http://ni-ka.com.ua

Часть: О человеке.

Астенические эмоции и депрессии, или страсть печали

Тема 2: Печаль, связанная со смертью.

Реакции людей на приближение смерти (3)

Составитель Ника

2.4. Возможная, но не типичная реакция: желание совершить самоубийство, или печаль и аутоагрессия по причине смертельной болезни

Краткие общие вопросы о самоубийствах при смертельных болезнях

О печали и аутоагрессии при самоубийстве

Как часто смертельно больные люди совершают самоубийства

Об эвтаназии и прямом убийстве тяжело больного человека

О людях склонных к самоубийству в любых трудных обстоятельствах

На каких этапах при смертельных болезнях может быть желание смерти или совершение самоубийства

Самоубийство может происходить в порыве отчаяния, а может обдумываться какое-то время

Об испытываемой печали в разных видах, могущей привести к желанию самоубийства

О мыслях, связанных с самоубийством

Как избегать мыслей о самоубийстве

Некоторые причины самоубийств, определенные исследователями, и их соответствие христианскому учению

О самоубийствах по причине нетерпения интенсивных физических болей и телесной немощи

Самоубийства по причине депрессии

Самоубийство по причине усталости от скорбей или неприятностей и желания отдохнуть

Самоубийство по причине нежелания зависеть от других или быть для них обузой

Совершая самоубийство, человек может желать умереть красиво или добровольно

Другие возможные причины самоубийств смертельно больных людей

О духовных причинах, способствующих самоубийствам при смертельных болезнях, происходящих от неверия (или маловерия) в Бога, в Суд Божий, в бессмертие и от неправильного мнения о смерти и жизни

Гордый и самостливый человек, желающий самовольно прекратить жизнь, игнорирует Бога и Суд Божий, а также может не верить в вечные муки

О мнении гордого и самостливого человека, что он имеет право сам распоряжаться своей жизнью и смертью

Совершению самоубийств способствуют неверие в бессмертие или неправые представления о жизни и смерти

В скорбях при отчаянии смерть представляется как благо или сон

В период отчаяния христианами могут забываться истины о смерти и бессмертии

О возможных отношениях к самоубийству гордых, самостливых и неправо верующих людей, а также о мужестве и малодушии при самоубийстве

Об искажении христианских добродетелей и духовных деланий относительно смерти при желании самоубийства

О праведном и греховном желании смерти

О праведном и неправедном ожидании смерти и неожидании ее

О естественных желаниях смерти в скорбях, которые могут направляться к Богу

О готовности и неготовности к смерти

2.5. Реакция: гнев, или агрессия

Гнев от печали о приближающейся смерти

Примеры реакции гнева, приведенные в современных исследованиях

О направлениях гнева

Гнев смертельно больного человека на других людей, происходящий от неправого отношения к смерти

Гнев, выражающийся в поиске людей, виновных в своей скорой смерти

Гнев от зависти к живым и здоровым людям

Гнев от гордости, потерявшей чувство своей силы и власть над другими

Гнев на Бога в форме ропота от неправильного отношения умирающего человека к Богу и к смерти

Гнев и ропот на Бога у смертельно больных неверующих или маловерующих людей по причине не познания Бога

Гнев и ропот на Бога, говорящий о Божией несправедливости и неправедности

Ропот от не смирения самости, имеющей свои желания о смерти и о дальнейшей жизни, отличные о тех, которые посылает Бог

Ропот на Бога о тяжести своего креста

О ропоте на Бога и вопросах к Нему «за что и почему» послана какая-либо скорбь

Советы отцов о недопущении ропота на Бога относительно смерти

О гневе смертельно больных людей, происходящем от тяжелых страданий

Краткие описания внешних реакций на телесные мучения

От болезней и болей страдает не только тело, но и душа человека

Душевные страдания от физической боли могут усугубляться страстями, укоренившимися в человеке

О связи гнева при телесных страданиях и разных видов печали - саможаления, нетерпения, малодушия

О возможных причинах гнева при болях и других болезненных состояниях

О гневе больного человека на себя или на тело из-за болезни

О возможном обоснованном и необоснованном гневе больного от желания сочувствия, помощи и заботы о себе

Возможный гнев больного человека по причине защиты интересов других больных

О том, что христиане не должны реагировать на скорби и страдания гневом и нетерпением

О том, что христианин должен стараться не поддаваться вспышкам гнева во время телесных страданий

Христианин должен всё переносить смиренно и терпеливо, независимо от того обоснован или необоснован гнев больного человека на то, как за ним ухаживают другие люди

Христианин должен следить за своим желанием помогать другим страждущим людям, чтобы оно не было страстным

2.4. Возможная, но не типичная реакция: желание совершить самоубийство, или печаль и аутоагрессия по причине смертельной болезни

А теперь поговорим о таком явлении, как самоубийство смертельно больных людей, которое относится к греховному желанию смерти.

