейшее. От чего царствует она во дворах царских, правит на судах, ходит по торгам, вкрадывается, о несчастия! и в самую церковь: сия похваляется, сия превозносится и почитается за великое совершенство, и за средство к исполнению великих дел. Однако нынешняя политика не другое что есть, разве лицемерие, а политик не другое что, разве лицемер. Иное суть дела, а иное слова. Ибо каким бывает называемый политиком, если не таким, который другое имеет в устах, а другое в сердце?

Приходишь во время нужды к человеку политику, прося его и говоря: почтеннейший господине! помози мне ради Бога в моей нужде; защити меня, прошу, в сем моем несчастном приключении! — Изволь! ответствует таковый с радостию, с приятностию и с клятвою. Почему отходишь от него с спокойным духом и остаешься беспечным, чая, что он, по словам своим и обещаниям, постарается о твоем деле и нужде. Но он ниже малейшего о том не прилагает старания: дело твое в худшее приходит состояние и ты пожинаешь плоды несчастия. Если бы он, когда ты приходил его просить, сказал тебе истину, то есть: не хочу, или не могу исполнить твое прошение; ты бы тогда не полагался на него, но другого бы искал прибежища и, всячески постарався, все бы, или по крайней мере, часть нужды исполнил; но поколику тот политичными словами обнадеживал тебя, или, так сказать, связал твои руки, — принужденным уже остался ты понести таковое злоключение. Сему убо научает политика: «ей» иметь в устах, а не в сердце, и напротив. Так убо поступает политик: «ей» произносит словом, а «ни» скрывает в сердце, и напротив. Сие же что другое являет, если не прямое лицемерие, ложь, обман и вред ближнего?

Встречаешься с политиком, тайным врагом твоим. Он в устах являет мед, а в сердце скрывает яд; поздравляет тебя немедленно яко любимец твой, благоприятствует как друг, осыпает тебя словами приятными и мягкими паче елея. «Умякнуша словеса их паче елеа» (Пс.54:22). Но самые сии слова суть мечи и стрелы: «и та суть стрелы». Ибо ежели погрешишь и, признав его за друга, откроешь ему тайну свою и дело твое, тот тогда же тебя уязвит. И в сем-то состоит нынешняя, по глупости называемая — политика, благоразумно же — вымыслом диавольским. Есть коварство, посредством которого, всячески притворяясь, обманываем ближнего.

Сказал я, что благоразумно называется вымыслом диавольским, поколику первый изобретатель и учитель сея есть диавол. Он первый притворялся во образе змия, так как политики — во образе благотворителя и друга. Он первый вместо сего: ей, смертию умрете, так, как Бог заповедал, — сказал сие: «не смертию умрете». Он первый солгал, и обольстил, и повредил человеческому роду, так как и нынешние политики, говоря вместо сего, «ей», — ни, и вместо «ни», — ей, лгут, обольщают и вредят часто городам и селам и народам. Сему искусству научил первый всезлобный человеческого рода враг, поколику знал, что оно породит чрезмерные и страшные беззакония.

И самым делом, бесовская сия маска погасила добродетель, толико нужную не токмо для спасения душевного, но и для благосостояния мирского жительства и для укрепления человеческого общества. Погасила, говорю, любовь и породила подозрение и недоверчивость, от чего многие произошли неустройства: господин сомневается о верности раба своего, раб о милости, каковую обещает ему господин его; друзья подозревают в наружной дружбе друзей; брат не доверяет брату своему; отец не во всем полагается на сына, и сын такожде на отца; муж остерегается вероломства жены своей, а жена сомневается о непорочности своего мужа. Но где подозрение, недоверчивость и осторожность, там не имеет места любовь: поколику ей не есть ей, но ни, и ни не есть ни, но ей; поколику и устное признание, и письменный и клятвенный обет не суть признание и обет, но раздоры и обманы; поколику требуются спор и искус, и доказательства для убеждения в том, что ей точно есть ей, и ни точно есть ни. Если же мы друг друга подозреваем в том, что ей не есть ей, и ни не есть ни: какая может быть взаимная любовь? Какое единодушие в обществе? Какая правда в судах? Какая верность в дружестве? Какая правдивость в торговле? Какая связь между людьми? Где едино сердце? Где единая душа и дух? Где мирское и душевное спасение? Один другого подзирает, другой другого обманывает и каждый старается наилучшим способом обольстить других.

Но как жить, скажете, в сем мире? Если презрим политику, не можно успешно ни подчиненными управлять, ни торговать, ни экономиею править, ниже другое какое дело исполнять. Вы, о сем предлагая, конечно думаете, как следует, что человеколюбивейший Бог дал сию заповедь: «буди же слово ваше ей, ей, ни, ни» (Мф.5:37), для того, да вред доставит вам, и сотворит вас несчастливыми и злополучными. Какая глупость, какая хула! Великое, поистине, человека помрачение: и Богу не верит, и чувствами не убеждается! Вы, так извиняясь, и видите, и слышите и осязаете, так сказать, что тот человек, которого ей есть ей, и ни — ни, тот человек, который не лжет никогда, не обманывает, не коварствует, не обижает ближнего, но говорит всегда истину, гнушается лжи, бегает коварства, пользует по возможности каждому частно и целому обществу, — тот есть таковый человек, которого весь мир и почитает, и хвалит, и усердствует и поверяется на него; который есть честен, почтен, блажим и приятен всему миру; который и подчиненными весьма хорошо управляет, и в торговле успевает, и экономиею своею распоряжает, и во всех делах своих довольные показывает успехи.

Но мы видим, скажете, что политики за политическое обращение и почитаются, и богатеют от сего, и счастием наслаждаются. — Но каких представляете политиков? Не тех ли, которые суть истинные политики, то есть, знающие права естественные, политические, народные, Божеские; которые, искусно и мудро проницая во все предлежащие дел обстоятельства, иногда, по многому своему опыту и мирскому искусу, прямо предвидя имеющее случиться, приноравливаются времени, и много поступками своими пользуют; и так как люди честные и Богобоязненные, разумно управляют общественными делами, пресекая все то, что противно законам правосудия; и так как чадолюбивые отцы, учреждают всякую часть политического общества, благочестиво и боголюбезно распоряжая всяким им порученным правительством? Если вы сих, прямо сущих политиков, представляете: без сомнения, таковые и почитаются, и благоденствуют, и блаженством наслаждаются. Если же разумеете политиками притворников и лжецов, обманщиков и коварных, змиев по многопестроте словес, лис по лукавству нравов, хамелеонов по многообразности видов; если, говорю, политиками разумеете лицемеров, которые ни о чем не стараются, кроме собственного прибытка, хотя бы то было очень вредно ближнему, обществу и самой Церкви: таковые, хотя, по попущению Божию и бесовскому содейству, благоденствуют мало, и возвышаются, и чрезмерно дмятся; но когда познан будет всезлобный и вселукавый их нрав, падают, погибают и ниже следа их не остается, так как Пророк Божий подтверждает, говоря: «видех нечестиваго превозносящася и высящася яко кедры Ливанския: и мимо идох, и се не бе, и взысках его, и не обретеся место его» (Пс.36:35-36). Да и как мы, будучи христиане, не смотрим, кроме токмо на настоящее? Как не мыслим о том, что есть жизнь будущая, вечная, и что Бог «уставил день, в оньже хощет судити вселенней», и что тогда «воздаст коемуждо по делом его» (Деян.17:31; Рим.2:6); но прежде, нежели наступило время суда, требуем суда, и прежде времени воздаяния, требуем воздаяния?

Грех лицемерия квасом назвал Спаситель мира: «первее внемлите», сказал, «себе от кваса Фарисейска, еже есть лицемерие» (Лк.12:1). И поистине есть квас. Ибо как квас «все смешение квасит» (1Кор.5:6), так лицемерие всего человека повреждает: повреждает мысль, повреждает сердце, повреждает уста, повреждает слова, повреждает вид, повреждает нрав, повреждает душу. Мысль лицемера строит коварства, сердце обман, уста наполняются лжею. Слова лицемера бывают злобные, вид искаженный, нрав непостоянный, душа лукавством преисполненная. Все исчисленное представив пред мысленные очи, приметишь Иуду Искариотского. Мысленно он заботился о предании, но наружно показывал дружбу; сердце его пленяло сребролюбие, но уста его изъявляли попечение о бедных. Если бы послушал слов его, признал бы его не другим каким, разве пекущимся о бедных; но если бы вникнул в дело его, признал бы его татем, и для того о продаже мира предлагающим, да таким образом накопит себе денег. По виду являлся другом Иисуса Христа, ибо лобызал Его: но самым делом был предатель, ибо чрез лобызание предал Его беззаконным судиям (Ин.12:6). По наружности был ученик Иисуса Христа, внутренне же сребролюбец, и предатель, и тать; и душа его была снедаема сребролюбием, исполнена всякой неправды, всякого обмана, всякого лукавства. Он всех превосходил лицемеров, какие только были, и какие ныне суть, и какие в мире быть могут. Чего для грозные и страшные казни, каковые заключаются во псалме сто восьмом (Пс.108), устами Пророка Давида были ему возвещены.

Сверх сего, видеть можно, что и Богочеловек Иисус ни одному грешнику столько раз не представлял горе, сколько лицемерам. «Горе», говорил, «вам, книжницы и Фарисее лицемери!» и паки: «горе вам, книжницы и Фарисее и лицемери!» (Мф.23:13) и тако более седми крат говорил. И ни единого грешника не полагал виною имеющих быть осужденными, кроме лицемеров: «и часть его», сказал, «с лицемеры положит». Ни единого другого грешника именно не объяснил род мучений, как только лицемеров: «ту», сказал, — где лицемеры, — «будет плачь и скрежет зубом» (Мф.24:51). Что же сим показал Богочеловек? и что другое, если не то, что поколику грех лицемерия есть орудие важнейших беззаконий: есть грех прямо противный добродетели простосердечия, которая есть характер Божественного естества и украшение, которым Бог украсил человека при сотворении его? Сего-то для чрезмерно гнушаясь им Бог, примерно лицемеров обличал.

Внемли убо, лицемере: ты не только не думаешь, что лицемерие есть великий грех, но и хвалишься, называя сие добродетелию политическою, нужною и полезною; почему умираешь, нимало в сем не раскаиваясь. Ты хотя теперь коварным твоим притворством обманываешь людей, являясь пред ними честным и праведным, но помысли о том, когда приидет час, когда Судия и Владыка человеков на страшном Своем судище раздерет и открыет лицемерия твоего покрывало: тогда-то обнаружатся пред всеми людьми злобные ухищрения мысли твоей, неправедные чувствования сердца твоего, лживость языка твоего, обоюдность слов твоих, превращения вида твоего, сокровенная злоба души твоей; тогда-то востребуют мщения и те, которых ты обольстил, и те, которым несчастие доставил. О, какой тогда покрыет стыд тебя, какая скорбь, какое осуждение!

Возлюбленные христиане! пощадите самих себя, воспримите здравые рассуждения, дондеже время есть. «Отложим, братие, дела темная, и облечемся во оружие света» (Рим.13:12). Тьма есть лицемерие, источник лжи: свет есть простота, матерь истины. Отложим, пока можем, лицемерия тьму, и облечемся во свет Господа Иисуса. Брате! да будет мысль твоя светлою, сердце твое незлобное, язык твой нелживый, слова твои праведные, образ твой постоянный, душа твоя святая. Тогда-то будешь истинным Христовым учеником, прославленным в мире, другом Божиим. Тогда облечешься в небесное брачное одеяние; тогда-то явишься достойным чертога Божественной славы, во Христе Иисусе Господе нашем, Емуже слава и держава во веки. Аминь.

35.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Ефесеям, читаемый в двадцать седьмую неделю (Еф.6:10-17)

Богодухновенный Павел, как премудрый учитель науки духовной брани, поучая воинов Христовых ополчению против невидимых врагов их, предлагает увещания, правила, сведения, побуждения, ополчая всех от главы даже до ног. Во-первых, ободряет их, напоминая им силу и крепость споборника и спомощника их Господа Иисуса Христа: во-вторых, возбуждает внимание их, показывая, кто и колики суть воюющие на них, и какие имеют силы, хитрости и искусства: в-третьих, излагает правила, как нужно готовиться к сопротивлению таковым врагам: в-четвертых, изъясняет, какие суть оружия к таковой брани потребные, и какие из сих оружий крепчайшие суть: в-пятых, обещевая по оружиям сим победы и трофеи, увещевает всех в оружия оные облещись. Таковы учения содержит чтенное ныне послание его: учения же сии столько нужнее тех учений, коим обучаются воины земных царей, сколько душа предпочтительнее есть тела, вечная жизнь временной, и Божественное блаженство дыма человеческой славы. Познание учений сих нужнее, нежели познание учения земных воинов, ибо сии воюют со врагами видимыми и осязаемыми, а небесные воины с невидимыми и неосязаемыми: Брань с оными престает миром, а с сими брань есть не престающая, ибо не приемлет мира: воюют за вещи мирские и суетные, а сии за небесные и бессмертные: те воюют, чтобы получить награду тленную и временную, а сии воюют, чтобы насладиться царствием нетленным и вечным. Но сии Апостольские учения духовной брани требуют толкования. Сие убо толкование мы предлагаем: вы же, как сопричислившиеся к воинам Христовым со вниманием послушайте оное, да уразумевши мысли Апостольские, возможете победить мысленных врагов души вашей, и так сподобитесь подаемых от Бога за таковую победу царских венцев Божественной славы.

Еф.6:10. Братие, возмогайте во Господе, и в державе крепости его.

Изгоняет страх из сердца верных, и вселяет смелость и мужество, подая надежду на державную силу Бога спомоществующего им во время брани против врагов их. « Возмогайте », говорит, то есть, мужайтесь, великодушествуйте, « во Господе », надеясь на Господа, « и в державе крепости Его », то есть, на крепчайшую и владычественную его силу.

Еф.6:11. Облецытеся во вся оружия Божия (во всеоружие Божие), яко возмощи вам стати противу кознем диаволским.

Всеоружие означает все вместе оружия, козни же диавола суть тмочисленные способы обманов его и усилия его коварные, кои употребляет к тому, чтобы прельстить людей. Он, чтобы обмануть их, является в мир и яко Пророк в лице лже-пророков, и яко Апостол в лице лже-апостолов, и яко Ангел Божий, возвещая хотения свои, яко хотения Божии, и поспевая в уме человеческом помыслы злые, кажущиеся помышлениями благими. Сие доказывают слова оные Апостольские: « сам бо сатана преобразуется во Ангела светла » (2Кор.11:14). Заметь, что имя диавол, то есть, клеветник и наветник, означает вообще всякого духа, отступившего от послушания Божия. Диаволом же назван потому, что оклеветал Бога, якобы Он лжив, и коварство учинил, как и ныне еще коварствует над родом человеческим. Но виждь, что земные вожди ни женам, ни старым, ни немощным не вручают оружий: а небесный военачальник никого не исключает, но всех без различия облекает во всеоружие. Сие явствует из того, что он не ограничительно и без всякого изъятия сказал: « облецытеся во вся оружия Божия ». Определил же быть сему так потому, что диавол против всех без изъятия воинствует, и все духовными оружиями могут противоборствовать ему. Но почему в духовной брани сей не довлеют ни два, ни три, ни многие оружия, но все оружия нужны к ополчению против коварных диавольских нападений? Вот причина тому.

Еф.6:12. Яко несть наша брань к крови и плоти, но к началом, и ко властем, и к миродержителем тьмы века сего, к духовом злобы поднебесным.

К крови и плоти, сказал, вместо того, чтобы сказать к человекам, как и Господь говорил Петру: « Плоть и Кровь », то есть человек, « не яви тебе, но Отец Мой Иже на небесех » (Мф.16:17). Начала же и власти, и миродержители тьмы века сего, и духи злобы суть демонов множества. Но почему именовал их началами и властьми? Или потому, что они прежде нежели отступили от послушания Богу, в числе были Ангельских чинов, так именуемых по оному: « да скажется ныне началом и властем », и по сему: « аще Престоли, аще Господствия, аще начала, аще власти » (Еф.3:10; Кол.1:16; Смот. Феодорит. в оном мест.). Или потому, что диавол имея царство злобы и мучения, о котором сказал Господь: « како убо станет царство его? » (Мф.12:26) Имеет следственно и чины в царстве своем начал и властей демонских. Смотри же, как отделяет их от святых Ангельских чинов, именуя их « миродержителями тьмы века сего », яко властвующих лукавыми в мире людьми и грехом, который есть тьма настоящего жития. Князем мира сего в смысле сем назвал диавола и сам Богочеловек, сказав: « ныне князь мира сего изгнан будет вон » (Ин.12:31:14:30:16:11). А тьмою грех назвал Пророк Исаия: « людие », сказал, « ходящии во тьме видеша свет велий » (Ис.9:2). Притом назвал Павел демонов и « духами злобы », то есть, духами злыми, как начальников злобы и содействователей в грехах. В сем же, « поднебесным » (в небесных) написал предлог вместо за, или для, означающий цель духовной сей брани. Облекитесь, говорит, во все духовные оружия, ибо не с человеками мы имеем брань, кои и слабеют, и убиваемы бывают, но со множеством начал, властей и злых духов, кои ни слабеют, ни умирают, но суть неукротимы и бессмертны. Воюем же с ними « в небесных », то есть, за небесные блага. Они воюют на нас, чтобы лишить нас небесных благ, мы же противувоюем им, чтобы получить блага оные славы и блаженства.

Еф.6:13. Сего ради приимите вся оружия Божия, да возможете противитися в день лют, и вся содеявше стати.

Днем лютым или лукавым называет время настоящей жизни, поколику в оном бывают лукавые дела: день же, сказал, а не время, дабы показать краткость и маловременность жития сего: и поистине тысяча лет сего жития в сравнении с вечностью будущего века суть « яко день вчерашний, иже мимо иде » (Пс.89:5): а вместе, чтобы и ободрить воинов Христовых, показуя им краткость времени, в которое имеют воинствовать. Но Поелику враги суть начала, власти, миродержители, духи злобы, для сего повторяет завещание о всеоружии. Восприимите, говорит, все Божественные оружия, чтобы оными возмогли воинствовать против таковых врагов, во время привременной жизни нашей, в котором происходят лукавствия. « И вся содеявше », то есть, покоривши и победивши вся, как то страсти, похоти и демонов, стати до конца жизни нашей в оном состоянии победы: « стати », сказал, то есть утвердиться, ибо многие победивши первее, потом побежденными соделались и отпали. Показывает же и поименно, какое есть всеоружие оное Божие, то есть, все Божественные оружия, говоря:

Еф.6:14–15. Станите убо препоясани чресла ваша истиною, и оболкшеся в броня правды, и обувше нозе во уготование благовествования мира.

Оружия суть духовные, и однако ж Богомудрый Апостол приноровил оные дивно к предохранительным оружиям мирских воинов тогдашнего наипаче времени. « Станите убо », говорит. Первое учение в тактических учениях войны есть прямое в строях стояние. Неисправен воин не прямо стоящий, но бесчинно наклоняющийся и изгибающийся. Таковой удобно ранится и умерщвляется от неприятелей. Сие случается и с Христианином в строю против демонов. Ежели он не пребудет прям, то есть, не будет право мудрствовать о вере, и право творить дела добродетели, но будет уклоняться в растленные учения и совращаться к суетности мира, то весьма удобно духи лукавые повреждают и умерщвляют душу его. Сказав же сие, « станите », прилагает тотчас, « препоясани чресла ваша истиною ». Препоясуются земные воины поясами вещественными, чтобы одежду свою стягнувши беспрепятственно тещи, и меч на оных повесить, и чресла прикрывши безвредными оные соблюсти. Каким же поясом завещевает Павел препоясаться? Поясом истины. В чреслах суть почки, в почках же рождается вещество плотских похотей, посему Пророк Давид просил Бога, говоря: « разжзи утробы моя и сердце мое » (Пс.25:2): то есть, попали в почках моих вещество плотских похотей, чтобы оно не влагало в сердце мое скверные похоти. Целомудрие убо есть пояс оный, о котором Павел завещевает, поучая нас оным ополчаться, и быть целомудрыми, но истиною, а не притворством, то есть, целомудрыми являясь пред людьми, тайно же творя дело похоти. Истиною целомудры, то есть, целомудрствуя совершенно. Тогда же мы бываем истинно целомудры, когда удаляемся не только от соделования плотских грехов, но и от злых похотей любострастия. Ибо не только дело, но и похоть плотская растлевает целомудрие души. « Яко всяк, иже воззрит на жену, ко еже вожделети ея, уже любодействова с нею в сердце своем » (Мф.5:28). Но и железную броню, то есть, нагрудник носят воины к защищению своей груди. Павел же вместо железной брони, в броню правды облекает Христиан для защищения своего сердца. Ибо как острые стрелы, ударяя в железную броню, притупляются и падают на землю недействительными: так и демонские искушения, когда приражаются к сердцу, огражденному правдою, то ослабевают и бывают праздны и недействительны, никакого вреда не причиняя. Сапоги так же способные надевают на ноги свои воины, чтобы удобно тещи по самым негладким и непроходимым местам. Наши же ноги Павел обувает « во уготование благовествования мира ». А сими словами завещевает иметь готовность к исполнению всех повелений Евангельских. Ибо как воин, имея хорошо обутые ноги, течет удобно во всякое место; так готовым соделавшийся Христианин, прескакивая все в пути добродетели встречающиеся соблазны, ходит беспрепятственно по пути Евангельских законоположений. А Поелику о войне говорит, то, дабы кто не подумал, что против всех войну иметь завещевает, сказал « благовествования мира », показав тем, что Евангелие учит нас мир иметь с Богом и со всеми людьми, и для мира вечного учит вести войну со страстьми и демонами. Заметь же ты сии три оружия, то есть, истину, правду, и готовность для благих дел. Оружия поистине сильные. Поелику кто утвердит свои мысли истиною и вооружит волю свою правдою, и будет иметь в сердце своем готовность для добродетели, таковому козни диавольские ничего учинить не могут. Но послушай и какое есть оружие крепчайшее и высшее всех других оружий.

Еф.6:16. Над всеми восприимше щит веры, в немже возможете вся стрелы лукаваго разженныя угасити.

Щит есть оружие, коим древние воины охранялись невредимыми от стрел на них бросаемых, и от камней из пращей, пускаемых на них врагами. « Стрелы » же « разженныя лукаваго » суть возбуждаемые демонами пламенные страсти гнева и плотские похоти: а щитом веры зовет самую оную твердую и теплую веру. Завещевает же, да над всеми оную восприимем, поколику тою можем погасить все пламенные демонские искушения. Над всеми, сказал, то есть, по преимуществу, по особенной причине, пред всеми другими оружиями должно нам иметь веру теплую, ибо она предуготовляет и возбуждает нас к употреблению прочих оружий. Верный и утвержден в истине, и правду творит, и готов к исправлению всякого доброго дела, ибо он верит, что есть жизнь будущая вечная, и ожидает страшного суда и воздаяния, и уверен в том, что хранящие истину, любящие правду и охотно творящие добрые дела получают нетленный венец Божественного блаженства и наследие небесного царствия. Неверный же ничему из сих не веря, ничего не ожидая и не приемля, ни истины не хранит, ни правды не творит, и нимало не печется о Божественных добродетелях, но « да ямы », говорит, « и пием, утре бо умрем » (1Кор.15:32). Заметь же, что вера не только вручает нам оружия сказанных добродетелей, не только дает нам силу, погашающую разженные стрелы лукавого, но и делает нас удобоприемлющими другие оружия, как то следующими словами показывает Божественный Апостол:

Еф.6:17. И шлем спасения восприимите, и мечь духовный, иже есть глагол Божий.

Шлем спасения есть надежда спасения, как тот же Апостол учит в послании к Солунянам: « да трезвимся, оболкшеся в броню веры и любве, и шлем упования спасения » (1Сол.5:8). Меч же духовный есть слово Божие, как тот же Апостол изъявил, сказав: « и мечь духовный, иже есть глагол Божий ». И поистине слово Божие, входя в сердце наше, как меч посекает терния злобы, и проходя до самых внутреннейших помыслов ума, потребляет лукавые расположения души. « Живо бо слово Божие и действенно, и острейше паче всякаго меча обоюду остра, и проходящее до разделения души же и духа, членов же и мозгов, и судительно помышлением и мыслем сердечным » (Евр.4:12). От веры рождается надежда. Ибо верный, веря тому, чему учит вера, надеется иметь спасение души, коему учит вера: неверный же, не веря тому, чему учит вера, не имеет надежды спасения, и не мыслит о том. Вера делает действительным слово Божие. Слово Божие весьма сильно действует в душе верного, Поелику он верит, что оно есть слово истинное истинного Бога. Но никакого действия не производит оно в сердце неверного, доколе пребывает он неверным, ибо совсем не верит тому, что оно есть истинное слово Божие. Виждь убо Апостольскую мудрость и истину. Сказал предварительно, что верою можем мы победить все демонские искушения, потом приложил и сию истину, то есть, что силою веры делаемся мы способными и к тому, чтобы иметь надежду спасения нашего, и чтобы слово Божие действительно в нас было. Так вот и другие два оружия, кои вера нам изготовляет и вручает, то есть, надежда спасения, и действенность слова Божия. Воюем же мы и сими оружиями весьма сильно против невидимых врагов, воюющих на нас.

Беседа о бодрствовании и свойствах оного, и что бодрствующий для спасения своего облекается от Бога во всеоружие, Апостолом так называемое

Премудрый Павел учением своим от главы до ног вооружил нас против невидимых врагов, непрестанно воюющих на нас. Щит положил на всех членах тела, шлем на главе, броню на груди, меч духовный в устах и сердце, пояс на чреслах, сапоги на ноги, и самому в воинских строях нужному стоянию научил, сказав: « станите убо ». Но кто может дать нам в руки таковые оружия небесные? Никто другой, как токмо всемогущий Бог. Когда же он изливает сию милость на нас? Каким образом дает нам Божественные сии оружия? Слышу я Богоблаженного Петра, завещевающего бодрствовать против наветов диавольских. « Трезвитеся », говорит, « бодрствуйте, зане супостат ваш диавол яко лев рыкая, ходит, иский кого поглотити » (1Пет.5:8). А отсюда заключаю, что Бог тогда вручает нам оружия оные, о коих говорит Павел, когда видит нас бодрствующих для спасения своего. Ежели посмотреть внимательно и со тщательным наблюдением на свойства бодрствования, равно и трезвенности, означающей бодрствование, то увидишь, что тот, кто бодрствует для спасения своего, облекается от Бога во всеоружие, Апостолом так называемое.

Что другое суть именуемые Павлом оружия, как не Божественные и великие добродетели? Щит есть вера, шлем – надежда, броня – правда, меч духовный – учение Слова Божия, пояс – истина, обувь ног – готовность к добрым делам, и стояние оное есть неотступность от правых учений и постоянство в делании добродетели. Посмотри же, как бодрствование бывает руководством к добродетелям. Бодрствование означает бдение, внимание, прилежание и наблюдение. Бодрствующий убо человек, когда видит творения, то не косвенным взглядом смотрит на оные как дремлющий и небрежный, но с великим вниманием наблюдает и испытывает свойства оных. Возводит очи на небо, и видя тела светоносные, замечает, что оные числом безмерны, величиною неодинаковы, расстоянием между собою неравны, блистанием и светлостию света различны. Низводит очи на землю и испытывает многообразие птиц, насекомых, четвероногих, пресмыкающихся, земляных, водяных, на суше и в воде живущих, и животнорастений, многоразличие трав, кустов, дерев, цветов, плодов и семян, многообразие ископаемых, иссекаемых, кристаллов, преобразование воды в моря, в реки, в кладези, источники, озера, ручьи, в дождь, снег, град, в росу и гололедицу: наблюдает свойства тварей, общие всем и особенные каждой, их движения, их совокупление и союз, из коего весь мир состоит. Обращает очи на человека, и испытывая умственную его силу, действования, власть и господство его, познает, что он есть творение превосходнейшее всех земных тварей, что царь есть оных. Сие наблюдая, бодрствующий человек не останавливается в исступлении, ниже изнемогает и не дремлет, но продолжает делать наблюдения, простирая любопытство свое далее. Кто, говорит он, сотворил все сие? Кто дал свойства тварям, общие и особенные каждой? Кто дал солнцу два вместе движения, дневное, коим носится кругообразно, и годовое, коим, уклоняясь от своего круга, носится шаровидно? Кто во всякое трехмесячие вещает оному: прекрати стремление твое вперед и обратись вспять! – и оно повинуется тому, и, обращаясь, делает четыре времени года? Кто собирает и возвращает к оному свет, из него изливающийся, и исполняющий место между небом и землею, что столько веков ни оно само, ни свет его не оскудели, не уменьшились и не ослабели? Кто удерживает волны моря и сокрушает ужасное их стремление, чтобы не покрыли землю? Кто рек ему, как говорит Иов, « до сего дойдеши, и не прейдеши, но в тебе сокрушатся волны твоя »? (Иов.38:11) Кто дал человеку толикие языки, толикие знания, толикие художества, толикое разумение, толикую мудрость, толикое изобретение, что оными, и как проразумеватель предвидит, и как зиждитель зиждет, и как благий благотворит, и как обладатель господствует над земными тварями? Кто хранит столько веков свойства всякой твари непреложными и неизменными? Любопытство сие продолжает он и простирает сколько хочет и желает. А таковое любопытство заставляет его помыслить и заключить, что есть всего того Творец невидимый, всемогущий, премудрый, наипромыслительнейший и пресовершенный. Чем же более испытывает множество, красоту, сходство, пользу, взаимное их отношение, и непременяемость свойств их, тем более познает величество Божие, славу и бесконечные совершенства Его. Ибо « Небеса поведают славу Божию, творение же руку его возвещает твердь. День дни отрыгает глагол, и нощь нощи возвещает разум. Не суть речи, ниже словеса, ихже не слышатся гласи их » (Пс.18:2–4). Твари суть вещи видимые и чувственные, глаголющие в концы вселенной, и возвещающие повсюду бесконечную силу и всесовершеннейшие свойства Божества с того самого времени, в которое создан мир. « Невидимая бо Его от создания мира твореньми помышляема видима суть, и присносущная сила Его и Божество » (Рим.1:20). Сие же так устроено для того, чтобы неверные никакого не имели извинения в неверии: « во еже быти им безответным ». Твари безгласно свидетельствуют, что имеют они Творца всесовершеннейшего: а свидетельство сих есть « свидетельство Господне верно, умудряющее младенцы » (Пс.18:8). Слышите ли, чему научается тот, кто бодрствование свое обращает не к низким и суетным вещам мирским, но к великим и преславным делам Божиим? Видите ли, как таковое бодрствование руководствует нас к великой и главной добродетели, к источнику добродетелей, который есть вера в Бога? И не удивляйтесь, ни неверия не имейте, слыша сие: ибо и Мелхиседек, Священник Бога вышнего (Смот. Афан. Истор. о Мельхисед.), и Авраам, Праотец Иисуса Христа бодрствовавши, и движения звезд наблюдавши и испытавши, познали истинного Бога, и уверовали в Него, хотя и идолопоклонников отцев имели. Не удивляйтесь, ни неверия не имейте: ибо бодрствующие и таким образом испытывающие твари просвещаются от Божия света. Почему ублажая их, Царе-Пророк воспевал: « блажени испытающии свидения Его, всем сердцем взыщут Его » (Пс.118:2).

Когда же бодрствующий человек, уверовавши в Бога, поверит тому, что всякое совершенство есть в Боге, а следственно и благость, и человеколюбие, тогда удостоверятся в том, что Бог не оставил превосходнейшее из всех творение, то есть человека, без промысла Своего и без законов, но как для всех тварей положил пределы непременяемые и естеству каждой твари соответственные, дабы они без порядка носясь не нарушили благоустройства вселенной, так и для человека положил спасительные законы, соответственные разумному его естеству, дабы он во зло употребляя умственную свою свободу, не нарушил благоустройства рода человеческого. Ищет убо всюду законоположения Божия для человеков. Испытывает системы философов, и только находит в них величайшее непостоянство: видишь, что сколько философов, столько и систем, из коих одна другую опровергает, все условные, недоказательные, несовершенные, недостойные величества Божия, правды и благости Его. Смотрит на законоположения некоторых блуждающих человеков, и видит в оных неправды, студодеяния, буесловия, мнения недостойные не только всесовершеннейшего Бога, но и всякого человека, ум и рассудок имеющего. Открывает Божественное Писание, и испытывая, чему оно учит о вере, изумляется, читая имена пребезначальному существу наиприличнейшие, разумевая мысли высотою своею поражающие, свойства единому истинному Богу принадлежащие. Смотря же на законы в оном содержащиеся, видит истину и правду, и благость, и святость, видит, что законы сии возводят человека в состояние совершенства: одним словом, видит там оного Бога, Которого видел как бы в зерцале в тварях.

А сие видя, уверяется, что тот самый, Который создал тварь, предал и Священное Писание, уверяется и возглашает: един и тойже есть Зиждитель мира и Творец Священного Писания.

Испытует убо Писание не как сочинения человеческие, но яко словеса Божии. Слышит в оном неложнейшего Бога, обещевающего и глаголющего: « Яко на Мя упова, и избавлю и: покрыю и, яко позна имя Мое: воззовет ко Мне, и услышу его: с ним есмь в скорби, изму его, и прославлю его: долготою дней исполню его, и явлю ему спасение мое » (Пс.90:14–16): и сие обещание облекает его в шлем спасения, то есть, влагает в душу его надежду спасения. В оных святых книгах читая сие: « праведницы же наследят землю, и вселятся в век века на ней » (Пс.36:29): и сие: « праведник яко финикс процветет: яко кедр, иже в Ливане, умножится » (Пс.91:13): видя также праведнейшего Бога, вводящего праведных в « уготованное им Царствие от сложения мира » (Мф.25:34), облекается « в броню правды » (Еф.6:14), решается, то есть, праведно поступать во всех своих делах. В оных книгах Божиих находит Евангельское повеление: « да будут чресла ваша препоясана » (Лк.12:35): слышит Божественную заповедь: « всяк, иже воззрит на жену ко еже вожделети ея, уже любодействова с нею в сердце своем » (Мф.5:28): также и определение на преступающих оную: « блудником же и прелюбодеем судит Бог » (Евр.13:4): видит и жалостное состояние блудного сына: почему препоясуя чресла не только тела (Еф.6:14), но и души своей целомудрием, удаляется от всякого рода плотского греха. Слышишь в Писании Бога, глаголющего: « тако будет глагол Мой, иже аще изыдет из уст Моих, не возвратится ко Мне тощь, Дóндеже совершит елика восхотех, и поспешу пути твоя, и заповеди Моя » (Ис.55:11). Удивляясь же сил слова Божия, восприемлет « мечь духовный » (Еф.6:17), то есть, предается чтению и слушанию словес Божиих. Читает в оном сие: « да будут ваши светильницы горящии » (Лк.12:35); видит и осуждение ленивого раба, скрывшего талант (Мф.25:26): да не будет убо осужден, как оный, обувает ноги свои « во уготование благовествования мира » (Еф.6:15), то есть, восприемлет горячайшую готовность тещи путем добродетелей. Внимая еще сим Божиим словесам: « а иже отвержется Мене пред человеки, отвергуся его и Аз пред Отцем Моим, Иже на небесех » (Мф.10:33): « претерпевый же до конца, той спасен будет » (Мф.10:22): заключает, что оные поучают тому, « станите убо » (Еф.6:14), поучают, то есть, иметь твердую и постоянную мысль в исповедании истины правых веры учений, и непременяемое желание к совершению дел добродетельных.

Видите убо, коль дивны дела бодрствования. Бодрствование руководствует к вере, вера открывает Божественное Писание, Божественное Писание облекает нас во всеоружие Божие (Еф.6:11), о котором говорит Павел, всеоружием же Божиим получаем победные трофеи над невидимыми врагами нашими, а за таковую победу дает нам Бог в награду наследие вечного Своего Царствия. Великая поистине и нужная ко спасению нашему добродетель есть бодрствование. Почему и притчами, и примерами, и блаженствами, и повелительными завещеваниями узаконил оное Творец мира и Спаситель.

Притчею десяти дев показал Господь, колико нужно бодрствование ко спасению. Пять, говорит, из оных дев были « мудры и пять юродивы » (Мф.25:2). Какую же мудрость видим мы в мудрых? Внимание и рачение. Какую глупость в юродивых? Невнимание и нерадение. « Юродивыя, по нерадению своему, приемше светильники своя, не взяша с собою елеа: мудрыя же, быв рачительны, прияша елей в сосудех со светильники своими » (Мф.25:3–4). Полунощи же прииде, говорит, Жених, и готовые, то есть, внимательные и бодрственные « внидоша с Ним на браки » (Мф.25:10). Для прочих же нерадивых и ленивых затворилась дверь Божественного чертога. Хотя же они вопили, прося и говоря: « Господи, Господи, отверзи нам! » но ответствовал им Господь: « аминь, глаголю вам, не вем вас » (Мф.25:11–12). Так изъявил Господь, что бодрствование спасло пять мудрых, а небрежение лишило Царствия Божия пять юродивых: почему окончив повествование сей притчи, провозгласил выразительные сии слова: « бдите убо, яко не весте дне ни часа, в онь же Сын человеческий приидет » (Мф.25:13). Тому же научал нас Господь и притчею земледельца. Посеял, говорит Он, земледелец « доброе семя на селе своем » (Мф.13:24). Когда же сотрудники его спали, тогда враг посеял плевелы между пшеницею. « Спящым же человеком, прииде враг его, и всея плевелы посреде пшеницы, и отъиде » (Мф.13:25). Слышите ли, когда враг всевает лукавые помыслы в душах наших? Когда мы спим: « спящым же человеком ». Что же иное есть сон сей, ежели не противоположность бодрствования. Почему, когда мы не бодрствуем и не внимаем, тогда демоны, взяв место в нас, повреждают душу нашу. Примером также дому владыки и татя научил Господь, какую силу имеет бодрствование. Если бы дому хозяин ведал, в который час приидет тать, то бы бодрствовал, говорит, и внимал, и попрепятствовал бы ему повредить дом свой. « Аще бы ведал дому владыка, в кую стражу тать приидет, бдел убо бы, и не бы дал подкопати храма своего » (Мф.24:43). Слышишь ли? « Бдел убо бы », говорит, « и не бы дал ». Следственно бодрствование препятствует татю вред причинить. Почему, как дому хозяин когда бодрствует, то препятствует татю подкопать дом свой: так и Христианин когда бодрствует, то препятствует диаволу и не допускает его нанести вред душе своей. И как хозяину дома, Поелику не знает он, в который час придет тать подкопать дом его, нужно быть всегда внимательному: так и нам, Поелику не знаем, когда сатана придет искусить нас, нужно всегда бодрствовать. Притом же мы не знаем не только сего, но ни часа смерти нашей, ни часа, в который придет Господь судить живых и мертвых. Почему тем паче нам должно бодрствовать и внимать: что и означают сии Спасителевы слова: « сего ради и вы будите готови: яко в онь же час не мните, Сын человеческий приидет » (Мф.24:44). Послушайте же и завещания Иисус Христова о бодрствовании. Будьте, говорит, так бодрственны и внимательны, как рабы оные, кои ожидают господина своего, чтобы, когда возвратится он от брака, и пришедши постучит в дверь, тотчас без всякого замедления отворить ему. « И вы подобни человеком чающым господа своего, когда возвратится от брака, да пришедшу и толкнувшу, абие отверзут ему » (Лк.12:36). Сие же сказав, ублажил тако бодрствующих. « Блажени », сказал, « раби тии, ихже пришед Господь обрящет бдящих » (Лк.12:37).

Возлюбленные мои Христиане, я точно знаю, что мы от великого до малого бодрствуем, бываем бдительны и весьма внимательны, но для чего? для вещей малых и самых низких. Внимаю и наблюдаю с великим тщанием, какие врага моего и дела, и слова, и самые мановения, чтобы не причинил он ни малейшего вреда телу моему, или имению, или чести моей. Враг мой сатана, повсечасно лукавыми своими помыслами расстраивает ум мой, повсечасно бросает разженные свои стрелы, и уязвляет душу мою, повсечасно низвергает меня во грехи, делающие меня поношением человеков и уничижением людей. А я как глухой, слепой и бесчувственный, не слышу, не вижу, и не чувствую того, да и с услаждением еще принимаю срамные его помышления, отворяю чувства мои, чтобы удобно мог уязвить он меня, и теку по хотениям его, чтобы споткнуть ему меня, как хочет. Он причиняет вред бесконечный, а я сплю спокойно сном смерти моей. Все мы рачительны и внимательны бываем, но для чего? Для вещей низких и внимания нашего недостойных. Один бодрствует, чтобы изготовить яства и питии, не те, коликих требует нужда телесная, но кои возбуждают желание многоядения и многопития: другой старается иметь платья не те, колики нужны к прикрытию и согреванию тела, но кои каждодневно почти вымышляет суемудрие человеческое: иной бдит, чтобы построить дом, не для жительства и отдохновения своего довольный, но многокомнатный и многоценный, излишний и суетный, коему бы мир удивлялся. Все деннонощно внимаем, и со всяким бодрствованием стараемся, но для чего? для вещей мира сего, временных и скоропреходящих, для таких, кои сегодня имеем, а заутра мы умираем, и другим оные в наследие достаются. Коликое внимание имеем, чтобы собрать богатство? Коликое старание, чтобы приумножить имение? Коликое бодрствование, чтобы возведенным быть на мирские достоинства? Коликое наблюдение иногда и для пядени земли, и для лепты, и для умета? Но для спасения души нашей, для небесных благ, для наследования вечного Царствия Божия нет никакого ни старания, ни внимания, ни бодрствования. От сего мы бываем игралищем диавола, от сего впадаем в толикие неправды и беззакония, от сего спим как бесчувственные во грехах наших, доколе смерть пришедши не восхитит нас без покаяния, без обращения и исправления.

Многоблагоутробный и человеколюбивый Господь наш Иисус Христос, ведая, колико нужно бодрствование для спасения всем человекам, не только много говорил о бодрствовании, но и необычайным образом узаконил оное. Все Божественные Его повеления суть общие, для всех проповеданы, и ко всем людям относятся. Но когда давал он заповедь бодрствования, тогда явственно произрек, что завещевает оное всем человекам. « А яже вам глаголю, всем глаголю: бдите! » (Мк.13:37)

Человеки убо, кои веруете во Иисуса Христа, послушайте, что он говорит ко всем: « всем глаголю: бдите ». И к вам, убо Цари, Вожди и Князи земные, говорит Господь, бдите. Поелику вы обладаете и управляете многолюдством, то вас наипаче касается заповедь сия Господня. Ибо когда вы бдите, и внимаете, тогда бывают благополучны и невредимы все подданные ваши, а когда не бдите и не имеете попечения о народе своем, тогда бедствует и несчастен бывает весь подчиненный вам народ. Судии, кои сидя в судилищах судите, и к вам говорит Господь! бдите: бдите, наблюдая законы, изыскивая истину, судя суд праведный. Не нерадите, чтобы по нерадению вашему не отлагалось решение, и от того судимые не получали бы себе вреда. Внимайте, чтобы не взошло во двор ваш дароприимство, и чтобы ни вражда, ни дружба, ни гнев, ни ходатайство не мешали суждению ума вашего. Внимайте, чтобы не взошла в суд неправда: « яко суд Божий есть » (Втор.1:17). Всем глаголю, сказал Господь. И к вам, люди, кои занимаетесь торговлями или художествами, говорит Господь: бдите, чтобы не взошел обман в коммерческие дела, ни ложь в продажи и купли, ни коварство, ни нерадение в рукоделии. Бдите, чтобы держать всегда « мерила праведна и весы праведны » (Лев.19:36). Юноши, бдите, чтобы укротить пламень юношества: старцы, бдите, чтобы с терпением понести немощи старости: отцы и матери, не нерадите, но бдите, наставляя чад ваших и добрым примером, и правым советом, и жезлом, когда нужда того потребует. Внимайте и к делам и словам, и к обращениям детей ваших, чтобы направить их к страху Божию и на путь добродетели. Особенно же вам, пастыри церковные, завещевает Господь бодрствование. Горе вам, ежели вы спите, а волк, то есть, неверный или еретик расхищает и разгоняет овцы. Горе вам, ежели вы нерадите, а сатана при том погубляет души, за кои Христос умер. Ибо крови их от руки вашей взыщет Господь. Христиане, какого б вы ни были возраста, состояния, чина и звания, слышите все заповедь сию Господа Иисуса Христа, ибо ко всем Он говорит, бдите, не дремлите, но прогоняйте лукавые помыслы: не нерадите, но укрощайте душепагубные похоти плоти: не будите леностны, но бегите охотно от лживой суетности мира. Бдите, и теките тщательно путем добродетели. « Блажени раби тии, ихже пришед Господь обрящет бдящих. Уста Господня глаголаша сия » (Лк.12:37).

36. В неделю 28-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.14:16-24)

Какой случай имея, Богочеловек Иисус предлагал ныне чтенную Евангельскую притчу? Просил Его некто из князей Фарисейских, да яст хлеб в доме его (Лк.14:1). Почему вшед в дом, во-первых, исцелил водяною болезнию страждущего, потом всех тамо сущих научил смиренномудрию, объяснил честь и славу, каковую сие доставляет: напоследок, обратившись к князю звавшему Его в дом свой и повелев, чтобы он, творя вечерю, не звал друзей и сродников, ни сосед богатых, но нищих, маломощных, хромых, слепых, говорил ему: «аще сие сотвориши, блажен будеши, яко не имут ти что воздати, воздастжетися в воскресение праведных» (Лк.14:14). И когда некто из тамо сущих, человек неученый, как видно, и непросвещенный, думая, что в царствии Божием едят и пиют, воззвал: «блажен, иже снесть обед в царствии Божии» (Лк.14:15), Богочеловек убо, слыша о сем, чтоб погрешительность исправить и его и других, подобное имеющих мнение о царствии небесном, предложил для того ныне чтенную Евангельскую притчу. Вся притча состоит в инознаменательности и уподоблении, которое другое значит, нежели что слова являют. Но уподобление слышали, когда было читаемо священное Евангелие, послушайте же теперь и сего знаменование, — то есть о конце сей притчи.

Лк.14:16. «Рече Господь притчу сию: человек некий сотвори вечерю велию, и зва многи.»

Человеком называет Иисус Христос Бога, ради беспредельного Его человеколюбия к человеческому роду; вечерию же — вочеловечение Его. Ибо как вечеря предлагается не утром, но вечером, при конце дня: так и Сын Божий воплотился не в начале сотворения мира, но егда прииде кончина лета. «Егда прииде кончина лета, посла Бог Сына Своего рождаемаго от Жены, бываема под законом» (Гал.4:4). Велиею же вечерию, поколику «исповедуемо велия есть благочестия тайна», и высокая и неудобопостигаемая Ангельскими и человеческими умы: велия, поколику Бог приял зрак раба, быв человеком; велия, поколику превознес и посадил человеческое естество «одесную престола величествия на небесех» (Евр.8:1). Еще же вечерию назвал Иисус вочеловечение Свое ради таинственной вечери, в которой приобщаемся Телу и пием Кровь Его. Есть же и сия великая вечеря: ибо чрез приобщение сей соединяясь с воплощенным Словом, спрославляемся с Ним и бываем по благодати богами. Таковый убо смысл притчи сей: когда всеблагий и человеколюбивейший Бог и Отец благоволил воплотиться единородному Сыну Своему, звал тогда многих, да веруют сему великому таинству. Почему же сказал: многих, а не всех? «Бог хощет всем спастися, и в разум истины приити» (1Тим.2:4): без веры же во Христа никто не спасется: почему убо не сказал, звал всех, но — многих? Поколику притча имеет двоякое знаменование — изображения и изображаемого, или письмени и духа: убо сия притча заключает многие слова, служащие только для связи писания и изображения, а не для познания изображаемого и духа. Сказал убо «многих» для связи письменной с смыслом притчи. Ибо если бы сказал: звал всех, никакого бы вероятия достойным не было его слово. Ибо кто когда, изготовив вечерю, созывает всех людей, да обедуют с ним? «Многих» убо сказал в литеральном смысле, в духовном же смысле чрез сие все разумеются. Сказав же о сем: «зва», объясняет то, чрез кого он звал, говоря:

Лк.14:17. «И посла раба своего в год вечери, рещи званным: грядите, яко уже готова суть вся.»

Было в обыкновении тогда, как видно, чтоб и прежде приуготовления вечери, и изготовив сию, в самое время вечери, паки призывать прежде званных. Были же прежде воплощения званы Иудеи на вечерю веры сего таинства святыми Пророками, предвозвестившими им имеющее быть чрез Иисуса Христа спасение и заповедавшими иметь в Него веру и повиновение. «Пророка», говорил им Богодухновенный Моисей, «от братии твоей якоже мене возставит тебе Господь Бог твой: Того послушайте» (Втор.18:15). И в самое время вечери, то есть тогда, когда благоволил Бог совершить великую благочестия тайну, послал Бог Сына Своего, да призовет их к познанию истины. Рабом же сего назвал так как рабский зрак приимшего, подобием бывшего человека и образом обретшегося якоже человека (Флп.2:7), и волю Богоотца Своего сотворившего и совершившего дело Свое (Ин.4:34). Звал же их посланный Сын Божий и словом, вещая им: «приидите ко Мне вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы» (Мф.11:28): также: «отселе узрите небо отверсто» (Ин.1:51): и еще: «грядите, яко уже готова суть вся» (Лк.14:7), то есть, отпущение грехов, дар Святого Духа, усыновление и царствие небесное. Звал их и сильными убеждениями от Божественного Писания, иногда говоря им: «аще бо бысте веровали Моисеови, веровали бысте и Мне: о Мне бо той писа» (Ин.5:46), иногда же убеждая так: «аще убо Давид Господем его нарицает, како сын ему есть?» (Мф.22:45) Еще же, звал их на вечерю веры в Него чрез преславные чудеса, каковые сотворил пред ними.

Лк.14:18-20. «И начаша вкупе отрицатися вси. Первый рече ему: село купих, и имам нужду изыти и видети е: молютися, имей мя отречена. И другий рече: супруг воловных купих пять, и гряду искусити их: молю тя, имей мя отречена. И другий рече: жену поях, и сего ради не могу приити.»

Какие суть те, которые, будучи званными прежде, вкупе, то есть, единодушно отрицались, и не повиновались званию? Суть сии фарисеи, книжники, законоучители и князи Иудейские. Сих первых звал Господь, так как разумевших Божественное Писание и так как научившихся от Писания о спасительном Его в мир пришествии. Но из них иные не повинулись званию, предпочитая куплю села, то есть, мирские их предложения и суетности. Ибо село означает мир, по толкованию Спасителя Христа, сказавшего: «село же есть мир» (Мф.13:38). Почему они, так как рабы мирской суетности и тщеты, отрицались и говорили: «мы Моисеовы есмы ученицы. Мы вемы, яко Моисеови глагола Бог: Сего же не вемы, откуду есть» (Ин.9:28-29). Иные же отрицались, извиняясь покупкою пяти супруг волов, которая означает привязанность к удовольствиям пяти чувств, составляющих пятерицу супруг. Ибо два имеем глаза, два уха, две ноздри, два орудия вкуса, язык, то есть, и небо; два осязания во всякой части, внешнее и внутреннее, то есть, бываемое на поверхности тела нашего, и внутрь проницающее даже до сердца и души нашей. Почему сии, будучи привязанными к чувственным удовольствиям, и не могши вместить духовное и небесное звавшего их Спасителя учение, говорили: «жестоко есть сие, кто может Его послушати?» (Ин.6:60) Другие же не только отрицались, но и за невозможное ради поятия жены почитали прийти. Показал же Спаситель сим, «не могу приити», силу и неудобопреодолимость уз плотских пожеланий и беззаконий. Но все сии три отрицавшиеся означают всех сребролюбивых, сластолюбивых, и плотолюбивых людей, которые, будучи званными Евангельским гласом на покаяние, и ко причащению Божественных таин, и к наслаждению небесного царствия, отрицаются иные ради заботы о стяжаниях своих, иные ради порабощения плотским своим беззакониям. Но послушаем и следующих приточных слов:

Лк.14:21. «И пришед раб той, поведа господину своему сия. Тогда разгневався дому владыка, рече рабу своему: изыди скоро на распутия, и стогны града, и нищия, и бедныя, и слепыя, и хромыя введи семо.»

Чрез раба разумеется, как сказали, зрак раба приимший Иисус Христос. Каким же убо образом Он приходит и объявляет Господину Своему, то есть, Богу Отцу Своему, ведущему вся, ведущему самые намерения не хотящих в Него веровать? Притча многажды, как выше сказали, заключает некоторые слова, нужные только для связи приточной, а не для изъявления, оною знаменуемого. Почему, чтобы находилась связь в притче, и да изъявит гнев Божий на отрицающихся, представил раба, приходящего и объявляющего господину своему о делах отрицавшихся. Виждь же, куда посылается Богочеловек. На распутия посылается и стогны, где нет ни правителей, ни князей, ни вельмож, ни богатых, но где находится простой народ. Какие же были им по Отцовскому заповеданию призванные и Ему поверившие? Нищие Иудеи, маломощные, то есть, не привязанные к мирским вещам и бессильные; слепые, то есть, неученые и безкнижные; хромые, то есть, недовольные к исполнению плотских развлекательностей. Сие же самое другими словами показал Богоглаголивый Апостол, говоря: «худородная мира и уничиженная избра Бог, и не сущая, да сущая упразднит» (1Кор.1:28).

Лк.14:22. «И рече раб: Господи, бысть якоже повеле, и еще место есть.»

Когда о сем сказал Богочеловек Богу Отцу Своему? Когда наступало время страдания Его, тогда, «возвед очи Свои на небо», и кроме другого сказал и сие: «дело соверших, еже дал еси Мне, да сотворю» (Ин.17:1,4). Являют же слова крайнее смирение человеческого Его существа пред вышеестественным существом Божества; также и то, что никто ни из Иудеев, ни из язычников, не уверовал в Иисуса Христа, разве по благоволению Бога Отца Его, по реченному: «никтоже может приити ко Мне, аще не Отец пославый Мя привлечет его» (Ин.6:44). Сим же: «и еще место есть», показал богатство небесного царствия, показал же и то, что не только ради верующих из Иудеев, но и ради верующих из язычников от сложения мира уготовал Божественное Свое царствие, и что место есть, хотя избранные от Иудей и наследовали царствие, еще уготовленное и для имеющих веровать из язычников.

Лк.14:23. «И рече господин к рабу: изыди на пути, и халуги, и убеди внити, да наполнится дом мой.»

«Изыди на пути и халуги»: сие означает то, что Бог благоволил, да Евангельская проповедь Иисуса Христа изыдет от Иерусалима и от рода Иудейского и прейдет к самым неверием покровенным и идолопоклонникам, сущим на пути злочестия, то есть во мраке неверия, и на халуге, то есть во грехе. Халугою же назвал сей, поколику грех отлучает человека от Бога, так, как холм — места от других мест. Какой же смысл заключает сие: «и убеди внити»? Или значит понудить насильно и мучительски убедить, так как некоторые из староверов, глупо и безумно сие принимая, тысячи людей убивали и умерщвляли? Да не будет! Слово, а не бич, убеждает разум; разум же возрождает желание, желание же склоняется и приемлет догматы веры. «Аще кто хощет», сказал Господь, «по Мне ити». Поколику же язычники и истинного Бога не знали, и закона Божественного не имели, ни словес Пророческих, ни Божественного Писания, руководящего к вере во Христа, так как народ Иудейский, и были подвержены всякому роду беззаконий, раболепствуя страстям и поклоняясь богам-пьяницам, любодеям, неправедникам и хищникам: убо для обращения таковых особенные нужны были средства, могущие убедить и просветить их в познании истины. Значит, следовательно, сие: убеди, склони их мысль сильными убеждениями, каковые были Апостола Павла для Ареопагитов; просвети душу светом святой жизни, каковой пример видеть можно на светлом жительстве Богопроведников Апостолов; плени сердце их творением чудес, каковые были сотворены учениками Христовыми пред язычниками. Сие же, «да наполнится дом мой», являет безмерное человеколюбие и для всех людей милость Бога, Который хощет, да все верующие таинству благочестия наследят Божественное Его царствие. Таким же образом обнаружив Бог волю Свою, являет немедленно и праведный Свой суд для званных и не восхотевших веровать в Него.

Лк.14:24. «Глаголю бо вам, яко ни един мужей тех званных вкусит Моея вечери: мнози бо суть звани, мало же избранных.»

Таковое решение произнес Господь наипаче для тех Иудеев, которые званы были святыми Пророками, которых звал и Сам Богочеловек в веру в Него: но поелику не поверили Ему, недостойными остались Церкви Его, и Божественных таин, и Божественного Его царствия. Ни един, говорит, из званных мужей, и неповинувшихся званию, не удостоится небесных Моих дарований. Относится однако решение сие и ко всем тем человекам, которые призываются к вере во Христа, но не принимают сию; или которые прияв, нарушают отвержением, или злыми делами, противными вере. Почему сказал: «мнози звани», то есть, многие были от Бога призываемы, но «малые», по доброму расположению и по преуспеянию в добрых делах, остаются избранными и вечного блаженства достойными.

Беседа о извинениях во грехе

Научает нынешнее Евангелие учению, нужному для спасения каждого человека. Нет ни единого человека в мире, который бы не извинялся во грехах своих. Один вымышляет одну причину, другой другую, и таким образом каждый извиняясь, бесчувственно пребывает во глубине беззакония своего и нерадит о душевном своем спасении. Нынешнее Евангелие восхищает от уст каждого извинение, изъявляя Бога прогневавшимся на извинявшихся и ясно показуя то, что извинения тех же, которые предлагают сии, осуждают. «Глаголю бо вам, яко ни един мужей тех званных вкусит Моея вечери».

Мы все, христиане, есмы званные от Бога для вкушения небесной вечери, то есть, для причастия и общения царствия Господа нашего Иисуса Христа. Свидетельствует о сем Божественный Апостол, говоря: «верен Бог, Имже звани бысте во общение Сына Его Иисуса Христа Господа нашего» (1Кор.1:9). Ежедневно призывает нас Бог на покаяние, иногда устами Пророческими, вещая: «обратитеся ко Мне, глаголет Господь сил, и обращуся к вам, глаголет Господь сил»; иногда благовествованиями Апостольскими, проповедуя: «отложим убо дела темная и облечемся во оружие света» (Рим.13:12); иногда же гласом Евангельским взывая: «приидите ко Мне вси труждающиися и обремененнии», купно и обещая приходящим к Нему вечное упокоение: «и Аз упокою вы» (Мф.11:28).

Что же мы ответствуем, слыша Божественный глас? Мы часто или, как глухие, нимало сего не слышим, или, как глупые, нимало о сем не рассуждаем. Когда же слово Божие коснется сердца нашего и возбудит совесть, мы, представляя извинения, успокаиваем возмущение оной. Доколе, внушает совесть сребролюбцу и любостяжателю, таковые труды и попечения посвящать будешь полям, строениям, временным стяжаниям? Доколе, прилепляясь к земному и тленному, будешь нерадеть о спасении бессмертной души твоей? Заутра умрешь, а имение твое, о котором столько печешься, другой наследит, или похитит, и тебе никакой пользы из того не будет. Восстани, прожени обстоящий тебя грех, успокойся от забот твоих, притецы к зовущему тебя Иисусу Христу и шествуй путем добродетели. Что же на сии обличения и советы совести ответствует любостяжатель и сребролюбец? Купих, говорит, село: оно требует призрения моего. Насаждаю виноград: его нужно присмотреть мне. Созидаю дом: строение отвлекает меня. Сия вещь нужна для украшения дома моего, сия для потребности моей; одна для одеяния моего, другая для выполнения нужды моей; все же сие пленяет мысль мою, почему теперь не могу возвести сию к Богу. Ах, безумне! так ли ты ответствуешь Богу, чрез совесть твою советующему тебе, обличающему и зовущему тебя в вечное блаженство? Или ты чаешь, что таковые отговорки твои оправдают тебя пред зовущим тебя Богом? Обманываешься. Решение отрицающимся известно: «глаголю бо вам, яко ни един мужей тех званных вкусит Моея вечери» (Лк.14:24).

Призывает нас единородный Сын Божий для восприятия поста, показуя купно и нелицемерный образ пощения. «Ты же”, говорит, «постяся, помажи главу твою, и лице твое умый» (Мф.6:17). Зовет Он нас на молитву, научая и самым словам молитвенным: «сице убо молитеся вы: Отче наш, Иже еси на небесех» (Мф.6:9). Но чревоугодник и невоздержный так ответствуют: я не могу поститься, ибо есмь нездоров. Если один день не буду вкушать пищи, расслабею и сделаюсь недеятельным и бесполезным. Постная пища вредит здравию моему. Мне лекарь дал диету. Так извиняется, потом набирает великолепные столы, различными кушаньями и напитками исполненные; пресыщает желудок паче меры и напивается до пьянства с друзьями своими. Вот, как он повинуется Божию званию, и почитает дни постные! Подобным образом нечестивый и празднолюбец: столько часов, ответствует, быть в церкви я не могу: дремлю, задумываюсь, немоществую и ослабеваю. Так извиняется, но сам потом заходит в театры, проводит ночи в плясках, гуляет денно и нощно. Ах, несмысленные! так ли вы ответствуете Вседержителю, призывающему вас к наслаждению вечного Его царствия? И еще пребываете спокойными, думая, что таковые извинения оправдают вас пред Ним? Не грешите, решение уже последовало: «глаголю бо вам, яко ни един тех мужей званных вкусит Моея вечери» (Лк.14:24).

Нежное одеяние, мягкие постели, нечестные зрелища, гнусные слухи, веселые гульбища, многоприправные кушанья, душистые напитки, чувственные удовольствия, соблазнительные сообращения, — сия, говорю, плотская алчность возрождает пламенные похотения, которые погружают нас в тинный ров гнусных беззаконий. Бог, желая освободить нас, призывает к Себе Апостольским гласом, вопия: «облецытеся Господем нашим Иисус Христом, и плоти угодия не творите в похоти» (Рим.13:14). Но что на сие ответствуют плотолюбцы? Мы, говорят, не можем. Мы так привыкли жить. Ах, глупые и несмысленные! Так ли ответствуете Владыке твари, зовущему вас к наслаждению вечного царствия? Или вы думаете, что таковые извинения могут вас оправдать пред Ним? Тщетно ласкаетесь! «Глаголю бо вам, яко ни един мужей тех званных вкусит Моея вечери» (Лк.14:24).

«Да будут чресла ваша», внушает Бог, «препоясана» (Лк.12:35). Мы же, презирая сию заповедь, разрешая плотское обуздание, всякое творим плотское невоздержание. Многомилостивый Бог, умилосердясь, призывает нас на покаяние чрез слова Пророческие, гласом Апостольским, Евангельским наставлением, внутренним совести обличением. Почто, обличает часто совесть, оскверняешь чужое ложе? Почто обращаешься с бесстудною женою? Почто мараешь душу твою всякою плотскою нечистотою? Восстани из глубины нечестия твоего, да не постигнув смерть обрящет тебя валяющегося в нечистоте греха твоего. Что же на сие ответствует любострастный? Сие, говорит, есть дело невозможное, поколику я сангвинического сложения и есмь весьма склонен к плотским страстям, поколику порабощен есмь любовию и от юности приобык к сему греху. Хощу и намереваюсь, но похоть понуждает меня и побеждает меня привычка. Несчастливейший грешниче! так ли ты ответствуешь Богу твоему, Благодетелю и Создателю твоему, призывающему тебя на покаяние и обещающему тебе царствие, емуже не будет конца? Да еще и спокойным пребываешь, не скорбишь и не печалишься, чая, что Бог приимет таковые извинения твои? Погрешаешь! «Глаголю бо вам, яко ни един тех мужей званных вкусит Моея вечери» (Лк.14:24).

Все мы, говорю, христиане есмы, Богом званные ко спасению. Всех нас равно Сам Иисус Христос, стоя невидимо посреди нас, призывает ныне Своим гласом так, как тогда призывал сущих во Иерусалиме: «грядите, яко уже готова суть вся» (Лк.14:17). Слышите ли, братие, глас человеколюбный, глас отеческий, глас благотворительный? «Готова суть вся»: отпущение грехов, вечеря таинственная, святая одежда. «Грядите, яко уже готова суть вся»: небесное блаженство, вечное царствие, те благие, «яже око не виде, и ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша» (1Кор.2:9). Вот какие суть блага, уготованные Богом для любящих Его! «Грядите», вопиет. Что же на сие общее и удоборазумеваемое ответствуем звание? Ей, Господи! хощем, и желаем приити к Тебе, человеколюбному Отцу и Богу нашему, да удостоимся небесных Твоих дарований: но плотская немощь, мирская суета, искушения бесовские препятствуют нам в сем святом желании. Тако мы ответствуем. Но да уверитесь, что таковые препятствия не суть неизбежные, но пустые извинения, не предлагаю на среду бесчисленное множество святых мужей и жен, мужественно против сего постоявших; не упоминаю о свободности человеческой, прохожу молчанием содействие благодати Божией, которая, если только восхощем мы, разрешает всякое неудобство: довольно предложить для сего следующее примерное доказательство.

Если бы какой земной царь призвал тебя в царские свои чертоги, обещая тебе богатство, честь, царские достоинства, причастие своего царствия: презрел ли бы ты тогда таковое звание, извиняясь слабостию, либо препятствиями, либо искушениями, либо другою какою виною? Никак! Не стал бы извиняться тогда слабостию твоею; все бы попрал неудобства; явился бы выше всякого искушения и ниже разверз бы уста твои для отговорки пред ним. В том следовательно, что творим с радостию и великим удовольствием ради временного наслаждения, в том самом извиняемся, что не можем того творить для единого царствия и вечной славы. Видите убо, коль неприличные и неправильные суть извинения наши, приносимые пред Богом.

Как? предпочитаешь село твое, или дом твой, или богатство и чести твои, что заутра, умирая, должен и по нехотению оставить, самим вечным благам Божиим? Как? Похоть твою плотскую паче самой заповеди Божией обожаешь? Для красоты ли такого лица, которое заутра увянет и сделается пищею червей и зловонием, нерадишь о приятнейших и пленительнейших райских красотах? Как? Лучше повинуешься бесовским хотениям, а не повелениям Божеским? Работаешь лучше диаволу, нежели Богу? Как? Паче Самого Творца и Бога моего уважаю я мою прихоть, мой гнев, мою страсть, мое памятозлобие, зависть мою, суетность мира, совет диавольский?

Ниже ласкайтесь сим, возлюбленные христиане, будто бы Бог не принимает глупые токмо извинения, правильные же приемлет. Ибо ниже правильные извинения имеют пред Ним место. Какое может быть извинение пристойнее или правильнее паче извинения в рассуждении почтения и попечения долженствуемого родителям своим? Сам Бог повелел родителей почитать, пещись о них и им повиноваться: «чти», заповедал, «отца твоего»; и обещал хранящим сию заповедь всякое счастие и долготу дней: «да благо ти будет, и да долголетен будеши на земли» (Исх.20:12). Но однако Сам же Господь к извинявшемуся и просящемуся, да погребет отца своего, и потом пойдет в след Его, «гряди по Мне», сказал, «и остави мертвых погребсти своя мертвецы» (Мф.8:22). Сам же Господь сказал: «иже любит отца, или матерь паче Мене, несть Мене достоин» (Мф.10:37). Каким же образом сия согласуют? Почему ниже законное и правильное извинение не имеют места пред лицем правосуднейшего Бога? Ибо Бог имеет все права, по которым обязаны мы Ему и любовию и честию, и повиновением и страхом, и предпочтением паче друзей, сродников, родителей и всех тварей, дел и предприятий, и паче самой нашей жизни.

Бог есть Творец всякой видимой и невидимой твари: се первое Божие право! Бог есть Господь и Владыка всех невидимых и видимых творений: се второе право! Бог есть Создатель и Творец человека: се право третье! Он есть податель жизни: се четвертое! Он податель всех земных благих: се пятое! Бог есть Существо пресовершеннейшее, человеколюбивое, всеблагое, премудрое, праведнейшее, многоблагоутробное, милостивейшее, Само по Себе любви достойное, всесвятое, все несовершенство исключающее: се шестое! Бог уготовил любящим Его царствие нескончаемое и славу вечную: се седьмое! Бог ради нас, человеков, и ради нашего спасения послал Сына Своего в мир, Который, восприяв человечество, подъял крест и смерть: се право, паче всех прав высочайшее! Люди, или будучи непросвещенными и худыми, к невозможному обязывают, или, будучи неправедными, к неправедному; или, будучи немилосердыми, к жестокому и несносному. Бог, будучи премудрый и всеблагий, ничего невозможного не заповедует, обязывает к возможному, праведному, сносному. Люди, или по злости, призывают людей на дела беззаконные, или по зависти, на вредные, или по развращенности, на душегубительные; Бог, будучи пресовершенный и преблагий, когда призывает, зовет токмо на дела добрые, полезные, спасительные. Убо какое может иметь извинение место, когда Он повелевает, а мы не повинуемся? Какую извинение имеет причину, если Он зовет, а мы бегаем Божественного Его гласа? Извинение пред людьми хотя имеет место, поколику человеческие права, в рассуждении человека, суть малостоящие и неважные: но пред Богом никакой не имеет причины, поколику права Божеские касательно человека суть премногие и бесчисленные.

Братие моя! престаньте погрешать. Извинения в невыполнении заповедей Божеских не суть праведные, но нечестивые. Ведал о сем довольно царь и Пророк Давид, который молясь, просил Бога так: «не уклони сердце мое в словеса лукавствия, непщевати вины о гресех» (Пс.140:4). Каким образом воля Божия исполняется на небеси без прекословия, без роптания, без сомнения, без всякого извинения: тако подобает быти и на земли. «Да будет воля Твоя, яко на небеси, и на земли»! (Мф.6:10) Всякое извинение есть лукавство и бесовский вымысл, посредством коего усыпляет треокаянного грешника, да умрет в беззакониях своих. Бегай убо, христианине, извинений, да избежишь адского осуждения. А чтобы в сем удобнее успеть, возвышай чаще руце твои и очеса на небо, и со страхом, яко Давид, не преставай проливать сию молитву пред Богом: «не уклони сердце мое в словеса лукавствия, непщевати вины о гресех»!

36.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Колоссаям, читаемый в двадцать восьмую неделю (Кол.1:12-18)

Колоссы или Колассы, называвшиеся потом иначе Хоны, был славный город Фригийский, лежащий между Иераполем и Лаодикиею, который был митрополиею всей области оной Писал же к живущим в городе оном Павел, будучи во узах в Риме, послав к ним писание чрез Тихика и Онисима (Кол.4:3:7, 9). Некоторые говорят, что Павел проповедывал им Евангелие в то время, как проходил Фригию и Галатийскую страну (Деян.16:6; Феодор.). Но Поелику он в послании к ним пишет, что слышал веру их во Христа, и любовь их ко Святым (Кол.1:4), при том же сопричислил их и Лаодикийцев к не видевшим лица его, говоря: « хощу бо вас ведети, колик подвиг имам о вас и о сущих в Лаодикии, и елицы не видеша лица моего во плоти » (Кол.2:1). Посему вероятнее кажется, что другой некто научил их вере во Христа, и может быть Епафрас. Ибо говорит, что он научил их, и был служителем для них, « якоже и уведесте », пишет, « от Епафраса возлюбленнаго соработника нашего, иже есть верен о вас служитель Христов » (Кол.1:7). Писал же к ним Павел, Поелику они были язычники, так как он избран был в учителя языков (Деян.9:15; Гал.1:16), и Поелику узнал, что лжеапостолы, пришедши и к ним, « философиею и тщетною лестию » проповедывали поклонение Ангелам (Кол.2:8:18), то есть, чтобы чтить Ангелов паче надлежащего, и еще хранение Иудейских постановлений. А содержит в себе сие послание к ним, во-первых, догматы веры высочайшие и научающие великим благодеяниям Божиим к человекам, во-вторых, обличение лживого и вредного учения лже-апостолов, и, в-третьих, нравственное увещание, дивное поистине и небесное. Часть некоторую Богословских догматов веры открывает нам чтенное ныне отделение сего послания. Но таковые учения требуют толкования. Мы убо на милость Божию надеясь, предложим: вы же, братие, со вниманием благоговейным послушайте оного, да в Божественных учениях кроющиеся мысли уразумеете, и тако просветится душа ваша спасительным светом Пресвятого Духа.

Кол.1:12. Братие, благодарим Бога и Отца призвавшаго (удовлившаго) нас в причастие наследия (часть жребия) святых во свете.

Земной царь возводит людей на велелепные достоинства, но не может соделать их способными к подобающему исполнению служения, коего требуют дарованные им достоинства (Смотр. Злат. в он мест.). Сие един может соделать Царь царствующих Бог. Он не только дает Божественные Свои дары, но и принявших оные делает довольными и способными исполнить то, чего требуют данные дары. Почему Божественный Павел сказал: « призвавшаго (удовлившаго) нас », то есть, чтобы показать, что оба дает нам Бог, и дар, и способность к употреблению оного. Что же значит причастие наследия (часть жребия)? Различные значения имеет жребий, между прочим же значит и звание, как то явствует из слов оных, кои произнесли Божественные Апостолы, когда молились, чтобы поставлен был другой в Апостольское звание, от коего отпал Иуда. « Господи », рекли они, « Сердцеведче всех, покажи от сею двою единаго, егоже избрал еси, прияти жребий служения сего и Апостольства, из негоже испаде Иуда, ити в место свое » (Деян.1:24–25). Часть убо жребия значит причастие Апостольского звания. По каковому значению смысл предлежащих слов Павловых есть сей: Благодарим Бога и Отца, Который соделал нас довольными к служению преподанного нам звания, « Святых во свете »; Святых, кои ко свете, то есть, святых Апостолов от Бога просвещенных к тому, чтобы проповедать Евангельскую истину. А ежели чаешь жребия принять за наследие, то смысл выйдет такой: « благодарим Бога и Отца », Который соделал нас достойными наследия святых, кои и в настоящей жизни суть « во свете », то есть, в познании истины, и в будущей получат совершеннейшее познание Бога. Виждь же, что за сие токмо одолжаемся мы благодарением Богу, но и за то, чему поучают следующие слова:

Кол.1:13–14. Иже избави нас от власти темныя, и престави в царство Сына любве Своея, О Немже имамы избавление кровию Его, и оставление грехов.

Власть тьмы есть тиранство сатаны, угнетающего тяжестию греха души человеческие. Сын же любви есть Сын возлюбленный, как и « сын погибели » погибельный (Ин.17:12), и « сын человеческий » есть человек (Ин.3:14). Но почему не сказал в царство Свое, но « в царство Сына любве Своея »? Сие сказал, чтобы показать, что Сын есть равночестен, единосилен, тождевластен и единосущен Отцу, чтобы открыть, что едино есть царство Отца, Сына и Святого Духа, ибо едино есть и существо Божества Их, и научить, что любовь соделала Сына человеком: « тако бо возлюби Бог мир, яко и Сына Своего единороднаго дал есть » (Ин.3:16): и что Отец за страдание и смерть Сына Своего, показавшего миру любовь Отца Своего, свободил нас от владычества князя тьмы, и преставил нас от рабства в царство: и посему-то сказал: « о Немже имамы избавление », то есть, оным Сыном излившим кровь Свою на кресте, мы избавились от демонского мучительства и получили оставление грехов. Заметь же, что дабы не дерзнул кто почесть Сына низшим Отца, присвоил Сыну то, что и Отцу (Смотр. Злат. в он месте). « Избави », сказал об Отце: « о Немже имамы избавление », сказал о Сыне; « престави », говорит об Отце, но приложил тотчас, « в царство Сына любве Своея ». Виною такового преставления нашего есть Сын Иисус Христос, излиянием честной Своей крови избавивший нас от мучительства сатаны, и оставлением грехов наших соделавший нас достойными вечного царствия. Сие же Апостол сказав, начинает богословствовать о Сыне Боге, говоря:

Кол.1:15. Иже есть образ Бога невидимаго, перворожден всея твари.

Сии два имени, то есть, «образ» и «перворожден», в вещественном смысле приняв, Арий и Павел Самосатский отрицали Божество Иисуса Христа и низвели Его до тварей, несмысленные и безумные. Они почли, что Сын по образу есть Божию. Но Божественное Писание сказав о человеке сие, « сотвори Бог человека » (Быт.1:27), тем ясно показало, что человек есть создание Божие, а не Бог. А Богоглаголивый Павел сказав, что Сын есть образ Бога невидимого, тем отдалил от сего образа всякую вещественную мысль. Сие же, « перворожден », ежели взять по значению речения оного, которое означает первым из братьев родившегося, то есть, перворожденного, то нимало не приличествует оному, « перворожден », приложение сие, « всея твари ». Ибо тварь не родилась от Бога, но сотворена и создана Божественным Его повелением. Первосоздан всей твари сказать следует, а не « перворожден ». Иной убо есть смысл предлежащих Апостольских слов, а не тот, как разумели два оные ересеначальники, кои говорили, что Сын есть тварь. Коварство же и злочестие их явственны. Они только одно речение брали из Божественного Писания, приноравливая оное с натяжкою к еретическому своему учению, а нимало не пеклись о том, чтобы истолковать и свести оное с другими словами Божиими, в коих о том же предмете говорится. Ибо ежели « образ Бога невидимаго », означает тварь, то как Евангелист Иоанн сказал прямо и ясно: « и Бог бе Слово »? (Ин.1:1) ежели сие, перворожден брать по значению речения оного, то как тот же Иоанн сказал: « Единородный Сын, сый в лоне Отчи »? (Ин.1:18) Тот же самый и тварь и Бог, то есть, и тварь и Творец? Сие невозможно. Тот же и перворожденный и единородный? Сии слова суть прямо противоположные. Но по какой причине сказал Павел, что Сын есть « образ Бога невидимаго, и перворожден всея твари »? (Смотр. Феодорит. в оном мест.) Сказал, образ, чтобы представить, что Сын имеет черты Отца, почему и говорил Он к Филиппу: « видевый Мене, виде Отца » (Ин.14:9): и что Он есть единосущен Отцу, по слову, которое Он сказал: « вся, елика имать Отец, Моя суть » (Ин.16:15): и чтобы отличить ипостась Отца от ипостаси Сына, и таким образом чтобы никто не подумал быть смешению или слиянию Божиих ипостасей, как мнил безумный Савеллий. Сказал, что Сын есть образ Бога невидимого, но в объяснение еще сего образа написал о Сыне и сие: « иже сый сияние славы и образ ипостаси Его, нося же всяческая глаголом силы Своея » (Евр.1:3). Перворожден же всея твари относится к человеку Иисуса Христа, как и перворожден из мертвых (Кол.1:18), и « перворожден во многих братиях » (Рим.8:29). Перворожден из мертвых, поколику первый из всех усопших исшедши из чрева адова воскрес из мертвых, и « ктому уже не умирает, смерть Им ктому не обладает » (Рим.6:9). Почему о сем говорил Павел: « ныне же Христос воста от мертвых, начаток умершым бысть » (1Кор.15:20). А перворожден во многих братиях, поколику первый из всех Христиан нашел от крестительных вод Иордана, как от духовных ложесн: и посему уверовавших в Него назвал братиями Своими, говоря: « возвещу имя твое братии моей » (Евр.2:12). Перворожден же всея твари, твари не древней и вещественной, но новой и духовной, яже есть собрание уверовавших в Него и оправдившихся, о которой Павел проповедывал, говоря: « темже аще кто во Христе, нова тварь: древняя мимоидоша, се Быша вся нова » (2Кор.5:17). « О Христе бо Иисусе ни обрезание что может, ни необрезание, но нова тварь » (Гал.6:15). И сей-то духовной твари перворожден есть Иисус Христос, как первый в оной родившийся праведным и святым, и возобновивший Собою растленное естество человеческое. Послушай же, как Павел в следующих словах, Сына, Коего назвал он образом и перворожденным, возвещает Создателем и Творцом всей видимой и невидимой твари, заграждая уста еретиков, отрицающих Божество Его.

Кол.1:16–17. Яко Тем создана Быша всяческая, яже на небеси, и яже на земли, видимая и невидимая, аще престоли, аще господствия, аще начала, аще власти: всяческая Тем и о Нем создашася. И Той есть прежде всех, и всяческая в Нем состоятся.

« Тем », говорит, « создана Быша всяческая »: и ниже « всяческая Тем и о Нем создашася ». Отсюда явствует, что первое, «тем», то же значит, что и второе, «тем», и согласно с Евангельскими оными словами: « вся Тем Быша, и без Него ничтоже бысть, еже бысть » (Ин.1:3). А сие, « о Нем создашася », тоже значит, что и последующее, « и всяческая в Нем состоятся », то есть, все от Его всемогущества зависит, объемлется, содержится и управляется (Смот. Злат. на он. мест.). Сказав же, что Сыном создана Быша всяческая, « яже на небеси, и яже на земли », твари, кои на земли не представил поименно, как явные и известные, а кои на небесех, сии разделяет на видимые и невидимые, и видимые на небесех, то есть солнце, луну и звезды не поименовал, поколику и сии видимы суть и известны, а невидимых и неизвестных написал именования, сказав: « аще престоли, аще господствия, аще начала, аще власти ». Однако ж сказал не о всех, но о четырех только; ибо он о трех уже говорил, то есть, об Ангелах, силах и Архангелах (Рим.8:38): а Моисей, Давид и Иезекииль говорили о Херувимах, Исаия же о Серафимах (1Сол.4:16; Быт.3:24; Пс.17:11; Иез.10:1; Ис.6:2). От сих же научившись, Дионисий Ареопагитский предал премирные размышления о девяти чинах Ангельских. Заметь и сие, что небожественный Апостол не сказал, бысть, ниже, родися прежде всех, но сказал: « и Той есть прежде всех ». Ибо, речение, есть, изъявляет присносущное безлетное и вечное бытие Сына Божия. Научив же, что Он имеет присносущное и безлетное бытие, и есть Творец, содержитель и правитель, то есть, что Он есть Бог истинный, в следующих словах описывает человечество Его, говоря:

Кол.1:18. И Той есть глава телу церкве, Иже есть начаток, перворожден из мертвых, яко да будет во всех Той первенствуя.

От Богословия прешел к смотрению во плоти Сына и Слова. Прежде сказал, что есть Иисус Христос яко Бог, ныне же говорит, кто есть Он же самый, яко Богочеловек. Он есть начаток, перворожден из мертвых и первенствуяй во всех. Он, Сын Божий и Слово, по бесконечному Своему человеколюбию быв человек, составил из всего рода человеческого таинственное тело –Церковь, и сего тела Он есть глава, а верующие в Него суть члены: « вы есте тело Христово, и уди от части » (1Кор.12:27). Главою же Он есть, потому что как от главы истекают жизнь и движение во всякой член, и во все тело: так от Него преподаются всякому, в особенности верному и всей вообще Церкви, дары Всесвятого Духа и Божественные таинства, доставляющие вечную жизнь, и способность и силу совершать благие дела. Почему и сказал: « без Мене не можете творити ничесоже » (Ин.15:5). А начатком, перворожденным из мертвых есть, потому что Он начало есть и первенец исшедших из чрева адова, воскресших из мертвых и соделавшихся нетленными: посему Начатком перворожденным Его назвал. Соделался же начатком, перворожденным из мертвых, чтобы и по сему иметь ему над всеми первенство. Судя по Божеству Он первый яко Бог, первый яко прежде всех веков безлетно от Отца рождшийся, первый яко Зиждитель всех видимых и невидимых: судя по человечеству, первый яко виновник новой и духовной твари, то есть исполнения Церкви, первый яко перворожденный во многих братиях, первый из воскресших мертвых, яко первый разрушивший державу смерти и воскресший из мертвых. И сие-то значит: « яко да будет во всех Той первенствуя ».

Беседа о том, что Христианин чем внимательнее испытывает Слово Божие, тем богатейшую и спасительнейшую приобретает пользу душевную, и о благодеяниях Божиих к человеку

Как земледелец чем рачительнее возделывает землю, тем больший и лучший пожинает плод: так и Христианин, чем внимательнее испытывает Слово Божие, тем богатейшую и спасительнейшую приобретает пользу душевную. Слышали мы ныне Слово Божие, проповеданное Апостольским Посланием Богоносного Павла. Оное слово паче других научает благодеяниям Божиим к человеку. Ежели мы оставим без испытания читанные о сем Апостольские слова, то весьма малую получим пользу: Ежели исследуем оные, то многую и великую душа наша получит пользу, видя в оных высоту и глубину, и величие Божиих к нам благодеяний. Придите убо, братие, как добрые земледельцы ископаем со тщанием возвещенное Апостольскою трубою.

Бог и Отец « избави нас », говорит Божественный Павел, « от власти темныя » (Кол.1:13). Заметь обстоятельства сего Божиего благодеяния. Бог, создавши человека, почтил его паче всех земных тварей, дав ему ум и дух и слово. Для него « насади рай во Едеме на востоцех, и введе его тамо, да услаждается в оном и веселится » (Быт.2:8). « Славою и честию венчал его, и поставил его над делы руку Своею », говорит Царе-Пророк (Пс.8:6–7). Что же значит сие, что поставил его над делы руку Своею, показывает то Божественное Писание, говоря, что Бог привел к Адаму « вся звери селныя, и вся птицы небесныя » (Быт.2:19), да положит им имена: и что как нарек Адам, сие было именем им. « И всяко еже аще нарече Адам душу живу, сие имя ему ». Показывает то и сам Царе-Пророк, сказав: « вся покорил еси под нозе его: овцы и волы вся, еще же и скоты польския. Птицы небесныя, и рыбы морския, преходящия стези морския » (Пс.8:7–9). Слышишь ли, колико Бог почтил человека, колико его прославил, коликую власть и державу дал ему? дал же ему и заповедь в упражнение самопроизвольного послушания его, и в руководство к высочайшей славе и к бессмертному состоянию. Но человек, поверив советовательному слову змия-обольстителя более, нежели слову Божию, отступив от послушания и преступив заповедь Божию, соделался рабом советователя своего диавола. Во время же рабства своего не только погрузился в ров всякого нечестия, и в тину всякой нечистоты, но и отвергшись всеконечно Творца и благодетеля своего, служил глухим и немым идолам, и до толико жалостного дошел состояния, что приносил в жертву « сыны и дщери своя бесовом » (Пс.105:37). Сего-то человека, неблагодарного, отступника от всемогущей власти, преступника спасительной заповеди, раба сатаны, уязвленного грехами своими, отрекшегося от вседержительного Божества, помиловав, Бог свободил от мучительной власти диавола, который содержал его связанным во тьме неверия и греха. « Избави нас от власти темныя » (Кол.1:13). Коликая благодать сие, коликая милость, коликое благодеяние!

Удостоил же нас, говорит тот же Апостол, « в причастие наследия Святых во свете » (Кол.1:12). Другое сие есть благодеяние, или прямее сказать, два здесь благодеяния, то есть, свет и положение в участие в наследии Святых. Свет веры есть дар величайший, потому что он доставляет вечное спасение, есть дар от единого Бога, подаваемый достойным. Почему Спаситель наш проповедывал: « никтоже может приити ко мне, аще не Отец пославый Мя привлечет его » (Ин.6:44). Священный же Лука означил, что Евангельской проповеди « вероваша, елицы ученени бяху в жизнь вечную » (Деян.13:48). А в чин спасаемых Святых едва вчиняется праведный, нечестивый же и грешный не имеет дерзновения предстать там, где собор сих находится. « Аще праведный едва спасается, нечестивый же и грешный где явится? » (Притч.11:31) Человек по преступлению соделался недостойным Божественного света веры, и по нечестию и грехам своим уклонился весьма далече от лика праведных. Хотя же таков был человек, но премилосердый Бог излил на него свет Богоразумия и ведения истинных добродетелей, и вчинил его во светлостех Святых. Сколь велика сия милость, сколь велико таковое благодеяние!

« И престави », говорит, « в Царство Сына любве Своея » (Кол.1:13). О благодать и дар, и благодеяние, превосходящее все благодеяния, какие ум человеческий представить может! Престави нас, откуду? от рабства демонов: куда же престави? в царство: в какое царство? в царство возлюбленного Сына Своего, которое есть благословенное царство Отца и Сына и Святого Духа, то есть, нас, рабов, соделал свободными гражданами оного царства, в сравнении с коим все царства мира сего суть тень и сновидение царства того, в котором ни ночи нет, ни светильника, ни света солнечного не требуется, Поелику Бог просвещает оное. Престави же нас в таковое царство, чтобы мы царствовали с возлюбленным Сыном Его во век и в век века. « И нощи не будет тамо, и не потребуют света от светильника, ни света солнечнаго, яко Господь Бог просвещает я: и воцарятся во веки веков » (Апок.22:5).

Велики и неизмеримы сии благодеяния сами по себе, хотя бы единым словом даемы нам были от Бога, как единым словом дал Он бытие небу и земли, и всему, что в оных находится. Но оные даны нам не единым словом, а кровию воплотившегося возлюбленного Сына Его. Ибо « имамы избавление кровию Его и оставление грехов » (Кол.1:14). Чтобы нам насладиться сих превеличайших благодеяний, подобало единородному Сыну Божию умереть крестною смертию. « Подобаше бо Ему, егоже ради всяческая и Имже всяческая, приведшу многи сыны в славу, Начальника спасения их страданми совершити » (Евр.2:10). А сие умножает величество благодеяний и возводит оные на высоту неизмеримую, и возвышает ум к помышлениям таинственным и неизреченным. Возводит на высоту неизмеримую: ибо чем труднейший подвиг восприемлет благодетель, чтобы облагодетельствовать благодетельствуемого, тем более умножается цена благодеяния. А когда и страдания смертоносные, и смерть поноснейшую претерпит благодетель, чтобы благодетельствовать, тогда дар благодеяния восходит на высоту непостижимую. Таковые же благодеяния к нам Божеские возвышают ум к помышлениям таинственным и неизреченным: ибо мы веруем, что все твари единым Словом и повелением Божиим созданы: « яко Той рече, и Быша, Той повеле, и создашася вся, елика видима и елика невидима суть » (Пс.148:5). Таинство же спасения рода человеческого совершили страдания и смерть возлюбленного Сына Его. « О немже имамы избавление Кровию Его и оставление грехов » (Кол.1:14). « О глубина богатства и Премудрости и разума Божия! Яко неиспытани Судове Его, и неизследовани путие Его. Кто бо разуме Ум Господень? или кто советник Ему бысть? » (Рим.11:33–34)

Поелику убо « подобаше Ему, егоже ради всяческая и Имже всяческая, приведшу многи сыны в славу, Начальника спасения их страданми совершити » (Евр.2:10): посему « егда прииде кончина лета, посла Бог Сына Своего (Единороднаго) раждаемаго от жены, бываема под законом: да подзаконныя искупит, да всыновление восприимем » (Гал.4:4–5). Пришел убо Ты в мир, Избавителю мира, родился в вертепе, гоним был Иродом, прошел Иудею, уча и благодетельствуя, алкал по посте, жаждал по путешествии, проливал слезы, видев Иерусалим, плакал над гробом друга Твоего Лазаря, заклят был Каиафою, поруган от беззаконных, терпел заплевания и по ланитам биения от неверных, осужден Понтием Пилатом, увенчан венцем терновым от воинов, принял поругательную трость в руки Твои, понес Крест, взошел на Голгофу, распят как осужденный посреде двух разбойников, напоен желчию и оцтом, произрек « совершишася, и преклонь главу », предал дух Твой для спасения моего (Ин.19:30). Кровь, излившаяся из язв Твоих, искупила меня от рабства врагов моих: Кровь и вода, из ребра Твоего изошедшие, когда воин оное пронзил, спасли меня: Кровь очистила меня от всякого греха, вода же освятила меня и соделала сыном и наследником Небесного Царствия Твоего: ибо « елицы во Христа крестихомся, во Христа облекохомся » (Гал.3:27), то есть со Иисусом Христом соединихомся. « Темже уже несмы рабы, но сыны: аще ли же сыны, и наследники Божии Христом » (Гал.4:7).

Братия мои, Христиане, как вы мыслите? имеем ли мы что воздать, соответственное благодеяниям Божиим? Он искупил нас от плена сатанинского, просветил нас просвещением истинного Богоразумия и наставил на стезю заповедей Своих, и простив нам грехи, сопричислил нас ко Святым: Он дал нам сыноположения дар и поставил нас снаследниками Царствия возлюбленного Сына Своего. Какое убо достойное толиких благодеяний можем принести мы Ему воздаяние? Пророческие труды, Апостольские претерпения, Мученическая кровь, Иераршеские подвиги, пустынническое подвижничество, всех Праведных добродетели не суть воздаяние, достойное Божиих к нам благодеяний. « Яко недостойны страсти нынешняго времене к хотящей славе явитися в нас » (Рим.8:18). Ибо все труды и исправления всех Святых пред благодеяниями к нам Божиими значат несравненно менее, нежели что значит одна звезда пред всеми звездами, одна песчинка пред всем песком земным, и одна капля воды пред всеми водами земными: Поелику страсти нынешнего времени суть привременные, наслаждение же будущей славы есть бесконечно и вечно. « Что убо воздадим Господеви о всех, яже воздаде нам? » (Пс.115:3)

Но какую нужду имеет всесовершенный Бог в нашем воздаянии? Никакой. « Рех Господеви, Господь мой еси Ты, яко благих моих не требуеши » (Пс.15:2). Хотя никакой не имеет Он нужды, однако требует от нас воздаяния за благодеяния свои: требует же оного не как соответственного благодеяниям Его, но как доказательство благодарности нашей: требует оного не для того, чтобы получить ему наслаждение какое от того, но чтобы мы получили от того большую пользу, подая ему тем причину и еще более благодетельствовать нам. А устами Святого Пророка Своего изъявил, какого Он воздаяния требует от нас. Человече, сказал Святой Пророк, научился ли еси, что есть добро, или чего Бог требует от тебя? « Не возвестися ли тебе, человече, что добро, или чесого Господь ищет от Тебе? » (Мих.6:8) Чего иного требует Бог от тебя, разве правды, милости и послушания к Нему? « Или чесого Господь ищет от Тебе, разве еже творити суд и любити милость, и готову быти еже ходити с Господем Богом твоим? » Сих трех добродетелей требует от нас, потому что оные суть основания и источники всех других добродетелей. Заметь же, что не только чрез Пророка требовал от нас сих трех добродетелей, но и собственным примером научил оным. Сотворил правду, не восхотев изъять человека всесильною Своею властию от рабства диавола, но благоволив, искупить его закланием на Кресте единородного Сына Своего. А сие есть правда, потому что как « первый человек от земли перстен », волею согрешил, так « вторый человек, Господь с небесе » (1Кор.15:47), волею принес Себя в жертву умилостивительную за оного. Посему-то Богочеловек во время страдания Своего, молясь, говорил: Отче, Ты яко Праведный благоволил, чтобы Я пострадал и умер, мир же не познал сей Твоей правды, а Я оную познал. « Отче Праведный, и мир Тебе не позна, Аз же Тя познах » (Ин.17:25). Сотворил милость, совершив искупление и спасение рода человеческого. Ибо « не от дел праведных, ихже сотворихом мы, но по своей Его милости спасе нас » (Тит.3:5). Сотворил же и послушание нас ради вочеловечившийся Бог Слово. Он яко человек столько ужасался смерти, что « бысть пот Его яко капли крове каплющыя на землю » (Лк.22:44): и просил, что бы прешла от Него горькая чаша смерти: « Отче », говорил, « аще волиши мимонести чашу сию от Мене » (Лк.22:42). Однако ж воля человечества покорилась во всем воле Божества. « Обаче », говорил, « не Моя воля, но Твоя да будет ». Почему « послушлив был даже до смерти, смерти же крестныя » (Флп.2:8).

Требуемая Богом от нас правда относится к Богу, к ближнему и к душе нашей. Поелику Бог яко Творец, яко всевластный, яко всесовершенный, яко податель будущего вечного спасения, есть существо всевысочайшее и вседосточтимое, посему праведно предпочитать Его следует всем земным и небесным вещам. Когда убо предпочитаю я Бога всякой вещи, и самой жизни своей, тогда делаю правду, относящуюся к Богу: а когда предпочитаю Богу какую вещь, или свою жизнь, тогда делаю неправду, которая относится к Самому Богу. Правды же, относящейся к ближнему, справедливейшее правило содержат в себе сии слова Владычни: « и якоже хощете, да творят вам человецы, и вы творите им такожде » (Лк.6:31). Когда убо делаешь ты ближнему то, что хочешь, чтобы и он для тебя делал, тогда хранишь правду к нему: а когда делаешь ближнему твоему противное тому, что хочешь, чтобы он для тебя делал, тогда обижаешь его. Душа, яко бессмертная, яко животворящая тело, и управляющая оным, есть много честнее тела. Посему когда она яко госпожа, яко владычица и правительница обладает и управляет телом, тогда хранится принадлежащее ей право: когда же делаем ее рабою плотских похотей, тогда обижаем ее. Добродетель спасает душу, грех подвергает мучению. « Изыдут сотворшии благая в воскрешение живота: а сотворшии злая в воскрешение суда » (Ин.5:29), то есть, осуждения. Почему когда мы делаем добродетель, тогда творим правду, относящуюся к душе нашей: когда же грешим, тогда весьма много обижаем ее. Сии три рода правды вместе составляют требуемую Богом от нас правду.

Требует же Бог от нас и милости, но какой? Той милости, которую Он и сотворил, и творит к роду человеческому. Он помиловал не праведных, но грешных, то есть, врагов Своих, умерши за спасение их: « яко еще грешником сущим нам, Христос за ны умре » (Рим.5:8). Он « солнце Свое сияет на злыя и благия, и дождит на праведныя и на неправедныя » (Мф.5:45). Он и за распявших Его молился, говоря: « Отче, отпусти им: не ведят бо что творят » (Лк.23:34). Сей убо милости требует от нас, Поелику заповедал и сказал: « Аз же глаголю вам: любите враги ваша, благословите кленущыя вы, добро творите ненавидящим вас, и молитеся за творящих вам напасть, и изгонящыя вы » (Мф.5:44). Такой милости требует от нас всещедрый Бог, которою мы милуем души наши. Ибо когда ты милуешь врагов твоих, тогда милуешь душу твою: потому что прощает тому, и милует того Бог, который прощает и милует врагов своих. « Аще бо отпущаете человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш небесный » (Мф.6:14). Также, когда ты милуешь нищего, тогда милуешь себя самого: получаешь же ты, милующий, большее, нежели оный милуемый. Ибо он получает вещь временную, а ты получаешь Царство вечное.

Но и сего требует Бог от тебя: « готову быти еже ходити с Господем Богом твоим » (Мих.6:8). А сие означает готовое послушание ко всем Божественным Его повелениям. Ибо тот ходит с Господом Богом своим, то есть, соединен с Богом, который, повинуясь Божественным Его словесам, хранит Святые Его заповеди. « Аще кто любит Мя », сказал Господь, « слово Мое соблюдет: и Отец Мой возлюбит его, и к нему приидем, и обитель у него сотворим » (Ин.14:23). Слышишь ли, для чего требует от нас Бог послушания к Божественным Его повелениям? Требует послушания для того, чтобы пришедши к нам, соединиться с нами и соделать нас Божественным Своим обиталищем. О бездна человеколюбия, и пучина благоутробия и благости!

Сего требует от нас Бог за беспредельные Свои благодеяния к нам. Мы же суетность мира предпочитаем любви Божией, и не говорю жизнь свою, но малый металл земли, вещь какую-нибудь низкую, и часто самую гнусность поставляем за большее, нежели Бога. Осуждения, бесчестия, наветы, коварства, клеветы на ближнего и предательства, суть наши занятия. Душу нашу день и ночь делаем рабою злых похотей телесных, и уязвляем оную, повсечасно согрешая. Христиане, сие ли есть правда оная, коею мы обязаны Богу, ближнему и душе нашей? горе нам. Бог требует от нас той милости, которую Он сотворил и творит нам: мы же ненавидим врагов, никогда примириться с ними не желая, и злоковарствуем и нападаем на них даже до того, чтобы умертвить их. Мы часто для своей корысти и самые законы дружбы преступаем, неверными и коварными для друзей бывая. Бог требует от нас милости: мы же отвращаемся бедных, встречаясь со странником бежим от него: видя немощного и в темнице заключенного, удаляемся от оных: пред глазами нашими стоит алчущий, жаждущий, и нагий, и хотя в дому нашем хлеба преизбыточно, гниют в кладовых наших и одежды, но мы нимало не преклоняемся к сожалению и состраданию. Братия, сей ли милости требует от нас Бог? Горе нам! Бог требует от нас послушания к исполнению десяти Его заповедей. Что же иное видно в делах наших, разве неверие, правых учений и Апостольских преданий отвержение, суетные божбы, пренебрежение праздников, презрение родителей, прелюбодеяния, кражи, убийства, лжесвидетельства, похищения чужих вещей? Человек, сие ли мы воздаем Богу о всех, яже воздаде нам?

Ужасно обличение Пророка Моисея на Израильтян, воздающих Богу злая за благодеяния Его. Род, говорил он к нам, лукавый и развращенный, сие ли воздаете Господу? « Роде строптивый и развращенный, сия ли Господеви воздаете? » (Втор.32:5) О народ глупый и безумный, таким ли образом воздаешь ты Благодетелю твоему? « Тако ли людие буии и немудри? » (Втор.32:6) Не есть ли Бог Отец твой, Который искупив тебя от рабства обладающих тобою, соделал тебя собственным Своим народом, не есть ли Он Творец и Создатель твой? « Не Он ли сей Отец твой стяжа тя, и сотвори тя, и созда тя »? Я страшусь того, что сие ужасное обличение по всей справедливости касается гораздо более нас, нежели Израильтян: когда же воспоминаю слова оные, кои Сам Господь произрек на воздающих ему грехи за благодеяния Его, тогда ужасаюсь и трепещу от главы даже до ног. Послушайте, что Он о сем произрек, и ужаснитесь: « близ день Господень на вся языки: якоже сотворил еси, сице будет ти, воздаяние твое воздастся на главу твою » (Авд.1:15). Господи помилуй, Господи умилосердись, и дай нам обращение и покаяние истинное.

The post Никифор (Феотокис). (ч.6 читаемых о 24-й недели по Пятидесятнице по 28-ю неделю) appeared first on НИ-КА.

Толкование Воскресных Евангелий и Воскресных Апостолов с нравоучительными беседами

37. В неделю 29-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.17:12-19)
*** Беседа о благопризнательности пред Богом.
37.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Колоссаям, читаемый в двадцать девятую неделю (Кол.3:4-11)
*** Беседа о том, что Апостольское оное слово « Совлекшеся ветхаго человека с деяниями его: и облекшеся в нового обновляемого в разум, по образу создавшаго его »: не есть совет, но законоположение, и что исполнение Владычних повелений и Апостольского сего повеления не есть дело невозможное: и что называющие невозможным исполнение оных, хулу произносят на Бога.

38. В неделю 30-ую беседа о христианском совершенстве.
38.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Колоссаям, читаемый в тридцатую неделю (Кол.3:12-16)
*** Беседа о пользе от поучения в Божественном Писании

39. В неделю 31-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.18:35-43)
*** Беседа о препятствующих во благих предприятиях.
39.1. Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Тимофею, читаемый в тридцать первую неделю (1Тим.1:15-17)
*** Беседа о выставляющих безрассудно пример Павлов, и бывающих беспечными, кои надеются только на милость и долготерпение Божие, а не стараются быть достойными сих, удалением себя от грехов и деланием добродетелей.

40. В неделю 32-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.19:1-10)
*** Беседа о полезном и бесполезном раскаянии
40.1. Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Тимофею, читаемый в тридцать вторую неделю (1Тим.4:9-15)
*** Беседа о том, что благочестие на все полезно, и о тех, кои в настоящие времена отверглись оного совершенно, и соделались неверными, и совсем нечестивыми и безбожными.

37. В неделю 29-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.17:12-19)

«Велий Господь и хвален зело, и величию Его несть конца»! (Пс.144:3) Проказа есть повреждение всей крови, почему и содержащиеся в оной сосудцы, не имея чистительной своей силы, не очищают, ниже изгоняют кровные нечистоты и разнообразные частицы; от сего же бывают воспаления и возжжения и видимая перемена естественного цвета, изменение кожицы и плоти и повреждение членов. Болезнь проказы, если умножится и вкоренится, бывает совершенно неисцельною. Была некогда Иудеями исцеляема сия болезнь, как видно в законе Моисеевом: но потому, что они скоро при начале на сию обращали свое внимание, когда еще не умножилась, ни действовала, но только первый свой признак показывала. Богочеловек Иисус сию вредоносную и неисцельную болезнь одним словом совершенно исцелил. «Велий Господь наш и хвален зело, и величию Его несть конца»! Не единого, не двух, но десять прокаженных, отчаявшихся о исцелении от сей болезни, мгновенно чудодеятельною силою очистил всемогущий Спаситель. Краткое о сем повествование слышали вы в ныне чтенном Евангелии: теперь же внемлите и пространнейшему изображению и объяснению сего.

Лк.17:12. «Во время оно, входящу Иисусови в некую весь, сретоша Его десять прокаженных мужей, иже сташа издалеча.»

Сия весь, то есть, малый городок, между Самариею и Галилеею находилась. Ибо когда Господь наш Иисус шел в Иерусалим, проходя между Самариею и Галилею, на пути тогда сия была (Лк.17:11). Когда же к оной приближился и желал взойти в сию, попались Ему навстречу десять прокаженных мужей. Они далеко стояли, не смея приближиться к Иисусу Христу и пасть на колени; поколику Иудейский закон запрещал прокаженным иметь обращение и общение с чистыми, повелевая: «отлучен да седит» (прокаженный), «вне полка да будет ему пребывание» (Лев.13:46). Почему и Иосиф Флавий так о Моисее засвидетельствовал: «прокаженных совсем изгонял из града, ни с кем не обращающихся и от мертвого нимало не отличающихся».

Лк.17:13. «И тии вознесоша глас, глаголюще: Иисусе наставниче, помилуй ны!»

Поколику прокаженные в отдаленности были от Иисуса Христа, того для, да услышит их, возвышали свой глас и громко взывали: «Наставниче», то есть, Господи, попечителю, призрителю, «помилуй ны!» Они, следовательно, слышали о множестве удивительных чудес Христовых; почему веруя, что может их исцелить, просили исцеления от болезней своих, велиим гласом взывая: «помилуй ны!» Что же учинил Человеколюбивейший, услыша сожаления достойный сей их глас?

Лк.17:14. «И видев, рече им: тттедттте покажитеся священником; и бысть идущим им, очистишася.»