Вначале хотелось бы заметить, что в вопросе желание смерти следует выделять два аспекта: первый – желание смерти вообще, при котором нет желания или стремления прекратить жизнь самостоятельно, второе – желание смерти, сопровождающее желанием или намерением прекратить жизнь самостоятельно, т.е. совершить самоубийство, которое далее и рассмотрим.

Все исследователи отмечают, что у некоторых смертельно больных людей возникает желание совершить самоубийство.

Гнездилов А. В. (путь на Голгофу): «…бывает, что агрессия обращается на себя, и больной может покончить жизнь самоубийством. Такая возможность возникает (и в стадии отрицания) и в стадии депрессии, когда больной мысленно хоронит себя, прощается с окружающими, пишет завещание, испытывает чувство вины и малоценности, ощущает себя «никому не нужным»».

Заметим, что когда мы будем говорить о результатах исследователей о реакции «гнев», то увидим, что не у всех людей появлялось желание самоубийства, а если и появлялись мысли об этом, то человек их не принимал. Кстати сказать, человек может отвергнуть появившуюся мысль о самоубийстве и не совершить его по нескольким причинам, например: он знает, что это – грех, или человек надеется на выздоровление, или ему жаль родных, или самоубийство считает выражением слабости и т.д. Вот как об этом сказал один пациент.

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «… И я тогда сказал, что самоубийство исключено, я для этого слишком труслив. … Так я выбросил из головы и идею самоубийства ради устранения смерти».

И, несмотря на то, что эта реакция бывает не у всех смертельно больных людей и на то, что она может быть выражена только в желании и периодичных мыслях и не совершаться на деле, мы все же поговорим о ней подробно.

Краткие общие вопросы о самоубийствах при смертельных болезнях

Вначале рассмотрим общие вопросы, касающиеся самоубийства, которое относится психологами к аутоагрессии (агрессивные действия, направляемые субъектом на самого себя) и приведем результаты их наблюдений. Также будут приводиться и учения святых отцов, которые иногда совпадают с мнением исследователей, а иногда нет.

О печали и аутоагрессии при самоубийстве

Отметим, что исследователи относят желание самоубийства к третьей стадии – гневу, но мы выделим его как отдельную реакцию. Следует сказать, что по христианскому учению самоубийство является результатом действия страсти печали (и на тему самоубийства, как последней стадии страсти печали, мы будем очень подробно говорить, разбирая вопрос о сути страсти печали и ее стадиях). Вполне понятно, что совершению самоубийства по любым мотивам предшествует переживания по поводу какой-либо скорбной ситуации, когда человек, ища выход из этого положения, находит такой способ разрешения сложившейся ситуации. То же самое происходит и когда человек сталкивается с приближением смерти. Как мы рассматривали выше, известие о приближении смерти вызывает у большинства людей шок, страх перед телесными страданиями или страх перед ожиданием смерти, или отчаяние, или безнадежие и т.д., которые могут продолжаться и когда люди смиряются с тем, что смерть уже близка, и когда не хотят с этим смириться. Эти эмоциональные состояния, как правило, длящиеся какое-то время, соответствуют страсти печали в различных проявлениях и разной силе. Но что касается способа воплощения желания самостоятельно умереть, то тогда слово «аутоагресиия», или гнев на себя, вполне подходит.

Как часто смертельно больные люди совершают самоубийства

Далее приведем некоторые данные рассматриваемых нами исследований о частоте совершаемых самоубийств по причине приближения смерти.

Интернет – источники: 1. «Суицидальная готовность отмечается у половины онкологических больных, а 15 из них совершают самоубийство». 2. «Риск самоубийства повышен вскоре после операций, при постоянной боли, при хронических, неизлечимых или приводящих к социальной изоляции заболеваниях. Хотя среди лиц с ВИЧ-инфекцией количество самоубийств в 30—40 раз выше, это соответствует, видимо, и высокой распространенности депрессии при ВИЧ-инфекции. У больных со злокачественными новообразованиями (кроме опухолей ЦНС) распространенность самоубийств выше в 2—4 раза».