Коль скоро являлся на теле человеческом малый и еще сомнительный признак проказы, приходил немедленно таковый человек к священнику. Священник же чрез четыренадесять дней тщательно рассмотрев сию болезнь, с таковым решением отпускал его, что сия болезнь либо проказа есть, либо нет. И если по испытании оказывался человек зараженным проказою, отлучал такового от других людей и изгонял его вне полка, да и других не заразит (Лев.13:14). Потом паки, когда таковый человек признавал себя исцелевшим, приходил к священнику, который, внимательно рассмотрев и уверившись о точном его исцелении, приносил о очищении его жертвы и, объявляя его очищенным от проказы, позволял ему входить во град и в дом свой. Таковые установления были в Иудейском законе. Дважды, следовательно, по закону приходил прокаженный к священнику: во-первых, тогда, когда признавал себя прокаженным, потом, когда исцелевшим себя примечал. Поколику убо десять прокаженные находились вне града, где встретились Иисусу Христу, и не дерзали приступить к Нему: следует, что они прежде приходили к священникам и болезнь свою показали, и теми будучи объявлены прокаженными, были изгнаны из града. И так, Богочеловек Иисус узрев и «видев», что они были истинно прокаженные и изгнанные из града, определив тайно, да сии в то самое время очистятся, в которое должны были придти к священникам, послал их к священникам не для того, да они рассмотрят их проказу, но да возвестят их здравыми и очищенными. И «бысть» так, как определил Всесильный: «идущим им», то есть, когда шли они к священникам, на самом пути «очистишася от проказы». Но сие: коль скоро прокаженные воззвали: «Наставниче, помилуй ны!» Наставник же Иисус, услышав молитвы их, немедленно очистил от проказы их, — есть изображением грешника, имеющего прокаженную душу, так как десять были прокаженные телом. И сей, если с сокрушением будет взывать так, как те: Иисусе, Сыне Божий, помилуй мя! многоблагоутробный тогда Иисус, прияв молитву его, помилует его, и очистит душу его от проказы беззаконий его. Как же поступили прокаженные, видя себя так чудно очистившихся?

Лк.17:15-16. «Един же от них видев, яко исцеле, возвратися, со гласом велиим славя Бога. И паде ниц при ногу Его, хвалу Ему воздая: и той бе Самарянин.»

Из десяти очистившихся прокаженных един токмо явился благодарным. Он, видя, яко очистился от проказы, возвратился немедленно от пути и велегласно прославил Бога: и паде ниц к ногам Иисуса Христа, благодаря Ему за благодеяние Его. Самарянин же был сей благодарный человек. Поколику же Самаряне ниже верою сходны были с Иудеями, ниже священников Иудейских почитали, ниже обращались с ними, сей же Самарянин обращался с прочими девятью прокаженными Иудеями, и без всякого прекословия ходил к Иудейским священникам, когда приказывал Иисус Христос сие им учинить: явствует убо, что сей родом хотя был Самарянин, единоверный однако был Иудеям, всему веровавший и все принимавший, чему только те веровали и что принимали. Для сего Иисус Христос не назвал его иноверным или не равно мыслящим, но иноплеменником, изъявляя, что он был человек другого поколения, а не другой веры.

Лк.17:17-18. «Отвещав же Иисус рече: не десять ли очистишася, да девять где? Како не обретошася возвращшеся дати славу Богу, токмо иноплеменник сей?»

Поелику, сколько Богочеловек ни исцелял больных, сколько ни воскрешал мертвых, сколько ни творил других чудесных благодеяний, научая нас смирению и беганию тщеславия, не только ни от единого из облагодетельствованных никакой не требовал благодарности, но еще повелевал им молчать о благотворении Своем: для того, чтобы кто не подумал, что Бог никакой от нас не требует благодарности за благодеяния Свои, — когда очистившийся Самарянин благодарил Ему, обратившись к предстоявшим, поносил неблагодарных и принял благодарность признательного, говоря: десять очистились, где ж прочие девять? Те не возвратились принести Богу долженствуемую благодарность, но один только сей иноплеменник благодарным явился, пришед и изъявив благодарность. Иноплеменниками же были Самаряне, а не единоплеменниками Иудеям, потому что были родом Ассириане: ибо царь Ассирийский, покорив Самарию, преселил всех тамо живших Израильтян с царем их Осиею в страну Ассирийскую, вместо же их в Самарии поселил Ассириан, которые здесь и пребывали (4Цар.17:6,24). Но для чего Богочеловек столько явственно показал, что сей благодарный человек был Самарянин и иноплеменник? Да всех научит, что Бог нелицеприятен, и что «во всяком языце бояйся Бога и делаяй правду приятен Ему есть» (Деян.10:35). Сие сказав Иисус к предстоящим, обратившись потом к падшему на нозе Его Самарянину, рек:

Лк.17:19. «И рече ему: востав иди, вера твоя спасе тя.»

Виждь смиренномудрия наставление! Не Я, говорит, исцелил болезнь твою, но твоя вера. Вера очистила тебя от проказы: «вера твоя спасе тя» (Мф.9:22). Так сказал кровоточивой, то же сказал и слепцу Вартимею, исцелив его (Мк.10:52): то же и жене грешнице, отпустив грехи ее (Лк.7:50). Из сего явствует, что не только Самарянин, но и прочие девять прокаженных веровали Иисусу Христу: ибо, если бы не веровали, не очистились. Но только Самарянин по благодеянии явился благодарным, прочие же девять остались неблагодарными и нечувственными пред Благодетелем своим.

Беседа о благопризнательности пред Богом

Бог, будучи всемогущий и всесовершенный, без сомнения не требует человеческой признательности и приношений. «Яко благих моих не требуеши» (Пс.15:2), — тако воспевал пред Богом царь и Пророк Давид. Люди являют благопризнательность свою пред благотворителем или устною благодарностию, или чрез приношение даров. Бог никакой не имеет нужды в благодарности и прославлении нашем, поколику Сам по Себе есть препрославленный: Божественное Его существо естественно имеет немолчную славу и хвалу; не требует делом, или чрез приношение даров приносимой Ему благодарности, поколику будучи всесовершенным Духом, никакого участия не имеет в телесных и вещественных вещах, Ему приносимых. Но поколику и словом и делом приносимая Ему благодарность  есть неложный знак  благонамеренного и благорасположенного сердца, того для сию Бог любезно приемлет: и слов и приношений благодарного человека не гнушается ради благопризнательного его сердца. Ибо благопризнательность есть великая добродетель; сей Бог от нас требует, сия весьма Ему приятна есть, ради сей удостоиваемся мы богатых Его щедрот.

Благорасположение есть добродетель вящая паче всех добродетелей. Оно есть соль, вкус услаждающая, и всякую добродетель творящая всесовершенною. Без сего всякая добродетель несовершенна и неблаголепна. Почему Бог узаконил, говоря: «всяк дар жертвы вашея солию да осолится: да не отставите соли завета Господня от жертв ваших, во всяком даре вашем да принесете соль» (Лев.2:13). Где же расположение, там и благопризнательность. Ни един благорасположительный не бывает неблагодарным, и всякий неблагодарный бывает зломышленным. От чего усматриваем мы, что добродетель благопризнательности обитает токмо в сердце святых и праведных мужей.

Первый из всех сущих в мире людей праведный Авель знал образ, како изъявлять пред Богом свою благопризнательность. Он знал и праведно судил, что Бог даровал ему и бытие, и жизнь, и все, что только он ни имел на земли, почему благое и праведное имея намерение, желал возблагодарить Благотворителю Своему: избрал убо первородная от овец своих, и от тука их, и принес сия в дар Богу. Как он сия приносил, не упомянуто в Священном Писании. Поколику же мы видим, что и после святые мужи, что токмо Богу ни приносили, сожигали на жертвеннике, ими устроенном: правдоподобно заключаем, что и Авель таким же образом поступил. Но чтобы мы не сомневались о том, что дары его приятны были Богу, так показано в Божественном Писании: «призре Бог на Авеля и на дары его» (Быт.4:4): и сие являет то, что Бог любезно приял дары Авелевы и благословил его. Сими же словами научил всех, что Он приемлет приносимые дары, верою и благочестием растворенные, смотря на расположение и на намерения благодарного и на благопризнательность сердца жертвующего. Следовательно и мы, если в знак благодарности за Божеские к нам благодеяния приносим Ему курения, свещи, елей или другое что, нимало не должны сомневаться, что Он, прияв благопризнательность нашу, призрит на нас и на дары наши так, как призрел на Авеля и на дары его.

После потопа первый Ной, «обретший благодать пред Господем Богом», чрез него весь человеческий род от потопного погубления спасшему Богу приносил свою благодарность, поставив жертвенник и вознесши на всесожжение «от всех скотов чистых, и от всех птиц чистых» (Быт.8:20). А чтобы известно было, что Богу весьма угодна и приятна была благопризнательность Ноева, во-первых, упомянуто Моисеем так: «и обоня Господь воню благоухания» (Быт.8:21): потом присовокуплено: «и благослови Бог Ноя и сыны его» (Быт.9:1). Из сего и явствует, что добродетель благопризнательности есть весьма Богу приятна. Ибо с благопризнательностию приносимая Богу суть знаком и доказательством того, что мы веруем и исповедуем Его единственно Творцом твари, Промыслителем и Благодетелем. Посему приношение наше бывает душевною жертвою, приносимою Богу.

После Ноя Патриарх Авраам три поставлял жертвенника: один в Сихеме, под высоким дубом; другой в Вефиле, в знак благодарности пред Богом, обещавшим ему обетованную землю (Быт.12:7-8): третий же в Хевроне, когда слышал Бога, тако ему беседующего: «и сотворю семя твое яко песок земный» (Быт.13:16). Равным же образом и Исаак, когда Бог, по обещанию Аврааму, подтвердил ему сие, говоря: «и благословлю тя, и умножу семя твое Авраама ради отца твоего» (Быт.26:24-25), — немедленно приносил Богу благодарность, устроив жертвенник в дебри Гарарстей. Так же поступил Патриарх Иаков, когда купил часть села у Еммора, отца Сихемля, идеже постави кущу свою (Быт.33:19), — поставил, то есть, тамо жертвенник «и призва Бога Израилева», благоволившего ему стяжать землю, и поставить тамо кущу свою (Быт.33:20).

Уверяет еще нас в сем заповедание Божие, данное Патриарху Иакову, по которому Бог хощет быть нам пред Ним благодарными и требует изъявления признательности нашей. Когда Иаков, устрашась гонения Исава брата своего, бежал от дома отца своего и Бог, явився ему, укреплял его: «се Аз”, говорил, «есмь с тобою, сохраняяй тя на всяком пути, аможе аще пойдеши» (Быт.28:15): когда Иаков изъявлял признательность свою пред Богом, поставив камень яко столп, и дав клятву сию: ежели Бог возвратит меня с миром, будет ми камень сей в дом Божий, и когда, при помощи Божией благодати, счастлив и обогатившийся возвратился из Месопотамии, — Сам Бог тогда ему повелевал, да принесет Ему должную благодарность. «Рече же Бог ко Иакову: востав взыди на место Вефиль, и живи тамо, и сотвори тамо жертвенник Господу явльшемуся тебе, егда бежал еси от лица Исава брата твоего» (Быт.35:1).

Видим же имевших добродетель благопризнательности не только сущих прежде закона, но и в законе праведников. Были и сии всегда пред Богом благодарными, так как и те. Воззри на Моисея: не он ли, победив Амалика поставляет жертвенник, и назвав его: «Господь прибежище мое», жертвует своею благодарностию? (Исх.17:15) Посмотри на Иисуса Навина: не он ли, истребив Гай, созидает жертвенник на горе Гевал и приносит благодарность Богу, укрепившему его против врагов своих? (Нав.8:30) Воззри на Гедеона и Самуила, поставляющих олтари и Богу благодарение приносящих. Гедеон жертвует потому, что Бог посылал к нему Ангела Своего (Суд.6:24): Самуил же, поколику удостоил его создать дом свой в Армафеме, идеже бе дом Господень, то есть Кивот завета (1Цар.7:17).

Если же раскроем книги Нового Завета, узрим в сих добродетель признательности, дошедшую до совершенства, Богом предписанного. Самарянин, упоминаемый в нынешнем Евангелии, ни жертвенников не созидал, ни животными жертвовал, ни вещественные дары приносил Иисусу Христу, Благодетелю и Врачу своему: но сердцем и душею жертвовал Ему. Сердце его, осязая благотворение, тронуто сим было. Почему возвратился, «со гласом велиим славя Бога» (Лк.17:15-16). Душа его исполнена была чувствительности к Иисусу Христу: почему «паде ниц при ногу Его, хвалу Ему воздая». Сокрушение сердца и благопризнательность отверзли уста его, и научили его словам благодарственным. Поколику же сокрушение сердца есть приятная Богу жертва, — «жертву Богу дух сокрушен» (Пс.50:19): того для и принял Богочеловек словесную благодарность яко жертву чистую и всесожжение совершенное. «Востав», рече ему, «иди: вера твоя спасе тя» (Лк.17:19).

Богодухновенный Апостол Павел столько был благодарен Богу, с небеси призвавшему его и показавшему его Апостолом и проповедником Евангелия (Кол.1:24), что радовался во страданиях за Христа и предпочитал смерть самой своей жизни (Флп.1:23). Сей, говорю, небесный человек, в послании к Солунянам, предписал самое правило долженствуемой нами Богу благодарности: «о всем”, сказал, «благодарите, сия бо есть воля Божия о Христе Иисусе в вас» (1Сол.5:18). Что значит то, что во всяком деле, и о всем, что только с нами ни случается, либо радостное, либо скорбное, либо здравие, либо болезнь, либо благополучие, либо смерть, должны мы приносить Богу благодарность, — во всяком нашем состоянии должно благодарить Бога, ибо сие угодно Самому всех Богу: «сия бо есть воля Божия о Христе Иисусе в вас».

Но как может, скажешь, человек быть благопризнательным пред Богом при случае неудоботерпимой болезни, или случившегося ему горестнейшего бедствия? Не имеет тогда места терпение; роптание порождается и подвержен бывает человек зловредному хулению. Когда я здоров, когда я благополучен, когда всем доволен, все убеждает меня быть признательным и благодарным; но когда немощен, несчастлив, злополучен, — может ли иметь при таковых обстоятельствах благопризнательность место? Убо сие учение Апостольское, «о всем благодарите», кажется неосновательным и есть неудобоисполнительное.

Погрешаешь, брате! Учение Павлово имеет причину важную и довольную. Не только благодеяние, но и самое наказание Божие есть благодеяние. Оно понуждает нас вспоминать о Боге: «Господи, в скорби помянухом Тя» (Ис.26:16). Мы когда страждем, вспоминаем тогда о Боге: наказание отверзает ушеса человеческие, так что он ниже противится, ниже противу глаголет Богу: «наказание Господне отверзает уши мои, аз же не противлюся, ни противоглаголю» (Ис.50:5). Оно призывает и обращает грешника на покаяние: «жезл Твой и палица Твоя, та мя утешиста» (Пс.22:4). Оно показывает, что Бог праведного любит, а грешного приемлет в покаяние: «егоже бо любит Господь, наказу ет; биет же сына, егоже приемлет» (Притч.3:12). Божеские наказания суть орудия и средства и образы, каковыми Бог праведных утверждает в добродетели, а грешных зовет на покаяние. И так, если бы отец твой когда тебя наказал, да пребудешь терпелив в творении добрых дел, и когда бы побил, да престанешь от злых твоих поступков: не должно ли бы тебе денно и нощно благодарить земному отцу твоему за его к тебе любовь, попечение и старание? Таким же образом небесный твой Отец поступает: наказывает тебя, да укрепишься в добродетели якоже Иов; биет тебя, да обратишься от греха, якоже Манассия. Ты ли убо дерзаешь говорить, что, когда тебя Бог наказывает, не должен ты Ему тогда приносить благодарности?

Врач, когда даст тебе чистительный порошок, огорчает уста твои, возмущает желудок твой, производит в тебе рвоту или послабление; хирургик, при необходимости, жжет испорченное тело от раны твоей и вырезывает согнившие твои члены: но однако ты и врачу твоему, и хирургу твоему тысячи приносишь благодарностей, и платишь им златом и сребром. Как же дерзаешь сказать, что меня побуждает быть благодарным пред Богом, находясь в несчастии? Он чрез скорбь очищает душу твою, и чрез казнь врачует язвы твои, и притом ради временной казни дарствует тебе вечное царствие: но ты говоришь, что Апостольское учение есть неосновательное? Помышления твои суть неосновательные, в которые если как должно вникнешь, сам узнаешь сие. Бог равно тебе благодетельствует, и когда обогащает, и когда убогим творит; и когда возводит, и когда низводит; и когда подает тебе здравие, и когда посещает тебя болезнию. Всегда и во всем изливает на тебя Божественные Свои щедроты: убо всегда и о всем должно Ему приносить благодарность. Что же сие учение не есть неудобоисполнительное, доказали многие праведные и святые мужи, а паче из всех людей — многобедственный Иов.

Он, не только находясь во всяком благополучии являл признательность свою пред Богом, жертвуя Ему во всякий день, но и среди горестных приключений, то есть, среди бесчадства, среди крайнего убожества, язв и жесточайшей болезни, взывал велегласно: «яко Господеви изволися, тако бысть» (Иов.1:21). Среди, говорю, толиких внезапных, купно случившихся и беспримерных приключений и скорбей благодарил, славил и благословлял Бога, вопия: «буди имя Господне благословено!» Был благодарным пред Богом и многочадным будучи, и бесчадным, и богатейшим и беднейшим, и здравым и немощнейшим, и в радости будучи и в скорби, и в счастии и в несчастии.

Христиане! «Елика преднаписана быша, в наше наказание преднаписашася» (Рим.15:4). Буди убо, человече, во всем благодарен пред Богом, благословляяй Его «на всякое время, хвала Его» да будет выну «во устех» твоих (Пс.33:1). Если ты здрав, — здравие есть дар Божий; исповедуй убо благодеяние, и взывай с Давидом: «и процвете плоть моя, и волею моею исповемся Ему» (Пс.27:7). Если немощен, — болезнь телесная есть спасение души твоей; благословляй убо с Иовом: «буди имя Господне благословено!» (Иов.1:21). Если богат и счастлив, — благодари, якоже Давид, «исполняющего во благих желание твое» (Пс.102:5), и с ним воспевай: «благослови душе моя Господа, и не забывай всех воздаяний Его» (Пс.102:2). Если же убог и несчастлив, великодушно прославляй Промыслителя, уготовляющего тебе вместо земного небесная, — взывай со Иовом: «якоже Господеви изволися, тако и бысть»! Все во всем, то есть, во всяком случае и обстоятельстве и состоянии, благодарите Бога. Да не отъимется от уст ваших хвала Божия: «о всем благодарите, сия бо есть воля Божия о Христе Иисусе в вас» (1Сол.5:17-18). Ему слава и держава во веки веков, аминь.

37.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Колоссаям, читаемый в двадцать девятую неделю (Кол.3:4-11)

Всякое вещественное здание тогда бывает непоколебимо и твердо, когда архитектон положит под оное твердое и незыблемое основание. Нравственный архитектон Павел твердое и незыблемое основание положил духовному зданию нравственного своего наставления — истину и верность второго Иисус Христова явления, и что предстанут тогда люди пред Божественною Его славою. На сем крепчайшем основании устроил и утвердил он весь состав спасительного своего нравоучения, исчислив виды греха, наименовав оные ветхим человеком и завещав нам, совлекшись оного ветхого, облещись в человека нового, который есть истинный образ Божий. Убеждает же таковое учение всякий ум и подкрепляет всякое сердце человека. Ибо ежели никто не дерзает предстать пред лице земного Царя в одеждах измаранных, но одевается сперва в одежды чистые, и украшается сколько возможно лучше, потом предстает лицу его: то как мы дерзнем явиться пред лицем Царя царствующих Иисуса Христа, ежели прежде не омоем нечистоту греховную и не украсимся светлостию добрых дел? А что сие одеяние делает нас достойными предстать лицу Спасителя нашего, то подтвердил, сказав, что ни на род, ни на достоинство, ни на чин, ни на другое что-либо, что мир почитает великим или малым, не взирает Бог, но только на дела добродетели. Послушайте, братия мои, толкование сих Богодухновенных слов, чтобы силою Божественной благодати просветившись, сложить с себя скверную одежду греха и воспринять чистое и брачное одеяние добродетели, и таким образом чтобы явиться вам в день суда пред лице Иисус Христово в позлащенные ризы благих дел одеянными и преукрашенными, явиться достойными стать в лик Святых и приобщиться вечного Царствия. 

Кол.З:4. Братия, егда Христос явится, живот ваш, тогда и вы с Ним явитеся в славе.

До страдания и воскресения Иисус-Христова души человеческие по причине прародительского греха мертвы были, яко лишенные Божественной благодати: и тела их по смерти не восставали, но пребывали вечно мертвыми и разрушившимися. Восстав из мертвых, Иисус Христос души человеческие возоживотворил, даровав им дары Всесвятого Духа, и тела оживил, дав им силу и благодать воскресения. Посему-то Христос есть живот наш, как и Сам Он тому учит, сказав: «Аз есмь воскресение и живот» (Ин.11:25). В мире сем неверные не знают и не верят тому, что Иисус Христос есть живот и Сын Бога истинного, верные же знают, но только отчасти верою. «От части бо разумеваем» (1Кор.13:9). А в день второго пришествия Его: «егда приидет в славе Своей, тогда, еже от части, упразднится» (Мф.25:31; 1Кор.13:10). Ибо тогда всем откроется, и все познают и узрят, что Он есть Животодатель и Бог всесильный. «И узрит Его всяко око» (Апок.1:7). Говорит убо Апостол, что, когда Христос – живот наш – явится во втором Его пришествии пред всеми от века человеки, тогда и вы, Колоссаи, явитесь пред Ним, да насладитесь Божественной Его славы. А Поелику никто не получает сию благодать, как только победитель греха, посему завещевает следующее, говоря:

Кол.3:5. «Умертвите убо уды ваша, яже на земли, блуд, нечистоту, страсть, похоть злую и лихоимание, еже есть идолослужение».

Прежде сказал: «умросте бо» (Кол.3:3). Почему убо теперь говорит: « умертвите убо уды ваша, яже на земли »? Какие, говорит « уды, яже на земли »? «Они крестившися умерли миру, спогребшеся Христу крещением» (Кол.2:12). Осталась однако в них наклонность ко греху и свобода стремиться к оному, или к делам добродетели. «Умертвите убо», значит сие: истребите и соделайте мертвою и самую наклонность ко злу, от которой рождается блуд и нечистота, и страсть, и злая похоть, и лихоимание. Сии же грехи назвал удами нашими на земли, то есть, удами земными, потому что оные соделываются удами земного нашего тела: и блуд назвал по имени, а других плотских грехов имена каждого в особенности умолчал по причине гнусности и срамоты их. «Бываемая бо отай от них, срамно есть и глаголати» (Еф.5:12). Но назвал оные вообще «нечистотою», потому что оскверняют душу и тело, и страстию, потому что страждет поистине и мучится жегомый оными. Похоть же сказал злую, потому что есть похоть и добрая. Когда мы желаем дел греховных, тогда желание наше есть злое, а когда дел добродетельных, тогда желание есть доброе. Почему и Пророк Даниил назван «муж желаний», яко желатель добрых дел (Дан.10:11). Сим «похоть злую», означил похоть всякого греха. Почему же сказал, что лихоимание есть идолослужение? Потому что как идолослужители, составляя идолов из золота, серебра и камня, и из всякого другого вещества, на них полагали всю надежду иметь себе благополучие: так и лихоимцы, собирая всякие стяжания, надеются от оных всякую иметь себе защиту, услаждение и успокоение.

Кол.3:6. «Ихже ради грядет гнев Божий на сыны противления».

За сии, говорит, дела, то есть за плотские грехи, за злые похоти и лихоимание, « грядет гнев Божий », то есть, гневается и наказует Бог « сынов противления », сынов непокоривых и не повинующихся Божественным Его велениям. Наказует же за оные не только в будущей жизни, осуждая непокоривых на вечные мучения, но и в настоящей, посылая на них страшные казни. Гнев Божий пришел на студодействовавших при Ное, и потопил их, и на студодейных в Содоме, и пожег их. «Гнев Божий взыде на Исраильтян», похотствовавших злою похотию в пустыне: «и уби множайших их» (Пс.77:31:105:14). Гнев Божий пришел на лихоимного Ахаава: почему свинии и пси полизали кровь его, и в оной «измылися блудницы по глаголу Господню, егоже глагола» (3Цар.22:38). Кои же из сынов противления не наказуются в настоящей жизни, те собирают себе «гнев в день гнева и откровения праведнаго суда Божия» (Рим.2:5), и блюдутся всеокаянные на день зол (Притч.16:4).

Кол.3:7–9. В нихже и вы иногда ходисте, егда живясте в них. Ныне же отложите и вы та вся, гнев, ярость, злобу, хуление, срамословие от уст ваших. Не лжите друг на друга.

Ярость убо и гнев различны суть между собою? Различны как имена, так и означаемые оными вещи (Икум. в он. мест.). Ярость есть волнение крови и сильное воспаление: а гнев есть печаль продолжительная и стремление к отмщению обидевшим. Почему когда душа устремляется к отмщению, то страсть таковая называется гнев. Злобою назвал здесь памятозлобие, что самое в другом месте горестию называет: хулением же поношения (Еф.4:31). А сие «от уст ваших», хотя кажется излишним, потому что мы не иным каким членом поносим и срамословим, как токмо устами: однако оно не излишне, Поелику сим Апостол означил, что хуления и срамословия оскверняют не токмо слух слушающих, но и уста то говорящего, кои созданы от Бога для славословия и хваления Его, для исповедания православной веры, и для полезного наставления ближнему. О лжи же, имеющей изобретателем и отцем своим диавола, Поелику он «лжец есть, и отец лжи» (Ин.8:44), и в послании ко Ефесеям то же самое пространнее писал, говоря: « темже отложше лжу, глаголите истину кийждо ко искреннему своему: зане есмы друг другу удове » (Еф.4:25). Заметь при сем, как Апостол, говорив сперва о плотских грехах, и сказав: « в нихже и вы иногда ходисте », то есть, таковые грехи и вы, Колоссаи, соделовали прежде, когда будучи идолопоклонниками, преданы были оным и как рабы оным работали: потом предохраняет их, завещевая, дабы в то время, когда сочетались Христу, отринули все грехи. « Ныне же отложите и вы та вся », и самые, то есть, почитаемые малейшими грехи сии, гнев, ярость, злобу, хуление, срамословие и ложь. Таким образом представив все грехи и все добродетели, завещевает тех удаляться, а сии соделовать, говоря:

Кол.3:9–10. Совлекшеся ветхаго человека с деянми его: И облекшеся в новаго, обновляемаго в разум, по образу Создавшаго его.

Человеком назвал Апостол произволение человека, главнейшую его часть, взяв сущность его (Смот. Злат. в он. месте): ветхим убо человеком назвал произволение, предавшееся злым делам, как расслабленное и расстроенное, каковы бывают и люди до глубокий старости достигшие: новым же или юным, произволение, соделывающее дела добродетельные, как сильное и крепкое, каковы бывают и люди в цветущем возрасте юношества находящиеся. Вот при сем, назвав злое произволение ветхим человеком, открывает и свойства такового иносказательного человека (Смот. Феоф. в он. месте): вместо души положил злую похоть, вместо сердца – гнев и ярость, вместо детородных удов – блуд, нечистоту и страсть, вместо рук – лихоимание, вместо уст – хулу, срамословие и ложь, назвав оные земными его удами (Кол.3:5), А Поелику мы не токмо произволением, то есть, умом и мыслию, но и деятельно самыми делами согрешаем, посему сказал: « ветхаго человека с деянми его ». О новом же человеке, то есть о благом произволении, сказал, что оно, обновляясь в разуме, то есть премудро и разумно, делается образом и подобием точным Создавшего оное. Учит убо Апостол Божий предлежащими словами тому, чтобы отринули мы от произволения нашего и мысленный, и деятельный грех, и восприяли добродетель, возобновляя оною произволение наше с познанием и разумением, доколе восстановится в нас образ Божий, представляющий Божественные Его черты.

Кол.3:11. Идеже несть Еллин, ни Иудей, обрезание и необрезание, варвар и скиф, раб и свободь, но всяческая и во всех Христос.

С каким здесь намерением Павел приводит Еллина и Иудея, обрезанного и необрезанного, варвара и Скифа, раба и свободного? Мы слышим, что Иудеи требовали чудес, и Еллины схоластических доказательств: « Иудеи знамения просят, и Еллины премудрости ищут » (1Кор.1:22): думая так, что единая оных сила убеждает их к принятию Евангельской истины. Павел же проповедывал всюду, что не сила чудес и не доказательства премудрости мирской убеждают верить во Иисуса Христа, но Сам Иисус Христос, будучи сила и Премудрость Божия, влечет и убеждает достойных к тому, да веруют и соединятся с Ним. « Мы же », говорил он, « проповедуем Христа распята, Иудеем убо соблазн, Еллином же безумие. Самим же званным Иудеем же и Еллином Христа, Божию силу и Божию премудрость » (1Кор.1:23–24). Иудействующие принуждали учеников Христовых обрезываться. « Аще не обрежетеся », говорили, « по обычаю Моисеову, не можете спастися » (Деян.15:1). Павел же проповедывал, говоря: « о Христе бо Иисусе ни обрезание что может, ни необрезание, но вера любовию поспешествуема » (Гал.5:6). Мы слышим, что Иудеи хвалились свободою рода их и благородством отцев их, говоря: « семя Авраамле есмы, и никомуже работахом николиже: отец наш Авраам есть » (Ин.8:33:39). Иисус же Христос ответом Своим научил, что сие нимало не пользует к тому, чтобы получить спасение. « Всяк творяй грех », сказал Он, « раб есть греха » (Ин.8:34). « Аще чада Авраамля бысте были, дела Авраамля бысте творили » (Ин.8:39). Сверх сего Павел уверяет яснейшим образом, что все во Христа крестившиеся, Иудеи, Еллины, рабы, свободные, мужи и жены равночестны суть пред Ним, и почитаются у Него за едино и тоежде. « Несть », сказал, « Иудей, ни Еллин: несть раб, ни свободь: несть мужеский пол, ни женский: вси бо вы едино есте о Христе Иисусе » (Гал.3:28). Сии убо имена представил он Колоссаям для того, чтобы показать, что для заповедуемого им обновления, которое делает нас образами Божиими, то есть, возводит нас к совершенству во Христе, не нужны ни премудрость, искомая Еллином, ни чудеса, искомые Иудеями, ни обрезание иудейское, ни необрезание язычников, ни невежество варвара, ни дикость Скифа, ни рабство раба, ни свобода свободного. Ибо для такового обновления Иисус Христос разрушает все препятствия, и подает всякую помощь всем в Него верующим. Но всяческая и во всем Христос.

Беседа о том, что Апостольское оное слово « Совлекшеся ветхаго человека с деяниями его: и облекшеся в нового обновляемого в разум, по образу создавшаго его »: не есть совет, но законоположение, и что исполнение Владычних повелений и Апостольского сего повеления не есть дело невозможное: и что называющие невозможным исполнение оных, хулу произносят на Бога

Сколь высоко и Боголепно есть чтенное ныне учение Богоглаголивого Павла, столь оно кажется неудобоприемлемо и тягостно для немощей естества человеческого. Узаконяет Небомудрственный Учитель, чтобы совлеклись мы ветхого человека, то есть, удалились от всякого греха, и чтобы облеклись в нового, то есть, делали всякую добродетель, обновляли и приумножали оную, доколе соделаемся образом, подобящимся первообразному, то есть, самому Создавшему нас Богу. Поистине высоко и Божественно есть сие учение. Но кто, скажут некоторые, имеет толико внимательные очи, чтобы избежать бесчисленных и многоразличных сетей, и толикое мужество и искусство, чтобы пребыть неуязвленным от толиких огненосных стрел, кои повсечасно бросает на нас враг спасения человеческого? Кто, живя в сем обманчивом мире, столь есть великомудр, что презирает богатство, за ничто вменяет славу, попирает прелести и отвращает лице свое от благ, кои обещевает мир? Кто, нося сию неистовую плоть, есть высок и возвышен, что ни волнами сладострастной похоти не потопляется, ни огнем стремительной ярости не попаляется? Кто может, скажут некоторые, победить таковых врагов, и соблюстись столь нескверным, чистым, и всякой добродетели исполненным, чтобы соделать себя образом живым всесовершенного Бога?

Возлюбленная моя братия, словеса Павловы суть словеса Христовы. Учение Павлово и законоположение Божие суть одно и то же. Ежели испытаете Евангелие, то ничего другого не увидите в законоположениях оного, как токмо завещания, превышающие немощи естества человеческого: ничего другого не услышите, как токмо словеса, поучающие тому, да совлечемся ветхого человека и облечемся в нового. Устрашениями удерживает Спаситель мира стремления ярости, говоря: « гневаяйся на брата своего всуе повинен есть суду » (Мф.5:22). Изгоняет далече уст наших всякого рода поношение и презрение ближнего, проповедуя: « иже бо аще речет брату своему, рака, повинен есть сонмищу: а иже речет, уроде, повинен есть геенне огненней » (Мф.5:22). Узаконяет удаляться не токмо от соделования, но и от самой похоти плотских грехов. « Аз же глаголю вам, яко всяк, иже воззрит на жену, ко еже вожделети ея, уже любодействова с нею в сердце своем » (Мф.5:28). Ежели сродник мой, коего я люблю как зеницу ока моего, или друг мой, который мне полезен, как десная моя рука, соблазняет меня и вредит душе моей, то повелевает отгнать мне его от себя: « аще же око твое десное соблазняет тя, изми е и верзи от себе » (Мф.5:29). « И аще десная твоя рука соблазняет тя, усецы ю и верзи от себе » (Мф.5:30). Хочет, чтобы мы никак не клялись, и чтобы слово наше имело такую достоверность и твердость, чтобы никакой не имели мы нужды в клятвах. « Аз же глаголю вам не клятися всяко. Буди же слово ваше, ей, ей, ни, ни » (Мф.5:34:37). Требует от нас великого терпения и незлобия. « Аще кто ударит тя », говорит, « в десную твою ланиту, обрати ему и другую » (Мф.5:39). Требует от нас великой простоты и презрения самых даже нужных вещей. Чтобы избежать, говорит, споров и судебных тяжб, отпусти и срачицу твою тому, который требует от тебя ризы твоей (Мф.5:40). Готовности горячайшей требует ко вспоможению ближнему: « Аще кто тя поймет », говорит, « по силе поприще едино, иди с ним два » (Мф.5:41). Дал заповедь, чтобы я любил врагов моих, благословлял клянущих меня, благодетельствовал ненавидящим меня, и молился за вредящих мне и гонящих меня. « Аз же глаголю вам, любите враги ваша, благословите кленущыя вы, добро творите ненавидящим вас, и молитеся за творящих вам напасть и изгонящыя вы » (Мф.5:44). Кои сие творят, те поистине совлекаются ветхого человека и облекаются в нового. Видите убо, что Павловы слова оные: « совлекшеся ветхаго человека с деянми его: и облекшеся в новаго » (Кол.3:9–10): суть кратчайшее содержание изложенных слов Спасителевых.

Что же говорят о сих Владычних словах преступники оных? Они различными способами утишают смятение совести своей, и спят спокойно смертным сном души своей. Иной укрощает обличение совести своей, мечтая, что то не суть повеления, но советы, и следственно кто оные сохранит, тот освящается, а кто оные нарушит, тот не совсем согрешает. Другой мня, что Бог узаконил то не для мирских людей, но для монахов и пустынников, желающих достигнуть до совершенства добродетели, иной рассуждая, что исполнение того есть дело невозможное, и другой другое что вымышляя по своему суждению и желанию, в заблуждении успокаиваются. Однако ж истинно то, что слова оные не суть советы, касающиеся одних желающих совершенства, но суть повеления, ко всем вообще относящиеся: преступаяй же оные делается недостойным небесного Царствия, ибо исполнение оных не есть дело невозможное, но возможное для всех желающих. Послушайте доказательства истины сея.

Когда Господь наш Иисус Христос дал святые Свои заповеди о совершенстве, тогда оставил на произволение каждого принять оные и соделаться совершенным, или не принять и остаться несовершенным. Сие показал Он нам ответом Своим, произнесенным к юноше оному, который сохранил все Божественные заповеди от юности своей, вопрошал же Его, чего еще не достает ему: « что есмь еще не докончал? Аще хощеши », ответствовал ему Господь, « совершен быти » (Мф.19:20–21). Заметь сие, « аще хощеши »: ибо оно не означает повеление, но совет. Равно совет есть и слово оное Господне о девах. Ибо говорив о скопцах, не заповедь однако же и не повеление дал, чтобы все в девстве были, но сказав: « могий вместити да вместит » (Мф.19:12), оставил избрание девства или супружества на произволение каждого. Что самое подтверждает и всеславный Павел. « О девах же », сказал он, « повеления Господня не имам, совет же даю, яко помилован от Господа верен быти » (1Кор.7:25). Заметь же и черты совершенства, и подаемые за оное награды. « Аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение твое и даждь нищым, и имети имаши сокровище на небеси: и гряди в след Мене » (Мф.19:21). Отсюда видно, что черты совершенства, суть три: совершенное оставление всех мирских вещей: « иди, продаждь имение твое »: совершенная к ближнему любовь: « и даждь нищым »: совершенное Богу посвящение себя: « и гряди в след Мене ». А воздаяние за совершенство есть сокровище небесное: « и имети имаши сокровище на небесех ». Словом же сим, сокровище, означил превосходство Божественной славы, коею имеют наслаждаться ходившие по пути совершенства. Но когда Спаситель наш поучал тому, о чем я выше упомянул, тогда в первых сказал, что то суть заповеди: « иже аще разорит едину заповедей сих малых » (Мф.5:19): потом назвав то правдою, сказал, что если таковая правда наша не превзойдет добродетели книжников и фарисеев, то найдем заключенною для себя дверь Царствия Небесного: « глаголю бо вам, яко аще не избудет правда ваша паче книжник и Фарисей, не внидете в царствие Небесное » (Мф.5:20). Сверх сего заметь, что когда поучал тому, не сказал ни сего « аще хощеши », ни сего « могий вместити, да вместит »: но говорил о том повелительными словами, и устрашал преступающих то судом, сонмищем и геенною огненною, то есть, и временным и вечным наказанием.

Но когда учил тому Господь, скажешь ты, тогда тотчас сказал: « будите убо вы совершени, якоже Отец ваш небесный совершен есть » (Мф.5:48). Отсюда явствует, что о совершенстве говорил Господь, когда так сказал. Подлинно говорил о совершенстве, но не о совершенстве добродетели, а о совершенстве заповедей закона. Ибо повеления закона были несовершенны. « Ничтоже бо совершил закон » (Евр.7:19). Иисус Христос законоположением Своим дал оным совершенство. Почему и сказал, что пришел Он в мир, не да упразднит закон и Пророческое учение, но да восполнив их недостатки, соделает оные совершенными. « Не мните, яко приидох разорити закон, или Пророки: не приидох разорити, но исполнити » (Мф.5:17). Закон возбранял убийство, суд определив на убийцу: Христос запретил и гнев иметь на ближнего, суд учредив на гневающегося: « слышасте », говорил Он, « яко речено бысть древним », то есть, слышали вы, что проповедано законом сущим в законе: « не убиеши: иже бо аще убиет, повинен есть суду » (Мф.5:21). « Аз же глаголю вам, яко всяк гневаяйся на брата своего всуе повинен есть суду » (Мф.5:22). Вот каким образом дал Он совершенство закону. Когда же поучал тому, что исполняет закон, тогда провозгласил сие: « будите убо вы совершени ». Я, сказал Он, соделал закон совершенным. Если же вы соблюдаете оный так усовершенный, то будете совершенные оного блюстители, как и Отец ваш небесный во всех делех есть пресовершен.

Кои же говорят, что исполнение сих повелений есть дело невозможное, те хулу говорят на Бога, может быть не ведая тяжести таковой хулы. Ибо предположив сие, необходимо из того следует, что Бог или не сведущ, поколику не знал, что повелевает невозможное, или, что неправеден, поколику узаконил невозможное, чтобы осудить не могших того исполнить: и то и другое равно суть хулы такие, кои превосходят всякие другие хулы. Ибо Бог не есть ни несведущ, то есть, несовершен, ни, то есть, пристрастен, но есть премудр, пресовершен, преблаг, есть самый праведнейший и бесстрастнейший.

Что же мы заключаем из всего сего? заключаем, во-первых, что сие слово Павлово: « совлекшеся ветхаго человека с деянми его: и облекшеся в новаго, обновляемаго в разум по образу Создавшаго » (Кол.3:9–10): и вышеизложенное учение Иисус Христово суть по всему между собою согласны: и как Владычнее учение оное не есть совет, но законоположение, так и Апостольское сие слово не есть советовательное, но повелительное. Во-вторых, что как исполнение оного, так и исполнение сего не есть дело невозможное. В-третьих, что равно повинны мучению бывают как преслушающие оное, так и не сохраняющее сие.

Но хотя исполнение сих повелений, скажешь ты, не есть дело невозможное, однако же весьма трудное по немощам плоти нашей: поистине трудное. Посему-то Бог, ведая трудность дела сего, обещал спосадить на престоле Своем победившего оную трудность. « Побеждающему », говорит, « дам сести со Мною на престоле Моем, якоже и Аз победих, и седох со Отцем Моим на престоле Его » (Апок.3:21). Велика трудность, велики и награды побеждающим оную. « Побеждаяй наследит вся, и буду ему Бог, и той будет Мне в сына » (Апок.21:7). Всех великих дел совершение имеет великую трудность. Какую вещь многоценную получить удобно? Какая же вещь или многоценнее, или выше небесного Царствия? Пусть трудно дело сие, чтобы исполнить оное, потребно иметь великое мужество, многое старание, всегдашнее воздержание, неусыпное внимание, непрестанный подвиг, но сии потребности суть временны, они по малом времени преходят, награда же за оные есть бесконечна. Кто же есть такой человек, который бы не подъял всякие труды в один только час, чтобы провести потом во всяком благополучии прочее время жизни своей? Но не час один, а все время жизни нашей, хотя бы тысячу лет прожили мы в трудах, яко ничтоже есть, в сравнении со временем вечного пребывания Царствия Божия, уготованного подъявшим для оного подвиг. Пусть, дело сие есть трудно, но оно весьма нужно. Ибо если не сохраним сих Божественных повелений, то пребудем вне Царствия Божия. « Глаголю бо вам », сказал Господь, « яко аще не избудет правда ваша паче книжник и фарисей, не внидете в Царствие небесное » (Мф.5:20). Нужда производит готовность, а готовность и весьма трудные дела делает удобными.

Но, ежели посмотришь на дело сие так как должно, то увидишь, что оно само по себе не есть так трудно, как ты воображаешь. Законы растленного мира, худое воспитание родительское, злая привычка и пагубное самолюбие делают оное трудным. Отринь тлетворное законоположение мира, изгони предубеждения воспитания твоего, отторгни силу злой привычки твоей, победи обладающее тобою самолюбие, и тогда увидишь, что оно не есть весьма трудно. Ежели дело сие само по себе толикую имеет трудность, коликую мы в оном воображаем, то как столь бесчисленное множество людей победили столь великую трудность. Удобное многие, а весьма неудобное весьма немногие исполняют. Но мы видим, что не только бесчисленное множество, но и всякого возраста, чина и состояния люди исполнили оные повеления, мужи и жены, юноши крепкие и сильные, и старцы немощные и изнуренные, богатые и убогие, господа и рабы, обладатели и обладаемые, Цари и подданные, люди всякого рода, всякого языка, всякого поколения, всякого климата, всякого образа мыслей, воспитания и нрава. Удивительно же то, что люди, кои многое время жили занимаясь делами противными законоположению Иисус Христову, с удобностию исполнили Божественные Его повеления.

Закхей был старейшина мытарей, и он был богат (Лк.19:2), но оставляет обычную ему неправду и хищение, разделяет имение свое нищим, и возвращает обиженным от него вчетверо. Матфей оставляет мытницу, на которой сидел, и вместе обычное ему лихоимство, и течет во след Иисуса Христа, храня все Божественные Его повеления, и проповедуя всей вселенной Евангелие Божие. Самаряныня пременяет долговременное студодейство на совершенное целомудрие, и делается проповедницею Евангельской истины. Бесчисленные идолопоклонники, погруженные в сладострастие всякого рода, преданные всякому студодейству, неправде и греху, отвратились от всякой обыкновенной им и отцами преданной злобы, и приняли и сохранили заповеди Иисус Христовы. Свидетели сего Римляне, Коринфяне, Галаты, Ефесеи, Филипписеи, Колоссаи, и прочие многочисленные народы, кои во Христа уверовали. А что еще чудеснее того: и самые почитающие льстецом Иисуса Христа, и учение Его обманом, гонящие до чрезвычайности верных, и всяким образом старающиеся изгладить не только законоположение, но и самое имя Иисус Христово, и сии самые истребили предубеждения воспитания их, и силы закоренелой их привычки, погасили совершенно ненависть на Христа, и на верующих в Него гнев и ярость, и в толикой точности соблюли повеления и советы Иисус Христовы, что взошли на высоту добродетели, поражающую всякий человеческий ум. Свидетель сего славный Павел, бывший прежде непримиримым гонителем, а потом верховным из проповедников веры, и высочайшим из соделывающих великие дела добродетели. Почему справедливо сказал о нем так восхвалитель его. Что есть человек, и колико благородство естества нашего, и коликой добродетели вместилищем быть может сие животное, показал то собою паче всех человеков Павел (Злат. Слово 2 на Павла). Ежели бы повеления Иисус Христовы столь были трудны, сколь мы почитаем их трудными, то как толикое множество людей, колико есть число святых людей, кои суть соестественны и подобострастны нам, соблюли оные в толикой точности?

Мы представляем немощи плоти, как препятствия к исполнению Божественных законов. Но неложнейший Бог сказал, что довлеет к подкреплению немощи нашей Божественная Его благодать, которая открывает совершенство Своей силы в самом бессилии естества. « Довлеет ти », сказал Господь Апостолу Своему, « благодать Моя: сила бо Моя в немощи совершается » (2Кор.12:9). Чем немощнее благопроизволительное естество человека, тем большая прилагается мера благодати, и тем более открывается совершенство силы ее. Сие опытом познав, Павел со многим услаждением хвалился в немощах своих, уверен будучи, что подкрепляет его находящая на него сила Христова. « Сладце убо », говорил он, « похвалюся паче в немощех моих, да вселится в мя сила Христова ».

Отжените убо, о человеки! от ума вашего злые помыслы против законоположения Иисус Христова, и заградите уста ваши, да не глаголют хульные словеса на Бога! Благ есть, а не жесток, легок, а не тяжек Закон Иисуса Христа. Возьмите иго Его на себя, и научитесь от Него, яко кроток есть и смирен сердцем: и сие соделавши, обрящете покой душам вашим. « Иго бо Мое », сказал Он, « благо, и бремя Мое легко есть » (Мф.11:30). Если же нарушите когда, чего да не будет, едино из повелений Христовых, то не говорите, что не соделали вы греха, Поелику не вы, но пустынники обязуются соблюдать оные: не думайте, что таковое преступление есть самый малейший и простительный грех, Поелику соблюдение оных не есть закон, но совет. Не представляйте виною того трудность исполнения повелений, но злобу произволения вашего. Не восставайте в гордости против Создателя вашего, говоря, что законоположил Он невозможное, но во смиренномудрии и истинном раскаянии бия перси свои яко мытарь вопийте: « Боже, милостив буди мне грешнику » (Лк.18:13).

Человеки, верующие во Иисуса Христа Сына Бога живаго, приимите себе во ум сии Апостольские истинные Павловы словеса: « егда Христос явится, живот ваш, тогда и вы с Ним явитеся в славе » (Кол.3:4). Когда я о сем рассуждаю, тогда не только всякое суесловное извинение бежит от мысли и от уст моих, но и страх объемлет душу и сердце мое. Приидет убо день, о Иисусе мой, в который Ты имеешь явиться предо мною. Тогда я увижу, чему ныне о Тебе верю. Увижу тогда страсти Твои, кои Ты претерпел за грехи мои, увижу Крест, на котором Ты повешен был, увижу прободенное ребро Твое, из коего истекла кровь и вода для спасения моего. Познаю тогда бесконечную Премудрость, с коею Ты устроил спасительное законоположение Твое, и уразумею совершенно, сколь безумны были мысли мои об оном, и сколь заблуждал я, почитая весьма трудными Божественные Твои повеления, и сколь Тебя прогневлял преступлением оных. Но не только Ты имеешь явиться пред всеми от века человеки, но и я явлюсь пред Тобою и пред всею вселенною. Наги и открыты тогда явятся не только дела, но и слова, и самые тайные ума моего помышления. Тогда вымыслы растленного ума моего покажутся явным безумством, и извинения мои словами лукавства. Тогда откроется вся нечистота души, вся смрадность сердца, все язвы грехов моих. Братия моя равно грешная, увы нам тогда! Ибо тогда услышим и страшное оное праведнейшее определение: « идите от Мене »: но куда? « во огнь вечный »: с кем? « уготованный диаволу и аггелом его » (Мф.25:41). О Господи, Господи милости, избави создание Твое от такового осуждения. Братия, памятуйте всегда день оный: памятуйте, что « егда Христос явится, живот ваш, тогда и вы с Ним явитеся в славе ». Ибо памятование сего производит готовность к исполнению повелений Господних.

38. В неделю 30-ую беседа о христианском совершенстве

История нынешнего Евангелия не токмо Богоглаголивым Лукою, но еще прежде, как Богодухновенным Матфеем, так и Божественным Маркм, в различные времена была написана. Един и тот же смысл есть Писания, кроме только того, что малые некоторые обстоятельства, одним Евангелистом не упомянутые, другим подробнее описаны. поелику же во вторуюнадесять неделю, в толковании Евангелия от Матфея, сию историю мы уже объяснили, не нужно убо паки то же самое повторять10. Чего для по толковании, которое предложено в помянутой неделе, побеседуем о христианском совершенстве, упоминаемом в сей истории, написанной тремя святыми Евангелистами. Очистите убо, братие, ум и сердце от всякого земного пристрастия, да разботеет небесное семя сего высочайшего учения. Возведите мысленные ваши очеса на те горы, на которые возводил очи свои Давид, да приидет к вам, якоже и к оному, «помощь от Господа, сотворшаго небо и землю» (Пс.120:2).

Князю, говорившему, яко от юности своей сохранял заповеди Божия: «вся сия сохраних от юности моея», таким образом ответствовал Богочеловек: «еще единаго не докончал еси» (Лк.18:22). Сим же показал Господь, что кто сохраняет только десять заповедей, есть хотя Богу любезен и приятен, и наследник Его царствия, но не есть совершенный, остается же еще ему едино, да взойдет на самый высочайший степень совершенства: то есть, нужно ему продать все имение свое и, раздав оное нищим, последовать Иисусу Христу: ревновать, то есть, добродетелям Его. «Еще единаго не докончал еси: вся елика имаши, продаждь и раздай нищим, и имети имаши сокровище на небеси: и гряди во след Мене».

Раздаяние имения нищим и последование Иисусу Христу кажутся не единое дело, но два; Богочеловек же оба назвал единым: «еще единаго не докончал еси». Какая же сему причина? Ибо неотлучны суть и неразделимы от преуспеяния в совершенстве добродетели. Кто хощет быть совершенным, если одно от другого отделит, не может достигнуть конца своего.

Богатый князь, упоминаемый в нынешнем Евангелии, желал быть совершенным в добродетели (Лк.18:23). Он хотя от юности своей все сохранил Божеские заповеди, почему и возлюбил его Иисус, по свидетельству священного Марка (Мк.10:21), однако со многим благоговением и смирением приступив ко Христу и преклонив колена пред Ним, вопрошал Его, говоря: «Учителю благий! что сотворив живот вечный наследствую?» (Лк.18:18) Хотел и намеревался быть совершенным, последуя и ревнуя Иисусу Христу, но любил купно и богатство свое и ни под каким видом не соглашался того оставить; возжелал единого, то есть, последовать Иисусу Христу, но другого, то есть, совершенного раздаяния богатства своего, не возлюбил. Сего же не возлюбив, и того, чего желал, не мог удостоиться, — ученичества, то есть, Иисуса Христа. «Он же, дряхл быв о словеси, отъиде скорбя» (Мк.10:22), — то есть, услышав сей ответ Иисуса Христа: «вся елика имаши, продаждь и даждь нищим» (Мк.10:22).

Равным образом и тот, кто если оставит все имение свое не ради любви Божией, ниже да последует Иисусу Христу, но ради других предположений и причин, не только не восходит на высочайший степень добродетели, но и падает во глубину нечестия и неразумия. Крат Лаэрций, философ, оставил свое имение и сребро свое бросил в море; но чрез таковой поступок не только никакой не сотворил добродетели, но еще явился и неправедным, и тщеславным, и неразумным. Неправедным, ибо обидел всех тех, которым мог чрез раздаяние имения своего благодетельствовать, и не благодетельствовал. Тщеславным, ибо ввергнув имение свое в море, напыщался и превозносился поступком сим, вопия: освобождается от порабощения Фивейский Крат. Неразумным и глупым, — ибо, не имея духовного и Божественного упования, хотя освободил себя от заботы и попечения о имении своем, но сам подпал под иго убожества и принужденным остался заботиться о насущном своем хлебе и о прочих касающихся до жизни необходимостях.

Виждь же, како стечение сих двух дел возводит человека на высоту совершенства в добродетели. «Любы» есть всего «закона исполнение» (Рим.13:10). И иной любит мало, а другой много, по слову Господню, реченному Симону Фарисею о жене грешнице: «егоже ради глаголю ти: отпущаются греси ея мнози, яко возлюби много; а емуже мало оставляется, меньше любит» (Лк.7:47). Из чего явствует, что степень совершенства бывает по мере любви, так как и степень многоучености — по множеству учений. Чем превосходнее любовь, тем вящее совершенство: так, как чем более предметов учения, тем вящее просвещение. Кто ради любви Божией раздает малую часть имения своего нищим, таковый мало любит Бога и своего ближнего; кто раздает много, тот много любит. А кто все то, что только имеет, не щадит: таковый по всему любит, таковый любит совершенно и Бога и ближнего своего. И сие составляет великую и высочайшую добродетель: «расточи, даде убогим: правда его пребывает во век века, рог его вознесется в славе» (Пс.111:9). Еще же есть сие едино из тех крил, каковых требуя Пророк Давид, да полетит и почиет в покое совершенства, взывал: «кто даст ми криле яко голубине, и полещу, и почию?» (Пс.54:7) Другое же голубиное крило есть подражание жизни Иисуса Христа. Почему кто желает быть совершенным ищет и другого крила, да возлетит на горы совершенства и тамо почиет. И как искусный живописец, изображая икону, полагает пред собою образец и, вперив очеса в оный, всячески старается изобразить лице, наружность, свойство и все черты того образца, также показать изображение изображением живым и по всему сходным с изображаемым: тако и любитель совершенства полагает пред собою пресовершеннейший всяких добродетелей образ — Спасителя, говорю, мира — Иисуса и, прилепився к Нему мыслию и сердцем, старается при помощи благодати, сколько можно, поревновать поступкам, словам и деяниям, последовать всем стопам, и представить самого себя совершенным подобием изображаемого Иисуса Христа.

Почему бывает кроток и смирен сердцем, последуя учению Учителя своего, бывает покорным заповеданию Божию, яко поборник веры Иисуса, в клеветах незлобив, в поношениях долготерпелив, в гонениях неустрашим, в бранех противу козней диавольских силен. Душа его бывает украшена простотою и незлобием, мысль непорочностию и Божественною ревностию, сердце же исполнено тою любовию, о которой говорил Господь: «больши сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя» (Ин.15:13). От чего всегда он готов бывает пожертвовать жизнию своею ради Возлюбльшего ны и предавшего Самого Себя на смерть для спасения нашего; таковой любви сладостнейший жар беспрестанно воспламеняет его сердце. Сего же последствием бывают непрестанные моления, благоговейные коленопреклонения, всенощные бдения, внимательные чтения Священных книг, умственное попечение о небесном, беспрестанное прилепление мысли к Богу. Не могу, братие, описать все деятельные и умственные добродетели того человека, который, будучи подражателем Иисуса Христа, достиг до меры совершенства. Усладившийся токмо сею манною, и видя и уразумев, может свой высочайший возвести разум, узнать и объяснить сие превосходство, множество, изрядство и знаменитость добродетелей, каковые имеет совершенный человек. «Вкусите», рече Бог, «и видите, яко благ Господь» (Пс.33:9). Но душа моя, поколику нимало не причастилась сему, но есть алчна, нага и обнаженна всякой добродетели: убо я ни видел, ни познал, ниже могу по достоинству возглаголать о сем. Посему нисхожу долу: касаюсь, то есть, той трудности, с каковою сие небесное преуспеяние в Христианском совершенстве сопряжено.

Богочеловек Иисус, когда научал сему, чтобы раздавать все имение и быть Его последователем, и когда видел богатого князя весьма опечалившегося, тако изрек и утвердил, что поставил таковое совершенство для богатых весьма трудным делом. «Удобее есть», сказал, «вельбуду сквозе иглины уши проити, неже богату в царствие Божие внити» (Лк.18:25). И самые ученицы Его, не уразумев, что Учитель их не вообще о спасении беседовал, но частно — о совершенстве, ниже о сохранении заповедей, но о совершенной святости, подумали, что дело спасения есть дело невозможное, почему говорили: и «кто может спасен быти?» (Лк.18:26) Что же убо рекут о сем ученые люди нынешнего века? Что скажут ныне, услышав сей Евангельский глас: «еще единаго не докончал еси: вся, елика имаши, продаждь, и раздай нищим, и имети имаши сокровище на небеси, и гряди во след Мене»? (Лк.18:22) поелику ныне охладела вера, оскудело ревнование, попрана добродетель, угасла любовь: какого же ответа можно ожидать от уст нынешних человеков, кроме сего, что таковое дело превышает естественные силы и есть совершенно невозможно? И кто может быть, говорят, столько великодушным, что будучи богатым и славным, во всяком уважении и удовольствии живущим, согласится в одну минуту соделаться убогим, скудным и обстоятельствами нищеты угнетаемым? Кто имеет столько силы, сколько нужно есть для подражания и исправления вышеестественных добродетелей Господа Иисуса Сына Божия?

Людие! почто неразумием омрачаемся? Нет сомнения, что дело совершенства есть дело трудное, так как все важные, великие и чудные дела бывают трудны. Ибо какое величайшее здание, всенаилучшее и всеизящное, бывает без трудности? Какая победа многих мужественных и храбрых неприятелей не заключает многого поту? Какое бы было мудрое, истинное и совершенное знание без неудобопреуспеяния? Всякое дело сопряжено с трудностию, соответствующею его превосходству, изяществу, пользе и его употреблению. Без сомнения, трудное есть дело — Христианское совершенство; ибо есть высочайшее, превосходнейшее, Божественное и небесное. Претрудно есть, так как высочайшее, превосходнейшее, Божественное и небесное. Претрудно есть, так как Сам Спаситель наш подтвердил; однако Сей же Спаситель противное сему сказал, и решил недоумение, когда ученицы Его, почитая сие невозможным, говорили: и «кто может спасен быти?» (Лк.18:26) Он тогда, да не возмнят быти сие неудобным или невозможным, отдалил справедливое сомнение Своих учеников, почитавших сие невозможным, и реша их сомнительность, таким образом ответствовал им, яко невозможная силе человеческой возможна суть всемогуществу Божию. «Он же рече: невозможная от человек, возможна суть от Бога» (Лк.18:27). Пусть так, говорил, что человек своею силою не может совершить сего великого дела: но только бы человек захотел, — Бог, вся могий, может сие совершить, укрепляя его Своею благодатию, утверждая Божественною Своею силою и подая довольство ему к преуспеянию в сем деле. «И разделения действ суть, а Тойжде есть Бог действуяй вся во всех» (1Кор.12:6).

Ответ Господа Иисуса, данный Его ученикам, есть довольное доказательство к подтверждению сего, хотя бы и никакого мы не имели на сие примера; однако при сем, по содействию благодати Вседержителя Бога, тысячи тысяч и тьмы тем имеем примеров таковых людей, которые оставив все, что только ни имели, последовав Иисусу Христу и подражателями быв Божественным Его добродеяниям, на самом опыте невозможное показали возможным.

Первые из таковых, которые показали сие возможным и удобоисполнительным, были те же самые, которые прежде сие дело почитали за невозможное. Тако Петр не обинуясь предлагал Иисусу Христу: «се мы оставихом вся, и в след Тебе идохом» (Мф.19:27). И не мни, будто бы они оставили потому, что были убогие, и следственно малостоющие свои вещи удобно могли презреть: ибо убогий столько же печется и заботится о своей хижине, сколько богатый о своих палатах; столько старается о рубищах, сколько тот о светлообразных своих одеждах; столько о деревянных и глиняных посудах, сколько тот о златых и серебряных; столько хранит малые свои динарии, сколько и тот тысячи и тьмы своих пенязей, и никто не поверит сему, чтобы убогий любил своего отца или матерь, или братию, или сродников, или друзей своих менее, нежели богатый: сия любовь в равной степени бывает и в убогих и в богатых. Следует убо, что Апостолы столько же возлюбили Иисуса Христа, оставив ради Его сети, ладию, убогий дом, малое имущество, родителей, сродников, друзей, сколько и пребогатейший Ксенофонт, который ради любви ко Христу презрел многоценные сосуды, драгоценные вещи, палаты и все имение, раздав оное нищим, отшел в Палестинские обители, и тамо преподобно скончал жизнь свою, — сколько и великая Римская матерь, преподобнейшая Мелания, раздавшая нищим двадесять тысяч злата и сообитавшая с собранными ею девятьюдесять девицами, нищетствуя, раболепствуя им и всякий образ принимая пустыннической добродетели.

По Апостолах следует бесчисленное множество святых Мучеников. Между сими были люди всякого чина, возраста и поколения: военачальники, богачи, правители, почтенные мудрецы, благородные вельможи, министры царских дворцов, дети царские и самые цари: Логгин сотник, Феодор мудрец и изрядный воевода, Евстафий военачальник и богатством преизобиловавший, Артемий Дукс и Августалий, Сергий и Вакх знаменитые, Димитрий веры наставник, Григорий паче прочих благороднейший и воинскими почтенный достоинствами, Арефа правитель Нигра града во Ефиопии, Иаков знатный и славный министр Персидского царства, которого самый царь Исдигерд уважал, Гавдела сын Савория Персидского царя и наследник его престола. Не токмо же были мужеского полу, но и жены, и юные девицы, и обрученные в замужество; из числа таковых суть благородная и знатная первомученица Фекла, Екатерина царская дщерь и велемудрая Евфимия многославная, Василисса и Александра, царицы и супруги Римских царей, первая — Максентия, а вторая Диоклитианова, — и другие бесчисленные тысячи, яко песок морской и яко звезды небесные. Все сии ради любви Иисус Христовой не только оставили богатство, славу, честь, венцы, престолы, родителей, сродников и друзей и все свое имущество, но лютейшим себя самих предали мукам, излияли свою кровь и жизнию своею Ему пожертвовали.

Возведите теперь еще мысленные ваши очеса на Египетские пустыни, на Ливийские, Фиваидские, Пилуссийские, Понтийские и Иорданские: тамо узрите Павла Фивейского, Антония Великого, Харитона, Пахомия; узрите блаженных, Римского и Египетского, Арсения и Исидора, узрите Савву, Феодосия, Евфимия, Ефрема, и многочисленные лики пустынножителей. Тамо узрите и жен: Феодору, Иулитту, Марию, Пелагию, Евфросинию; тамо бесчисленное множество встретится очам вашим всякого чина людей. Все сии, слыша Евангельский Господний глас: «аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение свое, и даждь нищим, и имети имаши сокровище на небеси, и гряди в след Мене» (Мф.19:21), раздали все свое имущество нищим, оставили отечество, друзей, сродников, весь мир и вся яже в мире, и, да ничто воспрепятствует прилеплять им свою мысль единственно к Богу, отдалились в пустыни, в горы, в пещеры, в монастыри, в обители и, совершенно прилепившись к Богу, окончили жизнь свою в душевном и телесном целомудрии, в пощениях, в молитвах, в рыданиях, поживши на земли так, как живут на небеси Ангелы.

И хотя ныне немногие и малые таковые являются примеры; но поколику «Иисус Христос вчера и днесь Тойже и во веки» (Евр.13:8): видим доныне таковых мужей, которые ради любви Иисус Христовой и ради истинной веры вся, яже суть в мире, презрев, не приняв злочестивого учения, изливают свою кровь, предают свою жизнь на смерть, и венчаются мученическими венцами. Видим доныне таковых мужей, которые, желая Христианского совершенства, оставляют вся и причисляются в число пустыннических ратоборцев, древним подражая святым пустынножителям. Подтверждают сие доныне Богоспасаемые обители, сущие на горах Афонской и Синайской и в пустыне Палестинской.

Толикий убо имуще облежащий облак примеров истинных, неложных, видимых, кто сказать может, что дело совершенства есть дело невозможное? Но скажешь: есть весьма трудное. Так; истинно трудное. Для того-то премудрейший и человеколюбивейший Бог положился в сем на произволение каждого: «аще хощеши», сказал, «совершен быти» (Мф.19:21). Великий Богослов Григорий весьма разумно о сем так написал, что Божеские заповеди всякий непременно должен исполнять: ибо если кто нарушит оные, подвергается крайней опасности касательно спасения своего; но совершенство есть дело самопроизвольное и не необходимое для спасения, и кто восходит на высоту оного, имеет особенную честь и воздаяние, а кто не восходит, не лишается своего спасения. «Яже суть, — говорит, — нашего законоположения, потребна добровольне вчиняющимся, обаче ниже подлежат опасности. Не принуждения, но изволения требуют, яже хранят честь и воздаяние, а не опасность»11.

Без сомнения, есть сие трудное дело; но для того, что трудное, имеет и многократные воздаяния. Виждь же, как Бог чрез Пророка Исаию отличил совершенных от несовершенных, и воздаяние совершенных от мзды несовершенных. «Сия глаголет Господь кажеником, елицы сохранят субботы Моя, и изберут, яже Аз хощу, и содержат завет Мой» (Ис.56:4). Се характеры совершенных! Они суть каженики, то есть, девственники; они сохраняют субботы Господни, то есть, чуждыми пребывают от всякой злой вещи; они содержат завет Господень, то есть, со всякою ревностию всегда хранят заповеди и оправдания Господня. Они также самопроизвольно избирают то, что хощет Бог: «и изберут яже Аз хощу». Чего же требует от нас Бог? «Будите убо», говорит, «совершени, якоже Отец ваш совершен есть» (Мф.5:48). Внемли же и характерам несовершенных: «и вся снабдящия субботы Моя не оскверняти, и держащия завет Мой» (Ис.56:6). Чуждыми бывают и сии всякого греха, и не замарывают себя нечистыми делами; содержат и сии завет Господень, то есть, охотно исполняют все Божеские заповеди, так как и совершенные; но чужды суть добродетели целомудрия, недостает в них произвольного избрания быть совершенными. Описывая же мзду совершенных и несовершенных явственно показывает преизбыточество первых, хотя и последних сынами и дщерями называет Своими. «И дам”, говорит о совершенных, «им в дому Моем, и во ограде Моей место именито, лучшее от сынов и дщерей, имя вечно дам им, и не оскудеет» (Ис.56:5). О несовершенных же тако глаголет: «введу я в гору святую Мою, и возвеселю я в дому молитвы Моея» (Ис.56:7).

И так, о вы, блаженные и преблаженные человецы, избранные сосуды, обиталища Божественной благодати, живые изображения Божеского совершенства, велегласные трубы Божеской святости, вы, говорю, которые возвели ум ваш от земли и земных, вся в тщету вменив, которые взяв Крест Господа Иисуса и Ему усердно последовав, ходили по земле яко бесплотнии и яко Ангелы во плоти сущие, жительствовали не сами, но Христос в вас; вы, которые, имуществом, кровию, жизнию и всем Христу пожертвовав сподобились мученической смерти, которые, избрав уединенную жизнь, преподобно и праведно совершили течение своей жизни: блажени есте и паче всех преславнии! Для вас в дому Божием, во ограде небесного Иерусалима, в селениях Господних, возлюбленных и вожделенных, изготовлено есть место именито, то есть, наслаждение Божественной славы, паче прочих чад Божиих, и имя ваше есть имя преславное: мученицы, то есть, Христовы и преподобнии; и таковое имя есть имя вечное, никогда неувядающее, но пребывающее в нескончаемые веки веков. «И дам им», — тако вещает Бог, — «в дому Моем и во ограде Моей место именито, лучшее от сынов и дщерей, имя вечно дам им, и не оскудеет» (Ис.56:5).

Но и вы блажени есте, братие, которые уклонились от всякой неправды, и не окаляли душу вашу нечистотою греховною, — вы, которые всячески храните заповеди Господни; для вас отверста дверь неба, приуготовлена гора Божия святая, святой Сион: внидите ту, и возрадуетесь радостию вечною. Тамо, в дому Господни, идеже непрестанно приносятся моления святых, Ангельские славословия, вселит вас Господь: «введу я в гору святую Мою, и возвеселю я в дому молитвы Моея».

О коль же, напротив, те будут несчастливы и скорбны, кои исполнены суть лукавства, беззакония, греха, нераскаяния! Чужды они будут радости, чужды Божественной славы, прогнаны от лица Божия: «отступите от Мене», скажет Бог, «вси делающии беззаконие!» (Пс.6:9) Господи милости! щедротами единородного Сына Твоего избави ны от сего страшного и горестного отвержения! Аминь.

38.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Колоссаям, читаемый в тридцатую неделю (Кол.3:12-16)

Чтенным в прошедшую неделю учением совлек нас Апостол Божий « ветхаго человека с деянми его »: ныне же проповеданным учением облек нас « в новаго, обновляемаго в разум по образу Создавшаго » (Кол.3:9–10). Как тогда научил он, кто такой есть ветхий человек, показав составляющие его грехи: так ныне проповедал, кто такой есть новый, показав добродетели, из коих он образуется и составляется. А таким образом преблаженный Апостол, описывая добродетели Святых, и облеченных в нового человека представляя в ризы позлащенные одеянными и преиспещреными, тем самым во всякой душе возбуждает желание облечься в таковое небесное одеяние. Похваляя увещевает, увещевая убеждает, убеждая же привлекает к исполнению добродетелей. Показывает, какая добродетель, имея первенство пред другими, возводит на совершенство, какой нужно восседать яко судии и подвигоположнику, какой добродетели исполнение имеющее в себе и премудрость, должно обитать всегда в сердцах наших, и каким образом должно нам учить и вразумлять самих себя. Блажен тот человек, который запечатлеет в уме своем сие Апостольское учение, и поспешит всеми силами своими исполнить то, чему оно поучает. А Поелику те учения удобно напечатлеваются в уме нашем, кои совершенно мы понимаем, для сего потщимся изъяснить предлежащие словеса: вы же, слушатели, попекитесь не только запечатлеть оные в уме вашем, но и исполнить то, что в них содержится, да сподобитесь той славы и блаженства, кои уготованы от Бога хранящим оные.

Кол.3:12. Братие, облецытеся якоже избраннии Божии, святи и возлюбленни, во утробы щедрот, благость, смиренномудрие, кротость, долготерпение.

Восхваляя увещевает всеславный Апостол. Но ежели Колоссаи были избранные, Святые и возлюбленные Божии, то почему завещевает им, чтобы были милосерды, благи, смиренномудры, кротки и долготерпеливы? кто не имеет сих добродетелей, тот не есть ни избранный, ни Святой, ни друг Божий. Поелику убо они были таковы, как сам он говорит, то никакой нужды не имели в таковом увещании. Таковы подлинно они были со стороны Божией: потому что Бог избрал их по оному: « Аз избрах вы от мира » (Ин.15:19). Бог освятил их по ходатайству единородного Сына Своего, Который молился, говоря: « Святи их во истину Твою. За них Аз свящу Себе, да и тии будут священи воистинну » (Ин.17:17:19). Бог соделал их другами Своими по оному: « вы друзи Мои есте » (Ин.15:14). Были они избранные и Святые, и возлюбленные Божии, со стороны Его таковыми соделавшись благодатию Святого Крещения. Однако ж надлежало, чтобы они и со стороны своей посредством Богоугодных дел таковыми соделались. Завещевает убо им Божественный Апостол, а чрез них и всем нам, во Христа верующим, дабы мы как со стороны Божией есмы избранные, святые и возлюбленные, так и по добрым нашим делам явились достойными избрания, святости и любви той, которую оказал нам Бог. Заметь здесь, сколь приличествует предлежащей цели Апостольской переносное речение сие: « облецытеся ». Как светлые одежды украшают тело, так и светлость добродетели украшает дух: и как тело когда обнажится одежд, является гнусным и безобразным: так и душа когда лишится добродетелей, бывает гнусною и безобразною. Сию самую переносную речь употребил и Царе-Пророк Давид, говоря о Господе: « Господь воцарися, в лепоту облечеся, облечеся Господь в силу, и препоясася » (Пс.92:1). Завещав же предреченные добродетели, завещевает потом хранить и другие две добродетели, кои от реченных оных происходят и рождаются. Говорит убо:

Кол.3:13. Приемлюще друг друга и прощающе себе, аще кто на кого имать поречение: якоже и Христос простил есть вам, тако и вы.

Речение: « дарствующе », значит прощающе, и подобно оному, « дадите ми неправду сию » (2Кор.12:13), то есть, простите. А сие « себе », положил вместо «друг другу», как и у Евангелистов: « глаголюще к себе » (Мк.10:26), то есть, друг к другу: и « прежде бо беста вражду имуща между собою » (Лк.23:12), то есть, друг с другом. Почему тем « приемлюще друг друга », завещевает иметь снисхождение и терпение, а сим « прощающе себе », прощение друг другу погрешений. « Аще кто », говорит, « на кого имать поречение ». Ежели имеешь причину винить ближнего твоего, что погрешил он против тебя, то снеси и прости ему прегрешение его. Заметь же, что один милосердый, благий, смиренномудрый, кроткий и долготерпеливый имеет сии две великий добродетели, то есть, снисхождение и расположение к прощению: а немилосердый, злой, гордый, гневливый и вспыльчивый не сносит и не прощает другим погрешения. Посему-то во первых завещал « утробы щедрот, благость, смиренномудрие, кротость и долготерпение » (Кол.3:12), а потом « снисхождение и прощение ». А чтобы убедить к исполнению сих двух добродетелей, то представляет пример Иисуса Христа: « якоже и Христос простил есть вам, тако и вы ». Как, говорит, Иисус Христос терпеливо понес безумные клеветы и хулы Иудеев, и простил грехи распявших Его, так и вы сносите и прощайте погрешения других. Послушай же, какой добродетели дает Он первенство, поучая, что она есть союз совершенства.

Кол.3:14. Над всеми же сими стяжите любовь, яже есть соуз совершенства.

Сие « над всеми же сими облекитеся в любовь », – вместо того, чтобы сказать, пред всеми другими добродетелями преимущественно и по особенной причине вложите в сердце ваше любовь. Благословно и праведно сказал так, потому что любовь есть первая и великая заповедь. Она есть исполнение закона и основание Евангельского нравственного учения. Почему же говорит, что она есть « соуз совершенства »? Потому что духовное совершенство не иное что есть, как стечение и исполнение всех добродетелей: все то есть добродетели вместе сошедшись составляют совершенство души. Ежели посмотришь на всякую добродетель, то увидишь, что она произрастает или от любви к Богу, или от любви к ближнему. Не можешь найти добродетели, которая бы не имела начала своего от любви. Ибо всякое дело, не имеющее началом и корнем своим любовь, есть ничто, есть лицемерие и ложь, хотя кажется добродетелию (1Кор.13:3). Почему как все ветви от ствола дерева произрастая, стволом связуются: так и все добродетели от любви происходя, оною связуются. По сей убо причине сказал Апостол, что любовь « есть соуз совершенства ». А после завещания о любви поучает и о мире, говоря:

Кол.3:15. И мир Божий да водворяется в сердцах ваших, в оньже и звани бысте во едином теле, и благодарни бывайте.

Мир имеют часто и злые люди, согласны бывая в делании злых дел: но таковый мир есть мир мирской и вредный. Мир же Божий есть духовный и спасительный. Посему-то сказал, « мир Божий », чтобы различить оный от мирского и вредного мира. Но где любовь, там есть и мир. Почему убо предписав нам облещись в любовь, завещевает, да водворяется в сердцах наших мир? Потому что часто от безрассудной любви один другого обвиняет, и один на другого жалуется (Смот. Злат. в он. месте). Часто любят друг друга два брата или два друга, но Поелику мысли их различны, то не престают один другого обвинять, и один другому сопротивляться, почему не имеют мира, хотя и любят друг друга. Что же значит сие « да водворяется, да владычествует в сердцах ваших »? Владычествователями или судьями, мздовоздаятелями назывались те, кои на Еллинских подвижничествах судили, кто были достойны наград, и достойным оные раздавали, как надлежало. Поставил убо премудрый Павел в сердцах наших судилище, завещав, да седит на оном мздовоздаятельный судия – мир. Каким же образом мир судит и награждает, и кто суть подвизающиеся и награждаемые? Ежели, например, обесчестит тебя кто, тотчас восстают в таком случае два подвижника, то есть, помысл отмщения и помысл терпения. Один борется, говоря, сделай отмщение обесчестившему тебя: а другой противоборствует, говоря, претерпи и прости согрешение. Подвизаются равно они оба, да победивши приимут награду. Почему ежели мир Божий седит в сердце твоем, яко судия и мздовоздаятель, то Он осуждает помысл отмщения, и судит достойным награды помысл терпения и прощения, осуждает помысл омщательный, и награждает терпеливый и прощательный. Почему же не сказал, да победит помысл мира, но сказал да владычествует? потому что не восхотел положить в чине борющихся Божественный и неборимый мир, но дал оному достоинство и честь, поставив его судиею и воздаятелем между двумя помыслами, благим и злым. Для сильнейшего изражения сказал то, да владычествует, дабы слышащие сие поставили мир владыкою над помышлениями сердец их. Убеждает же к сему и другим доказательством, говоря: « в оньже и звани бысте во едином теле ». В оный, говорит, мир Божий призвал вас Иисус Христос, поставив всех единым телом. Как будет состоять тело, ежели не в мире будут члены его, но сопротивляются друг другу и борются? Где нет мира, там последует разлучение и разделение. Поелику убо сподобились вы быть единым таинственным телом, имеющим главою Самого Иисуса Христа, то мир имейте, « и благодарни бывайте », то есть, приносите Ему и словами и делами благодарение. Сказав же сие о Божественном мире, преходит к завещанию другой добродетели, к завещанию о Слове Божии.

Кол.3:16. Слово Христово да вселяется в вас богатно, во всякой премудрости: учаще и вразумляюще себе самех во Псалмех и пениих и песнех духовных, во благодати поюще в сердцах ваших Господеви.

Слово Христово суть словеса Святого Евангелия, Богоносных Апостолов и Божественных Пророков. Как же вселяется в нас Слово Божие во всякой премудрости? Слушанием Божественных Писаний, чтением и поучением в оных. Когда мы часто и прилежно в оных поучаемся, тогда и память наполняется, и ум обогащается, сердце отрыгает и уста изливают обильные струи Божественного учения. А Поелику некоторые с надмением и своемыслием занимаясь Божественными Писаниями впадают в пагубные ереси, другие же без понятия и без рассудка оные читая, и не различая заповедь от совета, делаются суеверными и сожженными « своею совестию » (1Тим.4:2); посему сказал, « во всякой премудрости », то есть, чтобы мы со всякого рода мудростио, и с духовною, и со схоластическою, с благоговейным расположением читали и рассматривали Божественные Писания, и чтобы от оных научались как сами, так и других бы учили. А Поелику есть и песни мирские, то есть, такие, кои возбуждают похоти суеты мирские и вожделения плоти, посему сказал: « песнех духовных ». Сие же « во благодати », значит с удовольствием и с духовною готовностью, а не со скукою и неприятностию, или нерадением. Приложил же и сие « в сердцах », дабы научить, что не только устами, но и духом надлежит нам воспевать и славословить всеблагого Бога. Сими убо словами научает Апостол, во-первых, тому, чтобы мы почасту со всяким благоразумием занимались Божественными Писаниями, дабы таким образом богатно вселялось в нас Слово Божие; во-вторых, чтобы от Божественных Писаний наставляли и вразумляли как самих себя, так и других; и в-третьих, чтобы с охотою и благодарностию не только устами, но и сердцем приносили Богу песни и славословия.

Беседа о пользе от поучения в Божественном Писании

Чтенное ныне Апостольское увещание, мужие братие, есть духовный рай, имеющий цветы благовоннейшие и плоды краснейшие и душеспасительные. Входящие в оной инде обоняют всесладостное благовоние милосердия, инде чувствуют приятнейшее испарение благости; здесь видят красоту смиренномудрия, там – благолепие кротости; в ином месте открывается им польза долготерпения, высота любви, а в другом удивляются величеству мира. Инде познают, что Слово Христово есть рай, и видят, коликая благодать проистекает от песнословия и славословия Божия. Все в раю сем усладительно, все веселит, все привлекает и пользует. Но чтенные ныне Богопроповеднические наставления содержат часть только всего духовного рая. Ибо весь таковый рай заключается во всем вкупе Божественном Писании. Почему тот входит в весь рай сей и, проходя его весь, наслаждается всеми в нем благами, кто поучается всем Божественным словесам, в Писании оном содержащимся. По сей убо причине Божественных Таин провозвестник столь выразительно завещевает поучаться словесам Христовым, сказав: « слово Христово да вселяется в вас богатно, во всякой премудрости » (Кол.3:16).

Доколе человек пребывал в состоянии безгрешном, дотоле жилище его было земной рай. Имея тогда он чувства свои чистые от всякой страсти душевной и телесной, видел Бога и удостаивался собеседования с Ним; видя же Бога, не имел нужды в догматах, научающих его тому, что есть Бог; видя Бога, видел в Нем все добродетели и совершенства: почему не имел нужды во многих заповедях и советах, чтоб научиться добродетели и совершенству. Когда же преступив едину заповедь, которую дал ему Бог для испытания самовластного его произволения, соделался страстным, и изгнан был из рая; тогда не видя Бога, не видя добродетелей и совершенств Божиих, помрачившись, как слепой ходил, не ведая куда идет. Ходил к тварям, думая, что приближается к Творцу, тек по стремнинам греховным, думая, что ходит по пути добродетели. Сей мрак погрузил его в бездну идолослужения и низверг во глубину греховную. Бог, имея милость бесконечную и милосердие беспредельное, умилостивясь к человеку и умилосердясь к нему, устроил другой земной рай, насадивши в нем учения, заповеди и советы, дабы всякий входящий в оный видел от учений, что есть Бог, от заповедей, что есть зло и что добро, а от советов, что составляет совершенство человека. Открылось же устроение сего второго рая не вкупе с потерею первого, но по истечении многих лет. Ибо во первых сошед Бог на гору Синайскую, дал письменный Закон, потом послав просвещение Святого Духа на Пророков, произглаголал чрез оных Божественные свои хотения. А Закон и Пророки были как бы преддверием и основанием нового рая. « Егда же прииде кончина лета, посла Бог Сына Своего, раждаемаго от жены, бываема под законом » (Гал.4:4). Который проповедав Евангелие и наитием Святого Духа на учеников Его, подав им силы проповедать оное во всей вселенной, совершил все строение сего второго рая. И вот здесь вещь достойная замечания: Бог как насадил первый рай « во Едеме на востоцех » (Быт.2:8), так на востоке открыл и второй рай, в Синае дав закон, и во Иерусалиме Евангелие.

Какую же доставляет пользу сей новый рай? Пользует он уму, пользует сердце, пользует душу того, кто входя в оный тщательно все в нем рассматривает. Любопытный ум беспрестанно любопытствует и никогда не успокаивается, доколе не удостоверится в том, что познал он истину. Видя телесными очами небо и землю, и все в них содержащееся, желает знать, кто есть Творец того. Исследывает системы философов, и видит, что иной полагает творцом всех тварей атомы, то есть, неразделимые самомалейшие тела, не имеющие ума, души и чувств, другой говорит, что начало и вина всего мира есть судьба и случай, кои суть ничто, и не существуют, или только суть слова, а более ничего. Другой еще, хотя видит, что ничего нет без начала и вины, но учит, что мир есть безначален. Таковые учения ум находя недоказательными, нетвердыми, неимоверными, и невозможными, не останавливается и не успокаивается на оных. Но если уверует, что в книге Божественного Писания писаны словеса Божии, и поучаться оным будет, то найдет в оных решение сомнения своего, и успокоится.

Первые слова на странице первой Священного Писания поучают, кто есть Творец неба и земли, четырех стихий и всех тварей. « В начале », говорит оно, « сотвори Бог небо и землю » (Быт.1:1). Вкупе же с землею сотворил воздух и воду. « И Дух Божий ношашеся верху воды » (Быт.1:2). Он рек: « да будет свет: и бысть свет » (Быт.1:3). Он рек: « да прорастит земля былие травное » (Быт.1:11). И тотчас произросло все, что видишь ты произрастающим, цветущим и плодоносящим на земли. Он рек: « да будут светила на тверди небесней » (Быт.1:14). И тотчас произошли солнце и луна, и все звезды небесные. Он рек: « да изведут воды гады душ живых, и птицы летающия по земли » (Быт.1:20). Он рек: « да изведет земля душу живу по роду » (Быт.1:24). И тотчас произошли киты великие, гады и птицы, четвероногие насекомые и звери, и все прочие роды животных. Он рек: « сотворим человека по образу Нашему и по подобию » (Быт.1:26). Сотворил же человека, дав ему ум и дух и слово. Отсюда убо всякий, кто занимается Божественным Писанием, научается, что Бог есть Творец неба и земли, и всех содержащихся в оных тварей. Усмотря же, что сотворил Он все единым повелительным словом, удостоверяется, что Творец есть Всесилен. Видя еще бесчисленное множество тварей, многоразличные роды, приятнейшие красоты, различные движения, чудеснейший союз их между собою, непременяемые законы всех созданий, познает, что Творец не только есть Всесилен, но и Премудр. Читает в Божественном Писании господствование и обладание, которое дал Бог человеку, сказав: « и да обладает рыбами морскими, и птицами небесными, и всеми скотами, и всею землею, и всеми гадами пресмыкающимися по земли » (Быт.1:28). Поелику еще узнает, что Богу никакой в том не было нужды, но сотворил сие по единой Своей благости, милости и человеколюбию, то справедливо отсюда заключает, что Создатель твари есть не только Всесилен и Премудр, но и Преблаг, и Премилосерд, и Человеколюбивейший.

Новый Завет открыл яснее, нежели Ветхий, кто есть Творец всего. Ветхий Завет учит, что Бог сказал: « сотворим человека по образу Нашему и по подобию » (Быт.1:26): означив множественным глаголом сим, сотворим, Триипостасие и единство Божества. Представляет же и образ Божий, дабы от образа уразумел ты образуемого. Образ, то есть человек, един есть, судя по естеству, но имеет ум, слово и волю: так и первообразный, то есть, Бог, един есть по естеству и Троичен в Лицах, Отец, Сын и Святой Дух. Если же посмотрим в Евангелие, то найдем в оном ясное и открытое учение о Триипостасном Божестве. « В начале бе Слово », говорит Евангелие, « и Слово бе к Богу, и Бог бе Слово » (Ин.1:1). Слово же есть « Единородный Сын, сый в лоне Отчи. Дух истины, Иже от Отца исходит » (Ин.1:18:15:26). Вот Отец безначальный, и Сын от Отца рожденный прежде всех век, и Пресвятой Дух от Отца исходящий, со Отцем и Сыном спокланяемый и сславимый. Три Лица, и един Бог. « Слыши Исраилю », сказал Бог в Ветхом Завете, « Господь Бог наш Господь един есть » (Втор.6:4): сими словами Господь, Бог, Господь – Триипостасие, а сим, Един, единство Божества показав. В Новом же учит: « шедше убо научите вся языки, крестяще их во имя Отца и Сына и Святаго Духа » (Мф.28:19). « Трие суть свидетельствующии на небеси, Отец, Слово и Святый Дух » (1Ин.5:7). Когда таким образом поучаешься в Божественном Писании, тогда воссиявает в уме твоем свет и благодать, от которой научаешься всему о Творце твари. Таковое же святое поучение составляет утешение, услаждение, успокоение, и истинную пользу для ума. Посему Царе-Пророк, который поучался всегда в Законе Божии, воспевал велегласно: « коль сладка гортани моему словеса Твоя, паче меда устом моим » (Пс.118:103).

« От сердца человека исходят помышления злая » (Мф.15:19). От оного исходят лукавый помысл гордости. Сей меня надмевает, возносит, и наполняет смрадом. Почему и почитая себя выше других, желаю первенств, честей и поклонений себе. Замечаю и дела и слова и мановения людей. Подозрение же презрения к себе возмущает всегда сердце мое. Но когда открою Священное Писание, то нахожу в оном врачевство сей немощи моей. Ветхий Завет говорит мне, памятуй, что, « земля еси, и в землю отидеши » (Быт.3:19). « Господь гордым противится, смиренным же дает благодать » (Притч.3:34). А Новый учит, говоря: « всяк возносяйся смирится: и смиряяйся, вознесется » (Лк.14:11). Отрыгает сердце зависть, которая снедает меня, как снедается воск от лица огня, вражду, которая повреждает, как повреждает ржа железо, и стремление ко мщению, которое смущает, как возмущают корабль сильные ветры. Гражданские книги и учение мирское ни зависть не исцеляют, ни вражду не искореняют, а дух мщения возжигают. Ежели поучаешься в Божественном Писании, то в оном находишь бальзам для немощей сердца нашего. Там видишь, что зависть Каина убила брата его Авеля, и зависть Иудеев предала на смерть Спасителя мира (Мф.27:18). Там читает, что « не любяй брата своего, пребывает в смерти » (1Ин.3:14). Там узнаешь, какой грех есть ненависть, и коликой вред она делает: « всяк ненавидяй брата своего, человекоубийца есть: и весте, яко всяк человекоубийца не имать живота вечнаго в себе пребывающа » (1Ин.3:15). Там находишь удостоверение, что не имеешь ты власти отмщевать причинившим вред тебе, ибо Бог восприемлет Себе отмщение за тебя, и Он наказует обидевших тебя. « Мне отмщение, Аз воздам, глаголет Господь » (Рим.12:19). Сии небесные врачевства уничтожают горечь зависти, тяготу вражды и мятеж мщения, исцеляют язвы сердца твоего, и исполняют оное тишиною и радостию духовною. Поучение в словесах Божиих не только врачует, но и предохраняет сердце от грехов. « Закон Бога в сердце его, и не запнутся стопы его » (Пс.36:31).

Не токмо же от всякого греха, но и от всякой скорби, и от всякого страха и страсти сильные врачевства Божественное Писание в себе содержит. Посему и Пророк Божий во время скорбей и нужд своих прибегал к поучению во Святом Писании: « скорби и нужды обретоша мя, заповеди твоя поучение мое » (Пс.118:143). Приходят дни скорби или от потери имения, или от смерти родственников, или от нападений вражиих. Часто обстоятельства скорбей столь велики и сильны бывают, что мы нигде не находим утешения. Прибываем к покровителям, но в них находим отвращение, или много слов, а на деле ничего. Просим друзей, но счастливым все люди друзья, а несчастным ни самые родные. А ежели сродники и печалятся о несчастии нашем, то помочь не могут. Почему мы скорбим чрезвычайно, и страдаем горестно, но утешение ни откуда нам не является. Если же открываем Божественное Писание, там находим утешение сердцу нашему; ибо там слышим Бога глаголющего: кто скорбит, тот « воззовет ко Мне, и услышу его, с ним есмь в скорби, и изму его и прославлю его, долготою дней исполню его и явлю ему спасение Мое » (Пс.90:15–16). Слышишь ли; во время скорби твоей Бог всемогущий, всеблагий, и всеблагоутробнейший с тобою есть. Обещается же, что, когда призовешь ты Его в помощь, тогда не только избавит тебя от скорби твоей, но и прославит тебя за терпение твое, и в награду готовит тебе жизнь многолетную и спасение душевное.

Какое другое обстоятельство горестнее обстоятельства смерти? и одно воспоминание о смерти наводит людям скорбь и страх. Печаль, что лишаемся настоящей жизни, и страх будущего состояния мучение производят неописанное. Скорбь же и страх, объемлющие нас в час смерти, ни друзья, ни сродники, ни князи, ни правители, ни цари, и ниже весь мир укротить не могут. Единое памятование словес Божиих и сильную скорбь укрощает, и мучительный страх прогоняет. Ежели тогда приведешь на мысль сии слова: « веруяй в Мя, аще и умрет, оживет » (Ин.11:25), то отбежит печаль: и ежели вспомнишь сии: « яко Христос Иисус прииде в мир грешники спасти » (1Тим.1:15), то удалятся от тебя ужасы смерти. Если же в покаянии и умилении возопиет яко разбойник на кресте: « помяни мя, Господи, егда приидеши во Царствии Твоем » (Лк.23:42), то престанет быть отчаяние спасения, и войдет в сердце твое упование насладиться Царствием Божиим, и радость войдет Господня. Кто же другой в час смерти помышляет о словесах Господних, разве тот, которой всечасно поучается оным?

Посмотри же, коликую пользу приносит и душе поучение в Божественных словесах. Все в мире вещи суть уметы, дым и ветр, суть тень и грезы, они никакой не приносят пользы душе. « Кая бо польза человеку, аще приобрящет мир весь, и отщетит душу свою? Или что даст человек измену на души своей? » (Мк.8:36–37) Польза бессмертной души нашей состоит в наслаждении Царствием Божиим. Душу же удобовмещающею Царствие Божие соделывают вера правая, отвращение от греха и хранение добродетели. Но кто другой кроме Святого Писания научает нас православным догматам веры, открывает срам и вред греховный, славу же и пользу добродетели? Кои не просвещены светом Богодухновенных книг, или до предания оных не просвещены были непосредственно самим Богом, как то праведные до закона бывшие, те поклонялись солнцу, огню, животным, каменным и деревянным истуканам, поклонялись всеокаяннейшей твари вместо Творца. Кои лишены были сего Божественного света, те боготворили страсти, как то прелюбодеяние и отцеубийство в лице Юпитера, пьянства в лице Бахуса, студодеяние в лице Венеры, сребролюбие в лице Меркурия, кровопролития в лице Марса. Видим же и ныне, что те, кои презрели Божественные Писания соделавшись без веры, простерли убийственные руки не только на своих единоплеменных, но и на Самого Отца – Царя своего: вымыслили системы ложные и самые коварные, обещевающие хотя свободу, но производящие рабство, возмущение и безначалие, от коего бывают все злострадания: они впали в неслыханную гордость, ища восстановить всю вселенную, дабы господствовать ею, обольщают всяким притворством, и всяким образом, похищают неправедно чуждое, грабят бесстыдно с дерзновением и похвальбою: и кто довольно может описать злодействия, кои они производят? До такового состояния доходят все, кои презирая Божественные Писания погружаются во глубины нечестия.

Господи Боже мой, бесконечно человеколюбие Твое, неизмерима милость твоя к человеку. Грех изгнал нас из рая, и лишил того, чтобы видеть тебя и слышать Божественный глас Твой, низринул нас во тьму и в бездну зол: но Ты уготовал другой рай, Божественные Писания, дабы мы в оных видели черты Божества Твоего, и слыша в оных спасительное Слово Твое просвещались тем, и избавлялись от зол вечного мучения. Они суть свет ума нашего: « зане свет повеления Твоя на земли » (Ис.26:9). Они суть успокоение и веселие сердца: « оправдания Господня права, веселящая сердце » (Пс.18:9). Они суть жизнь души и спасение. « Глаголы, яже Аз глаголах вам, дух суть и живот суть » (Ин.6:63). Посему в Ветхом Завете Господь повелел всегда оными заниматься, сказав: « и да будут словеса, яже Аз поведаю тебе днесь, в сердце твоем, и в души твоей: и да накажеши ими сыны твоя, и да возглаголеши о них седяй в дому, и идый путем, и лежа и востая » (Втор.6:6–7). А в Новом завещал то, говоря: « испытайте Писаний, яко вы мните в них имети живот вечный » (Ин.5:39).

Но повинуемся ли мы сим Божественным повелениям? Некоторые ответствуют, говоря: мы не занимаемся чтением Божественных Писаний потому, что не понимаем смысл в оных содержащийся. Но во-первых, не все во Святых Писаниях неудобопонятно. Ибо кто не понимает сего: « возлюбиши Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею мыслию твоею. Возлюбиши искренняго твоего, яко сам себе» (Мф.22:37:39). « Не прелюбы твори: не убий: не укради: не лжесвидетельствуй: чти отца твоего и матерь твою »? (Лк.18:20) А во-вторых, потому-то наипаче надлежало и заниматься оными почасту, потому, то есть, что непонятны. Что делает прилежный ученик, когда не понимает смысл учебной книги? Закрывает ли книгу, и совсем не смотрит в оную, не надеясь понять? Нет, но тогда наипаче много раз прочитывает оную, повторяя и то, что писано выше, и что потом после непонятного оного места, ищет толкователей, вопрошает учителей, и употребляет все усилия к тому, чтобы понять мысль читаемой книги. Ежели и вы делаете то же, когда читая святые книги, встречаете неудобопонятности, тогда неудобства разрушаются, и непонятный смысл делается понятным. Тогда и Сам всещедрый Бог, видя желание и усердие ваше, посылает вам просвещение к уразумению того, что неудоборазумеваемо, посылает вам учителя и толкователя, как послал Филиппа Евнуху, который толикую имел охоту к чтению Божественных Писаний, что и в пути, сидя на колеснице, читал « Пророка Исаию » (Деян.8:30), хотя и не понимал, о ком Пророк говорит. Бог же, видя его желание и усердие, послал к нему Филиппа, который истолковал слова Пророческие, и разрешил сомнение. Почему просветившись умом Евнух, уверовал во Иисуса Христа, и крестился от Филиппа.

Другой говорит: как могу я, будучи безграмотен, читать Писания и поучаться в оных? Хотя не имеешь ты, брате, сведения грамотного, но имеешь орган слуха. Господь же и слышащих слово Его, и хранящих оное ублажил: « блажени », сказал, « слышащии Слово Божие и хранящии е » (Лк.11:28). Читаются в церкви Божественные Писания вечер и утро и полудне. Да не нерадиши убо, но почасту приходи в церковь. Вшедши же в оную, не дремли, и не позволяй уму твоему носиться туда и сюда, но пригвозди оный к слушанию слова Божия: а вышедши оттуда, занимайся тем, что слышал, дабы то запечатлелось в памяти твоей и взошло в сердце твое. Царе-Пророк Давид день тот, в который пребывал во дворех дома Господня, предпочитал тысячам других дней жизни своей. « Яко лучше », говорит он, « день един во дворех Твоих паче тысящь » (Пс.83:11). А о поучающемся день и ночь закону Господню, сказал: « и в законе Его поучится день и нощь. И будет яко древо насажденное при исходищах вод, еже плод свой даст во время свое, и лист его не отпадет, и вся елика аще творит, успеет » (Пс.1:2–3). Премилосердый Боже, даждь нам желание к поучению в Божественных Твоих словесах, щедротами Единородного Твоего Сына, с Ним же благословен еси во веки веков. Аминь.

39. В неделю 31-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.18:35-43)

Слепец, упоминаемый в нынешнем Евангелии, имел поврежденные телесные очеса плотским недугом: мы имеем ослепленные душевные наши очи от произвольных прегрешений. Тот не мог видеть сущего на земли, мы не взираем на небо. Однако сей слепой, услышав, что Иисус Христос проходил тем путем, где он находился, немедленно с великим усердием просил просвещения своих очей, велегласно взывая: «Иисусе сыне Давидов, помилуй мя!» (Лк.18:38) Мы же хотя веруем, что Сам Иисус Христос пред нами бывает всегда, хотя говорим: «предзрех Господа предо Мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся» (Пс.15:8), — нимало однако не печемся о оставлении грехов наших, ниже взываем душевно: помилуй ны, Сыне Давидов! Поревнуем, братие, теперь слепцу, призовем и мы усердно, якоже и тот, воззовем и мы: Иисусе Сыне Давидов, помилуй ны, отверзи душевные наши очеса, да узрим чудная Твоя и, познав могущество Твоего нынешнего Евангельского гласа, непреклонно пойдем блаженным путем святых Твоих деяний!

Лк.18:35. «Во время оно, бысть егда приближися Иисус во Иерихон, слепец некий седяше при пути прося.»

О таковом слепца состоянии, с прочими обстоятельствами, повествуют также и другие два Евангелиста: Матфей, то есть, и Марк. Но Матфей пишет, что было два слепца, просвещенных Господем Иисусом: «и се два слепца седяща при пути» (Мф.20:30); убо противоречащими себе кажутся святые Евангелисты. Если рассмотришь, что Марк о том пишет, когда Иисус, исходя от Иерихона, обрел слепца, седящего на пути: «и исходящу Ему от Иерихона, и учеником Его, и народу многу, сын Тимеов Вартимей слепый седяше при пути» (Мк.10:46), Лука же упоминает о том времени, когда Иисус, приближившись к Иерихону, хотел внити в оный, и обрел тогда слепца седящего на пути: «бысть же егда приближашеся Иисус во Иерихон, слепец некий седяше при пути»: без сомнения признаешь, что не один, а два были слепца, из коих одного, о котором упоминает Марк, обрел на пути Господь Иисус, исходя от Иерихона; а другого, о коем повествует Лука, — входя в сей град Иерихон. О имени одного Лука не упомянул, а другого имя Марк показал, говоря: «сын Тимеов Вартимей». И так Матфей, который и прежде Марка, и прежде Луки написал свое Евангелие, упомянул в своем повествовании о двух слепцах, поколику сие с обоими случилось; но Марк после описал случившееся с одним только, так как и Лука — с другим, говоря: яко слепец сей «седяше при пути», — просил милостыни.

Лк.18:36-37. «Слышав же народ мимоходящь, вопрошаше: что убо есть сие? Поведаша же ему, яко Иисус Назарянин мимоходит.»

Совершенно сей человек был слеп. Ибо не видел ни Иисуса Христа, ни множества народа, проходящего тем путем, где он сидел; но только шум и вопль народа, следовавшего за Христом и сим путем проходящего, услышав, вопрошал: «что есть се?» Находящиеся же близ его сказали ему, яко Иисус Назарянин мимоходит.

Лк.18:38-39. «И возопи, глаголя: Иисусе Сыне Давидов! помилуй мя. И предъидущии прещаху ему, да умолчит: он же паче множае вопияше: Сыне Давидов, помилуй мя!»

Виждь веру, ревность и твердость духа. Веровал он, что Иисус Христос может просветить очеса его. Почему узнав, что Сей мимо ходил, немедленно с горячностию духа и великою ревностию велегласно возопил: «Иисусе Сыне Давидов, помилуй мя!» Был, как видно, научен предсказаниям святых Пророков, по которым Спаситель мира должен был родиться от дома и поколения Давидова. Веруя же, яко Иисус Христос есть Тот Самый, Которого Пророки предвозвестили, с великим упованием воззвал: «Иисусе Сыне Давидов, помилуй мя!» И хотя проходящие запрещали, и повелевали ему молчать; однако он, непреклонным пребывая в вере и уповании и ревности духа своего, «паче множае вопияше: Сыне Давидов, помилуй мя!»

Лк.18:40-41. «Став же Иисус, повеле привести его к Себе. Приближшужеся ему к Нему, вопроси его, глаголя: что хощеши, да ти сотворю? он же рече: Господи, да прозрю.»

Услышал Богочеловек сожаления достойный слепцев глас; услышал сие: «помилуй мя, Сыне Давидов!» Посему остановился и не пошел вдаль, став же, повелел слепца привести пред Себя. Когда же поставили слепца близ Его, вопросил тогда: «что хощеши, да сотворю ти?» Слепец же ответствовал: Господи! желаю просвещения очес моих; сего хощу от Тебя, да отверзешь очи мои и прозрю. Но ужели Богочеловек не знал, что было желательно слепцу? Да не будет! Он, яко истинный Бог, и сокровенные человеческие сердечные помышления ведал, что показал тогда, когда открыл помышления учеников Своих, мыслящих в себе и говорящих: «яко хлебы не взяхом» (Мф.16:7); подобно и когда обличил помышления книжников, размышляющих и мневших в сердцах своих: «что Сей тако глаголет хулы?» (Мк.2:7) Вопрошал же слепца, во-первых, для того, да покажет, что для всякого благого дела нужно есть втечение и человеческого произволения; во-вторых же, да все предстоящие, слыша из уст самого слепца о слепоте его и о прошении просвещения очес, никакого бы не имели подозрения о чудесном его исцелении; в-третьих же, да обнаружит, что слепец не другое, но самое им просимое получил. Сим же обнаружилась его и вера. Сей слепец не только был слепым, но и весьма бедным, ибо седя на пути просил милостыню; а следовательно, предстоящим не не можно было сомневаться в том, что слепец взывая: «Сыне Давидов, помилуй мя!» не просвещения просил от Иисуса Христа, но милостыню, так как и от других тамо мимоходящих. Вопросом убо Своим и ответом слепца о прошении просвещения отъял всякое подозрение и показал всем веру его во Христа.

Лк.18:42-43. «Иисус же рече ему: прозри, вера твоя спасе тя. И абие прозре, и во след Его идяше, славя Бога. И вси людие видевше, воздаша хвалу Богови.»

Просвещение слепца есть особенное доказательство между многими другими, что Иисус Христос есть истинный Бог. Ибо кто другой единым токмо повелительным словом может отверзнуть слепого очеса и просветить его, кроме единого токмо всемогущего Бога? «Прозри»! сказал. Се глас всемогущий, се глас Божественный! Тот, Который сказал: «да будет свет», и бысть тогда же свет, — есть истинный Бог и Создатель. И Сей сказал: «прозри»! и абие «прозре». Виждь же и сие, как Богочеловек, по обычаю Своему относя чудо не к чудотворной Своей силе, но к вере слепого — «вера твоя спасе тя», научил бегать тщеславия. Исцелившийся же слепец, чувствуя величество благодеяния, явил благопризнательность свою, прославил Бога и последовал за благодетелем своим Иисусом. Не только же сей, но и народ, видя преславное чудо, прославил и восхвалил Бога.

Беседа о препятствующих во благих предприятиях

Видим мы в истории нынешнего Евангелия один грех, который хотя кажется мал и неважен, однако ж есть весьма великий и со многим вредом сопряженный для человеков. Верует слепец, яко Иисус Христос есть светоподатель и всемогущий; но поелику не имеет очес, да Его узрит и, пришед, падет при ногах Его и попросит Его о своем исцелении, взывает велим гласом: «Иисусе Сыне Давидов, помилуй мя!» Но народ, грядущий купно с Иисусом Христом, не токмо не содействует в сем достойном сожаления деле, но еще и препятствует всячески. О злонравный народе! Ты ли вместо того, чтобы немедленно приити, и взяв за руку слепца, поспешествовать ему и привесть пред Господа, поносишь его, воспящаешь и повелеваешь молчать? «И предъидущии прещаху ему, да умолчит». Нечестивые! если вы, по злонравию вашему, не хотите быть причастниками сего благого дела, — по крайней мере, молчите и не препятствуйте прещениями вашими. Вот, братие, какая есть человеческая злость: находятся такие люди, которые не только не содействуют, но и воспящают в благих предприятиях! И сей есть грех великий и зловредный. О сем да будет мое слово.

Многие суть причины сего греха: нерадение, безрассудность, зависть, недоброжелательство, тщеславие, негодование, славолюбие и другие бесчисленные страсти. Многоразличные бывают также и посредствия: совет, обличения, осмеяние, осуждение, угрозы, запрещения, отвлечения, и самые случаи служат иногда к сему; ибо сей грех имеет место и при начале, и при конце благого дела.

Приходит Анна, матерь Пророка Самуила, во храм Господень и, став пред Богом, проливает молитвы умственно, в сердце своем. Илий же священник, узрев, что уста ее хотя двизались, но гласа не было слышно, почел оную за пьяную; почему обличает сию и изгоняет из храма. «И рече ей Илий: доколе пияна будеши? отъими вино твое, и иди от места Господня» (1Цар.1:14). Илие! почто порицаешь Анну яко пьяницу? Почто сию изгоняешь из храма? Или ты для того почитаешь сию пьяною, что зришь предстоящею пред Господом благоговейно и благочестиво, и что хотя уста движутся, но гласа оной не слышно? Для того ли изгоняешь из храма оную и воспящаешь ей творить добродетель? Откуда таковая злоба? Без сомнения, сего виною суть невнимание и безрассудность. Если бы Илий внял, и прямыми очами воззрел: не не приметил бы сию молящуюся молитвою внутреннею, умственною и непорочною; что явствует из того, что когда Анна ответствовала так: «вина и пиянства не пих, но изливаю пред Господем душу мою» (1Цар.1:15); то он тогда раскаялся и тогда же пременил поношение на доброжелательство, и гонение на благословение. «Иди», сказал, «с миром: Бог Израилев да даст ти все прошение твое, еже просила еси от Него» (1Цар.1:17). И так видно теперь, что причина греха Илиева есть невнимание от последствия, поношение и гонение: случай же есть то самое время, в которое Анна совершала слово Божие.

Коликочастно и вы, священницы Божии, подвержены бываете греху Илиеву, и так как он, препятствуете другим изливать молитвы? Некоторые из христиан, благочестием возбуждаемые, приходят в церковь прежде общего последования, или остаются в церкви по окончании общего Богослужения, да наедине помолятся: но вы, нимало не рассуждая о тяжести сего греха, и не укрепляясь терпением, почитая оных за лицемеров, гневаетесь на них и прогоняете, если суть убогие и невластные, понося и говоря: христианине, престань, иди в дом твой, ибо мне не досужно и должно отпирать и запирать церковь в известные часы. А хотя те с кротостию и благоговением умоляют вас, но вы не изменяете, так как Илий, намерения своего, но непрестанно гневаетесь на тех. Таковый же поступок несть ли подобен тому, за который Господь наш книжников и Фарисеев проклинает? «Горе вам, книжницы и фарисее лицемери, яко затворяете царствие небесное пред человеки: вы бо не входите, ни входящих оставляете внити» (Мф.23:13). Человек! сам ты не молишься, как должно: почто же молящимся препятствуешь?

Проповедуют Богоносные Апостолы веру во Христа, утверждая слово проповеди преславными чудесами, творимыми своими руками (Деян.5:12): почему и веруют достойные сосуды приятия небесного бальзама веры. Во един день обратилось в веру душ яко три тысячи, и паки в другой день яко тысяч пять (Деян.2:41,4:4). Но начальницы и старейшины, книжники и Архиереи, Анна и Каиафа, и все бывшие от рода Архиерейского, собравшись и совет сотворивше, всячески стараются воспрепятствовать в сем великом деле спасения. Откуда же таковая злоба? Зависть и страх причиною сему были. Зависть воспалило прославление имени Иисуса Христа и народ, последовавший Апостолам и их прославлявший; страх же порождала совесть за беззаконие, которое учинили они, пригвоздив на кресте безгрешного Иисуса. «И хощете», говорили Апостолам, «навести на ны кровь человека Сего» (Деян.5:28). Но вот и посредствия, которыми воспящали они проповеданию дела спасения. Во-первых, угрожали им прещением, и говорили: «да запретим има ктому не глаголати о имени сем ни единому от человек» (Деян.4:17). Потом видя, что угрожения их были недействительны, ибо Апостолы без всякого страха благовествовали Христа, — употребляют для сего казни, взяв, то есть, Апостолов, заключили их в темницу: «и возложиша руки своя на Апостолы, и послаша их в соблюдение общее» (Деян.5:18). Но поелику и сим не успели, — ибо Ангел Господень вывел Апостолов из темницы и они, вшедше во храм, паки дерзновенно научали народ, — новое нечестивые вымышляют препятствие. Согласились умертвить Апостолов: «и совещаша убити их» (Деян.5:33); но и в убийстве воспрепятствовал советом своим Гамалиил. Били наконец их, и запретили им не проповедывать имени Иисуса Христа: «и призвавше Апостолы, бивше запретиша им не глаголати о имени Иисусове» (Деян.5:40).

Внемлите, начальницы, правители, учители, Архиереи! да не когда, узрев вам подчиненных, творящих добродетель, которой вы сами чужды есте, и почитаемых за то людьми, позавидуете им, предавшись же в плен зависти, начнете угрожать и гнать их. Внемлите, да не когда, узрев мир обожающий подвластных ваших, почитающий их и последующий им ради украшающего их преимущества и добродетели, боясь, да добродетель, возмужавши, тех возвысит, вас же обесславит, начнете страхом помраченные всячески презирать их, отвращать от того и препятствовать им в делах Божиих. Горе вам! тогда уподобитесь начальникам и старейшинам Иудейским, книжникам, Анне и Каиафе, которые, противляясь Богу, гнали и мучили Апостолов, делателей добродетели.

«Да не обротиши вола молотяща» (Втор.25:4): слова Господни. Что же сие означает? Или Бог печется о волах? «Еда о волех радит Бог?» (1Кор.9:9) Не о волах молотящих говорит Бог, но о людях, творящих добродетель: «да не обротиши вола молотяща». Сей глас есть глас Вседержителя Бога, есть повеление всемогущего Творца твари: «да не обротиши вола молотяща». Так не притесняй, не угнетай, нимало не препятствуй человеку, делателю благого дела: но помогай, повелевай, содействуй ему, сколько можешь. «Да не обротиши вола молотяща»!

Вот как Апостол Павел описывает тех, которые бывают препятствием в добродетельных делах, вот как их называет и какого осуждения поставляет их виновными! Ибо из сего не только будет видна важность греха, но и страх возродится, имея в виду казнь Божию для таковых преступников. Сей преславный Божий Апостол, достиг с Варнавою в Кипр, пришли в один град, называемый Пафа. Тамо правитель града Сергий Павел анфипат, муж разумный, призывает сих двух Апостолов, да от них услышит слово Божие и просветит душу свою. Но человек некий, лжепророк Иудейский, именем Елим, волхв, всячески старался, да развратит анфипата от веры. О чем узнав Павел, воззрев на Елима, тако сказал: «о исполненне всякия льсти и всякия злобы, сыне диаволь, враже всякия правды! не престанеши ли развращая пути Господни правыя?» (Деян.13:10) Вот коль страшные суть слова! Знать же надобно, что сии слова не Павловы суть слова, но слова Святого Духа; ибо Павел, как пишется в Деяниях Апостольских, сказал сии, «исполнившися Святаго Духа» (Деян.13:9). А что каждый, препятствующий в добре, есть исполнен всякой льсти и всякой злобы и есть враг всякой правды, известно есть, и никакого не требует доказательства: что же таковый есть еще и диавольский сын, сие кажется странным и неудобопонятным; и самым делом есть странно и неудобопонятно, однако весьма справедливо и истинно.

«Вы», сказал Спаситель Иудеям, «отца вашего диавола есте, и похоти отца вашего хощете творити» (Ин.8:44). Чего же хотел диавол, узревши человека сотворенным, и в рае славы посажденным? Хотел отвратить его от повиновения к Богу. И что учинил ему? Обольстил его, и совратил с добродетельного пути. Убо кто желает препятствовать человеку в добрых делах, имеет таковый отцем диавола. Благомудро убо духоносный Павел назвал Елима сыном диавольским; ибо Елим творил похоть отца своего, то есть диавола, препятствуя и развращая анфипата от веры. Поелику же Елим был сын диавола, того для Апостол и проклял его, так как прежде Бог проклял отца его. «Проклят ты», сказал «Бог змию» (Быт.3:14), сущему отцу Елима, диаволу. «И ныне се рука Господня на тя, и будеши слеп не видя солнца до времене» (Деян.13:11), сказал Павел Елиму, сыну диавола. И коль преславное чудо! Тогда же явился совершенно слеп Елим, и блуждая, требовал вождей: «внезапу же нападе нань мрак и тьма, и осязая, искаше вожда».

Но да уверишься, что Павел не по другой какой причине назвал Елима сыном диавольским, как только потому, что он старался воспрепятствовать анфипату в добродетели и спасении, посмотри также на Апостола Петра: он когда услышал, что Иисус Христос предсказывал ученикам Своим о том, что Ему должно будет идти во Иерусалим, и много пострадать, и убиту быть от старец и Архиерей, и в третий день воскреснуть, представши пред Него, стал советовать противное Ему: Господи, говорил, помилуй Себя! Господи, не твори сего дела! «И поем Его Петр, начат пререцати Ему, глаголя: милосерд Ты, Господи, не имать быти Тебе сие» (Мф.16:22). Что же на сей, по-видимому, дружеский совет ответствовал Богочеловек? «Он же обращся, рече Петрови: иди за Мною, сатано» (Мф.16:23). Слышите ли, братие: ученика, верховного Апостола, возлюбленного друга, святого мужа, узрев Богочеловек Иисус не о небесном и Божественном, но о земном и человеческом помышляющего, и сим соблазняющего и препятствующего Ему в деле спасения, назвал сатаною. «Иди за Мною сатано: соблазн Ми еси, яко не мыслиши, яже суть Божия, но человеческая».

Чему же научаемся из сих Спасителя слов? Видим, во-первых, не только то, сколько грешит человек, дерзающий и силящийся воспрепятствовать в добродетельном деле; но и также тяжесть сего единого греха на суде праведнейшего Судии. Прочтите все Божественное Писание Ветхое и Новое: узрите в оном различные грешников наименования. Называются грешники беззаконниками, неправедными, развращенными, лицемерами, повапленными гробами, безумными, слепыми, лисами, змиями, порождениями ехидн и подобными сим презрительными именами: но диавол и сатана, кроме ненавистника добрых дел, никаким другим грешником не назван. Единый сей грех отлучает человека от числа человеков, и причисляет его еще в сей жизни в число бесовское. Сей грех превращает человека, возлюбленное Божие творение, в диавола, отступника и богоненавистника. О, коль воистину сие есть страшно и ужасно! Тако треблаженный Павел рассуждая, хотя принес покаяние, хотя обшел вселенную, проповедуя Евангелие и укрепляя Церкви, хотя пострадал паче всякого человека, возвещая имя Иисуса Христа; но поелику прежде, по незнанию и от любви, старался воспрепятствовать в проповедании благочестия, недостойным себя почел и Апостольского имени; почему и устно и письменно признавался: «аз бо есмь мний Апостолов, иже несмь достоин нарещися Апостол». Почему же? «Зане гоних Церковь Божию» (1Кор.15:9). Тако рассуждая, каждый человек не должен ни делом, ни словом, ниже мановением препятствовать творящему добродетель.

Но однако мы ежедневно многих видим таковых, которые падают в сей грех, и грехом сего не почитают. Один христианин, страшась падения греховного, удаляется опасных сообращений, говеет, молится, живет постнически: но другие, лукавые и злые, насмехаясь и ругаясь ему, прохлаждают горячность его и погашают сердечную его ревность, и не понимая тяжести своего греха, осмеивают посмеянием погибельным. Муж бывает препоною жене в молитве, в милостыни, в посте: и напротив, жена нередко воспящает мужу своему в творении добрых дел. Но ни один из таковых не чувствует, сколько грешит пред Богом: все спят, без пробуждения, греховным сном. Часто дети, избирая, якоже Мария, благую часть, желают оставить мир и совершенно прилепиться к Богу, но родители для них являются самыми бесами: воздыхания, жалобы, слезы, нередко гонения, угрожения, принуждения и другие по возможности полагают преграды; напоследок, успев в злом своем предприятии, поступок свой и за малый грех не почитая, радуются и веселятся. Иногда же сродники, либо друзья, либо ближние, или самые даже церковнослужители, либо советом, либо лестию, либо прещениями, либо другими какими способами обротывают вола молотяща, то есть творят препоны делающему благие дела.

Несчастливейший человече! како не содрогаешься, творя таковая? На мирских бранях тот, кто побеждает, имеет прибыль, побежденный же — урон: ты же на сей сатанинской находясь брани, хотя побежденным останешься, хотя победишь, пребываешь в злополучии, а паче много страждешь, бывая победителем. Ибо если побежденным остаешься мужеством и величеством духа делателя добродетели, и если недействительными бывают твои препоны, грешишь, так как восхотевший и намеревавшийся учинить сие богоненавистное дело; если же победишь, то есть убедишь человека и отвлечешь его от добродетели, не только ты тогда подвергаешься греху, но и тот, так как презревший добродетель по убеждению твоему, а следовательно, сугубо грешишь. Ни Елим, ни Петр не были победителями, ибо анфипат, не повинуясь советам Елима, уверовал во благовествование Павлово. Также Иисус, отвергнув пререкания Петровы, Павловы, благоволил предать Самого Себя на страсть и смерть. И Елим, говорю, и Петр были побежденными, и нимало не успели: однако Елима назвал Павел диавольским сыном, Иисус же Петра — сатаною. Ты убо, побеждая и убеждая человека оставить добродетель, какого названия должен быть достойным? Да и сего названия, — диаволом, то есть, и сатаною, — какое может быть ненавистнее и отвратительнее?

Во-вторых, научаемся из тех слов Господа Иисуса тому, каким образом должно побеждать искусителей, хотящих отвратить нас от творения добрых дел. Зная, что если ты не простишь врагу твоему, ниже Бог простит грехи твои, располагаешься примириться с ним; но о сем узнав друг твой, приходит к тебе и начинает пререкать, говоря: милосерд ты, друже мой! помилуй самого себя, честь твою, фамилию твою. Не имать быти тебе сие, не делай сего; ибо будешь посмеянием людским. Ибо если решишься не мстить врагу твоему, все тебя напоследок удобно презрят и начнут обижать. Бог твой вразумляет тебя тогда не слушаться слов друга твоего. Друг твой не есть тогда друг, но враг души твоей. Не мыслит он «яже суть Божия, но яже человеческая»: есть тогда он для тебя соблазн, является сатаною. Сего для нимало не повинуйся ему, но бывай непреоборимым в деле Божием, и прощай врагу твоему. Говори ему то же, что сказал Господь к другу Своему Петру: «иди за Мною, сатано, соблазн Ми еси: яко не мыслиши, яже суть Божия, но человеческая» (Мф.16:23). Начинаешь ты благоговейно Четыредесятницу, или другие посты: но жена твоя или брат твой, или другой какой сродник твой станут тебя отвращать от сего. Не постись, скажут, так много, ибо расслабеешь и повредишь твое здоровье; вкушай снеди; таковый пост надлежит до монахов. Но ты тогда, зная, что сии, по слову Господню, суть соблазном тебе, и что не мыслят, яже суть Божия, но яже суть чрева, скажи им: «иди за мною сатано!» Не слушайся совета их: таковые сродники, сущие препоною в добрых делах, суть десное око и десная рука, о коих сказал Богочеловек тако: «аще же око твое десное соблажняет тя, изми е, и верзи от себе: и аще десная твоя рука соблажняет тя, усецы ю, и верзи от себе» (Мф.5:29-30). Сии-то домашние суть те самые, о коих Спаситель наш упомянул: «и врази человеку домашнии его» (Мф.10:36).

И друзья, и домашние, и всякого чина и звания человеки, если препятствуют нам в творении Божеских заповедей, враги суть, суть сатанинские орудия. Почему нимало не должны их слушаться, но пребывая непреоборимыми и непреклонными, должны попирать искушения их и соблазны. Мужественнейшего Иова сколько искушали друзья его; однако он пребыл непреклонным в терпении. Сколько его искушала жена его, осмеивая, оплакивая злоключения и жалостно представляя бедственное свое состояние, напоследок же и злословя его: «но рцы», говорила ему, «глагол некий ко Господу и умри» (Иов.2:9), — то есть, рцы худое слово, да окончишь жизнь твою; однако он, яко твердый адамант при ее искушениях, так сказал ей: ты сказала, яко жена безумная и глупая. «Яко едина от безумных жен возглаголала еси: аще благая прияхом от руки Господни, злых ли не стерпим?» (Иов.2:10) Чем паче искушаемы мы бываем от злых человеков, тем вящие соплетаются нам за добродетель венцы. Посему, чем более сатанинские служители стараются воспрепятствовать нам в добрых делах, тем паче нужно нам ограждать себя терпением в творении добродетели, подражая слепцу нынешнего Евангелия, который чем более был воспящаем от приходящих, тем паче не преставал взывать: «Сыне Давидов! помилуй мя. И предъидущии прещаху ему, да умолчит: он же паче множае вопияше: Сыне Давидов! помилуй мя» (Лк.18:39).

39.1. Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Тимофею, читаемый в тридцать первую неделю (1Тим.1:15-17)

Всеблаженнейший и всеславный Тимофей, Апостол Господа Иисуса, родом был из Листры Ликаонийской, отца имел Еллина, а мать Иудеянку. Он сопричислен был к лику учеников Иисуса Христа прежде, нежели Павел пришел в Листру, как повествует Богоглаголивый Лука (Деян.16:1- 2). Научен же он был вере во Христа от матери своей, как явствует то из слов Павловых, который писал к нему так: «воспоминание приемля о сущей в тебе нелицемерней вере, яже вселися прежде в бабу твою Лоиду, и в матерь твою Евникию» (2Тим.1:5). Сего нашед Павел в Листре, взял его к себе в помощника и сотрудника в проповедании Евангелия. О добродетелях же сего мужа свидетельствуют хвалы, восписуемые ему самим Павлом, который писал о нем к Филипписиям: «искусство же его знаете, зане якоже отцу чадо со мною поработал в благовестии» (Флп.2:22). К Солунянам еще: «послахом Тимофеа, брата нашего и служителя Божия и споспешника нашего во благовестии Христове» (1Сол.3:2). И к Коринфянам: «Послах к вам Тимофея, иже ми есть чадо возлюблено и верно. Блюдите, да никто же его уничижит: дело бо Господне делает, якоже и аз» (1Кор.4:17.16:10-11). А поелику рукоположен он во Епископа Церкви Ефесской, посему Павел писал к нему два послания о Пастырском правлении. В первом послании, посланном к нему из Лаодикии, поучает его, чтобы завещевал удаляться странных учений, и правильное иметь употребление закона: излагает церковные правила о молитве и молчании жен в церквах, о Епископах, Пресвитерах и Диаконах, о посвятивших себя церквам вдовствующих женах, о целомудрии и браке. Завещевай, говорит ему, богатым да не превозносятся, ниже уповают на богатство их. «О Тимофее», говорит, «предание сохрани», преданием назвав благодать Всесвятого Духа, данную ему «Пророчеством с возложением рук Священничества» (1Тим.6:20, 4:14). Ныне чтенное отделение из сего первого послания повествует о Божии долготерпении, коего силу открывает Богодухновенный писатель, приводя к тому в пример самого себя. А поелику все мы нужду имеем в Божием долготерпении, то со вниманием послушайте толкование чтенного ныне Апостольского слова, да уразумевши дивные оного дела, насладитесь спасением от того происходящим.

1Тим.1:15. Чадо Тимофее, верно слово, и всякаго приятия достойно, яко Христос Иисус прииде в мир грешники спасти, от нихже первый есмь аз.

Какое то есть слово верное и всякого приятия достойное? «Яко Христос прииде в мир грешники спасти». Сие есть слово Иисуса Христа истинного Бога. Он первый проповедал сие слово. «Не приидох», сказал, «призвати праведных, но грешныя в покаяние» (Лк.5:32). Потом повторил оное Павел. И верно, то есть истинно и твердо сие слово, поелику есть слово Самого Бога. Достойно также всякого приятия, потому что прогоняет отчаяние от грехов происходящее, и производит обращение и покаяние, которое доставляет вечное спасение. Посмотри же, как он утверждая истину сего Божественного слова собственным своим примером, великое дерзновение влагает в сердце всех отчаивающихся, по причине множества и тяжести грехов своих, и не приходящих ко Иисусу Христу, который для того пришел в мир, чтобы грешных спасти. Я, говорит, есмь первый из грешных, то есть, всех грешников грешнейший, потому что хулил имя Иисуса Христа, гнал верующих в Него, и поносил веру в Него.

1Тим.1:16. Но сего ради помилован бых, да во мне первом покажет Иисус Христос все долготерпение, за образ хотящих веровати Ему в жизнь вечную.

Для сего, говорит, Иисус Христос помиловал меня паче других согрешившего, чтобы показать на мне все Божественное Свое долготерпение, и поставить меня образцом и примером для всех грешных, кои имеют уверовать в Него, и по вере имеют наследовать жизнь вечную. Двумя же образами Иисус Христос показал на нем все свое долготерпение, долготерпение то есть великое и превысочайшее: во-первых, тем, что презрев согрешения его, призвал его с небеси к покаянию и к вере в Него, сказав: «Савле, Савле, что Мя гониши? Аз есмь Иисус, егоже ты гониши: жестоко ти есть противу рожну прати» (Деян.9:4-5). Во-вторых, что удостоил его Апостольской благодати, и возвел его до третиего небеси, где «слыша неизреченны глаголы, ихже не леть есть человеку глаголати» (2Кор.12:4): и открыв ему таинства веры, препоручил ему проповедывать Евангелие. Благословно убо сказал, что помиловал его Христос, дабы наставить его примером для всех верующих в Него, примером научающим и показывающим, что верующие во Христа удостаиваются не только оставления грехов, но и великих и превышеестественных Божиих дарований. А поелику воспомянул преблаженный Апостол, колико помиловал его Бог, то обратил слово свое к славословию помиловавшего его, говоря:

1Тим.1:17. Царю же веков нетленному, невидимому, единому премудрому Богу, честь и слава во веки веков. Аминь.

Век означает неопределительно время, а определительно сто лет: означает кроме того и время некончаемое и беспредельное. Царем же веков называется Бог потому, что Он имеет под властию Своею времена и лета; сему учил Господь Апостолов. «Несть ваше», сказал Он им, «разумети времена и лета, яже Отец положи во Своей власти» (Деян.1:7). Он и сокращает времена по речению сему, «умалил еси дни времене его» (Пс88:46). Еще же и по сему, «аще не бы Господь прекратил дний оных, не бы убо спаслася всяка плоть» (Мк.13:20): и продолжает оные по сему, «долготою дней исполню его» (Пс.90:16): и пременяет также оные по Божественному Своему хотению, как пременил часы дни того, когда Иисус Навин воевал против Гаваонитов (Нав.10:13), и когда Единородный Сын Божий висел на древе крестном (Лк.23:45). Нетленен же Бог не только потому, что есть вечен и бесконечен, но и потому, что никогда не имеет премены или инаковости. А невидим, потому что есть Дух Умный, невещественный. Почему и сказано: «Бога никтоже виде нигдеже» (Ин.1:18). А поелику ни един от человеков не есть Царь веков, ни нетленен, ни невидим, премудрые же люди суть многие: то нарицая Бога Премудрым приложил, «Единому Премудрому Богу», дабы тем показать, что един токмо Бог есть по естеству, Премудр и Премудрости Источник, а люди по благодати при посредстве трудов и усилий получить дар премудрости от Самого Бога удостаиваются. И так Богодухновенный Апостол славословя Бога богословствует, а богословствуя открывает Божественные Его свойства, как то Всемогущество и Всевластие сим, «Царю веков»; вечность и неизменяемость сим, «Нетленному»; бестелесность и невещественность сим, «Невидимому»; всепремудрость и всесовершенство сим, «Единому премудрому Богу». Емуже Богу, говорит, подобает честь и слава не на время, но в бесконечные веки веков. Аминь же есть слово подтвердительное, и значит, что точно и без сомнения так праведно должно.

Беседа о выставляющих безрассудно пример Павлов, и бывающих беспечными, кои надеются только на милость и долготерпение Божие, а не стараются быть достойными сих, удалением себя от грехов и деланием добродетелей

Поелику Иисус Христос для того пришел в мир, чтобы спасти грешных, то кто усомнится, что намерение Божие благопоспешно и совершилось и совершается, и получило и получает совершенное свое событие даже до скончания века; «воли бо его кто противитися может?» (Рим.9:19) Кто может в том сомневаться, когда видит, что и самые дела подтверждают сию истину? Иисус Христос пришедши в мир спас блудниц, спас мытарей, спас разбойников, спас гонителей, спас и самых отрекающихся Его. Сие же: «не суть речи, ниже словеса, ихже не слышатся гласи их» (Пс.18:4), но суть дела соделанные, совершенные и свидетельствованные Святыми Евангелистами, кои «исперва самовидцы и слуги бывшии словесе» (Лк.1:2), то есть воплощенного Сына и Слова Божия, своими очами то видели, и будучи удостоверены проповедали то всей вселенной. Сие наполняет поистине сердце нас грешных великим дерзновением, твердым упованием и совершенным уверением во спасении нашем. Но следует ли нам надеясь на сие отложить всякое попечение о исправлении себя, и жить во грехах своих беспечно? Горе нам, ежели мы так поступаем! Но Христос, говоришь ты, для того пришел в мир, чтобы спасти грешных: Он убо имеет попечение о спасении моем, а не я. Конечно Он печется о спасения твоем, но требует и от тебя согласия воли и делания добродетели. «Аще хощете», сказал, «и послушаете Мене, благая земли снесте: аще же не хощете, ниже послушаете Мене, мечь вы пояст» (Ис.1:19-20). «Аще кто хощет», сказал, «по Мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой, и по Мне грядет» (Мф.16:24). Иисус Христос, говоришь ты, который пекся о спасении Павла, первого из грешных, призвал его с небеси, и дал его в образец и пример спасения, как сам Павел уверяет, сказав: «но сего ради помилован бых, да во мне первом покажет Иисус Христос все долготерпение, за образ хотящих веровати Ему в жизнь вечную» (1Тим.1:16): Той Иисус печется и о спасении моем. Хорошо и благоприлично ты сказал. Живи убо по примеру Павла, предложенному от Бога, потом будь беспечен о спасении твоем сколько хочешь и желаешь. Но дабы никто не заблуждал, нерассудительно выставляя в пример Павла, то я опишу теперь грехи до обращения им соделанные и высоту долготерпения к нему Божия: опишу также, сколько могу, и дела добродетели, каковые он по обращении своем совершил. А от сего повествования всякий научится тому, чтобы не быть беспечным смотря на грехи спасшихся грешников, но чтобы смотря на обстоятельства грехов их и на дела обращения их, пещись как должно о собственном исправлении, и о делании добродетелей.

Первомученик и перводиакон Стефан творит «знамения и чудеса велия в людех» (Деян.6:8). Он с толиким дерзновением проповедует пред лицем сонмища веру во Христа, что и Архиереи, и старейшины, и учители Иудейские сидящие в сонмище, видя лице Его яко лице Ангела, и слыша из уст Его небесное учение, не могши ни противустать, ниже ответствовать ему как либо, «распыхахуся сердцы своими, и скрежетаху зубы нань» (Деян.7:54): устремились единодушно к тому, чтобы побить камением проповедника веры. При сих же неправедных и жестоких убийцах обретается и Павел согласным на беззаконие их, содействующим и помогающим им в том. Ибо убийцы оные, чтобы сильно и смертоносно метать камение на Стефана, сложили с себя препятствующие им в том одежды: Павел же, чтобы дерзостнейшими их сделать на смертоубийство, стерег одежды их, доколе они камение метали. О сем повествует не только священный Лука, но и сам Павел исповедался в том пред Господом, говоря: «и егда изливашеся кровь Стефана свидетеля Твоего, и сам бех стоя и соизволяя убиению его, и стрегий риз убивающих его» (Деян.22:20). А поелику и рассудок говорит, и законы полагают, что как делающие грех, так и помогающие делать оный, равно согрешают, то отсюда явствует, что и Павел будучи в каменометании содействователем и помощником, побил камением первомученика и пролил кровь его. Мариам единое только презрительное слово сказала проповеднику прообразовательного закона, то есть, брату своему Моисею: «еда», сказала, «Моисею единому глагола Господь?» (Чис.12:2) и тотчас правосудие Божие наказало ее: «и се Мариам прокажена бысть яко снег» (Чис.12:10). Павел же камением побивает проповедника Евангельской истины, сокрывает звезду Церкви всесветлую, погашает светильник веры пресветлый, сокрушает громогласную трубу Евангельскую, и однако остается ненаказанным. Нет на нем действий правосудия Божия, но является на нем долготерпение Божие.

В тот день, как побиен был камением Стефан, столь жестокое гонение воздвигнуто было на церковь Христову, что все ученики Иисус Христовы бежали из Иерусалима, и «разсеяшася по странам Иудейским и Самарийским, кроме Апостол» (Деян.8:1). Сего гонения начальником и самым жестоким исполнителем был Павел. Бегал он с великим стремлением по всем домам, и коих находил где верных, мужей и жен, влача их насильно бросал в темницу. «Савл же», говорит Божественный Лука, «озлобляше церковь в домы входя, и влача мужи и жены, предаяше в темницу» (Деян.8:3). А что сие гонение было великое и чрезвычайное, о том свидетельствует и сам Павел, пиша: «слышасте бо мое житие иногда в жидовстве, яко по премногу гоних Церковь Божию, и разрушах ю» (Гал.1:13). Церковь Божия была тогда яко виноград новонасажденный и нежный, имеющий великую нужду в земледельческом о себе попечении. Павел же яко вепрь дивий повреждал оную, и всяким образом искоренить оную старался. Разверзается земля, и поглощает Дафана и Авирона «и вся люди сущыя с Кореом» (Чис.16:32). Исходит также огнь от Господа, и поядает двести пятьдесят мужей (Чис.16:35), потому что они дерзнули возмутить Законную Церковь, восхотевши священствовать, как и великий Священник Аарон. Павел гонит, терзает, влачит, заключает в темницы, и расторгает члены Евангельской Церкви, но Бог долготерпит, и нимало его не наказует.

Чем же более Бог долготерпит о грехах Павловых, тем более Павел воспламеняется яростию на учеников Иисуса Христа. Преследовав и рассеяв Святых во Иерусалиме, стремится побить и всех сущих в Дамаске Христиан. Получает письменное позволение от Архиерея Иудейского, чтобы пришедши в Дамаск, привести оттуда во Иерусалиме связанными всех, коих найдет там верных мужей и жен. «Савл же еще дыхая прещением и убийством на ученики Господни, приступль ко Архиерею, испроси от него послания в Дамаск к соборищем, да аще некия обрящет того пути сущыя, мужи же и жены, связаны приведет во Иерусалим» (Деян.9:1-2). Слышите ли, какое он намерение имеет? Истребить хочет совершенно Церковь Христову. Что же творит Бог против его? Мещет ли с небеси каменный град, чтобы побить его, как побил пять царей Иевусейских и все воинство их, когда они устремились воевать на Иисуса Навина и на народ в ним Израильский? (Нав.10:11) Приходит ли Ангел Господень побить его, как побил «сто осмьдесят пять тысящь Ассириан» (Ис.37:36), когда дерзнули они осадить Святый град Иерусалим? Сходит ли огонь с небеси пожечь его, как пожег двух пятдесятников с их пятидесятьми мужами, когда пришли они с коварным покушением на жизнь Пророка Илии? (4Цар.1:9-10) Для Павла нет ни каменного града, ни меча Ангелова, ни огня с небеси: но вместо града свет небесный осиявает его, вместо смертоносного меча слышит глас сладостный, взывающий к нему: «Савле, Савле, что мя гониши?» (Деян.9:4) Слышишь откровение показывающее истинное Боговедение: «Аз есмь Иисус, егоже ты гониши» (Деян.9:5); а вместо пожигающего огня, видит воду крещения оживотворяющую его. Ибо пришел он в Дамаск слепым от славы облиставшего его света, Апостол же Анания крестивши его там исцелил слепоту тела и души его.

«О глубина богатства и премудрости и разума Божия!» (Рим.11:33) На гонителей человеков и градов столь ужасная казнь, а к гонителю Церкви столь бесконечное милосердие. «Яко неиспытани судове Его, и неизследовани путие Его» (Рим.11:33). Воистину в Павле, «хвалится милость на суде» (Иак.2:13). Велий Господь, и велие долготерпение и милость Его. Гонителя Церкви удостоил Божественного света, поносящего, терзающего и в темницы заключающего Святых Его воззвал Божественным Своим гласом, хулящего Святое имя Его соделал проповедником Евангелия, и поставил его Апостолом и учителем Божественных Своих Таин. Другого такового примера совсем не видится в Божественных Писаниях. Праведно убо говорил Павел, что Христос показал на нем «все долготерпение» (1Тим.1:16). Праведно говорил: «идеже бо умножися грех, преизбыточествова благодать» (Рим.5:20). По благословной причине и мы грешные слыша, что показал Бог на нем «все долготерпение, за образ хотящих веровати Ему в жизнь вечную» (1Тим.1:16), дерзаем надеяться во спасении своем.

Но ежели исследуем причину грехов Павловых бывших до обращения его, и по обращении бывшие великие и чрезвычайные преспеяния его в добродетели, то пременится дерзновение наше в боязнь, и надежда спасения в совершенное почти отчаяние. Павел родился и воспитан от Евреев. «Евреин от Еврей» (Флп.3:5). Гамалиил, славнейший тогдашний учитель Еврейского Богослужения, учил его Моисееву закону и Иудейским обрядам, где Иудейство смешавшееся со многими другими суевериями процветало и царствовало. Таковое воспитание и наставление исполнили сердце его ревностию к отеческим преданиям (Гал.1:14). Почему он честолюбием движим старался, чтобы к защищению Иудейства успеть в оном боле сверстников своих, других Евреев. Ревность таковая и честолюбие таковое пригвоздили ум его к букве Закона, по растленному Иудейскому обычаю. поелику же «писмя убивает, а дух животворит» (2Кор.3:6), то буква расслабила ум его так, что он не мог возвести его к духу, то есть, к мыслям под буквою кроющимся, оживотворяющим душу: не мог уразуметь, что все пророчества о Мессии исполнились в Иисусе Христе. Почему оставался в неведении о смотрении Божии во плоти, и не веровал в Иисуса Христа. Будучи же ревнителем отеческих своих преданий, и мня, что вера во Христа упраздняет совершенно Моисеев закон, старался всеми способами истребить верующих во Христа (Гал.1:14). Гнал, побивал камением, терзал и в темницы бросал верных, в тех мыслях, что делая сие он приносит жертву Богу весьма угодную и самую благоприятную. Видите убо, что сии Павловы дела были грехи, под видом добродетели. Ибо производил он грехи, а цель его была в том добродетель; производил зло, думая, что соделывает добро. Грешил по неведению, грешил, думая, что творит добродетель. Посему Бог, Который взирает не только на дела, но и на расположение сердца, и на цель ума, показал на нем величие долготерпения и Божественной Своей милости.

Свидетельствует сие сам Павел, говоря: «но помилован бых, яко не ведый сотворих в неверствии» (1Тим.1:13). Неведение убо есть причиною Божиего к Павлу долготерпения и Божия милости. «Помилован бых, яко не ведый сотворих в неверствии».

Слышите еще и другую причину толикой милости и толикого долготерпения Божия. Люди видят только настоящие вещи, Бог видит и будущие равно как настоящие. Люди видят только дела, Бог видит и расположения души и сердца. Бог убо яко всевидец и весть будущее, предвидел предивные дела, кои Павел соделал по обращении своем; не только же предвидел, но и предрек оные Апостолу Анании. Услышав Анания, колико зла причинил Павел Святым во Иерусалиме, и узнав, коликую власть получил он от Архиереев над всеми верными, удивился, когда Господь в видении сказал ему, чтобы он явился к Павлу пришедшему в Дамаск, и убоялся явиться к нему. Господь же ободрял его, открыв ему, по какой причине избрал Он его: «иди», сказал, «яко сосуд избран Ми есть сей, пронести имя Мое пред языки и царьми и сынми Исраилевыми» (Деян.9:15). Слышишь ли, почему помиловал Бог Павла. Потому сказал, что он сосуд есть избранный, способный словом и доказательством проповедать имя Его пред идолопоклонными и неверными царями, и пред самыми Израильтянами.

Ежели же снесем дела Павловы бывшие по обращении его, то увидим истину слова оного, которое Иисус Христос сказал к Анании. До обращения гнал «Церковь Божию по премногу» (Гал.1:13), по обращении многие в различных градах и весях устроил церкви, и пекся о «всех церквах Божиих» (2Кор.11:28). До обращения бесчестил и хулил Евангельскую проповедь, по обращении «от Иерусалима и окрест даже до Иллирика» напоил все благовествованием Христовым (Рим.15:19). Прежде нежели обратился, соизволение имел на побиение камением Первомученика Стефана (Деян.22:20); когда же обратился, то не только камением побиваем был за Христа, но и «пятькраты четыредесять разве единыя (раны) приял, трищи палицами биен был, трикраты корабль опровержеся с ним, нощь и день во глубине пребыл» (2Кор.11:24-25). Прежде нежели раскаялся, и вязал, и в темницы бросал, и мучил многих из верующих во Христа, когда же раскаялся, то и труды, и биения, и темницы, и смертоносные бедствия претерпел, для того, чтобы неверных язычников и Израильтян, и царей свободить от уз неверия, и привести их к Иисус Христу Спасителю небесному. Кто прочтет одиннадцатую главу второго Послания к Коринфянам, тот ужаснется, видя множество и совершенство добродетелей, кои Павел по обращении своем соделал.

Посему убо долготерпел Бог о нем, посему умилостивясь к нему призвал его с небеси, и разогнав мрак неведения его просветил его просвещением истины.

Братие, мы греша полагаемся на долготерпение Божие, и надеемся на милость Его. Дело сие есть доброе и полезное. Имеем мы многочисленные примеры долготерпения и милости Божией ко грешникам, особенно же пример Павлов: ибо в нем показал Бог все долготерпение Свое «за образ хотящих веровати Ему в жизнь вечную» (1Тим.1:16). Но достойны ли мы долготерпения и милости Божией, как Павел? Павел грешил в неведении, то есть, не ведая, что грешит, гоня Церковь Христову, но думая, что делает добродетель, почему и помиловал его Бог. «Но помилован бых, яко не ведый сотворих в неверствии» (1Тим.1:13), говорит он сам. Сколь же не многие суть грешащие в неведении? Кто из нас не знает, что убийство, воровство, прелюбодеяние, презрение родителей, лжесвидетельство, клятвопреступление и всякое другое преступление заповедей Божиих есть грех? Испытай человече совесть твою, и рассуди по справедливости, от неведения ты грешишь, или в ведении? Ежели согрешишь от неведения, как Павел, то надейся на долготерпение и милость Божию: ежели согрешишь в ведении, то пример Павлов нимало тебе не приличествует. Бог долготерпел к Павлу, и помиловал его, поелику видел, что он по обращении будет вместилищем всякоц добродетели и совершенства, будет проповедывать Евангелие, обратит народы, просветит вселенную. Что же предвидит Бог по раскаянии нашем? Мы каемся и исповедуем грехи свои, потом не только никакой добродетели не делаем, но и впадаем в те же грехи, а часто еще и в большие и в тягчайшие прежних. Коликое убо различие между грехами и раскаянием нашим, и между грехами и обращением Павловым?

Но я, говоришь ты, не гоню Церковь Христову, как Павел, ни поношу Святых, ни влачу, ни Бию верных, ни в темницы не бросаю Христиан, ни камением не побиваю, как он Стефана. Как? не гонишь ты Церковь? Что же ты иное делаешь, когда не хранишь законы Церкви, если не гонишь оную? Говоришь еще, что не поносишь ты Святых: но когда или по чревоугодию твоему не постишься, или по лености твоей не бодрствуешь и не молишься, а говоришь, что хранить то не обязуешься ты, поелику изобретения то суть подвижников и пустынников, тогда что иное делаешь, если не поносишь и презираешь Святых? Когда или побеждаем лихоимством влечешь брата твоего в судилища, или обладаем яростию биешь ближнего твоего, или не хотя иметь долготерпение к бедному в том, чем он тебе должен, заключаешь его в темницу, что иное тогда делаешь, если не влачишь, биешь и в темницу заключаешь? Я, говоришь ты, не побиваю Стефана: так, не побиваешь Стефана, но побиваешь Священных и добродетельных мужей, побиваешь же не камениями, но осуждением и злословием: осуждение же и злословие поражают и уязвляют более, нежели самые камни. А поелику мы то делаем в ведении, а не в неведении, поелику мы раскаиваемся и паки грешим, посему грехи наши тягчае суть грехов Павловых.

Но ежели грехи мои, говоришь ты, превосходят грехи соделованные Павлом, то какую надежду имею я получить спасение, слыша его глаголющего, что Бог показал в нем все долготерпение свое? Сие поистине устрашает, но страх сей приносит внимание, внимание же прогоняет грех, и производит добродетель. Сие поистине устрашает, но заставляет нас не быть беспечными, надеясь на милость и долготерпение Божие, а стараться быть того достойными удалением себя от грехов, и деланием добродетелей. Поистине сие устрашает: но поелику долготерпение Божие ни меры ни конца не имеет, и есть безмерно и бесконечно, то Павел не сказал, что Бог показал в нем бесконечное свое долготерпение, то есть великое, многое и преизбыточное, дабы сим смириться ему, представив великую тяжесть грехов своих. Посему хотя бы грехи мои превзошли первого из грешных, то есть Павла, однако я не отчаиваюсь: но плачу, яко блудница, бию перси мои яко мытарь, и вопию, яко разбойник, и прихожду яко Павел к Анании, то есть к духовному отцу, и крещаюсь от него крещением покаяния и исповедания. Верую же, что приемлю тогда оставление грехов, просвещение души, и благодать Божию, утверждаясь на оном учении Павловом, который проповедал, что «Христос прииде грешники спасти» (1Тим.1:15), и утвердил, что сие «слово есть верно и всякаго приятия достойно» (1Тим.4:9): и учил еще так: «а идеже умножися грех, преизбыточествова благодать» (Рим.5:20).

40. В неделю 32-ю толкование на Евангелие от Луки (Лк.19:1-10)

Непросвещенные и неразумные идолопоклонники, неведущие истинного Бога, ни неусыпного Его о всем попечения, обожая пустые свои мечтательности, бываемые по промыслу Божию, приписывали фортуне. Почему фортуну, которая есть ничто, ни видимая, ни невидимая, ниже существующая, но токмо гнусное умоначертание, пустое название, вещь ничего не значащая, почитали несчастные за богиню и, соделав различнообразного идола, и разные жертвенники, жертвовали сей: и если что случалось с ними, к оной безрассудно относили. Останки сего заблуждения и доныне в сообществах христианских не не имеют места. Нет сомнения, что ни один из христиан не почитает фортуну или случай за богиню, ни кумира творит, ни поставляет жертвенники во имя той, ниже обожает сию: однако если случится счастие, всякий говорит, что его осчастливила фортуна, если же несчастие — не осчастливила. Если же спросишь, что такое есть фортуна? ясно из ответа познаешь, что ответствующий тебе и не знает и не понимает, что говорит. Ибо ни неученый, ни просвещенный объяснил когда-либо, что такое называется случаем. Иисус Христос, возвед очеса, зрит Закхея, седящего на смоковнице: и сие послужило спасением для Закхея. Неверный, не понимая сам своих слов, не усомнится сказать, что Иисус Христос воззрел и узрел Закхея по случаю: но верный не обинуясь признает, что Иисус Христос, яко Сердцеведец, узнав Закхееву наклонность к обращению к вере и покаянию, нарочно взглянул и узрел его, да подаст ему спасение. Внемлющий толкованию нынешнего Евангелия уверится в сей истине совершенно.

Лк.19:1-3. «Во время оно, прииде Иисус во Иерихон. И се муж нарицаемый Закхей, и сей бе старей мытарем, и той бе богат. И искаше видети Иисуса, кто есть, и не можаше от народа, яко возрастом мал бе.»

Продолжает Божественный Евангелист повествование о путешествии Иисуса Христа во Иерусалим (Лк.17:11). Сказав же во-первых: «бысть же егда приближишася во Иерихон» (Лк.18:35), и упомянув о чуде, над слепцом случившемся близ Иерихона, и далее показывает: «и вшед прохождаше Иерихон», то есть, вшел во град Иерихон и, проходя чрез него, вшел во Иерусалим. И в то самое время, когда прошел Иерихон, встретился Ему на пути некий человек, нарицаемый Закхей, «старый мытарем», то есть, первоначальный из мытарей, — тех людей, которые собирают царские подати. Сей Закхей был притом богатый. Слыша же, как видно, славу о Иисусе Христе, и о преславных Его чудесах, наипаче о чуде, незадолго пред сим случившемся вне града Иерихона над слепым, искал видеть Иисуса Христа, кто есть? желал, то есть, и хотел, да очевидно узрит, кто таковый есть Сей Иисус, толико прославленный и чудотворный. Но хотя желал он видеть Иисуса, но поелику между им и Иисусом находилось множество народа, он же был мал возрастом; того для не мог узреть Сего.

Лк.19:4. «И предъитек возлезе на ягодичину, да видит, яко туде хотяше минути.»

Виждь горячность духа! Узнал он путь, которым проходить надобно Иисусу Христу, и узрев на оном высокое древо ягодичное, или смоковницею называемое, забежав наперед Иисуса Христа и народа и взлез на то древо, сидел тамо с тем, чтобы узреть Иисуса, имеющего тамо проходить. Ревность к благочестию и желание раскаяния воспалили его сердце, почему забежал и взлез на высокое древо, всячески стараясь узреть Учителя веры и Подателя оставления грехов.

Лк.19:5-6. «И яко прииде на место, воззрев Иисус, видев его, и рече к нему: Закхее, потщався слези, днесь бо в дому твоем подобает Ми быти. И потщався слезе, и прият Его радуяся.»

«Льна курящася», предсказал Пророк Исаия о Иисусе Христе, «не угасит” (Ис.42:3). Соломон же так написал: «предваряет» (премудрость) «желающим предуведетися» (Прем.6:13). И се сего исполнение на Господе Иисусе! Ибо Богочеловек не угасил пылающую Закхееву веру, но предварил его еще прежде, нежели был им узнан, поколику пришед к месту, на котором находилась та смоковница, на которую взлез Закхей, возведши очеса Свои и узрев его, сказал ему: «Закхее, потщався, слези: днесь бо в дому твоем подобает Ми быти», — ныне Мне надобно приити, и быть в твоем дому. «Подобает», сказал: ибо спасение Закхею, с толикою ревностию сего ищущему, было нужно. О сем услышав Закхей, исполнился великой радости, и потщався не медля слезе, и принял блаженнейший Господа Иисуса. Великое желание видеть Господа, многое старание о предупреждении и восхождении на смоковницу, истинная радость, которую чувствовал, узрев Господа, воззревшего на него и рекшего: Закхее! Ныне подобает быти в дому твоем, ясно показывают, что Закхей был предуготовлен к приятию словеси благочестия и к покаянию во грехах своих. Почему Иисус, предузнав, яко Сердцеведец, душевное его расположение, и возвел очи, и на него воззрел, и назвал по имени, объявив ему, яко грядет к нему в дом. Что же предстоящие, видя и слыша о сем, говорили?

Лк.19:7. «И видевше вси роптаху, глаголюще, яко ко грешну мужу вниде витати.»

Иудеи, всех мытарей почитая за грешников, — а следственно паче старейшин сих, каковым был Закхей, поелику сии, собирая царские подати, многие творили неправды и обиды, — бегали их сообращения. Почему и Богочеловек, когда в притче показывал пользу смиренномудрия и вред высокомудрия, в лице смирившегося грешника и смирением своим оправдавшегося, представил мытаря, далеко находившегося от олтаря. Видя убо народ, что Иисус пошел в дом старейшины мытарей Закхея, да тамо пребудет, негодовали и роптали на Иисуса Христа, не зная, несчастные, ни о раскаянии Закхеевом, ни о спасительном намерении Богочеловека. Но престаньте, бедные, и не ропщите, не узрев прежде того, что сотворил Закхей, пришедшу Иисусу в его дом, и что сказал Иисус, видя истинное покаяние и обращение Закхеево.

Лк.19:8. «Став же Закхей, рече ко Господу: се пол имения моего, Господи, дам нищим: и аще кого чим обидех, возвращу четверицею.»

Вот, сколько был Закхей расположен к покаянию и добродетели! Когда вшел Иисус в его дом, немедленно, став пред Ним, изъявлял обещание: «Господи, се ради Твоей любви ко мне раздам половину имения моего бедным; если же кого обидел, возвращу обиду четверицею». Откуда же таковое расположение и раздаяние? На чем основывался Закхей? Раздаяние половины имения его бедным, кроме благого его расположения, не имело другого основания. Столько определил раздать бедным, сколько вознамерился. Четвероякое же воздаяние обид имело основанием Божий закон, чрез Моисея данный. Кто украл тельца, или овцу, употребивши в пищу, или продавши, должен быть обиженному за единого тельца отдать пять, а за едину овцу четыре: «аще кто украдет тельца или овцу, и заколет или продаст, пять тельцев да воздаст за тельца, и четыри овцы за овцу» (Исх.22:1). Если же украденное в руках вора находили живым, вор долженствовал возвращать сугубо: «аще же ят будет, и обрящется в руце его украденное от осляте до овцы живо, сугубо да отдаст я» (Исх.22:4). И так поступали тогда, если владетель вещи узнавал вора; ибо говорится: «аще ят будет». Когда же обидчик самопроизвольно признавал грех свой, возвращал истое и пятую часть истого. Да «исповесть грех, егоже сотвори, и да отдаст преступление истое, и пятую часть его да приложит к тому, и да отдаст, емуже согреши» (Чис.5:7). Закхей ниже ят был, ниже на суд представлен, ниже осужден, но сам самопроизвольно быв самого себя судиею, решился обиженным от себя не токмо возвратить истое и пятую часть истого, но еще четверицею. Вот, колико строгим и праведным судиею бывает человеческая совесть, когда человек сокрушится и обратится к Богу! Послушаем же и того, какое было следствие такового праведного поступка и раскаяния.

Лк.19:9. «Рече к нему Иисус: яко днесь спасение дому сему бысть, зане и сей сын Авраамль есть.»

«Днесь спасение дому сему», вместо сего: днесь оставление грехов и спасение души Закхеевой; ибо днесь обратившись к Богу, и сотворив дела Авраамли, то есть правду и милость, показал, что он есть истинный сын Авраама и достойный вечного спасения.

Лк.19:10. «Прииде бо Сын человечь взыскати и спасти погибшаго.»

Сие подобно есть тому, что негде Богочеловек Сам же говорил: «не приидох бо призвати праведники, но грешники на покаяние» (Мф.9:13). Сходственно также и с Апостольскими словами: «яко Христос Иисус прииде в мир грешники спасти» (1Тим.1:15). Сие убо самое заградило уста ропщущих и прекратило их негодование. Ибо, ежели Сын Божий пришел в мир взыскати и спасти погибшего, Закхея же предузнал и погибшим и раскаивающимся: без сомнения, долженствовало взыскать и спасти его. Убо и взыскал, сказав ему: «Закхее, потщався слези», и нарочно пришел в дом его. Когда же Закхей изъявил покаяние, Спаситель и объявил ему о его спасении: «днесь спасение дому сему!»

Беседа о полезном и бесполезном раскаянии

Представляя пред мысленные очи сии слова Господа Иисуса, моего Спасителя: «прииде бо Сын человеческий взыскати и спасти погибшаго», велия надежда возрождается в моем сердце, и великою радостию наполняется душа моя. Ибо если Сын Божий для того пришел в мир, чтобы взыскать и спасти погибшего: убо и мене погибшего грешника взыщет и спасет. Начертывая же паки в уме моем дела сего взысканного и спасенного, то есть Закхея, исчезает надежда в моем сердце, и объемлет мою душу безмерное сетование, купно и страх. Возрождается и во мне желание и хотение узреть Господа моего Иисуса так, как сего Закхей искал. «И искаше видети Иисуса, кто есть?» Искал он, но поелику был малого возраста, окружающий народ воспящал ему Сего узреть: «и не можаше от народа, яко возрастом мал бе». И я ищу сего; но поелику хладен есмь в Божественной любви, воспящает ми множество страстей моих, так, как тому — народное множество. Он, мужеством и великодушием укрепленный, препобедил и предупредил народ и, взлезши высоко на смоковницу, узрел Спасителя мира: я, маломощный и малодушный, не побеждаю, не оставляю мои страсти, ни тщусь взойти на гору Божию, на высочайшую гору добродетели, «гору тучную, гору усыренную» (Пс.67:16), да тамо и я узрю сладчайшего Иисуса, Жениха души моей. Взираешь Ты, Многоблагоутробне, и на меня поникшего долу, так как и на Закхея, высоко взлезшего; хощешь бо и моего спасения, якоже того. Но на того воззрев, узрел в нем расположение к покаянию и охоту к обращению: а на меня взирая, Господи мой, кроме нераскаяния и расположения творить лукавые моя хотения, что другое узриши? Если Ты предварительно Сам изволил внити в дом Закхея: и я, дерзая, чрез причащение Таин призову Тебе и введу в дом души моей. Ты, пришед в дом Закхеев, обрел милостыню, обрел правду, обрел блеск добродетели и достойное место твоего приятия, почему изволил тамо пребыть и подать ему оставление грехов и душевное спасение; но вшед в дом души моей, ничего другого не обрящешь, кроме жестокосердия, многих неправд и кала греховного. Обрящешь разбойничий вертеп, и недостойное место царствия Твоего: почему, не имея где главы подклонить, вместо пребывания со мною, удаляешься от Мене, и вместо очищения грехов моих, раздражаешься и прогневляешься на меня треокаянного.

Христиане! верую я и исповедую, яко Иисус Христос, Сын Бога, пришел в мир призвать грешников на покаяние; ясно вижу, яко покаявшимся есть отверзен рай и уготовано спасение. Но, сравнивая тех покаяние с нашим, поражаюсь отчаянием. Истинно великая есть сила покаяния: ни тяжесть, ни множество греховное, ни долговременное закоснение во грехе, ниже что другое побеждает покаяние. Покаялся — получил прощение; покаялся — и стал спасенным. И сие есть истинно, и никакому не подлежит сомнению; ибо основано на словах Пророческих, на Апостольской проповеди, на примерах покаявшихся, на слове Того Бога, Который послал Сына Своего не праведников призывать, но грешников на покаяние: «не приидох бо призвати праведники, но грешники на покаяние» (Мф.9:13). И так о сем нам, верующим во Христа, нет никакого сомнения; все сомнение в том токмо есть, что наше покаяние есть ли истинное покаяние? Читая в Святом Писании о делах истинно раскаявшихся и представляя дела нашего покаяния, страх объемлет, что мы ныне, вместо того, чтобы покаяться, грешим и обманываемся, почитая то за истинное покаяние, что не имеет ниже вида покаяния.

Нет сомнения, что другое есть покаяние, а другое — дела покаяния. Истинное покаяние есть признание, сокрушенное исповедание беззаконий и обещание совершенного воздержания от грехов. Кто таковым образом раскаивается, тот получает оставление грехов своих. «И рече Давид к Нафану: согреших ко Господу. И рече Нафан к Давиду: и Господь отъя согрешение твое» (2Цар.12:13). «Согреших ко Господу»: се греховное признание! «И рече Давид к Нафану»: се исповедание! Видно же обещание совершенного воздержания от грехов на делах Давидовых, бывших по покаянии. «И Господь отъя согрешение твое»: се греха оставление! Суть же дела покаяния: совершенное воздержание и отвращение от прежде бывших грехов, пост, молитва, слезы, укрощение плоти и прочее, что только отдаляет человека от греха и укрепляет его в добродетели. Но хотя другое есть покаяние, а другое — дела покаяния: однако столько суть между собою сопряжены и совокуплены, что если оставляются дела покаяния, покаяние не есть истинное и полезное, но ложное и тщетное. Сего-то для Божественный Спаситель Предтеча тако научал кающихся, говоря: «сотворите убо плод достоин покаяния» (Мф.3:8).

Иуда, когда узрел, что преданный им Иисус Христос осужден был на смерть, болезновал и раскаивался, признал грех свой, дерзновенно исповедал: «согреших», сказал пред Архиереями и старейшинами: «согреших, предав кровь неповинную»! (Мф.27:4) Без сомнения, покаяние Иудино было покаянием; но чуждое плодов покаяния. Оно вместо добродетели породило порок, вместо молитвы и слез породило гнев и негодование: «и поверг сребреники в церкви, отъиде» (Мф.27:5); вместо упования произвело отчаяние, и вместо милости и сострадательности самоубийство: «и шед удавися». Видите убо, что покаяние без дел, достойных покаяния, вредит, а не пользует.

Вот и другой пример покаяния, сему подобный. Покаялся Фараон, — нет о сем сомнения, ибо дважды говорил: «согреших»; дважды признавался пред Моисеем и Аароном. Во-первых, тогда, когда видел бывшее поражение от града. «Послав же Фараон», свидетельствует Божественное Писание, «призва Моисея и Аарона, и рече им: согреших ныне, Господь праведен, аз же и людие мои нечестиви» (Исх.9:27). Обещался же и исправиться в жестокосердии своем: «и отпущу», сказал, «вы, и ктому не приложите медлити» (Исх.9:28). Покаялся, но презрел первый долг покаяния, то есть, воздержание от греха; ибо скоро впал паки в тот же жестокосердия грех: «и ожесточися сердце Фараоново, и не отпусти сынов Израилевых» (Исх.9:35). Второе же покаяние и исповедание было его тогда, когда он узрел безмерное множество прузий, и вред от них бывший. «Потщася же Фараон призвати Моисея и Аарона, глаголя: согреших пред Господем Богом вашим, и к вам: простите убо мой грех еще ныне» (Исх.10:16-17). Покаялся — но и сие вторичное покаяние было чуждо дел покаяния. Ибо когда не остался ни един пруг, Фараон паки стал таким же, паки ожесточился, паки не отпустил Израильтян: «и не отпусти сынов Израилевых» (Исх.10:20). Известно же есть, какой был конец и плод такового ложного покаяния. Конец сего лживого Фараона был потопление его в Чермном море с колесницами, всадниками и всею его силою (Исх.14:28).

Возлюбленные христиане! Как бы и наше покаяние не было равным покаянию, не говорю Иудину, но покаянию Фараонову! Фараон, страхом казней пораженный, раскаивался, исповедывался, обещавался исправиться и воздержаться от греха своего: но, паки скоро сделавшись жестокосердым и неудобопреклонным, не восхотел освободить Израиля от рабства. Равным образом из нас иной ради христианского обычая, другой для показания себя, а иной принуждаемый сродниками, раскаивается во время поста, исповедует пред духовным своим отцем свои грехи, и обещается, может быть, только языком, а не сердцем, впредь исправиться и воздержаться от своих грехов: если же и воздерживается на один или два дни, и то для того, да удостоится Божественных Таин; после же плода покаяния никакого не бывает видно. Не имеют места ни слезы, ни сокрушение, ни пост, ни обузданность, ниже что другое, могущее воздержать его от прежнего злого навыка. Паки тем же гибельным раболепствует сообращениям, таковую же провождает необузданную жизнь, так же, как и прежде, распутствует, такие же творит дела. Почему плоды покаяния его бывают наклонности токмо к тому же греху, или еще к вящим и худшим. Таковое-то есть наше покаяние! И так поступаем не раз, ни два, так как Фараон, но многажды, тысячью раз, и до конца жизни. И при сем мирно и спокойно пребываем, думая, что провождаем нашу жизнь в покаянии и исповедании. О какое горе нам! Безумствуем, несчастные, грешим непростительно, слепотствуя и себя повреждая: «Бог бо поругаем не бывает»! (Гал.6:7)

Вот же, какое есть различие между сим ложным покаянием и покаянием полезным и истинным. Одна блудница, страшась осуждения, раскаивается. Приходит она немедленно в дом Симона Фарисея, где находился Господь Иисус, и тамо пред всеми падает на нозе Его, омывает оные своими слезами, потом, отерши их власами главы своей, возливает на них миро: и изменяется из блудницы в целомудренную, и из греховного вместилища — в сосуд Божий. Твориши ли убо и ты, раскаиваясь, таковые сей блудницы дела? Раскаиваешься ли и ты, страшась осуждения? Падаешь ли и ты на ноги Иисусовы? Сокрушаешься ли сердцем? Изливаешь ли слезы для омовения пречистых ног Спасителя? Отираешь ли их непорочностию помышлений твоих? Возливаешь ли на них миро милостыни твоей для нищих? Изменяешься ли и ты из блудного в целомудренного и из раба диаволя в друга Божия? Если тако творишь: тогда есть покаяние твое истинное, тогда Бог приемлет обращение твое; тогда скажет и тебе Человеколюбец то же, что сказал блуднице, истинное творившей покаяние: «отпущаются тебе греси твои. Вера твоя спасе тя, иди в мире» (Лк.7:48, 50).

Давид, соблудивши и сотворив убийство, принес покаяние. Он о грехе и беззаконии своем не постыдился упомянуть в пятидесятом псалме, и внушив сердцу своему тяжесть оного, беспрестанно о нем раскаивался и всегда имел пред своими очами: «яко беззаконие мое», говорил, «аз знаю, и грех мой предо мною есть выну» (Пс.50:5). Почему из глубины сердечной и во многой скорби воздыхал, и еженощно слезами своими и одр свой омывал, и постелю свою окроплял: «утрудихся воздыханием моим, измыю на всяку нощь ложе мое, слезами моими постелю мою омочу» (Пс.6:7). Так постился, что колена его изнемогли, и все тело его изменилось: «колена моя изнемогоста от поста, и плоть моя изменися елеа ради» (Пс.108:24). Толикие были его воздыхания и столько истощил и измучил плоть, что иссохло тело и срослась кожа с костьми его: «от гласа воздыхания моего прильпе кость моя плоти моей». Видите ли, какие суть плоды истинного покаяния? О несчастные мы! Какой блудодей, какой убийца в наши времена сотворил такое покаяние?

Павел, прежде бывший гонителем Церкви Божией, напоследок, небесами призванный на покаяние, раскаялся. Какие же плоды были его покаяния? И кто может изъяснить треблаженного Павла посты, бдения, труды, бедствия, гонения, биения, узы, темницы, кораблекрушения, раны, смерть, мучительную его кончину? Покаяние его принесло плод Богу, и обращение языков от идолопоклонства в истинное Богопознание. Но, о несчастные мы! Какой ныне гонитель братий своих христиан сотворил толь многие и толикие плоды покаяния?

Петр, трикратно с клятвою отвергшись от Иисуса Христа, не укоснил раскаяться. И во-первых, плакал он горько; потом все оставшееся время жизни своей не иначе препроводил, как токмо в скорбях, трудах и бедствиях, проповедуя вселенной Иисуса Христа, от Которого на дворе Каиафы отвергся, истинным Богом. Напоследок же, по премножеству любви своей, излил кровь свою за Него и радуясь подъял смерть. Содрогаюсь о сем воспоминая, и льются слезы из очес моих, когда размышляю о делах тех людей, которые либо ради богатства, либо ради страха, либо ради славы и других каких-либо плотских вожделений и телесного покоя, отрицаются от Иисуса Христа, или от православной веры: потом раскаявшись, причисляются паки к Церкви. Если вникнем в покаяние тех и Петрово, не остается никакой надежды для тех спасения.

Все сии сказанные примеры и другие бесчисленные научают нас тому, что никакой грех не побеждает силу покаяния. Блудничества, любодейства, убийства, гонения, отрицание от веры, сей важнейший паче всех грех, и всякий другой врачует покаяния пластырь. Врач, истинное приискав средство для исцеления от болезни, опасается разве только того, чтобы или лекарство худо не устроить, или чтобы не дать не вовремя. Ибо хотя, без сомнения, таковое лекарство служит к исцелению случившейся болезни; но если или не так, как должно, будет устроено, или будет дано не в должное время, либо нимало не пользует, либо, вместо пользы, еще и повреждает. Собратия моя грешные! мы подлинно довольно знаем, что покаяние есть единое несомнительное и истинное греховное врачевство. Человеколюбивейший Бог благоволил дать нам оное пластырем всякой немощи, всякой страсти, всякой раны и язвы души нашей. Покаяние врачует всякий грех, и заглаждает самые следы беззаконий: «и аще будут греси ваши яко багряное, яко снег убелю: аще же будут яко червленое, яко волну убелю» (Ис.1:18). Покаяние есть пристанище, которое благоутробие Божие всякому волнующемуся грехами своими предуготовило. Кто верует во Иисуса Христа, тот о сем нимало не усомнится. Однако два наипаче препятствия воспящают нам часто утвердиться в шествии и достижении до сего Богом устроенного и спасительного пристанища, покаяния. Первое, когда мы отлагаем время покаяния до завтрашнего дня, но нас нечаянно постигает смертный час, в который пластырь покаяния бывает уже без силы и действия, или потому, что не остается времени, или потому, что таковое малое время не бывает годным к покаянию. Во-вторых же, если мы скоро хотя прибегаем к покаянию, но совершенно не так, как должно: раскаиваемся скоро, но иногда так, как Каин, иногда же как Саул, а иногда наподобие Иуды, или Фараона. Почему не пользует, а вредит токмо таковое раскаяние.

Всякий грех есть непростительный; поколику есть презрение закона, данного беспредельным Богом. Покаяние есть таковой непростительности истинное врачевство: однако не всякое, но истинное покаяние, таковое, которое бывает как должно, и когда должно. Если мы будем раскаиваться так, как блудница, как мытарь, как Давид, как Павел, как Петр, как ныне упомянутый Закхей, — то есть с сокрушением и слезами, с совершенным воздержанием от грехов, с принесением плодов покаяния; тогда-то покаяние наше приятным бывает Богу, тогда-то получаем оставление грехов и вечное спасение.

Но я, скажешь, покаюсь так, как разбойник, — скажу и я в час смерти: «помяни мя, Господи, егда приидеши во царствии Твоем»! (Лк.23:42) и наследую блаженство, якоже и он. Если и ты будешь висеть на кресте так, как разбойник, а следственно не будешь иметь времени для показания плодов покаяния, или по крайней мере, если бы ты был уверен, что в последний час твоей смерти можешь покаяться наподобие разбойника, — пусть так будет: покойся и не скорби. Если же не знаешь ниже того, когда постигнет смерть, ниже того, как и в каком расположении обрящет тебе смерти страшный час: как же можешь спокойным и беспечным пребывать? Как равняешь себя разбойнику? Почему основываешь надежду спасения твоего на спасении разбойника, если сам видишь и разумеешь, что твои обстоятельства так различаются от того обстоятельств, как отстоит небо от земли?

Престанем грешить, братие! Раскаивающийся, но не отвращающийся от греха и не творящий дел покаяния, отлагающий время покаяния до нынешнего или завтрашнего дня, принося различные извинения, решительно также дожидающийся смертного часа для покаяния, тщетно меняет неизменное и Божественное и, ругаясь неподлежащему руганию, подвергает душу свою конечному отчаянию во спасении. «Бог бо поругаем не бывает: еже бо аще сеет человек, тожде и пожнет» (Гал.6:7).

40.1. Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Тимофею, читаемый в тридцать вторую неделю (1Тим.4:9-15)

«А иже пиет от воды, юже Аз дам ему», произрек Господь к Самаряныни, «не вжаждется во веки: но вода, юже Аз дам ему, будет в нем источник воды текущия в живот вечный» (Ин.4:14). Видим мы истину сего Божественного слова и в других многих, особенно же в Богоглаголивом Апостоле Павле. Он преизобильно пил воду от Иисуса Христа ему данную, когда «облиста его свет небесный» (Деян.9:3), когда воззвал его Христос с небеси, и рек ему: «иди, яко Аз во языки далече послю тя» (Деян.22:21). Вода сия, то есть дар учения, поистине была в нем источник изливающий высокие таинства, догматы истины, спасительные законы, животворные завещания, законоположения благопотребные всякому званию, всякому возрасту человеческому, чину и состоянию. Сею текущею водою напоевал преблаженный Апостол не только Иудеев и Еллинов, мудрых и некнижных, свободных и рабов, но и самых настоятелей Церквей, то есть, учителей и светильников Христианства. Свидетельствует то излагаемая мною чтенная ныне часть послания его к Тимофею. Всеизящный Тимофей Апостол был и Архиерей, и Пастырь, и Учитель Ефесской Церкви. Но и его Божественный Павел напоевал Божественным потоком Пастырского учения, в послании к нему начертав правила, кои исполнять обязуются все настоятели Церкви. Хотя же сия вода собственно касается Пастырей Церковных, но она напоевает и словесных овец, и животворит и учителей и учеников, и наставников и наставляемых. Вот убо мы предлагаем вам воду оную в сосуде толкования, дабы вы с большею удобностию пия оную, не имели жажды во век. 1Тим.4:9. Чадо Тимофее, верно слово и всякаго приятия достойно.

Сие, «верно слово и всякаго приятия достойно», значит то, что истинно слово сие, и достойно того, чтобы всякий человек охотно верил тому, чему оно поучает. Трижды же Павел в первом послании своем к Тимофею сказал сие: «верно слово». Когда первый раз сказал, показал тотчас, и какое то есть слово сие, сказав: «верно слово: яко Христос Иисус прииде в мир грешники спасти» (1Тим.1:15). Также когда и во второй раз сказал, показал тотчас, какое то есть сие верное слово, сказав: «верно слово: аще кто Епископства хощет, добра дела желает» (1Тим.3:1). А поелику, когда сказал еще в третий раз, верно слово, не присоединил к сему тотчас, какое то есть слово сие, то сомнение отсюда рождается, о каком он здесь говорит слове: сказал пред сим, «а благочестие на все полезно есть, обетование имеюще живота нынешняго и грядущаго» (1Тим.4:8). Сказал и после сего: «яко уповахом на Бога жива» (1Тим.4:10). Отсюда явствует, что здесь, «верно слово», относится и к предыдущему, и к последующему произречению (Смот. Злат. Феодорит. Икум. Феофил.). Многие же утверждают, что к предыдущему, что и достовернее. Ибо по предыдущем тотчас приложил к тому, «верно слово»: а последующее не тотчас следует за сим. Верно слово, но между тем еще вложено, «на сие бо и труждаемся и поношаеми есмы» (1Тим.4:10). Смысл убо слов оного есть таковый: «а благочестие на все полезно есть, обетование имеюще живота нынешняго и грядущаго». Сие слово, которое я говорю, есть «верно и всякаго приятия достойно».

1Тим.4:10. На сие бо и труждаемся и поношаеми есмы, яко уповахом на Бога жива, Иже есть Спаситель всем человеком, паче же верным.

«На сие бо», вместо, для сего, то есть, для сего благочестия мы сносим труды и поношения от человеков. Сносим оные потому, что возложили упование наше на Бога жива, уповая блаженством наслаждаться в будущей жизни, по обетованию благочестия. «Яко уповахом на Бога жива», Который хощет спасения всем человеком, наипаче же верующим и служащим ему. «Иже есть Спаситель всем человеком, паче же верным». И Павловы труды для проповеди Евангельской явственны, ибо он не только протекал «от Иерусалима и окрест даже до Иллирика, проповедуя Евангелие Христово» (Рим.15:19), но и делал «своими руками», и делом рук своих питал бывших при нем (1Кор.4:12: Деян.20:34). Почему со дерзновением писал о себе: «в трудех множае, и паче всех их потрудихся» (2Кор.11:23: 1Кор.15:10). Явственны также и поношения поносивших его. Ибо Фист громогласно поносил его, говоря: «беснуешися Павле: многия тя книги в неистовство прелагают» (Деян.26:24). А Епикурейские и Стоические философы поносили его, называя суесловивым. «Что убо хощет», говорили они, «суесловивый сей глаголати?» (Деян.17:18) Посмотри же сколь приличные, говоря о уповании, дал он имена прилагательные Богу. «На Бога жива», сказал, «Иже есть Спаситель». Живым, то есть, бессмертным назвал Бога, чтобы представить, что надеющийся на Него получает то, чего надеется. Кто надеется на смертного человека, того надежда часто бывает тщетная по причине смерти того человека, на которого надеялся. А кто надеется на Бога, того надежда никогда не бывает тщетная, поелику Бог есть бессмертен. Посему же назвал Бога и Спасителем, то есть, чтобы показать, что спасает Он надеющихся на Него. Кто надеется спасения себе от человеков, тот часто остается постыжденным. Ибо люди иногда не хотят, а иногда не могут помочь и спасти. Надеющиеся же на Бога никогда не постыждаются; ибо Бог по естеству будучи Всеблаг и Всемогущ хощет всегда нашего спасения, и может что хощет творить. А сие сказав Богоглаголивый Апостол в виде приступа, начинает потом учение собственно и лично относящееся к Пастырям Церковным. «Завещавай сия и учи» (1Тим.4:11).

«Завещавай сия и учи». Но что такое, сия? Все, что выше в послании своем писал к нему. «Завещавай», говорит, «сия», то есть, удаляться инаковых и бесполезных учений, также иметь чистосердечную любовь и нелицемерную веру (1Тим.1:3, 5). Учи, говорит, разуметь цель пришествия Иисус Христова в мир, которая есть спасение грешников (1Тим.1:15). Завещевай молитвы творить за всех человеков (1Тим.2:1). Учи, в каком месте и каким образцом молиться (1Тим.2:8). Завещавай, чтобы жены публично не учили, и были покорны мужам своим (1Тим.2:11-12). Учи, какие добродетели необходимо нужно иметь Епископам и Диаконам (1Тим.3:2, 8 и проч.), также, что в последние времена явятся отступники и обольстители, и что от благочестия происходит и временная, и вечная польза (1Тим.4:1, 8). Заметь же, что иное значит завещание, а иное учение. Завещанием мы заповедуем и повелеваем, а учением наставляем и изъясняем. Павел исполнять предписывает Тимофею и то и другое. Ибо он настоятель был и Епископ Ефесской Церкви. А отсюда мы научаемся, что всякий Церковный настоятель имеет право и долг как повелительно завещевать пасомым своим, чтобы хранили Божественные догматы, заповеди и законы, так и наставлять их, и изъяснять им Святые мысли Божественного Писания.

1Тим.4:12. Никтоже о юности твоей да нерадит: но образ буди верным словом, житием, любовию, духом, верою, чистотою.

Юн был, как видно, Тимофей, то есть, не имел старческого возраста, приличествующего Архиерейскому достоинству. Почему же Павел, который говорит: «яко же отреби миру быхом, всем попрание доселе» (1Кор.4:13): учил Тимофея, чтобы никто не пренебрегал юности его? Имел ли власть Тимофей воспрепятствовать тем, кои бы хотели пренебрегать его? Или учил он его сражаться и брань вести с презирающими его? Ни Тимофей не имел власти обуздать уста пренебрегающих его, ниже премирный Павел учил сражаться и брань вести: но учил так, потому что юных, как большею частию бывает, пренебрегают яко несведущих, безопытных, и не утвержденных в подвигах добродетели. Если же бы Тимофей будучи Архиерей пренебрегаем был, то никакого бы плода слово его не приносило. Почему завещевает ему удаляться причины такового пренебрежения, показуя ему и способ, как он может то соделать. Буди, говорит, образ, то есть, правило и пример для верных «словом», имея слово в устах твоих исполненное благоразумия и мудрости: «житием», имея обращения свойственные людям почтенным и святостию украшенным: «любовию», любя всех искренно, горячайше и непритворно: «духом», провождая жизнь духовную, высшую всякого вещественного мудрования: «верою», веруя несомненно и с горячностию всему, что принял: «чистотою», очищая себя «от всякия скверны плоти и духа» (2Кор.7:1). Сей есть способ, коим юный делается не только не пренебрегаемым и не предосудительным, но и дивным для всех и достоуважаемым. Ибо кто дерзнет презирать юного, когда он хранит сии завещания Павловы? Паче же кто не почтит и не уважит таковую юность? Чтут с удивлением добродетель и самые враги и супостаты.

1Тим.4:13. Дондеже прииду, внемли чтению, утешению, учению.

Последовал Тимофей Павлу с того самого дни, как вышел с ним из отечества своего, научаем от него догматам веры и законоположениям Евангельским, и служа ревностно в проповедании Евангелия. А поелику быв рукоположен во Архиерея, по необходимости отлучился от Павла, дабы пребывать в определенной ему Церкви Ефесской; то утешая его Павел в скорби от разлуки происшедшей, обещается прийти к нему: «дондеже прииду», говорит, то есть, доколе приду к тебе, «внемли чтению», читай со вниманием Божественное Писание: «утешению», утешай оскорбленных и убеждай их к деланию благих дел: «учением», учи всех вере во Христа, и Евангельскому законоположению. Но не подумай, что сим «дондеже прииду», завещевал Павел Тимофею, чтобы творил то, доколе он придет к нему, а потом бы престал. Ибо сие, «дондеже», есть выражение Божественного Писания означающее — и До того, и Потом, и Навсегда, как и сие: «изшед вран из ковчега, не возвратися, Дондеже изсяче вода от земли» (Быт.8:7). И сие: «седи одесную Мене, Дондеже положу враги Твоя подножие ног Твоих» (Пс.109:1). И сие еще: «и не знаяше ея, Дондеже роди Сына своего первенца» (Мф.1:25). Заметь же, что хотя Апостол был Божественный Тимофей, хотя проповедник Евангелия, хотя удостоен благодати Божия, но Павел завещевал ему со вниманием читать Святое Писание, утешать, увещевать и учить словесных овец Иисус Христовых. Отсюда научаются Настоятели Церкви Христовой, что кольми паче они должны читать со вниманием Божественное Писание, утешать скорбных, склонять к добрым делам, и учить всегда вверенный им народ Господень.

1Тим.4:14. Не неради о своем даровании живущем в тебе, еже дано тебе бысть пророчеством с возложением рук Священничества.

Дарованием называет Архиерейское достоинство, поколику оно есть дар Божий высокий, великий, Божественный и душеспасительный, туне людям от Бога подаемый. Дарование же сие дано было Тимофею «пророчеством». Были тогда многие из верных удостоившиеся пророческого дарования, коим предсказывали имеющее быть. Доказывает сие Агав предвещавший «Духом глад велик имеющий быть по всей вселенней» (Деян.11:28), и что Павел во Иерусалиме связан будет, и предан «в руце языков» (Деян.21:10-11): так же четыре девицы, дщери Филиппа Апостола, кои пророчествовали (Деян.21:9): и сам Павел проповедуя и говоря: «имуще же дарования по благодати данней нам различна: аще пророчество, по мере веры» (Рим.12:6). Пророки тогдашнего времени пророчески предрекли, что Тимофей удостоен будет дара Архиерейства. Но касательно сего Павел о Тимофее сказал не только то «еже дано тебе бысть пророчеством», но и следующее: «сие завещание предаю ти, чадо Тимофее, по бывших на тя прежде пророчествиих, да воинствуеши в них доброе воинство» (1Тим.1:18). Павел убо возложением рук своих рукоположил Тимофея во Архиерея, как свидетельствует он говоря: «еяже ради вины воспоминаю тебе, возгревати дар Божий живущий в тебе, возложением руку моею» (2Тим.1:6). Сказал же, с возложением рук Священничества, дабы показать, что не он един, но и другие с ним бывшие имеющие дар Архиерейства возложили на него руки свои, в присутствовании притом и находящихся в то время там Пресвитеров и Диаконов. Ибо при хиротониях предстояли Пресвитеры и Диаконы, а возлагал руки един Архиерей, как повествует Климент: «Пресвитера», говорит он, «рукополагая, Епископе, возлагай сам руку на главу, Пресвитерству предстоящу тебе и Диаконом» (Прав. 8, числ. 16). А отсюда явствует, что в православной Церкви хиротонии совершались самими Богоносными Апостолами. Что же значит: «не неради о своем даровании живущем в тебе»? Сие означает готовность к исполнению дела Архиерейства, а дело Архиерейства есть, как говорит Павел, проповедывать веру: «проповедуй слово» (2Тим.4:2): настоять во всякое время: «настой благовременне и безвременне»: обличать согрешающих: «обличи»: угрозы делать не исправляющимся: «запрети»: утешать оскорбленных, и побуждать ко всякой добродетели: «умоли»: долготерпеть и учить: «со всяким долготерпением и учением». Кто все сие неленостно и рачительно исполняет, тот есть блаженный Архиерей, который не нерадит о данном ему Божественном даровании.

1Тим.4:15. В сих поучайся, в сих пребывай, да преспеяние твое явлено будет во всех.

Сказал, прежде: «образ буди верным словом, житием, любовию, верою, чистотою» (1Тим.4:12). «Внемли чтению, утешению, учению. Не неради о своем даровании живущем в тебе» (1Тим.4:13-14). Сим, говорит, поучайся, в сих буди, то есть, в делании сих пребывай. Да будет твоим упражнением и делом исполнение сих. На какой же то конец? «Да преспеяние твое», говорит, «явлено будет во всех». Не для сего ли токмо, то есть, да видят все успех во всех делах, должны быть поучение оное, старание, и труды толикие? конечно для сего. Ибо отсюда просвещаясь люди песнословят и прославляют небесного Отца и Бога нашего. «Тако да просветится свет ваш пред человеки, яко да видят ваша добрая дела, и прославят Отца вашего, Иже на небесех» (Мф.5:16). Уста Господня глаголаша сия.

Беседа о том, что благочестие на все полезно, и о тех, кои в настоящие времена отверглись оного совершенно, и соделались неверными, и совсем нечестивыми и безбожными

«А благочестие на все полезно есть, обетование имеюще живота нынешняго и грядущаго» (1Тим.4:8). Сие слово есть верное, и всякого приятия достойное, как то сказал Богоглаголивый Павел (1Тим.4:9). Сказал сие Павел, но веруют ли все, что сие слово есть истинное и верное? Почитают ли оное все достойным приятия? Удостоверяются ли все, что благочестие на все полезно есть, и что подает оно и в настоящей жизни, и в будущей те блага, кои обещевает? Мы видим в настоящие времена множество людей таких, кои как бы уверены были в том, что слово сие есть ложное, и не приятия, но отвращения достойное, и как бы точно зная, что благочестие не пользует ко всему, но вредит во всем, презрели оное, и отвергши совершенно, соделались неверными и совсем нечестивыми и безбожными. Нечестивый, коего Пророк Давид назвал безумным по бессмысленности и буйству ума его, или стыдясь поношения в безбожии, или боясь казни законов, или не имея уверенности в безумных своих мудрованиях, не дерзал произречь безбожные свои мысли, но тайно в сердце своем занимался нечестием. «Рече безумен в сердце своем: несть Бог» (Пс.13:1). Люди же таковые не имея ни стыда, ни страха, ни сомнения какого, бесстыдно и бесстрашно открытым ртом не только проповедуют буйное нечестие, но и силятся изгладить самые следы благочестия.

Всякий человек видя, что небеса поведают славу Божию, и твердь возвещает дела рук Его, и что твари изъявляют присносущную силу Его и

Божество, приходит в ужас, как в первый раз услышит, что нет Бога (Пс.18:2; Рим.1:20). Но поелику сие, когда часто о том слышно, и часто о том говорят, делается обыкновенным, а обыкновение делает и страшное бесстрашным: то во первых изгоняет человек страх из своего сердца, потом видя, что учение неверия свергает узду, препятствующую наслаждаться плотскими вожделениями, и укрощает разительные обличения совести, приемлет оное охотно, хотя недоумевает, хотя сомневается, хотя противное внушает ему и рассудок и чувство. Отсюда великое сие и пагубное зло с места на место переходя, как заразительная болезнь, передается, возрастает, и умножается. Но неужели «ритины несть в Галааде, или врача несть тамо?» (Иер.8:22) Там, где душепагубная сия заразительная болезнь родилась, воспитана, и без стыда открыто дерзнула действовать, возобладала, и господствование получила, может быть ни ритины несть, ни врача, ниже восходит тамо исцеление. Может быть тамошние обитатели «изриновени Быша, и не возмогут стати» (Пс.35:13): поелику в чести будучи, как словесные люди, самопроизвольно уклонились во зло, данный им свет разума погасивши, «приложилися скотом несмысленным, и уподобилися им» (Пс.48:13), и соделались начальниками и учителями таковой пагубы. Но о тех, кои не там, а инуде обитают, весьма можно надеяться, что они получат исцеление и спасение.

Врачи болезней телесных имеют травы, иные прогоняющие болезнь, а иные предохраняющие здоровье: первые употребляют для больных, чтобы исцелить их от болезни, а вторые для здоровых, чтобы сохранить здоровье оных. Но находятся ли и для возникшей ныне душевной смертоносной болезни бальзамы, могущие и нечестивых исцелить от нечестия, и благочестивых утвердить во благочестивой вере? Доказательство на слово Апостольское верное и всякого приятия достойное является бальзамом наилучшим, могущим и язву нечестия исцелить, и здравие в вере непременяемым сохранить. «А благочестие на все полезно есть, обетование имеюще живота нынешняго и грядущаго. Слово сие есть верное и всякаго приятия достойное» (1Тим.4:8-9). Доказательство истины сей может и нечестивых извести из пропасти неверия, и благочестивых утвердить на камени веры. Ибо когда доказано будет, что благочестие на все полезно, тогда кто из нечестивых не отвратится от нечестия, чтобы объять благочестие, или кто из верных не будет бегать неверия, чтобы пребыть навсегда в истинной вере? Мы предложим доказательства тому. Но поелику научены мы от Господа так разуметь, что никто не может уверовать, хотя бы тмочисленные и непреоборимые слышал и видел доказательства, если небесный Отец не даст воссиять в душе его свету Божественной Своей благодати. «Никто же может приити ко Мне, аще не Отец пославый Мя привлечет его» (Ин.6:44): то призываем Самого Подателя света, Отца щедрот, источника милости, да умоляем Он будучи бесконечною Своею благостию, привлекательный Свой свет ниспошлет всем слушающим оные, и заблудших и неверных да обратит от неверия, а не заблудших и верующих утвердит в вере.

Ежели тотчас в начале будем говорить о пользе, коликую доставляет нам благочестие в будущей жизни, то нечестивые не веруя, что есть будущая жизнь, посмеются, и презирая слова наши будут зажимать уши душевные, и затыкать оные яко аспид глухой «и затыкающий уши свои» (Пс.57:5). Почему начинаем мы от вещей видимых и чувственных, к которым они пригвождены. Во всех делах человеческих столь нужна надежда иметь хороший оных конец, что если сей надежды не будет, то останутся все люди праздными и бездеятельными, а следовательно несчастными и самыми бедственнейшими. Кто сеет семена, когда не надеется достичь пристанища? Кто производит торговлю, тогда, когда не имеет надежды получить прибыль? Кто или рукоделием занимается, или рабом служит, когда не надеется награды? Ежели исследуете все дела человеческие, то увидите, что все оные бывают в надежде достигнуть желаемой цели: и чем тверже надежда, тем более бывает в делателе охоты. Когда надежда будет безсомнительная и верная, тогда человек бывает весьма охотен и рачителен к делу своему, тогда с ревностию предпринимает и самые труднейшие и неудобоисправляемые дела. Сравни же надежду нечестивого с надеждою благочестивого человека. Надежда нечестивого имеет основанием своим твари, а надежда благочестивого основывается на Творце всех тварей. Нечестивый надеется на вещи непостоянные и переменяющиеся, на воздух, на качество земли, на теплоту солнца, на дождь, на ветер: а благочестивый возлагает всю надежду свою на неизменяемого и непреложного Бога. Нечестивый надеется на вещи слабые и малосильные, на художество, способность, и силу свою: а благочестивый надеется на всемощного и всесильного Бога. Нечестивый надеется на людей, обещающих много, а исполняющих мало, или ничего, на человеков временных и тленных, которые ныне живут, а заутра умирают: а благочестивый надеется на Бога исполняющего всегда с избытком Божественные Свои обещания, на Бога вечно живущего. Чья убо надежда тверже и вернее? Нечестивого ли, который основывает оную на вещах непостоянных, переменных, слабых, тленных и временных, или благочестивого, который возлагает надежду свою на неизменяемого, непреложного, всесильного, нетленного и вечного Бога? Надежда нечестивого есть нетверда и неверна, а благочестивого тверда и верна.

Истинно есть слово сие Апостольское: «а благочестие на все полезно есть» (1Тим.4:8): во всех, то есть, делах наших великую доставляет нам пользу. Оно одушевляет и ободряет и земледельца, и корабельника, и купца, и воина, и раба, и господина, и князя, и царя, и всякого человека во всяком его делании. И не говори, неверный, что поелику нет Бога, то обманывается благочестивый в сих надеждах. Ибо он верует, что есть Бог, и что сей Бог есть всевидящий, всемогущий, преблагий, промыслительнейший, человеколюбивейший, и благотворит всем, а наипаче на Него уповающим. Вера же вперяет непрестанно в сердце его столь твердую и великую надежду на Бога, что доколе он верует, дотоле никакими буесловиями невозможно поколебать его в надежде сей. А чем более вера его возрастает и горячеет, тем более надежда в душе его увеличивается и укрепляется.

Отсюда мы видим, что благочестивые будучи теплы в вере толикую имели надежду, что дерзали совершать дела такие, каковых никто из нечестивых не производил. Какой когда нечестивый предстал пред Царя своего, и с толиким дерзновением сказал к нему: отпусти подданный народ твой из-под владычества твоего? (Исх.5:1) Какой когда нечестивый дерзнул вступить на среду моря с толикими тмами народа? (Исх.14:22) Какой когда нечестивый смело мог положиться, что победит он врагов единым распростертием рук своих против их? (Исх.17:11) Никакой. Моисей соделал сии дивные дела, потому что будучи благочестив надеялся, что Бог всемогущий творит возможным невозможное от человек. Какой когда нечестивый не убоялся прейти с толикими тмами мужей и жен и детей великую и глубочайшую реку (Нав.3:17), и уверен был, что гласом трубным опровергнет высокие и твердые стены градские, или мнил, что единым повелительным словом может остановить движение солнца? (Нав.6:4,10:12) Никакой. Иисус Навин сие соделал, потому что вера влагала в сердце его твердую надежду, что Бог может сие сотворить. Какой когда нечестивый устремился с тремя только стами людей против бесчисленного множества врагов? Никакой. Благочестивый Гедеон сие соделал, надеявшись на силу всемогущего Бога (Суд.8:4). Человеки, простолюдины, убогие, некнижные, безоружные, каковы были Апостолы, столь великодушными соделались от сея Божественной надежды, что представши пред царей и властителей, смело их учили, мужественно им противостояли, и дивно их победили. Людям всякого чина, каковы были Святые мученики, в числе коих были и девицы нежно воспитанные, и старицы немощные, толикое мужество подавала надежда на Бога, что текли они на мучения, как течем мы на увеселения; смотрели на огонь, печи и сковрады, как на весеннюю росу, на зверей, на вертели, и на всякого рода мучения, как на венцы победные и на триумфы славные, смотрели на убийц своих, как на спасителей и благодетелей.

Но откуда, скажет нечестивый, сие известно? От оных достоверных мужей, кои сие видели, слышали, осязали, и согласно о сем повествовали. Но историки-де лгут. О окаяннейший! Если ты отвергать будешь слова всякого историка, то не будешь знать, кто твой прадед, кто дед, а может быть и кто отец твой, мать твоя и братья твои. Помянутые же дивные дела известны в точности не только от достоверных по всему и согласных между собою историков, кои повествовали об оных, но и от самых видимых и ощущаемых происшествий. Весь мир, кроме Иудейского народа, в идолопоклонстве был, до пришествия в оный Иисус Христова. От чего убо столь бесчисленное множество идолопоклонников уверовали во Иисуса Христа? От чего иного, ежели не от Апостольской проповеди? Кто же были проповедующие Апостолы? Убогие, бессильные, безоружные, неученые, немощные, за ничто почитаемые. Откуда убо они дерзнули произвести столь великое и дивное дело? От чего иного, ежели не от надежды? А надежда толикая откуда? Не от чего иного, как от благочестия.

Не только же во всех делах наших, но и во всех обстоятельствах жизни нашей благочестие великую доставляет пользу. Толиким множеством скорбей, бед, несчастий, и мучительных болезней исполнена жизнь наша, что не находится в мире такой человек, который бы мог о себе сказать: я никакого несчастия не испытал, никогда не пил чашу скорбей, никогда не вкушал горести болезней. Часто же сии скорби и болезни объемлют людей так, что не находят они утешения себе в мирских вещах. Утесняет сильный неправедный властитель бессильную вдову, похищая и пищу, и одежду у сирых ее чад. Прибегает она к людям, но никто не осмеливается подать ей помощи, потому что все боятся, чтобы не быть гонимыми и угнетаемыми от обижающего ее. Почему нужда и скорбь, как острый меч раздирают сердце ее. Ежели она верует в Бога, то находит себе отраду и утешение, возводя очи на небо, и помышляя, что всесильный Бог есть отмститель за обижаемых, и вдов и сирот заступник (Рим.12:19. Пс.67:6). Страдания лютой болезни день и ночь жестоко мучат болящего: ни врачи его не исцеляют, ни врачевства ему не пользуют. Ежели он верует в Бога, то находит облегчение страданий и отраду в мучениях, помышляя, что Бог есть всемогущ, и премилосерд, и что болезни заглаждают грехи, и мучения соплетают венцы Божия милости (Пс.88:32-33?). Во всяком прискорбном обстоятельстве, когда душа человека отчаиваясь совсем в помощи, не имеет никакого утешения человеческого, если воспомянет Бога, то находит не только утешение, но и веселие. Опыт научил сему Царе-Пророка Давида. Когда душа его отвращалась от всякого мирского утешения по причине скорбей, каковые причинял ему Саул, каковые причиняли ему враги его, и сын его Авессалом тогда он воспоминал Бога и находил в том веселие и радование, как открывает то Божий человек к наставлению нашему. «Отвержеся», сказал он, «утешитися душа моя. Помянух Бога, и возвеселихся» (Пс.76:3- 4). Неверный во всяком прискорбном для него случае совершенно лишен такового великого утешения. Но умалчивая о всех других тяжких обстоятельствах, кои оскорбляют людей, дабы не продолжить сверх меры слово свое, предложу я одно только обстоятельство, смерть; ибо сия единая может доказать пользу благочестия.

Никто не может описать, коликое смятение и страх, коликие тяготы, страдание, мучение и терзание производит смерть. Ежели одно воспоминание смерти толикое причиняет человеку смущение и боязнь, то кольми паче приближение оной. При часе смертном в какой вещи мира сего найдешь ты утешительную себе надежду? Во врачевствах ли? Но они в язвах смертных нимало не пользуют. Во врачах? Но они тогда отчаиваются во днех жизни твоей. В друзьях ли и сродниках твоих? Но они тогда умножают страдание твое, плача и рыдая о том, что лишаются тебя. Помогают ли тебе тогда или богатство, которое ты собрал, или достоинства, для которых столько трудился, или власть, на которую имел толикую надежду, или Царские престолы, скипетры и венцы? Все то, а с тем и весь мир бывает тогда для тебя недействительным, мертвым, бездеятельным, и несуществующим. Человече нечестивый и неверный, куда прибегнешь ты во время страшной оной и мучительнейшей скорби твоей? Откуда ожидать будешь помощи? На кого возложишь надежду? На Бога ли? Но ты не веруешь, что есть Бог: почему ниже прибегаешь к Нему, ниже надеешься иметь спасение от Него. Надеяться ли будешь утешиться в смерти будущею жизнию и воскресением мертвых? Но ты полагаешь так, что душа твоя смертна и умирает как и тело: почему не имеешь надежды жить. А сие возводит твое болезненное чувствование смерти на высочайшую степень. Терзается сердце твое, раздирается утроба твоя, измучивается тело твое по причине отчаяния неверующей души твоей. «Смерть грешников люта» (Пс.33:22). Благочестие, ты будучи на все полезно, приходишь тогда к благочестивому человеку, и предстаешь душе его. поелику же имеешь ты обетование не токмо нынешнего, но и грядущего живота, то предлагает ему действительнейшее утешение. Не бойся, говоришь ты ему, ибо Господь твой сказал, что если и умрешь, оживешь. «Веруй в Мя, аще и умрет, оживет» (Ин.11:25). Не печалься, ибо ты не умираешь, но преходишь от сей временной и многоболезненной жизни в жизнь безболезненную и вечную. «Веруй в Мя», сказал Господь твой, «имать живот вечный» (Ин.6:47). В жизни оной никогда ни слез не видно, ни воздыханий не слышно, ни печали там нет места. Совершенная в оной безболезненность, непременяемый мир, неизъяснимая радость, покой, слава и Царствие. Жизнь оная имеет блага, «ихже око не виде, и ухо не слыша, и на сердце человеку не взыдоша» (1Кор.2:9). А поелику благочестивый человек верит сему, и нимало в том не сомневается, то в час оный смертный толикую чувствует отраду и утешение, что подъемлет смерть не яко смерть, но яко жизнь, но яко свобождение от болезненного и горестного сего жития, и прехождение в Царство вечное.

Поелику убо вера в Бога великую доставляет нам пользу во всех делах наших, великую пользу во всех обстоятельствах жизни нашей, а особливо при ужасном обстоятельстве смерти, то явственно, что благочестие и по сему одному достойно всякого приятия, хотя бы и ни почему иному не было полезно. Сие одно заставляет и неверного, если он имеет искру рассудка, отвращаться от нечестия и веровать в Бога от всея души и сердца. Но польза благочестия, возлюбленная моя братия, не заключается в одних только сказанных личных и временных вещах, она распространяется и на общие и вечные предметы. О вечных я умолчу, поелику верные веруют, что вера отверзает дверь Царствия вечного, и что без веры никто не может внити в оное. Неверные же, будучи плоть и кровь, не могут принять слова о вечном. А поговорю о пользе доставляемой верою и в самых общих и повсеместных вещах.

Общителен есть по естеству человек, то есть, по естеству убегает он пустынного и уединенного жития, и ищет всячески сожития с соестестенными себе людьми. Почему мы видим, что в самом начале мира первый сын первого человека, то есть Каин, создал град: «и бе», говорит Божественное Писание о Каине, «зиждяй град, и именова град во имя сына своего, Энох» (Быт.4:17). Свойство сие весьма полезно для людей. Ибо кои обитают и жительство имеют вместе, сии будучи друг от друга спомоществуемы получают всякую безопасность и спокойствие. Что же утверждает грады? Не иное что как добродетель, особенно же любовь и правда столько нужны к соблюдению обществ, что ежели сих нет, то рассеваются люди, и отлучаются друг от друга, и следственно опустошается всякий град, и место и страна. Ибо когда люди собравшись воедино враждуют, коварствуют, ссорятся и обижают друг друга, тогда как могут они жить вместе? Или какую безопасность и спокойствие будут они иметь от такого сожития? Истинные же добродетели не иное что есть утверждением, основанием, началом, источником, учителем и путеводителем, как благочестие. Напрасно хвалится нечестивый, говоря, что не грешит он, но делает добродетель из честолюбия и похвалы мирской: напрасно говорит, что не грешит он, но делает добродетель, боясь наказания мирских законов. Ибо из сих его слов всякий видит, что он тайно, когда никто его не видит, и следственно обличения и страха уже нет, тогда исполняет все злые свои пожелания. А когда получит мирскую власть в руки свои, тогда производит злодействия ужасные и неслыханные. Едино благочестие поучающее, что Бог есть везде присущ, что видит Он все, и испытует сердца и утробы, и судит и наказует согрешающих, обуздывает стремления зловредных пожеланий, и удерживает человека не только от явного, но и от всякого тайного греха. Едино благочестие дает видеть человеку, в каком он чине и состоянии находится, касательно исполнения добродетели, ибо оно едино учит, что есть истинная добродетель, и обещает за оную воздать не тщетную и временную человеческую какую-либо славу, но бессмертную и вечную Божию славу и блаженство. Почему справедливо мы заключаем, что благочестие, сей учитель любви, правды, и всякой другой добродетели, соблюдает общежития их, и приносит всякую пользу, спокойствие и благополучие.

Но скажешь ты, как хранились, и до ныне еще хранятся толикие грады и царства без благочестия? Что иное были идолопоклонники, как разве нечестивые и безбожные? И однако ж имели они и грады славные, и царства сильные. Идолопоклонники не были нечестивые, ибо имели то, что чествовали они Божескою честию; но были злочестивые, ибо чествовали твари, а не Творца. Идолопоклонники не были безбожные, но многобожные, то есть веровали, что многие суть боги, а не един. Они притом чествовали Бога неведомого ими; почему Апостол Павел сказал о них, что они судя по сему были набожные: «Проходя бо», говорил он к Афинянам, «чествования ваша, обретох и капище, на немже бе написано: Неведомому Богу. егоже убо не ведуще чтете, Сего аз проповедую вам» (Деян.17:23). Они не научившись, кто есть истинный Бог, поклонялись тварям, мня, что оные суть истинный Бог, и веря, что оные имеют силы и свойства Божеские. Хотя же были между ими некоторые и безбожники весьма немногие, как то ученики Эпикуровы, но они ни государства не имели, ни градами не обладали, ни народами не управляли, все же прочие не только имели богов и капища, но и веровали, что есть будущая жизнь, и суд, и воздаяние за добрые и злые дела. Свидетельствуют сие Минос, Плутон, острова Макаров, блаженных, Ахерусское озеро, огнепалящая река адская, и Цербер пес адский, и прочие Еллинские баснословия. Хотя же басни то были и вымыслы, но поелику принимали они баснословия сии за истину, то поражали оные совесть их, и удерживали некоторым образом от зол, расстраивающих общество, и направляли их к деланию дел таких, коими хранятся связи человеческих обществ. Царства же, или града, или владения такого, где люди по всему нечестивы и безбожны, не было, не слышно, и в историях не видно, да и не может быть никогда такое общество благоуспешно. Ибо к утверждению и распространению царств, градов и человеческих обществ, нужно, чтобы между людьми взаимная была любовь и правда, достоверность в слове, исполнение обещания, твердость клятвы. Нечестивый и неверный самолюбив, паче же сам в себе одно истое самолюбие будучи, никого кроме себя не любит, никого кроме себя правым не чтит. Ни слово его не имеет достоверности, ни обещание силы, ни клятва твердости. Кто может или поверить тому, что он говорит, или надеяться на то, что обещает, или уверен быть в том, в чем клянется, когда все знают, что он не имея страха Божия в сердце своем, ни внутреннего обуздания Закона Божия, удерживающего стремления неудержимых его страстей, производит всякое коварство, обман и вред, когда нет ему отвне препятствий, то есть, когда может исполнить тайно злые свои пожелания.

Но вот, скажешь ты, общество нововозникших нечестивцев и безбожников благопоспешествуется. Какое несчастнейшее их благопоспешество? Повествование о бедственнейшем состоянии градов и всего царства их несовместно сему слову, оно требует целого сочинения историков, или прямее сказать, трагических писателей. Однако же ты отвечаешь еще, что они благополучны, когда являются всем страшными, покоряют народы, приобретают множество богатства, и распространяют пределы своей державы. Какое благополучие в неправде, тиранстве, в грабительстве, хищении, коварстве, во лжи и нечестии? Подожди, чтобы видеть конец, слыши и верь слову Пророка Божия. «Видех», говорит он, «нечестиваго превозносящася, и высящася, яко кедры Ливанския: и мимоидох, и се не бе, и взысках его, и не обретеся место его» (Пс.36:35- 36).

The post Никифор (Феотокис). (ч.7 читаемых о 29-й недели по Пятидесятнице по 32-ю неделю) appeared first on НИ-КА.

Толкование Воскресных Евангелий и Воскресных Апостолов с нравоучительными беседами

41. В неделю 33-ю Мытаря и Фарисея толкование на Евангелие от Луки, (Лк.18:10-14)
*** Беседа о смиренномудрии.
41.1. Толкование на Апостол из второго послания Апостола Павла к Тимофею, читаемый в тридцать третью неделю Мытаря и Фарисея (2Тим.3:10-15)
*** Беседа на слова сии Павловы: «И вси же хотящии благочестно жити о Христе Иисусе, гоними будут»: или, что сие соблазняет многих, но сие доказательство есть веры: что вера во Христа не есть дело человеческое, но содеяние преестественнои силы Божией.

42. В неделю Блудного сына толкование на Евангелие от Луки (Лк.15:11-32)
*** Беседа о правиле покаяния и исповедания.
42.1. Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в тридцать четвертую неделю блудного (1Кор.6:12-20)
*** Беседа о грехе — блудодеянии.

43. В неделю Мясопустную толкование на Евангелие от Матфея (Мф.25:31-46)
*** Беседа о том, почему в день Суда упоминается только о едином милосердии.
43.1. Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в тридцать пятую неделю, мясопустную (1Кор.8:8-9:2)
*** Беседа о чревоугодии, и о родах оного.

44. В неделю Сыропустную толкование на Евангелие от Матфея (Мф.6:14-21)
*** Беседа о посте.
44.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Римлянам, читаемый в тридцать шестую неделю, сыропустную (Рим.13:11-14:4)
*** Беседа об осуждении, и сколь тяжко оно. (с молитвой)

41. В неделю 33-ю толкование на Евангелие от Луки, Мытаря и Фарисея (Лк.18:10-14)

Всякая телесная добродетель и всякий телесный грех, поколику подлежат телесным чувствиям, каждый удобно и слышит оные, и видит, и, так сказать, осязает. Но душевная добродетель и порок, поколику не подлежат телесным чувствам, ни видимы, ни слышимы бывают: чего для и самая душа с трудом познает, и самый разум неудобно постигает и судит о греховной тяжести и проистекающем от сего вреде. Смирение есть святой и спасительный душевный характер. Высокомудрие есть лукавая и зловредная душевная страсть. Трудно убо познавать и судить о том, когда мы бываем смиренны и когда горды. Всеведец Иисус, узнав, что все мы к гордости бываем удобопреклонны, к смирению же не расположены, притчею нынешнего Евангелия объяснил нам, какие суть внешние и телесные признаки гордого и смиренного, сколько вредна гордость и сколько полезно смирение, да тако мы, бегая гордости, лобызаем смирение. Всякому из человек весьма нужно есть сие святое учение, и никто не может сказать, что сие Божественное наставление не есть ему нужно. И так мы постараемся сию притчу истолковать, вы же толкованию сея с охотою внемлите.

Лк.18:10. «Рече Господь притчу сию: человека два внидоста в церковь помолитися, един Фарисей, а другий мытарь.»

Почему Богочеловек Иисус научал сему учению, толико нужному для спасения человека, не учительскою проповедию, но чрез притчу? Ибо притча есть изображение вещей, которое если бывает изображено ясно и светло, и самые вещи пред очами нашими представляет яснее учительской проповеди, так что кажется тебе, что содержащееся в притче учение не слышишь токмо, но и делательно видишь. Почему слушателей как внимательнейшими творит, так и учение таковое с вящею удобностию и удовольствием входит в сердца их. Удобно приметить сие можно в ныне чтенной притче. Фарисеи, будучи лукавыми и притворниками, скрывали свои грехи, а токмо всякую свою притворную добродетель обнаруживали, «творя все свои дела» для того токмо, «да видими будут человеки» (Мф.23:5). Почему все почитали их за добродетельных и праведных. Но мытари, поелику были такие люди, которые, собирая царские подати, многие чинили обиды, похищения и притеснения, того для все почитали их за грешников и неправедников. В сходственность убо такового мнения представляет Господь Фарисея в виде добродетельного и праведного человека, мытаря же в виде грешника и неправедника. Два человека, говорит, вошли в церковь помолиться, из коих один был Фарисей, то есть праведный, а другой мытарь, то есть грешник.

Лк.18:11. «Фарисей же став сице в себе моляшеся: Боже! хвалу Тебе воздаю, яко несмь якоже прочии человецы, хищницы, неправедницы, прелюбодее: или якоже сей мытарь.»

Три имеет молитва свойства: славословие, чрез которое прославляем Бога за чудные и преславные Его деяния; благодарность, чрез которую благодарим Его за Его к нам благодеяния; прошение, чрез которое молим Его и просим от Него нужного для спасения. Молитва Фарисейская, по видимому, заключала в себе благодарность. Хорошо он начал: стоял в церкви, и в себе, или про себя, то есть наедине, молился, говоря: Боже, благодарю Тебя! Но после не Бога благодарил, но осуждал всех людей, а себя самого хвалил. Не говорил: Боже мой, благодарю Тебя, яко удостоил меня Твоей благодати, которая меня сохранила от всякого греха! но затмил действие благодати Божией, и отнес все свое преуспеяние в добродетели собственным силам, восхвалив самого себя, прочих же всех людей обесчестив. «Не есмь я, говорил, хищник, неправедник, блудодей, так как прочие люди, или как сей обидчик и неправедник мытарь». Но сии слова что другое являют, если не чрезмерную душевную его гордость, побуждением которой уста и язык его напыщался и кичил? Господь наш ясно сказал, яко «без Мене не можете творити ничесоже» (Ин.15:5), и Божественный Его Апостол показал, что Бог и хотение наше утверждает в добре, и к добродетельным деяниям располагает. «Бог бо есть», сказал, «действуяй в нас, и еже хотети, и еже деяти». Но Фарисей и то и другое восхитил от десницы Божией, и отнес к своей силе. Все мы люди подобострастные есмы; Фарисей же поставил себя бесстрастным и выше человеческого естества. Что же еще? Хотя он и гордился, что есть выше других людей, так как воздержавшийся от грехов, другими обладающих; не насытятся однако сею своею гордостию, но зная, что добродетель совершенною бывает не тогда только, когда воздерживаемся от худого, но тогда, когда воздерживаясь творим добро, по сему: «уклонися от зла, и сотвори благо» (Пс.33:15): да покажет себя по всему совершенным и весьма превосходным пред другими людьми, как преуспеянием в добродетели, так и творением добрых дел превозносился, говоря:

Лк.18:12. «Пощуся два краты в субботу, десятину даю всего, елико притяжу.»

Называли Иудеи субботою и субботами неделю, исключая праздничный оной день субботы, вместо целой недели. Сие видно из книги Левит: «и исчислиши себе седмь лет покоя» (седмь суббот), «седмь лет седмижды: и будут тебе седмь седмин лет, четыредесять девять лет» (Лев.25:8). Подобным образом явствует и из писаний святых Евангелистов Марка и Луки. Ибо Марк написал так: «воскрес же заутра в первую субботу» (Мк.16:9). Лука же: «во едину от суббот» (Лк.24:1), то есть, в первый день недели, который христианами называется воскресным. Постились же Иудеи, по преданию, обычаю и заповеданию, дважды в неделю, во второй и пятый день. Ибо веровали они, что Моисей в пятый день восшел, а во второй сшел с горы Синайской. Что же касается до заповеди, содержащейся в Моисейском законе, обязаны они были во всякое лето приносить Богу десятину от плодов земных. «Всяка десятина земли от семене земнаго, и от плода древянаго Господу есть: свято Господу» (Лев.27:30). И так написано в книге Левит. Во Второзаконии же так показано: «десятины да даси от всего плода семене своего, плод нив твоих от года до года. Да принесеши десятину пшеницы твоея, и вина твоего, и елея твоего» (Втор.14:22-23). Из коих слов видим, что Иудеи не всех своих вещей десятиною обязаны были жертвовать Богу, как то, и молока и сыра и масла коровьего и всех вещей. Но сей Фарисей хвалился, что постился дважды в неделю, — «пощуся два краты в субботу»,- и что приносил Богу десятину не токмо от вещей, законом определенных, но и от всех, какие только имел: «десятину даю всего, елико притяжу»: чем показывал, что он превосшел всех людей и самыми делами добродетельными. Вот же как он противополагает противоположенные добродетели упомянутые от него грехам. Прелюбодейству противополагает пост, яко укротителя плотских вожделений, хищению и неправде десятину всего имения его. Слышали уже теперь вы о гордости гордого Фарисея: послушайте же и о смирении смиренного мытаря.

Лк.18:13. «Мытарь же издалеча стоя, и не хотяше ни очию возвести на небо, но бияше перси своя, глаголя: Боже, милостив буди мне грешнику!»

Стоял же и мытарь в церкви, так как и Фарисей, но издалеча, то есть, далеко от олтаря; ибо недостойным себя почитал, чтобы приближиться к олтарю Божию. Наклонив же главу свою к земли, ниже очей своих хотел возвести и посмотреть на небо, думая, что очи его, прежде совершенно будучи привязанными к земным вещам, не были достойны возведения на небо, которое есть Божий престол. Бил же перси своя, яко вместилище его беззаконий, изъявляя сим, что он ради грех своих великого осуждения и казни был достоин. Велегласно также взывал, порицая себя грешником и прося от Бога милости: Боже мой! говорил: — помилуй меня, буди милостив ко множеству беззаконий моих! «Боже, милостив буди мне грешному!» Все, и место, на котором стоял, и приклонение главы на землю, и биения в перси, и произнесенные слова довольно изъявляли глубочайшее его смирение. Послушайте же теперь и конца сей притчи.

Лк.18:14. «Глаголю вам, яко сниде сей оправдан в дом свой, паче онаго: яко всяк возносяйся, смирится, смиряяй же себе вознесется.»

Сие «паче онаго» по связи слова означает: более, нежели тот, или более того, — то есть, что и оба они были оправданы, но мытарь больше был оправдан, нежели Фарисей. Что же касается до смысла, ««сей» паче онаго» значит: а не тот, то есть, не Фарисей праведник и гордый, но грешник смиренный мытарь вышел из церкви в дом свой оправданным. Мытарь, будучи грешником, чрез смирение оправдался; но Фарисей, будучи праведником, постыдился за гордость. Что же таковое разумение имеет сие ««паче онаго»» уверяют нас, во-первых, следующие за сим слова: «яко всяк возносяйся смирится». Каким же другим образом смирится, если не чрез Божие постыждение и осуждение? Еще же подобное сему другое Божеское речение: «Господь гордым противится, смиренным же дает благодать». Имеющий мстителем Бога и себе противляющимся ни много ни мало не есть оправдан, но осужден и постыжден. О осуждении Фарисеевом свидетельствует и Церковь, воспевая о нем и мытаре: «сей же, возносяся, обнажися благих: но той, смиряяся, приобщися дарований».

Беседа о смиренномудрии

Великая, поистине, и весьма полезная добродетель есть смирение. Ибо если рассмотришь, сколько полезен бывает смиренный в сей временной жизни, удивишься и придешь во изумление. Гордый гоняется за похвалами и первенством, ищет достоинств и почестей, всячески старается о начальстве, ценит всякое слово и требует уважения от всякого лица; почему, если где не получит искомого гордостью своею, и не обрящет обольщающего напыщенную мысль его, озлобляется и негодует, многажды же с презрением и руганием отходит оттуда. Сколько требуется ласкательств, сколько просьб, сколько поклонений для того только, чтоб какое-нибудь получить от него благодеяние! Если же случится самому ему иметь нужду в благодеянии: поколику, по гордости своей, не хощет наклонить главы своей и поклониться могущему его облагодетельствовать, того для чуждым бывает и сам благодения; отчего гордый бывает скучен, неприятен, ненавистен, отвратителен и негоден. Смиренный же человек, поколику не гоняется ни за честьми, ни за поклонениями, ни за похвалами, ни за первенством, не разбирает ни мест, ни слов, ни лиц, — готов сидеть на всяком месте, доволен всяким сообращением и великодушно переносит касающееся звания и чести его; бывает расположен без лести и хваления, благодетельствует, сколько может, без всяких прошений и поклонений. Если же самому ему случится иметь нужду в какой-либо вещи, без труда получает: ибо, по смирению сердца своего, всякого удобно упрашивает, и в самом нужном для него не стыдится покланяться и до лица земли; отчего всегда бывает и спокойным, и кротким, и приятным, и дружественным, и всеми любимым. Да и самые гордые гордых ненавидят, а смиренных любят. Почему смиренный легко пользуется и призрениями, и милостями, и благодеяниями людскими.

Если же коснешься душевной пользы смиренного, столько обрящешь в нем совершенств и Божеских дарований, что мысль твоя придет во изумление. Гордости исчадием бывает гнев: или потому, что заключаешь о презрении, или потому, что не так, как должно, почитаем бываешь, отчего гордые бывают исполнены гнева и ярости; смиренный же человек рабом гнева никогда не является. Кто есть смирен, тот есть и кроток сердцем. Смиренный следовательно имеет два характера Иисуса Христа, — кротость, то есть, и смирение. «Научитеся от Мене», сказал Господь, «яко кроток есмь и смирен сердцем» (Мф.11:29). Блажен убо тот человек, который стяжал бесценное сокровище смирения: он есть живой образ и живое подобие Иисуса Христа. Ибо мы, взирая на него, созерцаем в нем святейшие характеры Господа нашего. Стяжавает также смиренный многое и великое стяжание; стяжавает покой души своей: «научитеся от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем, и обрящете покой душам вашим». Какой же бы покой не был, хотя временный и тленный, хотя бы вечный и нетленный, и то и другое есть справедливо: ибо смиренный человек того и другого удостоивается покоя. Гордого сердце в сей временной жизни никогда не имеет покоя, ибо никогда не может получить того, что мечтает по своей гордости: смиренного сердце в сей жизни имеет всякий покой и отдохновение; ибо весьма удобно получает то, что требует смирение его. Гордый в будущей жизни не может иметь покоя, ниже спасения, ибо Бог ему противляется: смиренный тамо обрящет совершенное спокойствие и спасение, ибо имеет благодать Божию: «Господь гордым противится, смиренным же дает благодать» (Притч.3:34). Послушайте же и о другом совершенстве смиренного, да еще более удивитесь.

Небо есть престол Божий: ибо на небеси неусыпно славословит Его все небесное воинство Ангельских сил. По небеси же престолом имеет сердце смиренного и покоищем, на немже почивает. Вот как о сем говорил Бог чрез уста Пророка Исаии: «небо престол Мой, земля же подножие ног Моих: кий дом созиждете Ми, и кое место покоища Моего? Вся бо сия сотвори рука Моя, и сия суть вся Моя, глаголет Господь» (Ис.66:1-2). Людие, говорит, — Я имею престолом небо, и земля есть подножием ног Моих: рука Моя сотвори вся, во власти Моей все видимое и невидимое. Какой дом можете создать достойный для Меня? Какое вы место почитаете жилищем Моим и покоищем? На какое другое место воззрю Я, или какое другое место есть достойное покоища Моего, кроме сердца смиренного, который бывает кротким, молчаливым и трепещущим словес Моих? «И на кого воззрю, токмо на кроткаго и молчаливаго, и трепещущаго словес Моих?»

Пришедшу исполнению закона, показал Бог и событие сих словес. Когда, по безмерному Своему благоутробию, благоволил послать Сына Своего в мир, да восприимет человеческое естество ради человеческого спасения: тогда ни на кого другого не воззрел, как токмо на смиренного и кроткого и трепещущего словес Его, — воззрел на святую Деву Марию, и предопределил Сию, да воплотится от Нее бестелесный Сын Его и Слово; Сию предопределил престолом Своим и обиталищем; Сия была местом покоища Его; Сия дом Божественной Его славы. Воззрел же на Сию потому, ибо Она истинно была смиренная, а следственно единая достойная толикой почести. Виждь же глубину Ее смирения. Когда Божественный Ангел благовествовал Ей, яко будет Материю Царя Царей, Святого Святых, Творца твари, Сына Божия; когда сказал: «и раждаемое» от Тебе «Свято, наречется Сын Божий» (Лк.1:35): Она, нимало не возвышаясь почестию таковой Матери, так ответствовала Ангелу: Я есмь раба Божия. «Се раба Господня, буди мне по глаголу твоему»! (Лк.1:38) Блаженная Елисавета велиим гласом поздравляла и благословляла Оную, и ублажала яко Матерь Божию, взывая: «и откуду мне сие, да приидет Мати Господа моего ко мне?» (Лк.1:43) Но Она, величая Бога и радуясь духом, тако говорила Елисавете, что Бог Ее удостоил толь великой благодати, призрев на смирение Ее: «яко призре на смирение рабы Своея» (Лк.1:48). О, какое удивление! Где безмерная глубина смирения, тамо восхождение на высоту неизобразимое. «Яко всяк возносяйся смирится: смиряяй же себе, вознесется» (Лк.18:14).

Но какая тому причина, что смирение столько предпочитается? Почему сие возводит человека на толикую высоту Божественной славы и достоинства? Первое: ибо Бог есть праведен. Он, сотворив разумом одаренного человека, праведно требует от него, чтобы он умственною своею способностию рассуждал и ничего бы как не творил, так и не говорил бы, яко безумный и безрассудный. Хощет, словом сказать, всякому человеку быть разумным, чего для и повелевал: «будите убо мудри, яко змия» (Мф.10:16), Если же рассудишь так, как должно: истинно приметишь, что горделивец бывает безумным, а смиренный мудрым. Все дарования, ради которых горделивец высокомудрствует, смиренный же унижается, разделяются на четыре части: на естественные дарования, каковые суть: острота, красота, мужество и подобное; на стяжательные дарования, каковые суть: знание, мудрость, искусство и подобные; на дарования, случайными называемые, каковые суть: богатство, слава, чести и подобные; на дарования, зависящие от воли, каковые суть: любовь, терпение, послушание, и прочие произвольные добродетели. Ради сих-то каждый человек либо гордится, либо смиряется. Смотри же теперь, каким образом гордящийся бывает безумным, а смиряющийся мудрым.

Если какой богатый и знатный человек поручит кому-либо другому на время часть имения своего, тот же, получив оную, забыв совершенно, что порученное ему не собственное его есть, почтет то за собственное и везде начнет хвалиться чужими вещами так, как своими собственными; кроме же сего, вместо того, чтобы умножить оные, издержит на свою токмо необходимость: каким тогда почтешь такового человека, мудрым ли, или безумным? Истинно назовешь его безумнейшим и посмеешься его глупости и ветрености. Если же кто, прияв чужие вещи, всегда сии почитал за не свои, и везде говорил, что принятое мною имение не есть мое, но чужое, — есть онсицы, поручившего мне на время, притом и умножал оное по повелению поручившего ему: мудрым ли такового человека назовешь или безумным? Без сомнения, почтешь его мудрым, и удивишься его разуму и мудрости. Первым убо из сих двух человек бывает гордый, а вторым — смиренный. Ибо все дарования, и естественные, и стяжательные, и случайные, суть дарования Божия: от Бога даются человекам. «Яко из Того и Тем, и в Нем всяческая» (Рим.11:36). Сии-то суть таланты (Мф.25:15), и Он раздает оные по силе каждого, да мы, благоустроив на время оные, ради благого устройства увенчаемся нетленным венцем. И самые дарования, от свободы нашей зависящие, то есть преуспеяния в добродетели, суть дарования Божия, поколику без Него ничего не можем творить (Ин.15:5); и поколику Бог есть «действуяй в нас и еже хотети, и еже деяти» (Флп.2:13).

Кого убо назовем мудрым? Иакова ли, принесшего дары брату своему Исаву и смиренно правду сказавшего, яко Бог помиловал его и даровал ему все его имение: «приими благословение мое, еже принесох тебе: яко помилова мя Бог, и суть ми вся» (Быт.33:10), или Навуходоносора, чрезмерно напыщавшегося властию своею и угрожавшего трем святым отрокам: «и кто есть Бог, Иже измет вы из руки моея?» (Дан.3:15) Кого почтешь мудрым? Павла ли, который признавался, что не он, но благодать Божия причиною была всех его добродетелей: «не аз же, но благодать Божия, яже со мною» (1Кор.15:10), или Фарисея, который напыщался, говоря, что сам он преуспел в добродетели: «пощуся двакраты в субботу, десятину даю всего, елико притяжу»? (Лк.18:12) Горделивец убо, нерадя о даровании рассудка, бывает безумным: смиренный же, усовершая Богом данную ему умственную способность, бывает мудрым. По сей-то причине Бог, отвращаясь от несмысленного безумия горделивцев, противляется им: приемля же благомысленную мудрость смиренных, дает им благодать.

Во-вторых же, предпочитается смирение потому, поколику Бог есть промыслитель. Смирение покоряет и убеждает все умственные свободные творения к повиновению Богу; если же оное презирается, вместо повиновения, немедленно заступает место противление и отступление от Бога. Доколе был денница смиренным, дотоле повиновался и почитал Бога; когда же оставил смирение, тот же час престав повиноваться Богу, сделался противником, тот же час рек во уме своем: «на небо взыду, выше звезд небесных поставлю престол мой. Взыду выше облак, буду подобен Вышнему» (Ис.14:13-14). Отвлек же к отступлению и противлению и третию часть ангелов, как сие видел в своем откровении Божественный Иоанн: «и хобот его отторже третию часть звезд небесных, и положи я в землю» (Апок.12:4). Доколе прародители не высокомудрствовали, дотоле повиновались Богу и не дерзали нарушать заповеди Его; услышав же о сем: «будете яко бози» (Быт.3:5), когда изгнали смирение от сердца своего и приняли гордые мысли, — отбежало немедленно повиновение и заступило место противление: простерли руки свои, немедленно вкусили от запрещенного плода и соделали самих себя и весь от них человеческий род пренесчастливым и пребедственным.

В-третьих же, предпочитается смирение потому, ибо Бог есть человеколюбив. Бог бо, по преизбытку любя человеческий род, всем хощет спастись. Но никто не может спастись без покаяния: ибо все мы есмы грешники, поколику прилежит помышление наше на злая от юности нашей (Быт.8:21). Никтоже не может раскаиваться без смирения. Если не признаем тяжести грехов наших и гнусности беззаконий наших, не можем покаяться. Если же признаемся, так, как должно: не имеет без сомнения места бесовская гордость, но вселяется святое смирение, производящее в сердце сокрушение, в очах слезы, в душе обещание в исправлении, в устах: помилуй мя Боже! Многоблагоутробный же, видя сие, оставляет все грехи наши. «Жертва Богу дух сокрушен: сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит» (Пс.50:19).

Посему-то убо смирение есть добродетель, паче прочих нужная; посему-то есть предпочтеннее и честнее, посему-то возвышает она человека на горы Божественной славы и блаженства. Ибо сам Бог хощет, чтобы мы были мудрыми, а не безумными; хощет, чтобы были послушными Божественным Его повелениям, а не презрителями всесильной Его власти; хощет, чтобы мы были не осужденными за грехи, но оправданными чрез покаяние. Правосудие, промысл и человеколюбие Божие сопрягает толь многие и великие почести с добродетелью смирения.

Смирение убо есть добродетель великая, добродетель преславная, добродетель спасительная. Смирение есть любовный союз между другими, есть просвещение ума моего, вождь души моей, пластырь грехов моих, путь спасения моего, лествица, возводящая мене на высоту славы и на небесные Божеские селения: и как мы можем быть достойным твоим вместилищем?

Рудокопы, когда вскрывают токмо земную поверхность, песок и пыль токмо сыскивают; если же, копая, касаются земной глубины, обретают чистое золото. Когда и мы будем взирать токмо на вещественную поверхность, случай только к гордости и напыщению откроется нам. Если же вникнем в сущность состояния нашего, истинно обрящем тогда сокровище смирения; достанем добродетель смирения, так как пловцы, пускаясь в морскую глубину, достают маргариты. Человече, что тебя напыщает и воздымает? Острота ли ума твоего, или красота лица твоего, или телесная сила? Не смотри токмо на внешность, не взирай на одну сих поверхность: так-то только ты взирая напыщаешься; посмотри на внутренность, вникни в сущность и в существенное того положение: узришь тогда, что все то с часу на час естественно изменяется. Узришь, что заутра все то пожрет смерть и изменит в пищу червей и зловоние. Узнав же о бытии своем и о своем несовершенстве, укротишь мечтательности твои ради естественных дарований, и смиришь сердце твое. Что тебя напыщает, мудрость ли твоя, или знание? Не смотри на наружность, но вникай во внутренность, не на поверхность, но на сущность. Если разберешь внутренность и сущность, узришь не мудрость, но невежество, не знание, но неразумие. Узнаешь то, что и самые мудрецами называемые знают, в сравнении с тем, чего не знают, так как одно из тьмы тем, как одну каплю воды пред целым морем. Мало есть известного, а гораздо больше находится в неизвестности. Одни системы иными утверждаются, многими же отвергаются. Узнаешь, что не можешь вточь познать и одного мравия сущности и существенных свойств. Почему укротишь надмение ради приобретенных твоих дарований, и сокрушишь умственную твою гордость. Человече, почто возвышаешь твои брови, и гордишься тем, что ты других превосходнее? Ради ли случайных твоих благ? ради богатства ли? ради частей ли твоих, или ради заступления властелинов? Рассмотри подробнее: заутра превратится колесо мира, и богатство твое истощат бедствия, чести же восхитит другой начальник, а покровители твои и мыслию, и состоянием изменятся. Заутра коса смертная, конец всему полагающая, тебя скосит и другие наследят богатство твое, — может быть, те самые, которых ты ненавидишь и отвращаешься; заутра яко дым исчезнут титлы твои, и недействительными останутся не токмо покровители твои и друзья, но и самые сродники. Постигнет смерть, и тогда хотя бы Крезово имел ты богатство, хотя бы царские титлы, хотя бы всю славу сего мира, — единая токмо останутся тебе твоя погребательная и три лактя земли могилы твоей. «Зане всяка плоть яко трава, и всяка слава человеча яко цвет травный. Изсше трава, и цвет ея отпаде» (1Пет.1:24). Если тако будешь рассуждать, истинно повергнешь очи твои долу, и наполнишь мысль твою смирением.

Человече! почто гордишься и осуждаешь собратию твою, яко грешников и погибших? почто воздерживаешься от скотских плотских грехов? почто постишься, молишься и творишь милостыни? Взойди во внутренность человеческую, на которой добродетель основывается. Если рассмотришь сокровенности твоей совести, приметишь нечистоту помышления твоего, замаранность сердца твоего и мрачности души твоей: приметишь тогда, чего требует твоя Христианская обязанность. Узнаешь, что на всякий час и на всякую минуту входит окнами твоими, то есть, чрез твои чувства, смерть в душу твою. Если подробно разберешь греховные обстоятельства, узы, брани, наклонения к беззаконию и нечистые помышления сердца твоего, узришь тогда погруженным себя во множестве твоих беззаконий. Почему вместо того, чтобы так гордиться, как Фарисей, начнешь бить в перси якоже мытарь, и, смиряясь и раскаиваясь, возопиешь: «Боже, милостив буди мне грешному!» (Лк.18:13)

Тогда, следовательно, будем мы смиренными, когда будем судить о вещах так, как должно, когда часто будем размышлять о часе смертном и о том, где должно нам быть по смерти, когда будем знать, что, хотя бы что мы и имели, не есть наше, но Божие; когда будем помнить, что без смирения никто не может спастись; когда, напоследок, пред очами нашими будем иметь пример мытаря и Фарисея, внутрь же сердца нашего сии Спасителя нашего Божественные словеса: «всяк возносяйся смирится, смиряяй же себе вознесется» (Лк.18:14).

41.1. Толкование на Апостол из второго послания Апостола Павла к Тимофею, читаемый в тридцать третью неделю Мытаря и Фарисея (2Тим.3:10-15)

Первое послание к Тимофею писал Павел из Лаодикии, а второе из Рима, находясь там во узах. А поелику в первом писал он, что надеется прийти к нему вскоре: «сия пишу тебе, уповая приити к тебе скоро» (1Тим.3:14). Но не мог исполнить сей надежды, потому что Нерон держал его в оковах связанна, посему писал и второе к нему послание, открывая в оном то, чего не мог ему сказать устно. Содержит же в себе послание сие наставления, завещания, учения весьма потребные и нужные всем верным, а особливо Настоятелям и Пастырям Церкви Иисус Христовой. В чтенной же ныне части послания сего, во-первых, возвещает Павел, что Тимофей есть последователь добродетелей его, кои исчисляет поименно: во-вторых, открывает, что все, кои живут по законам благочестивой веры, будут претерпевать гонения от нечестивых и злых людей, злые же люди и обманщики преуспевать будут в злых своих делах: и, в-третьих, учит, что познание Божественных Писаний может привести человека на путь спасения. Первое влагает в сердца наши любовь к добродетели, второе предуготовляет к подвигам терпения, а третье возбуждает желание поучаться в Божественных Писаниях. Послушайте возлюбленная моя братия, со благоговением толкование чтенных Апостольских слов, чтобы благодатию Божиею сподобиться трех великих оных дарований.

2Тим.3:10-11. Чадо Тимофее, ты последовал еси моему учению, житию, привету, вере, долготерпению, любви, терпению, Изгнанием, страданием, якова ми Быша во Антиохии, и во Иконии, и в Листрех: якова изгнания приях, и от всех мя избавил есть Господь.

Некоторые, принимая буквально значение слова сего, «последую», излагают предлежащие слова так: ты, о Тимофее, последуя мне всюду, видел и познал учение мое, житие мое, расположение мое, веру мою, великодушие мое, любовь мою, терпение мое: видел и познал гонения и страдания, коликие мне прилучились в Антиохии, во Иконии, и в Листре: видел и то, что от всех оных сохранил меня Господь (Смот. Злат. Икум. Феофил. в он. месте). Ежели же принять слово сие, «последую», в переносном смысле, вместо подражаю, то смысл речения оного будет таковой: Ты, о Тимофее, не яко «человецы растлении умом и неискусни о вере» (2Тим.3:8). Но яко благоразумный и верный ученик последовал чистому моему учению, житию моему по Христе, правому намерению моему, твердой вере моей во Христа, великодушию моему к согрешающим, любви моей ко всем, терпению моему в гонениях бывших мне в Антиохии, во Иконии и в Листре. А сие означает, что Тимофей был тщательный блюститель Божественных учений, имел житие Богоугодное, намерение святое, был также и верен, великодушен, любовен, терпелив, и соучастник Павлу в гонениях. Об одних же упомянул гонениях бывших в Антиохии, во Иконии, и Листре, потому что о сих только слышал Тимофей, так как во время пребывания Павлова там, хотя и был он ученик Христов, но не следовал за Павлом, других же гонений был самовидцем и соучастником яко следовавший за оным. И так в Писидиской Антиохии Иудеи воздвигши гонение на Павла и Варнаву, «изгнаша я от предел своих» (Деян.13:50): а во Иконии язычники и Иудеи с начальники их, досадиша «и камением побиша их» (Деян.14:5): в Листре же народ «камением побивше Павла, извлекоша вне града, мняще его умерша» (Деян.14:19). поелику же в последующих словах учит, что все благочестивые гонимы будут, то избавляя страха, предвозвещает утешение, говоря: «и от всех мя избавил есть Господь». Не бойтесь, говорит, слыша о гонениях. Ибо хотя я многие подъял гонения, но от всех избавил и сохранил меня Господь.

2Тим.3:12. И вси же хотящии благочестно жити о Христе Иисусе гоними будут.

Пророческое есть слово сие, паче же пророчество Самого Иисуса Христа, Который сказал: «прежде же сих всех возложат на вы руки своя, и ижденут, предающе на сонмища и темницы, ведомы к царем и владыкам, имене Моего ради» (Лк.21:12). Подтвердил Он сие пророчество и примером, сказав: «аще Мене изгнаша, и вас изженут» (Ин.15:20). Мы видим пророчества сего исполнение, читая в историях о гонениях всех Апостолов и Мучеников, и святых Исповедников. Одинаковую же имели цель и Владыка Христос, и Божественный Его Апостол, что провозгласили сие предречение: цель именно ту, чтобы предуготовить верных к подъятию всякого бедствия и озлобления из любви к благочестию. Но для большей пользы верным присовокупил Божественный Апостол и следующее.

2Тим.3:13. Лукавии же человецы и чародеи преуспеют на горшее, прелщающе и прелщаеми.

«Лукавии же человецы и чародеи», то есть обманщики и льстецы «преуспеют на горшее», то есть, увеличат и преумножат свои грехи.

Каким же образом они преуспеют? Прельщаемы сами своими страстьми, и прельщая сердца незлобивых «благими словесы и благословением» (Рим.16:18), что значит, ласкательством и хвалами. Таковые лукавые и чародеи были лжеапостолы, Симониане, Василидиане, Николаиты, Церинтиане, Манихеи, Ариане, и все прочее еретики, кои прельщаемы своими страстьми, благословением и благохвалением, и другими всякими способами прельщая и расстраивая верных, преуспевали во зле, преумножая грехи свои по мере той, сколь велико было число верных, соблазняемых и растлеваемых ими.

2Тим.3:14-15. Ты же пребывай в них же научен еси и яже вверена суть тебе, ведый от кого научился еси. И яко измлада Священная Писания умееши, могущая тя умудрити во спасение верою, яже о Христе Иисусе.

Завещевает Тимофею, чтобы пребыл твердым и непоколебимым в том, чему научился, и что ему вверено, то есть, в догматах Христианской веры, и в Евангельских законоположениях, коим научился, кои познал, и в них удостоверен. Имеешь же ты, говорит, о Тимофее, два некие предмета утверждающие тебя в сем спасительном пребывании, а именно, святость учителя твоего: «ведый от кого научился еси»: и знание Божественного Писания: «и яко измлада Священная Писания умееши». А сие поистине довольно было к завещеваемому утверждению Тимофея. Ибо он яко ученик и последователь Павлов, видел все превыше человека труды его, великие подвиги веры и добродетели его, чудеса чрез него соделываемые и сущие в нем дары Всесвятого Духа. Ведая убо, что от такового учителя научился, тем самым утверждался в истине учений, коим от него также научился: ибо он с самого младенческого возраста своего научен был от бабки и от матери своей Священным Писаниям (2Тим.1:5), то есть, Писаниям Ветхого Завета, кои будучи хорошо им разумеемы утверждали его в том, чему он научился от Павла. Заметь же, во-первых, смиренномудрие Павла: Не сказал, ведый, яко от Мене призванного свыше и Богопросвещенного, и Апостола научился еси, но сказал только, «ведый, от кого научился еси»: во-вторых, что Ветхий Завет руководствует ко спасению верою во Христа, без коей веры пребывают сокровенными мысли в оном содержащиеся, как на другом месте подтверждает сие тот же Павел, сказав: «Даже бо до сего дне тожде покрывало во чтении Ветхаго Завета пребывает не откровенно, зане о Христе престает. Но даже до днесь, внегда чтется Моисей, покрывало на сердце их лежит. Внегда же обратятся ко Господу, взимается покрывало» (2Кор.3:14-16).

Беседа на слова сии Павловы: «И вси же хотящии благочестно жити о Христе Иисусе, гоними будут»: или, что сие соблазняет многих, но сие доказательство есть веры: что вера во Христа не есть дело человеческое, но содеяние преестественнои силы Божией

Чтенные ныне слова Богоглаголивого Апостола Павла великую боязнь производят в сердце всякого благочестивого человека. Кто слыша о гонениях не убоится? Кто не устрашится, когда слышит, что все живущие по законам веры ожидать должны себе гонений и страданий? И однако же небомудрственный оный человек нимало тем не удерживался, но необиновенно проповедывал, говоря: «и все же хотящии благочестно жити о Христе Иисусе, гоними будут» (2Тим.3:12). Но, о небесный человече, ты, да обратишь всех к вере во Христа, течешь неленостно во всякое место, предприемлешь всякий способ, чтобы привлечь всех к благочестию. Бываешь «Иудеем яко Иудей, да Иудеев приобрящеши: подзаконным яко подзаконен, да подзаконныя приобрящеши: беззаконным яко беззаконен, да приобрящеши беззаконныя: немощным яко немощен, да немощныя приобрящеши: всем бываеши вся, да всяко некия спасеши» (1Кор.9:20-22). И потом ли проповедуешь велегласно, что все, кои хотят жить благочестно, подлежат гонениям, то есть бедствиям, нападениям и умерщвлениям? Сей ли есть способ, коим надеешься ты подчинить людей вере во Христа? Сии слова твои не привлекают к вере, но отторгают от оной, не возбуждают желание к благочестию, но рождают отвращение от оного и ненависть. Рассматривание, братия, и исследование сих Апостольских слов отверзает мысленные очи человеков к уразумению истины и силы благочестивой нашей веры.

Ежели исследуем от начала мира и потом бывшие примеры, то увидим доказательство истины предлежащих Апостольских слов. Праведный Авель убивается от завистливого Каина: Нелукавого Иакова гонит селный ведый ловити Исав (Быт.25:27). Целомудренного Иосифа завистливые братия повергают в смертоносный ров, потом продают его Исмаилитянам, иноплеменный Пентефрий покупает его, чтобы служил в дому его, как раб среброкупленный, любострастная же Египтянка оклеветывает его, и заключает в темницу с осужденными. Давида, мужа по сердцу Божию, гонит завистливый Саул даже до того, чтобы умертвить: велегласнейшего Исаию испиливают деревянною пилою беззаконные люди, а плаче-певца Иеремию повергают в ров тинный. Михея, Пророка истины, лжепророки биют, беззаконный же Царь заключает его в темницу: великоименитого Илию гонит лукавая Иезавель, ищущи души его: Пророка Даниила заключают в ров львиный, а Святых трех отроков бросают в пещь огненную нечестивые Вавилоняне. Кто же может описать, коликие гонения, и коликие страдания причинил диавол непорочному и праведному Иову?

Открывая Святое Евангелие, усматриваем в оном ту же истину. Когда воплотившийся нас ради Бог-Слово послал учеников Своих на проповедь Веры, тогда сказал им: «се Аз посылаю вас яко овцы посреде волков» (Мф.10:16). Слышишь ли, какое состояние предназначает проповедникам благочестия? Состояние то, в каком находятся овцы посреде волков. Потом объясняет в точности сие их состояние, говоря: «предадят бо вы на сонмы, и на соборищах их биют вас» (Мф.10:17). А чтобы не подумали они, что в таковых бедственных обстоятельствах будут иметь прибежище и помощь себе от сродников, пред изъявил и сие: «предаст же брат брата на смерть, и отец чадо: и востанут чада на родители, и убиют их» (Мф.10:21). Запечатлел же сии Божественные Свои предречения, предсказав им, что поелику будут они проповедывать имя Его, то все вообще люди будут враги им и неприятели: «и будете ненавидими всеми имене Моего ради» (Мф.10:22). Отсюда мы видим ясно, что слово оное Апостола Павла основано на примерах, бывших от начала мира, и на самых предречениях Господа Иисуса Христа, Начальника и Совершителя веры (Евр.12:2).

Заметь же, что изъявил Господь и то, кто суть ненавидящие проповедников истины, и по какой причине ненавидят их. «Аще от мира бысте были», сказал, «мир убо свое любил бы: якоже от мира несте, но Аз избрах вы от мира, сего ради ненавидит вас мир» (Ин.15:19). Слышишь ли, кто суть ненавидящие Боголюбезных мужей? мир; сего ради, говорит, ненавидит вас мир, миром назвав предавшихся услаждению мирской суетности, и нимало о Боге не помышляющих, преданных наслаждениям плоти, и нимало о душе своей не пекущихся, вдавшихся в злобу сущую в мире, и нимало не помышляющих о страшном судилище и Божии воздаянии: одним словом, миром назвал нечестивых, злых и развращенных людей. Причина же ненависти есть несходство мыслей, слов и дел. «Якоже от мира несте, но Аз избрах вы от мира, сего ради ненавидит вас мир» (Ин.15:19). «Насилие сотворим», говорит злой человек, «убогу праведному, не пощадим вдовицы, ниже старца устыдимся седин многолетных» (Прем.2:10). «Научитеся добро творити», говорит благий человек, «взыщите суда, избавите обидимаго, судите сиру и оправдите вдовицу» (Ис.1:17). Злые и развращенные люди делают всякого рода зло, а благие и праведные соделывают всякую добродетель. Добродетель есть свет неугасающий и слава никогда не увядающая. Сей свет и славу не терпя видеть, злые и мраком одержимые люди, восстают на праведных и гонят их, чтобы погасить свет, помрачить славу, и остановить упреки совести своей. «Уловим», говорят они, «праведнаго, яко непотребен нам есть, и противится делом нашим, и поносит нам грехи закона, и злословит нам грехи учения нашего: бысть нам на обличение помышлений наших: тяжек есть нам и к видению, яко неподобно есть иным житие его, и отменны суть стези его» (Прем.2:12.14-15).

При сем есть нечто еще дивное многих соблазняющее, а именно, преспеяние сих злых людей, и хваление их во зле, как учит Павел, говоря: «лукавии же человецы и чародеи преуспеют на горшее, прелщающе и прелщаеми» (2Тим.3:13). Что подтверждают и дела. Преспевает лукавый Авессалом на горшее, заблудившись от страсти любоначалия, и ласкательствами и ложью приведши в заблуждение Исраильтян, и убедивши их к тому, чтобы отступивши они от Царя отца его, объявили его Царем (2Цар.15). Преспевают на горшее лукавые и чародейные языческие жены, кои заблудившись от страсти идольского предубеждения, и чародейною любовию приведши в заблуждение Соломона, «совратиша сердце его в след Богов их» (3Цар.11:4). Преспевает на горшее вселукавая Иезавель, и заблудившись от неудержимых своих страстей, зловымышленными своими предприятиями приводит в заблуждение мужа своего Ахаава, так же и народ Израильский, соделавши их поклонниками Ваала (3Цар.16:31), и побивши Пророков истинного Бога, жрецов же студных соблюдши, гнала и великого Пророка Илию даже до того, чтобы умертвить его (3Цар.18:13). Преспевает любострастная Иродиа на горшее, заблудившись от страсти вражды и мщения, и плясанием своей дщери прельстивши беззаконного Ирода, и заставивши его обезглавить мужа праведного, Пророка и Предтечу и Крестителя Христова. Тмочисленные таковые примеры находятся не только в Божественных Писаниях, но и в гражданских Историях. Но какая нужда в древних примерах? Не видим ли мы и ныне лукавых и злохитростных людей беспрепятственно входящих и в торжища, и в судилища, и в палаты Князей, и во дворы вельможей и Игемонов, преспевающих на горшее? Они заблуждаясь от своих страстей, называют и горькое сладким, и сладкое горьким, и свет тьмою, и тьму светом, а притом употребляя всякое ласкательство, ложь и клевету и все делая в угождение тем, кому хотят угодить, преклоняют их к злым своим желаниям, и таким образом умножая беззакония, неправды и всякие грехи делаются богатыми, славными, и счастливыми.

Удивлялся человек Божий, Пророк Иеремия, видя нечестивых и лукавых успешными и счастливыми. «Праведен еси Господи», вопиял он, «яко отвещаю к Тебе: что яко путь нечестивых спеется? угобзишася вси творящии беззакония» (Иер.12:1). Мы же имеем гораздо сильнейшую причину удивляться и недоумевать. Бог хочет, чтобы все человеки познали Его Бога истинного, и тако бы получили вечное спасение. «Иже всем человеком хощет спастися, и в разум истины приити» (1Тим.2:4). Бог толико любит и хочет, чтобы никто не погиб, но верою бы в Него все спаслись, что для сего послал Единородного Своего Сына в мир. «Тако бо возлюби Бог мир, яко и Сына Своего Единороднаго дал есть, да всяк веруяй во Онь не погибнет, но имать живот вечный» (Ин.3:16). Бог любит правду и ненавидит беззаконие. «Престол Твой Боже в век века, жезл правости жезл Царствия Твоего. Возлюбил еси правду, и возненавидел еси беззаконие» (Пс.44:7-8). Потом видим, что Бог не только терпит, чтобы благочестивые в Него верующие и Ему служащие гонимы были от нечестивых: не только терпит, чтобы страдали благочестивые, а лукавые и чародеи благополучны были, но и проповедует о том ясно Апостольскими устами, говоря: «И вси же хотящии благочестно жити о Христе Иисусе, гоними будут. Лукавии же человецы в чародеи преуспеют на горшее, прелщающе и прелщаеми» (2Тим.3:12-13). Сие поистине есть одна из Таин, о которых Павел взывал: «о глубина богатства и премудрости и разума Божия!» (Рим.11:33). Сие кажется непостижимо, и соблазняет многих, но сие есть доказательство веры, сие доказывает, что вера Христа не есть дело человеческое, но произведение сверхъестественной Божией силы.

Ежели удостоверимся, что никакая вещь человеческая не убеждала людей уверовать во Иисуса Христа, и что все человеческие предметы удаляли их от веры в Него, и однако ж они уверовали, то что отсюда следует? Что другое, если не то, что сила крепчайшая всех человеческих вещей привлекла их к вере во Христа? Испытываю во первых веру Апостолов. Какая человеческая вещь убедила их уверовать во Иисуса Христа? Не слава ли и знаменитость рода Его, или высота достоинств Его? Но Он родился в вертепе, и возлег в яслях бессловесных, считался тектоном и сыном тектона. «Не Сей ли есть тектон, Сын Мариин?» (Мк.6:3) «Не Сей ли есть тектонов Сын?» (Мф.13:55) Так о Нем говорили между собою Иудеи. Ужели многое богатство, или великая слава, или крепкие оружия заставили их покориться вере во Христа? Но Он был человек убогий, простого звания, безоружный, не имеющий «где главу подклонити» (Лк.9:58). Не привлекло ли их к вере в Него уважение и почтение, которое воздавали Ему тогда люди? Но и Князи, и Архиереи Законоучители презирали и поносили Его, иногда говоря, что Он преступник закона, иногда что Самарянин, и беснуемый (Ин.8:48, 9:16). Привлекает часто людей и ласкательство, благоприятствуя страстям и помрачая ум. Но Иисус Христос столь далек был от ласкательства, что строго обличал и лицемерие и суеверия, как о сем свидетельствует оное речение, «горе», которое толикократно Он провозглашал на книжников и фарисеев (Мф.23:13).

Неужели уверились Апостолы в том, что Иисус Христос есть Бог, тогда, как видели Его влекомого в судилища, где Архиерей заклинал Его, и обличал яко хульника, а предстоящие «заплеваша лице Его, и пакости Ему деяху: овии же за ланиту удариша?» (Мф.26:63.65,67) Или тогда уверовали они, что Он есть Бог, когда видели Его, носящего на раменах червленую хламиду, на главе терновый венец, в деснице трость, и соделавшегося поруганием всего Претора, оплевываемого воинами Игемоновыми и всея спиры, и тростию по главе биемого? (Мф.27:28-30) Или тогда уверовали, когда видели Его обнаженного, распятого яко виновника посреде двою разбойников, хулимого, оцтом напояемого, умирающего, от воина в ребра прободаемого, и от Иосифа с Никодимом яко простого человека во гробе полагаемого? Таковы ли видения убедили и удостоверили их в том, что Он есть Бог? Но какой человек, сколько бы Он ни был неведущ, прост, безопытен, груб, тупоумен, глуп, видя сие может поверить, что толико страждущий есть Бог всемогущий, вседержитель, творец неба и земли, и всех небесных и земных тварей? Отсюда видите, что ничто человеческое не убеждало Апостолов уверовать во Иисуса Христа. Послушайте теперь, сколько было им убеждений, или паче принуждений к тому, чтобы не веровать.

Скажи какому хочешь человеку, оставь все имение твое, и иди, будь ученик мой; ежели же не оставишь все имение твое, то не можешь быть ученик мой. Послушается ли тебя, захочет ли быть скудным и совершенно нищим, чтобы слушать учение твое? Но сие говорил Христос к Апостолам: «тако убо всяк от вас, иже не отречется всего своего имения, не может быти Мой ученик» (Лк.14:33). Они же повинулись слову Его, и оставивши все, что имели, последовали Ему. Почему Петр говорил к Нему: «се мы оставихом вся, и в след Тебе идохом» (Мф.19:27). Ежели кто простолюдин и убогий обходя проповедывать будет и говорить: кто хочет быть другом и последователем моим, тому нужно отречься всех пожеланий плоти своей, и претерпеть всякую тесноту, скорбь и озлобление; ежели не сделает сего, то не будет достоин дружества Моего. Как думаете? Найдется ли человек в мире, который бы последовал такому человеку? Как думаете, не побежат ли все от него, крича и говоря, что он глуп и безумен? Но сие проповедывал Иисус Христос: «Аще кто хощет», говорил Он, «по Мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой, и по Мне грядет. И иже не приимет креста своего, и в след Мене грядет, несть Мене достоин» (Мф.16:24.10:38). И однако ж Апостолы последовали Ему. Когда же вопрошал Он их, не хотят ли они отойти от Него: «еда и вы хощете ити?» (Ин.6:67) ответствовали Ему, говоря, что словеса Его были словеса живота бессмертного: «Господи, к кому идем, глаголы живота вечнаго имаши» (Ин.6:68). Вас, говорил Он к ним, о ученики Мои, ожидают узы, гонения, темницы, и наконец мученическая смерть. «Возложат бо», говорил к ним, «на вы руки своя, и ижденут, предающе на сонмища и темницы, ведомы к царем и владыкам, имене Моего ради. (Прилучится же вам во свидетельство)» (Лк.21:12-13).

Сие поистине, скажешь ты, страшно и естеству не совместно, но в воздаяние таковых страданий Иисус Христос обещал престолы, славу и царствие. Почему желание наслаждаться сими заставило Апостолов уверовать в Него. Но Иисус Христос сказал, что сими благами наслаждаться будут праведные «в пакибытие», то есть, в будущем веке, когда возобновится мир, и сядет Он судить всю вселенную (Мф.19:28). Иисус Христос сказал ясно пред Пилатом, что царствие Его не мирское: «Царство Мое несть от мира сего: аще от мира сего было бы царство Мое, слуги Мои убо подвизалися Быша, да не предан бых был Иудеом: ныне же царство Мое несть отсюду» (Ин.18:36). Кто убо есть такой человек, которой для вещей будущих, невидимых, сомнительных, яко единым токмо человеком проповедуемых, оставит вещи настоящие, видимые, безсомнительные яко чувствами свидетельствуемые? Какой человек для обещаний единого человека простолюдина, бедного, презренного, осужденного, посреди двою разбойник распятого, и на древе Крестном умершего, оставит дом, сродников, чад, друзей, и потечет во всякое место, алкая, жаждая, наготствуя, бесчествуем, бием, в темницы заключаем, оковами связуем, и тмы тем страданий претерпевая? Кто для простых и недоказанных обещаний единого такового человека предаст себя на смерть? Ежели обратишь все силы ума твоего на то, чтобы найти, какая мирская вещь привлекла Апостолов к вере во Христа, и заставила их по тмочисленных гонениях и безмерных страданиях претерпеть и смерть из любви к Нему, то не только ничего такого не найдешь, но увидишь и уверишься, что обыкновенный расчет и все мирские вещи принуждали их не веровать в Него.

Исследуй и обстоятельства Апостольской проповеди. Апостолы были некнижные, бедные, простолюдины, безоружные; они, рассеявшись всюду, проповедывали Веру людям различествующим по роду, языку, богослужению, по нравам, законам и обычаям. Что же они проповедывали им? проповедывали, да уверуют, что Иисус Христос, Который яко виновный распят посреди двою разбойник во Иерусалиме, есть Бог сотворивый небо и землю, создатель и всемогущий обладатель всея твари. «Мы проповедуем», говорили они, «Христа распята» (1Кор.1:23). Притом проповедывали, говоря: человеки отрекитесь всякого телесного услаждения, «умертвите уды ваша, яже на земли, презрите богатство, убегайте славы, любите враги ваша» (Кол.3:5). «Аще кто требует», говорили они, «ризы твоея, отпусти ему и срачицу твою» (Мф.5:40). «Кто тя ударит в десную твою ланиту, обрати ему и другую» (Мф.5:39). Благословляй клянущих тебя, благодетельствуй ненавидящим тебя, молись за вредящих и гонящих тебя (Мф.5:44). Человеки, говорили они, изготовьте себя к бедствиям, гонениям, всяким страданиям, ибо «вси хотящии благочестно жити о Христе Иисусе, гоними будут» (2Тим.3:12). Изготовьтесь и смерть подъять любви ради Христовы. Проповеди же сей в краткое расстояние времени столь бесчисленное множество людей уверовали, что Павел не обинуясь писал к Римлянам: «яко вера ваша возвещается во всем мире» (Рим.1:8). И к Колоссаям: «слово истины благовествования есть плодоносно во всем мире, якоже и в вас» (Кол.1:6). Но на каком диалекте учили тому Апостолы не только Евреев, но и Еллинов, и Римлян, и Парфян, и Эламитян, и Фригиан, и Памфилиан, и Египтян, и прочие иноязычные народы? Как убедили немудрые премудрых, рыбари риторов, некнижные софистов? Какою силою победили убогие богатых, немощные могущественных обладателей, простолюдины вельможей? Какая сила мирская победила предубеждение в богослужении, навык злых нравов, могущество гражданских законов, силу странных обычаев и самого естества человеческого безрассудные стремления? Какую телесную силу? Какой конец плотский? Кто сущим в нас здравым разумом судить о сем будет, тот уверится, что сила не мирская, не вещественная, не телесная, но сила иная, премирная, невещественная, невидимая, и всемогущая сие сотворила. Кто сие исследует и послушает здравого разума, тот увидит, что не иной кто, как токмо всемогущая десница Вышнего сие сотворила. «десница Господня сотвори силу, десница Господня вознесе веру во Христа, десница Господня сотвори силу» (Пс.117:15-16). Всемогущая благодать Веры победила и ложные богослужения, и навык ко злу, и власть вредоносных законов, и могущество злых обычаев, и силу безрассудных стремлений, и всего мира суетность. «Сия есть победа, победившая мир, вера наша» (1Ин.5:4). Сила Иисус Христова победила мирские препятствия, как Он предвозвестил, говоря: «в мире скорбни будете: но дерзайте, яко Аз победих мир» (Ин.16:33). Сия премена от растленного и злого жития в житие беспорочное и пресвятое не есть дело естества, но действие благодати. Сия по всему на лучшее премена не есть дело человека, но произведение всемогущей руки Вышнего. «Сия измена десницы Вышняго» (Пс.76:11).

Но какую, скажешь ты, мы, верующие во Христа имеем нужду в учении сем? Мы не требуем доказательства веры, ибо веруем, а имеем нужду в нравственном учении к исполнению добродетели. Какая же другая добродетель, возлюбленная моя братия, или высшая есть правой веры, или благоприятнейшая Богу, или спасительнейшая оной? Что ни сделаешь без веры, грех есть. «Всяко же, еже не от веры, грех есть» (Рим.14:23). Без веры никто не может спастись. Ибо без нее никто не может быть угоден Богу. «Без веры же невозможно угодити Богу» (Евр.11:6). Доколе человек пребывает верным, дотоль хотя бы тмочисленно согрешал, имеет всегда надежду покаянием достигнуть спасения своего: как же скоро не будет веровать, никакой не будет ему надежды получить спасение. Потому что «иже веру имет и крестится, спасен будет» (Мк.16:16). Потому что «веруяй в Онь, не будет осужден, а не веруяй уже осужден есть, яко не верова во имя единороднаго Сына Божия» (Ин.3:18). Ежели убо внимание мы имеем к тому, чтобы соблюсти любовь, смирение, целомудрие, послушание, и другие добродетели, то тысячекратно более нужно нам внимать тому, чтобы соблюсти веру, которая есть источник, корень и учитель всех добродетелей. Таковое внимание всегда нужно, а особливо в настоящие времена, в кои преумножились и обесстыдились неверные, развращающие верных, и потопляющие их во глубины неверия. Но единое внимание наше без помощи Божией ничего не может. «А^е не Господь сохранит град, всуе бде стрегий. Всуе вам есть утреневати» (Пс.126:1-2). Царе-пророк Давид, когда видел неверных всюду обходящих, то к Богу прибегал, прося от Него помощи. Подражаем убо ему и мы, молясь день и ночь, и говоря с ним: «Ты Господи сохраниши ны, и соблюдеши ны от рода сего и во век. Зане окрест нечестивии ходят» (Пс.11:8-9).

42. В неделю блудного толкование на Евангелие от Луки (Лк.15:11-32)

Книжники и Фарисеи, видя Иисуса Христа приемлющим мытарей и грешников и с ними обращающимся и купно ядущим, роптали на Него, говоря: «Сей грешники приемлет, и с ними яст» (Лк.15:2); но Богочеловек Иисус, открывши сокровище приточных Своих словес, отразил неправедное их роптание, и заградил разверстые их уста. Он, во-первых, представил им радость пастыря ради обретения погибшей своей овцы, купно радование жены, сыскавшей погибшую свою драхму, доказав, что и небо и Ангелы радуются о раскаянии грешника. Потом предложил и притчу ныне чтенного Евангелия. Три же вещи изобразил чрез сию притчу Богочеловек Иисус: состояние грешника, образ покаяния и исповедания и величество благоутробия Своего. О чем удобно узнаем, если вникнем в изъяснение ныне чтенных приточных словес.

Лк.15:11-12. «Рече Господь притчу сию: человек некий име два сына, и рече юнейший ею отцу: отче, даждь ми достойную часть имения: и раздели има имение.»

Бог на многих местах Священного Писания называет Себя Самого человеком, да сим покажет великое Свое к нам человеколюбие: человеков же, не токмо праведных, но и грешных, называет сынами Своими. «Сыны родих», говорит, «и возвысих, тии же Мене отвергошася». Следовательно человек, имеющий двух сынов, Сам человеколюбивейший разумеется Бог; два же сына Его суть праведные и грешные. А что грешник называется юнейшим, для того, ибо грех есть юнейший пред правдою, то есть пред добродетелью. Человек прежде был праведным и добродетельным; потом, по совету змиину, стал быть нечестивым грешником: убо добродетель гораздо есть древнее, нежели нечестие. Сверх сего, для того старейший сын означает праведных, юнейший же грешников, ибо дела грешника суть ребяческие и глупые, дела же праведных суть дела старческие и мудрые. Но что же разумеется чрез урочную часть имения, которую требовал юнейший сын от своего отца? Иные говорят, что разумеется здесь разум и воля; другие же поставляют Божеские блага — небо, землю, море и яже в них; а иные относят к естественному и письменному закону. Но понеже ниже упомянуто, что сей юнейший сын «расточил имение свое, живый блудно» (Лк.15:13): явствует, что чрез урочную часть имения разумеются стяжания, богатство, слава, купно же и естественные блага — здравие, рассудок, мудрость и наклонность к добру.

И так, блудный сын сих благих просил урочной части, просил и получил от отца своего. Ибо Бог, по беспредельной Своей благости, равно дарствует благая Своя и праведникам, и грешникам: «солнце Свое сияет на злыя и благия, и дождит на праведныя и на неправедныя» (Мф.5:45). Поколику же праведных и нравы, и обращение, и дела, и мысли, и слова, и желания несообразными бывают грешническим: того для не сказал: и раздели им благая, но — «раздели им имение». Как же поступил юнейший сын, получив урочную часть имения от своего отца?

Лк.15:13. «И не по мнозех днех собрав все мний сын, отъиде на страну далече, и ту расточи имение свое, живый блудно.»

Понеже человек весьма склонен есть ко греху, того для скоро и погружается в пропастях оного. Являют же сие сии слова: «и не по многих днех», то есть, немного спустя после того, когда меньший сын, вздумав отделиться от отца своего, привел к концу свое намерение. «Собрав все», то есть, имея с собою вся благая, которыми Бог его обогатил, «отъиде во страну далече»: удалился, то есть, от Бога, не внимая ни слову Его, ниже стараясь о молитве, ниже к покаянию и исповеданию прибегая, ни приобщаясь Святых Таин. И сие отчуждение названо дальнею страною. В сей убо стране, то есть, находясь отдаленным от Бога, расточил все свое имение, богатство, то есть, и стяжания, разум и мудрость, на многоядения и многопития, на удовольствия и похоти, на блудодейство и роскошество и на все, что токмо потребно для необузданной блудной жизни, что заключается в сем: «живый блудно», и в сем: «расточи имение свое блудно» (Лк.15:13). Сие же: «расточи имение», поколику говорится о блудном, может прямо заключать и сей смысл: повредил здравие и свои телесные силы; ибо «блудяй во свое тело согрешает» (1Кор.6:18).

Лк.15:14. «Изжившу же ему все, бысть глад крепок на стране той: и той начат лишатися.»

Где презирается добродетель, оттуда отдаляется Божия благодать. Блудный сын, когда расточил на беззакония все, как душевное, так и телесное богатство, что другое ему тогда оставалось терпеть, как токмо глад, лишение небесного хлеба укрепляющего, и Божественного вина, увеселяющего человеческое сердце? «Глад крепок» — отчуждение Божией благодати и душевную погибель. Се бо, свидетельствует Пророк, «удаляющии себе от Тебе, погибнут» (Пс.72:27). Трепещущие же Господа и ищущие Его будут преизобиловать во всяком благе: «яко несть лишения боящимся Его: взыскающии же Господа не лишатся всякаго блага» (Пс.33:10-11). Блудный убо, не имея Господня страха, ниже взыскуя Бога, но бегая и уклонившись от Него, начат лишатися всякого блага. Мы сего исполнение и на самом деле видим. Ибо те, которые, уклоняясь от Бога, погружаются в тине любодеяния, расточают все свое имение, повреждают здравие и телесные силы, лишаются пищи и одеяния и крайним подвергаются нуждам. Что же творил блудный при начатии лишения, исправлялся ли? Никак.

Лк.15:15-16. «И шед прилепися единому от житель тоя страны: и посла его на села своя пасти свиния. И желаше насытити чрево свое от рожец, яже ядяху свиния: и никтоже даяше ему.»

Какие же разумеются граждане тоя страны, и какие их суть села? Граждане суть бесы, совершенно чуждые Божественной благодати, так как и творящие их волю, то есть, грешники: села же их суть жилища лукавых и нечестивых людей. Шед убо блудный сын, то есть, уклонившись и устремившись на греховные дела, «прилепися» покорил, то есть, волю свою под власть единого беса любодеяния, который, учинив его своим рабом, послал в погибельное место пасти свиней, да худым своим примером предходит свиниям, — погрязшим, то есть, людям в плотских беззакониях. Виждь же, почему страстных и блудных ради нечистоты и мерзости плотских вожделений называет свиниями, пищу же сих рожцами: ибо как рожцы сперва несколько сладкими вкусу кажутся, потом тогда же обращаются в неприятность и грубое вещество, так и грех сперва приятным кажется, потом исполняет душу грешничу горестию и печалию, — услаждает на малое время, но навеки осуждает. И так, поелику греховные удовольствия рождаются и паки исчезают, того для и наклонность ко греху бывает неутолимая, и никто не может удовлетворить оной. Посему-то и сказано: «и желаше наполнити чрево свое от рожец, ихже ядяху свинии, и никтоже даяше ему.» И поистине, ничто не может насытить желания похотливцев: ни время, ибо он снискивает привычку, которая воспаляет похоть; ни люди, ибо они не могут удовлетворить своим пожеланиям; кольми же паче других — ни беси, ибо сии содействуют и паче воспаляют худое пожелание, да человек беспрестанно во грехе валяется; ни Бог, ибо Он гнушается беззаконием и ненавидит делателей оного: «яко Бог не хотяй беззакония Ты еси: возненавидел еси вся делающия беззаконие» (Пс.5:5-6). Вот какие злоключения блудного сына! Удалился от Бога, отшел во страну дальнюю, расточил и издержал душевные и телесные свои дарования на дела блудные: «расточи имение свое, живый блудно.» Алкал и жаждал, лишився нужного: «бысть глад крепок, и начат лишатися.» Прилепился блудному начальнику: «и прилепися единому из граждан тоя страны.» Был рабом того беса, который посылал его пасти свиней. Желал наконец удовлетворить блудной своей похоти, но никто не мог ему удовлетворить: «и желаше наполнити чрево свое от рожец, ихже ядяху свинии, и никтоже даяше ему.» Таким образом описав Богочеловек жалостное и достоплачевное состояние грешника, показал потом и образ раскаяния его, продолжая:

Лк.15:17. «В себе же пришед, рече: колико наемником отца моего избывают хлебы, аз же гладом гиблю?»

Блудный, имея мысли свои развлеченными плотскими пожеланиями и телесными прихотями, живя наподобие бессмысленного и лишенного ума, не вникал ни в душевное, ни в телесное свое состояние. Пришед же в себя, освободивши, то есть, мысли свои от плотских развлекательностей, вспомнил о сущем в отцовском доме довольстве и благосостоянии, и познал жалостное состояние души и тела своего. «Колико», сказал, «наемником отца моего избывают хлебы, аз же гладом гиблю?» Но какие здесь разумеются наемники? Три суть класса спасаемых. Первый — сынов, то есть тех людей, кои по единой любви к Богу и мысль, и сердце посвящают воле Божией, по сему: «коль возлюбих закон Твой Господи, весь день поучение мое есть. Воздвигох руце мои к заповедем Твоим, яже возлюбих» (Пс.118:97,48). Второй класс — наемников, которые, так как нанятые, ласкаясь получить мзду и царствие, обещанное хранителям заповедей, соблюдают повеления Божия по сему: «приклоних сердце мое сотворити оправдания Твоя в век за воздаяние» (Пс.118:112). Третий — рабов, которые якоже рабы трепещущие наказания господина своего, тако и они, страшась Богом определенной казни для нарушителей заповедей, хранят Божеские законы по сему: «пригвозди страху Твоему плоти моя, от судеб бо Твоих убояхся» (Пс.118:120). Избывают же наемником хлебы, то есть, Божеские дары; ибо они как ежедневно слушают слово Божие, так и причастниками бывают небесного хлеба — Божественного Причащения и Божественных дарований. Блудный убо сын, рассудив о первом и о последнем своем состоянии, не мог не сказать: колико наемником Бога и Отца моего избывают Божественные Его дарования, я же, быв прежде сыном Его и наслаждався отеческими благами, ныне всего того лишившись, бедствую и погибаю! Не только же так сказал, но и самым делом решился показать обращение свое к Богу.

Лк.15:18-19. «Востав, иду ко отцу моему и реку ему: отче! согреших на небо, и пред тобою. И уже несмь достоин нарещися сын твой: сотвори мя яко единаго от наемник твоих.»

Восстав, говорит, от падения греховного, пойду ко Отцу моему, и сия реку ему: «отче! согреших на небо и пред тобою.» Каким же образом согрешил блудный на небо и пред Богом? Согрешил на небо, — ибо предпочел временное плотское свое удовольствие вечному наслаждению небесных благ; согрешил пред Богом, — ибо пред лицем Его, на все везде взирающим, презрел Божественные Его законы и удалился от Него. Виждь же, коль униженное было его раскаяние. Не только говорит: «согреших», не токмо признает себя недостойным дарований усыновления, но почитает себя недостойным и имени сынов Божиих: «и уже несмь достоин нарещися сын Твой»; просит же вчиненным быть в число наемников: «сотвори мя яко единаго от наемник твоих.» Потом немедленно намерение свое и самым делом показывает.

Лк.15:20-21. «И востав, иде ко отцу своему: еще же ему далече сущу, узре его отец его, и мил ему бысть, и тек нападе на выю его, и облобыза его. Рече же ему сын: отче! согреших на небо и пред тобою, и уже несмь достоин нарещися сын твой.»

Обращение блудного ко отцу своему, и сей глас: «согреших на небо и пред тобою», также призрение и встреча отца его, нападение на выю, объятие и лобызание показывают то, что истинно раскаивающийся грешник, предстоя пред Богом, тако взывает: «согреших»! человеколюбивейший же Бог, прежде нежели он воззовет «согреших», видя истинное его покаяние и обращение, умилосердясь прощает ему и приемлет его яко любезного друга и Своего сына. Знать же надобно, что Богочеловек, во-первых, представил бедственное состояние грешника, как выше видели, потом изобразил и образ его покаяния. Опомнился, говорит, блудный, бывши развлеченным плотскими прихотями, «и пришед в себе», рассудил о вечной славе и блаженстве праведных: «колико наемником Отца моего избывают хлебы»; размыслил о пагубных греховных следствиях им претерпленных, — «аз же гладом гиблю»; решился оставить грех и обратиться к Богу: «востав, иду ко Отцу моему»; приуготовился и в том, как ему должно раскаиваться: «и реку Ему: Отче, согреших на небо и пред Тобою»; смирил себя пред Богом: «и уже несмь достоин нарещися сын Твой», и намерение свое напоследок показал на самом деле: «и востав, иде ко Отцу своему.» Но обратим внимание наше и на прочие действия милосердия Божия, каковые изъявлены были тако раскаявшемуся.

Лк.15:22-24. «Рече же отец к рабом своим: изнесите одежду первую, и облецыте его: и дадите перстень на руку его, и сапоги на нозе. И приведите телец упитанный, заколите, и ядше веселимся. Яко сын мой сей мертв бе, и оживе: изгибл бе, и обретеся. И начаша веселитися.»

Под именем рабов разуметь можно либо святых Ангелов, иже «суть служебнии дуси, в служение посылаеми за хотящих наследовати спасение» (Евр.1:14); либо священников, служителей и строителей Святых Таин. Первая же одежда есть усыновление, то есть, то же блаженное человеческой души состояние, которое было прежде греха. Чрез первую одежду разумеется непорочность и святость, каковой сподобляется грешник после покаяния и оставления грехов. Чрез перстень же — дары Святого Духа, посредством коих душа обручается с Иисусом Христом, и Женихом ее и Спасителем; а чрез сапоги, могущественность шествовать ревностно путем добродетели и попирать ногами змиев и скорпиев. Телец же упитанный есть воплощенное Слово, Бог и Господь наш Иисус Христос, Коему мы приобщаемся во время совершения Святых православных Таин. Вот, что бесконечно милосердый Бог дарствует истинно раскаивающимся грешникам и обращающимся к Нему от всея души и сердца! Сего-то для радуются все святые Ангелы и все сущие на небеси Праведники, по сему: «радость будет на небеси о едином грешнице кающемся» (Лк.15:7), ради, то есть, воскресения и восстания грешника. Но почему же говорится о грешнике так: «мертв бе, и оживе, изгибл бе, и обретеся?» Смерть душевная есть нарушение закона: «в оньже аще день снесте от него, смертию умрете» (Быт.2:17). Погибель же человека есть грех: «яко грешницы погибнут» (Пс.36:19), лишився вечного спасения, и будучи всегда осужденными во аде. Умерщвленную имел блудный свою душу, и чуждую творения добрых дел; но Божия благодать чрез покаяние оживила оную, и даровала ей силу к творению добродетели. Погибшим был блудный, совращенным, то есть, с добродетельного пути, а погруженным во греховной бездне: но Божия благодать, обрете его таковым, извлекла оттуда и вчинила в лик праведных. Сими же словами показал нам Бог беспредельное Свое милосердие к грешникам. Бог, видя в грешнике истинное раскаяние, хотя не присутствует видимо при творении дел покаяния, но близко есть Его благоутробие, подкрепляющее грешника на пути обращения: «еще же ему далече сущу, узре его Отец его, и мил ему бысть» (Лк.15:20). Приемлет его не яко врага и презрителя Его заповедей, но яко друга и творящего волю Его: «и нападе на выю его, и облобыза его.» Когда же грешник, воззвав: «согреших»! явил плоды покаяния, уклонився от греха и обратився к Нему: даровал тогда ему оставление грехов и прежнюю непорочность и святость: «изнесите одежду первую, и облецыте его»; удостоил его дара Святого Духа: «и дадите перстень на руку его»; укрепил его в исполнении заповедей Своих, — «и сапоги на нозе»; напитал душу его приобщением Пречистого Своего Тела и Крови: «и приведше телец упитанный, заколите»; назвал его сыном Своим ожившим и обретшимся: «яко сын Мой сей мертв бе, и оживе: изгибл бе, и обретеся.» И возвеселились все напоследок небесные силы, и души всех святых на небеси сущих: «и начата веселитися.»

Лк.15:25-28. «Бе же сын его старей на селе: и яко грядый приближися к дому, слыша пение, и лики: И призвав единаго от отрок, вопрошаше: что убо сия суть? Он же рече ему: яко брат твой прииде, и закла отец твой телец упитанный, яко здрава его прият. Разгневався же, и не хотяше внити: отец же его изшед моляше его.»

Сии слова, начиная от сего: «и яко грядый», до сего: «здрава его прият», потемняют смысл сей притчи. Ибо исторически разумеваемая не заключают переносного смысла: гнев же старейшего брата всякого не может не привести в сомнение. Ибо каким образом старейший сын, в лице праведных представляемый, гневается на то, что меньший его брат, то есть грешник, получает спасение? Ужели праведные гневаются и не радуются с Господем о спасении грешника? Подлинно сие кажется неудобопонятным. Однако, если рассмотрим, что Господь здесь не говорит о праведных, сущих на небеси, но о праведных, еще на земли пребывающих, — отъемлется всякое недоумение. Являют же сие сии приточные слова. Понеже говорится, что старейший сын был «на селе”, село же означает не небо, но мир; то и нет никакого сомнения, так как и Сам Господь сие истолковал, говоря: «а село есть мир» (Мф.13:38).Сущие убо на селе, то есть, живущие в мире праведники, будучи еще несовершенны и не достигши до бесстрастия сущих на небеси праведников, возмущаются и колеблются духом, видя милосердие Божие, свидетельствуемое грешникам, и сих благополучие. «Яко возревновах», слова Псалмопевца, — «на беззаконныя, мир грешников зря» (Пс.72:3). Также и Пророк Иеремия: «что, яко путь нечестивых спеется, угобзишася вси творящии беззакония? насадил еси их и укоренишася: чада сотвориша, и сотвориша плод» (Иер.12:1-2). Сверх сего, поколику Господь предлагал сию притчу для научения и обличения книжников и Фарисеев, роптавших на Него за то, что Он принимал грешников и обращался с мытарями: видеть убо можно, что старейший сын собственно берется за книжников и Фарисеев, праведниками от людей называемых. Сии же без всякого сомнения гневались и роптали, видя преизбыточествующее к грешникам человеколюбие Господа Иисуса. Чего для Всеблагий не преставал их обличать, говоря: «горе же вам, книжницы и Фарисее лицемери, яко затворяете царствие небесное пред человеки: вы бо не входите, ни входящих оставляете внити» (Мф.23:13). Но хотя сии и гневались, однако Богочеловек всячески утешал их, желая утолить гнев их и неправду. Послушаем же теперь и того, какие они представляли причины своего гнева.

Лк.15:29-30. «Он же отвещав рече отцу: се толико лет работаю тебе, и николиже заповеди твоя преступих, и мне николиже дал еси козляте, да со други своими возвеселился бых. Егда же сын твои сеи, изъедыи твое имение с любодеИцами, прииде, закла ему телец питомый.»

Две суть причины роптания на Бога называемых праведниками: первая, долговременное оных порабощение и служба без всякои награды остающаяся; вторая же — непокорность грешника и преступление, получившее в награду питомого тельца. Являют же и самые роптания, что сии слова не суть истинных праведников, но книжников и Фарисеев, называвшихся токмо, а не бывших праведниками. Ибо какой бы был истинныи праведник, которыи бы роптал на то, что много лет служил Богу? Кто из истинных праведников обличает и обвиняет грешников? Притом, какой бы истинный праведник не был причастным тельца упитанного, то есть, Тела животворящего и Крови Иисуса Христа? Книжники и Фарисеи, будучи лицемерами, как делами своими тщеславились, так и отвращались от грешников, и были лишенными не токмо великих, но и малых Божеских дарований, чрез козляте знаменуемых. Не без причины же Богочеловек упомянул в притче сии слова: «и мне николиже дал еси козляте»: но для того, да сим покажет, что они были чуждыми и лишенными всякого Божественного дара. Что же на сие сказал ему Бог?

Лк.15:31-32. «Он же рече ему: чадо, ты всегда со Мною еси, и вся Моя твоя суть. Возвеселитижеся и возрадовати подобаше, яко брат твой сей мертв бе, и оживе: и изгибл бе, и обретеся.»

Ответствует на роптания, и полагая, что книжники и Фарисеи были святыми и праведными, по собственному их о себе и по других мнению, яко чадолюбивейший Отец уговаривает их: чадо, говорит, если ты праведен, ты всегда обретаешься со Мною, и все Мое есть твое, поколику еси сын Мой, и Моего царствия наследник. Долженствовало же не токмо Мне, но и тебе радоваться и веселиться о обретении и воскресении брата твоего.

Беседа о правиле покаяния и исповедания

Богочеловек чрез покаяние и обращение блудного показал нам образ и правило истинного покаяния. Если мы возьмем на рассуждение сей пример и рассмотрим, как ныне мы раскаиваемся: таковое обрящем между сим различие, каковое небо имеет от земли. Начало раскаяния блудного есть сие: «в себе же пришед». И поистине, таковое должно быть покаяния предначинание: без сего же никто не может раскаяться. Ибо, не познав своих грехов, как можно принести покаяние? Если не вникнешь в свои деяния, как можешь признать свои преступления? Если не одумаешься и не вникнешь в самого себя, как можем судить о своих поступках? Блудный, отвлекши мысль свою от блудных помышлений, устремил сию на рассмотрение и испытание собственного состояния. Вникнув же в свое состояние, то есть помышления, слова и деяния, не мог тогда же не приметить своего беззакония. Почему узнал, кого раздражил, от кого отлучился, что потерял и до чего дошел; узрел тину беззаконий своих, отчуждение Божией благодати и душевную погибель. «В себе же пришед», помыслил о святости и невинности первого своего состояния, вспомнил о славе и чести и о Божественных дарованиях, каковых сподобляются от преизбытка все работающие Богу и с Ним пребывающие. Таковое же размышление о первом непорочном состоянии, и о втором грешническом, не могло не сокрушить окаменевшее его сердце и не принудить произнести сии сокрушенные слова: «колико наемником отца моего избывают хлебы, аз же гладом гиблю!» (Лк.15:17) Что сходствует с теми словами, которые говорил Бог чрез пророка Исаию: «сия же глаголет Господь: се работающии Ми ясти будут, вы же взалчете: се работающии Ми пити будут, вы же возжаждете: се работающии Ми возрадуются, вы же посрамитеся: се работающии Ми возвеселятся в веселии сердца, вы же возопиете в болезни сердца вашего и от сокрушения духа восплачетеся» (Ис.65:13-14).

Обратим же теперь внимание на себя: кто из нас начинает покаяние свое от внимания к своей жизни и состоянию? Кто, говорю, желая раскаяться, сперва отвлекает мысль свою от плотских и мирских размышлений и привязанностей, потом испытывает свою совесть и рассматривает все, какие только ни учинил грехи, либо помышлением, либо словом, либо делом? Кто размышляет о том, что он ради грехов своих соделался недостойным Божественного царствия и участником вечного осуждения? Кто сравнивает свое состояние с жизнию и блаженством праведных? Никто. Ныне каждый начинает покаяние свое сими токмо словами: «пойду к духовному отцу исповедывать ему свои грехи…» Человече! как ты поступаешь? Если бы ты восхотел идти к какому-нибудь главному начальнику просить прощения за твой проступок: ужели бы ты дерзнул придти к нему так неосторожно и презрительно? Сказал ли бы ты и тогда: пойду к начальнику признаться ему в моем проступке? Никак. Во- первых бы представлялась уму твоему важность проступка твоего; потом бы много заботился о том, как придти к начальнику, как сказать ему и как попросить извинения. Не мог бы также и о сем не страшиться, чтобы вместо прощения не получить наказания. Как же, желая предстать пред Бога, Создателя и Вседержителя всея твари, праведного и страшного Судию, да исповедуешь Ему свои беззакония, да признаешься Ему в нарушении Его заповедей и испросишь от Него отпущения множества грехов твоих; как, говорю, дерзаешь и приступаешь, не размыслив прежде ни о количестве, ни о важности грехов твоих, ни о том, как надобно сказать, и какими словами просить прощения? Сие, что ты говоришь: «пойду исповедываться», без всякого другого приуготовления и намерения, не есть начало покаяния, но безрассудность, дерзость и нерадение о своем спасении.

Обратите также очеса ваши и на образ покаяния. Рассмотрите, говорю, и то, что блудный предпринимал, положив покаянию сие, вами слышанное, начало: «восстав», говорил, «иду ко отцу моему:» (Лк.15:18). Слышите ли? «востав», говорил. Не подумайте же самым делом, что он уже восстал, и для того так сказал: «востав». Ибо он не был утвержденным на камени добродетели, но падшим и погрязшим в греховной тине. Значит же сие ««востав»» уклонение и совершенное воздержание от греха и обращение к Богу. Ибо сказавши: «востав», тогда же присовокупил и сие: «иду ко отцу моему». Послушайте же и того, как он приуготовился сказать исповедуясь: «и реку ему: отче! согреших на небо и пред тобою, и несмь достоин нарещися сын твой». Вот же и те слова, которыми он просил от Бога прощения: «сотвори мя яко единаго от наемник Твоих».

Но говорим ли и мы, прежде исповедания, сие блудного слово: «востав»? Обещаемся ли, то есть, и мы прежде исповедания совершенно воздержаться от грехов? Никак. Но один, говоря сие: «иду исповедываться», насильственно похищает своими руками чужую вещь; другой питает в сердце своем ненависть и злобу; иной наполненные имеет уста осуждением братии своей. Один не отлучается от студной жены; другой не перестает обращаться с лицами, возбуждающими плотское вожделение. Прежде покаяния не имеет места ни старание и воспоминание о грехах, ни намерение совершенного воздержания от беззакония, ни словесное приуготовление к исповеди, ниже что другое, нужное для раскаяния и исповедания. Приходим же во многом числе к духовному отцу в самый последний поста день, и хотя находим его заботящимся о том, чтобы успеть всех выслушать исповедания, но имеющего и мысль стесненную от беспрестанного внимания, и язык коснеющий от множества увещаний. Притом пришед к нему ожидаем, чтобы он проникнул во глубину сердца нашего и расспросил, в какие мы впали грехи, сколько раз и в какое время, и о всех прочих греховных обстоятельствах; ожидаем, чтобы он вложил во уста наши и обещание воздержания от грехов, и слова, изъявляющие раскаяние, так, как бы лишенные ума, хотения, словес. О, коль сомнительно получать прощение грехов по таковом исповедании, хотя бы духовный отец с сокрушением читал разрешительную молитву! И как мы, по таковом исповедании, дерзаем приближаться к жертвеннику Божию и приобщаться святых и страшных Таин?

Но ты скажешь, что Бог беспредельно милосерд. Еще далече был от Него блудный, но Он призрел его, пришел к нему, напал на выю его, облобызал его и причастил его всем Божественным Своим дарованиям, и самому упитанному тельцу. Так; о всем сем нет никакого сомнения. Но кто тебе дает о сем сведение? Святое Евангелие. Для чего же убо зришь ты во Евангелии одно токмо беспредельное Божие благоутробие, а на образ грешнического раскаяния не взираешь? Ты слышал, что Бог явил беспредельное милосердие блудному, но не скрыто пред тобою и то, посредством чего блудный удостоился сей милости. Ты слышал и то, что он приходил в самого себя, вспоминал о прежних своих грехах, печалился о лишении Божеской благодати, приуготовлял себя к покаянию и исповеданию, презрел грех и обратился к Богу. Если ты будешь взирать на одно токмо милосердие, а о приуготовлении к покаянию нерадеть: уподобишься тому человеку, который взирает только на одну верхнюю ступень лествицы, а прочие презирает; почему, протягая ногу свою, вместо того, чтобы прямо взойти на верх, падает и низвергается.

Благоутробие Божие беспредельно: однако Бог таковым бывает токмо для тех, которые достойны суть и Его благоутробия. Если будешь так раскаиваться, как блудный, не можешь не получить прощения грехов и всех тех же Божественных дарований, каковых тот удостоился. Вникни прежде исповедания твоего в самого себя так, как блудный; собери мысль твою развлеченную похотьми и мирскою суетою, размысли о всяком грехе твоем обстоятельно. Опомнись: кого раздражил и чего лишился? Решись от всей души и сердца престать грешить, и обратись к Богу. Приуготовься к исповеданию, сокруши сердце твое и излей слезы от очес твоих: и тогда, таким образом приуготовившись, говори: «пойду исповедываться», — «востав иду ко Отцу моему» (Лк.15:18). Таким образом приуготовившись, приходи к духовному твоему отцу, который во время исповедания имеет на себе лице Бога Спасителя твоего. Пришед же к нему, не буди безгласным, ожидая его вопрошения, сам же ответствуя ему либо «ей», либо «ни»; но яко доброглаголивый, признавайся во всех твоих грехах обстоятельно; признаваясь же не вымышляй извинений во твоих грехах, ниже других обвиняй, но сам себя во всем исповедуй виновным: согреших, говори, на небо и пред Богом! Таким же образом постепенно взойдешь на ступень истинного и спасительного покаяния, и достигнешь до того степени, на котором имеет место Божие благоутробие, разрешающее все твои грехи и удостоивающее Божественных дарований.

Возлюбленная братия! сей-то есть образ покаяния и исповедания, изображенный Богочеловеком Иисусом в приточных словах нынешнего Евангелия. Кто не следует сему правилу, того и покаяние есть сомнительное, и исповедание несовершенное, и отпущение грехов неистинное. Блажен же придерживающийся сего Богом преданного правила: блажен, кто таковым образом приуготовляется, и тако исповедует свои грехи! Таковый без сомнения приятен Богу, и нападает Бог на его выю и объемлет его. Нет сомнения, что как духовный отец на земли ему говорит: чадо, отпущаются ти грехи твои; так и Бог свыше дает ему оставление грехов. Нет сомнения, что таковый облекается в одежду спасения, приемлет благодать Святого Духа, направляет душевные стопы на путь Божественных заповеданий, и божественне приобщается Святых Таин. Нет сомнения, что каждый грешник, если тако раскается и откроет свои грехи, будет сыном Божиим и наследником вечного Его Царствия во Христе Иисусе, Спасителе нашем, Емуже слава и держава во веки веков, аминь.

42.1. Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в тридцать четвертую неделю блудного (1Кор.6:12-20)

Столь гнусны, скверны и бесчестны все плотские грехи, что и одни имена их производят стыд и заставляют краснеть. Говорим мы свободно о всяком грехе, представляя и открывая все его обстоятельства: но когда хотим описать тяжесть плотских грехов, тогда оберегательство, стыд, и боязнь чтобы не впасть в бесстыдство, отъемлют и от ума нашего надлежащие мысли, и от уст наших слова и выражения, довольные представить студодействование оных. Един Апостол Павел, который имел не земную, но небесную мудрость, и говорил не свои мысли, но от Бога ему открываемые, тяжесть одного из плотских грехов, то есть блуда, представил и доказал мыслями толико высокими, и словами толико выразительными, что слушающие и попирающие оные не только изумляются, и в содрогание приходят, но и удерживаются от такового Богоненавистного деяния. Сие содержит в себе нынешнее чтение из послания его к Коринфянам. Но по высоте мыслей и по связи их, многое сказуемое здесь Апостолом оказывается неудобовразумительным и неудобоистолкуемым. Если же Бог по бесконечной Своей милости споспешит предлагаемому нами толкованию оных словес, то надеюсь, что вы увидите сущую истину, и уразумевши Апостольские мысли, многую отсюда и великую получите душевную пользу.

1Кор.6:12. Братие, вся ми лет суть, но не вся на пользу: вся ми лет суть, но не аз обладан буду от чего.

Как? «Вся ми лет суть»? Имею я свободу делать, что хочу? Позволительно мне посему делать и зло. Истинно то, что имею я свободу и власть делать, что ни захочу, ибо сотворен свободным и самовластным. «Бог из начала сотвори человека, и остави его в руце произволения его: Предложил ти огнь и воду, и на неже хощеши простреши руку твою» (Сир.15:14,16). Но вижу и следующие за тем слова: «но не вся на пользу». Имею я власть делать все, что хочу, но не все полезно мне. Ежели делаю добрые дела, то получаю пользу: а ежели худые, то получаю вред. «Вся ми лет суть, но не аз обладан буду от чего». Имею я власть делать все, и доброе и злое, но не должно мне обладану быть от некоего зла, не полезно мне соделаться рабом некоего греха.

1Кор.6:13. Брашна чреву, и чрево брашном: Бог же и сие и сия упразднит.

Бог создал яства для употребления чреву: «брашна чреву». И чрево сотворил, чтобы оно, принимая пищу, питало и подкрепляло тело: «и чрево брашном». Имею я власть принимать всякую пищу, ибо для того сотворил оную Бог; но не пользует мне употреблять оную без меры и без рассуждения: поелику безмерное оной употребление вред причиняет телу, а запрещенное законами вред причиняет душе моей. Имею я власть принимать всякую пищу, но не прилично и не полезно мне то, чтобы я обладан был какою-либо пищею, мясоядением, или рыбоядением, или другою нравящеюся мне пищею, и чтобы соделался рабом чрева моего. Ибо брашна и чрево суть вещи тленные и временные, кои Бог по смерти делает пустыми и бездеятельными. «Бог же и сие и сия упразднит». Сии Апостольские слова суть предуготовление, коим Божественный Апостол доказывает, что никто не имеет власти блудодействовать.

1Кор.6:13-14. Тело же не блужению, но Господеви, и Господь телу. Бог же и Господа воздвиже, и нас воздвигнет силою Своею.

Все благочестивые Христиане составляют едино тело, тело, то есть, Иисуса Христа: каждый же есть член сего Святого Тела. «Вы же есте тело Христово, и уди от части» (1Кор.12:27). Имеешь ты, говорит Апостол, власть вкушать всякую пищу, ибо брашна произведены для чрева, и чрево для брашен: но никакой не имеешь свободы, чтобы блудодействовать; ибо тело не для того сотворено, чтобы блудодействовало, но чтобы было член тела Иисус Христова. «Тело же не блужению, но Господеви». Брашна твои суть, под твоею суть властию, ибо произведены для питания тебя: тело же твое не есть твое, не есть под твоею властию, ибо оно есть Господне, яко член тела Его: «и Господь телу». Посмотри же, как он противополагает одно из сих другому: «брашна чреву». «Тело же не блужению, но Господеви». «И чрево брашном: и Господь телу». Брашна и чрево уничтожаются Богом. «Бог же и сие и сия вся упразднит». Тела же наши в день суда всемогуществом Божиим воздвигнутся и соделаются бессмертными, как и Тело Господа Иисуса по тридневном погребении восстало из гроба, соделалось нетленно и бессмертно. «Бог же и Господа воздвиже, и нас воздвигнет силою Своею». А сими словами доказал, что брашна, как временные, суть во власти нашей, тела же наши, как вечные члены Тела Иисус Христова, не суть в нашей власти: что подтверждают и следующие слова, показывающие тяжесть блуда.

1Кор.6:15. Не весте ли, яко телеса ваша удове Христовы суть? Взем ли убо уды Христовы, сотворю уды блудничи? Да не будет.

Почему тела наши суть уды Христовы? Потому что Христос есть Глава Церкви, Церковь же есть тело Его, как тот же Павел учит, говоря: «Того даде Главу выше всех Церкви, яже есть тело Его» (Еф.1:22-23). Уды же Церкви суть все верные. По сей-то причине все мы верные есмы уды Иисуса Христа. Бываем же «Тело Христово и уды от части» (1Кор.12:27), во-первых, усыновляясь благодатию Святого крещения, а во вторых, приобщаясь от единого и тогожде хлеба, то есть, тогожде Тела Христова, и с Ним соединяясь и едино тело соделоваясь. «Чаша благословения», говорит тот же Апостол, «юже благословляем, не общение ли крове Христовы есть? Хлеб, егоже ломим, не общение ли Тела Христова есть? Яко един хлеб, едино тело есмы мнози: вси бо от единаго хлеба причащаемся» (1Кор.10:16-17). Сказав же, яко телеса наша суть удове Христовы, отсюда заключает, сколь ужасен есть грех — блудодеяние. Неужели, говорит, не ведаете вы, что тела ваши суть члены Христовы? Потом обращает слово к лицу своему, говоря так: что убо иное я делаю, когда блудодействую, разве что вземлю члены Христовы от тела Его, и делаю оные члены блудничими? Замечательно здесь выражение слова, не сказал, соединяю, но вземлю, то есть, отделяю члены Христовы, и делаю оные члены блудничими. И кто не ужаснется слыша сие? Распинатели «не пребиша Ему голений» (Ин.19:33). блудник же раздирает оные и рассекает. Сказав то Павел возопил: «да не будет». А сие значит отвращение: то есть, молится он словом сим, да не будет, чтобы никогда не оставил его Бог впасть в таковой грех. Следующими же словами изъясняет, как блудодействующий делает уды Христовы удами блудничими.

1Кор.6:16-17. Или не весте, яко прилепляяйся сквернодейце едино тело есть (с блудодейцею)? будета бо, рече, оба в плоть едину. Прилепляяйся же Господеви, един дух есть с Господем.

Почему слово сие: «и прилепится к жене своей: и будета два в плоть едину» (Быт.2:24): что Адам произрек о жене всякого человека, приноровляет Апостол и к блуднице? Потому что дело естества есть одно и то же, как в законном браке, так и в блудодействе, то есть, совокупление и сожитие мужа с женою, делающее двух единою плотию. А чтобы доказать Божественным Писанием, что прилепляющийся блуднице едино тело с нею бывает, то привел сии Адамовы словеса. Но поелику естественно дело оное есть одно и то же, то почему соединяющийся со своею женою не отделяет уды Христовы, как отделяет оные и делает удами блудничими прилепляющийся блуднице? Потому что со своею женою соединяющийся соединяется со своими собственным членом, присовокупленным к нему от Бога Церковию. Со блудницею же смешивающийся совокупляется с чуждым членом: ибо «честна женитва во всех», яко имеющая целию деторождение: «блудником же и прелюбодеем судит Бог» (Евр.13:4). поелику они совокупляются по единому сладострастию. Потому что законный брак есть образ духовного соединения Иисуса Христа с невестою Его Церковию. «И будета два в плоть едину. Тайна сия велика есть: аз же глаголю во Христа и во Церковь» (Еф.5:31-32). Посмотри же, как Апостол речением Божественного Писания доказав, что «прилепляяйся сквернодейце едино есть тело с нею», готовит таким образом доказательство и на то, что блудодей делает уды Христовы удами блудничими. «Прилепляйся же», говорит, «Господеви, един дух есть с Господем». А сие значит, что верою и добродетелию соединяющийся со Христом бывает весь духовен, не имеяй никакого плотского мудрования, но и ум, и сердце, и хотение имеет духовное. Кто соединяется со блудницею, тот бывает едино тело с нею. Кто соединяется с Господом, тот бывает един дух с Ним. А отсюда явственно следует то, что кто соединяется со блудницею, тот делает уды Христовы удами блудничими. Научив же сему, преподает заповедь, чтобы бегали мы от блуда, говоря:

1Кор.6:18. Бегайте блудодеяния, всяк бо грех, егоже аще сотворит человек, кроме тела есть: а блудяй во свое тело согрешает.

Зависть, гнев, ненависть не суть вне, но внутрь тела. Согрешает же во свое тело и завистливый, и гневливый, и ненавистливый, поколику сии страсти иссушают и растлевают тело. Како убо говорит, что всяк грех кроме тела есть, и что блудяй во свое тело согрешает? Многие и различные суть толкования на сии неудобоистолкуемые слова (Смот. Икум. в он. месте): но мы предложим то, которое кажется достовернейшим. Зависть, гнев и ненависть не суть действия, но страсти: ибо ни зависти, ни гнева, ни ненависти мы не делаем, но страждем от них и мучимся. Апостол же не говорит о прегрешениях, от которых мы страждем, но о грехах, кои мы делаем. «Всяк грех», говорит, «егоже аще сотворит человек, кроме тела есть». И сие истинно. Ибо коликие грехи мы ни делаем, все они кроме тела суть. Делаем зависть, воровство, хищение, клевету, лжесвидетельство, хулу, и прочие, и оные грехи суть кроме тела нашего, поколику они вредят душе и другим, телу же нашему никакого не причиняют вреда. А блудяй производя блуд вредит и злотворит своему телу, расслабляя, оскверняя и нечистым оное делая. Заметь здесь две некие вещи, во-первых, сие, «бегайте», что значит скорое и совершенное отвращение от такового греха: а во-вторых, что не только яко законоположник сказал, «бегайте блудодеяния», но и яко учитель объявил, по каким причинам надобно убегать оного. «Бегайте», говорит, «блудодеяния». Ибо всякий другой грех, который вы сделаете, вредит душе, а не и телу; блудодеяние же и самому телу нашему вредит: и сия есть одна причина, к которой присовокупляет потом и другую, говоря:

1Кор.6:19. Или не весте, яко телеса ваша храм живущаго в вас Святаго Духа суть, егоже имате от Бога, и несте свои?

По предреченных словах предлагает еще три предмета, то есть, благодать, достоинство и право. Сими же тремя ужасает и убеждает нас бегать блудодеяния. Благодать есть превелия, потому что тела наши суть храм обитающего в нас Святого Духа; достоинство дающего благодать есть превысочайшее, потому что благодатель есть Сам Вседержитель Бог, рекий: «излию от Духа Моего на всяку плоть» (Деян.2:17). Право Божие над человеком есть превыше всех прав, потому что Бог и сотворил и искупил человека. Почему никакой власти не имеют люди ни над душою своею, ни над телом. Не знаете ли, говорит, человеки, что тело ваше есть храм Всесвятого Духа в вас обитающего? «Или не весте, яко тело ваше храм живущаго в вас Святаго Духа есть ?» Не знаете ли, что прияли вы сию превелию благодать от Самого Творца всяческих Бога, «егоже имате от Бога»? Не знаете ли, что никакие власти не имеете вы ни над душою, ни над телом вашим, потому что вы твари сотворшего и рабы искупившего вас Бога: «и несте свои»? Не произнес же следующее из слов сих заключение, как явное и всякому известное. Како убо дерзаете, вот оное заключение, осквернять блудодеянием храм Святого Духа, и вместе бесчестить Подателя такового дара? Како дерзаете творить уды ваши удами блудничими, не имея никакой власти, но будучи творения Божии, искупленные Им бесценною ценою?

1Кор.6:20. Куплени бо есте ценою: прославите убо Бога в телесех ваших и в душах ваших, яже суть Божия.

Почему сказал только, «куплени», а не сказал еще, создани? Потому что довольно того, что «куплени», к доказательству рабства, ибо всякой купленный раб есть купившего его, хотя и не сотворен от него: или потому что искупление человеческого естества, то есть воссоздание оного, есть дело и самого создания высшее и славнейшее. Наперстный же Иоанн изъявил нам, как Христу в Откровении сказал: «яко заклался на кресте» (Апок.5:9), и на оном излиянною кровию Твоею искупил нас от рабства диавола, и соделал нас рабами Бога и Отца Твоего. Павел убо говорит, что поелику «куплени есте ценою», то есть, бесценною Кровию единородного Сына Божия, то прославите Бога и телом и духом вашим, поелику и тело и дух суть Бога создавшего и искупившего оные: прославляется же Бог в теле нашем целомудрием, милостынею, постом, бдением, телесными трудами для добродетели совершаемыми: а в духе нашем прославляется Бог правою верою, надеждою на Бога, любовию к Богу и к ближнему, чистотою от всякого лукавого помысла, святыми помышлениями, и Божественными воспарениями. Тогда прославляется Бог и в духе твоем и в теле твоем, когда душа твоя, имея мысли благочестивые и помыслы Богоугодные, возбуждает тело твое к произведению всякой деятельной добродетели; а тело служит охотно святым души помышлениям.

Беседа о грехе — блудодеянии

Богодухновенный Апостол Павел в чтенном ныне послании своем с великою ревностию и весьма сильно говорил нам о грехе, блудодеянии. Мы веруем, что чему он учил, не суть слова человеческие, но Божеские, не суть учения от предания, или изобретения человеческого, но от просвещения и откровения Божия. «Сказую же вам», говорил он, «благовествование благовещенное от Мене, яко несть по человеку. Ни бо от человека приях е, ниже научихся, но явлением Иисус Христовым» (Гал.1:11-12). Он был орган Духом Святым бряцаемый, трость книжника скорописца, который говорил то, что Бог ему открывал, и писал то, что Бог ему говорил. Почему нет никакого сомнения, слова его суть слова Божии. Но сильный образ, коим выражался он о блудодеянии, и причина, по которой таким образом говорил об оном, суть неизвестны и заставляют сомневаться. На рассмотрение убо и исследование сих двух любопытных предметов обратим теперь слово.

О всех почти грехах как великих, так и малых говорил Богоглаголивый Павел. Но ежели рассматривать, что сказал он о грехах, блудодеянии, то видеть можно, что говорил об оном более, и тяжчае, нежели что он говорил о всяком другом грехе. Он о грехе сем сказал: «тело же не блужению, но Господеви, и Господь телу» (1Кор.6:13). А сии слова значат, что кто впадает в сей грех, тот обижает не человека, но Самого Создателя и Господа твари: ибо тело не для того создано, чтобы блудодействовало, но чтобы работало Господу своему Иисусу Христу; блудник же делает оное рабом блуда. Он о грехе сем сказал: «взем ли убо уды Христовы, сотворю уды блудничи?» (1Кор.6:15) А сими словами показывает, что кто производит сей грех, тот есть худший распинателей Христовых. Ибо те не дерзнули раздирать уды Христовы, а блудник отъяв оные, делает их удами блудничими. Он сказал еще: «а блудяй во свое тело согрешает» (1Кор.6:18). Сим же научает, что делающий сей грех есть жестокосерднее всех человеков. «Никтоже бо когда свою плоть возненавидит, но питает и греет ю» (Еф.5:29). Блудник же ков строит, и зло творит собственной своей плоти. Он о грехе сем говоря, сказал, что тело наше есть жилище Святого Духа, егоже прияхом от всещедрого Бога. «Или не весте, яко телеса ваша храм живущаго в вас Святаго Духа суть, егоже имате от Бога?» (1Кор.6:19) И что ни над душою, ни над телом нашим не имеем мы власти, ибо куплены предрогою Кровию Иисус Христовою. «И несте свои, куплени бо есте ценою» (1Кор.6:19-20). Видите убо ясно, что он делателя сего греха представил лукавнующим против Бога, худшим распинателей, жестокосердейшим всех жестокосердых, презрителем Святого Духа, отступником от достодолжного повиновения своему Владыце. О выражение сильное! Страх и трепет производят сии словеса. Что сего вящше? Но казнию, коею наказал он блудодействовавшего Коринфянина, грех сей блуд еще ужаснейшим представил.

Поставил страстное судилище на сего грешника, собрал на оное верных, взошел и сам туда духом, и Самого Владыку Христа представил там седящего, и провозглашающего определение. «О имени», рек, «Господа нашего Иисуса Христа собравшимся вам и моему духу, с силою Господа нашего Иисуса Христа, предати таковаго сатане во измождение плоти, да дух спасется в день Господа Иисуса» (1Кор.5:4-5). О страстное и ужасное определение! Какого когда-либо или лихоимца, или хищника, или убийцу, или разбойника, или еретика, или хульника столь жестоко наказал? Коего из грешников предал во власть сатаны, чтобы он, муча его, изгубил тело и жизнь его? Кто же есть так определивший? Павел, который всюду велегласно проповедывал бесконечное к грешным благоутробие и милость Иисуса Христа, вопия и глаголя: «яко Христос Иисус прииде в мир грешники спасти» (1Тим.1:15). А дабы кто не подумал, что он за другой какой грех, а не за блуд наказал его с толикою строгостию, то прежде нежели провозгласил определение казни, открыл имя греха грешника того, написав сие: «отнюдь слышится в вас блужение, и таково блужение, яковоже ни во языцех именуется» (1Кор.5:1).

Но чем подвигнут был Павел произвести толикие и таковые строгости против греха сего? «Явлением Иисус Христовым» (Гал.1:12). Ибо он коликократно не по повелению Божию, но сам от себя учил, толикократно изъявлял, что говорит он свое мнение, а не повеление Божие излагает. Когда о девах говорил, тогда ясно сказал: «о девах же повеления Господня не имам: совет же даю, яко помилован от Господа верен быти» (1Кор.7:25). Равно и когда советовал о состоянии вдовствующей жены, произрек: «блаженнейша же есть, аще тако пребудет, по моему совету: мнюся бо и аз Духа Божия имети» (1Кор.7:40). Сие самое рек и тогда, когда увещевал Коринфян, чтобы они подали милостыню нищим во Иерусалим более, нежели другие. «И совет», рек, «даю о сем» (2Кор.8:10). Бог убо, Который есть самая чистота и святость, Который отвращается нечистоты и срамоты сего гнусного греха, открыл ему то, что к осуждению оного и произрек он, и соделал. Видел однако он и в Божественном Писании тяжесть сего греха. Ибо из начала благочестивые люди, или от первосозданного Адама друг другопреемственно научившись, или от примера всемирного потопа познавая, или Божественным откровением просвещаемы, грех сей, блудодеяние, гнусным и богоненавистным почитали. Доказательством сему служит пример благочестивых людей до письменного закона бывших, кои хотя никакого письменного законоположения не имели касательно греха сего, но отвращались оного как дела богоненавистного и бесчестного.

Когда Патриарх Иаков пришел в Салим град Сикимск (Быт.33:18), тогда Сихем, князь земли оной, похитив дщерь его Дину, растлил оную. Сынове же Иаковли Симеон и Левий коварным образом убивши Сихема и всех Сикимитян расхитили все их имение. Увидя сие Иаков весьма возмутился, и страх великий объял сердце его. Обличал он в том строго Симеона и Левию: соделали вы, говорил к ним, меня ненавистным, и показали меня человеком злым пред Хананеями и Ферезеями, которые собравшись, истребят и меня и дом мой. Симеон же и Левий ответствовали ему, говоря: но что? потерпишь ли ты, чтобы Сикимитяне имели сестру нашу яко блудницу? «Они же рекоша: аки блудницу ли возъимеют сестру нашу?» (Быт.34:31) Услышав сие святой Божий человек успокоился, почетши убийство и расхищение праведною казнию за грех оный, блудодеяние: и Бог, явившись ему, отъял страх от него, завещевав ему отъити оттуда, и тако избежать всякой опасности. «Рече же Бог ко Иакову: востав, взыди на место Вефиль, и живи тамо» (Быт.35:1).

Определение также Иуды сына Патриарха Иакова, произнесенное на вдовствующую Фамарь невестку его, доказывает, сколь великим грехом блудодеяние почитали благочестивые до закона бывшие. Когда некоторые, пришедши к нему, сказали: «соблуди Фамарь невестка твоя, и се, во утробе имать от блуда» (Быт.38:24): тогда ни сродство не преклонило его, ни любовь к умершим сынам, мужам Фамары, не сделало его снисходительным, но тотчас определил, чтобы сжечь оную. «Изведите ю, рече, и да сожгут ю» (Быт.38:24). Но ежели сей грех, скажешь ты, толикой казни достойным судился, то как сам Иуда соделал оный с тою Фамарью, не узнав ее, но почетши, что она блудница? Иуда яко судия осудил грех, а яко человек согрешил. Посему и познал свой грех, и исповедался откровенно, что согрешил. «Позна же Иуда и рече: оправдася Фамарь паче мене» (Быт.38126).

Когда же Бог давал письменный закон на горе Синайской, тогда столь явственно и столь в выразительной речи узаконил совершенное удаление от сего греха, что никого нет, который бы не разумел Божьего повеления о сем грехе. «Да не будет», рек Он, «блудница от дщерей Исраилевых, и да не будет блудник от сынов Исраилевых» (Втор.23:17). Что сего яснее, и вразумительнее? Подтвердил же Бог сию волю Свою и делами. Убийство есть великий грех, есть преступление осмыя заповеди Десятословия. Убийц наказует Бог наистрожайше, ибо глас крови убиенного вопиет к Богу, требуя отмщения. «Глас крове брата твоего вопиет ко Мне от земли» (Быт.4:10). И однако Бог убийство Финееса, который убил Замврия и Хазвию, кои явно блудодействовали, почел правдою. «И ста Финеес, и умилостиви, и преста сечь. И вменися ему в правду в роде и род до века» (Пс.105:30-31). Не только же правдою почел Бог таковое убийство, но и ревностию Божественною. Почему удостоил Финееса вечного жречества: «и будет ему», рече Бог к Финеесу, «и семени его по нем завет жречества вечный, понеже возревнова по Бозе своем, и умилостиви о сынех Исраилевых» (Чис.25:13). Если же откроем книги законов благодати, то увидим в оных определение о грехе сем Единородного Сына Божия. Он законом положил, что и одно похотение такового греха, хотя оно невидимо, недействительно и бездеятельно, но оскверняет душу. «Аз же глаголю вам: яко всяк, иже воззрит на жену, ко еже вожделети ея, уже любодействова с нею в сердце своем» (Мф.5:28). В оных книгах мы видим, что и Духовные Апостолы, когда писали первое и краткое законоположение, то о многом другом для краткости умолчали, об удалении же от сего греха ясно яко от уст Всесвятого Духа узаконяя проповедывали: «изволися бо», писали они, «Святому Духу и нам, ничтоже множае возложити вам тяготы, разве нуждных сих: огребатися от идоложертвенных и крове и удавленины и блуда» (Деян.15:28-29). Сие все, скажешь ты, истинно, и то известно не только Павлу, но и другим многим. Но почему никто другой, ни Пророк какой, ни Апостол не сказали того, и не определили того за грех сей, что произрек Павел? Потому что Бог послал его проповедывать Евангелие язычникам. «Иди, рече, Аз во языки далече послю тя» (Деян.22:21). Почему он и называл себя Апостолом язычников. «Вам бо глаголю языком: понеже убо есмь аз языком Апостол, службу мою прославляю» (Рим.11:13). Язычники же преданы были как другим многим порокам, так особенно сему греху столько были порабощены, что не только оный ни за грех, ни за бесчестие не почитали, но и богиню имели начальницею оного, наставницею и учительницею. А в сем превосходили других язычников Коринфяне, имея посвященных жертвеннику Венеры свыше тысячи общенародных блудниц, из коих многие были весьма богаты от дохода сбираемого с беззаконничества сего, и по всей Греции славны. поелику убо язычники и наипаче Коринфяне предавались сему греху, то Павел яко Апостол и учитель языков, чтобы истребить насажденное в сердцах их от родителей и от воспитания пагубное сие заблуждение и обыкновение, и вместе обуздать всех прочих человеков неудободержимое стремление к гнусной сей нечистоте, просвещен будучи Богом, наказал примерно блудодействовавшего Коринфянина, и описал с Богодухновенным тщаливословием тяжесть и вред сего гнусного греха.

Мужие братие, сие нимало не дивно, что во градах идолопоклонников находились тысячи блудниц. Они не только не имели ни законов положительных, возбраняющих сей грех, ни учителя проповедующего, сколь велик есть грех сей, но еще и богов заблудшие имели прелюбодейных и блудных, кои защищали блуд. Дивно же то, что находятся блудницы и во градах Христианских: и мы видим, что иные расточают имение и погубляют здравие свое в блудничих домах, а другие без страха и стыда живут и растлеваются с чуждыми и беззаконными женами. Христиане ли, наученные законом Божиим, руководимые Святым Евангелием, оглашенные учением Богоносных Апостолов, и особенно Богодухновенным учением Павловым, просвещенные наставлением блаженных Отцев и Учителей, Христиане ли, кои и знают, и уверены, что блуд есть великий грех, и что осуждение страшное ожидает блудников, они ли держатся блудниц, вводят их дом свой, и согрешая с ними нимало не стыдятся и не страшатся того? Сие поистине дивно, сие неизразимо никаким словом, сие достойно всякой казни.

Христианине! ты от того часа, как сподобился святого крещения, освятился не только душою твоею, но и телом твоим: душа твоя соделалась дщерию Божиею, тело твое членом Иисуса Христа. Како убо дерзаешь творить члены Иисуса Христа членами блудницы? Ты от того часа, как исшел из Божественной купели, соделался храмом Святого Духа. Како убо не ужасаешься растлевать блудодеянием храм Всесвятого Духа? Не слышишь ли страшный глас оный Апостольский: «аще кто Божий храм растлит, растлит сего Бог»? (1Кор.3:17) Како не страшишься страшного судилища Божия? На оном судятся блудники и прелюбодеи: «блудником же и прелюбодеем судит Бог» (Евр.13:4). Не слышишь ли Господа Владыку твоего повелевающего, и глаголющего: никогда же да не разрешиши пояса целомудрия твоего, ниже да погасиши светильника Божественного Моего закона, просвещающего тебя к воздержанию и господствованию над плотскою похотию? «Да будут», говорит, «чресла ваша препоясана, и светильницы горящии» (Лк.12:35).

Но огнь, скажешь ты, плотской похоти попаляет меня, и я не могши снести пламени его, повергаюсь во глубину греха сего. Но премудрый Павел преподал врачевство и на сию страсть, сказав: «но блудодеяния ради кийждо свою жену да имать, и каяждо жена своего мужа да имать» (1Кор.7:2). Преблаженный Апостол и похвалил еще брак. «Честна», сказал, «женитва, и ложе нескверно» (Евр.13:4). Но, не имею, скажешь ты, способа, чем пропитать жену и чад. Послушай, меня, прошу тебя, ежели бы какой земной Царь обещал тебе все, что потребно и для тебя, и для жены, и для чад твоих, неужели бы ты усомнился? Неужели бы стал говорить, не имею способа чем пропитать жену и чад? Конечно бы не усомнился, и не сказал бы таковых слов. Так знай, что небесный Царь, Тот, «Егоже в руце вси концы земли, и высоты гор Того суть: яко Того есть море, и Той сотвори е, и сушу руце Его создасте» (Пс.94:4-5): Сам всесильный и вседержавный и неложнейший Бог обещает тебе, глаголя: ищи Царствия Моего, и ходи путем добродетели, а Я дам тебе при сем все что нужно, все что потребно тебе. «Ищите же прежде», говорит Он, «Царствия Божия и правды его, и сия вся приложатся вам» (Мф6:33). Слышишь ли, сколь ясно обещание Божие? Слышишь ли, сколь богатно даяние? Вся обещает дати: «и сия вся приложатся вам». Что убо сомневаешься? Что маловеруешь? Почто боишься? Бог есть обещаваяй. Когда ты грешишь, тогда бойся глада и наготы, и всякой другой казни: а когда бегаешь греха и делаешь добродетель, тогда отнюдь не бойся, отнюдь не сомневайся. Ибо Бог «волю боящихся Его сотворит, и молитву их услышит, и спасет я» (Пс.144:19). «Юнейший бых», говорит святой Царе-Пророк, «ибо состарехся, и не видех праведника оставлена, ниже семене его просяща хлебы» (Пс.36:25).

43. В неделю Мясопустную толкование на Евангелие от Матфея (Мф.25:31-46)

Ни едина Евангельская истина не есть столько ясная и столько страшная, как истина ныне чтенного Евангелия. Единородный Сын и Слово Божие приидет паки на землю, не так как прежде, в кротком и смиренном виде, но со многою славою и с Божественным великолепием и светлостию; приидет же не спасти мир, якоже прежде, но судить всех сущих от века людей живых и мертвых. Тех, которые творили добрые дела, удостоит Царствия; а творившим злая определит мучение: притом как Царствие, так и мучение, в нескончаемые веки пребывать имеющие. Сие- то учение явственно открывает нам нынешнее Евангелие. На сем основывается и член веры, содержащийся в святом Символе и всеми православными христианами принимаемый и исповедуемый, то есть сей: «и паки грядущаго судити живым и мертвым, егоже царствию не будет конца.» Но ужели страшный и неумытный Судия в тот день будет судить токмо касательно милосердия: милостивым даст вечное Царствие, а немилостивым определит бесконечное мучение? Если бы так было, не составляло бы сие великого страха; ибо каждый удобно может являть милосердие, и спастись. Послушайте прежде толкования ныне чтенных Евангельских словес, и тогда узрите решение предложенной истины.

Мф.25:31. «Рече Господь: егда приидет Сын человеческий во славе Своей, и вси святии Ангели с Ним, тогда сядет на престоле славы Своея.»

Не показал нам Богочеловек ни того, в какой стране таковое будет решение, ни того, на каком месте поставит престол славы, на немже сед, будет судити мирови. Однако некоторые, читая пророка Иоиля, глаголющего: «и соберу вся языки, и сведу я на юдоль Иосафатову, и разсуждуся с ними ту о людех моих. Да востанут и взыдут вси языцы на юдоль Иосафатову, яко тамо сяду разсудити вся языки, яже окрест», утверждали, что место, на котором сошед Господь, поставит престол славы и страшного Своего судилища, есть долина Иосафатова. Но о сем всякий удобно познает, если прочтет пророческие слова Иоиля третия главы, и познает оных переносный смысл. Упомянул же Богочеловек о славе, с которою паки приидет, для того, чтобы не подумали, что и второе Его пришествие будет смиренное и кроткое, якоже и первое. В первом был младенцем повиваемым и в скотских яслях полагаемым; во втором явится преславным Богом, седящим на судейском престоле. Славу и величество второго Его пришествия описывает пространнее святой пророк Даниил, ужасный страх возбуждая в сердце каждого верующего человека: «зрях», говорит, «дондеже престоли поставишася, и Ветхий деньми седе, и одежда Его бела аки снег, и власы главы Его аки волна чиста: престол Его пламень огненный, колеса Его огнь палящь. Река огненная течаше исходящи пред Ним: тысяща тысящ служаху Ему, и тьмы тем предстояху Ему: судище седе, и книги отверзошася» (Дан.7:9-10).

Мф.25:32-33. «И соберутся пред Ним вси языцы, и разлучит их друг от друга, якоже пастырь разлучает овцы от козлищ. И поставит овцы одесную Себе, а козлища ошуюю.»

Все языцы, все от века люди, сущие от Адама до того дни, собравшись, предстанут пред страшным престолом праведного Судии, ожидая праведного Его решения. О сем самом возвестил и Богоглаголивый Апостол, говоря: «всем бо явитися нам подобает пред судищем Христовым, да приимет кийждо, яже с телом содела, или блага, или зла» (2Кор.5:10). И тогда разлучит Судия праведных от грешников, так, как пастырь разлучает овец от козлищ, и поставит праведных, которых называет овцами за кротость и смирение, с правой, а грешников, которых нарек козлищами за ветреность и непостоянство их, с левой стороны. Потом учинит и решение, объявляя и вину Своего решения.

Мф.25:34-36. «Тогда речет Царь сущим одесную Его: приидите благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам Царствие от сложения мира. Взалкахся бо, и дасте Ми ясти: возжадахся и напоисте Мя: странен бех, и введосте Мене. Наг, и одеясте Мя: болен, и посетисте Мене: в темнице бех, и приидосте ко Мне.»

Самое название праведных есть радостное и преславное. Благословенными называются Богом и Отцем Господа Иисуса Христа. Сие же, «наследуйте», есть паче честнее и преславнее, яко изъявляющее сродство и сожительство Божие с праведниками. Не сказал: приимите, ибо и пришельцы иногда бывают участниками дарований; но ««наследуйте»» сказал: ибо сродники токмо и домашние наследниками бывают имения своих ближних. Также и сие: «уготованное вам Царствие от сложения мира», великую изъявляет благость и величество, так как обнаруживающее не только беспредельное Божеское человеколюбие, но и славу и величество человека. Ибо таковое от сотворения мира приуготовление Царствия для человека, что другое значит, если не царское человека достоинство и преимущество пред всеми прочими земными творениями? Приидите, скажет праведным Судия, седящий на престоле славы, наследуйте то Царствие, которое Я для вас приуготовил от сложения мира. Учинив же таковое решение, праведным представит и причину сего; ибо скажет: и алчущего Мене напитали, и жаждущего напоили, и странного приняли, нагого одели, больного посетили и к сущему Мне в темнице приходили. Знать же надобно, что праведные сии шесть видов человеколюбия и милосердия не токмо плотским образом, но и духовным исполняют, словом оживотворяя человеческие сердца. Ибо и нравственностию питают души, алчущие не хлеба, но слышания Божеского слова; и кротким Христианским учением напоявают жаждущих словес жизни и живой и спасительной воды; и проповеданием веры вводят в Церковь Божию странных и отчужденных от оной; и обещанием будущих благ, чуждых добрых дел облекают в одежду целомудрия и в ризу спасения: и советами своими укрепляют, и подают немощным силы, нося недуги их; и светом своего увещания просвещают сущих во тьме греховной. Что же на сие рекут праведники Судии?

Мф.25:37-40. «Тогда отвещают Ему праведницы, глаголюще: Господи, когда Тя видехом алчуща, и напитахом? или жаждуща, и напоихом? Когда же Тя видехом странна, и введохом? или нага, и одеяхом? Когда же Тя видехом боляща, или в темнице, и приидохом к Тебе? И отвещав Царь речет им: аминь глаголю вам, понеже сотвористе единому сих братий Моих меньших, Мне сотвористе.»

Добродетель смирения и по смерти существует. Ибо праведные как от человек скрывали свои добродетели, так и пред Богом смиряясь, не хотели называться милостивыми, и хотя знали, что благодеяние к бедным восходит до Бога, однако отрицаясь, не сомнились говорить: мы Тебя никогда не питали, ни поили, ни другое какое призрение являли Тебе, Царю славы и Господу. Смотрительне же Богочеловек тако смиренно говорящих представляет праведников, да мы научимся, что бедный представляет Божественное Его лице. Мы что токмо оказываем бедному, оказываем Самому Христу: «аминь глаголю вам, понеже сотвористе единому сих братий Моих меньших, Мне сотвористе». Виждь же, коль выразительно сие подтверждает: «аминь глаголю вам!» Так, как вам известную и несомнительную представляю вещь, что, ежели что оказали единому из братий Моих меньших, то Мне оказали. Называет же бедных братиею для того, «понеже дети приобщишася плоти и крови, и Той приискренне приобщися техже» (Евр.2:14). Что значит сие? Понеже Сам был человеком, и человеческое естество освятил, той «ради вины не стыдится нарицати братию их, глаголя: возвещу имя Твое братии Моей» (Евр.2:11-12). Меньшими же — или ради несовершенства плотской их дебелости, либо ради уничиженности состояния их, якоже и Сам «смирил Себе, послушлив быв даже до смерти, смерти же крестныя» (Флп.2:8). Но доселе Господь говорил о праведниках: внемлем же, какое дал Он решение и грешникам.

Мф.25:41-43. «Тогда речет и сущим ошуюю Его: идите от Мене проклятии во огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом его. Взалкахся бо, и не дасте Ми ясти: возжадахся, и не напоисте Мене. Странен бех, и не введосте Мене: наг, и не одеясте Мене: болен, и в темнице, и не посетисте Мене.»

Три казни обнаруживает ответ Божий к грешникам: отлучение от Бога: «отъидите от Мене проклятии»; вечный огнь: «во огнь вечный»; пребывание с злыми диаволами: «уготованный диаволу и аггелом его». Суть же сии три казни столько несносны по тяжести, мучительны по лютости, нетерпимы по времени, страшны по имени — «проклятии», что не может ни ум постигнуть, ни язык человеческий изобразить, как должно. Виждь же, что человеколюбивейший Бог Царствие токмо уготовал людям от сложения мира, а не казнь и муку. Казнь же изготовил токмо для диаволов: «отъидите» сказал, «во огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом его.» Но люди тогда токмо осуждаются с немилостивыми бесами в вечный огнь, когда бывает жестокосердыми, так как и бесы. Того для, говорит праведнейший Судия немилостивым, осуждаю вас: понеже «взалкахся, и не дасте Ми ясти: возжадахся, и не напоисте Мене: странен бех, и не введосте Мене: болен, и в темнице, и не постисте Мене.» Что же на сие скажут треокаянные грешники?

Мф.25:44-45. «Тогда отвещают Ему и тии, глаголюще: Господи, когда Тя видехом алчуща, или жаждуща, или странна, или нага, или больна, или в темнице и не послужихом Тебе? Тогда отвещает им, глаголя: аминь глаголю вам, понеже не сотвористе единому сих меньших, ни Мне сотвористе.»

Поелику неверные предварительно еще осуждены быть достойными мучения, ради неверствия их, по сему: «а не веруяй уже осужден есть, яко не верова во имя единороднаго Сына Божия»; следовательно злочестивые в тот день не для того восстанут, да будут судимы, но для того, да осудятся, по словам Пророка: «не воскреснут нечестивии на суд». Сии, Судии ответствующие, хотя беззаконные будут и грешные, не неверные однако, но верные. Кто же из верующих есть такой, который бы не слышал словес нынешнего Евангелия? Какой бы верный не знал о том, что бедный представляет лице Иисуса Христа, и что милующий бедного милует Самого Иисуса Христа? Никто; убо сие грешников извинение есть лживое и лукавое. Но не можно на страшном и нелицеприятном судилище иметь место лжи и обману; почему нимало не действительно будет тамо грешников извинение, но токмо праведное Божие решение воздействует.

Мф.25:46. «И идут сии в муку вечную, праведницы же в живот вечный.»

Сие: «идут сии”, то есть грешники, «в муку вечную», заграждает уста тех, которые по неразумию утверждают, что мука имеет конец. Ибо слово «вечный» не другое что означает, как токмо бесконечность. Если милосердие Божие за временное преуспеяние в добродетели праведников удостоивает вечного Царствия: убо и правосудие Его за временное удовольствие вечно накажет грешников. Вечное добродетели награждение определило человеколюбие Божие: вечная следовательно и казнь за грех определена будет Его правосудием. Если бы Бог прославлял вечно, а наказывал временно, было бы в действии токмо Его милосердие, а правосудие было бы недействительно. Но сие есть дело невозможное, поколику Бог сколько есть милосерд, столько и правосуден. Беспредельно Его милосердие, беспредельно и правосудие: если же и Царствие, и мучение будут вечны, в равном действии как милосердие, так и правосудие пребудут. Пребудут купно благость и милосердие с судом и правдою по словам Священнопевца: «милость и суд воспою тебе Господи, пою и разумею в пути непорочне» (Пс.100:1-2).

Беседа о том, почему в день Суда упоминается только о едином милосердии

Почему же в описании страшного дня судного не представляется Судия упоминающим либо о правде, либо о целомудрии, либо о другой какой-либо добродетели, но весь суд творящим по делам милосердия, милостивых благословляющим и прославляющим, немилостивых же проклинающим и осуждающим? Конечно, скажешь, одна токмо добродетель милосердия спасает человека, хотя бы он чужд был всех добродетелей. Посему ни похотливые, ни горделивцы, но только немилосердые подлежат наказанию. Всякий читающий нынешнее Евангелие приметить сие может. Так, нет сомнения; но можно ли еще почесть таковое заключение за справедливое?

Если бы кто вшел в сад, изобилующий всякими плодотворными древами, не рассмотрев же и не обозрев все его части, но одну токмо усмотрев часть оного и видев тамо сущие гроздия, заключил, что в таковом саду одни только находятся гроздия: ужели справедливо должно быть такового заключение? Можно ли бы было ему поверить, что в таковом саду одни только гроздия? Нет. Но если бы сей все осмотрел, обошел бы все части его и рассмотрел бы все находящиеся в нем древа: тогда бы только мог он утверждать, что в таковом находится саде. То же самое случается и тому, кто приняв в руки Святое Писание, оставив все прочее, в оном содержащееся, читает одну токмо запятую, и из сего заключает, чему учит все Божественное Писание, без сомнения таковый обманывается и впадает иногда в ереси и заблуждения. Все Священное Писание есть едино токмо тело: часть же тела не составляет всего тела. Следовательно, кто разделяет оное и раздирает, потом из смысла одной запятой заключает о всем содержащемся в Писании, никогда здраво не рассуждает. Человече! если хощешь познать догматы православной веры и истинный свет и разум Божеский, прочти, во-первых, все Божественное Писание, потом вникни в каждую часть оного, и снеси все параллельные места: тогда узришь, что одно место показывает другое; тогда-то обрящешь многочестную истины маргариту, познаешь истинный смысл и возвестишь спасительные истины.

Нет сомнения, что ныне чтенное Евангелие описывает второе Господне пришествие, праведный Его суд и решение праведников и грешников. Но сие есть одно токмо место Божественного Писания: суть же и другие многие, на которых упоминает о сей истине. Следует убо рассмотреть, что и там пишется, да тако познаем весь Божий совет и истину. Богочеловек прежде, нежели истолковал ныне чтенное, говорил другим и сие: «вшед же Царь видети возлежащих, виде ту человека не оболчена во одеяние брачное» (Мф.22:11). Все, имеющие брачное одеяние, насладились царскою трапезою: но не имеющего брачного одеяния во первых обличил Царь, потом слуги Его, связав ему ноги и руки, ввергнули «во тьму кромешную», где «плач и скрежет зубом» (Мф.22:13). Рассмотри теперь сии два снесенные места. В первом представляется Царь пришедшим видети, во втором Сын человеческий явившимся судити во славе. В первом призываются все люди, во втором предстоят вси языки. В том называет Своих слуг служителями, в сем нарицает их Ангелами. В первом месте праведников поставляет, имеющих брачное одеяние, а грешников чуждых брачной одежды: в сем овцы означают праведников, а козлища грешников. Тамо для праведников царская трапеза, а для грешников узы и кромешная тьма: здесь же для праведных живот вечный, а для грешников вечная мука. Из сего явствует, что Богочеловек одну и ту же истину, то есть всемирный суд, на сих двух местах разнообразно представил: в первом изобразил, что прославятся имеющие брачное одеяние, не имеющие же сего осудятся; во втором же прославившимися милостивых, а осужденными немилостивых. Брачное одеяние и милостыня суть два свойства праведников: но первое, то есть брачное одеяние, есть общее, поколику означает все добродетели; второе же, то есть милостыня, есть свойство частное и особенное, ибо относится токмо к единому милосердию. Убо Богочеловек в первом учении Своем прежде объяснил то, что общее свойство спасаемых есть брачное одеяние, а осуждаемых — обнажение таковой одежды. Потом, во втором, описав особеннейшую едину часть общего свойства, нужнейшую и полезнейшую, то есть милостыню, обнаружил, что милостивые прославятся, а немилостивые осудятся. Что же брачное одеяние означает все добродетели, свидетельствует Богоглаголивый Павел, говоря, что спасаемых одеяние есть Христос. «Елицы» говорит, «во Христа крестистеся, во Христа облекостеся» (Гал.3:27): и на другом месте: «облецытеся Господем нашим Иисус Христом, и плоти угодия не творите в похоти» (Рим.13:14). Каким же другим образом можем облещись во Иисуса Христа, если не живя по примеру Его, то есть, не творя всех добродетелей? Вот как два приведенные и снесенные места об одной истине объясняют разум и совет Божеский.

Если же рассмотришь и другие подобные Евангельские места, узришь должника тысячию талантов осуждаемого в день судный (Мф.18:24). Известно же, что долг тысячию талантов заключает в себе не одно токмо немилосердие, но многое грехов множество. Узришь прославляемым стяжавшего пять талантов, либо два: осуждаемым же скрывшего свой талант, и ничего не стяжавшего. Стяжание же талантов пяти и двух что другое являет, если не различные преуспеяния в добродетелях? Также и скрытие единого таланта что означает, если не совершенное лишение всякой добродетели?

Хощеши ли и другого толкования ныне чтенных Евангельских слов? Прочти Евангельские Писания. Узришь в Писании Божественного Иоанна дев, за добродетель целомудрия в великой славе предстоящих пред престолом Величествия, и яко от начала человеческого рода препрославленных. «Сии суть, иже с женами не осквернишася, зане девственницы суть: сии последуют Агнцу, аможе аще пойдет: сии суть куплени от людей первенцы Богу и Агнцу. И во устех их не обретеся лесть: без порока бо суть пред престолом Божиим» (Апок.14:4-5). В том же Писании узришь и грешников, за многоразличные их беззакония осужденных во огнь. «Страшливым же и неверным, и скверным, и убийцам, и блуд творящим, и чары творящим, идоложерцем и всем лживым, часть им в езере горящем огнем и жупелом, еже есть смерть вторая» (Апок.21:8). Также и из Писания Павла познаешь разные грехов виды, заграждающие вход в небесное Царствие: «или не весте, яко неправедницы царствия Божия не наследят? Не льстите себе, ни блудницы, ни идолослужители, ни прелюбодеи, ни сквернители, ни малакии, ни мужеложницы, ни лихоимцы, ни татие, ни пияницы, ни досадители, ни хищницы, царствия Божия не наследят» (1Кор.6и 10).

Имеем же свидетельством и Пророческие слова, описывающие страшный Божий суд, и разверзающие книги дел наших: «судище седе», говорит Пророк Даниил, «и книги отверзошася» (Дан.7:10). В тех же книгах не только записаны суть дела, но и слова: «глаголю же вам, яко всяко слово праздное, еже аще рекут человецы, воздадят о нем слово в день судный» (Мф.12:36). Еще же и помышления, и сердечные чувствования. «Господь», написал Пророк Иеремия, «судяй праведно, испытуяй сердца и утробы» (Иер.11:20). Снеси все сие, и вникни: узнаешь, что Бог за всяк непростительный грех осуждает и наказывает грешника. Также и венчает добродетельных не только за добродетель милостыни, но и за все прочие добрые дела: «и изыдут сотворшии благая в воскрешение живота: а сотворишии злая в воскрешение суда» (Ин.5:29).

Нет, скажешь, о сем сомнения; но почему Богочеловек, в грозном виде представляя всемирный суд, умолчав о всякой добродетели, упомянул только о милостыне? Умолчал о других добродетелях, ибо на другом месте, говоря об оном суде, показал, что Он испытует и судит не токмо по делам, но и по сокровенностям сердечным: упомянул об одной милостыне, поколику от сердца милостивых истекает струя спасения. Послушайте доказательства сея истины. Кто всячески печется и благодетельствует имеющим нужду, таковый без всякого сомнения имеет в своем сердце добродетель любви к ближнему. А кто милует бедного, веруя, что благодетельствуя бедному благодетельствует Иисусу Христу; известно, что таковый любит и Иисуса Христа, то есть, что имеет в сердце своем любовь и к Богу. Сами же мы, наученные Господем, веруем и исповедуем, что в сих двух заповедях, то есть в любви к Богу и любви к ближнему, весь «закон и Пророцы висят» (Мф.22:40). Следовательно милостивый человек имеет в сердце своем оба источника спасения, изливающие на него сладчайшие струи всяких добродетелей. Таковый-то есть «древо насажденое при исходищих вод, еже плод свой даст во время свое, и лист его не отпадет, и вся, елика аще творит, успеет» (Пс.1:3). Немилосердый же, не имея сих двух источников добрых дел, чужд есть всякой добродетели; посему есть «древо, не творящее плода добра», каковое «посекается, и во огнь вметается» (Мф.7:19).

Удобнее же познаем, что весь закон и Пророцы висят на любви, если рассмотрим десять заповедей, которые суть основанием всех Божественных законов, и нравственного Пророческого учения. Из сих десяти заповедей четыре относятся к Богу, а шесть к ближнему. Кто любит Бога от всея души, сердца, крепости и помышления, таковый работает Ему денно и нощно, не раболепствует никакой другой твари, воздерживается от клятвы, во дни праздничные преимущественно его прославляет. Кто любит ближнего своего якоже себе, таковый без сомнения воздает всякое почтение и уважение своим родителям, бегает любодеяния, хищения, убийства, лжесвидетельства, таковый никогда не желает чужой вещи; ибо таковые поступки изъявляют ненависть, а не любовь к ближнему. Смотрите же, каким образом от любви к Богу и ближнему зависят все добродетели. Поколику противные дела являют противными и слова: явствует, что кто не имеет любви, тот нарушает весь закон и Пророков, погрешает против десяти заповедей и творит всякое беззаконие.

Сия-то убо есть причина, ради которой Богочеловек Иисус, предложив о судном дни, умолчал о всякой другой добродетели, представил же на суд милостивых токмо и немилостивых. Милостивый означает праведного и добродетельного, а немилостивый преступника и грешника. Представив убо Богочеловек милостивого судимым и прославляемым, показал чрез сие судимым и прославляемым каждого праведного человека. Равным образом, представив судимым и осуждаемым немилостивого, показал каждого нераскаянного грешника судимым и осуждаемым.

Возлюбленная моя братия! престанем грешить. День тот есть день страшный: «се бо день Господень грядет неисцельный ярости и гнева» (Ис.13:9). В тот день не токмо разбираемо будет дело милосердия, но все наши дела, слова и помышления. Какой стыд объимет мене тогда, когда разгнут книги и откроют как пред всеми моими врагами, так и пред всеми людьми таковые гнусные мои дела, каковые, если бы явлены были ныне пред одним только, хотя бы был таковый моим братом, от срама и стыда не мог бы не призывать землю, чтобы она разверзлась и пожрала мене! Как стыдно мне будет, когда пред всеми обнаружат лукавство моих нравов, неправды моих рук, клеветы языка моего, лживость моих устен, надменность ума моего, тайную злобу моего сердца и все прочие лукавые мои дела, и все срамные мои замыслы! Какой стыд и страх покроет лице мое, когда Судия разберет и обличит и представит предо мною все грехи мои! «Сия сотворил еси», скажет страшный Судия, «и умолчах, вознепщевал еси беззаконие, яко буду тебе подобен: обличу тя, и представлю пред лицем твоим грехи твоя» (Пс.49:21). Какой будет ужас, когда Судия отверзет Свои уста, и учинит на праведнейшем Своем суде страшнейшее решение!

«Идите», скажет Царь славы. Но ох! куда Ты нас окаянных отсылаешь? «Идите». Человеколюбче, Всемилостиве, Спасителю мира! Ты ради нас был человеком, ради нас претерпел страдания, ради спасения нашего вознесен был на Крест и подъял смерть: куда убо ныне нас отсылаешь? «Идите от Мене». от Тебе ли нас отлучаешь? Но Ты еси свет, живот, мир, покой: не отвергай убо нас от лица Твоего; помилуй нас, якоже толикократно миловал еси; призри на молитву, на слезы, на покаяние наше. — Не есть теперь время милости, скажет нам неумытный Судия, не услышится уже молитва ваша, ни слезы воспользуют вам, ни покаяние ваше приимется. Прейде время милости! ныне время суда и решения. «Идите от Мене, проклятии». Проклятии! О слово, паче обоюдного меча острейшее и пронзительнейшее! Но будучи проклятыми не от человека, но от Тебе, Всецаря Бога, куда отъидем? «Идите от Мене проклятии во огнь». О коль страшное и лютое осуждение! Но будет ли когда иметь конец сей огнь? Истлит ли нас хотя со временем, и обратит ли в небытие? «Идите от Мене проклятии во огнь вечный, уготованный диаволу и аггелом его»! (Мф.25:41) Отлучение от Бога, вечность огня, сожительство с диаволами, — ни вообразить, ни постигнуть, ни изобразить, ни представить не могу, каковое отчаяние и скорбь постигнет осужденных на вечное мучение!

Господи милости! истинно тогда не будет времени милости, но суду. Яви убо ныне милость Твою на нас; озари сердце наше светом покаяния, да раскаявся от всея души, до пришествия того немилостивого времени, обратимся к Тебе. Укрепи нас непреоборимою силою Твоей благодати, да оною укрепленные сохраняем всегда Божественные Твои заповеди, и ходим неуклонно чрез все нашей жизни дни по добродетельным стезям; да тако тогда удостоишь нас услышать сей блаженный и человеколюбивейший Твой глас: «приидите благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам Царствие от сложения мира» (Мф.25:34). Да будет, Господи, сие, да будет!

43.1. Толкование на Апостол из первого послания Апостола Павла к Коринфянам, читаемый в тридцать пятую неделю, мясопустную (1Кор.8:8-9:2)

Поелику завтрашний день начинается преддверие поста, и вся сия седмица есть предочищение и предтеча поста, то святая Церковь Божия предлагает ныне верным из Послания Павлова место то, где говорится о брашнах. А чтобы в точности уразуметь, что говорит об оных Апостол, то нужно видеть, что пред сим пишется. Пред сим Апостол говорил о идоложертвенных, глаголя: «о идоложертвенных же вемы, яко вси разум имамы» (1Кор.8:1). А идоложертвенные были мяса животных, идолам приносимых. Сих идоложертвенных мяс часть сожигали идолопоклонники пред идолами, а другую часть оставляли для трапезы приносящим жертву, и их сродникам и друзьям. Некоторые же из разумных Коринфян, уверовавших во Христа, зная, что идолы не суть боги, рассуждали так, что приносимые им животные не суть жертвы, ни мяса их не суть идоложертвенные. А таковое разумение заставляло их почитать, что имеют они свободу и власть есть идоложертвенные. Почему без всякого сомнения ели оные свободно, входя в идольские капища, и в оных возлежа. Простейшие же люди видя, что ученые и разумные ели без сомнения идоложертвенные, думали, что они то делают из почтения к идолам, чем соблазняясь не только и они ели идоложертвенные, но и чтили идолов. Вопрошали же, как видно, о предмете сем Павла (1Кор.8:4), который ответствуя на вопрос, во первых обличил таковое разумение яко гордостное, и братиям вредное, потом ограничил власть и безразборчивость их, описав пагубные последствия соблазна. Начинает же он слово свое так:

1Кор.8:8. Братие, брашно нас не поставляет пред Богом: ниже бо аще ямы, избыточествуем: ниже аще не ямы, лишаемся.

Соглашается Божественный Апостол с мнением тех, кои говорили: «яко идол ничтоже есть в мире, и яко никтоже Бог ин, токмо един» (1Кор.8:4), и что самое идоложертвенное мясо не есть идоложертвенное, но брашно, то есть, пища простая, как и всякая другая пища. Пусть, говорит, идоложертвенное не иное что есть как пища: пусть имеешь ты власть есть оное, как ешь и другие яства. Так если оная пища может поставить пред Богом тебя праведным и святым, если, когда ты вкушаешь оную, приумножается от того добродетель твоя и хвала добрых дел твоих, а когда удаляешься от оной, остаешься без благих деяний: то имеешь причину и право вкушать от идоложертвенных. Но пища не может оправдать тебя пред Богом, ни ввести тебя в Царствие Его, ни спасти душу твою. «Брашно нас не поставляет пред Богом». Пища сама по себе ни прилагает, ни отъемлет добродетели. Почему ни, если мы едим идоложертвенное, приумножается добродетель наша: «ниже бо аще ямы, избыточествуем»: ни, если не едим оное, остаемся недостаточными и лишенными добродетели. «Ниже аще не ямы, лишаемся».

1Кор.8:9. Блюдите же, да не како власть ваша сия преткновение будет немощным.

Смотрите только, говорит, чтобы сия власть ваша, которую вы представляете, говоря, что имеете власть есть без разбору всякую пищу, а следственно и идоложертвенную, не причинила соблазна и падения немощным, то есть простейшим людям, кои по немощи ума их не могут знать, ни рассудить того, что нет в мире ни идола, ни идоложертвенного. Показывает же и то, как и почему от сего немощный соблазняется, и погибает, говоря:

1Кор.8:10. Аще бо кто видит тя имуща разум, в требищи возлежаща, не совесть ли его немощна сущи созиждется идоложертвенная ясти?

Ибо если кто из простейших увидит, что ты будучи разумен, имея познание и рассуждение, входишь в капище идольское, за трапезою идоложертвенных сидя, ешь идоложертвенные мяса, то таковой будучи немощный, яко не имеющий познания твоего, ниже разумеющий, почему ты сие делаешь, отгнав от совести своей всякое сомнение, не расположит ли оную к тому, и не утвердит ли в том, чтобы есть идоложертвенные, и почитать идолов достойными того, чтобы благоговеть к ним? Хотя же вопросительно предлагает сие Апостол, но таковой вопрос имеет силу утверждения.

1Кор.8:11. И погибнет немощный брат в твоем разуме, егоже ради Христос умре.

Знание твое, говорит, делается виною погибели брата твоего. Ибо ты зная, что идол не есть Бог, и что идоложертвенное не иное что есть, как только пища, ешь идоложертвенные мяса пренебрегая идолов: брат же твой будучи немощный, и не имея ни знания, ни рассуждения твоего, ядя идоложертвенные, делается поклонником идолов, и погибает, лишаясь вечного спасения своего. Иисус Христос умер за спасение его, а ты не хочешь удалиться от ястия идоложертвенного, но полагаясь на знание свое, ешь идоложертвенное, и погубляешь душу брата своего.

1Кор.8:12. Тако же согрешающе в братию, и биюще их совесть немощну сущу, во Христа согрешаете.

Как согрешаем мы пред братиями? Повреждая или душу, или тело их, или и оба вместе. Как поражаем совесть их? Производя дела соблазнительные, возмущающие и уязвляющие совесть их. Почему же согрешая пред братиями, согрешаем пред Христом? Потому что все рабы есмы Иисуса Христа, искупленные честною Его Кровию. Что же соделаешь рабу, то относится ко Владыке. Все братия есмы от тоя же купели рожденные, и того же имеющие первородного Брата (Рим.8:29), по каковой причине не устыдился Он нарещи братиями освящаемых верою в Него: «святяй бо и освящаемый от единаго вси» (Евр.2:11). Почему, что соделаешь единому из братий Его, то относится к Нему, как Он порешил и научил, говоря: «понеже сотвористе единому сих братий Моих менших, Мне сотвористе» (Мф.25:40). А почему немощна была совесть братий? Потому что будучи они тогда новопросвещенными, не имели твердой совести к тому потребной, чтобы оставить и пренебречь отцепреданное служение идолам. Заметь же, сколько причин предлагает, чтобы убедить их удаляться от ядения идоложертвенных: первое сказал, что излишня и бесполезна пища идоложертвенных; второе, что она причиняет преткновение и соблазн; третье, что она виною бывает погибели немощного брата; четвертое, что она есть бич совести немощствующего брата; пятое, что грех таковой возводится до греха против Христа. Потом делает следующее заключение.

1Кор.8:13. Темже аще брашно соблазняет брата моего, не имам ясти мяса во веки, да не соблазню брата моего.

Слышишь ли решение души, исполненной Божественной ревности и истинной святости? поелику доказал, что ядущие идоложертвенные соблазняют и погубляют братий, то полагает решение души своей, говоря: ежели ядение соблазняет брата моего, то не только идоложертвенных мяс, но ни мяса просто незапрещенного не буду есть «во веки», то есть, во вся дни жизни моей, «да не соблазню брата моего». Сего желал преблаженный Апостол, поелику знал, коликий вред причиняет соблазн, и каково горе провозгласил на соблазняющих Искупитель мира и Господь (Лк.17:1-2). А отсюда мы научаемся, что долг наш есть удаляться не только от грехов, но и от дел таких, кои хотя не суть грехи, но соблазняют братий. Что же не словом только учил сему Апостол Божий, но и делами то доказал, сие показывают следующие слова:

1Кор.9:1-2. Несмь ли Апостол? Несмь ли свободь? Не Иисуса Христа ли Господа нашего видех? Не дело ли мое вы есте о Господе? Аще иным и несмь Апостол, но обаче вам есмь: печать бо моего Апостольства вы есте о Господе.

Поелику веровавшие во Христа великое имели уважение и почтение к Апостолам, видевшим Иисуса Христа и беседовавшим с Ним, и от Него посланным на Евангельскую проповедь, о Павле же некоторые думали, что он не был един из оных, то сими словами доказывает, что и он Апостол есть, как все оные другие. Несмь ли, говорит, и аз Апостол, от Господа то есть посланный, как и самовидцы Его, посланные от Него на проповедь? Несмь ли и аз свободь, то есть ни чьей власти не подлежащий, ниже имеющий звание подчиненного и ученика, но Апостола и учителя? Не видел ли и я Иисуса Христа, Господа нашего, как и они? Не дело ли вы есте, Коринфяне, Апостольского моего звания? Хотя другим несмь Апостол, но Апостол есмь вам: ибо вы есте печать, то есть, доказательство и утверждение того, что я Апостол, поелику проповедал вам Евангелие, и обратил вас от заблуждения идольского. Поистине же и Павел Самим Господом послан был на проповедь таким же образом, как и прочие Апостолы. «Шедше убо», сказал Апостолам, «научите вся языки» (Мф.28:19). «Иди», сказал и Павлу, «яко Аз во языки далече послю тя» (Деян.22:21). Видел и Павел Господа многажды, как и другие Апостолы. Видел его, когда ходил в Дамаск, когда учил в Коринфе, когда пришел во Иерусалим, и за четыренадесять лет прежде нежели написал второе послание к Коринфяном (Деян.9:5.17-18, 27; 2Кор.12:2). Но какая цель сих слов его? Цель та, чтобы доказать, что он будучи Апостол, как и прочие, имел право брать пищу себе от просвещаемых им, как брали оную себе Апостолы от поучаемых ими. Сие же право сделал он законным многими доводами, содержащимися в следующих стихах, кои для краткости умолчаны, хотя мысль их содержится также и в чтенных. В оных же умолчанных стихах видно, что хотя имел он право и власть брать от Коринфян потребное себе, но не брал того, чтобы соблазнив не пресечь успех и плодоношение Евангельской проповеди. «Аще инии», говорит, «власти вашея причащаются, не паче ли мы? Но не сотворихом по области сей: но вся терпим, да не прекращение кое дамы благовествованию Христову» (1Кор.9:12). И выше сказал: «не имам ясти мяса во веки, да не соблазню брата моего» (1Кор.8:13). Потом представляя себя самого примером, показал, что он не хотел поступить по законной своей власти, дабы тем не соблазнить. Пример же сей его велегласно вопиет так: Ежели я, Коринфяне, хотя и имел законную власть брать все мне нужное, однако ничего не брал, но претерпевал всякую бедность, боясь соблазна и могущего произойти от того вреда, то кольми паче вы будете уверены в том, что ядя идоложертвенное соблазняете братию, за них же Христос умре, и никакого бедствия не претерпевая от того, что удаляетесь идоложертвенных, должны удалятся от ядения оных.

Беседа о чревоугодии, и о родах оного

Богодухновенный Павел и ученейший Аполлос проповедали в преславном граде Коринфе Евангелие Господа Иисуса Христа (Деян.18:24,19:1). Откуда убо мудрейшие из Коринфян, уверовавших во Христа, соделавшись учениками таковых учителей, в толь безумное впали заблуждение, что входя в капища идольские, и возлежа при трапезах идолопоклоннических, ели мяса животных, принесенных в жертву идолам? Как они не познавали того, что сие дело показывало почтение к идолам? Как не чувствовали того, что сие делая соблазняли они верных, и привлекали их к поклонению идолам? Неужели они не знали, сколь великий грех есть соблазн? Разумом, то есть, просвещением и мудростию своею познали они, что «идол ничтоже есть в мире, и яко никтоже Бог ин, токмо един» (1Кор.8:4): но как тем же разумом не познавали и не усматривали происходящего от них соблазна, и для простейших людей вреда и погибели? Сильная страсть только обладала и помрачала ум их, что как бы пленных и подвластных влекла их в идольские капища. А какая страсть имела толикую силу и власть над ними, сие открывают дела. Для чего они входили в идольские капища? Для того, чтобы есть мяса и пить вино, принесенное идолам. Почему обличал их в сем Павел, говоря: «не можете чашу Господню пити и чашу бесовскую: не можете трапезе Господней причащатися и трапезе бесовстей» (1Кор.10:21). Кто убо не видит, что страсть, помрачающая их, была чревоугодие? Лучшее вино, и лучшие мяса приносимы были идолопоклонниками идолам: отчего возбуждалось в них и воспламенялось желание оных. Почему прибегали они к жертвенникам идольским, чтобы угодить чреву своему. Велика и сильна, братие, страсть сия, чревоугодие, и великий причиняет вред. А поелику завтрашний день начинает преддверие поста, чревоугодие же нарушает Богоугодный пост, коим мы укрощаем страсти плотские, и взимая крест Господа Иисуса, приносим себя в жертву Богу, то доброе и полезное будет поговорить теперь о чревоугодии.

Три суть рода чревоугодия, гортанонеистовство, чревонеистовство, и прожорство. Гортанонеистовый есть тот, кто неудержимую имеет похоть к яствам, кои приятны устам и гортани его. Чревонеистовый же есть тот, который пламенеет похотию ко всем яствам, коими наполняется чрево. Почему гортанонеистовый пленяется качеством брашн, а чревонеистовый количеством оных, а прожорливый есть всеядец, жрущий и пожирающий всякую пищу. поелику же «брашна чреву, и чрево брашном» (1Кор.6:13), как говорит Богоглаголивый Апостол, и все ядомое входит во чрево, посему кто или гортанонеистовствует, или прожорствует, тот по справедливости и есть, и называется рабом чрева, так как он раболепствует своему чреву. А раболепствующий своему чреву много причиняет вреда и душе и телу своему.

Но почему, скажешь ты, чреву рабствование вредит и телу и душе? желание яств есть естественно, и нужно к соблюдению тела. Ежели я не имею желания к пище, то не ем; а ежели не ем, то умираю. — Поистине все желания, то есть, побуждения телесные суть естественны, и от Бога в теле нашем посаждены для соблюдения оного и спасения души. Побуждения бодрствования и сна, движения и стояния, гнева и кротости, любви и ненависти, силы суть естественные, как и сила побуждение желания пищи: но сии побуждения суть неразумные и стремления суть необузданные. Но посему Бог поставил над оными ум, как вождя и руководца. Ежели сей обуздывать и управлять оными будет, то человек поддерживается и сохраняется: а ежели оставить оные без обуздания и управления своего, то они расстраивают человека и погубляют. Таковые побуждения имеют великое сходство с животными, на службу нашу сотворенными. Когда, например, положишь ты узду на коня, и будешь управлять им, тогда он покоряется желаниям твоим, и невредимым хранит тебя, восседящего на нем; но ежели оставишь необузданным и неуправляемым, то он не покоряется тебе, сбрасывает тебя на землю, уязвляет или и убивает тебя. Когда ты как словесный и разумный полагаешь меры бодрствованию и сну, движению и стоянию, тогда оные сохраняют тебя целым и здравым: а когда безмерно и весьма много или бодрствуешь, или спишь, или ходишь, или сидишь, тогда повреждается здравие твое. Ежели направляешь гнев твой против врага твоего диавола, то спасаешься от душевной смерти: а ежели оставляешь его необузданным, и не препятствуешь ему устремляться против братий твоих, то подвергаешь мучению душу твою. Ежели бываешь кроток к братиям твоим, то получаешь блаженство за кротость твою; а ежели кроток и тих бываешь и в отношении к бранем за Христа и Божии законы, то великому подвергаешь душу твою осуждению. Когда любовию твоею обратишься к благим делам, и ненавистию к злым, тогда наследуешь царствие от сложения мира, уготованное праведным: а когда будешь делать напротив, то есть, любить будешь зло, и ненавидеть добро, тогда повинным делаешься мучению, уготованному диаволу и аггелом его. Сие самое бывает и желанием пищи. Когда ты как рассудительный и благоразумный обуздывать будешь стремления желания твоего, полагать будешь меру в количестве и делать разбор в качестве пищи, при том еще как верный и благочестивый хранить будешь пределы поста, тогда здравым бывает тело твое, и душа твоя освящается. А когда оставишь оное желание необузданным и неудержимым в стремлениях его ко всему, тогда и тело твое повреждаешь, и душу твою осуждаешь.

Иное есть, что содержит в целости тело, и иное, что благо есть для тела. Первое, что содержит в целости тело, есть здравие, первое благо для тела есть честь. Когда не будет здравия, тогда или страждет от болезней весь состав телесный, или расстраивается и совершенно разрушается существование всего тела. Когда нет здравия, тогда ни богатство, ни слава не приносят удовольствия, и всякое благо мира сего бывает нерадостно, скучно и неприятно. Честь же имеет преимущество пред всеми благами телесными. Премудрый Соломон предпочел оную многим и великим сокровищам. «Лучше», сказал он, «имя доброе, неже богатство много» (Притч.22:1). Люди за честь свою предают часто не только богатство, но и жизнь свою. Чреву рабствование повреждает и то, что есть благо для тела. Вопросите врачей, коликий вред причиняет телу многоядение и многопитие, и без всякого разбора употребляемые яства. Они утверждают, что отсюда происходят несварения в желудке пищи, худые мокроты, преизбыточествия соков, сыпи, воспаления, судороги, удары, и другие бесчисленные неисцелимые и смертоносные болезни.

Послушайте же, колико вредит чреву рабствование самому первейшему благу телесному, то есть, чести. Честь первородства весьма великою почиталась и у язычников, а особливо у Иудеев. Бог, чтобы показать нам, что гортанонеистовство есть пагубно для благ телесных, благоволил, чтобы написано было во Святых книгах то, что приключилось Исаву от гортанонеистовства. Он как первородный сын Исаака имел славу и честь первородства, гортанонеистовство же в одно мгновение с бесчестием лишило его многоценнейшего сего преимущества. Возвратился Исав с поля в дом отца своего, где Иаков нес в руках своих «варение сочива» (Быт.25:29-30). К сему сваренному и изготовленному сочиву толикое возгорелось желание в Исаве, что он от того терялся духом. «Напитай мя», говорил он Иакову, «варением сочива сего, яко изнемогаю» (Быт.25:30). Были конечно в дому отца его и хлебы, и мяса, и другие яства, чтобы теми насытиться ему, если гладен был, и укрепиться от изнеможения своего, если ослабел от путешествования: но он ничего другого не желал, как только варения сочевного. Иаков же говорит ему, отдаждь ми первенство твое. Я, ответствовал Исав, нахожусь близ смерти, что пользует мне первенство сие? «Се, аз иду умрети, и Вскую ми первенство сие? Ирече Иаков ему: кленися ми днесь: и кляся ему, и отдаде Исав Иакову первенство свое. Иаков же даде Исаву хлеб и варение сочевно» (Быт.25:32-34). Слышите ли, что соделал гортанонеистовый, ослепившись гортанонеистовством? Продал многоценную свою честь за малое варение сочива. «И ни во что же вмени», то есть пренебрег, говорит Божественное Писание, «Исав первенство» (Быт.25:34). И сие угодно было Богу открыть во святых книгах. А мы сколь многих видим, кои, чтобы насытить похоти чрева своего, не только пренебрегают честь своего достоинства, но и свое имение издерживая доходят до состояния бедного. Сверх сего мы видим, что чреву работающие, чревонеистовые и прожорливые не способны бывают к наукам и художествам, и ко всем должностям, требующим ума и рассуждения. поелику многоядение и многопитие не только производят многоразличные и тяжкие болезни, но и обессиливают и расслабляют телесные органы оные, посредством коих ум открывает правые свои мысли, мнения и рассуждения. Отсюда и произошла пословица: Толстое брюхо тонким не делает ум, или что то же: сытое брюхо к учению глухо.

Ежели бы чреву рабствование повреждало только тело и блага телесные, то вред от оного имел конец свой; поелику все телесное и самое тело есть тленно и временно. Но увы! Вред от служения чреву есть вечен, поелику низвергает человека во многие и великие прегрешения. Многоядение и многопитие приумножает соки, мокроты, кровь, жизненный дух и семя, кои суть материя и пища плотской похоти, как хврастия, смола, нефть, сера и масло суть материи и пища огня. От оных возжигается срамная похоть, и открывается пещь огненная и пламень неугасимый. Отчего и последуют падения в бесчестные, гнусные и срамные грехи плотские. Сверх сего от многоядения и многопития, бывающих на пирах, происходят плясания, непристойные пения, празднословия, болтания, и любострастные игрища, и прочее, что совсем не приличествует верующим во Христа. «Седоша», говорит Божественное Писание, «людие ясти и пити и восташа играти» (Исх.32:6).

Но и другие ужасные грехи происходят от раболепствования чреву, открывают нам святые книги. Манна, яко от Бога произведенная в пищу исшедшим из Египта Израильтянам, и приятна была вкусу, и удобоварима желудку, и питательна телу, и одним словом, имела все совершенства, какие имеет отличная и наилучшая пища: но не понравилось им едино ядение сей манны, «ныне же душа наша изсохла, ничто же точию Манна пред очима нашима» (Чис.11:6). Почему же так? Потому что возжигало похоть их воспоминание многих и многоразличных брашн Египетских. «Кто ны», говорили они, «напитает мясы? Помянухом рыбы, яже ядохом в земли Египетстей туне, и огурцы, и дыни, лук, и червленый лук, и чеснок» (Чис.11:4-5). Слышишь ли неблагодарность? Но сего мало, еще и роптали окаяннейшие на Бога. «И Быша людие ропщуще злая пред Господем» (Чис.11:1). Что же значит сие? Что иное, разве то, хулили они Божий промысл, и Самого Бога? А что таковую неблагодарность и хулу породило в них гортанонеистовство и чревонеистовство, то явствует из слов их: неблагодарность и хула против кого? Против Бога, освободившего их от мучительного рабства Фараонова, питавшего их наилучшею пищею, какова была манна, и изведшего их в землю, кипящую медом и млеком. Что сих грехов тяжчае и ужаснее? Раздражили оные грехи и самое долготерпение Божие. Почему Господь «разгневася гневом, и разгореся в них огнь от Господа и потреби часть некую от полка» (Чис.11:1).

Но и един пример оных раболепствовавших чреву Коринфян, кои ели идоложертвенные,      доволен представить нам душевный вред, происходящий от раболепствования чреву. Коликих они соблазнили? В коликих охладили теплоту веры во Христа? Коликих погрузили в идолопоклонство? Колико душ погубили, за кои Христос умер? Ныне не имеем мы брашн принесенных в жертву идолам, но имеем яства запрещенные законами. Коликих убо благочестивых соблазняют рабы чрева ядуще мясо во дни постные? В коликих Христианах охлаждают теплоту веры, и иссушают достодолжное к законам Божеским благоговение? Коликих делают дерзкими презрителями Церкви? Коликие видя оных чреву работающих, кои имеют познание, и почитаются разумными, а составляя трапезы и пиры ядят дерзновенно во время поста не идоложертвенные, но противозаконные брашна, тем соблазняются, и за ничто почитая законы Божеские, с великою дерзостию пренебрегают пост и погубляют души свои? Апостол Божий велегласно вопиет: «не имам ясти мяса во веки, да не соблазню брата моего» (1Кор.8:13). Чреву же работающие, без зазрения ядя мясо во дни постные, не только заповедь поста попирают, но и братию весьма соблазняют. Праведно убо тот же Апостол плача, называл врагами креста работающих чреву, яко обоготворяющих чрево, яко почитающих чрево, яко почитающих славою студ, яко мудрствующих земная, и не хотящих распять похоти чрева, хотя соблазняют, и погубляют, как свою душу, так и души других. «Мнози бо ходят, ихже многажды глаголах вам, ныне же и плачя глаголю, враги креста Христова: имже кончина погибель, имже бог чрево, и слава в студе их, иже земная мудрствуют» (Флп.3:18-19).

Возлюбленная моя братия, почто не бываете вы мудры, яко змия, по заповеди Господней? (Мф.10:16) Почто не видите пользы от воздержания и вреда от раболепствования чреву. Посмотрите на воздержных и владеющих чревом, и видите, сколь они целомудры, бодрственны, здравы, долгожизненны, ко всякому учению и ко всякому делу способны. Почто бываете рабами чрева? Оно вмещает многое, вмещает и немногое, приемлет мясо, приемлет и овощи, довольствуется единым ястием, не отвергает и многия яства. Оно покоряется повелению твоему: ты владыка, а оно раб твой. Почто же превращаешь чин, и делаешься рабом вместо владыки? Что приобретаешь ты от сего рабства? Чем вознаграждает тебя таковый владыка? Он подрыв делает чести твоей, расточает имение твое, расстраивает дарования ума твоего, повреждает здравие твое, похищает целомудрие твое, низвергает тебя во многие грехи, и мучит душу твою. Но беспокоит, скажешь ты, чрево, искушает, и требует. А ты понудь оное к тому, чтобы пребывало в пределах рабства своего. «Царство небесное нудится, и нуждницы восхищают е» (Мф.11:12). Я ужасаюсь и трепещу, когда читаю ужасное оное определение Божие на многоядцев и многопийц. «Внемлите», говорит Он, «себе, да не когда отягчают сердца ваша объядением и пиянством и печальми житейскими, и найдет на вы внезапу день той» (Лк.21:34). Кто же имея ум, чувствие и веру, не ужаснется и не вострепещет, слыша страшное сие определение Божие? «И найдет», говорит, «на вы внезапу день той». Сие же значит то, что отягченный многоядением и многопитием умирает внезапно, не приготовившись, не исправившись, не расположившись, не покаявшись, без исповедания во грехах, без причастия Божественных Таин. О многомилостивый и всещедрый Господи, избави нас от такового бедственнейшего осуждения!

44. В неделю Сыропустную толкование на Евангелие от Матфея (Мф.6:14-21)

Трем добродетелям, незлобию, посту и милостыне, научает нас ныне чтенное святое Христово Евангелие. Соединил же Богочеловек пост с сими двумя добродетелями для того, ибо ненависть и жестокосердие восхищают плод поста. Тщетно тот говеет, кто ненавидит своего брата. Напрасно воздерживается от вкушения брашен, кто не протязает своих рук для вспоможения бедным. Пост, соединенный с оставлением грехов наших ближних и с милостынею, является пред Богом во одежде позлащенной, украшенной, испещренной. Поколику убо заутра открывается духовное поприще поста, и все христиане чают чрез сей получити мзду и милость от Бога: того для матерь наша святая Церковь, да не тщетными останутся труды ее чад, предлагает ныне учение о посте Спасителя нашего Иисуса Христа. Убо, кто со благоговением послушает сего учения и всячески постарается сохранить правила оного, такового пост дойдет, яко приятное жертвоприношение, до престола Величествия, ниспошлет ему Божию милость и изготовит для него неувядаемый венец Божественного царствия.

Мф.6:14-15. «Рече Господь: аще отпущаете человеком согрешения их, отпустит и вам Отец ваш небесный. Аще ли не отпущаете человеком согрешения их, ни Отец ваш отпустит вам согрешений ваших.»

Слышишь ли беспредельное Божие человеколюбие? Не повелительне говорит, яко Всемогущий, не принужденно, яко Всесильный, ни узаконительне, яко всего Законодатель, но яко человек, взаимное согласие изъявляет. Человечески с людьми уговариваясь, полагает условие, делающее человека безответным. Людие, говорит, — если оставите согрешение человеков, погрешивших пред вами, и Отец ваш небесный отпустит вам грехи ваши; если же вы не оставите согрешений собратии вашей, ни Бог отпустит грехи ваши. Изгладьте вы ненависть от сердца вашего, да и Бог отложит гнев Свой на вас. Имея убо таковое человеколюбивое и праведное Владычнее условие, каких мыслей должны быть те, которые, не оставляя согрешения ближнему своему, но гоня его даже до смерти, ласкаются получить прощение грехов и душевное спасение? — Сему научив Спаситель наш, как предуготовляющему к приятному посту, и расположив таким образом постников, научает потом и посту, говоря:

Мф.6:16. «Егда же поститеся, не будите якоже лицемери сетующе: помрачают бо лица своя, яко да явятся человеком постящеся. Аминь глаголю вам: яко восприемлют мзду свою.»

Во время бытия на земли Иисуса Христа были такие люди, то есть, Фарисеи, которые постясь, являлись сетующими, нарочно помрачая красивость и цветность лица своего для того, да покажутся постниками пред человеки. Во время же святого Иоанна Златоустого были таковые, которые не постились, но сетовали, и помрачали свои лица, да своим непощением не соблазняют других. А ныне находятся такие, которые не только не говеют, но и без всякого страха, вкушая всякие яства, нарушают Божию заповедь. Первые были лицемеры, намерение имея не Богу угодить, но пред людьми показаться; почему и получили мзду за постный свой труд не от Бога, но от людей, на них взиравших. Вторые же были нарушителями Божественной заповеди; почему праведно Божественный Златоуст обличая их, называет худшими паче первых. Последние же, то есть, нынешние, суть еще сих худшие: ибо не только нарушают Божию заповедь, но и соблазняют людей. Но может ли ядущий соделать лице свое унылым, так, как творили во время Златоуста? Может ли явиться постником, и показать свое лице печальным и бледным, так как во времена Иисуса Христа? Без сомнения может, по убеждению разума и по уверению опыта. По убеждению разума — ибо душа, тесно соединенная с своим телом, приводит в движение по изволению и кровь и жизненный дух, от чего зависит перемена в наружности и в чертах лица. По убеждению опыта — ибо видим, что одна только скорбная мысль производит на лице бледность, в глазах слезы, на образе унылость; и с противной стороны, одно радостное воображение веселит лице, рождает смех и вид превращает в приятный. Поколику же помышления следуют за хотением, следовательно в каком показать виде лице, зависит от нас самих. «Сердцу веселящуся, лице цветет: в печалех же сущу, сетует» (Притч.15:13). Кроме сего суть и внешние некоторые средства, служащие к изменению лица. Какие же они суть, научает нас Господь, говоря:

Мф.6:17-18. «Ты же постяся, помажи главу твою, и лице твое умой: Яко да не явишися человеком постяся, но Отцу твоему, Иже втайне: и Отец твой, видяй втайне, воздаст тебе яве.»

Лице постящегося, по немногоядению, а следственно по малокровию, увядает и бывает бледным и сухим. Помазание главы и умовение лица, чрез трение, являют на лице краску и делают его светлообразным. Почему с трудностью можно бывает признать лице постящегося. Знать же однако надобно, что Иисус Христос не узаконил, чтобы мы, постясь, непременно намазывали главу и умывали вещественным образом лице. Ибо Он и Сам сие постясь не делал; но цель Его слова есть только та, чтобы мы, постясь, не гонялись за человеческою похвалою, но всячески скрывали добродетель и бегали тщеславия. Что самое явствует и из сего: «тебе же творящу милостыню, да не увесть шуйца твоя, что творит десница твоя.» И из сего: «ты же, егда молишися, вниди в клеть твою, и затворив двери твоя, помолися Отцу твоему, Иже втайне» (Мф.6:3, 6). Толкуется же помазание главы и умовение лица и другим образом. Глава разумеется разум, лице же жизнь и состояние. Ибо как глава управляет всеми телесными частями, так и от разума зависят все помышления. И как из лица познаем человека, так и из жизни его заключаем о его нравственности. Сими убо словами сему научает Богочеловек: когда постишься, помажи разум твой миром веры и елеем сострадания и милосердия, и омый жизнь твою и все твои дела от всякой скверны и нечистоты. Виждь же, како Иисус Христос сим учением объясняет нам то, что Бог видит не токмо явная, но и тайная и сокровенная. «Отец твой”, говорит, «видяй втайне, воздат тебе яве», то есть, в день судный, когда откроются тайная и явная, слова и дела, и все сокровенные человеческие помышления. Поговорив же Богочеловек о посте, начинает говорить и о милостыне, продолжая:

Мф.6:19-21. «Не скрывайте себе сокровищ на земли, идеже червь и тля тлит, и идеже татие подкопывают и крадут. Скрывайте же себе сокровище на небеси, идеже ни червь ни тля тлит, и идеже татие не подкопывают, ни крадут. Идеже бо есть сокровище ваше, ту будет и сердце ваше.»

Давать милостыню на ином месте, яко Законодатель, узаконил, говоря: «обаче от сущих дадите милостыню. Продадите имения ваша, и дадите милостыню» (Лк.11:41,12:33). На ином же месте яко Учитель показывал, от чего милостыня бывает спасительна: «тебе же», говорил, «творящу милостыню, да не увесть шуйца твоя, что творит десница твоя» (Мф.6:3). Здесь же яко Советователь предлагает доказательства, убеждающие творить милостыню, берет же доказательства, яко премудрейший, от места, сущности вещей и случая. Людие, говорит, не скрывайте сокровище на земли, но на небеси. Вот, два места означает, на которых могут сокровиществовать: землю и небо. Земные сокровища суть тленные и временные, небесные же — нетленные и вечные. Те, которые собирают сокровище на земли, часто и временной пользы не получают от своих сокровищ: а которые на небеси, те всегда пожинают нетленный плод своих сокровищ. Сколько отстоит небо от земли, столько небесные сокровища различествуют от земных. Если убо, человече! хощешь сокровиществовать, скрывай сокровище только на небеси. Какие суть земные сокровища? Пища, одеяние, сребро, злато, драгоценные камни. Но пища загнивается, одеяния поядают молие и черви, сребро, злато и драгоценные каменья похищают тати. Вот в чем состоит сущность земных сокровищ! Какие же суть небесные сокровища? Неувядаемая слава, бесконечная радость, вечное царство. Вот сущность и небесных сокровищ! Поколику же где бывает твое сокровище, там остается и сердце твое, то есть, мысль, желание и все попечения: если убо собираешь сокровище на небеси, отвлекаешь мысль твою от сует и все твое желание и твои попечения посвящаешь нетленному и вечному; вместо земного печешься о небесном, вместо мирского делаешься человеком небесным; обретаешься на земли с людьми и на небеси с Богом: заготовляешь себе вечное царствие. Не упомянул же здесь Богочеловек о образе, как можем мы скрывать сокровище на небеси, для того, поколику многажды уже сему научал. Един же только есть способ всем известный: да снабжаем бедных пищею, одеянием, деньгами, от ихже рук приимет сие Сам Иисус Христос: «понеже сотвористе единому сих братий Моих меньших, Мне сотвористе» (Мф.25:40). И пребудет сие сокровище в Его руках сокровенным и хранимым до самого дня судного. Тогда же Он нам воздаст за сие вечное царствие: «приидите благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира» (Мф.25:34).

Беседа о посте

Из сих трех добродетелей, упоминаемых в нынешнем Евангелии, добродетель поста есть наиприличнейшая для рассуждения настоящему дню, предначинающему святую Четыредесятницу. Враг, братие моя, искони враждовавший человеческому роду, враг, лукавым своим советом подвергший человека тлению, не престает и ныне враждовать и полагать преграду спасению, дарованному нам страданием и смертию Иисуса Христа. Тогда лукаво беседовал он с прародителями нашими, поставил Бога яко завидующего, чрез змия говоря им, будто бы воздержание им не было полезно, а полезно вкушение от запрещенного плода, яко изменяющее человека в Бога: «ведяше бо Бог, яко в оньже аще день снесте от него, отверзутся очи ваши, и будете яко бози, ведяще доброе и лукавое» (Быт.3:5). Вот тогдашние его стрелы! И ныне непосредственно вкрадываясь в человеческие сердца, иных совращает с истинного пути, вперяя мысли, будто бы пост не есть Божеская заповедь, но всякому самопроизвольно можно есть и пить, кому сколько и когда угодно; иных же обманывает, будто бы пост был вреден здравию и причиняет различные болезни. Да и всех вообще тщится обольстить так, как тогда обольстил Еву. Тем же, которые не склоняются на его хотение, но украшаются постом, приуготовляет другие сети и искушения, посредством которых помрачает их говение и творит оное бесполезным и бесплодным. Две посему сети распростирает ныне диавол для уловления человеческих сердец: отвращение от поста, неправду и боязнь; еще же и третиею стрелою уязвляет человеков, то есть леностию, да сотворит пост тщетным и бесполезным.

Вот что говорят презрители поста: «пост не есть заповедь Божия; ибо ни в числе десяти заповедей содержится, ни Иисус Христос о нем заповедывал, ни Апостолы предписали. Он только есть вымысл человеческий, пустынников, то есть, и монахов; убо нет нужды поститься, но хорошо и тот делает, кто постится; и тот нимало не согрешает, кто не постится.» А таким образом умствуя и рассуждая, успокаивают погрешительную свою совесть, и не хранят ни среды, ни пятка, ни четыредесятницы, ниже других определенных постов: но едят и пьют ежедневно без всякого разбора, что только захотят, епикурствуя и соблазняя других, хотя бы им долженствовало говеть потому только, что пост есть дело доброе, и укрощает зловредные плотские страсти; долженствовало, говорю, посему бы только им часто поститься.

Но, слепые и глупые презрители поста! вы, как видно, не слышите, ни разумеете, какую прежде всех заповедь дал Бог людям. «И заповеда», свидетельствует Божественное Писание, «Господь Бог Адаму, глаголя: от древа же, еже разумети доброе и лукавое, не снесте от него» (Быт.2:16). Слышишь ли? «заповеда», говорит, то есть, дал заповедь. Какую же заповедь? «Не снесте от него». Что же другое сие «»не снесте»» означает, если не пост? Заповедал же пост не просто, но с великим прещением и грозным наказанием: «а в оньже аще день снесте от него, смертию умрете» (Быт.2:17). Что же сие другое значит, если не то, что ежели не будете поститься, смертию умрете?

Или мы не веруем, что по Апостольскому учению, прародитель и с ним весь человеческий род нарушил Божию заповедь? Какую же другую заповедь дал Бог Адаму, и какую он преступил, если не заповедь поста? Послушай, как сему ясно научает Богоглаголивый Апостол: «якоже бо ослушанием единаго человека грешни быша мнози, сице и послушанием единаго праведни будут мнози» (Рим.5:19). Какое же ослушание есть единого, если не нарушение данного Адаму поста? Какой есть другой грех, в котором бы не оправдались, кроме смерти единородного Сына Божия, если не грех невоздержания от запрещенного древа? «И вземши от плода его», говорит Божественное Писание, Ева «яде». Слышишь ли? «Яде, и даде мужу своему с собою, и ядоста» (Быт.3:6). Слышишь ли, паки говорит: «ядоста», да ты познаешь, что нарушения заповеди не другое что было причиною, как токмо нарушение поста. Зная убо о сем, как дерзаешь говорить, что пост не есть заповедь Божия, но вымысл человеческий, монахов, то есть, и пустынников? Как смеешь утверждать, что пост не есть обязанность, и что непостящийся нимало не согрешает?

Но что мне в том? скажешь: — пост не содержится в Десятословии. Так, не содержится; но ведь и заповедь обрезания не заключается в Десятословии. Что же ты думаешь о обрезании? Есть ли оно Божия заповедь, или нет? Что обрезание есть Божеская заповедь, никто о сем не сомневается. «И сей завет, егоже соблюдеши между Мною и вами, и между семенем твоим по тебе в роды их: обрежется от вас всяк мужеский пол» (Быт.17:10). Но скажешь: обрезание не находится в Десятословии потому, что было данное на время, и престало. Как? Обрезание есть временное? Как? Бог на время дал сию заповедь, и говорил Аврааму: «егоже соблюдеши между Мною и вами, между семенем твоим по тебе в роды их»? Как? Обрезание престало, обрезавшуся Христу? Нет. Но с того времени, когда Христос обрезался, престало быть образование обрезания, а не истинное обрезание, которое то предобразовало. Все верующие во

Христа обрезываются обрезанием, каковое Бог прообразовал плотским обрезанием. Если моим словам не веруешь, поверь учению Богоносного Павла: «и обрезани бысте», говорит он, «обрезанием нерукотворенным» (Кол.2:11). Потом научает, как и когда обрезываемся, говоря: «в совлечении тела греховнаго плоти, во обрезании Христове, спогребшеся Ему крещением» (Кол.2:12). Мы, когда погружаемся в купели святого крещения, тогда чрез отвержение от сатаны и всех его дел, обрезываем крайнюю нашу плоть, то есть, все плотские прихоти и вожделения; окрестившеся же и Христу спогребшеся, погружаем ветхого греховного человека, и выходим из купели обрезанными обрезанием

нерукотворенным, и по действию Христовой благодати освобожденными от греха. Вот истинное обрезание, которого Иудейское было токмо образование! Почему не Иудеянин, но Христианин обрезывается истинным обрезанием. «Не бо», говорит Апостол, «иже яве Иудей есть, ни еже яве во плоти, обрезание: но иже в тайне Иудей, и обрезание сердца духом, а не писанием» (Рим.2:28-29). Вот такая заповедь, которая не находится в Десятословии, однако не есть временная по твоим словам, но пребывающая до самого конца! Убо как обрезание, хотя и не содержится в Десятословии, есть заповедь: так и пост, хотя и не упомянуто о нем в десяти заповедях.

Но почему же Бог не изобразил на скрижалех закона как заповедь поста, так и обрезания? Ибо сии заповеди преданы были еще прежде сего закона о посте Адаму, а обрезание Аврааму. Сии же две заповеди были принимаемы не токмо Иудеями, но и язычниками: не токмо обрезывались Иудеи, но и Колхи, и Египтяне, и Аравляне, и Финикийцы, и Сирияне. Не токмо постились Иудеи, но и язычники. Свидетельствует о сем пост Ниневитян и Корнилия сотника. Какая следовательно нужда была Богу узаконенное паки узаконять, и известное людям предавать?

По сей-то причине ни Иисус Христос, ни Божественные Апостолы письменно поста не узаконяли. Пророки все почти о нем писали: но Захария Пророк и о самом том времени написал, в которое Иудеи постились. «Пост четвертый, и пост пятый, и пост седмый, и пост десятый», — то есть, бывающий в четвертом, пятом, седьмом и десятом Иудейском месяце, — «будут дому Иудову в радость и в веселие и в праздники благи» (Зах. 8:19). Иисус же Христос утвердил и доказал Божественным Своим примером узаконенную, известную и совершаемую поста заповедь, «постився дний четыредесять, и нощий четыредесять» (Мф.4:2); еще же, как слышали в нынешнем Евангелии, обличив лицемеров и бесполезно постящихся, показал и образ, посредством коего бывает пост Богу приятен. Равным образом и Апостолы, Христовы возвестители, хотя не узаконяли уложенного от начала мира поста, однако показали нам, что и время, когда поститься должно, есть уставлено, говоря: «занеже и пост уже бе прешел» (Деян.27:9). Они как сами многажды постились, — «в пощениих многащи» (2Кор.11:27), всякое доброе дело постом начиная, — «тогда постившеся и помолившеся» (Деян.13:2-3): так и нам поститься не не заповедали: «да пребываете в посте и молитве» (1Кор.7:5), узаконив и самое то время, в которое пост лобызать мы долженствуем.

Какое убо извинение имеют те, которые, презирая пост, не престают суесловить по вышесказанному? Какое доказательство того, что пост, от начала мира Богом узаконенный, есть человеческий вымысл? Какую имеют совесть, утверждая, что непостящийся во время поста не согрешает?

Те же, которые уклоняются от поста, опасаясь, чтобы сим не повредить здравия, несмысленны должны быть и маловерны. Они, не разумея истинного поста, думают, что пост состоит в воздержании только от тех или других брашен. Мы, когда постимся, раболепствуем и земле и морям: земле, собирая семена, плоды, овощи, благовония и всякие другие земные произращения; морям, уловляя черепокожных, устрицы и другие животные, в пищу употребляемые. Вкушаем пищу сухую, соленую, кислую, сладкую, но все сие соединив, многие и различные приуготовляем снеди, приправленные елеем, вином, медом, благовониями, и таким образом более едим, нежели сколько в мясоястные дни. Поколику таковые снеди приятны бывают вкусу, едим и пием даже сверх меры, и при сем называем себя постящимися: может ли таковый пост быть полезным? Никак. Ибо вышеупомянутые снеди суть питательные, многосочные, горячие; от таковых же не могут не родиться худые пожелания и другие многие душевные и телесные страсти.

Кто сему научил, что таковые различные приправы и многоядения составляют пост? От чего познали, или где слышали, что тот только постится, кто воздерживается от мяса и рыбы, хотя бы другие многие и многоразличные употреблял снеди? Иное есть пост, а другое — многоядение. Пост есть либо совершенное неядение, либо малоядение и сухоядение. Когда от утра до вечера ничего не вкушаешь, постишься тогда; когда не другое что употребляешь в пищу, кроме одного какого-либо рода пищи, как-то хлеба, либо гроздия, либо овощей, и то без всякой приправы, — постишься тогда. И таковый пост не только нимало не вреден, но и весьма полезен: пустынники и отшельники всегда постятся таковым постом, однако как здоровы бывают, так и долговечны. Таковый пост есть весьма спасительная диета. И самые мудрые врачи более полагают надежды на воздержание, нежели на лекарства, и сим всякие врачуют болезни.

Пусть так будет, скажете: но кто может чрез сорок восемь дней таковые вкушать снеди, которые после трех или четырех дней столько неприятны кажутся, что с трудностию можно бывает влагать оные и во уста? Кто может? Тот, кто имеет алчбу. Мы всегда почти едим без алчбы и пием без жажды, и того-то для желаем вкусных и различных приправ, чтобы возбудить нам к ним аппетит, пресыщением усыпленный. Побудь алчным прежде, — и тогда самый сухой хлеб покажется тебе приятнейшим и вкуснейшим; дай место жажде, — и тогда простая вода покажется в устах твоих медом и нектаром. Но таковый пост, скажешь, столько есть неудобен, что никто исполнить его не может. Так, неудобен есть; но сие неудобие есть та сила, которая плотскую сокрушает брань, мы же для сего и постимся, чтобы укротить плотское вожделение. Без сомнения, неудобен, но спасителен. Многоядеяние не только нас расслабляет, но и доставляет многотрудные, иногда же и смертные болезни. Скажи мне, которые люди бывают здравее: те ли, которые, живя в селах, простую и малую всегда почти употребляют пищу, или те, которые, живя во градех, ежедневно питаются пищею многоприправленною? Тело малоядущего и малопиющего всегда бывает здравым и невредимым, много же ядущего и пиющего — немощным, слабым и бессильным.

И почто всегда пригвождаешь твои очеса к земному, на небо же сих не возводишь? Маловерен еси, и того для ищешь здравия не от Бога, но в пище и в питии. Если истинно веруешь, что Моисей, постився сорок дней и нощей на Синайской горе сшел с горы здрав и невредим, сожег золотого тельца, сокрушил его в мелкие части и рассыпал его по воде (Исх.24:18, 32:30); если не имеешь сомнения, что Илия, ядя един хлеб и пия едину воду, шел в «крепости яди тоя четыредесять дней и четыредесять нощей до горы Хорив» (3Цар.19:8); если признаешь за истину, что Даниил и три отроки, питаясь одними земными семенами, явились светлейшими и крепчайшими «плотию паче отроков, ядущих от трапезы» (Дан.1:15). Вавилонского царя; если нимало не сомневаешься, но веруешь, что Бог, содействуя во всех добрых делах и вспомоществуя хранящим заповедания Его, подаст тебе здравие и силу, укрепит тебя тогда, когда ты, сохраняя Божественное Его повеление, будешь поститься: без сомнения, отженешь таковыми мыслями от себя несмелость и страх. Ты когда постишься истинным постом, Бог пребывает с тобою; если же с тобою Бог, чего устрашаешься? Пища и действие оной, плоть и всякое оной движение, тучность и измождение, здравие и сила, и все естественные законы суть в Божеской власти и все Ему повинуется и послушает Того: Он, якоже хощет, все изменяет. Если сему веришь, неустрашимо и ревностно путем потечешь поста. Укрепи убо Божественною верою мысль твою, да отбежит страх и немощь от сердца твоего.

Да и те самые, которые ревностно текут поприщем поста, великое себе внимание иметь должны; ибо на таковых наипаче бросает диавол неприязненные свои стрелы, тщась уязвить душу их и подвиг поста показать бесплодным. Он вперяет в мысль их невнимание; почему таковые, надеясь на один токмо свой пост, нерадят о прочих добродетелях, как нередко видим мы и самых постников подверженных таковым грехам, которые заглаждают мзду поста. Говеет один, но касательно своего брата враждует и неправдствует ему. Говеет иной, — но гнева не укрощает, клевещет, поносит и обижает немогущего себя защитить. Может ли таковый пост быть приятен пред Богом? «Не сицеваго поста Аз избрах» (Ис.58:5), глаголет Господь. Не употребляет один снедей, но причинять другим обиды нимало не отстает: тощим имеет свое чрево, но сердце исполненным жестокосердия. «Не сицеваго поста Аз избрах», глаголет Господь. Если таким образом будешь поститься, хотя бы от многого поста склонил выю твою наподобие серпа, хотя бы вместо постели постилал ты на одре твоем вретище и пепел, ниже тако будет приятен Богу твой пост: «ниже аще слячеши яко серп выю твою, и вретище и пепел постелеши, ниже тако наречете пост приятен» (Ис.58:5), глаголет Бог чрез Исаию. Воздерживается иной от елея и вина, но мзду наемничу удерживает и изливает кровь убогого. Другой ни пищи, ни пития не влагает во уста прежде солнечного захождения; но чрез целый день наполненными оные имеет осуждения, празднословия и сквернословия; имеет желудок истощен, но мысль преисполненную лукавыми помышлениями: «не сицеваго поста Аз избрах», глаголет Господь. Бедственное, поистине, таковых постников должно быть состояние! Кто не постится, либо потому, что погрешая пост не почитает Божескою заповедию, либо потому, что малодушествуя страшится расслабления: грешит хотя таковый и обвиняется, но по крайней мере насыщает свое чрево. Кто же постится, но нерадит о других Божеских заповеданиях, таковый не только ни малой не получает от поста пользы, но лишается и брашенного наслаждения.

Добродетели, возлюбленная моя братия, суть неразлучны и сопряжены единою между собою цепию. Если разорвешь хотя в одном месте связь цепи, и прочие части остаются без употребления: если отторжаешь едину добродетель от целой связи добродетелей, все прочие добродетели бесполезны. Сего-то для Иаков, брат Господень, так сказал: «иже бо весь закон соблюдет, согрешит же во едином, бысть всем повинен» (Иак.2:10). Бесы всегда постятся, но никогда не получают пользы. Пост, когда соединяется с прочими добродетелями, полезен, и укрощает тогда плотские страсти, возводит ум на небо и великую имеет силу. Он свирепость львину изменяет в кротость агнчу, свидетелем сего может быть Пророк Даниил; он и огнь пременяет в росу, доказательством чего суть три Вавилонские отроки. Он и непреминуемый Божий гнев превращает на милость и человеколюбие, как свидетельствуют о сем Ниневитяне.

Убо, если когда желаешь поститься: так, как уста воздерживаешь от пищи, и язык должен воздерживать от лжи, клеветы, поношения и от всякого другого греха, словом бываемого. Когда желаешь поститься: так, как уста твои отвращаешь от снедей, отвращать должен и очеса твои от всего того, что соблазняет твою душу, также и ушеса твои от скверных и непотребных слухов, и обоняние твое от плотских вожделений, да и все твое тело от всех телесных сладострастий, и всю мысль твою от всякого лукавого помышления. Когда желаешь поститься, раздери соплетения неправды, одень нагого, напитай алчущего, простри руки твои для подаяния требующим: тогда-то, говорит Пророк Исаия, воссияет свет твоей добродетели приятный и лучезарный, якоже свет утренний солнца; тогда немедленно узришь отпущение всех твоих грехов и твоей души исцеление: тогда правда твоя, предъидущая пред тобою, открыет и направит тебя на путь, ведущий к небу. Тогда помолишися, и прежде, нежели совершишь молитву твою, услышит Бог прошение твое: «тогда разверзется рано свет твой, и исцеления твоя скоро возсияют: и предъидет пред тобою правда твоя, и слава Божия объимет тя. Тогда воззовеши, и Бог услышит тя, и еще глаголющу ти, речет: се приидох»! (Ис.58:8-9)

Блажени суть те христиане, которые чрез всю святую Четыредесятницу постятся сим постом истинным и богоприятным! Блажени суть те, кои, тако постився, провождают святые и спасительны страсти Иисуса Христа! Блажени суть, кои, укрепясь таковым постом, сподобляются быть Причастниками Пречистого Тела и Крови Спасителя нашего Иисуса Христа! Блажени, кои, исполнившеся Божеской славы удостоиваются поклониться воскресшему Искупителю нашему Спасу!

Вседержителю Господи! все мы хощем причастниками быть таковой благодати, все желаем сего дражайшего дара: но поелику «всякое даяние благо и всяк дар совершен свыше есть сходяй от Тебе Отца светов», Тебе просим и Тебе молим, о имени единородного Твоего Сына, Господа нашего Иисуса Христа, ради нас четыредесятодневно постившегося, претерпевшего живоносные страсти, на кресте душу Свою предавшего, в новом гробе положенного и со славою воскресшего, сподобит нас в добром подвиге прейти святое поста поприще, и Богоугодно поклониться всерадостному и спасительному Воскресению. Тебе бо подобает слава и держава во веки веков. Аминь.

44.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Римлянам, читаемый в тридцать шестую неделю, сыропустную (Рим.13:11-14:4)

В чтенном ныне Апостольском послании содержится учение о времени и о посте. Время жизни нашей повседневно сокращается. Ныне время жизни моей есть менее, нежели оно было вчерашнего дня, завтра еще будет менее, а послезавтра и еще того менее, и так далее. Но мы бедные, хотя сие совершенно знаем, однако же как ночью во тьме, так и днем во свете спим всегда спокойно во грехах наших, ни малого не имея попечения о том, чтобы пробудиться от такового сна, и ходить благочинно, как ходят люди, когда откроется день, и воссияет свет. Возбуждает убо нас от смертоносного сего сна Апостол Божий, глаголя: «и сие ведяще время, яко час уже нам от сна востати» (Рим.13:11): и тем более подобает нам бодрствовать, поелику знаем, что время преходит, и что час уже наступает восстать нам от сна греховного. А что о посте говорит, хотя то собственно и само по себе относилось к Апостольским временам, но приличествует даже доныне и содержимому Христианами посту, почему и читано то ныне, так как завтра всякий благочестивый входит в поприще четыредесятидневного поста. Благонамеренно же соединил премудрый Апостол сии два предмета, то есть, время и пост. Ибо пост призывает к обращению и покаянию, а рассматривая время, удостоверяемся мы в том, что предел жизни нашей есть неизвестен, что время течет яко река, и нечувствительно преходит, и мы притом приближаемся повседневно к концу жизни нашей: почему, ежели я не обращусь к Богу в настоящие дни поста, то доживу ли до того, чтобы мне поститься и покаяться во время поста в следующем году? Смотри еще, сколь премудро говорит о времени. Сопричисляет самого себя к поучаемым, дабы тем усилить слово. «И сие ведяще время, яко час уже нам от сна востати», потом показывает, почему ныне час настоит нам пробудиться, говоря так:

Рим.13:11. Братие, ныне ближайшее нам спасение, нежели егда веровахом.

Два суть воздаяния в будущей жизни, спасение для святых и мучение для грешных. Павел воспомянул о спасении, а о мучении умолчал, поелику Бог «всем человеком хощет спастися» (1Тим.2:4), и поелику надеялся, что

Римляне, к коим он писал, достойны были спасения. Почему же ближае ныне спасение, нежели когда мы уверовали? Потому что от дни того, как сам он и они уверовали, до того часа, в котором писал послание сие, прошло довольно времени, и следственно уменьшилось прочее время жизни их, и осталось менее, нежели колико было в начале, когда уверовали. Почему приближившись к смерти, приближились к наслаждению спасением. В сей час, говорит, в который я пишу к вам, ближае к нам спасение наше, нежели когда уверовали, ибо сократился предел жизни нашей, и мы приближаемся к концу. «Ныне ближайшее нам спасение, нежели егда веровахом».

Рим.13:12. Нощь прейде, а день приближися. Отложим убо дела темная, и облечемся во оружие света.

Заметь красоту в речи сей, от противоположных имен происходящую, и выражение мыслей переносными и иносказательными словами. Нощию назвал настоящую жизнь по причине тьмы в оной неведения. «Видим бо ныне якоже зерцалом в гадании» (1Кор.13:12): и по причине также происходящих в оной темных дел греховных. Днем же назвал жизнь будущую, по причине света в оной познания: ибо тогда увидим «лицем к лицу» (1Кор.13:12): и сиять будут тогда паче солнца добрые дела человеческие. «Прейде», говорит, «нощь», вместо прешла жизнь наша, и дошла до конца: «приближися же день», вместо, приближилось наслаждение невечернего дня, то есть, вечное Царствие. Дела тьмы суть грехи, поколику они во тьме бывают, и «тьму кромешную» причиняют делателям своим (Мф.22:13): а оружие света суть светлые дела добродетели, поколику ими мы воюя и побеждая врага души нашей, входим в пресветлые селения Святых. Подтверждением же служат и истолкованием предыдущих слов настоящие сии слова. Выше сказал Апостол: «ближайшее нам спасение» (Рим.13:11). Ныне же говорит, «нощь прейде, а день приближися», то есть, жизнь наша приходит к концу, а будущая приближилась. Прежде сказал: «яко час уже нам от сна востати». Ныне же говорит, отринем от себя грехи, и будем соделовать дела добродетели. «Отложим убо дела тьмы, и облечемся во оружие света» (Рим.13:12).

Рим.13:13. Яко во дни благообразно да ходим: не козлогласовании и пиянствы, не любодеянии и студодеянии, не рвением и завистию.

У идолопоклонников бог был Комос, Бахус, начальник и правитель пиров с пьянством и с бесчестными делами происходящих, почему козлогласования, Коми по-гречески зовомые, суть пиры с пьянством, со срамными песнями и плясками происходящие. Любодеяние же, или ложе, наложничество, от студодеяния различествует тем, что первое означает смешение и совокупление, а второе всякой род плотского греха. Рвение есть любопрение, дщерь ярости и упрямства во мнении своем, а зависть, или ревность хотя означает горячайшую охоту к добрым делам, но означает еще, как и здесь, горячесть и ревность к злым делам. Заметь же, что слово сие, день, прежде положил он в иносказательном, а теперь в буквальном значении. А поелику безобразные и нелепые дела греховные бывают ночью во тьме, днем же при свете все ходят в благопристойном виде и благочинно, удерживаясь от безобразных дел, посему произрек: Да обращаемся благолепно и благочинно, как ходящие во дни, да не впадаем в козлогласования и пьянство, ни в любодеяние и студодеяние, ни в рвение, и зависть.

Рим.13:14. Но облецытеся Господем нашим Иисусом Христом и плоти угодия не творите в похоти.

Сие, «облецытеся», есть слово переносное, означает же совокупность и соединение. Ибо как одежда присовокупляется и присоединяется к телу, так Иисус Христос соединяется с душою отложивших дела темные, и яко во дни благообразно ходящих. Но Римляне, к которым Апостол писал сие, яко верные и крещенные, облечены были во Иисуса Христа, как тот же Апостол утверждает, сказав: «елицы во Христа крестистеся, во Христа облекостеся» (Гал.3:27). Почему убо завещевает им облещись во Иисуса Христа? Потому что, хотя мы благодатию святого Крещения, которая очищает нас от всех грехов наших, соединяемся со Христом, и бываем «Тело Христово, и уди от части» (1Кор.12:27): но пребывает в соединении с нами Христос, доколе храним чистоту, во святом крещении дарованную; когда же грехами оскверняем оную, тогда отлучается от нас Христос: ибо Он будучи самая чистота и свет не соединяется, ниже пребывает там, где есть осквернение и тьма, а если совлечемся скверноты греховной, тогда паки облекаемся во Иисуса Христа. К тем убо относится слово сие Апостольское, кои согрешили по крещении, или кои ни уверовали, ни крестились, к оным говорит: «отложим убо дела темная, и облечемся во оружие света» (Рим.13:12): к сим же говорит и сие, «но облецытеся Господем нашим Иисусом Христом». А чтобы пребывал навсегда с ними Христос, завещевает им, говоря: «и плоти угодия не творите в похоти». Не сказал просто, не пекись о плоти твоей. «Никтоже бо когда свою плоть возненавиде, но питает и греет ю» (Еф.5:29). Но не пекись по похотем, и тем как бы так говорил: старайся о здравии тела твоего, чтобы оно служило тебе к деланию добрых дел; не пекись же с тою целию, чтобы возбудить в себе сладострастные и душепагубные похоти. Ибо таковым попечением готовишь сам себе гибель, возжигая против себя пламень пещный. Поучив же сему преблаженный Апостол преходит к материи о посте, говоря так:

Рим.14:1-2. Изнемогающаго же в вере приемлите, не в сомнение помышлений. Ов бо верует ясти вся, а изнемогаяй зелия да яст.

Кто были изнемогающие в вере? Многие из Иудеев, уверовавших во Христа, не желая оставить постановлений Моисеева закона, не ели свиных мяс (Смот. Феодорит. Икум. Фефил. в он. месте): но чтобы не показаться Иудействующими, и чтобы почитаться воздержными и постниками, удалялись и от других яств, и ели зелия, то есть, зелень или овощи. Сии были немощные, то есть, несовершенные в вере во Христа, поелику почитали так, что оная вера не спасает без наблюдения законных постановлений. А другие еще уверовавшие во Христа, из Иудеев ли то, или из язычников, будучи совершеннейшие в вере во Христа, совсем не внимали постановлениям законным, но вкушали всякую пищу. Сии помышляя и рассуждая, что несправедливо те поступают, кои хранят предписания закона, поносили их в том. Убоясь же Павел, чтобы совершеннейшие сильно и нелепо обличая несовершенных, тем самим не поколебали их в вере во Христа, предприемлет способ к тому самый премудрый и преполезный. Не говорит к совершеннейшим, худо вы делаете обличая, дабы не утвердить несовершенных в наблюдении, какое они имели в брашнах: но ни того не говорит, хорошо вы делаете обличая, дабы не сделать их строжайшими: а предлагает увещание, растворенное снисхождением. Ибо хотя кажется, что, укоряет совершеннейших, но смысл речи относится к немощным. поелику сказав, «изнемогающаго в вере», тем самым показал, что наблюдатели брашн были несовершенные в вере во Христа: присоединив же и сие, «приемлите не в сомнение помышлений», изъявил тем, что они столь немощны были, что требовали восприять о них попечение, и совершеннейшие не должны были смущаться, хотя бы рассудок и заставлял их мыслить так, что наблюдающие обычаи Иудейские поступают несправедливо. Таков бо есть смысл предлежащих Апостольских слов: Один из вас, Римляне, имея совершенную веру во Христа, и следовательно, не наблюдая законных постановлений, уверен бывает в том, что имеет он свободу употреблять все в пищу себе: а другой будучи несовершен в вере во Христа, наблюдает обряды Моисеева закона, но, чтобы не показаться Иудействующим, удаляясь от запрещенных законом брашн, желает питаться одним зелием. Вы убо совершеннейшие в вере не соблазняйтесь, смущаясь суждением помыслов ваших, но приемлите и блюдите немощного в вере, дабы он утвердился в оной, и совершенным соделался.

Рим.14:3. Ядый не ядущаго да не укоряет: и не ядый ядущаго да не осуждает: Бог бо его прият.

Слышишь ли, до чего то доходило? Кто ел всякую пищу, тот укорял не ядущего все: ничего же иного не евший кроме зелий, осуждал ядущего все. А отсюда что иное происходило между оными новопросвещенными Христианами, как токмо холодность к вере, оскудение любви, разногласия и соблазны? Почему хотя удаляющиеся от брашн нехорошо делали, потому что Иудействовали, но поелику дело их было само по себе доброе, то есть, было оно воздержание и пост, делали же они сие от благоговения, мня, что угодно то Богу; посему Павел снисходительно и промышляя о том, чтобы прекратить соблазны и происходящие от оных грехи, положил пределы как ядущим все, так и не ядущим ничего кроме зелий. Кто есть, говорит он, все, тот не ядущего все да не укоряет, яко маловерного и Иудействующего: равно и не ядущий ядущего да не осуждает, яко гортаноугодника и многоядца. Ни ты, имеющий совершенную в веру не укоряй, ни ты, немощный в вере не осуждай брата твоего, потому что Бог его приял, то есть, Бог ввел его в Церковь Свою, искупив, его Своею кровию, и соделав его сыном Своим чрез Божественное крещение. Почему убо ты не терпишь его?

Рим.14:4. Ты кто еси судяй чуждему рабу? своему Господеви стоит или падает: станет же, силен бо есть Бог поставити его.

Кто еси ты, говорит, который судит чужого раба? Тот, коего ты судя за ничто почитаешь или осуждаешь, не есть раб твой, но раб Божий. Он стоит ли тверд в вере и добродетели, или впадает в маловерие и порок, сам Владыка его Бог власть имеет судить его. И стояние, и падение его относится ко Владыке его. Посмотри же, как он сказав сие, «падает», дабы не привести падших в отчаяние, тотчас посевает в сердцах их надежду исправления, представив силу Божию. «Станет бо», говорит, но откуда то, и кто может его поставить? «Силен бо есть Бог поставити его».

Беседа об осуждении, и сколь тяжко оно (с молитвой)

За много прежде веков отселе благодатию Божиею престали уже быть между Христианами Иудействующие, то есть те, кои веровали во Иисуса Христа, и вместе почитали, что не могут они спастись, ежели не будут хранить постановлений Моисеева закона; престали быть совершенно те, кои хотели питаться одною зеленью, дабы не есть или по случаю, или по нужде того, что запрещено Иудейским законоположением: следственно прекратились и те, кои поносили их маловерными и Иудействующими. Но мы видим в настоящие времена, что во дни постов многие из Христиан постятся, а некоторые нарушают пост. Почему не приличествует ли предложить им Апостольское оное законоположение, завещевая и говоря так: Христиане, кто из вас не постится, да не укоряет постящегося, и кто постится, да не осуждает непостящегося? Не полезно ли будет и нам сказать с Апостолом: «Ядый не ядущаго да не укоряет; и не ядый ядущаго да не осуждает»? (Рим.14:3) Хотя нет уже в обществе Христианском Иудействующих, но и в сии дни весьма прилично и полезно будет предложить сие Апостольское завещание: во-первых, потому, что даже доныне не постящиеся укоряют постящихся яко лицемеров и суеверов; постящиеся же осуждают нарушающих пост, яко чревоугодников и беззаконников: а во-вторых, потому, что столько распространился и разумножился грех оный, осуждение, что не только постящиеся и не постящиеся осуждают друг друга, но все во всякое время и во всяком месте, без стыда или зазрения совести, осуждают во всяком случае братию свою.

Откуда же происходит то, что мы столь легко впадаем в грех сей, осуждение? Почему и во дни поста, то есть, во дни покаяния и исправления во грехах наших, яко меч обоюду острый изощряем язык на братию нашу? Почему как воздерживаются уста от брашн, так не воздерживается и язык от осуждения? Потому что всеобщий осуждения обычай истребил обличение в том совести. Посему мы, почитая, что осуждение или не есть совсем грех, или есть грех столь малый, что как бы за ничто вменяет его Бог, повсечасно осуждаем безбоязненно братий наших. Ежели бы кто мог возбудить совесть от пагубного сна во грехе сем, то бы она, обличая, может быть положила хранение устом и дверь ограждения о устнах наших, и таким образом престало бы быть осуждение. Но кто другой может возбудить совесть от нечувствительности ее, разве слово Божие? Даждь убо Господи, слово твое устом моим, да заградит оно уста злословящих, представив им тяжесть осуждения.

Возлюбленная моя братия, нужно показать мне вам об осуждении вкратце и чисто всю истину Божию. Осуждение есть неправда и беззаконие великое: неправда? Так поистине. Но кого, скажешь ты, обижаю я, когда осуждаю? Обижаешь осуждаемого. Но я, скажешь еще, ни имения его не присвояю себе, ни чести его не лишаю, ни другого какого вреда ему не причиняю. Бывает речь в собеседовании о каком-либо лице, я тогда рассказываю и описываю погрешности его, и не лгу, но говорю истину, ни цели той не имею, чтобы вред ему причинить, а еще часто скорбя о нем, рассказываю о его состоянии. Сие ли убо есть неправда? Когда открываешь и описываешь пороки брата твоего, хотя говоришь истину, хотя говоришь не с тем, чтобы причинить ему вред, хотя скорбишь о его состоянии, без всякого однако ж прекословия великий тогда причиняешь ему вред. Ибо слушателям твоим или известны грехи осуждаемого тобою, или не известны: ежели известны, то напоминаешь им оные и подтверждаешь; а ежели не известны, то познают оные от свидетельства уст твоих. А сие расстраивает доброе мнение других о брате твоем, погубляет доброе имя его. Доброе же имя предпочтительнее многого богатства. «Лучше», сказал премудрый Соломон, «имя доброе, нежели богатство много» (Притч.22:1). И поистине доброе имя есть сокровище бесценное. Кто имеет добрую славу и доброе в других мнение о себе, тот удобно благопоспешествуется в купечестве, возводится на достоинства, ему вверяются государственные должности, и во всяком деле таковой бывает успешен. Но человека, о коем худая идет слава, все отвращаются, все и словам его и обещаниям не доверяют, и самым даже клятвами его не верят. Сию убо обиду делаешь ты ближнему твоему, когда его осуждаешь, изглаждаешь доброе имя его, и делаешь его подозрительным, ненавистным и бесчестным. Ты, делая сие, думаешь, что ни мало не обижаешь его, ниже грешишь. Но правосудный Бог обличает тебя в сей неправде, и грозит тебе за сей грех, говоря так: «Уста твоя оглагольная умножиша злобу, и язык твой сплеташе льщения. Седя на брата твоего клеветал еси, и на сына матере твоея полагал еси соблазн. Сие соделал ты, и Я умолчал. Сия сотворил еси, и умолчах» (Пс.49:19-21). И поелику Я умолчал, то ты вознепщевал беззаконие, то есть, почел, что Я подобно тебе злонравен. «Вознепщевал еси беззаконие, яко буду тебе подобен» (Пс.49:21). Но Я в день суда обличу тебя, и представлю грехи твои пред лицем твоим: «обличу тя, и представлю пред лицем твоим грехи твоя».

Заметьте же, что осуждение, сия неправда, относится к самому всяческих Богу. Ибо Бог есть Творец и Создатель наш. «Руце твои сотвористе мя и создасте мя» (Пс.118:73). воспевал Давид. Он есть Судия, Обладатель, Царь, Спаситель наш. «Бог бо мой», проповедывал Исаия, «велик есть. Не минет мене Господь Судия наш, Господь Князь наш, Господь Царь наш, Господь той нас спасет» (Ис.33:22). Слышите ли, коликие права имеет Бог над нами? Слышите ли, коликие права соединяют Бога с человеком? Посему Он сказал: «аминь глаголю вам, понеже сотвористе единому сих братий моих менших, мне сотвористе» (Мф.25:40). Когда убо мы осуждаем человека, осуждаем Создателя, Судию, Обладателя, Царя и Спасителя человека, Самого то есть осуждаем всемогущего, премудрого и всесовершенного Творца твари.

Человече, ты не имеешь власти судить раба Царя какого-либо, игемона, или князя, и однако же дерзновенно судишь, пересуживаешь и осуждаешь раба Господа господствующих и Царя царствующих, всевышнего и вседержителя Бога? «Ты кто еси», вопиет против тебя Павел, «судяй чуждему рабу?» (Рим.14:4) Ты кто еси? Не брение ли, персть и червь? Како убо с толиким дерзновением судишь чужого раба, то есть раба всевышнего Бога? Ты кто еси? Исполненный недостатков, исполненный страстей, исполненный грехов. Како убо с толиким дерзновением яко виновника, преступника и грешника осуждаешь человека, который есть создание Божие, который имеет Судию себе Владыку и Царя всевышнего Бога? «Ты кто еси судяй чуждему рабу?» Неужели не познал ты того, что всякий человек сегодня впадает в грех, и заутра, или и в сей самый день, ежели восхочет, раскаивается, и становится пред Господом своим оправданным? Неужели не научился тому, что Бог может восставить падшего, оправдать грешника, и спасти отчаянного? Не слышишь ли Павла, поучающего и глаголющего, что всякий человек «своему Господеви стоит, или падает: станет же, силен бо есть Бог поставити его»? (Рим.14:4) Ежели убо тот, коего ты видел вчера или сегодня согрешающего, тотчас раскаявшись соделался невиновным, и становится пред Господом своим оправданным: «силен бо есть Бог поставити его»: а ты осуждаешь невиновного яко преступника, стоящего яко падшего, и праведного яко грешника: то грех сей, осуждение, сколь великая и страшная есть неправда?

Открываю я святое Евангелие Иисуса Христа, и прошу вас со вниманием послушать закона правды: «и якоже хощете», говорит оно, «да творят вам человецы, и вы творите им такожде» (Лк.6:31). Все не только верные, но и неверные свидетельствуют, что закон сей есть правосуднейший. Кто преступает его, тот без сомнения делает неправду. Что убо скажешь? Хочешь ли, чтобы ближний твой обвинял обычаи твои и осуждал дела твои? Хочешь ли, чтобы он говорил о тебе открыто среди собраний, что ты распущен, или лжец, или завистлив, или коварен, или другое что таковое? Никак. А отсюда явствует, что когда ты, отверзши уста свои, соплетаешь на него всякое обвинение, тогда преступаешь закон правды, то есть, делаешь неправду.

За малый грех почитают люди осуждение, и однако ж оно есть преступление всех Евангельских законов. Но как сие доказать можно? Весьма легко. Потому что закон любви содержит в себе все законы. «В сию обою заповедию весь Закон и Пророцы висят» (Мф.22:40). Ежели убо я имею в сердце моем сию добродетель — любовь, то бываю блюститель и исполнитель Божиего закона. «Исполнение убо закона любы есть» (Рим.13:10). Следственно, когда не имею я любви, тогда преступник есмь всех законов Божиих; хотя бы все другие добродетели исполнил, хотя бы удостоился всех дарований, «любве же не имам, ничтоже есмь» (1Кор.13:2-3). Скажите убо, кто любит и обвиняет? Кто любит и осуждает? Никто. Кто любит, тот похваляет; кто любит, тот оправдывает и защищает: а кто ненавидит и враждует, тот клевещет и осуждает. Кто никакой любви не имеет к ближнему своему, тот его злословит. Клеветники не имеют любви. Кто убо осуждает брата своего, тот преступает все Божественные законы. Ибо «в сию обою заповедию», то есть, на заповедях любви, «весь Закон и Пророцы висят». Слышите ли, сколь великий грех есть осуждение?

Но послушайте и еще большего. Конечно, извинение никакого греха не изглаждает. Ибо надлежит нам Бога предпочитать всем в мире вещам, всему миру, и самой собственной нашей жизни. Впрочем законное защищение хотя не изглаждает греха, однако уменьшает тяжесть оного, и определенное за оный наказание. Ежели бы мы были безгрешны, то имели бы некоторое извинение и защищение, когда осуждаем братию во грехах их. «Иже есть без греха в вас», сказал Господь к осуждающим грешную жену, «прежде верзи камень на ню» (Ин.8:7). Но кто есть без греха? «Никтоже, аще и един день житие его на земли» (Иов.14:4-5). «Пленицами же своих грехов кийждо затязается» (Притч.5:22). Почему подобательно Богоносный Апостол произрек, что осуждение отъемлет от уст наших всякое слово, защищение и извинение, и делает нас безответными. «Сего ради безответен еси», говорит он, «о человече, всяк судяй» (Рим.2:1). Но почему так? Потому что когда я сужу другого, тогда осуждаю самого себя, поелику и я, судяй другого, делаю то же. «Имже бо судом судиши друга, себе осуждаеши: таяжде бо твориши судяй» (Рим.2:1). Например, я обладаюсь гневом и кричу, и ругаю и бию, а осуждаю брата моего яко гневливого, и говорю, что он за неудержимый свой гнев достоин осуждения и обвинения. Сие же говоря, осуждаю и себя, и решение полагаю, что должно быть мне обвинену и наказану за неукротимый мой гнев. Почему делаюсь самоосужденным и безответным. «Сего ради безответен еси, о человече, всяк судяй, имже бо судом судиши друга, себе осуждаеши: таяжде бо твориши судяй».

Великое же то безумие и заблуждение есть человеческое. Всевышний Бог ясно и открытно узаконил, чтобы мы не осуждали друг друга, и определил для уклоняющихся от осуждения награду, а для хулителей наказание, сообразное их осуждению. «Не судите», сказал, вот закон! «Да не судими будете», вот награда! (Мф.7:1) «Имже бо судом судите, судят вам; и в нюже меру мерите, возмерится вам» (Мф.7:2): вот наказание! Закон ясный и всем открытый. «Не судите!» Воздаяние великое и спасительное, избавление страшного осуждения Божия: «да не судими будете». Не осуждай, говорит, человече, ближнего твоего, да не осудит тебя Бог. Наказание ужасное, осуждение Божие. «Имже бо судом судите, судят вам». Как ты осуждаешь брата твоего, так осудит тебя Бог. «И в нюже меру мерите, возмерится вам»: и по мере злословия твоего возмерит Бог наказание твое. После же сего рассуждают люди, что осуждение не есть преступление закона, и что не ожидает наказание злословящих; после сего седя люди весь день пересуждают братий своих, и полагают соблазн на сынов матери своей без всякого обличения совести; после сего никогда ни раскаиваются, ниже признают то за грех. Какое другое безрассудство есть безразсуднейшее, или заблуждение большее сего?

Но осуждение, скажешь ты, бывает уздою, удерживающею от греха. Ибо многие, боясь того, что мир обвинять будет, удерживаются тем от злых дел. Сей убо плод приносит осуждение, то есть, удерживает людей от соделания прегрешений; а сие есть дело благоприятное Богу. Но таковый плод осуждения твоего есть зловонный и гнилой, во-первых, потому, что хочешь ты исцелить зло злом: кои же творят зло да произойдет от того добро, тех «суд праведен есть», говорит Божественный Апостол (Рим.3:8): во-вторых, потому, что никакое добро не происходит от осуждения. Ибо кто удаляется от греха, не из повиновения к Богу, но из страха, чтобы не быть обвиняему миром, тот есть славолюбив и суемудр, славолюбие же и суемудрие не есть добродетель, но порок. О! доколе мы будем вымышлять безрассудные предлоги во грехах? Кто открывает прегрешения брата своего для того, чтобы удержать других от греха? Кто раскрывает раны брата своего, дабы тем самим соделать дело угодное Богу? Никто. Злословящий осуждает ближнего своего будучи иногда ненавистию побеждаем, иногда завистию обладаем, иногда гордостию надмеваем: часто осуждает для того, чтобы угодить врагам осуждаемого, или наконец осуждает будучи злою привычкою нечувствительно движим и влеком к тому. Впадает же он в грех сей потому, что никогда не старается обуздать язык свой. Брате, ежели ревность побуждает тебя воспрепятствовать греху, и любовь заставляет тебя соделать дело благоугодное Богу, то слыши глас Господа Бога твоего, который говорит тебе: «иди и обличи его между тобою и тем единем» (Мф.18:15). Слышишь ли? Не в отсутствии, но в присутствии его самого, не явно в обращениях дружеских, и в собраниях людских, но тайно и скрытно, «между тобою и тем единем». Вразуми его, и обличи во грехе, особливо ежели имеешь звание начальника и учителя, ежели имеешь право на то по сродству или дружбе. Сие есть ревность и любовь, благостыня и благодеяние, сие есть исправление во грехе, сие есть жертва благоприятная Богу! А когда пересуждаешь дела ближнего твоего, злословишь и осуждаешь его пред людьми, тогда горе тебе. Тогда восхищаешь ты право Божие, попираешь пределы правды, пренебрегаешь все Евангельское законоположение, почему делаешься повинным вечному осуждению. «Увы, пагуба неправдивому, и отчуждение творящим беззаконие» (Иов.31:3).

Господи Боже мой, Ты произвел язык, создал устне, Ты устроил уста, и сотворил оные удободвижными, удобообращательными, и способными говорить. Ты премудрый и всемощныи даровал оным силу гласа, вещания, и образования слова, дабы мы посредством слова песнословили величие Божества Твоего, проповедывали истину веры, поучали Божественным Твоим законам, давали наставления и советы друг другу, и таким образом соделывались бы достойными небесного Твоего Царствия. Но мы, всеокаянные, органы добродетели делаем орудием порока, движа оные к обвинению и осуждению ближнего. Чем убо мы оправдаемся, когда воссядешь Ты судити живых и мертвых?

Братия, никакого мы тогда оправдания иметь не будем. Ибо кто осуждает, тот делается безответным. «Сего ради безответен еси, о человече, всяк судяй» (Рим.2:1). Никакого не будем иметь мы оправдания, поелику Бог объявил нам Божественное Свое определение на злословящих. «Имже бо судом», сказал Он, «судите, судят вам: и в нюже меру мирите, возмерится вам» (Мф.7:2).

О Господи, спаси же, о Господи, умилосердись, положи хранение устом нашим, и дверь ограждения о устнах наших: да не возглаголют уста наши дел человеческих, да не осуждаем братий наших, и тако да неосужденными явимся на страшном Твоем судилище, по благоутробнейшему оному слову Твоему: «не судите, да не судими будете».

The post Никифор (Феотокис). (ч.8 читаемых о недели Мытаря и фарисея по сыропустную неделю) appeared first on НИ-КА.

Толкование Воскресных Евангелий и Воскресных Апостолов с нравоучительными беседами

45. В неделю 1-ю Великого поста толкование на Евангелие от Иоанна (Ин.1:43-51)
*** Беседа о том, каковую получает пользу всегда размышляющий о присутствии Бога.
45.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Евреям, читаемый в первую неделю Великого поста (Евр.11:24-26)
*** Беседа о посте, или сколь согрешает тот, который презирает законы поста, и сколь плодоносна добродетель сия — пост, и коликое за оный бывает воздаяние от Бога.

46. В неделю 2-ю Великого поста толкование на Евангелие от Марка (Мк.2:1-12)
*** О том, что Бог тогда нам помогает, когда мы столько стараемся, сколько можем
46.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Евреям, читаемый во вторую неделю Великого поста (Евр.1:10-2:3)
*** Беседа о нерадящих о душевном своем спасении, и что таковые по справедливости соединены Апостолом с преступниками и преслушниками.

47. В неделю 3-ю Великого поста толкование на Евангелие от Марка (Мк.8:34-9:1)
*** Беседа о душе (с молитвой)
47.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Евреям, читаемый в третью неделю Великого поста (Евр.4:14-5:6)
*** Беседа о покаянии, и о всесильном ходатайстве Иисуса Христа, Сына Божия.

48. Беседа о времени (в неделю 4-ю Великого поста)
48.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Евреям, читаемый в четвертую неделю Великого поста (Евр.6:13-20)
*** Беседа о клятве, или что есть клятва, добродетель или порок, или дело ни доброе ни худое!

49. В неделю 5-ю Великого поста толкование на Евангелие от Марка  (Мк.10:32-45)
*** Беседа о том, что любовь соединена со смиренномудрием.
49.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Евреям, читаемый в пятую неделю Великого поста (Евр.9:11-14)
*** Беседа о великом таинстве Божественной Евхаристии, что сколь оно непостижимо для силы ума нашего, столь нужно для спасения души. (с молитвой)

50. В неделю Ваий толкование на Евангелие от Иоанна (Ин.12:1-18)
*** Беседа о приготовлении к Божественному причащению.
50.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Филипписиям, читаемый в неделю Ваий (Флп.4:4-9)
*** Беседа о радости, и о том, кто есть могущий радоваться всегда.

45. В неделю 1-ю Великого поста толкование на Евангелие от Иоанна (Ин.1:43-51)

Светлое приспе ныне, братие, празднество, славный и священный день: ныне все православные торжествуют, видя благоговейно воздвизаемую Божественную икону Спасителя нашего Иисуса Христа, и Пресвятой Его Матери и всех святых. По истинному Апостольскому преданию, православные христиане украшали Христовы церкви святыми иконами, не обоготворяя, не жертвуя им, но чрез воззрение на них возводя ум к изображаемому, покланяясь и лобызая усердием и любовно первообразная их. Но еретическое надмение и злоба не токмо покусились святое Церкви установление похулить, утверждая, яко бы жертвуем иконам так, как идолопоклонники своим кумирам; но и так поступить, как никто не поступал с изображением какого-либо земного царя, либо властелина и начальника. Всячески старались злочестивые опровергнуть, разрушить, презреть святые иконы, и хотя святые мужи отзывались, говоря: мы не покланяемся иконам, яко богам, но взирая на оные, возводим ум наш к изображаемым, и чувствуя сердцем, утверждаемся в вере во Христа, и повинуясь Апостольскому преданию, оные чествуем, лобызаем и изобразительне покланяемся; однако жестоковыйные еретики, слыша о сем немилостивым образом их гнали, влачили по улицам, отрезывали им языки, заключали в темницы, осуждали на бесчестную смерть. Продолжалось же таковое жестокое гонение со времен Льва Исаврянина, первого иконоборца, до времен последнего — Феофила, то есть чрез сто с лишком лет. После же сего, по смерти, то есть, Феофила, ревность благочестивой и святой его жены, Феодоры царицы, паки утвердила православие. Она, когда пришел к ней иже во святых Патриарх Мефодий с исповедниками и пустынножителями, моля оную, да восстановит почтение святым иконам, во-первых, не обинуясь облобызала икону Пресвятой Богородицы, пред всеми тако воззвав: аще кто сим не покланяется и изобразительне не лобызает, не богопочитателен, яко богам, но яко изображениям изобразуемых, да будет анафема. Потом со всем священством, с святыми пустынножителями и исповедниками и со всем православным народом постилась и говела чрез всю первую неделю святой Четыредесятницы, и со всем христианским множеством молила Бога о прощении согрешения мужа своего Феофила, что чрез веру свою, слезы и святых моления и получила. Напоследок и она, и сын ее, самодержец Михаил, и освященный клир, и весь народ молили Бога о себе самих, неся честный крест, святые Евангелия и честные иконы, взывая: Господи помилуй! Совершив же Божественную Литургию, поставили иконы на своих местах и тем паки украсили Христову Церковь. После же сего священный Мефодий и святые исповедники узаконили, да ежегодно в воскресный день первой постной седмицы совершается память такового святого действия, да не паки сатана, совратив некоторых с истинного пути, погрузит в ереси иконоборства. Сего-то для ныне православная Христова Церковь, восхищаясь преславною памятию и спасительною радостию, ублажает соблюдших православно и неуклонно догматы веры, а тех, кои совратились с истинного пути, отлучает, предлагая на среду и ныне чтенное Евангелие, яко содержащее пример истинной Филиппа веры, и спасительного Нафанаила исповедания. Мы, с нашей стороны, постараемся истолковать ныне чтенные Евангельские слова; вы же с любовию внемлите сим, да сотворят в вас спасительные плоды.

Ин.1:43-44. «Во время оно, восхоте Иисус изыти в Галилею, и обрете Филиппа, и глагола ему: гряди по Мне. Бе же Филипп от Вифсаиды, от града Андреова и Петрова.»

Как пришествие Иисуса Христа в Галилею, так и пребывание Филиппа на том месте, были не без промысла, но по Божественному предвидению и строению. Иисус убо Христос, яко сердцеведец Бог, предусмотрев расположение Филиппа к принятию веры, соизволил придти в Галилею в то самое время, в которое там Филипп находился, да тако призовет и вчинит его в лик Своих учеников, чрез него же просветит верою и достойного веры Нафанаила: равно и Филипп, сущий от Вифсаиды, от града Андреева и Петрова, находился тогда в Галилеи по Божию смотрению. Но удивления достойны суть как средство, чрез которое Иисус Христос призвал Филиппа, так и совершенное повиновение Филиппа Иисусу Христу. Единое токмо Иисус сказал ему слово: «гряди по Мне», и он, не медля все оставив, пошел в след Его: из чего явствует, что Филипп либо прежде был научен о Иисусе Христе соотечественниками его, Андреем и Петром, либо могущественнейшая сила слова Иисуса Христа, либо и то и другое чудесным образом располагали благое его произволение. Коликочастно же Христос и нас призывает Евангельским гласом, да, отвергшеся суеты, грядем в след Его, но мы нимало не повинуемся Божественному Его гласу, а пребываем неуклонны и неизменны в плотских наших вожделениях! А что Филипп не токмо немедленно последовал звавшему Христу, но и многую показал ревность, да и другие за Ним последуют, явствует из нижеследующих Евангельских слов:

Ин.1:45. «Обрете Филипп Нафанаила, и глагола ему: егоже писа Моисей в законе и Пророцы, обретохом Иисуса сына Иосифова, Иже от Назарета.»

Вот, коль великая была ревность! «Обрете», пишет Евангелист, Филипп Нафанаила: да чрез сие познаем, что он ревностно Его искал. Ибо и мы тогда говорим: обрели, когда прежде чего искали. Обрет же Его, старается обратить в веру во Христа чрез Моисейское свидетельство, писанное в законе и чрез Пророческие писания: из чего видим, что Филипп был научен закону и Пророческим писаниям. Сказал же Нафанаилу, яко не обрел, но «обретохом», — да сим покажет, что Христос ради всех воплотился, и что верующие в Него, и любящие ближнего яко самих себя, все блага общими, а не своими почитают. Также называет Иисуса Христа сыном Иосифовым, или потому, что многие о Нем так думали и Его называли, или потому, что еще точно не знал о Христе, яко Сей не бе сын Иосифов, но Сын Божий. И Назарет отечеством Его почитает, или потому, что не знал, яко Он родился в Вифлееме (Мф.2:1), или потому, что воспитан в Назарете, почему и назывался Назореем или Назарянином (Лк.4:16). Но Нафанаил, услышав имя Назарета и усумнився, таким образом вопросил Филиппа (Мк.10:47).

Ин.1:46. «И глагола Ему Нафанаил: от Назарета может ли что добро быти? глагола ему Филипп: прииди и виждь.»

Поколику Назарет был тогда в подозрении, по причине пребывания в оном многих язычников, или поколику Христу, по предсказаниям Пророческим, долженствовало родиться в Вифлееме: того для Нафанаил, услышав о Христовом от Назарета происшествии, усомнился: однако ни в неверствии остался, ниже обличал Филиппа, яко неправду говорящего и обманывающего, но желая узнать истину и заподлинно увериться, говорил: ты, Филиппе, говоришь, якобы Христос, сущий от Назарета, есть Тот Самый, в законе и Пророками обещанный: но может ли в подозрительном Назарете какое-либо добро быть? «от Назарета может ли что добро быти?» Услышав же Филипп сомневающегося Нафанаила о первом его благовествовании, предлагает ему и другое, сильнейшее убеждение: «прииди», говорит, «и виждь» Иисуса Христа. Довольно для тебя будет сего убеждения, да веруеши сказанному мною. Но почему же Филипп знал, что если токмо придет Нафанаил и узрит Иисуса Христа, уверует в Него? Слово Господа нашего Иисуса Христа толикую имело благодать и силу, что коль скоро было произносимо, в ту же самую минуту убеждало и привлекало к себе всех достойных приятия в Него веры: «и вси», пишет Евангелист Лука, «свидетельствоваху Ему, и дивляхуся о словесех благодати, исходящих из уст Его» (Лк.4:22). Сие Филипп действительно на себе испытал; ибо услышав единое токмо слово от Иисуса Христа: «гряди по Мне», воспален был Божественною любовию, уверовал и, все оставив, пошел в след Его. Сею убо исполнен будучи верою, сказал Нафанаилу: «приди и виждь». Нафанаил же, когда о сем услышал, не медля пошел к Иисусу Христу.

Ин.1:47. «Виде же Иисус Нафанаила грядуща к Себе, и глагола о нем: се воистину Израильтянин, в немже лести несть.»

Вот, что видит Нафанаил, пришед к Иисусу Христу. Видит Сердцеведца, открывшего тайная его сердца: «се воистину Израильтянин, в немже лести несть»! Вот, говорил Господь, узрев Нафанаила к Себе грядущего: — вот человек, правую веру, мысль, посвященную Богу, сердце нельстивое и чистое! Нафанаил же, хотя и великую услышал о себе похвалу, однако нимало не вознепщевал так, как многие непщуют, слыша о себе похвалы; похвала не пресекла душевного его стремления, но всячески он старался узнать, истинно ли говорящий с ним Иисус бы чаемый Христос.

Ин.1:48. «Глагола Ему Нафанаил: како мя знаеши? отвеща Иисус, и рече Ему: прежде даже не возгласи тебе Филипп, суща под смоковницею видех тя.»

Нафанаил вопрошал Иисуса Христа, яко человека: Почему Ты, говорил, знаешь, что я есмь воистину Израильтянин? Почему узнаешь, что я не имею в моем сердце льсти? Видел ли Ты меня где, или слышал о мне от кого? «Како мя знаеши?» Но Иисус Христос ответствовал ему не яко человек, но яко Бог; прежде, говорил, нежели Филипп беседовал с тобою под смоковницею, Я тебя видел и знал. И так Нафанаил, поколику точно знал, что когда Филипп обрел его под смоковницею, другой там никто не был, а они одни токмо между собою разговаривали, и нельзя ему было думать о том, чтобы Филипп предварительно мог о нем сказать Иисусу, ибо Иисус, прежде нежели они к Нему пришли с Филиппом, видя его к Себе идущего, похвалил его, — того для будучи убежденным предопределительною и тайнозрительною силою Господа Иисуса, уверовал, яко точно есть Сей Христос, почему и ответствовал, говоря:

Ин.1:49. «Отвеща Нафанаил и глагола Ему: Равви! Ты еси Сын Божий Ты еси Царь Израилев.»

Петр, многажды слыша небесное учение Иисуса Христа и видя преславные Его чудотворения, исповедал, яко Сей есть Сын Божий; но Нафанаил, как не слышал многого учения Иисуса Христа, так и не видел Его чудотворений: однако исповедал, что Иисус Христос есть Сын Божий.

Петра ублажил Богочеловек и сказал о нем, что ему Бог Отец открыл таковое о Нем исповедание: «блажен еси Симоне вар Иона, яко плоть и кровь не яви тебе, но Отец Мой, Иже на небесех» (Мф.16:17): о Нафанаиле же ничего такого не сказал, — не сказал, что услышал и исповедание его. Какая же убо сему причина? Петрово исповедание было совершенное, Нафанаила же несовершенное. Оба признали, что Христос есть Сын Божий; но Нафанаил, присовокупив сие: «Ты еси Царь Израилев», умалил величество исповедания. Ибо Христос Сын Божий не есть Израильский токмо Царь, но Царь всея вселенной и всех творений видимых и невидимых. Сего-то убо для Господь ублажил Петра, и утвердил его исповедание, говоря: «и на сем камени», — то есть исповедании, по которому ты исповедал, говоря: «Ты еси Христос, сын Бога живаго, — созижду церковь Мою» (Мф.16:16); на несовершенное же Нафанаила исповедание следующее сказал:

Ин.1:50-51. «Отвеща Иисус, и рече ему: зане Рех ти, яко видех тя под смоковницею, веруеши: больша сих узриши. И глагола ему: аминь аминь глаголю вам, отселе узрите небо отверсто, и Ангелы Божия восходящя и нисходящя над Сына человеческаго.»

Ты, сказал, уверовал в Меня, познав Меня Сердцеведцем, уверовал, ибо сказал тебе, что, и не бывши с тобою, видел тебя под смоковницею прежде, нежели возгласил тебя Филипп. Отселе впредь гораздо больше таковых дел, каковые ты зрел, узриши, а следовательно, гораздо совершеннее будет твоя вера. Ты сказал, что Я есмь Царь Израилев: но, когда явится небо отверсто и Ангелы Божии, восходящие и нисходящие для Моего служения, тогда-то познают люди, что Я не токмо есмь Израильский Царь, но и всея вселенной Владыка. Сказал же о сем Богочеловек, тех Ангелов разумея, которые, по посте Его и победе над диаволом, «приступиша и служаху Ему» (Мф.4:11; Лк.22:43), также Ангела во время страдания Его сходившего с небеси и укреплявшего Его, и тех Ангелов, которых Мария «виде в белых ризах седящих, единаго у главы, и единаго у ногу, идеже бе лежало тело Его» (Ин.20:12) и еще двух Ангелов, являвшихся на Елеонской горе «во одежди беле» (Деян.1:10), при вознесении Его на небо.

Беседа о том, каковую получает пользу всегда размышляющий о присутствии Бога

Хотя все нынешнего Евангелия словеса полезны суть и спасительны; однако сие слово Господа нашего Иисуса Христа: «прежде, даже не возгласи тебе Филипп, суща под смоковницею, видех тя» (Ин.1:48), вящую и довольнейшую паче прочих доставляют пользу всем верующим. Сие слово как тогда Нафанаила обратило в веру во Христа, так и доселе насаждает в сердцах верующих сии две великие добродетели: страх Божий и упование на Бога. Страх Божий воздерживает нас от всякого греха, упование же на Бога не токмо укрепляет нас в творении Божественных Его заповедей, но и великое утешение доставляет нашему сердцу во всех бедственных жизни сей обстоятельствах.

Бог, беспредельное имея существо, есть везде Сый и вся исполняяй. «Камо пойду», взывал святой Пророк Давид, «от Духа Твоего? и от лица Твоего камо бежу? Аще взыду на небо, Ты тамо еси; аще сниду во ад, тамо еси; аще возму криле мои рано, и вселюся в последних моря, и тамо бо рука Твоя наставит мя, и удержит мя десница Твоя» (Пс.138:7-11). Таинство сие хотя разуму человеческому, по его ограниченности, несовместно, однако сколько-нибудь постигаем оное, взирая на солнце и вникая в существо воздуха. Солнце и воздух суть два Божия творения вещественные, ограниченные, бездушные: однако солнце днем распространяет лучи свои и освещает всю земного шара половину, а ночью другую половину того же шара, и при всем сем каждый равно зрит как солнечные лучи, так и все самое солнце. Равно и воздух наполняет всю атмосферу, и всю окружает землю, и во всякой оной находится части, и нет такой вещи, нет места, где бы не существовал воздух. Какое же различие должно быть между тварию и Творцом? И солнце, и воздух не суть во всем своем существе везде и в каждой вещи, но где суть, тем и ограничиваются: Бог же есть весь во всем мире, и весь в каждой части сего мира, нимало ни всем миром, ни какими-либо частями оного не определяемый. Солнце и воздух ни видят, ни слышат, ни рассуждают: Бог видит и сокровенная, слышит еще непроизнесенная устами, судит и самые помышления. Филипп беседовал наедине под смоковницею: Бог прежде, нежели сказал, что Филипп видел Нафанаила, и слышал слова Филипповы: «прежде не возгласи тебе Филипп, суща под смоковницею видех тя» (Ин.1:48). и судил о правоте ума и доброте Нафанаилова сердца: «се», говорил, «воистинну Израильтянин, в немже льсти несть» (Ин.1:47).

Что же из сего следует? То, что Бог всегда есть пред нами, и видит все наши деяния, и слышит все наши разглагольствия, и разбирает всякое сердечное движение, и судит всякому праздному и тайному умственному помышлению. Патриарх Иаков, представив Бога пред лицем своим, столько содрогнулся, что воззвал с великим трепетом: «яко страшно место сие»! (Быт.28:17) Маноя толикий объял страх и трепет, когда представил предстоящим пред собою Бога, что ожидал смерти и себе, и жене своей: «смертию умрем», сказал жене, «яко Бога видехом» (Суд.13:22). Пророк Даниил, видя велие явление, расслабел и пал на землю; хотя же и укреплял его Ангел, говоря, «не бойся Данииле»; и паки: «не бойся мужу желаний» (Дан.10:12.19), — со страха, однако, обратися его утроба в нем. Если убо сии, будучи святыми и праведными, столько трепетали, представляя Бога пред собою предстоящим: каковый же страх и трепет объять должен душу и сердце нас грешников, когда будем представлять предстоящим пред нами Бога? Подлинно, кто тако всегда помышлять будет, никогда не согрешит. Ибо прежде отходит от нас страх Божий, а потом и согрешаем. Чего для и Порфироносец тако написал о согрешающих: «несть страха Божия пред очима их» (Пс.35:2). И оправданный разбойник тако обличал злого разбойника, говоря: «ни ли ты боишися Бога»? (Лк.23:40)

Кто когда дерзает нарушать царские законы, либо какое-либо малое делать бесчиние пред глазами самого Царя? Что каждого стоять понуждает пред земным Царем со всякою учтивостию, осторожностию, благопристойностию и почтением? Известна сего причина: ибо страшишься царского гнева и казни. Если убо, страшась казни земного Царя, не смеешь пред ним ни малого творить бесчиния: кольми же паче, страшась казни небесного царя и Бога, должен не сметь творить беззакония и греха пред очима Его? Казни земного царя, может быть, и избежишь, поколику могущество и власть его суть ограничены: но от наказания небесного Царя никаким образом не можешь освободиться, поколику власть Его есть всесильная, держава непобедимая, могущество беспредельное и непостижимое. Вся суть под Его властию, вся повинуются манию Его хотения, вся трепещут от лица силы Его. Аще запретит, все изменится небо: «столпи небеснии прострошася, и ужасошася от запрещения Его» (Иов.26:11). Вся земля содрогнется, аще обратит на нее Свой взор; все горы превратятся в дым, аще восхощет «призираяй на землю, и творяй ю трястися, прикасаяйся горам, и дымятся» (Пс.103:32). Раздражив царя, в случай принуждения к чему-либо незаконному, прибегаешь к Богу, Который, будучи Всемогущим, может сохранить тебя от царского осуждения: «есть бо Бог наш», говорили три отроки Навуходоносору, «на небесех, Емуже мы служим, силен изъяти нас от пещи, огнем горящия и от руку твоею избавити нас, царю» (Дан.3:17). Если же раздражишь Бога, презрев Его законы, к кому прибегнешь? Кто силен изъяти тебя от всесильных Его рук? Кто смеет рещи Ему: почто казнишь сего человека? Никто, ни из человеков на земли, ни из Ангелов на небеси. «Несть», свидетельствует Пророк Даниил, «иже воспротивится руце Его, и речет Ему: что сотворил еси?» (Дан.4:32) Казнь земного царя, хотя бы была великая, жесточайшая или смертоносная, однако есть временная, преходит, оканчивается. Но казнь небесного Царя иногда бывает токмо временная, а иногда токмо вечная, иногда же и временная купно и вечная. Если убо, страшась казни земного царя, не смеешь в присутствии его никакого учинить худого поступка: кольми же паче, страшась Божеского мщения, никакого, ниже малейшего пред Ним не должен творить преступления. Знать же надобно, что пред земным царем никакого не творишь худого поступка, и непристойного слова не употребляешь, потому что он как поступки твои видит, так и разговор твой слышит: но без всякой опасности пред ним мыслишь о всем непристойном и худом, и простираешь желания твои ко всему тому, что только тебе угодно; ибо зрению его твои не подлежат помышления, также и слышанию — твои сердечные пожелания. Но пред небесным Царем ни мыслить о худом, ни сердцем уклоняться к нечестивым пожеланиям без сведения Его не можно. Ибо Он не токмо видит дела наши и слышит наши речи, но испытует и тайные мысленные представления, и судит о самых малейших сердечных похотениях. «Аз Господь», говорит Сам Бог, «испытуяй сердца и искушаяй утробы, еже воздати комуждо по пути его, и по плодом изобретений его» (Иер.17:10). То же самое и на другом месте показал Бог, говоря: «вам же и власи главнии вси изочтени суть» (Мф.10:30).

Но скажешь на сие таким образом: земного царя я зрю очевидно, небесного же Царя никогда не вижу. Как? Не видишь Царя славы, и Творца твари? Куда бы ты ни обратился, на что бы ты ни воззрел, везде можешь усмотреть Его. Возводя очи твои горе, что зриши? Зришь небо, солнце, луну, планеты, звезды. Низводя оные долу, что взору твоему встречается? Земля, море, зелие, трава, плоды, животные, человек. Но все сие, скажешь, не есть Бог. Так, не есть Бог; но суть творение Божие. Как взирая на дом, по необходимости представлять должен и домостроителя, смотря на ткание — ткача, взирая на корабль — корабельщика, на сад — садовника, на образ — иконописца: равным образом созерцая чувственными очами творения, непременно созерцать должен умственными твоими очами всех тех Творца и Создателя, то есть Бога. От создания мира, видя люди видимые твари, видят в оных невидимые Божия совершенства, зрят присносущную Его силу, постигают Его Божество. Чего для неуверовавшие, яко есть Бог, и мнящие, яко Его не везде зрят, никакого извинения не заслуживают. «Невидимая бо Его», написал премудрый Павел, «от создания мира твореньми помышляема видима суть, и присносущная сила Его и Божество, во еже» таковым «быти безответным» (Рим.1:20).

Или неизвестно есть, что человек имеет и душевные очеса, так как и телесные? Коликочастно мысленными твоими очами зришь дружеские и вражеские лица, созерцаешь домы, здания, трапезы, реки, моря, источники и все, что токмо пожелаешь? Или не знаешь, что свет веры просвещает умственные очеса паче, нежели свет солнечный телесные, а следственно, что верою просвещенные очи совершеннее видят, нежели телесные, освещаемые солнечными лучами? Телесные очи нередко обманывают: ибо солнце представляют менее земли, хотя оно несравненно есть более; отдаленный великий град, яко малый домик; непреломленное весло в воде — преломленным; очеса же веры никогда нас не обманывают. Посему-то треблаженный Петр хотя лично видел воплощенного Христа, Его чудотворения, Божественное Его преображение, и страсть, и гроб, и воскресение Его, однако пророческое слово, свидетельствовавшее о Иисусе Христе, вернейшим почитает того, что видел и о чем слышал: «и имамы”, говорит, «известнейшее пророческое слово» (2Пет.1:19). Убо Бога хотя телесными очами не возможно видеть, но можно взирать на Него душевными. Подтверждает сие и известнейшее пророческое слово. Вот как свидетельствует о сем Пророк Давид: «предзрех Господа предо мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся» (Пс.15:8). И хотя сии Давидовы слова и прочие, по толкованию Богоглаголивого Петра, сказаны были относительно к Богочеловеку Иисусу; однако в прямом смысле могут относиться и ко всякому человеку, верующему в Бога (Деян.2:25). Подтверждает также сие и Евангельское слово, реченное Господем Нафанаилу: «прежде, даже тебе не возгласи Филипп, суща под смоковницею видех тя» (Ин.1:48).

Пророческое слово научает тебя, да всегда одесную тебя сущего Бога представляешь; а Евангельское — яко Бог видит и знает всякие твои деяния.

Когда, о сем всегда будешь размышлять, хотя бы когда желание твое и уклонилось ко греху, но будут тому преградою внушения совести. Нет, возопиет сия, не твори удове твои «уды блудничи» (1Кор.6:15), ибо одесную тебе стоит и видит сквернодеяние твое Судяй блудникам и прелюбодеям (Евр.13:4). Не протязай руце твои на неправду; ибо одесную тебе есть и смотрит на тебе праведный Судия, отсылающей делателей неправды туда, «идеже плачь и скрежет зубом» (Лк.13:28). Не твори греха; ибо пред тобою есть и видит тебе Ненавидящий всех, творящих беззаконие (Пс.5:6). Не буди многоглаголивым, сквернословцем, лжецом, клеветником, хулителем; ибо стоит пред тобою и слушает Судяй и осуждаяй всех необузданного языка (Апок.16:10). Не уклони ума твоего в лукавая помышления; ибо зрит оные Всеведец (Иер.17:10), находящийся пред тобою, испытуяй сердца и утробы, исчисляяй все власы главы нашей (Мф.10:30). Творит ли кто худые дела пред людьми? И ты ли не устыдишься быть творцом оных пред Божескими очами? Ужели людей устрашишься, а пред Творцом твари не вострепещешь? Те слепотствовавшие, которые признавали солнце богом, ночью токмо грешили, будучи уверенными, что бог их не видит их: верующему же, что Бог и во дни, и в нощи, во всякое время и везде предстоит пред ним, никогда не прилично совращаться с истинного пути и творить беззакония. «Предзрех Господа предо мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся» (Пс.15:8). Кто сему верует, и кто всегда размышлять о сем не престанет, таковый, сколько бы не возрождалось в нем греховного пожелания, силен всегда будет отражать и, с Патриархом Иосифом, Египтянке, принуждавшей к творению беззакония, ответствовать: «и како сотворю глагол злый сей, и согрешу пред Богом?» (Быт.39:9)

Пророческое слово: «предзрех Господа предо мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся» (Пс.15:8), есть страх и хранитель от греха, Евангельское же: «прежде, даже тебе Филипп не возгласи, суща под смоковницею видех тя» (Ин.1:48), — поощрением к добродетели. Пророческое слово предохраняет нас от грехов, Евангельское побуждает и подкрепляет в творении добрых дел.

Никогда столько охотнее не исполняет раб своей занимательности, как тогда, когда его господин, стоя пред ним, смотрит на его работу. Присутствие господина паче всего поощряет раба. Какая же сему причина? Ибо раб, зная, что сам господин видит его и труд, и охоту к исполнению дела, чает вящего мздовоздаяния, вящей любви и вящего покровительства. Когда убо будешь поститься, либо молитву творить, либо помогать сироте, либо миловать вдовицу, знай, что Сам Господь и Владыка и Бог твой пред тобою, и видит как поста твоего деятельность, так и молитвы силу, бдения твоего величественность, и милостыни твоей преимущество; когда, говорю, творя доброе дело веровать будешь, яко Бог, сущий с тобою, видит и расположение твоего сердца, и непорочность души твоей, видит и вписывает все твои деяния со всеми обстоятельствами в те книги, которые разверзутся в день воздаяния: тогда, будучи уверен, что Бог излиет на тебя милость Свою и исполнит благодатию Своею, гораздо ревностнейшим явишься в творении добродетели: тогда-то не пощадишь излить ради тоя поту твоего; тогда-то все желание твое посвятишь токмо сей, и утвердишь на сем камени душу и сердце твое.

Подтверждает сие Пророк Давид, который, когда представлял пред собою всегда Бога, кроме духовной пользы, и другую получал пользу, земную и телесную. Я, говорит, поколику зрю Господа предо мною выну, не только не падаю в тину беззакония и не совращаюсь с добродетельного пути, но сверх сего, упование на Бога во всякой скорби моей веселит сердце мое и исполняет радостию язык мой. «Предзрех Господа предо мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся. Сего ради возвеселися сердце мое, и возрадовася язык мой: еще же и плоть моя вселится на уповании» (Пс.15:8-9). Сие не токмо справедливо и истинно есть, но и бывает чувствуемо во время скорби и злосчастия. Обижает тебя сильный, касается чести твоей, расхищает пожитки твои, гонит тебя без всяких причин: скорбишь, сетуешь, печалишься, ищешь всячески себе утешения, но не имеешь убежища, не обретаешь заступления. Но когда при таковых обстоятельствах помыслишь, что Бог есть пред тобою, видит и гонение гонителя твоего, видит и скорбь сердца твоего, когда рассудишь, что Бог есть праведен, всемогущ, милосерд и знает, что ты напрасно страждешь: таковые мысли не возродят ли в душе твоей упования на Бога? не утешишься ли, представляя Его заступником, мстителем, избавителем от руки невинно оскорбляющия тя? Таковое твердое упование успокоит дух, облегчит болезнь твою, отрет слезы твои, возвеселит сердце твое, и возрадует язык твой. Жестокою напрасно стражду я болезнию. Не помогают мне ни врачи, ни лекарства, приумножаются труды, возрастают болезни, несносным является мне недуг мой; ни откуда никакого не получаю утешения: напоследок поражает дух мой страх смертный. Но когда при всем сем размыслю, что Бог есть предо мною, и видит бедственное мое состояние, — «Всесильне! воззову: безмерно есть Твое человеколюбие, беспредельно Твое милосердие; Ты видишь болезни мои, слышишь стенания мои; помилуй создание Твое, и не вмени мне моего беззакония!» Таковое помышление возрождает упование, врачующее мою душу, упование же облегчает болезни, прогоняет страх, успокаивает возмущение моего сердца. Что самое случается при всех бедствиях, скорбях, при всяком несчастии и нужде. Часто душа наша, по жестокости страдания, совершенно измождается и приходит в отчаяние. Не могут утешить ни сродники своим покровительством, ни могущественные своим вспоможением: «отвержеся утешитися душа моя» (Пс.76:3). Но коль скоро помыслишь, что Бог есть одесную тебе, Тот, Которому суть вся возможна: немедленно вселяется в сердце твое утешение и радость Божия. «Помянух Бога и возвеселихся» (Пс.76:4).

Боже и Господи милости! воистину безмерная есть глубина человеколюбия Твоего к человекам; яви нам удобнейший путь, по которому бы избежали от греха и укрепились в добродетели! Посредством же сего не можем себе не снискать утешения во всяких настоящей жизни злоключениях. Таковое средство, возлюбленная моя братия, не требует ни труда, ни времени, ни старания, ни забот: не делай ничего и не мысли ни о чем, не имея в виду сущего пред тобою Бога, — сущего, и на все твои деяния взирающего. Если тако поступать будешь, уклонишься от греха и пребудешь неуклонным в добродетели. Во всех бедствиях, во всех скорбях, злоключениях и нуждах, и во всяком обстоятельстве не забывай, что Бог есть одесную тебе и видит все обстоятельства твои. Если тако сотворишь, будешь во всяком бедствии скорое иметь утешение и истинный покров: «помянух Бога, и возвеселихся».

45.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Евреям, читаемый в первую неделю Великого поста (Евр.11:24-26)

Вера и добродетель суть желанные Давидом златые крилы, коими всякий человек возвышаясь, достигает до небесных селений, и входит в покой вечного Царствия и блаженства. Всечтимая Церковь Христова, пекущаяся всегда о спасении нашем, проповедует днесь православную веру, ублажая благочестивых и православных, и подвергая проклятию злочестивых и неправоверных: да и во все дни четыредесятницы проповедует о добродетели, посте, молитве, покаянии, исправлении, и обращении к Богу. А дабы утвердить нас во благочестии, и охотными соделать к подвижничеству в добродетели, то представляет днесь бывших до закона и в законе святых мужей дивные и великие деяния, кои Богодухновенный Павел в послании своем к Евреям писал. Сии чудодействия способны поистине и довольны к тому, чтобы утвердить веру, и произвести в нас ревность к добродетельным делам. Ибо кто не утверждается в вере, слыша, что Святые силою веры победили могущественные Царства, судили народом со всякою правдою, получили то, что обещевал им Бог, заградили уста львов, угасили силу огненную, избежали смертной опасности, исцелились от немощей, явились сильными во бранех, победили полчища вражии и умерших воздвигли из мертвых. Чье сердце, слыша сие, не согревается от огня оного веры, о котором Спаситель наш рек: «огня приидох воврещи, и что хощу, аще уже возгореся»? (Лк.12:49) Кто слыша, что для получения жизни вечной иные из Святых умерли будучи жестоко биемы, другие мужественно претерпели поругания, сечения, узы, темницы, каменометания, пилою трения, многоразличные искушения, и смерть от меча, что также ходили всюду одеты в овечьих и козьих кожах, претерпевая недостатки, различные скорби и всякую тесноту, бегая как заблуждшие по пустыням и горам, по пещерам и ущельям земным: кто слыша сие и рассуждая, что они были люди, как и мы, не соделывается отсюда готовым к тому, чтобы претерпеть малую какую тесноту за добродетель для получения вечного Царствия? Ежели единое чтение сих примеров просвещает и наставляет, то кольми паче толкование оных, коим изъясняются и показуются содержащиеся в оных мысли. Почему кто обратит все внимание свое к выслушанию сего толкования, тот получит особенное просвещение и наставление ко спасению.

Евр.11:24. Братие, верою Моисей велик быв отвержеся нарицатися сын дщере Фараоновы.

Почему Моисей назывался сыном дщери Фараоновы? Потому что он был сын ей присвоенный. Родом он был из Евреев, родившийся во Египте в то время, когда жестокий Фараон издал повеление, чтобы бросать в реку всех новорожденных детей Еврейских мужеска пола (Исх.1:22). Родители скрывали его «три месяцы» (Исх.2:1-2): но потом мать его, боясь Фараона, вложила его в корзинку, или в ковчежец плетеный, обмазанный клеем со смолою, и положила ковчежец близ реки в тинистом месте (Исх.2:3). По смотрению же Божию пришедши тогда дщерь Фараонова на реку измыться, открыла ковчежец, и увидевши младенца плачущего, отдала его матери его. А когда достиг он юношеского возраста, тогда мать его отдала его дщери Фараоновой, которая усыновила его себе, назвав его Моисеем (Исх.2:10), то есть от воды взятым, ибо слово — Мос, по Египетскому диалекту, значит — вода (Фил. Евр. в Елл. цен.). Богоглаголивый же Павел говорит о нем: «верою Моисей, велик быв, отвержеся нарицатися сын дщере Фараоновы» (Евр.11:24). «Велик быв» значит, что, когда он и по возрасту достиг уже четыредесяти лет, и по наукам и знаниям бывшим тогда во Египте научен был «всей премудрости Египетстей», и был «силен в словесех и делех» (Деян.7:22-23), тогда водим будучи верою, которой научился от родителей при своем от них воспитании, отвергся от усыновления, не терпя называться сыном дщери Фараоновой, отвергся же самым делом, утттедттти из дому Фараонова и из Египта, и поселившись «в земли Мадиамстей» (Исх.2:15). Божественный Апостол показывает потом ревность и великодушие его, говоря так:

Евр.11:25. Паче же изволи страдати с людми Божиими, нежели имети временную греха сладость.

Что такое называет временною сладостию греха? Наслаждение достоинством, честию, покоем и всяким роскошеством, каковое он имел в царском дому Фараоновом, называясь сыном дщери его. Но почему таковое наслаждение было наслаждение греха? Потому что от греха происходило наслаждение оное, то есть, поелику он грешил, то получал блага Фараоновы. Какой же был грех его? Сожитие с идолопоклонным Фараоном и название усыновления, поколику живя с ним и имея звание сына, вынуждаем был и не хотя приобщаться к беззаконными делам их. Отвергся убо, говорит Божественный Апостол, нарицаться сыном дщери Фараоновой и лучше судил страдать и бедствовать с народом Божиим, то есть, с единокровными своими Израильтянами; предпочел и избрал лучше злострадание и бедствие, нежели временное наслаждение, доставляемое ему от греха, который он творил, живя с неверными: вот и причина такового великодушного предпочтения.

Евр.11:26. Большее богатство вменив Египетских сокровищь поношение Христово: взираше бо на мздовоздаяние.

Дочь Фараонова, именуемая Фермуфис, будучи бездетна, представила, как некоторые говорят, Моисея отцу своему Фараону, сказывая, что она от воды его взяла, и усыновила себе, надеясь, что он будет преемником ему (Иосиф. кн. II, гл. 5. древ.). Фараон же взял Моисея на руки свои, и обняв его, положил на главу его царскую диадиму. А что Моисей был усвоенным сыном дщери Фараоновой, то свидетельствует и самое Божественное Писание, говоря: «возмужавшу же отрочати, введе е ко дщери Фараонове, и бысть ей в сына» (Исх.2:10). Посему, хотя Моисей и не был обладателем всех сокровищ Египетских, но часть оных ожидала уже его, как усвоенного сына дщери Царевой. Как же Моисей почел богатством большим сокровищ Египетских поношение Христово за столько лет прежде, нежели Христос поношение претерпел? Он яко Пророк, провидя Владычню Христову власть, завещал, говоря так: «Пророка от братии твоея, якоже мене, возставит тебе Господь Бог твой. Того послушайте. И человек той, иже не послушает словес его, елика возглаголет Пророк оный во имя Мое, Аз отмщу от него» (Втор.18:15,19). Таким образом предузнав и поношения Христовы, восхотел подъять поношение и сам в прообразование поношений оных. Посмотри же и на сходство поношений. Поносили Евреи Моисея, говоря: «кто тя постави князя и судию над нами?» (Исх.2:14). Поносили Архиереи и старцы Иисуса Христа, рекши: «коею властию сия твориши, и кто Ти даде власть сию?» (Мф.21:23) И разбойники, также распятые с Ним, поносили Его (Мф.27:44). Хулил Моисея народ Еврейский: «хуляху людие Моисеа» (Исх.17:2), говорит Священная История: хулили Христа Иудеи, говоря: «Самарянин еси Ты и беса имаши» (Ин.8:48). В сем разуме и Царе-Пророк Давид мужественно претерпев поношения Христовы, говорил: «поношения поносящих ти нападоша на мя» (Пс.68:10). Претерпевал же Моисей поношение Христово, потому что «взираше», говорит Павел, «на мздовоздаяние». Взирал преблаженный пророческими своими очами на великие воздаяния, уготованные Иисус Христом для претерпевших скорби и поношения любве его ради, и имел пред очами своими блаженство, радость и веселие, и многую оную мзду, на небесех уготованную поносимым, гонимым и злословимым любве ради Божия (Мф.5:11-12). Почему вечные воздаяния за поношения Христовы почитал богатством большим временных сокровищ Египетских. По сей-то причине он оставил и презрел сокровища Египетские и восхотел быть в злострадании и истощании, присоединясь к народу Израильскому. Сказав же сие Богоглаголивый Павел о Моисее, исчисляет великие деяния и Боголюбезные добродетели прочих святых, Богу благоугодивших (Смот. в недел. всех Свят.).

Беседа о посте, или сколь согрешает тот, который презирает законы поста, и сколь плодоносна добродетель сия — пост, и коликое за оный бывает воздаяние от Бога

Братия мои Христиане, «се ныне время благоприятно, се ныне день спасения» (2Кор.6:2). В настоящие дни Церковь Христова представляет нам, что производит пост, дабы мы, оставя услаждения от многих яств бывающие, и отвратившись от сластей плоти нашей, избежали грехов от того происходящих, и обратившись к Богу получили вечное спасение. Слышали вы ныне святой пример великого Пророка Моисея; слышали, что он оставил не только царскую трапезу, и все что услаждало и покоило его в Царском дворе, но и сокровища Египетские, и преславное то имя, что назывался сыном дщери Царевой, притом еще истребил в себе и чаяние скипетра, венца и царского престола.

Не был ли и Моисей человек, равно как и мы? Не имел ли и он те же страсти, кои восстают против нас? Не жил ли и он в том же мире, в котором живем и мы? Не метал ли сатана и против него разженные свои стрелы, как и против нас? Како убо он столь был великодушен и мужествен, что презрев толикое телесное услаждение, толикое богатство и славу, восхотел лучше с народом Божиим терпеть бедность и злострадание, а мы столь малодушны и немощны, что ни одной сласти трапезной не хотим презреть, и никак не соглашаемся хотя малое какое иметь изнурение от лишения брашн. Расположение ли доброе произвело в Моисее толикое великодушие? Но расположение всякое происходит от произволения; произволение же всякого человека есть свободно, которое может клониться и к добру, и ко злу. Бог «из начала сотвори человека, и остави его в руце произволения его. Предложил ти», говорит, «огнь и воду, и на неже хощеши простреши руку твою» (Сир.15:14,16). Посему, кто хочет, тот может быть расположен также как и Моисей. Просвещение ли Божие соделало его мужественным и великодушным? Но Бог есть «Свет истинный, Иже просвещает всякаго человека грядущаго в мир» (Ин.1:9). Почему просвещение оное просвещает равно всех человеков, следственно со стороны Божией всякий человек может быть мужественным и великодушным, как и Пророк Моисей. Почему убо он предпочел наслаждению сокровищами Египетскими злострадание, каковое претерпевал оставя Египет, а мы ни лишаться наслаждения брашнами не хотим, ни малого некоего беспокойствия от поста непереносим?

Богодухновенный Павел, который представил сие дело Моисеево во образ и пример презрения человеческих вещей, открыл и то, как Моисей соделался столь мужественным оных вещей презрителем. Моисей внимательно рассматривая грех и бывающее от того услаждение, познал, что услаждение земных благ есть временное, наказание же за грех есть вечное. Почему избрал, говорит, злострадание лучше, нежели услаждение. «Паче изволи страдати с людьми Божиими, нежели имети временную греха сладость» (Евр.11:25). Он предпочел злострадание, поелику уведал, что духовное оного богатство превосходит сокровища Египетские. «Большее богатство вменив Египетских сокровищ поношение Христово» (Евр.11:26). Он обратил мысли свои к вечному воздаянию за таковую добродетель.

«Взираше бо на мздовоздаяние» (Евр.11:26). От сего-то расположился он к избранию добра, от сего произошло в нем Божественное просвещение, от сего соделал он сие великое дело. Мы, окаяннейшие, бегаем поста, и отвращаемся бывающего от него малого некоего утеснения, поелику никогда не помышляем ни о том, колико грешит тот, кто пренебрегает законы поста, ни о том, коликий плод приносит добродетель сия, пост, ни о том, коликое бывает от Бога воздаяние за оный. Доброе убо дело предложить о сем теперь слово. Ибо может быть рассматривание того возбудит нас от спячки, и готовыми соделает к исполнению Божественных велений.

Что есть грех? Грех есть преступление закона. «Грех», говорит наперстный Иоанн, «есть беззаконие» (1Ин.3:4). Кто убо преступает закон, то есть, заповедь Божию, тот творит грех. Первую же из всех других заповедей предал Бог людям заповедь поста. «От древа же», рече Бог к первосозданным, «еже разумети доброе и лукавое, не снесте от него» (Быт.2:17). Слышишь ли? «Не снесте», говорит. А сие, «не снесте», что иное значит, разве поститесь? Показал еще Бог и подтвердил, какую имеет силу заповедь сия, определив на преступников оной страшную казнь. Но для чего, скажешь ты, не написал Бог заповеди сей на скрижалях Закона? Для того, что написал оную на сердце первосозданных. Почему и прешла она ко всем потом людям по взаимному от одного к другому преданию. Отсюда мы видим, что не только Израильтяне, но и язычники постились. Свидетели тому кроме прочих Ниневитяне, которые, чтобы умилостивить

Бога, «заповедаша пост, и облекошася во вретища от велика их даже до мала их» (Ион.3:5). Какой убо ответ имеете вы, кои преступаете заповедь поста? Бог во дни поста заповедает в Божественном Писании, говоря: не снесте, не от древа, но от мяса: вы же ядите мясо бесстрашно. Бог во дни поста устами Церкви повелевает, говоря: не снесте от сего и от сего брашна: вы же дерзаете и простираете руки ваши к запрещенным яствам, наполняете чрево ваше всеми брашнами, коликих ни требует неудержимое ваше желание. Человеки, како не страшитесь страшного определения Вседержителева? А «в онь же аще день», рече Бог, «снесте от него, смертию умрете» (Быт.2:17). Не думаете ли, что заповедь поста была временная, и дана только Адаму и Еве? Ежели так рассуждаете, то заблуждаете. Ибо заповеди Божии суть общие, повсемственные и вечные. «Повеление положи», вопиет Царе-Пророк, «и не мимоидет» (Пс.148:6). «Слово Его не отринется», взывает велегласнейший Исайя (Ис.31:2). Хотя же в тот самый день, в который пренебрегаете пост, не умираете телесною и видимою смертию, но умираете смертию невидимою душевною, как умерли и первые прародители рода человеческого.

Но пост, скажешь ты, иссушает тело, и повреждает силы его: пусть так. Почто же боишься ты иссушения и повреждения телесного? Тело по естеству тленно, и если сегодня не посохнет сколько-нибудь, и не потерпит малое некое повреждение, то заутра иссушится, погубится, и совершенно разрушится смертию. Сохнет конечно тело от поста, но чем более оно увядает, тем более душа процветает, чем более оно изнемогает, тем более душа укрепляется, и чем более оно повреждается, тем более душа оживляется. Уверяет тебя в сем небоявленный Павел, говоря: «но аще и внешний наш человек тлеет, обаче внутренний обновляется по вся дни» (2Кор.4:16). Сухота тела от поста иссушает страсти плотские, погашает пламень злых пожеланий, влагает в душу Божественную любовь, и готовою оную соделывает к творению благих дел. поелику же страсти и похоти плоти возмущают и помрачают ум, расслабляют так же и силы душевные, посему и ум постника есть несмущен и светел, и душа его сильна и способна к восприятию Божественной благодати. Сии-то суть нетленные и спасительные плодоношения поста.

Кто же учил так, что пост повреждает тело? Ложно таковое учение. Напротив истинно то, что многоядение и многопитие повреждают тело, а не пост. Ибо от оных происходят неудобоварения в желудке, худые мокроты, рвоты и головные боли, поносы, полнокровия, воспаления, и другие премногие болезни: а от сих повреждаются не только силы телесные, но и самое тело. Малоядение же и малопитие прогоняет неудобоварение желудка, и уменьшая и истребляя худые мокроты, врачует и укрепляет тело. Утверждают сие врачи, предписывая диету, и назначая малоядение как бальзам, сильный уврачевать всякую немощь. Хочешь ли и пример видеть сего? Виждь святых трех отроков в Вавилоне, и Пророка Даниила (Дан. 1:12). Они постились от всех других яств, ели одни семена, и пили только воду, а другие юноши во дворе Царевом питались многими и многоразличными яствами от трапезы Царевой. По окончании же поста, три отрока и Даниил явились краснейшими и крепчайшими питавшихся царскими брашнами. «Явишася», говорит Священная История, «лица их блага и крепка плотию паче отроков ядущих от трапезы Царевы» (Дан.1:15).

Послушайте еще, что произрек Бог к Евреям о посте. Они постились четырежды во всякое лето, то есть, в четвертом месяце лета, который по нашему есть Июль, поелику считали так, что в оном месяце Моисей, сошедши с горы Синайской, сокрушил скрижали Закона (Исх.32:19; Смот. Иерон. в он. месте): в месяце пятом, который по-нашему есть Август, по причине бывшего в оном возмущения, которое произошло от словес возвратившихся соглядатаев (Чис.13-14?), и что в оном же пятом месяце Навузардане сожег дом Господень (4Цар.25:8-9): в месяце седьмом, который есть Октябрь, по причине смерти Годолии (4Цар.25:25) и рассеяния оставшихся во Иерусалиме, и произведенной Навуходоносором осады Иерусалима: в месяце же десятом, который есть Генварь, поелику в оном Иезекииль, будучи пленен, услышал с находившимся при нем о пленении Иерусалима (Иез.5:14?). А поелику дни поста суть дни сетования и телесного удручения, то Бог послал к ним Пророка Захарию проповедать сие: «сице глаголет Господь Вседержитель: пост четвертый и пост пятый, и пост седмый и пост десятый будут дому Иудову в радость и веселие и в праздники благи» (Зах.8:19). Слышите ли? Бог угождаясь жертвою поста, пременяет сетование оного в радость, и бывающее от оного огорчение в веселие: Бог приемлет жертву поста, как с верою и благоговением приносимые ему в праздничные дни песни и славословия: и поелику то, что исполнялось жившими под законом, прообразованием было Евангельских учреждений, посему явственно отсюда, что четвертый пост предозначением был установленных Церковию Христовою четырех повселетно постов, пятый прообразовал удаление от грехов, посредством пяти чувств производимых, седьмой отвращение от седьми смертных грехов, а десятый устранение от преступления десяти заповедей. Блажен убо тот человек, который в сем разуме содержит четвертый, пятый, седьмый и десятый пост: к нему приходит радость и веселие Господне; он приносит Богу жертву праздничного благохваления.

Возвожу я теперь очи мои к Начальнику спасения, к Спасителю души моей, ко Господу и Владыке моему Иисусу Христу: возведите очи ваши к Нему и Вы со мною. Я вижу, видите и вы со мною Божественные Его добродетели. Он преподал слово истины, то есть, догматы истинного Боговедения и правила совершенства и святейшей нравственности. Дело сие есть добродетель высочайшая всех других добродетелей, по тому следовало быть за небесным Его посольством; ибо для сего послан Он был в мир, и сие было дело Его. Почему и говорил: «Егоже посла Бог, глаголы Божия глаголет» (Ин.3:34). «Аз на сие родихся и на сие приидох в мир, да свидетельствую истину» (Ин.18:37). Насытил Он алчущих, просветил слепых, исправил сляченных, очистил прокаженных, укрепил расслабленных, исцелил страждущих водяною болезнию, остановил кровоточения, дал слух глухим и язык немым, изгнал бесы, исцелил всякую немощь, воскресил мертвых. Чудеса то суть, порождения великих его добродетелей, то есть, милости и Божественного благоутробия Его. Но сии чудеса происходили для засвидетельствования и доказательства Божества Его, для доказательства проповедуемой им веры и святости. Почему и говорил: «аще и Мне не веруете, делом Моим веруйте» (Ин.10:38). Показал Он во время страдания Своего кротость, непорочность, терпение, великодушие, незлобие, сострадание и всякого рода совершенную добродетель: но то потому, что определено было Ему страданиями совершить течение жизни Своей. «Подобаше бо Ему, егоже ради всяческая, приведшу многи сыны в славу, Начальника спасения их страданми совершити» (Евр.2:10). Нужны были таковые добродетели, в посте же никакой не было нужды. Пост ни доказательством был Евангельской проповеди, ни уверением в Божестве Его, ни свидетельством беспредельного Его благоутробия, ни подкреплением в подвиге страданий Его. Чем убо подвигнут будучи, и для какой цели и конца постился Спаситель мира? «Иисус же», пишут святые Евангелисты, «исполнь Духа Свята возвратися от Иордана: и ведяшеся Духом в пустыню» (Лк.4:1). «И тамо постися дний четыредесять и нощий четыредесять» (Мф.4:2). По совершении же поста победил тройственное искушение диавола: «и се», говорят, «Ангели приступиша и служаху Ему» (Мф.4:11). Отсюда мы познаем во-первых, что пост есть произведение и плод Всесвятого Духа; во-вторых, что оным побеждаются искушения сатаны: как и словом то Своим подтвердил Богочеловек, сказав: «сей род не исходит, токмо молитвою и постом»; и в-третьих, что оный низводит с небеси Ангелов ко служению человекам. Для сего убо постился воплотивыйся нас ради Сын Божий, то есть, дабы показать, что Всесвятой Дух движет сердце наше к исполнению поста, и представить, что постники сокрушают стрелы диавола, попирают сети его, и бездейственными делают все его ковы, и дабы показать еще, что постящиеся удостаиваются помощи и заступления святых Ангелов.

Братия моя возлюбленная, «первый человек от земли перстный» не постився (1Кор.15:47), погубил себя и весь род человеческий: второй человек, Господь с небесе, постився спас Себя от навета вражия, и показал путь спасения всем человекам. Кто убо не постится, тот бывает подражателем перстного человека не постившегося, и следственно погибает: а кто постится, тот подражает небесному человеку постившемуся, и следственно спасается. За малую убо сладость, и минутное услаждение не пренебрегайте Божественной и спасительной заповеди поста. Брашна услаждают, но услаждение их начинается от уст, и проходит только до гортани. Пост оскорбляет несколько тело, но польза его начинается от земли и достигает до небеси, и даже до престола Всевышнего Бога. По причине малой некоей тесноты от поста, не изменяйте вечному спасению. «Христос пострада по нас, нам оставль образ, да последуем стопам Его» (1Пет.2:21). Блаженны кои претерпевают злострадание поста: они последуют стопам постившегося за нас Иисуса Христа. Они суть блюстители заповеди Его и наследники вечных благ. Постимся убо, братие, четыредесятодневным постом, подражая Постившемуся за нас четыредесять дней и четыредесять нощей, да сподобимся со дерзновением неосужденно праздновать святую Пасху, и поклониться Ему, воскресшему из мертвых, насладиться же и Божественного Его Царствия, благодатию Его Самого Господа нашего Иисуса Христа, Емуже слава и держава во веки веков. Аминь.

46. В неделю 2-ю Великого поста толкование на Евангелие от Марка (Мк.2:1-12)

Историю о расслабленном, чтенную в нынешнем Евангелии, не токмо Евангелист Марк представляет, но и Матфей и Лука (Мф.9 и Лк.5). Богодухновенный Марк, писавший свое Евангелие после Матфея, упоминает в истории и о других некоторых обстоятельствах, от Матфея не упомянутых, так, как и Богоглаголивый Лука иногда поступал. Так, например, Матфей написал, яко оное чудо сотворил Иисус Христос в Своем граде: но Марк означил и имя града, пиша, яко град сей нарицался «Капернаумом» (Мк.2:1). Матфей кратко описал, яко расслабленного принесли к Иисусу Христу, лежащего на одре (Мф.9:2): но Марк, пространнее описывая сие происшествие, равно и Лука, показывают и то, что творили носившие расслабленного для того, чтобы представить его пред Иисусом Христом (Лк.5:18). Когда паки пришел, пишет священный Марк, Иисус в Капернаум, и услышали, яко Он вшел в некий того града дом, то толикое множество тамо собралось людей слушать небесное Его учение, что за множеством народа, при дверях того дома бывшего, носившие расслабленного не могли приближиться к Иисусу Христу. Почему взошли на кровлю того дома, неся с собою и тот одр, на котором лежал расслабленный: и раскрыв кровлю, ниспустили расслабленного с его одром и поставили пред Спасителем нашим. Из чего ясно видеть можно, что как расслабленный, так и носившие его, великую имели во Иисуса Христа веру. Ибо если бы точно они не надеялись получить исцеления, ни расслабленный бы сего терпеть не согласился, ни носившие его не предпринимали бы толикого труда, чтобы возносить его на кровлю, и оттуда паки ниспускать с тем его одром, на котором он лежал. Чего для и Евангелист написал тако: «видев же Иисус веру их» (Мк.2:5). Сверх сего, Матфей упомянул о том только, что Иисус Христос узнал помышления книжников: «и видев Иисус помышления их» (Мф.9:4). Марк же показал и то, каким образом Господь Иисус видел и уразумел тех помышления: «и абие», пишет, «разумев Иисус Христос Духом Своим, яко тако тии помышляют в себе» (Мк.2:8). Упомянул же о сем Божественный Марк для того, что Иисус Христос не был токмо человек святой и исполненный благодати Божией, но был Сын Божий, истинный Бог и человек. Ибо прорицательную и предусмотрительную благодать имели и Пророки, и многие из святых, предусматривавшие будущее и узнававшие человеческие мысли: но могли видеть не своим духом, но по дару Святого Духа, просвещавшего разум их. Иисус же Христос не по благодати Духа, но самым Святым Духом в Нем и с Ним сущим, «яко в Том живет всяко исполнение Божества телесне» (Кол.2:9), и есть Сын и Слово Божие, неразлучен от Отца и Святого Духа. Чего для ведал помышления книжников не по благодати и действию Всесвятого Духа, но Самым Святым Духом, неотдельным и неразлучным от единого Божества.

Но прочее, что священный Марк упоминает в истории о расслабленном, поелику во всем есть сходно с святым Матфеем, что уже истолковано нами в шестом недельном Евангелии, бывшем от Матфея: сего для оставляем то, да побеседуем о той истине, изъясненной при исцелении расслабленного, которая была от Матфея не упомянута, Маркм же изображена ради проистекающей от сея пользы.

О том, что Бог тогда нам помогает, когда мы столько стараемся, сколько можем

Богочеловек Иисус, будучи всевидящим, видит не токмо вся явная и тайная деяния, но и сокровенные сердечные помышления. Если узнал Он помышления книжников, кольми паче знал то, что предпринимали приносившие к Нему расслабленного. Они, неся одр, на котором тот лежал, приходили к дверям того дома, в котором Иисус проповедывал; не могши же, ради народного множества, ни в ту, ни в другую дверь войти в тот дом и представить расслабленного пред Господем Иисусом, взошли на кровлю дома: «и не обретше», пишет Богоглаголивый Лука, «куде внести его народа ради, взлезше на храм, сквозе скуделы низвесиша его со одром на среду пред Иисуса» (Лк.5:19). Откуда явствует, что нужны им были и лествицы, и веревки, и носилки; не можно также было не быть и звуку и прочему, служащему для взнесения на кровлю того одра, на котором лежал расслабленный. Кто же усомнится, чтобы Иисус, видяй и разумеяй все сокровенные человеческие помышления, всего сего не видел и не слышал? Но однако ничего о сем не говорил. Взошли напоследок те на кровлю, раскрыли сию и ниспустили одр; а следовательно был вящий звук и вящий шум, как обыкновенно случается тогда, когда люди какую тяжесть с высоты ниспускают. Иисус Христос, без сомнения, все сие видел и слышал, но однако молчал: тогда же только отверз Свои уста и начал говорить, когда узрел расслабленного на своем одре, лежащего пред Собою. Тогда только сказал: «чадо, отпущаются ти греси твои!» и потом: «тебе глаголю, востани, возми одр твой, и иди в дом твой» (Мф.9:2, 6). Но ужели Он, вся ведый и вся могий, не мог тогда же сих слов сказать, когда видел носивших расслабленного, пришедших к двери сего дома и силившихся взойти в оный, но народа ради не возмогших? Он не токмо предприятия носивших расслабленного видел, но знал как их, так и расслабленного веру. Для чего же во-первых попускал как расслабленному толикое терпеть мучение, так и носившим его толикие труды, а потом уже явил милость и сотворил толико преславное чудо?

Догмат сей, возлюбленные христиане, есть догмат святой, как по душе, так и по телу великую нам доставляющей пользу. Сим Богочеловек научает нас, что тогда Он исполняет прошения наши и помогает в наших нуждах, когда сколько можем, столько о том и стараемся. Пример расслабленного довольно обнаружил, что Бог во-первых хотел видеть того посильные старания, потом уже и Сам даровал ему отпущение грехов и телесное здравие. Если же рассмотришь Божественные Писания, еще вящие обрящешь примеры, сию истину подтверждающие. Из сих однако один пример столько явственно объясняет сие предложение, что всякое отъемлет сомнение и совершенно убеждает умственное понятие каждого.

Павел Апостол, когда был Фистом игемоном предан под стражу Иулию сотнику, да с ним отъидет из Кесарии в Рим и явится на суд пред Кесаря, то столь противные и сильные ветры восстали на море, и толикая поднялась бурная и страшная погода, что все, плывшие купно с Павлом, отчаиваясь, несколько дней пребывали в посте. Павел же, став посреде их, утешал их и обнадеживал: будьте добродушными, говорил, и не скорбите; ни один из вас не погрязнет, все вы спасены будете, но только один погибнет корабль: «и се ныне молю вы благодушствовати: погибель бо ни единой души от вас будет, разве корабля» (Деян.27:22). Подтверждает же сие сим, говоря: Ангел Божий, егоже аз есмь раб и слуга, предстал мне в сию ночь, и сказал: Павле, не бойся! ты предстать должен пред Кесаря, и Бог даровал тебе всех плавающих с тобою: «предста бо ми в сию нощь Ангел Бога, егоже аз есмь, Емуже и служу, глаголя: не бойся Павле, Кесарю ти подобает предстати: и се дарова тебе Бог вся плавающия с тобою» (Деян.27:23-24). Сегодня, продолжал, будьте благонадежны, поколику я верую Богу, что все то исполнится, о чем Он меня известил: должно же нам пристать в некий остров: «темже дерзайте мужие, верую бо Богови, яко тако будет, имже образом ми речено бысть. Во остров же некий подобает нам пристати» (Деян.27:25-26). Когда же корабельщики, спустя несколько дней, узрев землю и желая спасти себя от бедствия, ввергнули ладию в море, да вышед в оную, отъидут от корабля: то Павел, видя сие, не обинуясь тогда же сказал сотнику с воинами: если корабельщики не останутся на корабле, вы не можете спастись. «Рече Павел сотнику: аще не сии пребудут в корабли, вы спастися не можете» (Деян.27:31). Вот колико чудное было происшествие! Бог хотя сказал Павлу, что Он даровал ему всех с ним плавающих, и обнадежил, что никто из сущих с ним не погибнет, и Павел поверил Божиим словам: «верую бо”, сказал, «Богу, яко тако будет, имже образом речено ми бысть» (Деян.27:25), не токмо же сам поверил словесем Божиим, но и всем сущим в корабли благовестил оные: «бе же в корабли всех душ двесте седмьдесят и шесть» (Деян.27:37): однако спасение сих людей основывает не на одних токмо Господних словах, но и на служении и вспоможении корабельщиков. Если, говорит, не будет помощи корабельщиков, если сии отбежат, вы не спасетесь: «аще не сии пребудут в корабли, вы спастися не можете». Ужели убо всемогущий Бог, да спасет сущих в том корабли, имел нужду в помощи тридцати или сорока корабельщиков? Несвойственно и неприлично сие Богу. Бог, братие, не другое что показал нам чрез сие, как только то, что изъявил при исцелении расслабленного: то есть то, что когда мы сами, сколько можем, о получении чего-либо стараемся, тогда и Он подает нам всесильную Свою руку помощи, и нас спасает.

Но почему же Бог не токмо ради телесного вспоможения, но и ради душевного человеков спасения требует их дел? Какая нужда есть в руке маломощных, или что составляют тысячи корабельщиков, в рассуждении беспредельного Божеского могущества? Какое отношение имеет малое бедствие расслабленного и временный труд носивших его, с благодатию отпущения грехов и телесного его исцеления? Какую имеют важность, или чего стоят дела наши? Человеческие обязанности пред Богом суть безмерные и исполнению не подлежащие.

Бог есть Творец наш; се есть первый долг, долг, то есть, любви: если Он нас сотворил, то и обязаны мы Его любить от всея души и сердца, и крепости и помышления. Бог есть Царь и Владыка всех человеков, и всей видимой и невидимой твари: се второй долг, — долг повиновения, каковым обязан каждый из подчиненных своему царю, и каждый раб своему владыке. Бог есть Отец наш: се третья обязанность — то есть, обязанность почитания, которым должен всякий сын своему отцу. Бог есть Судия, хотяй судити всем нашим деяниям: се четвертая обязанность, — обязанность страха, каковой имеет каждый судимый пред своим судиею! Бог есть благотворитель, и солнце, нас освещающее, и воздух, дыхание подающий и вода, нас напоявающая, и земля, на себе носящая, здравие, жизнь, пища и все, что только имеем, есть Божие, Бог вся даровал человекам: се пятый наш долг — долг благодарности, каковою обязан облагодетельствованный своему благодетелю! Бог есть Спаситель наш: «Он тако возлюбил мир, яко Сына Своего единороднаго дал есть» нам, «да всяк веруяй в Онь не погибнет, но имать живот вечный» (Ин.3:16). Он ради нас человеков Сам был человек, ради нашего спасения претерпел мучительное страдание, пропятие на кресте, горестную смерть. Он «от сложения мира» (Мф.25:34) уготовал нам Царствие, каковая слава есть немерцающая, радость бесконечная, свет невечерний, блага неизглаголанные, пребывание вечное. Се последняя обязанность наша, без сравнения все вышесказанные обязательства превосходящая, — обязанность, каковую никогда человек исполнить не может, хотя бы жил в бесконечные веки, хотя бы все исполнил умственные и деятельные добродетели! Что доказывает справедливость сего сказанного Господем нашим Иисус-Христом: «егда сотворите вся повеленная вам, глаголите, яко раби неключими есмы: яко еже должни быхом сотворити, сотворихом». Сколько бы я ни сотворил добра, хотя бы все исполнил Божеские заповедания, раб есмь неключимый и непотребный, и ничего стоющий. Я, по делам моим, никакой не достоин Божеской благодати. Ужели владыка обязан благодарности тому рабу, который сотворит все Его повеления? «Еда имать хвалу рабу тому, яко сотвори повеленная ему?» (Лк.17:9-10)

Дела человеческие ни мало не суть довольны. Ни едина человеческая добродетель не заключает должного совершенства, но всегда есть несовершенна: несовершенна или потому, что мы до конца не стоим в оной, ибо ныне живем воздержно, а заутра падаем в грех невоздержания, ныне пребываем кроткими, а заутра воспаленными гневом, ныне милосердствуем, а заутра неправдствуем; или потому, что мы творим оную не без всякой примеси греха: и пощусь, и осуждаю брата моего; и молюсь, и мысль имею исполненную гнусными помышлениями; и творю милостыни, и желаю чрез сие прославиться пред человеки. Праведно убо Пророк Исаия предсказал: «яко же порт нечистый вся правда наша» (Ис.64:6).

Мы, преуспевая в добрых делах, весьма мало или почти ничего не должны относить к нам самим. Мы ни единого доброго дела не можем сотворить без Божеского содействия и помощи: «без Мене”, сказал Господь, «не можете творити ничесоже» (Ин.15:5). Бог и хотение наше исполняет ревностию, и наклонности управляет к творению добрых дел, и подает нам и силу, и мужество, и терпение и все нужное для преуспеяния в добродетели. Мы в творении доброго дела не имеем другого какого-либо участия, кроме единой наклонности расположения к доброму, и благого сердца, освящаемого Божескою благодатию: «Бог же есть действуяй в нас», говорит Божественный Апостол, «и еже хотети, и еже деяти» (Флп.2:13).

Если разберешь все те добродетели, каковые учинили Пророки, Апостолы, мученики, исповедники, иерархи, пустынножители и все от века святые и все рабы Божии, до скончания мира имеющие подвизаться в добродетели, разберешь же притом так, яко каждая из тех добродетелей есть пресовершенная: то все таковые добродетели в рассуждении Царствия, уготованного праведным, суть яко ничто, суть яко едина капля воды пред целым морем и реками, и озерами, и пред всею сущею на земли водою, да еще несравненно и более; или как едина маленькая песчинка пред всем песком, брением и земною пылию, и еще несравненно более, потому что каковые и сколько бы ни было трудов при творении добродетелей, все были временные, и получили конец, но награждение за оные, то есть, будущая Божия слава, есть вечная и никогда конца не имущая. Праведно убо небесножитель Павел написал: «непщую бо, яко недостойны страсти нынешняго времене к хотящей славе явитися в нас» (Рим.8:18).

Если дела наши и по долгу нашему пред Богом, и по своему недовольству, и по малому нашему участию в творении оных, и по недостоинству их относительно к будущей славе, суть весьма несовершенны: то для чего же Бог сих от нас требует, благотворя нам как в сей временной жизни, так и в будущей обещая нам вечное спасение? Для чего показал нам, что Он каждому воздаст по делом его, — «Иже воздаст коемуждо по делом его»? (Рим.2:6) Почему за таковые несовершенные и малые дела толикую предуготовил честь, толикую отличность и толь безмерное воздаяние? Ибо Бог как есть праведен, так и милосерд. Он, яко праведный, требует от нас того, что мы можем сотворить: а яко милосердый, хотя бы заслуга наша была малая и ничего нестоющая, однако приемлет оную, яко великую и важную, и почитает сию за достойную беспредельных Его благодеяний и воздаяния. Яко милосердый, не взирает ни на славу, ни на важность дел наших; а яко праведный, требует того, без чего ни благотворит, ни спасает.

Тако Богочеловек оказал благодеяние Хананейской жене, говоря: «буди тебе, якоже хощеши» (Мф.15:28). Исцелела дочь ее, но потому, что она во-первых созади взывала Иисусу Христу: «помилуй мя Господи, Сыне Давидов» (Мф.15:22); потом, пришед пред Него и поклонився Ему, велегласно вопияла: «Господи, помози ми»! (Мф.15:23) Напоследок была уподоблена псам, и сие поношение с радостию претерпела. Словом прежде сотворила то, что могла сотворить; потом и получила желаемое. Тако даровал свет от рождения своего бывшему слепому; но прежде исцеления испытал его веру и повиновение. Ибо коль скоро тот услышал сие: «иди, умыйся в Силоамстей купели» (Ин.9:7), немедленно пошел, хотя был слеп, и пришед, умылся. Тако очистил десять прокаженных, но потому, что они во-первых велегласно взывали: «Иисусе наставниче, помилуй ны» (Лк.17:13); потом, показав веру и свое повиновение, пошли к священникам для очищения прокаженных своих членов. Тако воскресил Лазаря из мертвых; но прежде Марфа признала Его Сыном Божиим, потом Мария омыла слезами нозе Его, напоследок друзья Лазаревы отвалили камень от его гроба (Ин.11:41). Тако даровал разбойнику райское блаженство; но смотри, как и сей прежде то делал, что только было ему возможно. Он, на кресте вися, ни одного члена не имел освобожденного, кроме языка. Посему, во-первых, уговаривал нечестивого разбойника: «ни ли ты боишися Бога, яко в томже осужден еси?» (Лк.23:40) потом признал ради грехов себя достойным смерти: «и мы убо в правду достойная по делом наю восприемлева: Сей же ни единаго зла сотвори» (Лк.23:41); напоследок велегласно возвал: «помяни мя Господи, егда приидеши во Царствии си»! (Лк.23:42) Прежде, говорю, сотворил все сие, потом получил и райское блаженство.

Истинно хощет Бог всем спастись человеком, но хощет с тем, чтобы, во-первых, удовлетворить Своему правосудию, потом излить неисчерпаемый источник Своего милосердия. Если же мы не удовлетворим прежде милосердию Его, не токмо не милует нас, но и наказует вечною казнию.

Пришедшего на брак без брачной одежды обличил, и связанного ввергнул «во тьму кромешную» (Мф.22:13), за то единственно, что не украсил себя так, как должно. Пять дев пришли на браки, но обрели затворенными царские двери, толцали, молили: «Господи, Господи!» говорили, «отверзи нам»; но Жених их не отверз им дверей, но сказал: «не вем вас» (Мф.25:11), — понеже бдели, но не имели елея в своих светильниках. Приходит раб, получивши един талант, к господину своему: «Господи», говорит: «се талант твой, имаши твое» (Мф.25:25). Но Господь его, поелику он, по нерадению, не приумножил данного ему таланта, во- первых, обличил его: «лукавый рабе», сказал, «и ленивый» (Мф.25:26); потом, яко раба неключимого, ввергнул его туда, где «плачь и скрежет зубом» (Мф.25:30). Являются пред престолом Божия славы милостивые и немилостивые, и Он милостивых за их милостыню поставляет одесную, взывая пред лицем всея вселенной, яко милуя убогих, Его миловали; называет их благословенными Отца Своего, отверзает двери царствия и вводит их тамо: «приидите», говорит им, «благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира» (Мф.25:34); а немилостивых, за их жестокосердие, поставляет ошуюю, обличает их яко немиловавших Его, называет их проклятыми, и отсылает «во огнь вечный уготованный диаволу и аггелом его» (Мф.25:41).

И так, возлюбленная моя братия, не мыслим о невозможном и богопротивном; мы ищем токмо милосердия Божия, но сие есть невозможно, ибо Он по существу Своему сколько есть милостив, столько и правосуден: безмерное есть милосердие, безмерное и правосудие Его. Послушай Пророка Его, как он не отлучает милосердие от правосудия, но воспевая милости Его, спрославляет купно и Его правосудие: «милость», говорит, «и суд воспою Тебе, Господи; пою и разумею в пути непорочне» (Пс.100:1-2). Мы ласкаемся, что, когда находимся в нуждах, говоря только сие: Господи помилуй! или другую какую-либо бесплодную молитву, от Бога, по беспредельной Его милости, не медля услышано будет прошение наше, и освободит нас от скорбных обстоятельств, а нимало не рассуждаем, что Бог, будучи правосудным, требует того, чтобы мы для получения желаемого все то творили, что токмо нам есть возможно. Сего- то ради часто случается и то, что мы просим и не получаем, молим и не услышимы бываем.

Будучи больным, все упование о выздоровлении возложи на Бога, и проси Его со всяким благоговением и смиренномудрием, но не оставляй также и того, что тебе сотворить можно: призови врача, храни диету, принимай лекарства, не отвергай врачевства. Бог есть и болезни твоей врач, и здравия твоего податель; но тогда только подает тебе и здравие и жизнь, когда не отвергаешь нужного для исцеления. Тако поступил царь Езекия. Он надеялся получить от Бога исцеление от своей смертоносной болезни и просил от Него с великими и теплыми слезами как жизни, так и здравия; однако не отказался стереть и смоквий, и приложить из них сделанный пластырь на свою язву, по совету пророка Исаии, говорившего ему: «возми от смоквий, и сотри, и приложи пластырь на язву, и здрав будеши» (Ис.38:21). Видиши ли, како праведный Бог хощет, чтобы мы, находясь в болезнях, не презирали сотворенные Им врачевства?

Находясь в бедности и недостатке, ищи от Бога утешения в твоем убожестве: однако не заграждай и рук твоих, не будь праздным и неподвижным, ожидая небесной помощи, но занимайся рукоделием, заслуживай, твори все, что только можешь, и тогда Бог отверзет тебе двери Своей помощи и отдалит твою бедность. Две жены, свекровь и невестка Ноемминь и Руфь были очень бедны и недостаточны и чаяли от Бога получить утешение в своей нужде; однако не пребывали в праздности и нерадении, но Руфь говорила своей свекрови: «да иду убо на ниву, и соберу класы вследствующи, идеже аще обрящу благодать пред очима его» (Руф.2:2). А Ноемминь сие с радостию приняла, говоря: «иди, дщи». Руфь и пошла на ниву Воозову и, вследствующи жателям «от утра и до вечера» (Руф.2:7), собирала те класы, которые по нерадению жатели опускали. И тогда Бог излил милость Свою на нее: тогда не только освободил от бедности сию и ее свекровь, но и удостоил еще ее быть супругою Вооза и Давидовою праматерию.

Но по сему учению, скажешь, если мы ничего творить не можем, Бог не услышит уже нас. Нет, так судить несправедливо! Ибо Бог, будучи праведен, не требует невозможного, но возможного. Если мы истинно ничего не можем сотворить, правосудие и благоутробие Божие и тогда не оставляют нас; и тогда Бог праведно разверзает утробу милосердия Своего, и подает нам Божественную Свою помощь. Товит, будучи богат, обнищал и лишился зрения; но жена его Анна, хотя убогая же была, однако в добром здравии находящаяся. Товита, яко ослепшего и ничего творить не могшего, кормил Ахиахар, Богом наставленный: а Анну препитал Бог чрез ее рукоделие, чрез прядение волны в домах женских. «Ахиахар же», сам Товит свидетельствует, «питаше мя, дондеже отъидох во Елимаиду. А жена моя Анна волну прядяше в домех женских, и посылаше господиям: даяху же ей и они мзду, придавше и козля» (Тов.2:10-12).

Хощеши ли отстать от греха того, которого ты был пленником от юности твоей? Верь от всея души и сердца твоего, яко без помощи Божией и могущественной Его благодати не можешь разрешиться от греховной оковы. Однако не будь сам праздным и нимало о сем непекущимся, ожидая свыше освобождения себе: но вооружись постом, бдением, молись на всякий час, терпи, паче же всего удаляйся греховного случая: и тогда правосудие и милость Божия освободят душу твою от плена диавольского, и восхитят тебя от уст адовых. Хощеши ли спасения души твоей? Ожидай сего от Бога; верь беспрекословно, яко Он есть Спас душ наших, Он един силен спасти нас; однако да не будет хотение твое бесплодным и неключимым, но деятельным и плодотворным. Любовь, смирение, кротость, правосудие, воздержание, целомудрие, правда, хранение всех Божиих заповеданий — се суть дела, которыми если хотение твое будет преизбыточествовать, правосудие Божие и милосердие отверзет тогда тебе врата небесного царствия, да вшед, причастником будеши вечной славы и блаженства, во Христе Иисусе Господе нашем. Ему слава, и правосудие, и милость во веки веков. Аминь.

46.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Евреям, читаемый во вторую неделю Великого поста (Евр.1:10-2:3)

Поелику Евреи чтили словеса святых Пророков, веруя, что словеса то суть Божии, и поучались оным всегда, посему Богоглаголивый Павел в послании к ним собрав Пророческие речения, из оных составил доказательство на Апостольские свои слова. Толико же сильно Пророческими речениями доказывает, что Иисус Христос есть Сын Божий, Бог истинный, нетленный и неизменяемый и Создатель всея твари, с толикою при том небесною мудростию относит ко Христу Пророчества о человечестве Его, что отъемлет всякое сомнение, и удостоверяет всякую душу верующую словесам Пророческим, что Христос есть оный самый, о котором Божественные Пророки предвидя то пророчествовали: но и нравственное свое учение преблаженный основал на примерах Божественного Писания. Ибо не внимающих и нерадящих о спасении своем устрашает преступившими повеления Закона, и от Бога наказанными, показуя, что и сих неизбежимая ожидает казнь. Излагается в чтенных ныне Апостольских его словесах от Писаний доказательство сошедшихся во Христе двух естеств, Божеского то есть и человеческого. В них содержится — учение веры высокое и спасительное, также и побуждение к добродетельному житию умилительное и дивное. Сосуд подлинно суть словеса сии содержащий в себе миро небесное, только сосуд запечатленный неудобством писмени. Я печати его потщусь открыть толкованием, вы же вниманием приближитесь к оному, да обонявши благоухание его исполнитесь Божественной благодати, путеводительствующей вас к вечному спасению.

Евр.1:10. В начале Ты, Господи, землю основал еси, и дела руку Твоею суть небеса.

Во сто первом псалме Давидовом читаем мы: «Ты воскрес ущедриши Сиона» (Пс.101:14): и, «созиждет Господь Сиона во славе Своей» (Пс.101:17). и другие о Христе пророчества. Удостоверил же нас Богодухновенный Павел, что Давид говорил о Иисусе Христе во псалме сем, поелику из оного взял предлежащие словеса, чтобы доказать Божество Иисуса Христа. А пред сими словами к доказательству преестественных преимуществ человеческого естества Христова, из другого Давидова псалма положил сие: «Престол Твой, Боже, в век века: жезл правости жезл Царствия Твоего. Возлюбил еси правду, и возненавидел еси беззаконие: сего ради помаза Тя, Боже, Бог Твой елеем радости» (Пс.44:7- 8). Посмотри же, как соединяет он сии слова с предлежащими, чтобы показать, что Иисус Христос есть Создатель твари и Бог истинный. И, Ты в начале Господи: не только, говорит, предреченные слова произрек Давид о Христе, но сии: «в начале Ты Господи, землю основал еси, и дела руку Твоею суть небеса». Оными убо словами, во-первых, Пророк предрекши то, а во-вторых, Апостол уразумевши то, показали, что Христос есть Творец неба и земли, и следовательно Бог истинный. поелику Бог в начале сотворил небо и землю. «В начале сотвори Бог небо и землю» (Быт.1:1). Но почему Моисей сказал «небо» в единственном числе: а Давид говорит, «небеса», во множественном числе? Потому что свойство таково, говорят некоторые, Еврейского языка, что говорится на оном, небо, и небеса — во множественном числе. А может быть «небеса» сказал, разумея под сим атмосферу и воздух, объемлющие и окружающие всю землю. Под делами же рук разумел зиждительные силы Божеские, дабы тем разительнее изъявить, что небеса суть дело Божие.

Евр.1:11-12. Та погибнут, Ты же пребываеши: и вся яко риза обетшают: И яко одежду свиеши их, и изменятся: Ты же тойжде еси, и лета Твоя не оскудеют.

О небе Исаия говорит: «и свиется небо аки свиток» (Ис.34:4). Об оном же небе и о всех прочих тварях Петр поучает так: «Приидет же день Господень яко тать в нощи, в оньже небеса убо с шумом мимо идут, стихии же сжигаемы разорятся, земля же и яже на ней дела сгорят. Нова же небесе и новы земли по обетованию Его чаем, в нихже правда живет» (2Пет.3:10,13). Подтверждает сие и Павел, говоря: «суете тварь повинуся не волею, но за повинувшаго ю, на уповании, яко и сама тварь свободится от работы истления в свободу славы чад Божиих» (Рим.8:20. 21). Отсюда явствует, что сие, «та погибнут», не значит, что небеса в день пришествия Господня уничтожатся, и обратятся в не сущее по существу и бытию своему, но только по свойствам своим, подлежащим тлению, пред оным днем и небеса и вся тварь потерпят премены и изменения, и подлежать будут тлению, по дни же оном будут непременяемы и свободны от рабства тления, то есть, будут нетленны во славу чад Божиих унетленившихся. Заметь же мудрость и Пророка, и Апостола. Сказав они сие, «та погибнут», дабы не подумал кто, что небеса тогда придут в совершенное уничтожение, присовокупили к тому сии истолковательные слова: «и вся яко риза обетшают: и яко одежду свиеши их, и изменятся». Как бы так говорили они чрез сие: погибнут, значит, что как ветхое нечто изменяется, то есть, пременятся от тления в нетление. Так убо говорит Пророк и с ним Апостол: Господи Иисусе, и самые небеса пременят свойства свои, Ты же пребудеши непременен, все они обветшают как обветшевает риза: Ты свиешь их, как свивается одежда; и они изменятся, из тленных соделавшись нетленными: Ты же будеши навсегда, и лета бытия Твоего никогда не прекратятся, поелику они вечны и бесконечны. Сими же Пророческими словами показав Апостол Богочеловека Иисуса нетленным, неизменяемым, непременяемым и вечным, преходит потом и другому доказательству, говоря:

Евр.1:13. Кому же от Ангел рече когда: седи одесную Мене, Дондеже положу враги Твоя подножие ног Твоих?

Бог будучи Дух бестелесен, невеществен, неразделяем, неизобразуем, неописуем, везде сый и вся исполняяй, не имеет ни десные ни шуие руки, ни седит, ни востает, и не имеет ни ног, ни подножия ног. Человечески же говорил так Давид, и от него Павел, дабы от того, что в нас есть, уразумели мы сколько-нибудь и то, что свыше нас. И убо «седи» — означает твердое, постоянное и непоколебимое пребывание во Царствии и славе: а «одесную Мене», равночестие Сына и совершенное сообщение и соучаствование во всем, что имеет Отец: а «дондеже положу враги Твоя подножие ног» — всеконечную и всецелую победу над врагами. Заметь же, что сие «дондеже» — значит не только дотоле, но и потом во век века, как явствует то из сего: «не возвратися (вран), Дондеже изсяче вода от земли» (Быт.8:7): и из сего, «Аз есмь, и Дондеже состареетеся, Аз есмь» (Ис.46:4). Ибо никогда вран не возвратился в ковчег, и Бог не до состарения только Иудеев существовал, но существует в беспредельные веки веков, яко бессмертный и бесконечный. А враги, державно побежденные от Господа Иисуса, суть смерть, начала, власти, и силы тьмы (1Кор.15:24-25). Но почему Апостол предлагает словеса Давидовы, прелагая их в вопрос? Были некоторые из Евреев, как видно, кои толковали сие, «рече Господь Господеви моему, седи одесную Мене» (Пс.109:1). — говоря так, что Бог рек к некоему из Ангелов, «седи одесную Мене». Почему Павел вопрошает таковых толкователей, кто есть сей Ангел, к коему Господь рекши, «седи одесную Мене», поставил его равночестным себе и равносильным? Давид не говорит, рече Господь Ангелу моему, но «рече Господь Господеви моему»: Ангел же не есть Господь, но раб и служитель Божий: что доказывает словами того же Давида, говоря:

Евр.1:14. Не вси ли суть служебнии дуси, в служение посылаеми за хотящих наследовати спасение?

Пророк Давид первый учил, что Ангелы суть духи и служители Божии. Он произрек: «творяй Ангелы Своя духи, и слуги Своя пламень огненный» (Пс.103:4). Сими убо словами доказывает Апостол, что Ангелы суть духи, то есть, существа бестелесные и невещественные, и слуги и рабы Божии, посылаемые на служение по Божественному Его изволению для просвещения и помощи тем людям, кои по вере и добродетели своей имеют быть наследниками вечного спасения. Видим же мы служение Ангелов, на которое они посылаемы были, и в Ветхом Завете и в Новом: в Ветхом видим, что Ангел научил Агарь возвратиться к госпоже своей (Быт.16:9): Ангелы предвозвестили Аврааму рождение Исаака (Быт.18:10): Ангелы объявили Лоту определение Божие о Содоме, и сохранили как его, так и жену, и дщерей его от пожара, взявши их за руки, и вон из града изведши (Быт.19:16). Ангел избавил Иакова от всех приключившихся ему зол (Быт.48:16). Ангел был ходяй пред полком сынов Израилевых (Исх.14:19), и во многих других местах Ветхого Завета видеть можно Ангелов, исполняющих веления Божии и помогающих праведным людям. В Новом же Завете видим мы, что Ангелы благовествовали зачатие Предтечи и рождество Приснодевы, они путеводительствовали Иосифа и пастырей, воспевали при рождестве Иисуса Христа сие, «слава в вышних Богу, и на земли мир, в человецех благоволение» (Лк.2:14): они служили Ему по совершении Им поста (Мф.4:11), возвестили Мироносицам воскресение Христово, и проповедали во время вознесения Его второе пришествие: извели Апостолов из темницы, отрешили узы с рук Петровых, восхитили Филиппа, научили Корнилия, и другие многие таковые служения и благодеяния Ангелов читаем мы в Божественном Писании. Сим убо доказав Божественный Апостол, что Давид не об Ангелах, но о человеческом естестве Иисус Христове говорит, «рече Господь Господеви моему, седи одесную Мене» (Пс.109:1), обращает слово заключительно к увещанию и наставлению, поучая так:

Евр.2:1. Сего ради подобает нам лишше внимати слышанным, да не когда отпадем.

Сие, «лишше», значит сравнение. Что убо есть сравниваемое? И к кому относит он то, «лишше»? Сказал прежде: «многочастне и многообразне древле Бог глаголавый Отцем во Пророцех» (Евр.1:1). Вот одна часть из сравниваемых, то есть, Пророки: «в последок дний сих глагола нам в Сыне» (Евр.1:2): вот и другая часть из сравниваемых, Сын, то есть, Божий. Сего ради подобает нам, говорит, с большим тщанием внимать тому, что слышали мы от Сына Божия, «да не когда отпадем», да не когда, не внимая тому более, отпадем и погибнем. Но поелику Той же Бог говорил и в Пророках, и в Сыне Своем, то почему нужно иметь большее внимание к словесам Сына, нежели к словесам Пророков? Потому что Пророки были рабы, а Сын есть Владыка. Потому что Пророки говорили прообразовательно и сенновидно: «сень бо имел закон грядущих благ, а не самый образ вещей: Сын же говорил ясно истину вещей» (Евр.10:1). Потому что закон «никогда же может приступающих совершити» (Евр.10:1). Евангельская же проповедь дала совершенство закону и проповеданиям Пророков. Посему сказал Богочеловек: «не мните, яко приидох разорити закон, или Пророки: не приидох разорити, но исполнити»      (Мф.5:17). Потому что проповедь Пророков есть детоводителем только ко Христу, а то, чему учил Иисус Христос, дарует нам спасение. Откуда явствует, что, чему учил Сам Владыка, и что явственно Он заповедал, что и пресовершенно и спасительно, сие требует большего внимания, нежели что рабами гадательно проповедано, и есть несовершенно и только предуготовительно к истине. А таковое Апостольское завещание весьма приличествовало уверовавшим тогда во Христа и Еврействующим, кои предписания Закона почитали за равное с Евангельским законоположением. По завещании же сем полагает Апостол следующее из того заключение, говоря так:

Евр.2:2-3. Аще бо глаголанное Ангелы слово бысть известно, и всяко преступление и ослушание праведное прият мздовоздаяние: како мы убежим, о толицем нерадивше спасении?

Ежели имя Ангелов брать в смысле том, что значит речение сие, то слово, Ангелами глаголанное, есть слово Пророков. поелику святые Пророки были Ангелы, то есть, провозвестники и проповедники Божиих повелений. Почему и Пророк Креститель Иоанн назван Ангелом, то есть, провозвестником и проповедником пришествия Иисус Христова (Мал.3:1). По сему значению в смысле будет не только достоверность, но и связь с предыдущими словами. Ежели же под именем Ангелов разуметь оные Ангельские служебные духи, то глаголанное Ангелами слово означает или закон, данный от Бога на Синае при служении Ангелов (Смот. Злат. Феодорит. Икум и Феоф. в он месте), как доказывает то Первомученик Стефан, сказав: «иже приясте закон устроением Ангельским» (Деян.7:53): и Павел, написав: «Что убо закон? Преступлений ради приложися, Дондеже приидет Семя, Емуже обетовася, вчинен Ангелы, рукою ходатая» (Гал.3:19), ходатаем назвав Моисея: или означает повеления Божии чрез Ангелов, в различные времена объявленные людям (Смот. Феодорит. в 3 гл. посл. к Галат.). Почему не сказал, глаголанный закон, но — глаголанное слово. Но «Ангелы глаголанное слово» — означает ли слово Пророками или Ангелами глаголанное, или означает оный на Синае данный закон, точию таковое слово «бысть известно», то есть подтверждено и доказано событием вещей. Всякое притом преступление закона, и всякое преслушание Божиего повеления прияло праведное мздовоздаяние, то есть, праведную казнь. Посмотри же, сколь сильно доказывает Павел, что не повинующихся Евангельскому законоположению и преступающих оное ожидает неизбежное осуждение. Если, говорит, слово глаголанное Ангелами, подтверждено событием вещей, и все преступники наказаны, то как мы можем избежать наказания, если будем нерадеть о толико спасительном слове Иисуса Христа, которое есть слово Евангелия? В следующем же потом изречении показывает, каким образом спасительное сие слово твердо соделалось.

Евр.2:3. Еже зачало приемше глаголатися от Господа, слышавшими в нас известися.

Поелику спасительное слово Евангелия наименовал спасением, сказав, «о толицем спасении», посему следуя правилам сочинения слов, говорит: «еже зачало приемше глаголатися от Господа»: оное, говорит, Евангельское спасения слово первый начал провозглашать и проповедывать Господь Иисус, а мы твердо удостоверились в том от слышавших оное из уст его. Потом прилагает и сие: свидетельствует еще Бог истину слова сего знамениями и чудесами преславными, и различными силами, и дарованиями Святого Духа, разделяемыми по воле Его. «Сосвидетельствующу Богу знаменми же и чудесы, и различными силами, и Духа Святаго разделении, по своей Ему воли» (Евр.2:4). Но как Павел к Галатам писал: «ни бо аз от человека приях е», то есть Евангелие, «ниже научихся, но явлением Иисус Христовым» (Гал.1:12): ко Евреем же проповедовал, говоря: «слышавшими в нас известися»? В разсуждении сего заметь во-первых, что к Галатам говорит, «аз», ко Евреем же, «в нас», заключая под сим себя и уверовавших Евреев, кои научились Христианской вере и удостоверились в оной от других Апостолов, слышавших Евангельское слово из уст Самого Иисуса Христа, дабы таким образом более усилить достоверность. А во-вторых заметь, что хотя Павел из откровения Иисус Христова научился догматам и правилам Христианской Веры, и не имел нужды слышать оные от человеков, однако нет никакого в том сомнения, что Апостолы бывши самовидцы Слова, Анания, крестивший его — Павла (Деян.9:18), Варнава, представивший его пред лице Апостолов (Деян.9:27), Петр, коего приходил он во Иерусалиме соглядать, и пребыл «у него дний пятьнадесять» (Гал.1:18), Иаков, коего он видел, Кифа и Иоанн, почитаемые столпами, познавшие благодать в нем сущую, и согласившиеся, чтобы он и Варнава проповедывали язычникам, а они Евреям (Гал.2:9), безсомнительно, говорю, то, что сии Апостолы возвестили ему все, что слышали от Иисуса Христа, и что в нем видели. Следственно и по сему истинно говорил он то, что от слышавших известися.

Беседа о нерадящих о душевном своем спасении, и что таковые по справедливости соединены Апостолом с преступниками и преслушниками

Премудрый Соломон обличает ленивого человека, который лежит празден и никакого дела не делает, но спит. «Доколе», говорит, «о лениве, лежиши? Когда же от сна востанеши?» (Притч.6:9) Потом описывает обличительно бездельные дела лености его, говоря так: «мало убо спиши, мало же седиши, мало же дремлеши, мало же объемлеши перси руками» (Притч.6:10). После сего возвещает ему, какое ожидает его наказание за леность. «Потом же найдет тебе аки зол путник убожество, скудость же аки благий течец» (Притч.6:11). А Богоглаголивый Павел не обличает ленивого, но устрашает и поражает душу его, как слышали мы ныне, представляя праведное Божие наказание на преступающих и преслушающих Божественные Его повеления. «Всяко преступление», вопиет он, «и ослушание праведное прият мздовоздаяние» (Евр.2:2). Ниже описывает он то, что приключается ленивому от нерадения его, но определяет, что наказание предлежит ему неизбежное. «Како убо», говорит, «мыубежим о толицем нерадивше спасении?» (Евр.2:3) Соломон предсказует ленивому, что леность наводит на него убожество: Павел определяет, что нерадение наводит неизбежно на нерадивых наказание Божие. Но почему Соломон столь снисходителен к ленивому, что представляет наказание мирское и временное, а Павел столь строг, что устрашает наказанием Божеским и вечным? Соломон, братия, говорил о ленивом, который нерадит о телесных делах, и довольным ему наказанием есть происходящие от убожества — скорбь и теснота. Павел же поелику говорил о нерадивом, который не печется о духовных делах, доставляющих душевное спасение, то справедливо поражает его ужасом, показуя ожидающее его вечное наказание.

Но слово оное Павлово требует еще рассмотрения, по причине той, что соединяет он нерадящего о спасении своем с преступающими Божественные заповеди, и преслушающими повеления Божии. Ежели кто нерадит о спасении своем, никакой добродетели не делая, но ни преступает заповеди Божии, ни преслушает повеления Божественные, таковой неужели за одно нерадение свое получит то же праведное возмездие, которым наказуются преступники законов, и преслушники Божественных повелений? Толико страшны наказания на сих полагаемые, что неимоверным кажется Павлово учение.

Возвожу я ум мой на небо, там вижу праведное возмездие, делаемое возгордившимся Ангелам. Молниеобразная их светлость пременяется во мрачную тьму, небесная же слава и Божественное веселие в пламень огня, жгущего их вечно, поелику пали они с небеси яко молния. «Видех сатану яко молнию с небесе спадша» (Лк.10:18): для них и огнь уготован вечного мучения: «Огнь», говорит, «вечный, уготованный диаволу и аггелом его» (Мф.25:41). Низвожу мысли мои в рай, там вижу праведное возмездие первосозданным, преступившим спасительную Божию заповедь; вижу одеяние — кожаны ризы, каково одеяние есть грубая и тленная плоть; вижу изгнание из рая, означающее отлучение от Бога, и пламенное оружие, стрегущее врата Едема, которое означает отчуждение благодати Божия и гнев Божий на человека. Слышу клятву, клятва же сия произращает на земли терния и волчцы, а на лице человека производит пот. Слышу страшное определение смерти: «яко земля еси, и в землю отъидеши» (Быт.3:19). Извожу помыслы мои из рая на землю, и вот сретаю Каина. Возделывает он землю, но всуе, ибо она не приносит ему плода: он стенает из глубины души, и трясется от главы до ног, толикое же мучение испытывает, что желает смерти, призывает оную, и ищет кто бы его убил. «И будет», говорит, «всяк обретаяй мя, убиет мя» (Быт.4:14). Но ни сего утешения не получает. «И рече ему Господь Бог: не тако» (Быт.4:15). Вот праведное возмездие братоубийства! «Разверзошася вси источницы бездны, и хляби небесныя отверзошася. И бысть дождь на землю четыредесять дней и четыредесять нощей» (Быт.7:11-12). «И бысть потоп» (Быт.7:17). «И умре всякая плоть движущаяся по земли, птиц и скотов, и зверей, и всякий гад движущийся на земли, и всякий человек» (Быт.7:21). Вот праведное мздовоздаяние плотских грехов. «И рече Господь Бог: не имать Дух Мой пребывати в человецех сих во век, зане суть плоть» (Быт.6:3). «И Господь одожди на Содом и Гоморр жупел, и огнь от Господа с небесе. И преврати грады сия, и всю окрестную страну, и вся живущыя во градех, и вся прозябающая от земли» (Быт.19:24-25). Что есть сие? Праведное то возмездие оным человекам. Потому что «греси их велицы зело» (Быт.18:20). «Роптаху» Израильтяне «на Бога и на Моисеа»: и тотчас смертоносные змии «угрызаху их. Иумроша люди мнози от сынов Исраилевых» (Чис.21:5-6). «Егда же блудодействоваша Исраильтяне со дщерьми Моавли, и послужиша Веельфегору, тогда убиени Быша двадесять четыре тысящи» (Чис.25:1, 3, 9). Пройдет целый день, ежели описывать праведное Божие возмездие за все преступления и преслушания. Но таковые ли возмездия получают и нерадевшие о спасении своем? Таковые, по изречению Павлову.

Но нерадивые, скажешь ты, ни преступники, ни преслушники Божественных повелений: почему убо они наказуются так как и те? О! о сем послушай. «Да будут», рек Господь, «чресла ваша препоясана, и светилницы горящии» (Лк.12:35). Сие, «да будут», есть повелительное речение: повеление убо суть сии словеса. Что же иное означают они, если не внимание ума, и беспрестанное бодрствование души? «И вы», рек он, «подобни человеком чающым Господа своего, когда возвратится от брака, да пришедшу и толкнувшу, абие отверзут ему» (Лк.12:36). Что делают рабы оные, кои ожидают с часа на час господина своего, чтобы, когда приидет и постучит, тотчас отворить ему двери? Что делают они? Нерадят, или внимают? Спят, или бодрствуют? Явственно отсюда, что сими словами повелел нам Господь, чтобы мы, отринувши всякое нерадение, обрелись во всяком бодрствовании готовыми к тому часу, когда придет Он воспринять душу нашу, и вселить оную в чертог Божественной Своей славы. Посему и ублажил Он бдящих рабов. «Блажени», рек, «раби тии, ихже пришед Господь обрящет бдящих» (Лк.12:37). Требует ли и другого о сем слова Господня? Слыши: «а яже вам глаголю, всем глаголю, бдите» (Мк.13:37). Что иное есть сие, ежели не повеление Божие, ясное и открытное? Кто же не знает, что, бдите, и не нерадите, одно и то же означают? Не сказал притом сие Господь просто и без причины, но приложил и причину, почему нужно нам бдеть. «Бдите», рек, «яко не весте дне ни часа, в оньже Сын человеческий приидет» (Мф.25:13). Посмотри же и на праведное возмездие оному ленивому рабу, который по нерадению своему скрыл данный ему талант. Во первых обличил его строго Господь, яко развратного и злочестивого. «Лукавый рабе», рек ему, «и лениве» (Мф.25:26). Потом яко преступника и преслушника наказал его лютейшею казнию, рекши: «и неключимаго раба вверзите во тму кромешнюю: ту будет плач и скрежет зубом» (Мф.25:30). Како убо не преступник есть и не преслушник тот, который нерадит о душевном своем спасении? Или како избежит наказания тот, который нимало не печется о исполнении спасительного слова Господа Иисуса Христа?

Ежели уразумеем, кто есть нерадящий о душевном своем спасении, то ясно увидим, что он есть преступник заповедей и преслушник: и следовательно удостоверимся в том, что благословно Божественный Апостол совокупил его с преступниками и преслушниками. Многие находятся в мире, кои никогда на небо очей своих не возводят, но как бессловесные животные долу всегда преклонившись, о земных только вещах, то есть, о неге, покое и телесном услаждении пекутся, и о том только всячески стараются. Но поелику Богочеловек Иисус описал одного такового человека, то к оному надлежит нам обратить все внимание свое. «Человеку некоему богату», рек Господь, «угобзися нива, и мысляше в себе» (Лк.12:16-17). Богат был сей человек, и земля приносила ему многие и хорошие плоды. Что убо мыслил он? Помышлял ли, что Бог дал ему богатство до преизбытка, поставив его домоправителем, дабы раздавал оное убогим? Помышлял ли, что долг он имеет приносить благодарение Богу, облагодетельствовавшему его? Помышлял ли о тленности жизни, или о бессмертии души, или о часе смертном, или о страшном Божии суде, или о славе, ожидающей праведных и милостивых, или о мучении, уготованном грешникам и немилосердым? «И мысляше», говорит, «в себе, глаголя: что сотворю?» (Лк.12:17) Что убо говорил он? И что хотел сотворить? Говорил ли и хотел ли насытить алчущих, одеть нагих, оказать милость сирым и вдовам? Говорил ли и хотел ли принести хотя часть некоторую богатства своего в небесные житницы горнего Иерусалима, где блаженное отечество наше и жилище вечное? Ни о чем из сих не помышлял, и ничего такого не хотел сотворить. О сем помышляют, и сие творят те, кои бдительно пекутся о спасении своем. А богач оный нимало не стараясь о душе своей, ни на небо очей не возводя, но и ум и сердце имея пригвожденные к земле, иное мыслил, иным занимался, и иное творил. Он мыслил, и в размышлениях своих стеснялся, видя, что не имеет места, где бы положишь новопожатые плоды свои. «И мысляше в себе, глаголя: что сотворю, яко не имам где собрати плодов моих?» Решился разорить житницы свои, и построить другие большие, и, чтобы собрав туда плоды свои, есть, пить, веселиться и покоиться. «И рече: се сотворю: разорю житницы моя, и большыя созижду: и соберу ту вся жита моя и благая моя. И реку души моей: душе, имаши многа блага, лежаща на лета многа, почивай, яждь, пий, веселися» (Лк.12:18-19). Так он размышлял, и так решался, но предварило замыслы его страшное и праведное Божие возмездие. «Рече же ему Бог: безумне, в сию нощь душу твою истяжут от Тебе: а яже уготовал еси, кому будут?» (Лк.12:20) Безумне, то есть, глупый и безрассудный человече. Сие есть обличение колико строгое, толико достодолжное и истинное, «в сию нощь»: это значит смерть нечаянная и внезапная. «Душу твою истяжут от Тебе» — значит разлучение души с телом, насильственное и жестокое. «А яже уготовал еси, кому будут ?» А по смерти ни наследника сему человеку не обрящется. Великое осуждение.

Великое поистине наказание: но поелику Бог есть праведен, то безсомнительно, что осуждение таковое есть соответственно преступлениям и преслушаниям сего человека. Какую же заповедь он преступил нерадением о душевном своем спасении? Правую и великую: потому что не только совсем не любил Бога, и не принес ему благодарения за богатство, которое получил от него, но ниже воспомянул всесвятое Его имя. Преступил же и вторую заповедь, подобную первой, потому что не любил ближнего как себя самого, ни милости ему не оказал, и ниже воспомянул о нем. Любил же только себя самого, и о себе только говорил: «почивай, яждь, пий, веселися». Преступником он убо сделался двух заповедей любви. А поелику, «в сию обою заповедию весь Закон и Пророцы висят» (Мф.22:40), то явственно отсюда, что человек оный, нерадевший о спасении своем, преступил весь закон и преслушал все учения Пророков.

Христиане, Господь наш Иисус Христос, представив сего человека и описав праведное осуждение его, провозгласил страшное и ужаснейшее слово: «тако собираяй себе, а не в Бога богатея» (Лк.12:21). Собирающий же себе, а не в Бога богатеющий, есть человек, преданный попечению о земных и временных вещах, и нимало не пекущийся о бессмертных и небесных. Он будучи весьма ревностен и рачителен к телесным вещам собирает сокровище земное, покоющее и услаждающее похоти плоти его. Будучи же весьма ленив и нерадив в духовных делах, лишенным остается Божественного богатства добродетелей. Увы таковому! Ибо о нем произрек Господь сие, «тако собираяй себе, а не в Бога богатея»: то есть, осуждается он так, как и богатый совсем не радевший о душевном своем спасении. Отсюда видим мы, колико вредно нам нерадение о спасении, и колико полезно попечение и старание об оном.

Рачение и бдение о душе во всякое время нужно: ибо враги души во всякое время коварствуют над нами. Мир беспрестанно поставляет нам сети суетности своей: плоть беспрерывно искушает пламенными своими похотьми: сатана непрестанно мечет против нас разжженные свои стрелы. «Сие же ведите», сказал Господь о сих врагах, «яко аще бы ведал дому владыка, в кую стражу тать приидет, бдел убо бы и не бы дал подкопати храма своего» (Мф.24:43). Кто же знает, когда приидет тать?

Пробуждаешься ли ты от сна, или спишь тогда, бдишь, или нерадишь? Ежели бдишь, то видишь сколь суетны все вещи мира сего, укрощаешь стремления плоти, сокрушаешь стрелы диавола, удерживаешь врагов и не даешь им раскопать и разрушить добродетель души твоей. Ежели же нерадишь и спишь, то и мирская суетность обольщает ум твой, и плотская похоть оскверняет душу твою, и сатана уязвляет сердце твое. И о сем-то сказал Господь: «уподобися Царствие небесное человеку сеявшу доброе семя на селе своем: спящым же человеком прииде враг его, и всея плевелы посреде пшеницы, и отъиде» (Мф.13:24-25). Бдительный воин стрежет град, а сонливый оставляет его при нашествии врагов. Христианин бдящий стрежет душу свою, а нерадивый и беспечный предает оную коварствам врага своего. Сие подтверждает завещание оное Вседержителя Бога. «Вонми себе, и снабди душу твою зело» (Втор.4:9).

Бдение во всякое время пользует душе, а нерадение во всякое время вредит оной: и особенно вредит оной в определенные для духовного делания дни, каковы суть настоящие четыредесять дней поста. Сии дни определила Церковь Христова на то, чтобы мы не только по подражанию Иисус Христову постились, но и прочим Божественным Его добродетелям по возможности подражали. Ибо для сего и постился Господь, и пострадал за нас, образ дав им «да последуем стопам Его» (1Пет.2:21). Настоящие убо дни суть дни купли, в кои всякий благочестивый покупает не сребром и златом, по подвигом и трудом, не сосуды златые и сребреные, ни маргариты или камни драгие, или иные какие драгоценности, вещи то есть тленные и временные, и на земле по смерти остающиеся: но купует пост, молитву, бдение, милостыню, умиление, слезы, прощение врагам, исповедание грехов, причащение Таинств, и всякое другое Богоугодное дело, вещи нетленные и вечные, вещи последующие нам даже до неба, и являющиеся пред престолом Имеющего судить живых и мертвых.

Окаянен убо я, что и в сии дни, определенные от Бога для спасения души моей, дремлю и нерадею, и ни единой добродетели не соделоваю. Буду ли я жить в наступающее лето, достигну ли паки сих спасительных дней, чтобы мне поститься, плакать, обратиться к Богу и получить прощение во грехах своих? Да не прельщаемся. Определение Божие есть непреложно. Бог определил, чтобы час смерти сокровен был от нас. Не знаем ни часа, ни дни, в который смерть придет к нам. Что же сохраняет нас от толикого бедствия, коликое производит неведение смертного часа? Что иное, разве повеление оное Владычнее: «а яже вам глаголю, всем глаголю, бдите»? (Мк.13:37) Да не нерадим убо, да не дремлем, и не отлагаем времени исправления нашего. Настоящие дни суть дни покаяния, обращения, и исправления Богоугодных дел. Увы нерадящим и в сии святые дни! Братие, все, чему ни учит вера, подтверждено самым делом, все преступники и преслушники прияли праведное и подобающее им наказание. Како убо мы преступая и преслушая повеление Божие, и не бодрствуя ниже в самые дни покаяния, можем избежать праведного Божия наказания? «А^е бо глаголанное Ангелы слово бысть известно, и всяко преступление и ослушание праведное прият мздовоздаяние: како мы убежим, о толицем нерадивше спасении?» (Евр.2:2-3) «Страшно есть еже впасти в руце Бога живаго» (Евр.10:31). «Ибо Бог наш огнь поядаяй есть» (Евр.12:29).

47. В неделю 3-ю Великого поста толкование на Евангелие от Марка (Мк.8:34-9:1)

Очень трудным кажется начало всякого подвига: ибо представляется пред очами нашими весь труд, каковый подъять должно к совершению такового начинания; чего для начало называется срединою всего дела. Начало есть половина всего. На половине подвига предпринятый многий труд приводит нас в бессилие; бессилие же являет остальную половину еще неудобнейшею пред началом всего. Но при конце подвига, хотя по приумножению немощи изъявляется неудобство, но поелику видим приближающийся конец, радость немощь отторгает и разрешает неудобство. На половине убо всякого трудного подвига паче всего встречается неудобство. Посему-то многие, совершивши половину подвига, но пришедши в слабость и бессилие, оставались далее неключимыми в своих начинаниях. Се мы, христиане, благодатию Божиею достигли до самой почти половины постного поприща, и уже как в бессилие пришли, так и труд приумножился. Но дерзайте! Се нам два открыты суть крепкие и довольнейшие вспоможения: первое из сих всесвятый Крест, живоносное древо, мирская радость, верующих крепость, праведных утверждение, грешников надежда. Сего для ныне предлагает нам его святая матерь наша — Христова Церковь, да, благочестно сей лобызая, восприимем благодать и силу к совершению постного Божественного поприща. Второе вспоможение есть Владычний глас нынешнего Евангелия, призывающий нас, да возьмем крест свой и последуем зовущему Христу. Почему ныне таковый глас и благовествуется, да подкрепит сердца наши силою Божественной благодати, и да таким образом ревностно совершим святой поста подвиг. Но известно, что всечестное Креста древо всякий зрит, и всякий с верою и благоговением лобызая, приемлет Божию благодать и силу; Евангельский же глас требует объяснения, да каждый, познав сего разум, просветится Святым Духом и укрепится Божественною благодатию. И так, якоже благоговейно лобызаете честный Крест, тако с ревностию внемлите и объяснению Евангельского слова.

Мк.8:34. «Рече Господь: иже хощет по Мне ити, да отвержется себе, и возмет крест свой, и по Мне грядет.»

Видишь ли Божественную премудрость и преславное величество? Не принуждает, хотя и имеет могущество, ни повелевает, хотя имеет власть; но, не нарушая каждого свободного произволения, призывает только всех, желая яко Человеколюбец всем спастись. Кто, говорит, по собственной своей воле и изволению хощет по Мне ити, — быть, то есть, Моим учеником и ревнителем Моих дел, — таковому должно три следующие исполнить обязанности: отрещись самого себе, взять свой крест и последовать Мне. Но кто таковый разумеется чрез самого себе, и какой есть каждого свой крест? Чрез самого себе разумеется Апостолом Павлом называемый «ветхий человек» (Рим.6:6), коего оный же Павел называет греховною плотию: ибо после падения прародителей «прилежит человеку помышление на злая от юности его» (Быт.8:21). Сего-то убо ветхого греховного человека советует нам отрицаться. Но како можем сие сотворить? Таковым же образом, каковым отрицаемся от другого какого- либо человека. Но како можешь отрещись от друга твоего, либо от сродника твоего? Отвращаясь от него, и удаляясь и гнушаясь всеми его деяниями. Тогда, следовательно, отрицаемся от самих себе, когда бегаем плотской любви и отвращаемся от всех лукавых ее вожделений: крест же собственный каждого разумеется умерщвление страстей и всех неистовых прихотей. Тогда, следовательно, носим крест свой, когда умерщвляем страсти наши и все неистовые пожелания: «а иже Христовы», то есть рабы Иисуса Христа, «плоть распяша со страстьми и похотьми» (Гал.5:24). Но понеже как древле некоторые чрез многую скорбь и труд укрощали телесные страсти, так и ныне многие Иудейские пустынники мучительски разными образы измождают свою плоть, как мы собственными нашими глазами видели, но поступают так, не последуя Христу, но работая своей страсти тщеславия и предосудительной своей мечтательности, желая того, да им люди удивляются и их похваляют: того для Господь сказал не только сие: «да отвержется себе и возмет крест свой», но и сие присовокупил: «и по Мне грядет». Сия убо есть вся сила сих Евангельских слов: кто хощет быть учеником Иисуса Христа, тому должно отвратиться и возненавидеть всякое беззаконие, умертвить все свои страсти и все неистовые свои вожделения и последовать, то есть, ревновать делам Иисуса Христа. Показал же Богочеловек купно и то, для чего Он требует сих трех обязанностей от Своих учеников.

Мк.8:35. «Иже бо аще хощет душу свою спасти, погубит ю: а иже погубит душу свою Мене ради и Евангелия, той спасет ю.»

Душа человеческая есть бессмертная. Каким же образом человек может погубить сию, ради любви Иисуса Христа и Евангелия, и каким образом, тако погубив, спасет ю? Душа иногда взимается не за существо душевное, но за греховные оной вожделения. Убо, кто погубит греховные души своей вожделения, гордость, зависть, ненависть, свирепство и прочие страсти не притворно, не по любочестию, но ради любви Иисуса Христа и сохранения Евангельских заповедей: таковыи спасет душу свою вечно, то есть, наследует вечное спасение. А кто печется о греховных душевных вожделениях, таковый погубляет душу свою, то есть, творит оную причастною нескончаемой муки. Имеет же и другой смысл сие слово. Душею Божественное Писание называет и нас самих: «любяй душу свою», пишет Евангелист Иоанн, «погубит ю: и ненавидяй души своея в мире сем, в живот вечный сохранит ю» (Ин.12:25). Убо выше рекший Господь тако: «да отвержется себе», — чрез «себе» разумел душу; присовокупил же и причину, ради которой должен отрицаться самого себя желающий спасения. Ибо, говорит, кто хощет спасти душу свою, то есть, кто хощет спасти себя, тот погубит себя. Кто же погубит себя не по тщеславию, не по предосудительному мечтанию, но ради любви Иисуса Христа и ради Евангельского учения, таковый спасет себя в вечной жизни. Мы сего исполнение видим во время гонения Христианской веры. Кто тогда самого себя погубил, то есть, предал жизнь свою на смерть, дабы не отрещись от Иисуса Христа и Евангельской истины: таковый спас себя, учинився святым и вчиненным в лик преславных Мучеников. А кто себя самого спас, то есть, сохранил живот свой от смерти, учинився отступником от Иисуса Христа и Евангелия: таковый погубил себя, явившись недостойным небесного царствия и вчинився в число злочестивых отступников. Но поелику победить греховные душевные вожделения, предать свою жизнь на смерть, есть дело неудобосносное: того для, укрепляя Господь людей в исполнении такового неудобного предприятия, приводит причину, всех убеждающую, говоря:

Мк.8:36-37. «Кая бо польза человеку, аще приобрящет мир весь, и оттщетит душу свою? Или что даст человек измену на души своей?»

Стяжал ты богатство Крезово, имущество Александрово, насладился удовольствиями Сарданапала, приобрел весь мир: но кая польза тебе, ежели, отрекшись Иисуса Христа, или презрев заповеди Его, погубишь душу твою? Всякая мирская вещь имеет сходство с другою, почему и может одна другою замениться. Злато выменивается сребром; драгоценное камение, маргариты, поля, винограды, грады и всякая другая мирская вещь — другими, соответствующими им. Погубляешь одно, но приобретаешь другое, тому равное. Всякой мирской вещи бывает равная замена: но душа равной замены не имеет. Не обрящешь в мире вещи, соответственной и достойной души. Почему же так?

Мк.8:38. «Иже бо аще постыдится Мене и Моих словес в роде сем прелюбодейнем и грешнем, и Сын человеческий постыдится его, егда приидет во славе Отца Своего со Ангелы святыми».

Вот причина и того, почему человек никакой пользы не получает от всего сего мира, погубив душу свою, и того, почему не находится душе равной измены. Ибо кто, говорит, либо стыдится страсти, Креста и погребения Моего, либо ради другой какой-либо вины отрицает Мое Божество и презирает заповеди Моя в роде сем, то есть, пред сущими в мире людьми: того Я явлю постыжденным, когда паки прииду в мир во славе, яко Бог, со святыми Ангелами. Сей в сем мире, отвергши Мое Божество и презрев Мои заповедания, посрамляет таинство Моего воплощения и Евангельскую проповедь; и Я, когда прииду во славе Отца Моего судити мирови, посрамлю и отвергу его, говоря: «глаголю вам, не вем вас откуду есте: отступите от Мене вси делателие неправды» (Лк.13:27). И сие-то самое составляет отлучение от Бога и лютость вечной муки. Чем же тогда воспользует человеку весь мир? и что воздаст тогда отступник и грешник в измену души своей от мучительнейшего огня? Прелюбодейным же и грешным сей назвал род, то есть, род человеческий. Ибо как оставляющая своего мужа, а с другим, чужим, живущая, называется блудница и грешница: так блудницею и грешницею бывает душа, оставляющая Бога, а работающая идолам, и чрез неповиновение Божеским заповедям диавольскими похотениями растленная. Назвал же прямо таковым родом род человеческий, либо потому, что большая сих часть суть неверные и нарушители заповедей Божиих; либо потому, что и отрицающиеся от веры принуждаемы к сему бывают не верными, но неверными, и грешащие подвергаются грехам не чрез праведных, но чрез грешных. Поколику же Богочеловек сказал, что когда паки приидет в мир, приидет не в смиренном виде, яко человек, но во славе Отца Своего, яко Бог: сего для, дабы уверить в сем Своих учеников, и следующее обещание присовокупляет:

Мк.9:1. «И глаголаше им: аминь глаголю вам, яко суть нецыи от зде стоящих, иже не имут вкусити смерти, дондеже видят царствие Божие, пришедшее в силе».

Царствием Божиим назвал славу Своего преображения. Он, когда преобразился на Фаворстей горе, тогда воссиял луч Божественной Его славы, той, то есть, славы Отца Своего, с которою приидет судити живым и мертвым; той славы, которой удостоятся быть причастниками праведные в небесном царствии. Ибо «лице Его просветилося тогда яко солнце, ризы же Его быша белы, яко свет» (Мф.17:2): и ученики Его, не могши зреть на таковый преславный и Божественный свет, «падоша ницы, и убояшася зело» (Мф.17:6). Сию-то, говорил, славу Божию, суть нецыи от зде стоящих, — Петр, то есть, Иаков и Иоанн, — иже не могут вкусити смерти, дондеже узрят. И самым делом, сии три Апостолы видели сию славу на Фаворстей горе, явившуюся тамо в силе Божества Иисуса Христа. Слышали же и глас с небеси глаголющ: «Сей есть Сын Мой возлюбленный, о Немже благоволих, Того послушайте»! (Мф.17:5)

Беседа о душе (с молитвой)

Богочеловек Иисус премного почтил достойную чести и славы человеческую душу. Поставив сию лучшею паче всего мира, рек, яко ни едина вещь сего мира не может быть за оную изменою. Посему что может быть дражае, или справедливее сказать, всечестнее и бесценнее души? Откуда она получила начало? Какое ее есть существо и сложение? Какой предел существования ее?

Многие из древних идолослужителей всячески старались сие постигнуть: но, не имея света Божественного откровения, спутника их стараний, тщетно суетились постигнуть. Иные из сих, естественным светом просвещаемые, достигли до большего степени познания: но таковый свет, недовольный к познанию высочайшего, зашел от них, почему впали они в ров бессмысленных заблуждений; другие же, не просветився столько, сколько нужно, ниже светом естественным осияваемые, так судили о душе, сколько сами были глупы и несмысленны: от чего воспоследовало то, что сколько было языческих философов, столько и мнений о душе. Цицерон утверждал, яко душа от Бога есть; Епиктет, Сенека, Марк Антонин — якобы была часть Божиего существа; Епикурейцы же поставляли количеством, Фалес — существом, всегда в самом себе движущимся, Пифагор — самодвижимым числом, Платон — духовным существом, движимым гармоническим союзом, Аристотель — неокончательностию; Дикеарх, гармониею и согласием четырех стихий; Асклипиад врач — общим движением всех совокупно чувствований; Ираклит — испарением; Емпедокл — смесию всех стихий; Демокрит и Левкит — из огня сотворенною, Епиформ же из солнца, а Ипп из воды, но Ксенофан — из воды и земли. Критий же утверждал, якобы душа есть кровь, а Иппократ — духом, распростирающимся по всему телу; Критолай же, напоследок, пятым существом13. Вот, все, как слышите, несообразно думали о начале и существе души и говорили о ней противное, несвойственное, неосновательное, неприличное. Были же однако все, кроме Епикурейцев, бессмертие души опровергающих, единомысленными в том, что душа пребывает и по смерти, — в том, то есть, что душа есть бессмертная. Подтверждает сие учение Пифагорово и Платоново — о перехождении душ, то есть из тела в другое тело, и напоследок в соединение с Богом; подтверждает пришествие многих по смерти к Богу, также и мнимые их, по смерти, приятности и казни. Почему вымышляли и Харона некоего, перевозящего души в другую жизнь и на те блаженных места, на которых обитали праведные, и на те адские реки и источники, где нечестивые осуждаемы были. Свидетельствует о сем Цицерон, говоря: признавали все древние народы, что смерть не лишает всякого чувствия, и что человек, преселившись из сей жизни, не уничтожается. Паче же доказывают сие сии Сократовы слова, реченные к предстоящим пред ним друзьям: два, говорил, предлежат пути человеческим душам, когда разлучаются с телом. Души, порабощенные и ослепленные человеческими страстьми, будучи обличаемы своими собственными преступлениями, либо незаглажденными обидами, идут путем совершенно противным тому, который ведет к сожитию с богами. Те же напротив души, которые сохранили свою чистоту и непорочность и, сколько могли, не окалялись чувственною нечистотою, живя же в человеческих телесех, не забывали и о Божественной жизни, — те, когда отъидут, имеют отверстым вход в небо. Из чего явствует, что и самые язычники признавали бессмертие души и дел воздаяние, хотя о сем учение их и было исполнено нелепостями и предосудительностями.

Мы имеем учителем Слово Божие, яко светильник сияющее в темноте сея жизни и наставляющее нас к познанию не всего, но того только, что нужно есть для спасения нашего (2Пет.1:19): прочее же тогда постигнем, когда, исшед из мрачности телеси нашего, достигнем жилища того, идеже озарит день, и Солнце — Иисус, Творец всяческого, воссияет и вся открыет. Если убо внемлем сему Божественному Слову, не можем не знать, кто есть души Творец, какое оной существо, какой предел пребывания, какое действие, и на какой конец она сотворена.

«И вдуну”, свидетельствует Писание, «в лице его дыхание жизни, и бысть человек в душу живу» (Быт.2:7). Бог не имеет ни дыхания, ни уст, служащих к дуновению; но поколику, сотворив тело, сказал: «и сотвори Бог человека, взем персть от земли»: того для, чтобы показать, что душа не есть брение, но дух, не есть вещественное тело, но существо невещественное, написано тако: «вдуну», изъявляя чрез сие различие между телом и духом. Ибо хотя и самое дыхание являет нечто вещественное и плотяное, но яко невидимое, яко движимое, яко деятельное, имеет некоторое с душею сходство. Сего-то для сказано: «сотвори» и «вдуну», да чрез сие познаем, что иное есть тело, а иное душа. Тело есть сложенное: сложенное же паки разрушается на то, из чего было сложено; а следовательно тело, по существу, есть тлению подлежащее. Дух же есть простой, а простое никогда не разрушается, и следовательно, душа есть нетленна и бессмертна. «И сотвори Бог человека, взем персть от земли: и вдуну в лице его дыхание жизни» (Быт.2:7). Сим-то Божественным учением наставляемые, благочестивые познали, что как тело, так и душа суть сотворены от Бога: тело вещественным, земным, видимым, смертным и тленным; душа же духом, невещественною, умственною, невидимою, бессмертною и нетленною, и что как тогда, вдунув Бог в лице прародителей, изобразил их душу, так и ныне каждого человека изображает душу, по изволению Своему, в самом человеческом телеси: «глаголет Господь, прострый небо и основаяй землю, и созидаяй дух человека в нем» (Зах.12:1).

Посредством сего же слова Божия познаем мы и самое душевное действие. Божественное Писание, во-первых, изобразило сотворение телеси, потом представляет и душевное. Изъявило же нам, что Бог Своим благословением иные влиял в тело дарования, другими же украсил душу. Телу даровал приращение, умножение, способность наполнять землю и обладать ею: «и благослови их Бог, глаголя: раститеся и множитеся, и наполните землю, и господствуйте ею» (Быт.1:28). Душе же даровал преимущество, то есть власть, господство, владение всеми земными вещами и всею землею: «и обладайте рыбами морскими, и птицами небесными, и всеми скотами и всею землею». Если же Бог отличил человеческую душу преимуществом, следовательно снабдил сию и всеми теми способностями, каковые суть нужны для господствования и власти. Таковые же удивления достойные душевные способности всякий и видит, и осязает.

Душа мыслию своею во мгновение ока восходит на небо, нисходит во ад, обтекает землю, проходит грады, бывает на всяком месте, мыслит все, что только может; воспоминает прошедшее, рассуждает о настоящем, предусматривает будущее; уравнивает, судит, соединяет, разделяет и самые свои воображения. Она навыкает разным языкам, всяким искусствам, высочайшим знаниям. Сколько диалектов ни слышите, сколько книг ни читаете, сколько художеств ни видите, все сие являет душевное действие. Ее суть изобретения те художественные орудия, посредством коих проходим чрез отдаленнейшие морские места, нисходим во глубину морскую и извлекаем оттуда драгоценности, входим в недра земные и искапываем металлы; измеряем величество солнца и луны и прочих планет, еще постигаем и сущее между сими расстояние, познаем время их течения, восхождения, захождения, равноденствия, затмения, и взаимное их отстояние как от себя самих, так и от земли; возжигаем и погашаем огнь, впускаем и испускаем воздух, измеряем действие огня, воды и ветров; видим и то, что либо по величеству своему, либо по отдаленности не подлежит нашему зрению. Ее суть изобретения: микроскопы, телескопы, пирометры, идрометры, термометры, барометры, анемометры; она вымышляет решения на всякие затруднительности, отражает запутанные и неудобопонятные софизмы и проницает в сокровенные вещи. Душа нравословствует, естествословствует, землемерствословствует, травословствует, метеорословствует, врачевствословствует,              звездословствует, существословствует, худословствует, душесловствует, богословствует; посредством же таковых действий господствует и обладает всеми земными вещами и всею землею. Вот какое различие между словесным человеком и между бессловесным животным! Какое бы животное из несмысленных, либо летающее, либо плавающее, либо пресмыкающееся, либо четвероногое, могло делать — не говорю — все, но хотя что-либо одно с таковым совершентвом, с каковым совершает все сие человек? Судя о сем, никто не может не восхититься и не удивиться, видя толикое душевное благородство и преимущество, а паче не возвеличить всесильную премудрость Бога, Создателя души, и не воззвать с Порфироносцем: «удивися разум Твой от Мене: утвердися, не возмогу к нему» (Пс.138:6). Безумны убо те суть, несмысленны и посмеяния достойны, которые суесловят, будто бы словесный человек ничем не различествует от бессловесных животных.

Если Бог даровал душе власть и господство над всеми сущими на земли: кольми же паче над тем телом, в котором она обитает. Без сомнения, отличил сию и господствованием над телом, соделав госпожою и владычицею, тело же ее рабом и служителем, украсив ту свободою и самовластием: «Сам из начала сотвори человека, и остави его в руце произволения его» (Сир.15:14). Посему, когда она не будет терять своего господства, будет же владеть, управлять и располагать телом, а тело покоряться ей, работать и служить: узришь тогда и познаешь, какое бывает душевное действие, — действие чудное, действие, какового ниже следа не приметно в делах несмысленных животных, действие, руководящее оную к тому блаженному концу, для которого она сотворена.

Посмотри на Авраама: его душа повелевает, тело же оной покоряется. Он услышал едино токмо Божие сие слово: «изыди от земли твоея, и от рода твоего, и от дому отца твоего» (Быт.12:1), — и немедленно вышел из дома отца своего, оставил сродников, друзей и отечество. Вот повиновение! Зачинается брань между пасущими его и пасущими Лота, братанича его: Авраам прекращает ссору. «Вся земля”, говорит Лоту, «пред тобою есть», возьми часть, какую хочешь: «аще ты на лево, аз на десно; аще же ты на десно, аз на лево» (Быт.13:9). Вот правосудие! Победив неприятелей царя Содомского, освободил от плена побежденных людей, и ослов, и все имущество, неприятелями похищенное; почему царь, чувствуя благодеяние его, говорил ему: отдай мне мужей, коней же возьми ты за труд твой: «рече же царь Содомский ко Аврааму: даждь ми мужи, а кони возми себе» (Быт.14:21). Но Авраам ниже единого ременя не требовал от него: «рече же Авраам к царю Содомску: воздвигну руку мою ко Господу Богу вышнему, Иже сотвори небо и землю: аще от нити до ременя сапожнаго возму от всего твоего» (Быт.14:22-23). Се есть истинное благотворение! Седя Авраам при дверех своего дома, ожидал мимоходящих тамо странников, да всячески послужит и угостит их: «господи», говорил проходящему страннику: «аще убо обретох благодать пред тобою, не мини раба твоего» (Быт.18:3). Се сострадание и милосердие! Вседержитель Бог сообращается с Авраамом, и собеседует с ним о разрушении Содома. Авраам себя называет землею и пеплом: «аз же есмь земля и пепел» (Быт.18:27). Вот смирение! Сей же напоследок Авраам и собственному своему исчадию, то есть Исааку, возлюбленному своему сыну, предпочел Божие повеление. Почему простирал руку свою для взятия ножа, и заклания своего сына: «и простре Авраам руку свою взяти нож, заклати сына своего» (Быт.22:10). Се есть совершенное его повиновение и любовь к Богу!

Владычествует душа Иосифова и покоряется оной тело. Сего для ублажается его добродетель целомудрия, когда преодолел искушения Египтянки. В нем сияют мудрость и прозорливость; ибо отвратил бесплодие Египта. В нем правосудие; ибо всякому равно соразмерял и никого не оставлял. В нем непамятозлобие; ибо говорил продавшим его братиям и трепещущим его мщения: «не бойтеся, аз препитаю вас, и домы ваши: и утеши их, и глагола им по сердцу их» (Быт.50:21).

Была госпожою и владычицею душа Иовля, тело же его — рабом и служителем. Почему в нем видим толикое мужество против внезапных и чрезмерных несчастий, толикое великодушие в самой крайней бедности и нищете, толикое терпение в болезни, в ранах и скорбех, что кажется он нам не имевшим тела и плоти, но бестелесным и бесплотным.

Если также рассмотришь жизнь и пребывание Пророков, Апостолов, мучеников, преподобных и всех святых, узришь и познаешь, какое было благородство их души, какие оной действия, и сколько различествует человек от бессмысленных животных. Когда видел, когда познал, либо когда слышал, чтобы бессмысленные животные имели правосудие, целомудрие, либо великодушие, либо странноприимство, либо чувствование бытия Божия, либо хотя малейший признак любви и послушания к Нему?

Когда же бывает сему противное, то есть, когда душа покоряет хотение свое телесным вожделениям и предается во власть плотским страстям; когда, говорю, плоть восхитит владычество души и сотворит госпожу, то есть душу, своею рабою: тогда увядает душевная красота, погибает изрядство, теряется величество и отторгаются ее действия; тогда ничего другого не узришь, кроме тела, плоти, страстей; тогда ничто другое тебе не откроется, кроме лукавства лисьего, разнообразности хамелеоновой, хищности ястребиной, лютости львиной, злобы верблюжьей, чревоугодия и тина свинского. Тогда никаким образом не узришь душевного действия; не узришь смысленного человека, но бессмысленное животное: ибо таковый ниспал с высоты славы, на каковую его возвел Бог, и уподобился неразумным животным. Тако воспевает Священнопевец Давид: «человек в чести сый не разуме, приложися скотом несмысленным, и уподобися им» (Пс.48:13).

Треокаянная моя душе! како не разумеешь Божественного благодеяния? Како являешься толико неблагодарною пред тем всеблагим Благотворителем, Который украсил тебя толикими преимуществами, Который обогатил тебя толикими дарами и почестями? како соглашаешься покорять хотение твое во власть твоего раба, и предавать господство твое в руки врага твоего? Како нерадишь и творишься рабою раба твоего и служительницею слуги твоего? Нет сомнения, что тело услаждает тебя смертоносною приятностию вожделений, распаляет тебя погибельным огнем своих удовольствий: но известно тебе есть и открыто, что если победишь, спасешь себя и тело; если же останешься побежденною, погубишь и себя и тело. Имеешь свободу, имеешь дарованную тебе Богом способность, готова есть на помощь тебе всемогущественная благодать всемилостивого Бога: востани убо, что спиши? Когда ты разлучишься с телом твоим; неизвестно есть и скрыто от тебя. Не веси ни дня, ни часа, в который Бог разлучит тебя с телом, притом, по разлучении твоем, нет никакой надежды к исправлению твоему, или покаянию. Доколе убо спиши? Доколе сама себя приуготовляешь к вечному осуждению? Востани, прими владычество твое, покори раба твоего, исполняй делание свое, да с сим же рабом твоим внидеши в чертог Божественной славы, во светлости святых, в вечное Царствие, уготованное от сложения мира всеблагим Богом, восставившим тебя из не сущего в бытие. Аминь.

47.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Евреям, читаемый в третью неделю Великого поста (Евр.4:14-5:6)

Богодухновенный Апостол Господень в ныне чтенных словах поучает, какое есть дело первосвященства, и какая от оного польза. Дело, говорит, Архиерея есть ходатайство к Богу и приношение жертв и даров, польза же вечное спасение душ. А поелику Пророческими словами доказывает, что Иисус Христос есть Архиерей вечный, восшедший на небеса, то дабы кто, помышляя о превыспреннейшей высоте Божественной Его славы, не усомнился в том, приемлет ли Он на Себя звание Ходатая, и не устрашился бы представить Его Ходатаем к Богу за грехи свои, для сего удостоверяет всех, что поелику Он яко человек испытал все немощи естества человеческого, кроме греха; то весьма снисходителен и сострадателен есть, и поелику от Бога избран Архиереем как и Аарон, чтобы ходатайствовал о спасении человеков, посему повелевает Павел, чтобы мы со дерзновением приступали к Нему, прося милости, благодати и помощи от Него. Надежду подает сие учение, и великое влагает дерзновение в сердца грешников. Но колико слово сие творит нас дерзновенными, толико высокие и неудобопонятные заключает оно в себе мысли. Самое сих мыслей толкование нелегко уразумевается и требует внимания. Почему кто внимательно толкование сие слушать будет, тот оное уразумеет, и сердце того исполнится Божественной и спасительной надежды.

Евр.4:14. Братие, имуще Архиереа велика, прошедшаго небеса, Иисуса Сына Божия, да держимся исповедания.

Почему Иисус Христос есть Архиерей? Судя по человечеству. поелику не яко Бог, но яко человек предопределен от Бога во Архиерея, и яко истинный Архиерей исполнил дело Первосвященства, быв Ходатай Бога и человеков: «един бо есть Бог, и един Ходатай Бога и человеков, человек Христос Иисус» (1Тим.2:5), — и принесши Себя в жертву о гресех: «сие бо сотвори единою, Себе принес» (Евр.7:27), — примирил человеков с Богом, и освятил их: «единем бо приношением совершил есть во веки освещаемых» (Евр.10:14). Великий Он Архиерей есть, поколику не человек токмо есть, но и Сын Божий и Бог истинный. Прошел же Он небеса, вознесшись по воскресении Своем из мертвых на небо, и одесную Бога и Отца седши (Мк.16:19), что предъизъявил Сам Бог и Отец, рекши устами Пророков: «рече Господь Господеви Моему, седи одесную Мене» (Пс.109:1). Ангелы еще проповедали так: «сей Иисус, вознесыйся от вас на небо, такожде приидет, имже образом видесте Его идуща на небо» (Деян.1:11). Апостолы же очами своими видели, яко «взятся, и облак подъят Его от очию их» (Деян.1:9). А поелику выше говорил Апостол о покое Израильтян в земле обетования, что было прообразованием покоя на небесах верующих во Христа: сказал же, что «слово сие», то есть, Божественное обещание покоя не пользовало Израильтян, ибо они не веровали в Него: «но не пользова онех слово слуха, не растворенное верою слышавших» (Евр.4:2): посему научив, что Христос взошел уже в небесный покой, завещевает, «да держимся исповедания», то есть, да храним непоколебиму и тверду веру сему, веруя и исповедуя, что имеет быть покой жизни вечной и Царствия бессмертного, исповедуя и все, чему вера во Христа учит. Ибо ежели не будем держаться сего исповедания, то не внидем в истинный покой блаженства, как неверовавшие Израильтяне не взошли в прообразовательный покой земли обетования, но их «кости падоша в пустыни» (Евр.3:17). В следующих же словах представляет сострадание и милость Архиерея Христа, говоря:

Евр.4:15. Не имамы бо Архиереа не могуща спострадати немощем нашым, но искушена по всяческим по подобию, разве греха.

Два суть рода немощей человеческого естества, одни немощи предосудительные или обвинительные, как-то: ярость, гордость, зависть, распутство, ненависть и сим подобные, кои и сами по себе суть грехи, и многих грехов бывают виною, а другие непредосудительные, то есть, не обвинительные, как-то: глад, жажда, сон, по труде изнеможение, от скорбей болезнование, и сим подобные, кои ни сами по себе не суть грехи, ни греха какого-либо не производят: но одно злоупотребление сих есть грех, и грех производит. Непредосудительные немощи суть свойства естества, неразлучные от оного, предосудительные же суть погрешности злого произволения, и естеству чуждые. Человеческое естество Иисуса Христа, по причине Ипостасного соединения с Божеством, предосудительных немощей всеконечно было чуждо и непричастно, как естество совершенного  человека: почему Он и «алкал по четыредесятодневном посте, и утруждался и жаждал по путешествовании» (Мф.4:2; Ин.4:6-7), и «спаше в корабли» (Мф.8:24). и «прискорбна бысть душа Его до смерти, когда приближалося время страстей Его» (Мф.26:38), и толико утруждался от подвигов Своих, что «бысть пот Его яко капли крове каплющыя на землю» (Лк.22:44). В сих непредосудительных немощах, говорит Павел, Иисус Христос «искушен» был, то есть, оные испытал и узнал по всему. А сие, по подобию, значит равно прочим человекам, и совершенно, как и сие, «Иже во образе Божии сый» (Флп.2:6), значит то, что совершенный будучи Бог и равный Отцу; также и сие: «зрак раба приим» (Флп.2:7), значит, что совершенный быв человек и равный всем человекам. Имело убо человеческое естество Иисус Христово непредосудительные сии немощи, как свойства неразлучные от естества, но без всякого греха, и не так как мы, кои угнетаясь оными ропщем часто и унываем, и следовательно грешим. Ибо Иисус Христос хотя чувствовал во время спасительного Своего страдания лютость мучительных страстей, но с толиким терпением переносил оные, что превелие терпение Его провидя, Пророк Исаия говорил: «и Той, зане озлоблен бысть, не отверзает уст Своих, яко овча на заколение ведеся, и яко агнец пред стригущим его безгласен, тако не отверзает уст Своих» (Ис.53:7). Вот и колико дерзновенными делает Павел приходящих ко Христу: имеем, говорит, Архиерея, который может сострадателен быть к немощам нашим, как по всему равно с нами испытавший оные, без всякого только греха. А из сего выводит следующее заключение.

Евр.4:16. Да приступаем убо с дерзновением к престолу благодати, да приимем милость, и благодать обрящем во благовременну помощь.

О престоле суда говорил Давид, сказав: «сел еси на престоле, судяй правду» (Пс.9:5). А по нем престолы суда видел Даниил, и Ветхаго денми на оных седящаго (Дан.7:9), Но и Сам Иисус Христос удостоверил о престоле суда, говоря так: «егда приидет Сын человеческий в славе Своей и вси святии Ангели с Ним, тогда сядет на престоле славы Своея» (Мф.25:31). Павел же проповедует о престоле благодати, посылая нас к оному, да приимем, говорит, милость, обрящем благодать Божию, помоществующую нам в потребное и подобающее время, то есть, во время настоящей жизни. Два убо суть престола, престол суда, и престол благодати, один имеющий быть во дни суда, а другой, который есть во днех настоящей жизни нашей. Почему, ежели ты доколе живешь, будешь приходить чрез покаяние к престолу благодати, то получишь милость, то есть прощение грехов твоих, и обрящешь благодать, в потребное время помоществующую тебе к соделованию добрых дел: а ежели не будешь приходить к престолу благодати, то придешь к престолу суда, где Бог «тогда воздаст комуждо по деяниям его» (Мф.16:27). Посему преблаженный Апостол, поставляя и себя в числе приходящих к престолу благодати, говорит не увещательно, но повелительно, «да приступаем», вместо сего, да приходим ныне доколе живем, к престолу благодати, чтобы получить милость и помощь. С дерзновением же, сказал, поелику веруем, что Богочеловек Иисус «есть одесную Бога, Иже и ходатайствует о нас» (Рим.8:34), то есть, ходатайствует яко Архиерей о нашем спасении. А после сего, дабы еще более ободрить всех, показывает отличительные признаки Архиерея.

Евр.5:1. Всяк бо Первосвященник, от человек приемлем, за человеки поставляется на службы, яже к Богу, да приносит дары же и жертвы о гресех.

Описывает характеры Первосвященника по закону. Всяк Первосвященник, говорит, от человек приемлется, сиречь, не есть Ангел, но един от человеков, как и прочие люди: вот первый характер! Поставляется же, то есть, определяется Архиерей, да приносит Богу дары и жертвы о гресех: сие есть второй характер, ходатайство то есть о прощении грехов.

Евр.5:2-3. Спострадати могий невежествующим и заблуждающим: понеже и той немощию обложен есть. И сего ради должен есть, якоже о людях, такожде и о себе приносити за грехи.

Сие означает, что Архиерею подобает иметь снисхождение и сострадание, поелику и сам он обносит немощь, то есть, бессилие естества, от коего происходит грех. Почему по учреждению законному должен он приносить жертвы как об оставлении грехов народа, так и о прощении собственных своих преступлений (Лев.5:6). Благоутробен есть Архиерей «невежествующим и заблуждающим», то есть, и к согрешающим в неведении, и к признающим грех, но заблуждающим от бури страстей и насилия искушений. Вот и третий характер Архиерея, то есть, сострадание и милосердие.

Евр.5:4. И никтоже сам себе приемлет честь, но званный от Бога, якоже и Аарон.

Архиерей приемлет достоинство Архиерейства не по собственной своей силе и власти, но по Божию благоволению и званию. Бог то есть призывает его, как призвал и Аарона, сказав к Моисею: «и ты приведи к себе Аарона, брата твоего, и сыны его от сынов Израилевых, да священнодействуют мне Аарон и Надав, и Авиуд и Елеазар и Ифамар, сынове Аарони» (Исх.28:1). Вот и четвертый характер Архиерейства, призывание от Бога. Но для чего напоминает сие Апостол? Для того, что были то прообразования и предзнаменования Архиерейства Иисус Христова. поелику же сказал, что Христос есть Архиерей, то описал характерические признаки законного Архиерея, дабы показав сходство сих двух Архиереев, представить, колико Христос истинный Архиерей превосходит бывшего в законе прообразовательного Архиерея.

Прообразовательный Архиерей от человеков Христос истинный Архиерей совершенный есть человек: прообразовательный Архиерей приносил дары и жертвы за согрешающих, истинный Архиерей принес в дар и жертву Себя Самого за грехи всего рода человеческого: ибо он есть «Агнец Божий, вземляй грехи мира» (Ин.1:29). Прообразовательный Архиерей приносил жертву за одних подающих дары и жертвы: истинный Архиерей принес в дар себя Самого за всех. Ибо «не от дел праведных, ихже сотворихом мы, но по Своей Его милости спасе нас» (Тит.3:5). Посмотри же и другое преимущество. Прообразовательный Архиерей приносил жертву и за собственные грехи: Иисус Христос Архиерей будучи «преподобен, незлобив, безсквернен, отлучен от грешник и вышше небес бывый, не имел по вся дни нужды, якоже Первосвященницы, прежде о своих гресех жертвы приносити, потом же о людских: сие бо сотвори единою, Себе принес» (Евр.7:26-27). В следующих же словах показывает Апостол и другое преимущество еще высшее.

Евр.5:5-6. Тако и Христос не Себе прослави быти Первосвященника, но глаголавый к Нему: Сын Мой еси Ты, Аз днесь родих Тя. Якоже и инде глаголет: Ты еси Священник во век по чину Мелхиседекову.

Как Аарон, так и Иисус Христос не от Себя Самого, но от Бога и Отца Своего приял, яко человек, славу и честь Архиерейства. Почему и сказал: «аще Аз славлюся Сам, слава Моя ничесоже есть: есть Отец Мой славяй Мя, егоже вы глаголете, яко Бог наш есть» (Ин.8:54). Смотри же, с коликою мудростию Богонаученный Павел, прилагая Пророческие словеса, доказывает, что Иисус Христос есть Сын Божий и Архиерей, имеющий преславное и превосходнейшее Архиерейство. Аарон человек только, Иисус Христос — Бог и человек. Аарона призывает Бог чрез Моисея (Исх.28:1), к Иисусу Христу говорит непосредственно, свидетельствуя Его Сыном Своим: «Сын Мой еси Ты, Аз днесь родих Тя» (Пс.2:7), — и возвещая его Иереем: «Ты еси Иерей во век по чину Мелхиседекову» (Пс.109:4). Имя же Иерей в Ветхом Завете показывает самого Аарона и всякого другого Архиерея. Почему имя сие, Иерей, в отношении к Иисусу Христу, значит — Архиерей. Посему Павел, относя оное к Иисусу Христу, не говорит Иерей, «но Первосвященник». «Наречен», говорит, «от Бога Первосвященник по чину Мелхиседекову» (Евр.5:10). А сие, по чину Мелхиседекову, значит, по подобию Мелхиседекову, как тот же Павел истолковал, сказав: «и лишше еще яве есть, яко по подобию Мелхиседекову востает Священник ин» (Евр.7:15). При сем и учил о Мелхиседеке так: «уподоблен же Сыну Божию, пребывает выну» (Евр.7:3). Заметь же сходство. Во-первых, о Мелхиседеке говорится, что он «без отца, без матере, без причта рода, ни начала днем, ни животу конца имея» (Евр.7:3): поелику Божественное Писание по смотрению Божию умолчало и о родителях, и о роде, и о времени рождения и смерти его. Иисус же Христос яко человек есть без отца, а яко Бог без матери, безродствен, безначален, и бесконечен. Ибо «род Его кто исповесть?» (Ис.53:8) Или кто возвестит Божественного естества Его безлетность и присносущие? Во-вторых, Мелхиседек был Царь и Священник. «И Мелхиседек Царь Салимский изнесе хлебы и вино: бяше же Священник Бога вышняго» (Быт.14:18). Царь был и Иисус Христос, как изъявил то Ангел Пресвятой Деве, сказав: «и даст Ему Господь Бог престол Давида отца Его: и воцарится в дому Иаковли во веки, и царствию Его не будет конца» (Лк.1:32-33). И Сам Христос то же самое исповедал пред Пилатом. «Царство», рек Он, «мое несть от мира сего» (Ин.18:36). Был же Христос и Иерей, как засвидетельствовал то и клялся Бог и Отец Его, говоря: «из чрева прежде Денницы родих Тя: Клятся Господь и не раскается: Ты Иерей во век по чину Мелхиседекову» (Пс.109:3-4). В-третьих, рукоположение как Мелхиседека, так и Иисуса Христа было непосредственно от Бога, невидимо и таинственно. В- четвертых, Мелхиседек «изнесе хлебы и вино, егда благослови Авраама» (Быт.14:18-19). Христос же хлеб и вино, всемогущим Своим благословением преложил в Тело и Кровь Свою, и преподав оные Божественным Своим ученикам освятил оные. В-пятых, Мелхиседек «пребывает священник выну» (Евр.7:3), поелику в Божественном Писании умолчано о смерти его. «Сей же», то есть, Христос, «занеже пребывает во веки, непрестанное имать Священство: темже и спасти до конца может приходящих чрез него к Богу, всегда жив сый, во еже ходатайствовати о них» (Евр.7:24-25). По сим убо сходствам Христос есть Священник во век по чину Мелхиседекову.

Беседа о покаянии, и о всесильном ходатайстве Иисуса Христа, Сына Божия

Велико поистине и неизъяснимо милосердие к грешникам преблагого и Премилосердого Бога. Исполнено все Божественное Писание как ветхое, так и новое, слов тех, кои в сердца грешников влагают великую надежду спасения. Открой книги Святых Пророков: там услышишь Исаию, проповедующего: «приидите, истяжимся, глаголет Господь, и аще будут греси ваши яко багряное, яко снег убелю: аще же будут яко червленое, яко волну убелю» (Ис.1:18). Захарию же, призывающего грешников как бы от лица Господня сими выразительными словами: «сице глаголет Господь вседержитель: обратитеся ко Мне, глаголет Господь сил, и обращуся к вам, глаголет Господь сил» (Зах. 1:3). Прочти послания Богопроповедников Апостолов: в них найдешь Петра, поучающего так: «покайтеся убо и обратитеся, да очиститеся от грех ваших» (Деян.3:19). Павла же, исповедающегося и глаголющего: «яко Христос Иисус прииде в мир грешники спасти, от нихже первый есмь аз» (1Тим.1:15). Займись святым Евангелием: в нем увидишь сии благоутробнейшие словеса Спасителя нашего Иисуса Христа: «придите ко Мне вси труждающиися и обремененнии, и Аз упокою вы» (Мф.11:28). Во всех почти частях Святого Писания видим, что многоблагоутробный Бог призывает грешников к покаянию, обещает восприять их, изгладить грехи, и спасти души их.

Но, о Господи милости! Беспредельно есть благоутробие Твое. Не только истиннейшими Твоими словами ободрил Ты грешников, но и благоволил, чтобы написаны были во Святых книгах Твоих всякие примеры, насаждающие в душах их надежду Небесного Царствия. В одной части Божественного Писания видим прелюбодеев и убийц, соделавшихся Святыми, как то Давида: в другой людей обольстительных и немилосердых, вовлекших многих в заблуждение от Веры, и проливших много крови невинной, и однако помилованных, как то Манассию. Здесь читаем, что смоковничный Закхей получил спасение, и мытарь Матфей рукоположен в Апостола и Евангелиста; там, что блудница получила оставление всех грехов своих, и беззаконная Самаряныня проповедала, что Христос есть чаемый Мессия. Посмотри на блудного там сына: он есть образ всякого растленного и во глубине греховной потопшего грешника. Посмотри, как видя его Бог идущего к Себе, и еще далече отстоящего от него, сжаливается над ним, течет во сретение его, объемлет и целует его, одевает его в первую одежду, кладет перстень на руку его и сапоги на ноги, что означает дары Божественного милосердия его: закалает наконец для него тельца упитанного, то есть преподает ему и самые тайны Божественной Евхаристии, при чем происходит пение, лики и веселие, знамения радости праведных и небесных Ангелов, «о едином грешнице кающемся» (Лк.15:7). Обращая очи твои ко двору Каиафы, слышишь внутрь оного, что Петр трижды с клятвою отрекся Иисуса Христа, а вне оного двора видишь Петра, плачущего горько и оправдываемого. Взирая на Голгофу, видишь одесную распятого Спасителя, разбойника на кресте висящего, который признает свои грехи, и раскаивается; слышишь, что распятый Господь обещает ему вечное царствие, разбойник вопиет: «помяни мя, Господи, егда приидеши во царствии Твоем» (Лк.23:42): Господь же отвещает ему: «аминь глаголю тебе, днесь со Мною будеши в раи» (Лк.23:43). Приникая умными очами твоими к Дамаску, видишь, что в одно мгновение времени гонитель Христиан Павел делается сосудом избранным и проповедником Христианской Веры, и разоритель Церквей утверждает Церкви по всей вселенной. Велий еси Господи, и чудна дела Твоя, и ни едино же слово довольно будет к пению чудес милосердия Твоего. Какой грешник, слыша толикие обещания Божии, и видя толикие примеры спасенных грешников, не будет надеяться и веровать тому, что, ежели он покается, то отверзет ему Бог дверь райскую.

Поистине и словеса Божии, и примеры оправданных грешников сильны и довольны удостоверить, что Бог приемлет радостно кающихся и прощает милосердо грехи их. Но всякий сомневается в том, что покаяние его явится ли Богу благоприятно. Всякий видит в раскаявшихся и оправдавшихся умиление, слезы, труды, подвиги, пощения, молитвы, милостыни, дела добродетели дивные и чрезвычайные. Почему помышляя, что он сих всех не имеет, недоумевает о спасении своем, и по справедливости сомневается. Сие недоумение и сомнение изгоняет из сердца нашего Богодухновенный Павел чтенным ныне учением его.

«Имеем», говорит, «Архиереа велика, прошедшаго небеса, Иисуса Сына Божия» (Евр.4:14). Слышишь ли? Архиерей есть той, от Которого просишь ты прощения грехов. Архиерея же дело есть ходатайство об оставлении грехов. Но и великий есть Архиерей сей, — великий, поелику прошед небеса, «седе одесную престола величествия на высоких» (Евр.1:3); — великий, поелику Он есть Иисус Сын Божий, пришедый в мир грешники спасти; — великий, поелику не только есть человек, как прочие Архиереи, но есть и Бог истинный от Бога истинного. Сильно убо и действительно сие ходатайство. Тако веруйте, держите, говорит, сие исповедание, «да держимся исповедания» (Евр.4:14). Не бойтесь. Сей Архиерей не есть не сострадательный, но сострадательнейший, поелику Он испытал кроме греха все немощи естества человеческого. «Не имамы бо Архиереа не могуща спострадати немощем нашим, но искушена по всяческим по подобию, разве греха» (Евр.4:15). Приидите убо со дерзновением: «да приступаем убо с дерзновением» (Евр.4:16). Слышишь ли, с дерзновением, говорит. Где убо имеет место недоумение и сомнение твое, когда Павел, то есть, уста Христовы, повелевает и говорит тебе, приступи с дерзновением? Где дерзновение, там нет недоумения, и нет никакого сомнения. Слыши, и куда посылает тебя, «к престолу», говорит, «величествия» (Евр.1:3), то есть, пред лице самого всемогущего и премилосердого Божества. На какой же конец посылает нас туда? «Да приимем», говорит, «милость, и благодать обрящем» (Евр.4:16). А откуда благодать сия и милость? От ходатайства великого Архиерея: ибо Он жив есть, и ходатайствует навсегда, и может даровать совершенное спасение приступающим чрез ходатайство его к Богу. «Темже и спасти до конца может приходящих чрез Него к Богу, всегда жив сый, во еже ходатайствовати о них» (Евр.7:25). После сего какое остается сомнение?

Ежели человек тот, который презрит закон земного Царя, имеет посредником и ходатаем к Царю единородного и возлюбленного сына его; един же из первых служителей царских скажет ему: прииди безбоязненно к Царю, проси у него прощение, и не сомневайся, ибо сын его ходатайствует всегда о тебе; посему помилует тебя Царь, и возведет тебя в первое достоинство и состояние: усомнится ли тогда оный человек? Нимало: но тотчас потечет смело, падет к ногам Царя, и будет просить прощения. поелику однако же люди суть обманчивы и превратны, то может быть, что или служитель обещавший прощение коварствует и лжет, или что между тем временем сын Царев прекращает свое ходатайство, или Царь пременяет свои мысли. В Божественные же вещи ни коварство не входит, ни ложь не приближается, ни премена какая-либо не имеет в оных места. «Словеса Господня словеса чиста, сребро разжжено, искушено земли, очищено седмерицею» (Пс.11:7). В деле покаяния Царь есть Бог, преступник закона — грешник, ходатай о прощении грехов — великий и сострадательнейший Архиерей Иисус Христос, единородный и возлюбленный Сын Божий, един же из первых служителей Царствия Божия есть сосуд избранный, восшедший до третиего небеси, и видевший и слышавший неизреченные глаголы, Павел Апостол, в котором жил Христос, самая истина. Он убо призывает: приступи, говорит, с дерзновением; он подтверждает, что единородный Сын Божий ходатайствует непрестанно об оставлении грехов; он свидетельствует, что ежели ты приступишь, то приимешь милость и обрящешь благодать. После сего ли сомневаешься, что ежели приступишь к Богу в покаянии и исповедании, то получишь оставление грехов и спасение души твоей? Ежели и при сем сомневаешься, то грешишь, ибо не веруешь словесам Божиим, ни силе всесильного ходатайства Иисуса Христа Сына Божия.

Поистине, и проповедания Пророков, и учение Апостолов, и призывание Иисуса Христа, и многие покаявшихся и спасшихся примеры ободряют грешников, а словеса Богоносного Павла изгоняют из сердца нашего всякое сомнение. Замечаю однако я в словесах оных речение одно, речение то есть сие, «благовременну». Оно не иное что означает, как время благоприятное. «Да приступаем убо», говорит, «с дерзновением к престолу благодати, да приимем милость и благодать — во благовременну помощь» (Евр.4:16). Приступи, говорит, с дерзновением к престолу величествия во время благоприятное, да приимешь милость и помощь Божественной благодати. Вижу при сем, что тому же самому, как бы от лица Господня, учил еще прежде Павла Пророк Исаия, сказуя: «тако глаголет Господь: во время приятно послушах тебе и в день спасения помогох ти» (Ис.49:8). Отсюда явствует, что ежели я приступлю к Богу во время неблагоприятное, то ни милости не получу, ни благодати не обрящу. Какое же есть время сие благоприятное, столь нужное ко спасению? не иное какое, как время настоящей жизни нашей. Ибо по смерти ни покаяние не сильно, ни исповедания не бывает. «Яко несть в смерти поминаяй тебе, во аде же кто исповестся Тебе?» (Пс.6:6) Число дней жизни нашей есть сокрыто и неведомо. Умирают люди не только достигши старости, но и в самом цвете юношества, и в самые дни отроческого и младенческого возраста, сокрыт от нас час смерти. Кто из человеков знает, достигнет ли он, не говорю следующего года, ни следующего месяца, ни следующей недели, но и завтрашнего дня? Никто. Ибо многие восстают утром, и не достигают видеть вечера.

Окаянны мы, мы грешники есмы. Ежели не приступим к Иисусу Христу, и не будем просить милости Его, то не будем иметь надежды спасения. Ко Христу же не можем мы приити, как токмо чрез покаяние: а покаяние ежели не совершится в благоприятное время, то нимало не пользует. Благоприятное время суть дни жизни нашей, но они преходят яко тень, и яко сновидение пробуждающегося, исчезают яко трава, и увядают яко цвет полевой, «человек, яко трава дние его, яко цвет селный, тако оцветет» (Пс.102:15). Никто не знает, ни в каком возрасте, ни в какой день, ни в какой час, жизнь его получит конец. В таковых тесных обстоятельствах какой нам путь есть ко спасению? Показывает оный нам святой Пророк Божий. «Днесь», говорит он, «аще глас его услышите, не ожесточите сердец ваших» (Пс.94:7-8). Днесь слышишь ты глас Господа твоего, призывающий тебя и глаголющий: прииди безбоязненно ко престолу величествия, да приимеши милость, и обрящеши помоществующую тебе благодать, не ожесточи сердца твоего похотьми плоти и суетою мира, но омой оное покаянием и умилением. Посмотри же, что сие, днесь, мудрствующий небесная Павел сократил в пределы самые кратчайшие. Он во первых приводя слова Пророка Исаии, сказал, что во время приятно внемлет Бог молению покаяния твоего, и в день спасения подает тебе Божественную свою помощь. «Во время приятно послушах тебе, и в день спасения помогох ти» (2Кор.6:2). Потом как бы толкуя сии Пророческие слова, сказал, что приятное время и день спасения есть ныне, то есть настоящий час и мгновение. «Се», сказал, «ныне время благоприятно, се ныне день спасения» (2Кор.6:2).

Се ныне убо, братия, время благоприятное, се ныне день спасения. Все время жизни нашей есть благоприятно для покаяния, но поелику конец оного неизвестен, то нынешнее время есть благоприятнейшее. Все дни жизни нашей суть дни благоприятные для покаяния, но преимущественно настоящие дни: ибо оные собственным примером предал нам Иисус Христос постившись четыредесять дней, дабы и мы в оные воздерживаясь не только от брашн, но и от всякого греха, приступили к Нему посредством покаяния, да приимем милость, и обрящем благодать и помощь. Не презрим убо сего благоприятнейшего времени, ибо не знаем, достигнем ли другого такого же. Не говори, о человече, я юн, и имею еще время, смерть пожинает равно и юных и старых. Не надейся на здоровье твое, ниже уповай на крепость тела твоего, ибо ни здоровья смерть не уважает, ни мужества не страшится, секира смерти и здоровых посекает, и мужественных убивает. «Се ныне время благоприятно, се ныне день спасения» (2Кор.6:2). Настоящее время есть во власти нашей, а в будущем времени никакой не имеем мы власти. Настоящие дни суть дни спасения, яко определенные от Бога для того, чтобы мы в оные покаявшись, приступили к Богу, и получили по ходатайству Иисуса Христа милость и благодать, и помощь. Не говори убо, брате, что имею я время, ибо ты в том ошибаешься. Не ожидай другого четыредесятодневного поста, чтобы тогда покаяться и исповедаться, ибо время не есть во власти твоей. Не отлагай день от дне обращения твоего, ибо прогневляешь таким образом Господа, и навлекаешь на себя внезапное наказание. «Не медли обратитися ко Господу, и не отлагай день от дне: внезапу бо изыдет гнев Господень» (Сир.5:8-9).

48. Беседа о времени (в неделю четвертую Великого поста)

Слышали мы о бедственных страданиях бесом одержимого и о чудесном его исцелении, когда было толкуемо Евангелие от Матфея, в неделю десятую. Поколику же Богоглаголивый Марк, писавший святое свое Евангелие после Божественного Матфея, упомянул в ныне чтенной истории о бесноватом и о другом некотором достойнейшем примечания случае, о котором не токмо Евангелист Матфей, но и Евангелист Лука умолчали: пристойно убо ныне побеседовать о сем. Вопросил, пишет священный Марк, Иисус Христос отца беснуемого, сколько времени одержит сия болезнь его сына: «и вопроси отца его, колико лет есть, отнележе сие бысть ему?» (Мк.9:21) Отец же страждущего ответствовал, яко сын его страждет от самого отрочества: «он же рече: издетска». Сей вопрос Иисуса Христа есть истина, не токмо достойная всякого исследования, но и доставляющая великую пользу.

Лазарь когда умер в Вифании, Иисус Христос был тогда на он-полу Иордана, на том месте, «идеже бе Иоанн прежде крестя» (Ин.10:40): однако, узнав о Лазаревой смерти, не обинуясь тако говорил Своим ученикам: «Лазарь умре: и радуюся вас ради, да веруете, яко не бех тамо» (Ин.11:14-15). Разговаривали между собою ученики Его на пути о том, кто есть из них больший; но Богочеловек хотя и не слышал, о чем они разговаривали, однако знал, почему и говорил им: «аще кто хощет старей быти, да будет всех менший, и всем слуга» (Мк.9:35). И инде, не понявши ученики сказанного им, хотели вопросить Его; но Он, предузнав сие, сказал им прежде, нежели вопросили Его: «разуме же Иисус, яко хотяху Его вопрошати, и рече им: о сем ли стязаетеся между собою, яко рех: вмале, и не видите Мене, и паки вмале, и узрите Мя?» (Ин.16:19) Симон Фарисей сказал токмо в себе, то есть помыслил, что, если бы Иисус Христос был Пророк, знал бы, что жена, принесшая ему миро, была грешница; но Иисус тогда же узнал о тайном его помышлении, и сказал ему: «Симоне, имам ти нечто рещи». После сего сказал ему и то, что он думал о жене. Книжники в сердечных токмо сокровенностях мнили, яко Иисус Христос глаголал хулу; но Он тогда же предвидел тайные их помышления, и не обинуясь обличил их, говоря: «что сия помышляете в сердцах ваших?» (Мк.2:8) Но какая нужда в доказательствах? Кто бы из правоверующих усомнился, яко Иисус Христос, будучи истинным Богом, ведал и явная и тайная, и прошедшая, и настоящая, и будущая, и годы, и дни, и часы, и яко все было Ему откровено?

Дух немой и глухой никакой бы не имел власти мучить Божие творение, если бы Сам Бог не попустил ему; ибо ниже искусить дерзнул Иова без Божеского попущения. Убо Иисус Христос, яко Бог, и день и час ведал, с которого злой дух начал мучить сего несчастнейшего человека. Так для чего же вопрошал отца его о том, колико сей страждет: «колико лет есть, отнележе сие бысть ему?» (Мк.9:21) Какое отношение к всемогуществу Божию имеет время, хотя бы было великое, хотя бы малое? Неужели Богу более трудности врачевать долговременные болезни, нежели маловременные? Или неудобнее Богу изгнать беса из того места, на котором он пребывал более, удобнее же, где пребывал недолгое время? Богу вся равно суть возможна; ибо могущество Его не имеет ни меры, ни предела, но есть безмерное, беспредельное, непостижимое. И как все состоит во власти Бога, тако подлежит Ему и время. Человеку хотя он многие и бесчисленные покорил вещи, но время положил во Своей власти: «несть ваше», сказал, «разумети времена и лета, яже Отец положи во Своей власти» (Деян.1:7). Поколику убо мы никакой не имеем власти над временем, того для и вопросил отца страждущего: «колико лет есть, отнележе сие бысть ему?» Не для того, чтобы Самому узнать, вся ведущему; но да познаем мы, неведущие ни времени, ни лет, яко нужно есть великое прилагать старание и попечение о сохранении времени, да не теряем ниже единой сего части, ниже единой оного минуты.

«Всему время», сказал мудрый Екклесиаст (Еккл.3:1), то есть всем в мире сущим вещам нужно есть время. Какая бы вещь в мире либо получала бытие, либо лишалась сего, либо пребывала, либо изменялась, либо повреждалась без времени? «Всему время». Видим сие нужным и растениям, и цветам, и плодам, и животным, и камням, и художествам, и самым нравственным человеческим делам. Время нужно и для рождения, и для возращения оных, и для приращения, и для уничтожения, и для изменения и для повреждения. «Всему время»: сие преизвестно есть, и нет никакого о сем сомнения. Следующие же Екклесиастовы слова, то есть сии: «и время всякой вещи под небесем» (Еккл.3:1), сколько суть справедливы и истинны, столько требуют и осторожности; имеет, говорит, всякая вещь, сущая в мире, пристойное себе время. Если совершится во свое время, бывает полезна: если же пройдет время, — не пользует. Сеял во время сева? Во время жатвы жнешь, и собираешь жито твое. Упустил время сева? И во время жатвы нечего тебе будет жать, и пребудешь неимущим и гладным. Торговал во время торговли? Получаешь прибыль. Опустил общее торговое время? Терпеть принужден бываешь великий урон. Противостоишь в должное время неприятелям? Побеждаешь. Идешь противу их, опустив должное время? Побежденным остаешься. «И время всякой вещи под небесем». Сие как непреложным бывает во всех мирских вещах, подобно истинно есть и в деле спасения нашего. Две же токмо разности находятся между мирскими вещами и между делом спасения. В мирских вещах, если опустишь пристойное время, ущерб твой может быть возвращенным; в делах же спасения, потеряв время, потеря уже невозвратна, — тех ущерб есть временный, сих же вечный.

Время, годное к душевному спасению, есть всякая минута нашей жизни. Кто погубляет одну минуту времени своей жизни, подлежит опасности в душевном спасении. Почему же так? Ибо прошедшее время протекло; следовательно нимало тебе не послужило ни к преуспеянию в добродетели, ни к обращению и покаянию. Будущее время не есть во власти нашей. Никто не знает не токмо того, будет ли он жив до завтрашнего дня, но ниже того, проживет ли до наступающего часа. Сколько видим ныне живущих, беседующих, ходящих, — чрез минуту же мертвых, безгласных, неподвижных? Одним настоящим временем дорожить токмо надобно, поколику в нем может человек и покаяться, и сотворить дела добродетели, да и сие разделяется и подразделяется на малейшее количество времени, которое во мгновение ока исчезает. Разделяется время на дни, часы, на четверти, минуты — и до безмерности. Почему естествословы утверждают, что время делимо быть может до бесконечности, так как и числа. Нынешний день на завтрашний уже невозвратен. Не сотворил ныне добродетели, — следовательно потерял уже время нынешнего дня, и заутра неизвестно, что может случиться. То же самое помышляй и о сем часе, и о минуте настоящей. Сего-то для премудрый Христов Апостол научал, говоря: «блюдите убо, како опасно ходите, не якоже немудри, но якоже премудри, искупующе время, яко дние лукави суть» (Еф.5:15-16). Не ходи, научает, путем жизни твоей без опасности, яко немудрый, ласкаясь тем, что довольно времени твоей имеешь жизни, и располагая жизненные дни на будущие годы: но ходи яко премудрый, со всякою осторожностию, представляя время, могущее послужить тебе в пользу, кратчайшим и невозвратным. Дни же назвал лукавыми, ибо кто основывает на них свои дела, ошибается. Испытуй настоящее время яко премудрый, располагая всем мирским по необходимым обстоятельствам, да не, по прошествии настоящего времени, останешься обнаженным от добродетельных деяний. Ни малой отсрочки не терпят добрые дела; ибо время бежит и не возвращается.

Когда хощешь, — говорил Моисей Фараону, — да помолюсь о тебе к Богу? «Заутра», ответствовал тот: «он же рече, заутра» (Исх.8:10). Теряет нынешнее время, сущее в руках его, и отлагает надежду свою до утра, ему неизвестного и скрытого. «Отпусти» теперь, говорил ему Моисей, «люди моя, да ми послужат» (Исх.8:1, 8); но Фараон ответствовал: после отпущу их, — «отпущу», и паки говорил, «отпущу», пока напоследок, вместо того, чтобы покаяться и исправиться, потоплен был во глубине Чермного моря. Страшен должен быть сей пример для тех грешников, которые отлагают время покаяния и исправления. Заутра покаюсь, и паки заутра, — пока постигнет внезапный час смерти, — и, умерши без покаяния, низведутся во дно адово. Находится же и другой, страшнейший пример для тех также добролюбивых людей, которые, не дорожа мгновением времени, бывают на время чуждыми добродетельных дел.

Пять дев юродивых, в то время, когда нужно было купить елея для своих светильников, по небрежению не купили; другие же пять дев, мудрые, будучи осторожными, в надлежащее время не преминули купить елея для своих светильников: «в полунощи же вопль бысть», глаголющ: «се Жених грядет, исходите в сретение Его» (Мф.25:6). Мудрые, имевшие в готовности елей, возжегше немедленно свои светильники, вышли в сретение Жениху, и взошли с ним на браки; юродивые же, не имевшие в готовности елея, пошли купить к продающим — и в сие время затворенною стала быть дверь Божественного чертога. Пришли же потом и те, стучались и взывали: «Господи, Господи! отверзи нам»! (Мф.25:11) но тщетно. Ибо Жених ответствовал им, что он нимало их не знает, — «Он же отвещав, рече им: аминь глаголю вам, не вем вас» (Мф.25:12). Девы были и юродивые, девы были и мудрые: то есть, все равно были честны и добродетельны, как тех, так и сих жизнь была непорочная и невинная; но пять назвал мудрыми для того, ибо, зная они о неизвестности времени, бодрствовали и всегда были готовы; а других пять назвал юродивыми, ибо, ласкаясь будущим временем, дремали тогда, когда к приуготовлению время было способное, и обрелись неготовыми в час смерти. Чего для мудрые взошли в славу и блаженство Божие, юродивые же вне Божественного остались чертога и не наследовали небесного Царствия. О вы, христиане, пребывающие в девстве и непорочности, собирающие благовоннейшие добродетели цветы, украшающие душу вашу красотою благих дел! Блюдитесь всячески, да не вознерадите никогда, ни на едину минуту, о делах добродетели; бодрствуйте всегда и не ласкайтесь будущим временем, да не приидет внезапно Жених и обрящет неготовым и невозжженным души вашей светильник.

Несчастливые и пребедственные суть те люди, которые, яко юродивые и несмысленные, во грехах проводят все время своей жизни от самой юности и до глубокой старости! Время юности есть время способнейшее к творению добродетели. «В чесом», спрашивает Божий Пророк, «исправит юнейший путь свой?» Потом ответствует, говоря: «внегда сохранити словеса Твоя» (Пс.118:9). Тогда убо, то есть, во время юности, нужно юноше иметь сообращение с честными и добродетельными мужами, да и слышит мудрые их советы, и видит святой пример жития их. Тогда нужно, да и постом, и бдением, и всякою другою суровостию угасив плотский пламень, стяжет многоценную маргариту воздержания, сущую матерь здравия и почести, предохраняющую его чрез всю жизнь от многих зловредных заразительностей, рождающихся от невоздержания и похоти. Тогда есть способное время, в которое должно со всяким старанием и осторожностию воздерживаться от всякого греха, и ревностно сохранять вся Божественная заповедания. Ибо чему тогда научится и к чему приобыкнет, того будет придерживаться до последнего своего издыхания. Однако юноши не не обращаются с худыми и развращенными людьми, погружаются в плотских удовольствиях, и ветром суеты мирской носимые ниже помышляют о Божеских заповеданиях. Теперь-то, признается юноша, нужно мне наслаждаться мирскими благами и повеселиться — в моей юности: когда же состареюсь, тогда и начну размышлять о будущей жизни, и постараюсь исправить мои нравы. Но слепотствующее отрочате! как ты о том нимало не рассудишь, сколько трудно оставить грех, к которому во младых летах приобыкнешь? Како не внемлешь Владыце твоему, вопрошающему о сем тако: «колико лет есть, отнележе сие бысть ему», — да ты чрез сие познаешь, что продолжение времени делает привычку, привычка же навык, навык же превращается в природу, почти неизменяемую? Како не зриши, яко серп смертный равно пожинает и отроков, и стариков? Кто тебя уверил и убедил, что ты доживешь до старости и не умрешь в самом цвете возраста твоего?

Но пусть так будет. Доживем хотя и до старости: старость не просто приближается, но с предвестниками и знаками смерти. Болят очи мои, не вижу уже так, как прежде; преграждается слух мой, не слышу, якоже слышал; слабеет сила, дрожат мои ноги, лишается голова моя волос, теряется память. Ныне голова болит, заутра желудок; нападают на меня кашель, мокрота, бессонница и беспрестанные недуги. Вот, сии-то суть предтечи смерти, начало тления моего, — трубы, гласящие во уши мои и вопиющие мне: время приближилось, востани! Юноша ласкается быть стариком: будучи же стариком, чего другого ожидать, кроме смерти? Но ужели я могу знать признаки смерти? ужели могу слышать звук смертных труб? ужели могу предчувствовать приближающееся тление моего телесного состава? Время старости есть время сокрушения и плача, да плачет, то есть, состарившийся, помышляя о множестве своих беззаконий. Время старости есть того время, да престанем работать греху, жизненным приманкам и всякой мирской суете.

Призывает царь Давид Верзеллия Галаадитина: приди, говорит, ко мне в царский мой дворец, да препитаю тебе и успокою твою старость: «и рече царь к Верзеллию: ты прейдеши со мною, и препитаю старость твою со мною во Иерусалиме» (2Цар.19:33). Послушай же, как ответствовал старик Верзеллий царю: — но колицы, говорил царю, суть оставшиеся дни жизни моей, да прейду с тобою в Иерусалим? — Видиши ли старческую истинную мудрость? Размышляя о старости своей, отговаривается краткостию дней своей жизни. Мне уже, — говорит царю, — осмьдесять лет; так ужели могу разуметь счастие и несчастие? Ужели буду разбирать, что есть и что пить? Могу ли слышать глас поющих и воспевающих? «Сын осмидесяти лет аз днесь есмь: еда уразумею посреде блага, и посреде лукава? или уразумеет еще раб твой, еже ям, или еже пию, или услышу глас еще поющих и воспевающих?» (2Цар.19:35) Видиши ли, как предчувствует знаки смерти, и с коликим рачением удаляется от всякой мирской почести и плотского удовольствия и сладострастия? Оставь меня, говорил царю, да пребуду спокойным, и умру в моем отечестве при гробе отца моего и матери моей: «да возвратится ныне раб твой, и умру во граде моем, у гроба отца моего и матере моея» (2Цар.19:37). Видиши ли, како рассуждает мудрый старик Верзеллий! Ни о чем другом печется, кроме смерти и гроба.

Слыша убо сие, украшенные сединою, что речете? Помните ли и вы, подражая Верзеллию, о краткости дней ваших? Удаляетесь ли и вы, наподобие того, от всех мирских приятностей и сует? Помните ли и вы так, как Верзеллий, смерть и гроб? Раскаиваетесь ли хотя в старости? Приходите ли и вы хотя «в единонадесятый час» (Мф.20:6), на делание в виноград Господа нашего Иисуса Христа? И в сей час приимет вас человеколюбивейший и многомилостивый Иисус, и в сей час, если покаетесь и приидете к Нему, восприимете мзду, каковую получают трудившиеся в делах добродетельных с самого первого часа. Но, о несчастия! видим и стариков, всеми силами гоняющихся за стяжанием сребра, за получением земных почестей, за мирскими достоинствами. Видим состарившихся, заседающих за богато убранными столами, и с жадностию ядущих и пиющих. Видим седых среди юношей ликующих, поющих и бесчинствующих, старость свою посрамляющих и развращающих самые юнейших нравы.

Многие, истинно, убеждают причины стариков более бояться смерти, нежели юношей: дела однако являют сему противное. Мы ежедневно почти видим, яко смерть пожинает многих юношей в самом их цвете юности: тщетно убо ласкаться надеждою старости. Всем, следовательно, равно неизвестен есть смертный час, как старикам, так и возрастным, и юношам, и отрокам, и самым младенцам; всякий, следовательно, человек, какого бы он ни был возраста, погрешает, если отсрочивает покаяние до будущего года, либо месяца, либо дня, — ибо никто не знает, что случится заутра, жив ли он будет, или умрет. Сего-то для премудрейший Павел, призывая людей на покаяние, во-первых, предложил сии Божественные слова: «во время приятно послушах тебе, и в день спасения помогох ти» (Ис.49:8). Потом объяснил сии, говоря: яко время благоприятное к покаянию есть нынешнее, и день спасения есть настоящий день: «се», говорит, «ныне время благоприятно, се ныне день спасения» (2Кор.6:2).

Слышите ли, христиане? «Ныне», говорит, настоящее время, есть благоприятное время, нынешний день есть день спасения нашего. Настоящие же дни церковь Божия особенно определила для покаяния, для воздержания от греха и преуспеяния в добродетели. «Отложим убо», братия, «дела темная, и облечемся во оружие света» (Рим.13:12). Грех есть тьма, ибо так помрачает человека, что и хощет и творит то, что к умерщвлению его служит; добродетель есть свет, ибо столько просвещает человеческую мысль, что и хощет и творит то только, что служит к его спасению. Многоядения, многопития, роскошества, похоти, вражды, зависть, убийства, напыщения, неправды, похищения, сребролюбие — сия и сим подобная суть дела темная; воздержание, пост, молитва, целомудрие, любовь, милостыня, смирение, сокрушение, слезы, покаяние, исповедание — сия и сим подобная суть оружия света. «Отложим убо дела темная, и облечемся во оружие света. Се ныне время благоприятно, се ныне день спасения» (Рим.13:12; 2Кор.6:2). Да никто не ласкается последующим временем; ибо мы, кроме настоящего времени, не имеем другого во своей власти: «бдите убо», и не теряйте настоящего времени: «яко не весте дне ни часа, в оньже Сын человеческий приидет» (Мф.25:13).

 48.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Евреям, читаемый в четвертую неделю Великого поста (Евр.6:13-20)

Многое обещевал Бог часто Аврааму, но ничего другого не обещевал с клятвою, как токмо умножение чад его, и благословение в семени его всем народам земным: и поистине мы видим, что потомки Авраамовы, от Исаака и Исмаила сынов его происшедшие, умножились во многочисленные тьмы, но они не суть множество оное, которое от Бога предозначено сими словами: «умножу семя твое, яко звезды небесныя, и яко песок вскрай моря» (Быт.22:17). «И сотворю семя твое, яко песок земный: аще кто может исчести песок земный, то и семя твое изочтет» (Быт.13:16). «Изочти звезды, аще можеши исчести я: и рече, тако будет семя твое» (Быт.15:5). Благословение же в семени Авраамовом на все народы: «и благословятся о семени твоем вси языцы земнии» (Быт.22:18): есть дело столь непонятное, что принимающий слова сии плотски, буквально, как принимают Евреи, впадая в неразрешимые сомнения, или произносит слова невероятные и несбыточные, или заграждаясь в устах неудобопостижимостию мысли сея ничего не отвещает вопрошающим. В гадании открыл правда несколько значений сих слов Предтеча Иоанн, сказав: «глаголю бо вам, яко может Бог от камения сего воздвигнути чада Аврааму» (Мф.3:9): но сие не изъяснило мысли оного обещания Божия. Павел Богонаученный открыв таинственный смысл сих Божественных слов, разрешил совершенно непостижимое сомнение. Он в чтенных ныне словах изъявил и причину, почему Бог клялся, когда обещевал благословение, и как о семени Авраамовом благословились все народы земные, и следственно как семя его умножилось паче песка земного, и звезд небесных. Послушайте со вниманием толкования чтенных Апостольских слов, да почудившись тайнам Божия смотрения утвердитесь в вере во Христа, которая источает благословение и возводит на путь спасения.

Евр.6:13-14. Братие, Аврааму обетовая Бог, понеже ни единем имяше болшим клятися, клятся собою, глаголя: воистинну благословя благословлю тя, и умножая умножу тя.

Когда Патриарх Авраам, послушав повеления Божия, простер руку свою взять нож, и заклать сына своего Исаака, тогда Бог воззвал его с небеси, и во первых удержал его от такового заклания, «и рече, да не возложиши руки твоея на отрочища, ниже да сотвориши ему что» (Быт.22:12): потом возвестил великую оную добродетель его, любовь и послушание, сказав: «ныне бо познах, яко боишися ты Бога, и не пощадел еси сына твоего возлюбленнаго Мене ради» (Быт.22:12): и после сего обещал ему с клятвою благословение и умножение, яко мздовоздаяние за добродетель его, говоря: «воистинну благословя благословлю тя, и умножая умножу тя». Клялся же Бог не только Аврааму, но и Давиду: клялся и пред Исаием, и Иеремием, и Иезекиилем (Ис.45:25; Иер.22:6?; Иез.16:18? Ам.6:8), и пред Амосом. А сие, «Собою», значит, святынею Своею, или истиною Своею, или славою Своею. «Единою», говорит, «кляхся о святем Моем, аще Давиду солжу: клятся Господь Давиду истиною и не отвержется ея» (Пс.88:36,131:11). «Клятся Господь десницею Своею и крепостию мышцы Своея» (Ис.62:8). Сказал Павел, что Бог клялся Собою, поелику не имел иного большего себя, чтобы именем того клясться: «понеже ни единем имяше болшим клятися, клятся Собою». Поистине кто более Бога? Но должно ли принимать сие, «клятся», в собственном значении речения сего, и верить, что Бог установил клятвы, слыша, что тойже Бог сказал: «Аз же глаголю вам, не клятися всяко»? (Мф.5:34) Какую нужду имел Бог в клятве к утверждению Своих обещаний, когда Он говорил о Себе к верующим, что Он есть непреложная самая истина? Почему явствует, что сие, «клятся», сказано о Боге, как и, «вдуну», и «насади», и «хождаше», и сим подобное, для понятия того немощному уму нашему (Быт.2:7-8,3:8) (Смот. Васил. Велик. в 17. Псалм.). Коликократно же хотел Бог представить людям твердое и непреложное Свое определение, всегда благоволил, чтобы писано было в Божественных его книгах сие, «клятся». Подтверждает сие самое слово оное клятвенное, «и воистинну», то есть, непреложно, верно и безсомнительно благословлю тя и умножу тя, умножая потомство твое.

Евр.6:15. И тако долготерпев, получи обетование.

Бог давал Аврааму не одно, но многие обещания, как то: обещевал ему умножение потомства, возвеличение имени Его, защищение и многую мзду, завет, землю Ханаанскую, сына и наследника, благословение ему самому, и благословение в семени его всем народам земным (Быт.12:2, 15:1,17:2, 8:17, 21:17-18). Апостол же не сказал, что получил обетования, но обетование, в семени его всем народам земным. Апостол же не сказал, что получил обетования, но обетование, в единственном числе. Какое убо из сих обещаний, говорит, что получил Авраам долготерпев? Обещание о Исааке сыне его: ибо оно есть выше всех других обещаний, и все другие содержит в себе, потому что от Исаака произошел Давид, а от Давида Пресвятая Дева, от нее же Сын и Слово Божие, плоть приявший и вочеловечившийся, сыном соделался Аврамовым по плоти. Почему Авраам есть отец Сына Божия по человечеству. От Иисуса же Христа дано благословение всем народам земным: поелику Он дал власть всем верующим в Него «чадом Божиим быти» (Ин.1:12). «Сии же суть чада Авраамли, яко сущии от веры, сии суть сынове Авраамли» (Гал.3:7. 9). Онии же сущии от веры благословляются с верным Авраамом. Почему они суть благословенное его семя, о котором Бог сказал к нему: «яко во Исааце наречется тебе семя» (Быт.21:12). Так и Павел к Галатам пишет: «мы же, братие, по Исааку обетования чада есмы» (Гал.4:28). А от сего благословения Христова и духовного усыновления народов соделалось умножение чад Авраамовых. Отсюда мы видим духовных его чад, умножившихся по числу звезд небесных и песка вскрай моря. Обетование таковое в Исааке преимущественно получил Авраам не тотчас по обещании Божии, но по прошествии некоего времени. Почему и сказал Апостол, что долготерпев получил оное, то есть, терпеливно ждав, и нимало не сомневаясь. «И не изнемог верою», говорит инде о нем, «ни усмотри своея плоти уже умерщвленныя, столетен негде сый, и мертвости ложесн Сарриных. Во обетовании же Божии не усумнеся неверованием, но возможе верою, дав славу Богови» (Рим.4:19-20). Сие же как бы мимоходом сказав о обетовании, которое получил Авраам, обращает слово к обетованию клятвою, говоря:

Евр.6:16. Человецы бо болшим кленутся, и всякому их прекословию кончина во извещение клятва есть.

Выше сказал, что Бог клялся Собою, понеже не имел другого кого большего, кем бы клясться (Евр.6:13): теперь же говорит, что люди клянутся большим, то есть, Богом и делами Божественными: и сие весьма часто бывает. Иногда однако и люди клянутся собою. Почему Господь сказал: «ниже главою твоею кленися, яко не можеши власа единаго бела или черна сотворити» (Мф.5:36). Показывает же и действие клятвы. Клятва, говорит, утверждая свидетельствы и обещания, оканчивает и прекращает всякое сомнение и противоречие в предметах свидетельствуемых и обещеваемых.

Евр.6:17. В немже лишше хотя Бог показати наследником обетования непреложное совета Своего, ходатайствова клятвою.

Наследники обетования суть духовные чада Авраама, то есть уверовавшие во Христа по плоти сына Аврамова. «Яко сущии от веры, сии суть сынове Авраамли» (Гал.3:7). Обетование же, которое наследствуют духовные чада Авраама, есть благословение Иисус Христово, которое обещал Бог Аврааму, когда сказал ему: «и благословятся о семени твоем вси языцы земнии» (Быт.22:18). «Понеже сущии от веры благословляются с верным Авраамом» (Гал.3:9). По благословению же оному наследники обетования соделываются наследниками небесной славы, «идеже Предтеча о нас вниде Иисус» (Евр.6:20). А сие, «в немже», положил вместо, тем же. Посему, говорит, что клятва прекращает всякое прекословное недоверие, и запечатлевает верность, желая Бог «лишше показати», то есть, сильнее доказать верующим во Христа, что совет Его есть непреложен и неизменен, «ходатайствова клятвою», то есть, употребил в посредство клятву. Заметь же, что такое сильнейшее доказательство было не для Авраама: ибо он толико веровал Слову Божию, что вера его «вменися ему в правду» (Гал.3:6): но для наследников обетования, дабы они потом слыша, что Бог клятвенно обещал дать им благословение, уверовали и удостоверились в том.

Евр.6:18. Да двема вещми непреложными, в нихже не возможно солгати Богу, крепкое утешение имамы прибегшии ятися за предлежащее упование.

Две непреложные вещи суть, обещание Божие, и клятва, по коим двум невозможно, чтобы Бог солгал. Предлежащее же упование есть надежда получить во Христе Иисусе благословение, которое доставляет Царствие небесное. Сие благословение с клятвою обещал Бог Аврааму, говоря: «благословя благословлю тя: и благословятся о семени твоем вси языцы земнии» (Быт.22:17-18). Сотворил, говорит, Бог клятву, дабы мы сими двумя неизменяемыми и непреложными вещми, то есть, обещанием и клятвою прибегая верою к Иисусу Христу, сильно убеждались к несомненному надеянию получить благословение и спасение, и уверяясь, что поелику Бог с клятвою обещал, то невозможно не исполнить ему обещания, пребыли бы непоколебимыми в сем надеянии, при всех обстоятельствах, встречающихся с нами в продолжении временной жизни нашей.

Евр.6:19. Еже аки котву имамы души тверду же и известну, и входящую во внутреннейшее завесы.

Волнуемся мы в настоящей жизни от усилия страстей, как корабли в море от усилия волн, и как якорь твердый и неудобосокрушаемый спасает корабль от опасностей морских, так и твердая и несомненная надежда спасает душу от опасностей погибельных. Посему Божественный Павел назвал якорем предлежащее упование, то есть, надежду спасительного благословения Иисус Христова. Заметь же, как витийственный Апостол изображает сие упование, и представляет оное яко человека входящего «во внутреннейшее завесы»: означая сим, что мы верные, силою сего упования входим во внутреннейшее завесы. Но что такое есть внутреннейшее завесы? Завеса Скинии Закона разделяла Святое в ней место от места, Святая Святых, где был Кивот свидения. Сие место, Святое Святых, называлось внутреннейшее завесы. Предзнаменование же и образ оно было истинная внутреннейшее завесы, в которую входят верующие во Христа. Потом показывает в следующих словах, какое есть сие истинное внутреннейшее завесы, говоря:

Евр.6:20. Идеже предтеча о нас вниде Иисус, по чину Мелхиседекову Первосвященник быв во веки.

Вот что есть внутреннейшее завесы место то, «идеже предтеча о нас вниде Иисус». Куда же взошел Христос для нас? «Не в рукотворенная бо святая вниде Христос, противообразная истинных, но в самое небо, ныне да явится лицу Божию о нас» (Евр.9:24). Небо есть завеса, отделяющая престол Божий от земли, как завеса Скинии отделяла место святое от Святое Святых. В оное небо Христос яко человек восшедши по вознесении от земли, вшел для нас и «седе одесную престола величествия». А сие, «о нас», значит то, чтобы ходатайствовать Ему о нас, как подтверждает Павел, говоря: «Христос умерый, паче же и воскресый, Иже и есть одесную Бога, Иже и ходатайствует о нас» (Рим.8:34). По какой же причине зовет Христа Архиереем по чину Мелхиседекову? Мелхиседек не был Архиерей, но Священник: «и Мелхиседек», говорит, «Царь Салимский изнесе хлебы и вино, бяше же Священник Бога вышняго» (Быт.14:18). В Божественном Писании имя Священник означает и Архиерея. Явствует сие из книги Левит, где тот же Аарон сперва именуется Архиереем: «аще убо Архиерей помазанный согрешит» (Лев.4:3): Потом Иереем, сиречь Священником, или жрецом: «и взем жрец помазанный совершен» (Лев.4:5): И ниже еще: «и дах я», говорит, «Аарону жерцу» (Лев.7:34). Отсюда мы видим, что сие, о Мелхиседеке сказанное: «бяше же Священник Бога Вышняго» (Быт.14:18). Также и сие: «Ты еси Иерей во век по чину Мелхиседекову» (Пс.109:4): означает Архиерея. А по чину, говорит, Мелхиседекову Христос был Архиерей, потому что Мелхиседек «уподоблен Сыну Божию, пребывает Священник выну» (Евр.7:3). Заметь же и сие, Предтеча и Архиерей. Предтеча есть предшествующий, а кто предшествует, тот имеет последователей. Кто же суть другие последователи Иисуса Христа и по Нем идущие во внутреннейшее завесы, разве верующие в Него и заповеди Его хранящие? Архиерей есть Пастырь: а где пастырь, там и овцы. Сие-то утверждает в сердцах наших надежду получить вечную славу и блаженство.

Беседа о клятве, или что есть клятва, добродетель или порок, или дело ни доброе ни худое!

Богоглаголивый Павел сказал, как слышали мы ныне, что люди чинят клятвы, и что клятва прекращает всякое прекословие, подтверждая точность дел. «Человецы бо болшим кленутся, и всякому их прекословию кончина во извещение клятва есть» (Евр.6:16). Но поелику он ни похвалил, ни осудил сей обычай, то заставляет делать любопытный и нужный вопрос таковой, что есть клятва, добродетель или порок, или дело ни доброе ни худое. Решение сего вопроса сколь нужно, столь и трудно. Нужно, поелику во всякое время и во всяком месте и обстоятельстве делают люди без осторожности всякой и без нужды многие и страшные клятвы: почему ежели мы коликократно божимся, толикократно и согрешаем, то горе нам. Трудно же решение сего вопроса потому во- первых, что касательно клятвы Ветхий Завет противен кажется Новому, во вторых, потому, что столько родов есть клятвы, что едва может кто исчислить оные и говорить о каждом роде, как должно, в-третьих, потому, что люди не только приобыкли, но и законом постановили себе делать клятвы. Что нужно нам знать, грех есть клятва или нет, дабы впредь или престать от клятв, или бесстрашно продолжать божиться, сие ни малого не требует доказательства, как дело явственное. Потщимся убо мы, сколько возможно, отразить трудности оные.

Ветхий Завет утверждает, что Бог узаконил именем Его клясться. Ибо во Второзаконии читаем сие: «Господа Бога твоего да убоишися, и тому единому послужиши, и именем Его кленешися» (Втор.6:13). В книге же Исхода видим, что в делах сомнительных и не засвидетельствованных определил Бог явственно, чтобы клятва разрешала сомнение. «Аще же кто», говорит, «дает другу осля или телца, или овцу, или всяк скот хранити, и умрет или погибнет, или пленено будет, и никто же увесть, клятва да будет Божия между обоими» (Исх.22:10-11). Тому же самому поучают и Святые Божии Пророки. Пророк Исаия как бы от лица Божия говорит: «Мне поклонится всяко колено, и исповестся, или клятися будет, всяк язык Богови» (Ис.45:23). Потом подтверждает то, говоря: «кленущиися на земли клятися будут Богом истинным» (Ис.65:16). Царе-Пророк же Давид и похвалы достойным судил клянущегося Богом. «И похвалится», сказал, «всяк кленыйся Им» (Пс.62:12). Слыша сие, нельзя не увериться в том, что клятва не только не есть грех, но есть дело похвальное, есть добродетель.

Но открыв книгу Нового Завета, слышим там единородного Сына Божия, повелевающего и глаголющего: «Аз же глаголю вам не клятися всяко: ни небом, яко престол есть Божий: ни землею, яко подножие есть ногама Его: ни Иерусалимом, яко град есть великаго Царя. Ниже главою твоею кленися, яко не можеши власа единаго бела или черна сотворити. Буди же слово ваше: ей, ей, ни, ни: лишше же сею от неприязни есть» (Мф.5:34-37). То же самое кратчае только повторил брат Божий Иаков: «прежде же всех», говорит он, «братие моя, не кленитеся ни небом, ни землею, ни иною коею клятвою: буди же вам, еже ей, ей, и еже ни, ни: да не в лицемерие впадете» (Иак.5:12). Читая сие, удостоверяемся мы, что клятва есть преступление Апостольской и Владычней заповеди, и следовательно грех есть великий.

Но что есть сие, скажешь ты? Не согласны, или прямее сказать, противны одни другим словеса Божии. В Моисееве законе повелел Бог клясться именем Его, а в Евангельском повелел уклоняться всякой клятвы: одно другому противно то. Нет, повеления Божии ни противны, ни не согласны между собою. Но поелику Евреи, коим дан Ветхий Закон, были весьма дебелы и плотяны, как рожденные и воспитанные между злобожнейшими идолопоклонниками, каковы Египтяне, и не могли вместить законоположений о совершенстве, посему данный им закон был несовершен. «Ничтоже бо совершил закон» (Евр.7:19). Сверх других же грехов их и сей они грех соделовали всеокаянные, что клялись именем идолов, как бы боги были идолы. Почему Бог обличал их чрез Пророка Иеремию, говоря: «сынове твои оставиша Мя, и кляшася теми, иже не суть бози» (Иер.5:7). Чрез Пророка же Амоса и еще явственнее: «кленущиися», говорил, «очищением Самарийским и глаголющии: жив Бог твой Дане, и жив Бог твой, Вирсавие: и падут и не востанут ктому» (Ам.8:14). Сей великий грех, то есть идолопоклонство, желая Бог прекратить, и зная яко сердцеведец, что, ежели бы Он тогда закон положил, чтобы отнюдь не клялись, то не послушали бы Божественного повеления Его, приобыкши ко клятвам, снисходя к немощи их, повелел, чтобы оставя делать клятвы именем идолов, клялись именем Его (Смот. Злат. бесед. 16 на Деян.). «И будет», произрек Он, «аще учащеся научатся путем людей Моих, еже клятися именем Моим: жив Господь, якоже научиша людей Моих клятися Ваалом, и созиждутся посреде людей Моих» (Иер.12:16).

Когда же единородный Сын Божий пришел в мир не для того, чтобы разорить, но чтобы исполнить закон (Мф.5:17), то есть, чтобы возвести законные повеления в законоположение совершенное, тогда обретши от рода Еврейского предрасположенных законом к принятию совершенства, а язычников просветивши силою Божественной Своей благодати, научил совершенству. Как возвел Он до совершенства закон, повелевающий удаляться убийства, пресекши причину убийства сими словами: «Слышасте, яко речено бысть древним, не убиеши: иже бо аще убиет, повинен есть суду. Аз же глаголю вам, яко всяк гневаяйся на брата своего всуе, повинен есть суду» (Мф.5:21-22): еще, как возвысил до совершенства закон о целомудрии, запретив не только соделование, но и похоть плотского греха, и сказав: «Речено бысть древним: не прелюбы сотвориши. Аз же глаголю вам, яко всяк, иже воззрит на жену, ко еже вожделети ея, уже любодействова с нею в сердце своем» (Мф.5:27-28): Тако открыл совершенным и закон о клятве. «Паки слышасте», сказал, «яко речено бысть древним: не во лжу кленешися, воздаси же Господеви клятвы твоя. Аз же глаголю вам не клятися всяко» (Мф.5:33-34). Пресек корень, дабы истребить ветви, исторгнул причину, дабы прекратить ее произведения, заградил мутный источник, дабы остановить струи нечистоты. Кто делает клятвы, тот легко впадает в клятвопреступления: а кто удаляется совершенно от клятв, тот никогда клятвопреступником не бывает.

Отсюда всякий видит, что словеса Божественного Писания не суть ни противны одни другим, ни не согласны: но словеса Моисеева закона суть предуготовительные, а Евангельского совершительные. Соделал же Бог для человеков то, что делает мудрый учитель с учениками своими. Во первых учит он их тому, что легко и что может ум их вместить, а когда тем изострит мысль их, то преподает им учения труднейшие и высшие. Во первых учил Бог людей чрез Моисея закону, которой был удобовместим и удобоприемлем, потом когда Законом оным и Божественною Своею благодатию предуготовил сердца их, тогда предал им чрез единородного Сына Своего наисовершеннейшее учение Евангельское.

Поелику убо, скажешь ты, ветхим законом дал Бог позволение людям делать клятвы, то клятва не есть грех. Ибо ежели бы почитался за грех, то бы никогда не позволил нам Бог клясться. Конечно допустил Бог клятвы по причине сказанной нами: но положил пределы, и постановил правила для клятвы, кои кто преступает, тот весьма тяжко согрешает. Первый предел есть, чтобы никому не клясться в вещах низких, ничтожных и суетных. «Не возмеши имене Господа Бога твоего всуе: не очистит бо Господь приемлющаго имя Его всуе» (Исх.20:7). Второй предел есть, чтобы никогда мы не клялись в намерении обиду сделать ближнему. «И не кленитеся именем Моим в неправде, и да не оскверните имене святаго Бога вашего» (Лев.19:12). Не только же пределы Бог положил, которые когда не соблюдаются, то клятва бывает в грех, но и образец представил позволенной клятвы, то есть, самые словеса клятвы, и правила оной. «И кленешися, живет Господь, во истине и в суде и в правде» (Иер.4:2). Когда делаешь клятву, вопиет Он, говори сии словеса, живет Господь. Клятва же твоя да будет истинная, рассудительная и праведная. Когда ты клянешься, что ни видел, ни знаешь то, что и видел и знаешь, тогда клятва твоя не есть истинная, но ложная, есть лжеклятвие. Такова была клятва Петра во дворе Архиереовом, ибо Петр и видел и знал Иисуса Христа, но клялся, говоря: «не знаю человека» (Мф.26:72). Равно и когда клятву даешь сохранить то, в чем обещался, и потом не сохраняешь, но нарушаешь клятвенное обещание твое, тогда клятва твоя не есть истинная, но ложная, и называется клятвопреступление. Такова была клятва Седекии, который с клятвою обещался в верности Царю Навуходоносору (2Пар.36:13), потом преступив клятву отступил от него. А когда клятву делаешь не рассуждая, возможно то, в чем клянешься, или невозможно, удобно или неудобно, верно или неверно, во власти есть твоей, или во власти других, тогда клятва твоя не есть «в суде», но есть нерассудительная, и безрассудная: такова была клятва Саула (1Цар.14:28), который клятвенно обещался в деле весьма трудном, и что не во власти есть его. Ибо дал обещание, что будет целый день поститься все воинство, в десяти тысячах человек заключающееся. Таковая нерассудительная клятва была и клятва Иродова, который «с клятвою изрече дати Иродиаде, егоже аще воспросит от него» (Мф.14:7): потом чтобы сохранить клятву «усекну Иоанна Крестителя» (Мф.14:10), то есть, отсек ему главу. Неправедна же есть клятва, когда божимся с тем, чтобы вред причинить ближнему. Такова была клятва оных Иудеев, кои закляли себя, обещавшись «не ясти ни пити, Дондежеубиют Павла» (Деян.23:12).

Что говорите вы почасту клянясь? Храните ли в клятвенных произношениях образец оный клятвы, «живет Господь» (Иер.4:2), или произносите другие слова, страшные и ужасные, призывая Бога и Ангелов и Святых во свидетели того, о чем говорите? Блюдетесь ли, чтобы не делать клятв в вещах ничтожных и суетных, и без всякой нужды, или клянетесь и в лепте, и в гроздии и в зелии? Клятва ваша утверждает ли истину, или подтверждает ложь? Делаете ли клятву с рассмотрением и рассудительностию, или клянетесь нерассмотрительно и нерассудительно? Клятва ваша бывает ли в делах праведных, достодолжных и полезных, или в делах неправедных, не достодолжных и вредных? Столь трудно соблюсти все правила клятвы, особливо когда часто клянемся, так что нимало не погрешит тот, кто определительно скажет, что дело есть то невозможное.

Но предложи, скажешь ты, что я и образец клятвы соблюл, и не сделал клятвы ни всуе, ни в неправде, но во истине, в суде и правде, неужели согрешаю и когда такую делаю клятву? До Евангельской проповеди таковая клятва почиталась делом похвальным, по оному, «и похвалится всяк кленыйся Им» (Пс.62:12): по открытии же Евангельского законоположения, почитается преступлением по оному повелению Господню: «Аз же глаголю вам не клятися всяко» (Мф5:34). Таковое преступление ты делаешь, когда произносишь оную клятву, каковое и — когда гневается на брата твоего всуе, и когда взираешь на жену ко еже вожделети ее, и когда не обращаешь левой ланиты ударяющему тебя в десную. Почему же так? Потому что когда Богочеловек, восполняя несовершенство законных постановлений, поучал совершеннейшим постановлениям, тогда между совершеннейшими завещаниями положил повеление и касательно клятвы, сказав: «Аз же глаголю вам не клятися всяко».

Но вопреки скажешь ты, что «не клятися всяко», есть дело невозможное, не только по обыкновению, но и по законам человеческим, от коих происходит нужда в том. Ежели я не сделаю клятвы, то не поверят мне. Повелевает судия, или начальник, сделай, говорит, клятву: как же могу я тогда не клясться совсем? Сие убо одно делает клятву необходимо нужною. Слыши, что говорит о нужде клятв великий учитель, Божественный Златоуст. «Где преступается закон, там представлять нужду не должно» (Злат. Сл. 28 о клятве). Ибо одно есть неминуемо нужное то, чтобы не прогневать Бога. Но я скажу при сем: пресечем излишние клятвы, бывающие просто и без нужды, клятвы в домах с друзьями и с домочадцами. Отринув хотя сии, в оных, по нужде бывающих, нимало не потребуешь уже ты моего научения. Ибо самые уста твои, научившись страшиться и бегать клятв, хотя бы тысячекратно кто понуждал, не потерпят уже впасть тебе в оный обычай клятвы.

Хорошо, скажешь ты, учение сие, пусть так, что и произволение есть, и уста приобыкли к тому, чтобы совершенно удалиться клятв. Но когда и гражданские законы и судия понуждают делать клятву, что тогда делать должно? После учения такового премудрого и святейшего мужа, каков есть Златоуст, что могу я советовать? Толкователи Священных правил заметили (Васил. прав. 81. Соб. Трул. 64), во-первых, что правила запрещениям подвергают делающих языческие клятвы, и посмеяния достойные, или кои клятвы делают с тем, чтобы зло причинить, также и клятвы преступающих: на клянущихся же клятвою законною, истинною и праведною никакого запрещения не полагают (Васил. прав. 28 и 29). Во- вторых, что сие «не клятися всяко» (Мф.5:34), есть сходственно и равную имеет силу с оными завещаниями, «продаждь имение твое и даждь нищим» (Мф.19:21). И еще, «кто тя ударит в десную твою ланиту, обрати ему и другую» (Мф.5:39). поелику же таковые дела суть совершенных, то совершенства дело есть и сие, «не клятися всяко». Почему как тот, который хранит оные завещания, восходит на высоту совершенства, а кто не хранит, тот остается несовершенным, но не подлежит однако же наказанию: так и никогда не клянущиеся достигают до совершенства добродетели, делающие же клятву законную, то есть истинную, рассудительную, праведную и непреступную, хотя не восходят на высокие степени совершенства, но не достойны осуждения: а в-третьих, что православные Цари не просто и не без причины узаконили производить клятву, но цель имея ту, чтобы воспрепятствовать неправде коварных и лживых людей. Сие заметив толкователи священных правил, произрекли: «не всякая клятва законная и беззаконная возбраненна есть, но беззаконная и безрассудная» (Валс. в 28 и 29 прав. Вас.).

Отсюда следует, что достоблаженны те, кои никогда не клянутся именем Божиим, ни иною коею клятвою: а те извинительны, кои властем предержащим повинуясь, клянутся (Рим.13:1), но во истине и в суде и в правде, и клятву хранят непреступно (Иер.4:2), Всеокаянны же те, кои или по неразумию и злой привычке, или в делах пустых, или для причинения вреда ближнему клянутся именем Всевышнего Бога, нимало не помышляя о том, что когда они клянутся, то призывают во свидетеля и отмстителя произносимых ими слов Вседержителя и Всесильного Творца твари, коего ужасаются все небесные силы Ангелов, и трепещут все преисподние полчища демонов, и коему повинуются все видимые и невидимые твари. Горе клянущимся всуе, ибо они не очистятся от скверны греха своего! (Исх.20:7) Горе клянущимся в неправде, ибо они оскверняют и пренебрегают страшное имя Божие! Горе Мною клянущимся (Лев.19:12), ибо многоклятствование исполняет их всякого беззакония, и не отступит от дому их наказание. «Муж кленыйся много исполнится беззакония, и не отступит от дому его язва» (Сир.23:11). Пророк Захария изъявил и казнь на клятвопреступников полагаемую. «Аз вижду», рек он, «серп летящ в долготу лактей двадесяти и в широту десяти лактей» (Зах.5:2). Слышишь ли? Серп, потому что казнь есть неизбежная: летящ, потому что постигает весьма скоро: долгий и широкий, потому что распростирается не только на клятвопреступника, но и на весь дом его. Ужасная вещь есть серп оный, ибо то клятва есть, сказал Бог Пророку, посылаемая на всю землю. «Сия клятва исходящая на лице всея земли» (Зах.5:3). Серпом же сим казнится даже до смерти всякой тать и всякой во лжи клянущийся. «Зане всяк тать от сего даже до смерти отмщен будет, и всяк кленущийся во лжу от сего до смерти отмстится. И изнесу его», то есть серп оный, «глаголет Господь Вседержитель, и внидет в дом татя, и в дом кленущагся именем Моим во лжу, и вселится посреде дому его, и скончает его, и древа его, и камение его» (Зах.5:3-4).

Кто слыша сие не ужаснется и не вострепещет от лица отмщевающего так Вседержителя Бога? Для чего, братия, подвергаем мы себя сему страшному осуждению? Какое удовольствие доставляет нам клятва? Никакого. Какая от клятвы польза? Верными ли от того делаются слова твои? Но чем легче и чаще клянешься, тем менее верят клятвам твоим слышащие оные, ибо отсюда заключают, что нет страха Божия в сердце твоем. Многократно клянущийся весьма легко бывает клятвопреступником. Кто же не устрашится казни за клятвопреступление? Бегай частого употребления клятв, да не впадешь в ужасный грех клятвопреступничества, что легко быть может, и без труда и без иждивения. Бегай того, чтобы почасту делать клятвы, да избежишь ложных, суетных, неправедных, безрассудных и глупых клятв. «Заклинанию не обучай уст твоих, и клятися именем святым не навыкай» (Сир.23:8-9). Ежели сей совет сохранишь, который ничего другого не требует, как только внимания, то всякой беззаконной клятвы избавишься, и клятвопреступничества свободишься, и от страшной за оное казни соблюдет тебя Господь Бог наш, Коему слава и держава во веки веков. Аминь.

49. В неделю пятую Великого поста толкование на Евангелие от Марка  (Мк.10:32-45)

Три святые и душеспасительные истины представляет нам ныне чтенное священное Евангелие: пророчество о страдании Господа Иисуса Христа, прошение сынов Зеведеевых и ответ Богочеловека на негодование прочих десяти Апостолов. Пророчество Господа Иисуса обнаружило все Его страдания, и смерть, и тридневное воскресение; прошение Иакова и Иоанна изъявило Богочеловека ответ, из которого мы познаем достойных небесного Его Царствия; слова же, реченные к негодовавшим Апостолам, показали средство, како каждый, верующий в Него, может взойти на степень истинной славы и святости. Блажен истинно будет тот человек, кто, во-первых, всячески потщится постигнуть разумение сих трех святых наставлений, потом, непрестанно оные содержа в памяти, сотворит то, чему научают.

Мк.10:32. «Во время оно, поят Иисус обанадесять, и начат им глаголати, яже хотяху Ему быти.»

Хотя Богочеловек Иисус и предсказывал некогда Своим ученикам о страдании Своем и воскресении, как свидетельствует не токмо Евангелист Марк, но и Матфей, и Лука: однако восходя во Иерусалим, на самом пути, поял единых, повествует священный Матфей, Своих учеников, и начал говорить им о имеющемся с Ним случиться, то есть о имеющем быть страдании, о смерти и воскресении Своем из мертвых (Мк.8:31,9:31; Мф.16:21.17:22; Лк.9:22; Мф.20:18). Поял же их единых для того, ибо одни они были достойны слышания сих великих и высочайших таин; и предсказал им о страдании и воскресении для того, да убедит их том, что Он есть истинный Бог, и волею предает пречистое Свое тело на страсть, и да нечаянность не произведет в них неутешимой печали, и возмутит их душу: также да насадив в сердцах их чаяние Своего воскресения, отвратит горесть их скорби. Внемли же, како краткими словами предвещает о каждом Своем страдании и смерти и воскресении:

Мк.10:33-34. «Яко се восходим во Иерусалим, и Сын человеческий предан будет архиереом и книжником: и осудят Его на смерть, и предадят Его языком. И поругаются Ему, и уязвят Его, и оплюют Его, и убиют Его: и в третий день воскреснет.»

Коликого удивления достойно сие проречение, сбывшееся самым делом в самой точности! «Се», говорил, «восходим во Иерусалим», где для Меня приуготовляются страдания, «и Сын человеческий предан будет архиереом и книжником». Что самое случилось тогда, когда «един от обоюнадесяте, глаголемый Иуда Искариотский, шед ко архиереом, рече: что ми хощете дати, и аз вам предам Его? Они же поставиша ему тридесять сребреник: и оттоле искаше удобна времене, да его предаст» (Мф.27:14-16). Обрет же удобное время, предал Его своим лобзанием. «И осудят Его на смерть»: сие проречение Его исполнилось, когда архиереи и старцы и сонм весь, ответствуя, взывали: «повинен есть смерти. — И предадят Его языком» (Мф.26:66): язычник был Понтийский Пилат игемон, равным образом язычниками были и его воины. Тогда, следовательно, и сбылось предание Иисуса в руки языков, когда «связавше Его ведоша, и предаша Его Понтийскому Пилату игемону» (Мф.27:2). Пилат же предал Его своим воинам, да пропнут «и поругаются Ему». Сие случилось, когда воины, «совлекше Его, одеяша Его хламидою червленою» (Мф.27:28), а на главу возложили терновый венец, в десницу же Его дали трость, потом, приклонив колена «пред Ним, ругалися Ему», говоря: «радуйся Царю Иудейский»! (Мф.27:29) Во-первых, в архиерейском дворце иные заушали Его, а иные по ланитам ударяли; потом Пилат Его бил; напоследок воины, взяв трость от рук Его, «биша по главе Его» (Мф.27:30), — и сие есть событие сего: «и уязвят Его». Сущие от сонма «заплеваша Его лице» (Мф.26:67), также и игемонские воины, — и сим исполнилось сие предсказанное: «и оплюют Его». Пришед же на гору Голгофу, крестною смертию убили Его, по сему предсказанию: «и убиют Его» (Мф.17:23). Что же «в третий день» воскрес из мертвых, свидетельствуют о сем Евангелисты, бывшие самовидцами, говоря: яко в пяток предаде дух на крестном древе, «во едину же от суббот», то есть в недельный день, воскрес из мертвых (Ин.19:30-31). Когда же Господь Иисус предсказал ученикам Своим о страдании и воскресении Своем, пришли к Нему два из них.

Мк.10:35-37. «И пред Ним приидоста Иаков и Иоанн, сына Зеведеева, глаголюще: Учителю, хощева, да еже аще просива, сотвориши нама. Он же рече има: что хощета, да сотворю вама? Она же реста Ему: даждь нам, да един одесную Тебе, и един ошуюю Тебе сядева во славе Твоей».

Почему Евангелист Матфей пишет, яко матерь сынов Зеведеевых с своими сынами пришла к Иисусу Христу; и яко она, поклонився Ему, просила о посаждении сынов ее (Мф.20:20): Марк же о матери ничего не упомянул? Ибо не токмо матерь, но с нею и сыновья ее приходили к Иисусу Христу, как о сем Матфей свидетельствует: не токмо второй вопрос, «можета ли пити чашу, юже Аз пию?» (Мк.10:38), но и ответ Иисуса Христа клонился не к матери, но к сыновьям ее, что и Матфей подтверждает. Кроме сего, хотя бы и матерь говорила, но поелику говорила сыновние слова по совету с оными: того для Богоглаголивый Марк, любя краткость слова, умолчал о матери, а упомянул о ее сыновьях, приходивших к Иисусу Христу и вопрошавших Его, хотя Он, яко сердцеведец, знал прошение их. Приходили же они с материю, во-первых, для того, что сами прямо просить такового первенства от Иисуса Христа стыдились; во-вторых, для того, ибо думали, что матернее ходатайство более убедит к сему Богочеловека. Чего же для сии два Апостола кланяясь просили председательства от Иисуса Христа? Они, услышав Его беседующего о Царствии Своем и говорящего, яко тамо Апостолы сядут на двунадесяти престолех, почитали сие царствие земным, а паче, видя Его входящего во Иерусалим и говорящего о Своем страдании, мнили, что Он пришед сядет на престоле Царствия Своего, и потом претерпит страдание. Сего для просили, да в Его Царствии один сядет одесную Его, а другой ошуюю. Что же на сие сказал Богочеловек?

Мк.10:38. «Иисус же рече има: не вестася, чесо просита: можета ли пити чашу, юже Аз пию, и крещением, имже Аз крещаюся, креститися?»

Вот как премудро исправил погрешительное их мнение! Вы, говорил, думаете, яко Царствие Мое есть мирское и земное, и что престолы, о коих Я говорил, суть престолы невещественные, мирские: и посему просите, да един из вас сядет одесную, а другой ошуюю; но сами не знаете, чего просите. Там нет мирских престолов, ни вещественных седалищ; но престол есть вечная и непременяемая Божественная слава, и первоседание есть превосходство Божественной славы и чести: убо не знаете, чего просите. Сказав же сие, вопросил их, хотя и не было Ему, яко Всеведцу, в сем нужды, но для того, да они покажут свое желание, а Он, чрез ответ их возымев случай, покажет им, кто есть достойный толикой благодати и славы. Вы, говорил, просите первоседательства в Моем Царствии: но можете ли пить ту чашу, которую Я пию, — то есть, согласитесь ли умереть крестною смертию так, как и Я? Можете ли креститься тем же крещением, каковым крещаюсь Я, — то есть, можете ли столько пострадать, сколько Я буду терпеть? Что же чашею назвал Свою смерть, а крещением — страдание, явствует из сего, ибо когда Он молился, да мимо идет от Него смерть, говорил: «Отче Мой! аще возможно есть, да мимо идет от Мене чаша сия»! (Мф.26:39) И когда извещал учеников о том, что Он хощет чрезмерное претерпеть страдание для человеческого спасения, говорил так: «крещением имам креститися, и како удержуся, дондеже скончаются?» (Лк.12:50) Чашею назвал смерть, ибо и мы, елижды пием чашу причащения Божественного, смерть Господню возвещаем; крещением же — страдание и гроб, ибо и мы, елицы во Христа крестились, спогреблись Ему крещением (1Кор.11:26). Что же на сей вопрос Господа Иисуса сказали сии два Апостолы?

Мк.10:39-40. «Она же реста Ему: можева. Иисус же рече има: чашу убо, юже Аз пию, испиета, и крещением, имже Аз крещаюся, креститася. А еже сести одесную Мене и ошуюю, несть Мне дати, но имже уготовано есть.»

Апостолы согласились претерпеть таковые же страдания и смерть, Богочеловек же сие утвердил, как и случилось; ибо Иакова Ирод уби мечем, а Иоанна Дометиан Патмский в темнице умори. Однако, говорил Христос, знайте, что тех престолов одесную и ошуюю, то есть, той преимущественной славы, не есть Мое дати: то есть, не есть дело Моего правосудия вам того дать, так, как вы думаете, либо потому, что Мои есте ученики, либо потому, что Мои други. Ибо таковая слава не по дружбе, не по лицеприятию дается, но тем только, для которых, ради преуспеяния их в добродетели, уготована есть. Кем же есть уготована, упомянул священный Матвей, говоря: «но имже уготовася от Отца Моего» (Мф.20:23). Не заключай же из сего, наподобие Арианов, якобы сим словом Сын показал Себя нижайшим пред Своим Отцем; ибо на другом месте так говорил: «аз и Отец едино есма» (Ин.10:30). Но сказал же таким образом, яко человек сый. Ибо Он, яко Бог, со Отцем и Духом «от сложения мира», царствие уготовал для праведных (Мф.25:34); а яко человек, имел власть судить и уготовлять Царствие и славу не Сам от Себе, но от Бога Отца. Чего для и говорил: «дадеся Ми всяка власть на небеси и на земли» (Мф.28:18). Что же говорили десять прочие Апостолы, услыша прошение тех двух, Иакова и Иоанна, и ответ Иисуса Христа?

Мк.10:41. «И слышавше десять, начата негодовати о Иакове и Иоанне.»

Удивления достойная вещь: Иаков и Иоанн царствие Иисуса Христа почитали земным; почему, когда Иисус говорил о страдании и смерти, и воскресении Своем из мертвых, они, приступив к Нему, просили преимущества и первоседания: но прочие десять Апостолов, слыша о сем негодовали на сие. Неведение, славолюбие, негодование имеют место в Апостолах, то есть в избранных сосудах, в тех, ихже Бог избра от мира? Сие нимало не удивительно; ибо Апостолы люди были рыбаки, неученые, простые. Следовательно, ни разум их не постигал высочайших небесных догматов, ни сердце их было чуждым всяких человеческих страстей (Деян.4:13). Таковых же избрал Бог для Евангельской проповеди для того, да не похвалится человек уловившим мир проповедию веры (1Кор.1:27, 29). Были же таковыми тогда Апостолы по естеству: а после, то есть по Христовом воскресении, и разум их отверзе Богочеловек «разумети Писания» (Лк.24:45), и исполнил их Святого Духа в день Пятидесятницы, почему и глаголали разными языки, и пророчествовали; и будучи исполнены Божественной благодати, были премудры, добродетельнейшие и совершенны (Деян.2:4). Послушаем же теперь и небесного Богочеловека увещания.

Мк.10:42-44. «Иисус же призвав их, глагола им: весте, яко мнящиися владети языки, соодолевают им: и велицыи их обладают ими. Не тако же будет в вас: но иже аще хощет в вас вящший быти, да будет вам слуга. И иже аще хощет в вас быти старей, да будет всем раб.»

Виждь, как премудро и кротко обличает и исправляет погрешность Своих учеников, и возводит их ум от земли на небо, показуя им, яко дела языческая, то есть мирских рабов, суть противные делам учеников Его. Начальники, говорит, языков, как и вы знаете, требуют преимущества, и обладают своими людьми, и сущие из них велицыи, либо поколику богаты суть, либо поколику высокого достоинства, соодолевают им: вы же, Мои ученицы, не от мира сущие, но небесные, не должны таким образом провождать жизнь. Но кто из вас хощет быть велик, тот да будет ваш слуга, и кто хощет быть первый, да будет тот всем другим раб. Но почему же служение и рабство возвышает человека? Ибо кто бывает слугою и рабом других, тот имеет добродетель смирения; смирение же возвышает человека пред всеми людьми, творит его преимущественным, и подает истинное и вечное первоседательство: «смиряяй бо себе, вознесется. Смиренным же дает благодать» (Лк.14:11; Притч.3:34). Но да насадит на сердцах учеников Своих Богочеловек сие небесное учение, предлагает им Самого Себя в пример.

Мк.10:45. «Ибо Сын человечь не прииде, да послужат Ему: но да послужит, и даст душу Свою избавление за многи.»

Ибо и Я, говорил, не пришел в мир сей, да люди Мне послужат, но да послужу им во спасение. Не токмо же пришел послужить, но и положить живот Мой, и смертию Моею род человеческий освободить от работы диавольской. Послужил же Богочеловек людям, научая их Богопознанию и добродетели, изгоняя из них бесы, исцеляя недуги и врачуя их болезни; послужил, когда яко раб, опоясався лентием, умыл ноги Своих учеников. Дал же душу Свою избавление за многи, принесши Себя на крестном древе умилостивительною пред Божеством жертвою, которою искупил нас от работы врагов наших. «За многи” же, сказал, а не за всех, хотя и за всех людей умер, — потому, что смерть не спасает всех, но многих, то есть в Него токмо верующих, и хранящих Его святые заповеди.

Беседа о том, что любовь соединена со смиренномудрием

Увещания Господа Иисуса Христа, данного Своим ученикам, предметом было смиренномудрие. Почему же убо предлагает им в пример не токмо смирение Свое, но и безмерную любовь? Аз, говорил, приидох в мир, не да человецы Мне послужат, но Я да послужу им. Се довольный кроме всякого пример смиренномудрия! Видя Царя царствующих, Творца неба и земли, Владыку вся видимой и невидимой твари, видя всемогущего и всесильного Бога, всеми небесными Ангельскими воинствами поклоняемого и славимого, — видя Такового служащего человекам и омывающего рабов ноги, какой можем видеть другой либо вящий, либо убедительнейший, либо довольнейший сего пример смиренномудрия? Какой другой паче сего может убедить нас, да не высоко, но низко о себе мечтаем? Для чего же убо, присоединив к смирению Своему и пример безмерной Своей любви, сказал: ибо и «Сын человечь не прииде, да послужат Ему: но да послужит и даст душу Свою избавление за многи?»

Два Апостола, Иаков и Иоанн, прося, представ пред Иисуса Христа, преимущества и первоседания, являли признаки высокомудрия; прочие же десять, негодуя на прошение сих двух, изображали черты зависти; зависть же есть неимение любви. Для того, следовательно, Богочеловек пример любви присовокупил к учению о смиренномудрии, да не токмо двух, но и прочих десять просветит Своим учением.

Слова Богочеловека Иисуса не токмо клонились к исправлению Своих учеников, но и ко спасению всех в Него верующих. А посему пример смиренномудрия совокупил с примером любви, да и весь мир научит, что сии две великие добродетели тако суть неразлучны, якоже солнце от света, и огнь от теплоты, и тело от тяжести.

Любовь к Богу имеет предметом всего человека. Ибо долженствуем любить Бога от всего сердца, от всей души, от всей крепости и от всего помышления; любовь же к ближнему определяется равенством: «возлюбиши», сказал, «ближняго твоего, якоже сам себе» (Мк.12:31). Виждь же, како любовь к ближнему соединяется со смиренномудрием, и како, при несуществовании любви в нашем сердце, не существует в нашем уме смирение: равным образом, если не имеем смирения, не имеем и любви.

Когда я люблю ближнего по мере Божией заповеди, тогда, что б только я для себя ни делал, то же самое делаю и для моего ближнего.

Следовательно, когда люблю ближнего моего, якоже самого себя, никогда не пожелаю иметь пред ним преимущества, никогда не захочу, ради собственной чести, того бесчестия. Когда ищу преимущества, первоседательства, предпочтения пред моим ближним, когда гневаюсь на того, кто мне не отдает первенства, и негодую на того, кто не кланяется мне, когда ищу того, чтобы люди почитали меня достойнейшим пред другими: не люблю тогда ближнего, якоже самого себя, но люблю более меня, нежели ближнего. Явствует убо, что тогда только гоняюсь я за предпочтением и первенством, когда не имею Богом предписанной к ближнему любви. Не имею в моем сердце любви, того для высокомудрствует и мысль моя: когда же люблю ближнего моего, якоже самого себя, никаким образом во мне не может иметь места высокомудрие, но бежит от меня далеко.

Смиренный человек, хотя бы был благородный, хотя бы богатый, хотя бы знаменитый, хотя бы по всему превосходил других, не тщеславится ни благородством, ни мудростию, ни богатством, ни достоинствами, ни преимуществом; но зная, яко есть земля и пища червей, так как и прочие человецы, не токмо никакого не ищет предпочтения, но всегда еще других предпочитает. Если бы все люди были смиренны, истинно в мире было бы то, что предвозвестил Апостол Павел, говоря: «честию друг друга больша творяще» (Рим.12:10). Истинно было бы такое попечение, что каждый столько бы старался уступить другому первенство, сколько ныне стараются превзойти других: узрел бы такое тщание быть каждому пред другими нижайшим, сколько видишь ныне рвения быть одному пред другими высшим. Виждь же, како таковое смирение сопряжено есть с любовию. Желая ты другого предпочесть, с кем желаешь тако поступить, с другом ли твоим, или со врагом? Того ли предпочитаешь, кого любишь, или того, кого ненавидишь? Известно, что друга твоего, а не врага, любимого тобою, а не ненавидимого; убо когда, по смирению сердца твоего, предпочитаешь всех, — без сомнения, любишь всех столько, сколько и самого себя. Вот как совокуплено и сопряжено есть смирение с любовию!

Когда же не имеем смирения, и мысль наша исполняется гордостию, нимало тогда не размышляем, яко вмале, то есть, после смерти, все наше прейдет яко соние, и все мы по всему явимся между собою равны, — тлением, то есть и землею. От чего иной говорит: мне принадлежит первенство, ибо я человек благородный; другой, — я должен занимать высшее место, ибо я разумнее, а то занимающий есть невежда; богач негодует и гневается на бедного за непочтение, властелин мстит простаку за непоклонение ему до земли. Открываются тогда все всезлобные высокомудрия мечтательности, столько от любви отстоящие, сколько отстоит небо от земли.

Откройте теперь душевные очеса, и обратите на Начальника спасения, Господа славы, Искупителя и Спасителя нашего. Он тысячи величественнейших и Божественных имел преимуществ: однако все оставил и принял на Себя образ смирения, подая Сам нам пример, да мы так поступать никакого не имеем сомнения: «научитеся», говорил, «от Мене, яко кроток есмь и смирен сердцем» (Мф.11:29). И поистине, таковое Его было смирение, что превосходит понятие не токмо человеческого, но и Ангельского ума. Бог Вседержитель, Творец и Владыка всех видимых и невидимых, Ангелами воспеваемый и ублажаемый, всею тварию почитаемый и покланяемый, принял на Себя зрак раба и был человеком. Плакал яко младенец в Вифлеемском вертепе; излил слезы яко друг над гробом Лазаря; скорбел яко страстям подлежащий во граде Иерусалиме; яко утружденный и утомленный сидел при Самарийском источнике и яко во сне нуждающийся спал в корабли; яко сострастный обращался с грешниками, и с ними вкушал пищу; яко злодей ведом был связанный на суд и осужден; яко слабости имущий, был попираем и поношаем, оплеваем и охуждаем, бием и наказуем, и напояваем желчию и оцтом; яко смертный, умирал и был погребен. Был же Бог не по благодати, но по существу; ибо не присвоительное имел имя, якоже Сатурн и Юпитер, и прочие языческие лживые боги; но будучи истинным Богом, был человеком, и показал чрезмерное смирение: «Иже во образе Божии сый, не восхищением непщева быти равен Богу, но Себе умалил, зрак раба приим, в подобии человечестем быв, и образом обретеся якоже человек, смирил Себе, послушлив быв даже до смерти, смерти же крестныя» (Флп.2:6-8).

Но что же было причиною толико преславного и неудобопостигаемого умаления? Что было виною сей великой и превышающей понятие тайны смирения? Поистине не другое что, как токмо любовь: любви плод есть таковое Его чудное смирение. О сем ни человек, ни Ангел, но Сам Господь Бог наш засвидетельствовал, говоря: «тако бо возлюби Бог мир, яко и Сына Своего единороднаго дал есть, да всяк веруяй в Онь не погибнет, но имать живот вечный» (Ин.3:16). Являл же Богочеловек таковую любовь не токмо чрез все течение Своей в сем мире жизни, всячески благотворя человеческому роду, но и предал Самого Себя на смерть ради спасения нашего (Деян.10:38). И сия есть любы, еяже более не обретается: «больши сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя» (Ин.15:13); но Он показал к нам вящую и сей любви: «едва бо за праведника кто умрет: за благаго бо негли кто и дерзнет умрети» (Рим.5:7): а мы, когда Он ради нас умре не быхом други, но враги, не быхом праведницы, но грешницы. И сия-то есть чрезмерная любовь, каковую Бог изъявил к нам: «составляет же Свою любовь к нам Бог, яко еще грешником сущим нам Христос за ны умре» (Рим.5:8).

Знайте убо, каковой союз имеет любовь со смиренномудрием: знайте, что чем более любовь, тем вящее смирение, и что как любовь никогда не бывает без смирения, так и смирение без любви; знайте, и не мните, якобы сего один только был пример Спасителя Христа. Ибо то же самое, то есть смирение и любовь, и во всех святых созерцаем. Два я на среду таковых токмо предлагаю: один из бывших прежде закона, а другой по Евангельской благодати.

Великую имел любовь к своему ближнему Патриарх Авраам, странных принимая, Лота защищая, о Содоме умоляя: он же имел и смирение: «аз же”, говорил, «земля есмь и пепел» (Быт.18:27). Слова сии суть яснейшим доказательством смирения; слова сии сколько истинные, столько и святые, слова, каковые достоит всякому человеку не забывать, и всегда иметь оные пред своими очами. «Зане есмь земля»: чем же похвалится земля пред землею? «Занеже есмь пепел»: чем же возгордится пепел пред пеплом? «Аз же есмь земля и пепел». Понеже есмь земля, как же могу почесть себя высшим пред другими людьми? Понеже есмь пепел, для чего же мне искать преимущества и первоседательства пред пеплом? Понеже есмь земля и пепел, как же гневаться и негодовать тогда, когда не почитают меня, яко богача, яко знаменитого, яко мудреца?

Какую, равным образом, изъявил любовь к ближнему своему Павел, проходя от Иерусалима и даже до Иллирика, проповедуя Евангелие Христово, претерпевая таковые бедствия и толикие скорби, о каковых сам к Коринфянам не преминул писать, многажды оскорбляемый, беспрестанно гонимый Израильским неверием, и желавший ради их спасения сам отлучиться от Христа! (Рим.15:19; 2Кор.11:23) «Яко скорбь ми есть», говорил, «велия, и непрестающая болезнь сердцу моему: молилбыхся бо сам аз отлучен быти от Христа по братии моей, сродницех моих по плоти, иже суть Израилите» (Рим.9:2-4). Видишь ли безмерную любовь? Рассмотри же и глубину смирения: «аз бо есмь мний Апостолов»; се есть смирение. «Иже несмь достоин нарещися Апостол» (1Кор.15:9): се глубина смирения! О премудрости святые и спасительные! Даждь нам, Господи, таковый разум; даждь, да всяк и мудрствует и взывает: аз есмь мний из христиан, и несмь достоин нарещись христианином. Аз есмь мний человек и несмь доволен нарещися человеком. О добродетелей святых, любви, то есть и смиренномудрия! О иго святое, вина земного и небесного спасения!

Если бы любовь и смирение всегда находились в сердце каждого человека: не было бы ненависти, погибла бы клевета, исчезла ложь, затмилось коварство, зависть, притеснение, убийства же ниже слышно бы когда было; не имело бы места любопрение, не было бы ссоры, хулы и поношения, ни одного бы порока не существовало на земли. Подчиненные тогда бы были почтительными и со всею охотою покоряющимися властям; подобно и власти, всячески старающиеся благотворить своим подчиненным. Царствовал бы тогда во градех мир, в торговлях истина, в сообращении целомудрие, в договорах верность, в церкви благочестие. Земля тогда бы представлялась раем, мир — небом и земные люди — небесными Ангелами.

Давид премного, как явствует, боялся смертного часа: «боязнь», говорил, «смерти нападе на мя: страх и трепет прииде на мя, и покры мя тьма» (Пс.54:5-6). Напоследок просил крил, да избежит смертного страшилища, и да полетит и почиет; «и рех: кто даст ми криле, яко голобине, и полещу и почию?» Кто всегда размышляет о том, сколько Бог возлюбил его, сколь полезна есть любовь и коль нужна для спасения его души, помнит же беспрестанно и о том, что он есть земля и пепел, что смирение возвышает человека и на небеси и на земли, и что без сего всякая добродетель есть бесполезна: таковому подает Бог два крила голубины, — любовь, то есть и смирение. Посему при наступлении смертного часа ни убоится, ни вострепещет, ни тьма покрыет его; но спокойно и мирно, окруженный святыми Ангелами, полетит яко голубица, и почиет в селениях Господних возлюбленных, где свет невечерний, где радость неизглаголанная, слава бесконечная, во Иисусе Христе Господе нашем, Ему слава и честь и поклонение вовеки веков. Аминь.

49.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Евреям, читаемый в пятую неделю Великого поста (Евр.9:11-14)

Все, что ни имел Ветхий Завет, было знаменованием и прообразованием того, что произошло в Новом Завете. Богоглаголивый Павел воспоминает первую и вторую Скинию, светильник седмисвечный, предложение хлебов, завесу разделяющую две Скинии, златую кадильницу, ковчег завета, и в нем содержащееся, как-то: златой сосуд с манною, жезл Ааронов прозябший и скрижали завета, над киотом еще Херувимов славы, и осеняемое ими очистилище (Евр.9:1-5): но не изъяснил, каких вещей Нового Завета были оные знаменованием и прообразованием, а сказал только сие, что настоящее время не позволяет говорить об оных подробно: «о нихже не лет ныне глаголати подробну» (Евр.9:5). Сие же сказал целию имея своею то, чтобы говорить о Священстве, и особенно о Архиерее, и чтобы показав, что Архиерей законный образ был Иисуса Христа, тем самим превознести принесенную Им жертву, которая отверзла спасительный вход в противообразная Святая Святых. Предрасполагаясь к тому, во-первых, говорит, что во вторую Скинию, то есть в знаменовательная Святая Святых единожды в год входил един Архиерей «не без крове» (Лев.16:15), потому что кропил очистилище кровию закалаемого козла, и что сим вшествием единого Архиерея в образовательная Святая Святых означал Дух Святой, что доколе Скиния оная состояла, дотоле путь в истинная Святая Святых не был открыт (Евр.9:8): во-вторых, учит, что приносимые в законе дары и жертвы, как знаменовательные, не могли успокоить совесть приносящих оные (Евр.9:9), сказав сие о прообразованиях, представляет и Самого прообразуемого Христа, и то, что совершено Им, начиная так.

Евр.9:11-12. Братия, Христос пришед Архиерей грядущих благ большею и совершеннейшею Скиниею нерукотворенною, сиречь не сея твари, ни кровию козлею ниже телчею, но Своею кровию вниде единою во Святая, вечное искупление обретый.

«Пришед», сказал, а не быв, дабы представить, что не был Он Архиереем прежде нежели пришел в мир, но соделался Архиереем пришедши в мир и вочеловечившись. «Отнюду же должен бе по всему подобитися братии, да милостив будет и верен Первосвященник в тех, яже к Богу, во еже очистити грехи людския» (Евр.2:17). Архиереем грядущих благ зовется Иисус Христос потому, что великие и вечные блага, дарованные от Него людям не суть блага настоящего, но будущего века. Тогда бо, то есть, во время воскресения мертвых, во время второго пришествия Господня, подаст нетление, уразумение Божественных Таин и наследие вечной славы и Царствия. Какую же Скинию называет большею и совершеннейшею и нерукотворенною, сиречь, не сея твари? (Злат. Феод. Икум. Феоф.) Самую плоть Господа Иисуса наименовал Скиниею, поколику в оной вселилось и обитало «всяко исполнение Божества» (Кол.2:9): Большею и совершеннейшею, поколику плоть Бога Слова несравненно превосходит законную Скинию, и соделал Бог страданием и смертию Своей плоти дела несравненно совершеннейшие совершавшихся в Скинии: нерукотворенною, поколику не художественно устроена руками человеческими, как законная Скиния Веселеилом и Елиавом (Исх.36:2). Что же значит сие как бы для объяснения приложенное: «сиречь не сея твари?» То, что плоть Живодавца получила бытие Свое не по законам естества, от совокупления то есть мужа и жены, как тела человеческие, но составилась и устроилась от Пречистых кровей Приснодевы Марии наитием Всесвятого Духа и осенением силы Вышнего (Лк.1:35). Вот еще и преимущество жертвы. Прообразовательная жертва законная совершалась кровию козлов и тельцов, истинная же Иисус Христова собственною Его кровию. поелику Первосвященник законный входит во Святая, что в Скинии, принося кровь козлов и тельцов (Лев.16:14,18): а Первосвященник благодатный Иисус по принесении Божественной Своей крови взошел на небо. Показуя же трудность и нелегкость искупления нашего сказал, «обретый», подобно как бывает в людях, кои, когда исполнят трудные и неудобные дела почитая то как бы обретением, обрели, говорят. Вечным же назвал искупление наше, потому что мы единожды искуплены бывши, пребываем вечно свободными; и никак уже не требуется, чтобы еще принесена была жертва для искупления нашего. Вот убо весь в составе смысл предлежащих Апостольских слов. Христос, говорит, пришел в мир, дабы яко Архиерей принес Себя в жертву не за мирские временные, но за премирные и некончаемые блага будущего века. Восприятою же плотию Своею, которая и более и совершеннее есть Скинии законной, и не по закону естества, но преестественно составилась, взошел не «единою в лето» (Евр.9:7), как Архиерей законный, но единожды токмо, и не в Скинию, но во Святая, то есть, «одесную престола величествия на небесех» (Евр.8:1). Взошел принося не кровь козлию и телчию, но собственную Свою кровь на кресте излиянную: и сею жертвою даровал роду человеческому вечное искупление от рабства сатаны и бесконечную славу Божественного блаженства. Сказав же сие, приводит доказательство взятое от меньшего к большему.

Евр.9:13-14. Аще бо кровь козлия и телчая (воловия и козлия)47, и пепел юнчии (теличии), кропящим оскверненныя освящает к плотстеи чистоте: кольми паче кровь Христова, Иже Духом Святым Себе принесе непорочна Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел, во еже служити Богу живу.

Почему прежде сказал, «козлею и телчею» (Евр.9:12), а теперь говорит, «воловия и козлия»? Потому что вол младоИ есть телец. Видим мы в Пятокнижии Моисеевом, что Архиерей законный закалая козлов и тельцов, окроплял кровию их пред Очистилищем и Скиниею, и на рога олтаря окрест (Лев.16:14,16): и что приносили Израильтяне в жертву юницу (телицу), непорочну (Чис.19:2), то есть никакого порока не имеющую на теле своем, и закалая оную сожигали вне полка, пепел же ее мешали с водою, чтобы тем кропиться; и жрец кровию юницы кропил пред Скиниею свидения, а из самых Израильтян тот, кто чист, кропил водою смешанною с пеплом сожженные юницы нечистых для очищения их. О сем весьма кратко повествовал Апостол сказав: «аще бо кровь воловия и козлия, и пепел тельчий, кропящий оскверненныя освящает к плотстей чистоте». Оскверненными или общественными48 назвал нечистых (как и святые Евангелисты называют) (Мф.15:11; Мк.7:15), потому что общие вещи бывают нечисты, а единые Богу посвящаемые суть чисты и нескверны. Неужели же кропления кровию волов и козлов, и водою, смешанною с пеплом телицы очищали души от грехов их? Таковые кропления будучи образы и знаки излития крови Иисуса Христа, очистившего и оправдавшего род человеческии, не могли очистить грехи и оправдать человека. «Яко не оправдишися человек от дел закона, но токмо верою Иисус Христовою. Аще бо законом правда, убо Христос туне умре» (Гал.2:16, 21). А как были они образы, то служили к телесному очищению и оправданию. Посему преступающие заповеди закона ежели не очищались таковыми кроплениями, то наказывались телесно, отлучаемы были от прочих человеков, и почитались нечистыми и смерти достоиными (Лев.13:46, Чис.19:19-20): ежели же сими кроплениями очищались, то почитались чистыми и непорочными, и вступали в общение с людьми. А дабы кто не подумал, что таковое кропление очищало души, то Богоглаголивый Павел изъявил, какое было освящение от сего кропления, говоря: «освящает к плотстей чистоте». Заметь же, что непорочна была приводимая юница, как непорочно было тело Господа Иисуса: «яко беззакония не сотвори, ниже обретеся лесть во устех Его» (Ис.53:9).

Юница чрез огонь приносима была в жертву Израильтянами: Иисус же содействием живущего в нем Всесвятого Духа Сам Себя принес в жертву Богу: что показывают сии Апостольские слова: «Иже Духом Святым Себе принесе непорочна Богу». Мертвые же дела суть дела греховные яко умерщвляющие душу и причиняющие ей вечную смерть. А поелику кровь Иисуса Христа очищает совесть нашу от мертвых дел, дабы с чистым сердцем служить нам Богу живу, то отсюда явствует, что те, кои имеют совесть свою оскверненную мертвыми делами, не служат живому Богу, но почитают Его токмо устнами, «сердце же их делече отстоит от Него» (Ис.29:13). Но дабы уразуметь тебе силу доказательства Апостольских слов, то повтори высшее. Выше сказал Апостол, что Христос излиянием Своей Крови совершил вечное искупление наше, то есть, даровал нам очищение грехов и вечное спасение. На сие привел он доказательство, говоря так: ежели изливаемая кровь волов и козлов, и пепел телицы делает нечистых чистыми от телесной нечистоты, то кольми паче кровь Иисуса Христа излиянная на кресте очищает душу нашу от мертвых дел греха, дабы чисты мы приносили живому Богу истинное служение.

Беседа о великом таинстве Божественной Евхаристии, что сколь оно непостижимо для силы ума нашего, столь нужно для спасения души (с молитвой)

Чтенное ныне послание Богомудрого Павла возводит ум наш к Богопреданному Таинству Божественной Евхаристии. Он учит доказательно, какую имеет силу кровь Господа Иисуса Христа, говоря, что она очищает душу нашу от грехов, и делает нас истинными служителями Бога живаго. «Аще бо», говорит, «кровь козлия и телчая, и пепел юнчий кропящий оскверненныя освящает к плотстей чистоте: кольми паче кровь Христова, Иже Духом Святым Себе принесе непорочна Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел, во еже служити Богу живу?» (Евр.9:13- 14) Согласна проповедь Павлова с учением Иоанна; ибо и он учит, говоря: «Кровь Иисуса Христа Сына Его очищает нас от всякаго греха» (1Ин.1:7). Каким же образом очищает? Достойно будучи приемлема. Посему когда Спаситель предал нам совершать Причащение оной, то завещал, говоря: «сие творите в Мое воспоминание» (Лк.22:19). Какое же воспоминание мы делаем, совершая то? Воспоминание живоносной смерти Иисуса Христа. «Елижды бо аще», учит Павел, «ясте хлеб сей и чашу сию пиете, смерть Господню возвещаете, Дондеже приидет» (1Кор.11:26). Почему нужно всякому благочестивому человеку слышать слово о Таинстве сем. Но какое слово может представить достолепно высоту, благодать, силу и действия оного? Изнемогает поистине не только всякая мысль человеческая, но и всякий невещественный ум небесных Сил. Ничего другого не могу я сказать, как только что великое сие и преестественнеишее Таинство сколь есть непостижимо для силы ума нашего, столь нужно для спасения души.

КакоИ ум человеческий может уразуметь, как по благословении хлеб бывает Телом Христовым, а вино Кровию Его, и однако же остается и протяжение, и вид, и запах, и вкус, и осязание хлеба и вина? Какому уму вместительно то, как едино Тело Иисус Христово в одно и то же время находится одесную величествия на небесех и на тмочисленных жертвенниках православных на земли? Или как и весь благословенный хлеб есть Тело Иисус Христово, и всякая часть, хотя и малейшая, того же хлеба равно есть все тело Христово, или как жуется зубами, и проходит гортанью в желудок обоженная плоть Живодавца? Какая сила ума понимает, как причащением сего Таинства соединяется Христос с причащающимся, и пребывает с ним, как Сам Он учил, сказав: «ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь, во Мне пребывает, и Аз в нем»? (Ин.6:56) Столь непостижимо Таинство сие, что многие, хотя уверовали во Иисуса Христа, и оставивши все соделались учениками Его, и последовали Ему, но когда услышали учение о Таинстве сем, то сперва сказали: «жестоко есть слово сие, кто может его послушати?» (Ин.6:60) А потом, «идоша вспять, и ктому не хождаху с Ним» (Ин.6:66), то есть, отвергшись веры оставили Учителя своего, и возвратились в прежнее свое состояние. Касательно Таинства сего ни доказательство, ни испытание не имеют места: веры единой требуется, и веры теплой, чтобы превозмочь ею и требования ума, и самые внушения чувств.

Но для чего, скажешь ты, восхотел Бог, чтобы не понимал я тех вещей, от коих зависит спасение души моей? Сему так быть определил Бог для того, чтобы непонятностию оною спасти душу твою. Как это? Послушай. Когда ты хотя не понимаешь, но веришь слову Божию, тогда вера твоя есть весьма благоприятна Богу. Когда же не только не понимаешь, но и чувства твои склоняют тебя в противную сторону, и ты однако ж веришь слову Божию, тогда вера твоя имеет великое мздовоздаяние. Но почему так? Потому что веришь слову Божию более, нежели суждению ума твоего, и внушению чувств твоих. Слово Божие учит, что благословенный хлеб и вино есть Тело и Кровь Его. «Приимите, ядите, сие есть Тело Мое. Пийте от нея вси, сия бо есть Кровь Моя» (Мф.26:26-28). Чувства представляют уму твоему хлеб и вино, а ум последуя представлению чувств, рассуждает и судит, что благословенный хлеб и вино есть хлеб и вино, однако ж верит Слову Божию, и следственно предпочитает Бога и уму твоему, и чувствам твоим. А сие есть высочайшая честь, величайшее благоговение, и пресовершенное послушание к Богу. Ежели бы ты понимал, то бы не веровал, но имел бы удостоверение от ума твоего. Ежели бы чувства тебя убеждали, то бы не веровал, но имел бы удостоверение от зрения, или от слуха, или от обоняния, или от вкуса, или от осязания, или и от всех вместе чувств. «Вера же», говорит Божественный Апостол, «есть уповаемых извещение, вещей обличение невидимых» (Евр.11:1). И чем непостижимее то, чему веруется, тем противнее то суждению ума и внушению телесных чувств: тем вера есть сильнейшая и горячайшая, и следственно тем более достойна высших наград и венцев.

Почему вера Аврамова почтена от Бога правдою, то есть, исправлением и исполнением всех добродетелей? Потому что хотя он был столетен, хотя омертвевшее было тело его, хотя знал, что утроба Саррина по старости и неплодству была совсем неспособна к зачатию, однако ж никак не усомнился в том, что может быть отцем. Боролись с верою ум его и чувство, но поелику вера была сильнейшая, то побеждала она помыслы ума, и торжествовала над впечатлениями чувств. Почему Авраам ни суждения ума своего не послушал, ни представлением чувств своих не убедился, но твердо и несомненно веровал, что силен Бог исполнить Свое обещание. «И не изнемог верою, ни усмотри своея плоти уже умерщвленныя, столетен негде сый, и мертвости ложесн Сарриных. Во обетовании же Божии не усумнеся неверованием, но возможе верою, дав славу Богови: и известен быв, яко, еже обеща, силен есть и сотворити. Темже и вменися ему в правду» (Рим.4:19-22).

Сверх сего, почему ты жалуешься, что не можешь понять того, чему учит Вера о таинстве Божественной Евхаристии? Понимаешь ли вещи, кои видишь, и слышишь, и осязаешь? Весьма немногие, и то не совершенно. Понимаешь ли, как хлеб и вино, пища и питие, коими питаешься, превращаются силою желудка в сок и кровь, в жизненный дух, в семя, в желчь, в слюну, и по соку в жилы, артерии и нервы, в мясо и кости, и прочее что питает, возращает, и соблюдает все части и члены тела твоего? Понимаешь ли, что есть память, и как помнит человек толикие дела и повествования, толикие речения различных языков, и толикие правила художеств и наук? Или как составляется слово в уме твоем, и сходит в уста твои, слагается и произносится, звучит и слышится? Или как когда захочешь двинуть язык, или руку, или ногу, или другой какой член, тотчас как захотел и движутся? Понимаешь ли естество, рождение, возрастание, соблюдение и истление муравья, травники и цветка? Никак. Почему, ежели не понимаешь сих естественных, видимых и осязаемых вещей, то как можешь понять, что невидимою и вседержительною силою Божиею производится и совершается?

Но для чего, скажешь ты, сотворил Бог ум человеческий столь малыми и тесным, что многие вещи естественные несовершенно, а свышеестественные совсем не понимает? О! сей вопрос выходит из границ вопросов, и есть безрассудная дерзость. Ты хочешь узнать намерение Господне. Но «кто разуме ум Господень? или кто советник Ему бысть?» (Рим.11:34) Сие есть то же самое, как бы ты вопрошал, для чего сотворил Бог камни бесчувственными, скотов бессловесными, птиц пернатыми, и пресмыкающихся безножными? Для чего иные цветы сотворил Бог благовонными, а иные зловонными, иные плоды сладкими, а иные горькими? Для того, что так восхотел. «Ты кто еси против отвещаяй Богови? Еда речет здание создавшему е: почто мя сотворил еси тако? Или не имать власти скудельник на брении от тогожде смешения сотвориши ов убо сосуд в честь, ов же не в честь?» (Рим.9:20-21) Все твари создал Бог, дал же каждой отличительные свойства и собственные пределы. Характер человека есть разумная сила, которая имеет меры разумения ограниченные и не преходимые далее. Ежели бы человек понимал совершенно все Божеские и человеческие дела, то бы разумная его сила была неограниченная, и потому не был бы он человек, но другая некая тварь, различная от человека; как и камень не был бы камнем, ежели бы имел чувство, и пресмыкающееся не было бы пресмыкающимся, ежели бы имело ноги. Ежели бы человек понимал все, что имеет в себе Бог, то бы не был человек, но Бог.

Поелику убо, о человече, таковым ты создан от Творца твоего Бога, то не испытуй того, что свыше силы твоей, но веруй Богу от всего сердца твоего. Никакой нужды не имеешь ты знать таинственные и сокровенные вещи: «вышших себе не ищи, и креплших себе не испытуй: яже ти повеленна, сия разумевай, несть бо ти потреба тайных» (Сир.3:21-22). Ежели испытывать будешь дела Божии, чтобы понять, как оные бывают, то не только никакой отсюда не получишь пользы, но еще и величайший вред причинишь душе твоей, отпадая от веры. «Сошед», сказал Бог к Моисею, «засвидетельствуй людем, да не когда приступят к Богу уразумети, и падут от них мнози» (Исх.19:21). Ежели будешь верить без исследывания слову Божию, и будешь пред Ним прост, ничего не испытующ, то пребудешь навсегда в соединении с Ним: и Той взяв правую твою руку поведет тебя по пути святых Его заповедей, и восприимет тебя в Божественной Своей славе. «И аз уничижен», говорил святой Пророк Давид, «и не разумех, скотен бых у тебе. И Аз выну с тобою: удержал еси руку десную мою, и советом Твоим наставил мя еси, и со славою приял мя еси» (Пс.72:22-24).

Исследывайте братия моя, повседневно, и испытывайте, сколько желаете, не то, как хлеб и вино прелагаются благословением в Тело и Кровь Иисус Христову, но сколь нужно ко спасению души нашей причащение сего святейшего Таинства. Испытывайте прилежно не то, как происходят в Таинстве Божественной Евхаристии Таинственные и превышающие понятие дела, но сколь нужно то, чтобы нам не недостойно, но достолепно оного Таинства причащаться. Читайте часто Божественное Писание, и испытывайте то, что учредил Бог касательно сего преестественного Таинства. Таковое испытание многий прибыток, и великую принесет душевную пользу.

Открываю я Ветхий и Новый Завет, и вижу в Ветхом — в законоположении о Пасхе — «овча совершенно, мужеск пол», «единолетно», «заклано» (Исх.12:5-6). Сие есть образ закланного тела Иисуса Христа, который по Пророчеству Исаии, «яко овча на заколение ведеся, и яко агнец пред стригущим его безгласен» (Ис.53:7). Читаю в Ветхом Завете повеление: «да возмет кийждо овча по домом отечестве, кийждо овча по дому: и заколют то: и снедят мяса: и приимут от крове, и помажут на обою подвою, и на прагах и домех, в нихже снедят тое» (Исх.12:3, 6-8). Повеление читаю и в Евангелии: «Приимите, ядите: сие есть тело Мое. Пийте от нея вси: сия бо есть кровь Моя» (Мф.26:26-28). Учреждение как приуготовляться к тому вижу в Ветхом Завете: «сице же снесте е: чресла ваша препоясана» (Исх.12:11): сие знак есть мужества и целомудрия: «и сапози на ногах ваших»: сие означает готовность духа — тещи по пути Божественных заповедей, и «наступати на змию и на скорпию, и на всю силу вражию» (Лк.10:19): «и жезлы ваши в руках ваших» (Исх.12:11). Образ есть сие твердости в вере и добродетели. «И снесте е со тщанием: Пасха есть Господня» (Исх.12:11). Сие показывает готовность, достодолжную горячность и благоговение к причащению Божественной Евхаристии. «Ибо Пасха наша за ны пожрен бысть Христос» (1Кор.5:7). Учреждение приуготовления вижу и в посланиях Павловых с устрашениями великими: «Да искушает же человек себе, и тако от хлеба да яст, и от чаши да пиет. ядый бо и пияй недостойне, суд себе яст и пиет, не разсуждая тела Господня» (1Кор.11:28-29). Слышу в Ветхом страшное определение, произносимое на того, кто не имея законного препятствия не творил Пасхи, то есть, не ял от закланного овча. «И человек, иже аще чист будет, и на пути далече несть, и оставит сотворити Пасху, потребится душа та от людей своих» (Чис.9:13). То же самое слышу и в Новом Завете: «Аминь, аминь глаголю вам, аще не снесте плоти Сына человеческаго, ни пиете крове Его, живота не имате в себе» (Ин.6:53). Согласие удивительнейшее двух Заветов, показывающее совет от века, и учредительный промысл Божий о сем преестественнейшем Таинстве.

Но почему и Моисеевым законом и Евангельским толикое осуждение, то есть, погибель души и лишение вечной жизни, определил Бог на того, кто не причащается сего Божественного Таинства? Потому что Бог любя по премногу человека, хочет, чтобы он соединен пребывал с Ним навсегда. А сие бывает чрез причащение Тела и Крови единородного Сына Божия. «Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь во Мне пребывает, и Аз в нем» (Ин.6:56). Почему кто без законной причины удаляется от сего причащения, тот конечно лишается соединения с Богом. Кто же не знает, сколь страшен и ужасен таковый грех? Соответственно и наказание тяжести оного: не только же наказание соответствует греху оному, но есть необходимое следствие удаления от причащения Таинства сего. Ибо Бог есть спасение душ наших, Бог есть живот вечный. Почему кто удаляется от причащения Тела и Крови Господа Иисуса, тот сам на себя наводит наказание то, которое Бог определил на него. «Яко се удаляющии себе от Тебе погибнут» (Пс.72:27).

Сие-то, братия мои Христиане, достойно испытания и исследывания. Ибо испытание сего, открывая неведомое и нужное ко спасению, руководствует нас к исполнению долга нашего. Посмотри же, чему научило вышеизложенное испытание. Оно, во-первых, открыло, что Таинство Божественной Евхаристии поелику нужно ко спасению, то проповедано сперва образованиями и знаменованиями, а потом делом и истиною совершилось в постланной горнице в Сионе: во-вторых, что ежели мы не будем причащаться, то не будем иметь надежды спасения: в- третьих, что кто дерзнет приобщиться Таинству сему без подобающего приуготовления, тот повинен бывает вечному мучению: в-четвертых, что кто достойно причащается Божественного Тела и Крови Иисуса Христа, тот наследник есть вечной жизни и блаженства. «Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь имать живот вечный. ядый Мою плоть и пияй Мою Кровь во Мне пребывает, и Аз в нем» (Ин.6:54. 56).

Господи Иисусе Христе, человеколюбивейший и всещедрый, признаю я бедный безмерное богатство благости Твоей: Ты хочешь, чтобы я причащался Пречистого Тела и Крови Твоей, дабы иметь мне в душе своей залог вечной жизни. Верую и исповедую, что Ты еси Бог Творец всякой твари, Вседержитель и Всеобладатель: Ты еси, Коего все ужасается и трепещет от лица силы Твоей, и самые чистейшие и святые Серафимы не дерзают воззреть и видеть Божественное Твое лице, но со страхом и трепетом пред Тобою предстоя, закрывают лица свои, не терпя светлости Божественного Твоего светосияния: Ты еси Бог ненавидяй беззаконие и отвращаяйся греха. Како убо дерзну я оскверненный подъять Тебя Царя славы? Боюсь, да не попален буду яко воск, и пожжен яко трава от нестерпимого огня Божества Твоего. Хочешь, Святе Святых, да пребудешь со мною: но где? Где обрящешь место приклонить святую Твою главу? В устах ли моих? Но оные исполнены осуждения, лжи, срамословия и празднословия. В уме ли моем? Но он есть делатель всех лукавых помыслов. В сердце ли моем? Но оно есть вместилище всякой злой похоти. В душе ли моей? Но она есть жилище всякой скверны и нечистоты. «Аще не снесте Плоти Сына человеческаго, ни пиете Крове Его, живота не имате в себе» (Ин.6:53). Сие есть ответ Твой, многоблагоутробне Искупителю мой. Почему я, хотя и недостоин, дерзаю, и причащаюсь: «Иже аще яст хлеб сей, или пиет чашу Господню недостойне, повинен будет Телу и Крови Господни. Сего ради в вас мнози немощни и недужливи, и усыпают довольни» (1Кор.11:27,30). Сие отвещаешь Ты Жизнодавче, гласом Апостола Твоего. То есть, что ежели я буду причащаться недостойно, то немощным бываю, недугующим, и умираю. Увы мне всеокаянному! Ежели я не буду причащаться, смерть; ежели буду причащаться недостойно, также смерть! Что убо сотворю всещедрый Господи? «Да искушает человек себе» (1Кор.11:28).

Слышите ли, что определяет премилосердый Господь? Искушение; искушение есть способ, коим причащаемся мы достойно, и спасаемся. Искушение же есть покаяние, исповедание, умиление, слезы, пост, молитва, милостыня, и всякой добродетели соделование. По сем искушении приступи, говорит Бог устами Апостола, и причастись. «Да искушает же человек себе, и тако от хлеба да яст, и от чаши да пиет» (1Кор.11:28). Кто таким образом причащается, тот пребывает во Христе, и Христос пребывает в нем, и тот получает жизнь вечную. Аминь.

50. В неделю Ваий толкование на Евангелие от Иоанна (Ин.12:1-18)

Светлое и славное ныне совершается празднество входа во Иерусалим Господа нашего Иисуса Христа. При совершении сего Богославного входа не было ни искусственных убранств, ни повелительных приуготовлений, ни ради страха поклонений, ниже других каких действий, каковые были чинимы древними Римскими военачальниками тогда, когда, возвращаясь победителями, торжественно входили в царственные грады: но были токмо естественная простота, самопроизвольное почитание, душевное благоговение, пророчеств Божеских исполнение. Иисус, воссед на жребяти осли, вшел во Иерусалим, да тако исполнит бывшее о Нем таинственное проречение: множество же народа, и как жители Иерусалимские, так и пришедшие для праздника Пасхи, услышав, яко грядет Иисус, прияв не медля в руки свои ваия от финик, обратясь вышли на сретение Ему, велегласно взывая: «осанна, благословен грядый во имя Господне Царь Израилев»! (Ин.12:13) И иные из них постилали свои одежды на пути; другие же древесными ветвями устилали землю, по которой надлежало проходить Иисусу. Иные, заходя наперед, а иные, последуя Ему, взывали: «осанна Сыну Давидову! Благословен грядый во имя Господне, осанна в вышних!» Иные же вопияли: «благословенно грядущее Царство, во имя Господа, отца нашего Давида: осанна в вышних»! (Мк.11:10) И множество учеников Его, когда Иисус приближался уже к нисхождению с Елеонской горы, возвышали все глас и славословили Его, глаголюще: «благословен грядый Царь во имя Господне! мир на небеси и слава в вышних!» Также и незлобивые отроки, когда Он, пришед во Иерусалим, вшел во храм, взывали: «осанна Сыну Давидову!» Лазарево воскресение и преславное вхождение Господа Иисуса Христа во Иерусалим воспалили зависть у Архиереев, Фарисеев и старейшин народа; почему за сим последовали страдание Его, крест, смерть, — нашего спасения посредствия. Повествует же о сем ныне чтенное Евангелие, начинающееся так:

Ин.12:1-2. «Прежде шести дний пасхи, прииде Иисус в Вифанию, идеже бе Лазарь умерый, егоже воскреси от мертвых. Сотвориша же Ему вечерю ту, и Марфа служаше. Лазарь же един бе от возлежащих с Ним.»

Богочеловек, воскресив в Вифании Лазаря, отлучился оттуда, и пришел в некий град, называемый Ефремом; прежде же шести дней праздника Иудейской Пасхи, пришел паки в Вифанию, где находился и Лазарь, воскрешенный Им из мертвых (Ин.11:55). И тамо в доме Симона прокаженного, как свидетельствуют Евангелисты Матфей и Марк, была приуготовлена для Него вечеря, и Марфа, так как и в других местах, служила, приуготовляя Ему вечерю (Мф.26:6; Мк.14:3); Лазарь же един бе с Симоном из числа совечерявших с Иисусом Христом (Лк.10:40).

Ин.12:3. «Мария же, приемши литру мира нарда пистики многоценны, помаза нозе Иисусове, и отре власы своими нозе Его: храмина же исполнися от вони масти благовонныя.»

Иные утверждают, якобы пистика значит то же, что достойный веры и истинный; другие же, яко род есть сосуда нарда, каковый пистиком назывался. Что же сия Мария была сестра Лазарева и Марфы, о том нет никакого сомнения. Вифания, отечество ее, Лазарь, тамо сосидевший, и Марфа, служившая при вечери, и единоустное свидетельство всех толковников — суть доказательства, довольно сие подтверждающие. Сомнение только в том есть, все ли три Евангелисты писали о сей Марии. Златоустый утверждает, что все три Евангелисты об одной и той же писали Марии, а Иоанн — о другой чудесной, то есть сестре Лазаревой. Ориген же пишет, якобы о другой напоминал Матфей, и о другой Лука: а Аполлинарий и Феодор Мопсует утверждают, якобы все четыре Евангелисты писали об единой и той же, только что Иоанн подробнее описал. Весьма однако вероятнее есть, яко все три Евангелисты, Матфей и Марк и Иоанн, об одной и той же Марии повествуют, то есть о сестре Лазаревой; ибо все согласно пишут, яко таковое действие было в Вифании, и яко о сем негодовали ученики. Что же есть другая, упоминаемая Лукою, убеждают принять сие следующие доказательства: сия была грешница, то есть, блудница, — «и се”, пишет священный Лука, «жена во граде, яже бе грешница»; та же Мария была целомудренная, благочестивая и Самим Христом похваленная, яко избравшая благую часть. Сия, как явствует, жертвовала миром во граде Наине, а та Мария в Вифании; сия в доме Фарисея Симона, а та — в доме же Симона, но не Фарисея, но зовомого прокаженным. Сия за долгое время прежде праздника Пасхи, та же прежде шести дней Пасхи, пред тем, когда Христос был осужден на пропятие. О сей соблазнился Фарисей Симон, думая, якобы Иисус Христос не ведал, что она была грешница: на ту же негодовали ученики, а паче Иуда, о напрасном издержании мира. И так Мария, сестра Лазаря и Марфы, — сия, о которой Матфей и Марк повествуют, — умыла нозе Иисуса Христа тем драгоценным миром пистика нарда. Толико же благовонным было сие миро, что благовонием наполнило весь Симонов дом. Кто же побуждал таковое учинить действие? Употребление мира на вечерях не токмо имело место между язычниками, но и между Иудеями: однако сия, от Бога будучи вразумленною, сие сотворила, якоже Сам Богочеловек о сем засвидетельствовал, говоря: «да в день погребения Моего соблюдет е» (Ин.12:7); следовательно, Мариино помазание Господа было не в обыкновении. Матфей и Марк еще написали, яко сия приносила алавастр мира, то есть сосуд, сделанный из камени алавастра и миром наполненный, и яко возлияла сей на главу Иисуса Христа и, по словам Марка, «сокрушши алавастр». И сие все точно таким образом происходило: ибо Мария, во-первых, сокрушила сосудный верх, да беспрепятственно и некоснительно течет из него миро, — и сие есть то, о чем упомянул Марк: «и сокрушши алавастр»; потом возлила миро на главу Иисуса Христа, и сие подтверждают Марк и Матфей; напоследок оставшимся в сосуде миром помазала нозе Его, и отерла их власами своей главы. И о сем, яко умолчанном теми двумя Евангелистами, напомянул Иоанн, присовокупив к сему и следующие слова предателя Иуды:

Ин.12:4-6. «Глагола же един от ученик Его, Иуда Симонов Искариотский, иже хотяше Его предати: Чесо ради миро сие не продано бысть на трех стех пенязь, и дано нищим? Сие же рече, не яко о нищих печашеся, но яко тать бе, и ковчежец имеяше, и вметаемая ношаше.»

Матфей пишет, яко «ученицы», сие видя, негодовали (Мф.26:8): Марк же, яко нецыи бяху негодующе в себе и прещаху жене, а Иоанн упоминает о соблазнившемся Иуде. Каким же образом сие согласуют? Все сие, так как Евангелисты показали, было следующим образом: ученики, слышав прежде от Иисуса Христа, яко приятнее Ему есть милость, нежели жертва, негодовали на Марию, думая, что она сотворила Ему неугодное дело: равным образом и нецыи из находящихся тамо негодовали, запрещали и говорили: «почто гибель сия мирная бысть?» Могло бы сие продано быть вящше трех сот пенязей, и роздано нищим. Иуда же негодовал и досадовал не потому, якобы пекся о нищих; но поелику был тать, и хотел триста пенязей положить в ковчежец, то есть в ящик, который он носил, яко собиратель и распорядитель нужного для сущих с Иисусом Христом, что потом, по привычке своей, воровски себе присвоял. Внемли же, что Иисус Христос сказал Иуде на его негодования:

Ин.12:7-8. «Рече же Иисус: не дейте ея, да в день погребения Моего соблюдет е. Нищия бо всегда имате с собою: Мене же не всегда имате.»

Оставь сию, относит Иоанн слово Христово к Иуде; ибо о нем только упомянул, умолчав о других негодовавших, так как о них пространнее написали два Евангелиста, Матфей и Марк. Почему и ответ Иисуса Христа, бывший ко всем, кратко показуется бывшим к Иуде: «что ей труды даете? добро дело содела о Мне. Всегда нищия имате с собою, и егда хощете, можете им добро творити: Мене же не всегда имате. Еже име сия, сотвори: предвари помазати Мое тело на погребение» (Мк.14:6-8). Почто, говорил, досаждаете сей жене? Она доброе дело о Мне сотворила. Вы говорите, яко цена мира, то есть триста пенязей, могла бы быть роздана нищим, но нищих всегда имеете пред вашими очами, и когда захочете, можете благотворить им, Мене же не всегда имате; ибо по немногих днях осужден буду на смерть. Она, Богом вразумленная и предусмотревшая Мою смерть, сотворила со Мною все, что токмо могла: предварила смерть Мою и, помазав Мое тело, приуготовила к имеющему скоро быть Моему погребению: «возлиявши бо сия миро сие на тело Мое, на погребение Мя сотвори» (Мф.26:12). Таковым убо образом оправдав Богочеловек Мариин поступок и показав ее добродетель, и действующую в ней Божию благодать, обнаружил и мзду, имеющую быть за таковое ее действие, говоря: «аминь глаголю вам, идеже аще проповестся Евангелие сие во всем мире, и еже сотвори сия, глаголано будет в память ея» (Мк.14:9). Видим же собственными нашими очами сие пророчество Спасителя нашего исполняемое; ибо доселе, идеже токмо проповедуется Евангелие, то есть, по четырем частям света, в Европе, и Азии, и Африке, и Америке, тамо проповедуется и сея святое дело, и воспоминается благочестивое ее имя. Показав же Иоанн касательно сея жены, повествует и о других действиях, говоря:

Ин.12:9-11. «Разуме же народ мног от Иудей, яко ту есть: и приидоша не Иисуса ради токмо, но да и Лазаря видят, егоже воскреси от мертвых. Совещаша же Архиерее, да и Лазаря убиют. Яко мнози его ради идяху от Иудей, и вероваху во Иисуса.»

Многое множество народа Иудейского узнали, яко Иисус Христос находился тамо, то есть в Вифании; чего для пришли туда, не токмо ради Иисуса, то есть, не только для того, да слышат учение Иисуса Христа, но да и видят Лазаря, которого Он воскресил от мертвых. Архиереи же, видя, яко многие Иудеи приходили к Иисусу Христу, желая видеть и Лазаря, и узрев Лазаря, веровали в Иисуса Христа, и что Лазарь был магнитом, притягивающим к вере во Христа, совещались, да и Лазаря убиют. Несмысленные! Воскресивший умершего Лазаря ужели бы не мог, если бы восхотел, воскресить его и вами убитого? Всезлобные! совещаетесь на невозможное, совещаетесь воспрепятствовать человеческому спасению! Посем Евангелист повествует и о том, что в следующий день воспоследовало.

Ин.12:12-13. «Во утрий же день народ мног пришедый в праздник, слышавше, яко Иисус грядет во Иерусалим, прияша ваиа от финик, и изыдоша в сретение Ему, и зваху глаголюще: осанна, благословен грядый во имя Господне, Царь Израилев!»

По силе закона, ни в каком другом граде не совершался праздник Иудейской Пасхи, кроме единого Иерусалима: «не возможеши жрети Пасхи ни в едином от градов твоих, яже Господь Бог твой дает тебе: но токмо на месте, еже изберет Господь Бог твой, призывати имя Его ту» (Втор.16:5-6): почему каждого года сходилось во Иерусалим многое множество людей, да празднуют «тамо Пасху». Поколику же расславлено было по Иерусалиму преславное чудо Лазарева воскресения из мертвых, и безмерное множество народа, слыша о шествии Иисуса во Иерусалим, принимали в руки свои ваиа от финик, и вышед из града на сретение Ему, взывали: «Осанна, благословен грядый во имя Господне!» Так же поступали и взывали тогда Иудеи, думая, яко Иисус Христос есть обещанный Мессия и яко, пришед во Иерусалим, сядет на Давидовом престоле владычествовать над Израильским родом. И как дела, так и слова их были по действию Святого Духа, и являли Его Богочеловеком, ваиа же были знаками победы, знаменуя, яко Христос есть победитель диавола и смерти: осанна же еврейски значит «спаси же». Сему подобное есть пророчество Давида, предсказывавшего о Христовом пришествии: «о Господи, спаси же! Благословен грядый во имя Господне» (Пс.117:25-26). Вместо же сего спаси же, говорится еврейски: осанна.

Ин.12:14-15. «Обрет же Иисус осля, вседе на не, якоже есть писано: Не бойся дщи Сионя, се Царь твой грядет, седя на жребяти осли.»

Иисус Христос посылал двух Своих учеников, да приведут к Нему жребя осле; и сии, приведши, возложили ризы свои и всадили на него Иисуса. Иоанн же о сем и о других обстоятельствах, так как уже написали о том прежде его писавшие Евангелисты, умолчав, написал токмо, что Иисус «обрет осля, вседе на не, якоже есть писано», то есть, по предсказанию пророка Захарии, которого Иоанн и Матфей содержание токмо изобразили, а не все в точь слова. Ибо Захария, пророчествуя о входе Христовом во Иерусалим, тако предвозвещал: «радуйся зело дщи Сионя, проповедуй дщи Иерусалимля: се Царь твой грядет тебе праведен и спасаяй, Той кроток, и всед на подьяремника и жребца юна» (Зах.9:9): Иоанн же написал только сие: «не бойся дщи Сионя». Ибо народ, когда юный царь восходит на престол, страшится, опасаясь жестокости и злости бывших некоторых своих царей. Но что же означает жребя осле, пророком Захарием предсказанное, Богочеловеком же то пророчество седением на оном исполненное? Жребя осле, так как жребя, бывает зверско и неудобоукротимо, но так как осле, нечисто: почему, по закону, ниже приятно было Богу; но пременяемо было овцею. И так, поколику нечисты были, по неверию их, все языки земные, были также они зверски и неудобоукротимы, яко не имеющие Божеских законов: седение Иисуса Христа на жребяти осли означало покорение Ему языков. Также, что и Апостолы привели жребя осле к Иисусу Христу и возложили на него одеяния и всадили на него Спасителя мира: «и приведоста е ко Ииусови», пишет Богоглаголивый Лука, «и возвергше ризы своя на жребя, всадиша Иисуса» (Лк.19:35), — сие ясным было знаком и образованием того, что Апостолы, возвергая Евангельскую проповедь на языки, привели оные и покорили Христу, обогатившему оные Божественными Своими дарованиями.

Ин.12:16. «Сих же не разумеша ученицы Его прежде, но егда прославися Иисус, тогда помянуша, яко сия быша о Нем писана, и сия сотвориша Ему.»

Чего прежде не знали ученицы? Сего Захариина пророчества, предсказаний и прообразований его о Иисусе Христе. Тогда же узнали, что Пророк сие о Нем предсказывал, и народ потому учинил таковое преславное сретение и торжество, когда Иисус прославился; то есть, когда после страдания и смерти, и погребения, и из мертвых Воскресший отверз «им ум разумети Писания» (Лк.24:45), и когда вознесся на небеса, ниспослал Святого Духа и сотворил их по Своей благодати премудрыми: тогда познали не токмо сие Захариино пророчество, но и другие прочие.

Ин.12:17-18. «Свидетельствоваше же народ, иже бе прежде с Ним, егда Лазаря возгласи от гроба, и воскреси его от мертвых. Сего ради и срете Его народ, яко слышаша Его сие сотворша знамение.»

Народ, бывший с Ним в Вифании и пришедший во Иерусалим, видев и будучи уверенным о Лазаревом воскресении, свидетельствовал в Иерусалиме, яко истинно Иисус Христос возгласил Лазаря от гроба, говоря: «Лазаре, гряди вон!» и воскресил его из мертвых. Но поколику и прежде сего свидетельства слышно было во Иерусалиме, яко Господь Иисус сотворил сие чудо: того для множество народа, находившееся во Иерусалиме, вышло оттуда и сретило Его с ваиями и ветвьми.  

Беседа о приготовлении к Божественному причащению

Богочеловек Иисус когда по крайнему Своему благоутробию пришел во Иерусалим, ради человеческого спасения претерпеть страдание, крест и смерть: тогда прокаженный Симон приуготовил для Него вечерю, Мария же, сестра Лазарева, драгоценным миром помазала пречистые Его нозе, и отерла я власы главы своей, а Иерусалимский народ сретали Его с ваиями, и иные из них бросали древесные ветви по пути, другие же постилали свои ризы по земле, где надлежало проходить Иисусу; ученики же Его славословили, незлобивые младенцы воспевали Его, множество народа принимали Его, взывая и глаголюще: «осанна Сыну Давидову, благословен грядый во имя Господне, осанна в вышних!» и другие многие славословия. Но предатель Иуда располагался своим лобзанием предать Его, также Архиереи и весь сонм их совещавались умертвить не токмо Иисуса Христа, но и Лазаря.

Нынешний день есть день, сущий прежде шести дней Пасхи; завтрашний же день есть первый день страстей, а следующий — второй, равно и прочие, до субботнего дня; после же шести дней, считая от нынешнего, празднуем Пасху. Чего ж сие знаменованием? Ужели без всякой пользы установлены — чтение Евангелия о страстях Иисуса Христа, умовение, церковные псалмы, изъявляющие Христово страдание, и годовое распоряжение сих дней? Нет! Сие установлено для того, да мы не забываем тех самых дней, в которые сие было, и да размышляем, что настоящие дни суть воспоминанием тех, и что и ныне приходит Иисус Христос не от Вифании, но с высоты Своего жилища, да тако внидет Иисус Христос не во Иерусалим, но в каждого из верующих в Него: приходит же, да с нами соединится и пребудет в нас. Обнаружил же сию тайну человеческого на земли соединения с воплощенным Богом Сам Богочеловек пред Своим страданием, то есть, в пятый час таинственной вечери, изрекший сии многоблагоутробные, призывательные купно и повелительные словеса: «приимите, ядите, сие есть тело Мое. Пийте от нея вси, сия бо есть кровь Моя» (Мф.26:26-28). Совершаем же воспоминовение сего дня и предания сего таинства во святой и великий пяток; а воспоминаем для того, да и мы приобщимся, якоже тогда Божественные Апостолы, Телу и Крови Иисуса Христа. И посредством приобщения сего вышеестественного таинства, соединяется с нами наш Спаситель, и в нас пребывает: «ядый Мою плоть, и пияй Мою кровь, во Мне пребывает, и Аз в нем» (Ин.6:56). Како убо мы приуготовляемся к приятию сего таинства? Святым ли и благочестивым приуготовлением тех людей, которые достойно приобщились сего, или зловредным, какое показал предатель Иуда и всезлобное Архиерейское сонмище?

Христианине! Се грядет Иисус Спаситель твой: готовишь ли и ты для Него вечерю, якоже прокаженный Симон? — Но я, скажешь, не вижу Его; како убо уготовлю для Него вечерю? Погрешаешь! Ты всегда почти Его видишь: ты, видя бедного, видишь и Его. Почему все, что токмо ни сотворишь бедному, творишь Иисусу Христу, по слову Его: «аминь глаголю вам, понеже сотвористе единому сих братий Моих меньших, Мне сотвористе» (Мф.25:40). Ежели в сии самые дни отверзешь сердечную твою утробу, и сотворишь вечерю для бедных, препитаешь алчущих, препитаешь сира и вдову: уготовишь тогда и ты, якоже Симон, вечерю грядущему Иисусу Христу, — будешь и ты, якоже Симон, достойным Его принятия; «обаче от сущих дадите милостыню, и се вся чиста вам будут» (Лк.11:41).

Христианине! Се грядет Господь твой; помажешь ли и ты, якоже Мария, миром пречистые Его нозе? — Но как, скажешь, не видя Его, сие могу сотворить? Он, яко Бог, есть везде сый, всегда стоит одесную тебя. Или не слышишь что Пророк глаголет: «предзрех Господа предо мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся»? (Пс.15:8) Хотя ты телесными твоими очами не зришь Его, видишь однако душевными. Мария помазала нозе Его миром нарда пистика многоценного: ты омый оные горячими слезами покаяния о твоих грехах. Мариино миро стоило триста пенязей: миро же слез твоих есть бесценное. Ибо едина слеза покаяния равномерна бывает святому крещению, по свидетельству святого Григория Нисского. Бог, когда узрит твои слезы, омыет твои грехи и подаст тебе вечное блаженство и спасение: «блажени плачущии ныне, яко возсмеетеся» (Лк.6:21). Мария во-первых помазала Иисусовы ноги, потом отерла их власами своей главы: ты помажь оные своими слезами, потом обрати к Нему все твои умственные помышления, покорив оные святой Его воле. Власы главы суть телесные отрасли; умственные же помышления суть плоды сердечные, Бог же требует сердца нашего: «даждь Ми, сыне, твое сердце» (Притч.23:26).

Христианине, се грядет Господь наш! Те убо, которые в предварившие дни святой Четыредесятницы победили телесные страсти, и попрали силу диаволю, и восторжествовали над суетностию мира, — выходите во сретение Ему, покланяйтесь, нося не токмо ваия, знаки победы над смертию, но и победоносные лавры над грехом; те, которые покаянием и исповеданием очистили себя от ваших грехов, которые говели и смирялись, целомудрствовали и творили милостыню, и преуспевали в добродетелях, имеете ветви добродетелей, посему постилайте ныне сердце ваше, якоже народ одеяния свои, и, приобщаясь Божественных таин, принимайте Его не в законный храм, якоже отроцы, но во храм души и тела вашего. Принимайте Царя славы, поюще со учениками: «благословен грядый Царь во имя Господне: мир на небеси, и слава в вышних»! (Лк.19:38) и славословяще со отроки: «осанна Сыну Давидову»! (Мф.21:15)

Но те, которые либо по неверию вашему, не токмо не приемлете грядущего Иисуса, но еще поносите, хулите и гоните как веру Его, так и верующих в Него, якоже сонмище неверных, покушавшихся на жизнь Его и на Лазареву, либо будучи заражены коварством, злобою, похотию, либо другими какими пороками, якоже Иуда сребролюбием; либо принесите покаяние и исправьтесь, либо бежите от лица и скрыйтесь! Ибо ежели приближитесь к Нему и лобжете Его наподобие Иуды, горе вам! Огнь есть, недостойных пожигаяй.

Братие моя возлюбленная! какое есть милосердие Господа Иисуса, таковое и правосудие Его. Являлся кротким и спасающим, но явится и правосудным, по предсказанию святого Пророка: «се Царь твой грядет тебе праведен и спасаяй, Той кроток, и всед на подъяремника и жребца юна» (Зах.9:9). Для тех, которые принимают Его, яко Симон, во благоухании добродетели, яко Мария, со благоговением, яко народ, сретивший Его, в чистоте и незлобии, яко отроцы, — для тех пришел кроток и спасаяй: а тем, которые либо не приемлют Его, якоже сонмище беззаконных, либо недостойно приемлют, якоже сребролюбивый и страстный Иуда, — изречет, яко правосудный, толико грозный и страшный суд, что один токмо о нем слух приводит в страх и трепет. Толико же праведное Его будет решение, что явит каждого человека совершенно безответным.

Если бы земной твой царь, желая посетить дом твой, тебе благодетельствуя, послал бы прежде к тебе вестника, возвещающего тебе и глаголющего: грядет твой царь к тебе в дом, чего для уготови себя к приятию его; но ты бы, вознерадев о сем, видя грядущего царя, либо затворил двери твои пред его лицем, отвращаясь принять его, либо хотя бы и отворил, но он, вшед, не только бы обрел нечистый и неубранный твой дом, но еще от уст твоих услышал бы хулу и поношение: какое бы ты тогда мог принести извинение, когда бы каким наказанием восхотел тебя тот царь наказать? Небесный Царь, Господь неба и земли, хощет внити в твою душу для твоего спасения, изъявляет милость Свою к тебе чрез Церковь, внушающую тебе и вопиющую: после шести дней будет Пасха, уготови тебя, да приобщением Святых Таин приимешь Царя славы: ты же, будучи бесчувствен, либо отвергаешь Тайны, либо недостойно приобщаешься: какой убо даси ответ на то страшное решение, которое о тебе Бог сотворит? Помните убо все о таковом страшном суде, да в сокрушении сердца и в отвержении пустых извинений, приступите к Нему с должным приуготовлением. Се грядет ныне многомилостивый Иисус Христос и, желая внити в дом души вашей, призывает нас, говоря: «приимите, ядите, сие есть тело Мое: пийте от нея вси, сия есть кровь Моя» (Мф.26:26-27). И так, которые бесчувственно отвратились от Него, либо, дерзнув, приемлете Его недостойно, отъидет Он от вас, и вы в смертный час поищете Его, да простит ваша согрешения, но не обрящете, и умрете во гресех ваших. Вот что вам Сам говорит Спаситель: «Аз иду, и взыщете Мене, и во гресе вашем умрете»! (Ин.8:21)

50.1. Толкование на Апостол из послания Апостола Павла к Филипписиям, читаемый в неделю Ваий (Флп.4:4-9)

Коликая радость и веселие объяли сердце святых Учеников и Апостолов, когда они увидели Иисуса Христа яко победоносного торжествователя, с толиким велелепием входящего во святой град Иерусалим: к сей же самой духовной радости приглашает и святой Пророк Захария чад Сиона, то есть истинных сынов небесного Иерусалима, повелевая им радостно проповедывать преславный вход Иисуса Христа во Иерусалим. «Радуйся», говорит, «зело дщи Сионя, проповедуй дщи Иерусалимля: се Царь твой грядет тебе праведен и спасаяй, Той кроток, и всед на подъяремника и жребца юна» (Зах.9:9). А поелику ныне воспоминание делается сего радостнейшего торжества, то всесвятая Церковь Христова, применяясь к радости сей, приспособила к тому чтенные из послания к Филипписиям Апостольские словеса Богоглаголивого Павла. Филипписияне же были поселенцы Римские, обитающие в городе Филиппах, что был город один из столичных в Македонии: к ним писал Павел, в оковах будучи в Риме, послав писание с Епафродитом, настоятелем Церкви их, который послан был от них в Рим для свидания с Павлом, и паки с ним возвратился. Содержит сие писание между прочим и возвещение радости. «Радуйтеся», говорит, «всегда о Господе: и паки реку, радуйтеся» (Флп.4:4). А такого Апостольского слова проповедание приличествует поистине настоящему дню. Благочестивые и православные Христиане, вы есте сынове святого Сиона, и чада небесного Иерусалима. Кои убо в прошедшие дни поста постившись, победили страсти плотские, и носите ваиа, знаки победы над домашними врагами: кои покоряясь и благоговея ко Христу повергли долу на землю ризы ветхого человека, то есть нечистоту греховную (Еф.4:22): кои держите в руках ваших ветви добрых ваших дел: «радуйтеся», говорит, «всегда о Господе: и паки реку, радуйтеся». Вопите и вы, как народ оный предшествовавший и последовавший Иисусу Христу, когда шел Он во Иерусалим; вопите восклицая: «осанна Сыну Давидову: благословен грядый во имя Господне: осанна в вышних» (Мф.21:9). Грядет Царь праведный, спасающий и кроткий, да внидет не во храм законный, но во храм души вашей. «Вы бо есте», по Божию изречению, «храм Бога Живаго» (2Кор.6:16). Радуйтесь убо о Господе всегда; и паки реку, радуйтесь. А дабы таковая радость пребыла в вас твердою и непоколебимою, то со вниманием послушайте толкование чтенных Апостольских слов: ибо из оного увидите, какой есть источник, из коего проистекает радость духовная и непресекаемая.

Флп.4:4. Братия, радуйтеся всегда о Господе: и паки реку, радуйтеся.

Соединив сие, «радуйтеся», с сим, «о Господе», Апостол изъявил тем, что не говорит он о мирской радости, которую мы чувствуем, когда получаем благая мира сего, но об оной духовной радости, которая приходит в душу нашу с победою над грехом и соделыванием добродетели. Удвоил же глас сей, «радуйтеся», или для большей выразительности и силы слова: как и сие, «благоже, благоже»: и «буди, буди», и «аминь, аминъ»        (Пс.34:21,40:14), суть произречения выразительнейшие, и кои с большею силою слух поражают: или, поелику естество болезньми и произволение злобою причиняют скорби, то двоекратно сказал, «радуйтеся», чтобы первое сопротивлялось скорбям от естества, а второе от произволения происходящим. А дабы показать, что корень и матерь духовной радости суть добродетельные дела, то присоединил к сему, — «радуйтеся» — дела добродетели, говоря:

Флп.4:5. Кротость ваша да будет разумна всем человеком: Господь близ.

Речение, «кротость», многое имеет значение, означает и благонравие, умеренность, тихость, смирение, безгневность, уступчивость и незлобие, и никак не погрешит тот, кто почтет, что означает оно всякую добродетель. Слыша же Апостола, говорящего: «кротость ваша да будет разумна всем человеком», никто да не соблазняется, и не мыслит, что будто сим он побуждает нас к выказыванию себя и к славолюбию. Ибо слово сие подобно оному Иисус Христову: «тако да просветится свет ваш пред человеки» (Мф.5:16). Как сие слово не имело целию славолюбие, но славу Божию, и пользу человеков: «яко да видят ваша добрая дела, и прославят Отца вашего, Иже на небесех» (Мф.5:16): так и оное слово Павлово целию имело славу Божию и обращение человеков. Посмотри же на сходство их между собою: Христос назвал добродетель светом, Павел же назвал ее кротостию. Не сказал Христос, потщитесь, да просветится свет ваш пред человеки, но да просветится, сказал, свет ваш, само собою явственно, что да просветится свет добродетели, когда вы творить будете дела добрые. Подобно и Павел не сказал, постарайтесь о том, чтобы известно было всем людям, что вы кротки, но «да будет разумна», сказал, «кротость ваша всем человеком»: и как бы так говорил, да познают все люди кротость вашу, когда вы соделаетесь кроткими. Приличен кроткий нрав и свойствен ученикам кроткого и смиренного сердцем (Мф.11:29), и притом крепчайшим есть оружием против наветов гонящих и вредящих нам врагов. Но сколь великая есть добродетель — кротость, столь она и неудобоисполняема. Посему Божественный Апостол ободряет к исполнению ее, говоря: «Господь близ». Человече, говорит, не сомневайся, но дерзай, ибо Господь твой близ тебя есть, он поможет тебе ввести в сердце свое кротость, и не поколебаться в оной. Сие самое говорил о себе и святой Пророк Давид: «предзрех Господа предо мною выну, яко одесную мене есть, да не подвижуся» (Пс.15:8). Приличествует же сие, «Господь близ», не только предыдущим, но и последующим Апостольским словам.

Флп.4:6. Ни о чемже пецытеся, но во всем молитвою и молением со благодарением прошения ваша да сказуются к Богу.

Чем различествует молитва от моления, или прошения? Молитвою мы просим от Бога подаяния какого-либо блага: «Молитва», сказал один из Святых, «есть прошение блага», бывающее к Богу от благочестивых (Васил. слово о Муч. Иулит.). Молением же просим от Бога избавления скорбей. Завещевает Апостол, чтобы мы молитвою и молением представляя Богу прошения наши, делали то со благодарением, то есть, принося Ему благодарение за прошедшие Его благодеяния. Просишь ли, говорит, от Бога наслаждения каким-либо благом, или избавления от окружающих тебя несчастий, соедини с прошением твоим благодарение к Богу. Молитва и моление, как явственно, совершаемые со благодарением к Богу суть сильны, Богу угодны и благоприятны. Заметь же порядок и связь настоящих Апостольских слов с предыдущими. Прежде завещал исполнение добродетели, назвал ее кротостию: ведая же трудность сего дела, сказал, Господь близ, помогаяй, то есть, содействуяй и заступаяй: а теперь и способ показывает, каким получаем мы помощь Божию и заступление. Способ сей есть приносимая Богу со благодарением молитва и моление. Господь, говорит, близ вас есть, почему «ни о чемже пецытеся». Согласно сие с оным: «не пецытеся душею вашею, что ясте, или что пиете: ни телом вашим, во что облечетеся» (Мф.6:25): но во всем, во всякое то время и во всяком случае «молитвою и молением со благодарением прошения ваша да сказуются к Богу», то есть, молитвою и молением, соединенным со благодарением, просите от Бога нужных потребностей.

Флп.4:7. И мир Божий, превосходяй всяк ум, да соблюдет сердца ваша и разумения ваша о Христе Иисусе.

Вот награда кротких людей, ни о чем не пекущихся, но при всяком обстоятельстве молящихся со благодарением Богу, и просящих от Него помощи и заступления. Мир Божий есть награда, он сохраняет сердца и мысли наши благодатию Иисус Христовою, сердца от злых похотей, а умы от срамных помыслов. Какой же таковой мир есть всяк ум превосходящий? Мир тот, который Бог подает ни о чем не пекущимся, но на Него надеющимся, и от Него просящим исполнения своих потребностей: и превосходит таковой мир всякой ум, ибо «мира Его несть предела» (Ис.9:7): а то, что беспредельно, никакому уму невместимо. Умиряет он и сердце, и мысли любодобродетельных людей от возмущения страстей. Но может быть миром, всяк ум превосходящим назвал самого Бога, который «Князь мира» есть (Ис.9:6), и неразумеваем и непостижим. Он яко страж непреборимый и сердца, и мысли рабов Своих хранит от навета плотских страстей, мирской суетности, и демонской прелести.

Флп.4:8. Прочее, братия, елика суть истинна, елика честна, елика праведна, елика пречиста, елика прелюбезна, елика доброхвальна, аще кая добродетель и аще кая похвала, сия помышляйте.

Поелику предыдущими словами завещевал иметь только кротость и молитву, то настоящими завещевает и прочие добродетели соделовать; и не исчисляет добродетели поименно, но предлагает только вообще, говоря: «коликия дела суть истинны», то есть чисты от всякой лжи, обмана и коварства: «коликия честны», то есть удаленны от всякой продерзости, бесстыдства и бесстрашия: «коликия праведны», то есть чисты от всякого вида неправды: «коликия пречисты», то есть нескверны, не осквернены никакою плотскою страстию и никакою мирскою суетностию: «коликия прелюбезны», то есть любезны и угодны Богу: «коликия доброхвальны», то есть достойны поистине хвалы, чести и славы: «аще кая добродетель и аще кая похвала», и ежели сверх сего есть другая какая добродетель, и другое какое дело похвалы достойное, «сия помышляйте, сие имейте в уме, о сем разсуждайте». Припоминает же им следующими словами, какие то суть дела оные, о коих он говорит:

Флп.4:9. Имже и научистеся, и приясте, и слышасте, и видесте во мне, сия творите: и Бог мира будет с вами.

Научились вы, говорит, и прияли, и слышали, какие суть дела добродетели, притом и видели оные, мною соделываемые, когда я был с вами. Сия убо и вы творите. Заметь же, что тем, «сия помышляйте», научил умозрительной добродетели, ибо мы умственно размышляя, усматриваем красоту, честь, святость, и мздовоздаяние добродетелей: а тем «сия творите», узаконил быть деянию, то есть деятельному исполнению добродетели. А поелику из умозрительной и деятельной добродетели составляется совершенная добродетель, то в двух сих видах завещав оную, обещевает, говоря, что Бог мира будет с ними, сия соделовающими: «и Бог мира будет с вами».

Беседа о радости, и о том, кто есть могущий радоваться всегда

Естество и произволение суть два источника, из коих неиссякаемо проистекают бесчисленные и многоразличные бедствия, причиняющие горчайшие скорби. Тот стенает, что все семя, которое он посеял на поле своем, сгнило от влаги. Сей печалится, что злорастворенность воздуха повредила плод его дерев: тот злостраждет, что от землетрясения разрушился дом его; а сей жалостно вопиет, что от громовой молнии пожжены кладовые с имением его. Сколь многие еще искушаются другими тягчайшими скорбьми от лютости стихий: коликие страдания причиняют нечастным людям болезни? Сего попаляет сильная горячка, того угнетает каменная болезнь, другого иссушает чахотка: сей лежит расслаблен, а того члены повреждаются от проказы, другого мучит подагра. Какой же Иппократ, или Гален, или Павел Египетский может исчислить множество мучительных болезней? Прилагает еще слезоточные скорби смерть. Тот слезы точит о смерти друга, сей плачет о том, что остался бездетным. Ежели соберешь слезы людей, то составишь реку или море слез. Обратите теперь очи на бедствия, от произволения происходящие, и видите: того мучит кипящий в нем гнев, сего палит огнь плотской похоти: того иссушает плоть неистовое сребролюбие, сего повреждает кровь желчная зависть, того пронзает алчное славолюбие, сего жжет страсть мщения. Коварства, предательства, хищения, насилия, поношения, ссоры, войны поражения, убийства, и другие тмочисленные бедствия бывают от произволения: скорби, какие естество рождает и произволение вымышляет, ни предела, ни числа не имеют. Конечно люди подвизаются, чтобы соделавшись превыше зол сих избежать горести, от оных происходящей, но всуе бедные труждаются. Не найдешь в мире человека, хотя бы пребогатый и преславный был, хотя бы князь, начальник и Царь был, который бы не подлежал таковым злостраданиям: и сие поистине бывает так.

Восстает же Павел, и несумнящимся сердцем, дерзновенным лицем, открытыми устами и велиим гласом проповедует, как слышали мы ныне, и говорит, чтобы мы радовались не иногда и с преставанием, но беспрерывно и беспрестанно: «радуйтеся», говорит, «всегда о Господе: и паки реку, радуйтеся» (Флп.4:4). Странно сие повеление, и противно существу вещей, а следственно и невозможно кажется исполнить оное. Кто может радоваться, всегда окружен будучи толиким множеством зол, и угрожаясь повсечасно потоплением в море скорбей? Откуда Павел взял провозгласить таковое учение, которое сколь есть желательно, столь и неудобоисполнительно? Павел был «сосуд избран» (Деян.9:15), то есть, человек, избранный от Бога на то, чтобы проповедать Божественные Его повеления. Он взошел «до третияго небесе», и «восхищен бысть в рай», и «слыша неизреченны глаголы, ихже не лет есть человеку глаголати» (2Кор.12:2.4). В нем жил Иисус Христос (Гал.2:20). Почему сии слова, «радуйтеся всегда о Господе: и паки реку, радуйтеся»: — не суть слова человеческие, но глас Божий, устами человека произносимый и провозглашаемый, и потому глас истинный, верный и безсомнительный. Почему нужно исследовать, какая то радость есть, о которой говорит Апостол, и кто может радоваться всегда.

Радость, братие мои, о которой говорит Павел, не есть радость телесная, ни о телесных вещах, ни от телесных вещей рождающаяся, но есть радость духовная, о духовных вещах, и от духовных дел происходящая. Она есть плод, который приносит душа наша, просвещаясь благодатию Святого Духа. «Плод же духовный есть любы, радость, мир, долготерпение, благость, милосердие, вера, кротость, воздержание» (Гал.5:22). Посему мы, будучи грешны не можем описать в точности, что есть радость оная; поелику она редко приходит к нам, то есть, тогда только, когда слезы покаяния орошают очи наши: и краткое время пребывает в нас, то есть, доколе мы пребываем в чистоте покаяния. Люди праведные и святые одни могут представить подробно, что есть радость таковая, поелику она всегда есть в сердце их. Почему и всегда чувствуют они методичную небесную ее сладость. Изъявил сие Апостол Божий, не сказав просто: «радуйтеся», но «радуйтеся всегда о Господе». Кто же радуется о Господе? Не кто иной, как только сущий с Господом, то есть кто соединен с Ним. А кто другой соединен с Господом, разве любящий Его: «Бог любы есть, и пребываяй в любви в Боге пребывает, и Бог в нем»? (1Ин.4:16) А кто любит Бога? Никто иной, как только тот, который хранит заповеди Его, и творит волю Его: «имеяй заповеди Моя, и соблюдаяй их, той есть любяй Мя» (Ин.14:21). Из сего кто не видит, что добродетель есть матерь радости, и что, где добродетель, там есть жилище радости?

Но кто есть, скажешь ты, оный человек, сколько бы ни был добродетелен, который угнетаясь от толиких зол, коликие причиняет естество, и коликие произволение, не только нимало не скорбит, но еще радуется? Какие бедствия почитаешь ты тяжчайшими и множайшими, от естества, или от произволения происходящие? Причиняет поистине и естество страдания горестные, но от произволения бывающие превосходят естественные и числом, и тяжестию, и жестокостию, и еще неудобством лечения их: числом, потому, во-первых, что они сами по себе суть многочисленны, во-вторых, что каждое из оных рождает другие премногие. Коликие бедствия рождает распутство? Оно обесславляет имя, расточает имения, расстраивает здоровье, повреждает тело и производит жесточайшие боли. Коликие зла рождает гнев, когда он возгорится? Воспаление крови, огненное и задушительное, пены в устах, трепетания сердца, терзания членов, драки и убийства. Коликие зла причиняет ненависть? Коликие зависть? Коликие гордость? Коликие другие страдания бывают от произволения? Целые книги не довольны к описанию сего. Прибавляется к тому срам и бесчестие. Естественные зла никакого не причиняют срама и бесчестия, произвольные же посрамляют и обесчещивают. Хищник, лжец, лицемер, лукавец и блудник суть люди порочные и бесчестные, а не так как болящий ногами, одержимый водяною болезнию, расслабленный, хромой и слепой. Почему прибавок бесчестия и срама делает произвольные зла гораздо тяжчайшими естественных. Заметь же и жестокость произвольных. Кто страдает от зол по естеству бывающих, тот имеет совесть свою мирною, покойною и утешительною: а кто мучится от грехов произволения, тот имеет в прибавок к страданиям своим поразительнейшие обличения совести своей, кои умножают жестокость мучения его. Если также по смотришь на то, какие страдания исцеляются удобнее: то увидишь, что для естественных и врачи обретаются, и травы делают исцеление, произвольным же ни врач не помогает, ни травы не пользуют. Скорби от естества происходящие и естество само смягчает, и время рассеивает, и сродники и друзья предстают в них на помощь, и милосердые люди утешают. Плачешь ты вечером, что сделалось злорастворение воздуха, но поутру радуешься, что открылось благорастворение оного. «Вечер водворится плач, а заутра радование» (Пс.29:6). Плачешь о смерти сродника твоего сегодня, завтра и послезавтра, но время исцеляет рану скорби твоей. Сделала тебя совсем нищим буря морская, потопивши весь твой товар, но утешают тебя в несчастии сем благие люди, как ослепнувшего Товита добрый Ахиахар (Тов.2:10). Коликое же неудобство, чтобы пьяный сделался трезвым, чревоугодник постником, распутный целомудрым, жестокосердый милосердым, и чтобы всякой другой раб греха был делателем добродетели? Из сего явствует, что добродетельные люди, не подвержены будучи страстям произволения, суть свободны от причиняемых ими скорбей: имея же тихим и беспечальным внутреннего человека, радуются они всегда о Господе.

Пусть, скажешь ты, имеют они внутреннюю тишину, но отвне возмущают их и оскорбляют обидливые и жестокие люди, гоня их, похищая имение их, бия, в темницы заключая, и муча даже до смерти. Подлинно злые люди делают им то, но они будучи уверены в сем, что «не имамы зде пребывающаго града, но грядущаго взыскуем» (Евр.13:14): и имея «житие свое на небесех» (Флп.3:20), ждут Спасителя Господа Иисуса, Который ублажая гонимых правды ради, многую обещевает им мзду на небесах (Мф.5:10). Посему, что причиняет печаль погрязшим в суетности мира, то приносит радость посвятившим Богу и ум, и душу, и сердце. Сие кажется странно, но весьма справедливо. Колико опечаливает человеков мирских похищение имения их? Чрезвычайно, и однако ж похищение оное имения радость приносило человекам Божиим. Свидетельствует сие Павел, говоря о Святых от рода Еврейского: «ибо» говорит, «узам моим спострадасте, и разграбление имений ваших с радостию приясте» (Евр.10:34). Излагает и причину сей дивной радости. Прияли вы, говорит, с радостию разграбление имения вашего, поелику знаете, что есть для вас на небесах имущество превысшее и вечное, знаете, что будете иметь лучшее существование на небесах и пребывающее. Коликая скорбь бывает мирским людям, когда явно на судилище биют их? Великая без сомнения: и однако ж святые Апостолы, когда беззаконные Иудеи били их пред лицем вселукавого своего собора, «идяху», говорит Божественный Лука, «радующеся от лица собора» (Деян.5:41). Почему ж они радовались? «Яко за имя Его», то есть Иисуса Христа, «сподобишася бесчестие прияти».

Но неужели радуются, скажешь ты, святые человеки и тогда, когда жесточайшие болезни мучат их, или не чувствуют они мучения болезней? Или никогда больны не бывают? Как человеки больны бывают, и как плоть носящие без сомнения чувствуют болезненные мучения, но взирая на великие и вечные мздовоздаяния, уготованные претерпевающим, мужественно переносят жестокость болезненную; а терпение приносит сердцу их искусство, то есть опытность, искусство же рождает в душе их твердое упование достигнуть Божественных венцев: «скорбь терпение соделовает: терпение же искуство, искуство же упование: упование же не посрамит» (Рим.5:3-5). Таковое упование столь согревает сердце их, что с радостию претерпевают они болезненные страдания. Ежели бы, когда стесняет тебя мучительная болезнь, имел ты полное уверение в том, что если претерпишь мужественно, то болезнь твоя прекратится, и ты за терпение твое соделаешься царем, в таком случае не претерпел ли бы ты с радостию тяготу болезни твоей? Тогда ум твой обращен бы был не к тому, чтобы чувствовать болезненность, но к тому, чтобы рассуждать о наслаждении царствием. А сие бывает со святыми мужами. Они совершенно уверены в том, что ежели со благодушием претерпят, то соделаются царями в царствии Иисуса Христа, как утверждает Павел, говоря: «верно слово: аще бо с Ним умрохом, то с Ним и оживем: Аще терпим, с Ним и воцаримся» (2Тим.2:11-12). Почему имея и ум, и душу, и сердце обращенные к ожидающему их царствию, радуясь претерпевают мучение болезненное. Павел же словом тому поучив, и делами то доказал, когда приятны были ему за любовь Христову подъемлемые немощи, презрения, нужды, гонения и тесноты. «Темже благоволю в немощех, в досаждениих, в бедах, во изгнаниих, в теснотах по Христе: Егда бо», говорит, «немощствую, тогда силен есмь» (2Кор.12:10). «Аще и внешний наш человек тлеет, обаче внутренний обновляется по вся дни» (2Кор.4:16). По сим причинам радуются святые, когда страждут; по сим причинам взывал Павел: «радуюся во страданиих моих» (Кол.1:24).

Но ежели добродетельные, скажешь ты, радуются всегда по учению Павлову, то как святой Пророк Давид рыдал, говоря: «увы мне, яко пришельствие мое продолжися» (Пс.119:5): и Иеремия плакал (Иер.15). и Иезекииль сеел свиток книжный, в котором «вписано бяше рыдание и жалость и горе» (Иез.2:10). Но и Павел завещевал «плакати с плачущими» (Рим.12:15), и сам оплакивал врагов креста (Флп.3:18). Еще же и сам Спаситель мира плакал о разорении Иерусалима (Лк.19:41), плакал и над гробом Лазаря (Ин.11:33). Рыдания, плач, сетование и слезы Святых не суть горькие, но сладкие, приятные и радостные. Ибо они не суть порождения печали, ни произведения скорби, но суть плоды любви и отрасли умиления. Любовь же и умиление не печалит — но веселят, не огорчают — но радостворяют душу человека. Сию сладчайшую радость означало и видение Иезекиилево, который сеел свиток, содержащий в себе рыдание и жалость и горе, тогда почувствовал, говорит, в устах своих сладость меда. «И бысть во устах моих яко мед сладок» (Иез.3:3). Сию радость изъявил и Господь наш, сказав: «блажени плачущии, яко тии утешатся» (Мф.5:4). «Блажени плачущии ныне, яко возсметеся» (Лк.6:21).

В добродетельных людях не имеет места мирская печаль, сопротивная духовной радости. Добродетель и мирская печаль суть две вещи несовместимые: ибо какая мирская вещь может опечалить добродетельных, кои почитают за уметы все, что есть в мире? (Флп.3:8) Сердце любящих Бога есть жилище Божие. «Аще кто любит Мя», сказал Богочеловек, «слово Мое соблюдет: и Отец Мой возлюбит его, и к нему приидем, и обитель у него сотворим» (Ин.14:23). А где Бог — оттуда бежит печаль, как и где свет, оттуда бегает тьма. Доколе человек соделывает добродетель, дотоле Бог пребывает в нем; отчего чувствует радость спасения своего. Ежели же отпадет от добродетели, то Бог отступает от него, и он чувствует тогда скорби адские. Когда Давид согрешил, то лишился соединения с Богом, а следственно и таковой радости. Почему раскаиваясь с плачем, молил, чтобы не отвратился совершенно от него Бог, но послал бы ему Духа Святого, и тако возвратил бы ему радость спасения. «Не отвержи мене», говорил, «от лица Твоего, и Духа Твоего Святаго не отъими от Мене. Воздаждь ми радость спасения Твоего» (Пс.50:13-14). Нимало убо не погрешит тот, кто скажет, что сии слова: «радуйтеся всегда о Господе: и паки реку, радуйтеся» (Флп.4:4): одно и то же значат, и равную силу имеют с таковыми: Соделывайте всегда благодатию Господнею добродетель: и паки реку, соделывайте добродетель.

Всуе убо, о человеки, течете вы туда и сюда, усильно трудитесь, ища радости в суетностях мира, всуе мучитесь, ища радости в богатстве, в повышениях и в мирских достоинствах: всуе занимаетесь театрами, конскими ристаниями, танцами, игрищами, мусикийскими органами, сладострастными песнями, многоразличными брашнами и питиями, и роскошными трапезами. Тени только то радости суть, кои сперва веселят несколько чувства, а потом огорчают душу. Ошибается тот, который думает, что он радоваться будет, ежели отмстит врагу своему, или исполнит похотение плоти, или другой какой сделает грех. Ибо грех, хотя доставляет кратчайшее некое услаждение, когда он делается, но когда окончится, производит страх и стыд, производит печальные и горчайшие обличения совести. Один есть источник истинной и непрестающей радости, делание добродетелей. Когда побеждаешь ты грех, когда прощаешь врагу твоему, когда милуешь нищих, когда целомудрствуешь, когда молишься, тогда чувствуешь радость Божию в сердце твоем. Посему Богоносный Павел сказав, «радуйтеся всегда о Господе: и паки реку, радуйтеся» (Флп.4:4), завещевал делание добродетелей, поучая сим, что матерь есть то истинной радости. Будьте, как тем сказал, кротки, отриньте всякое попечение о мирской суетности, вложите в сердце ваше упование на Бога, молитесь со благодарением. Потом объяв вообще всякое благоделание, сказал: «прочее, братие, елика суть истинна, елика честна, елика праведна, елика пречиста, елика прелюбезна, елика доброхвальна, еще кая добродетель, и аще кая похвала, сия помышляйте, сия творите: и Бог мира будет с вами» (Флп.4:8-9). Когда же Бог с вами, тогда радость Божия в вас будет, и радость ваша исполнится (Ин.15:11): и радости вашей никтоже возмет от вас (Ин.16:22).

The post Никифор (Феотокис). (ч.9 в неделю 1-ю Великого Поста по неделю Ваий) appeared first on НИ-КА.