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «…у 100 (из 212) больных мы смогли отметить появление суицидных мыслей. На это следует обратить особое внимание, так как, по нашим наблюдениям уже на другом материале (50 онкологических больных, отказавшихся от операции), можно утверждать, что это явление достаточно серьезное. 4 больных из 7, среди которых преобладали лица с медицинской профессией или близкие к медицине, покончили жизнь самоубийством. Характерна посмертная записка одного доктора, оставленная брату; «У меня обнаружен рак. Будь внимателен. Наша генетика оказалась не столь качественной к онкологии. Я ухожу в здравом рассудке. Не хочу ничего. Твой Борис».

(О том, почему медицинские работники или интеллигенция склонны к самоубийству, скажем чуть позже)

В некоторых исследованиях приводятся и перечень болезней с негативным прогнозом, при которых люди склонны к суициду.

Монография о самоубийствах: «Эпидемиологические исследования выявили, что ряд соматических заболеваний связан с повышенным риском суицида. Чаще всего к ним относят: онкологические заболевания; ВИЧ-инфекцию и СПИД; инсульт; юношеский диабет; делирий; эпилепсию; болезнь Паркинсона; травматическое повреждение мозга; травму спинного мозга; рассеянный склероз; хорею Гентингтона; боковой амиотрофический склероз».

Также во многих исторических биографических источниках есть указания на факт самоубийства знаменитых людей при смертельных болезнях.

Интернет – источник: «Неизлечимая болезнь провоцирует на уход из жизни очень многих людей. В июне 1991 года Цзян Цин, 77-летняя вдова Мао Цзэдуна, страдавшая раком горла, покончила жизнь самоубийством. Это произошло на вилле близ Пекина, где она содержалась под стражей. (В 1981 году вдова покойного китайского лидера была приговорена к смертной казни, но через два года эту меру власти заменили на пожизненное заключение.) Лиля Брик, близкая подруга Маяковского, покончила с собой в старости из-за перелома шейки бедра. Будучи смертельно больным, хотел застрелиться Михаил Булгаков, просил у жены достать ему револьвер. Наложил на себя руки неизлечимо больной туберкулезом известный противник Ленина меньшевик Николай Чхеидзе. Французский революционер Поль Лафарг и его жена Лаура (дочь Карла Маркса) восприняли как болезнь старость. Почувствовав старческую немощь, они приняли яд».

Об эвтаназии и прямом убийстве тяжело больного человека

Как известно, существует множество способов самоубийств, о которых мы не будем сейчас говорить. Но отдельно скажем о таком способе самоубийства, как эвтаназия тяжело больных людей.

Итак, желание тяжело болеющего человека умереть путем эвтаназии относится к малодушному желанию скорой смерти, вызванного отчаянием, страхом, усталостью от телесных страданий и т.д.

Материалы семинара по паллиативной помощи: «Отчаяние по поводу того, что болезнь все-таки их победила, страх уже не смерти, а страданий, нежелание своей беспомощности, отнимать силы родных и близких, порой заставляет больных просить медиков сделать им «смертельный укол». Когда они получают категорический отказ, то сами совершают самоубийство, чаще всего, накопив «нужную дозу лекарств»».

Так, например, умер «Зигмунд Фрейд, который более десяти лет мучился от рака. Наконец он уговорил своего лечащего врача вколоть ему смертельную дозу морфия. Умер во сне (1939)» (Интернет – источник).

Наравне с эвтаназией, которая проводится медиками, есть случаи, когда родные или знакомые совершали убийства тяжело больных людей (и при этом могли убивать и себя). Вот один из примеров.

Книга о самоубийстве: «Монтень (философ) же, например, восхищается достоинствами совместного самоубийства мужа и жены, описание которых ему встретилось в письмах Плиния Младшего. У последнего был сосед в Италии, который невероятно страдал от гнойных язв, покрывавших его половые органы. Его жена, видя непрестанные и мучительные страдания своего мужа, попросила, чтобы тот дал ей осмотреть себя, заявив, что никто откровеннее не скажет ему, есть ли надежда на выздоровление. Получив согласие мужа, и внимательно осмотрев его, она нашла, что надежды на выздоровление практически нет, и что ему предстоит еще долго влачить мучительное существование. Во избежание этого она посоветовала ему вернейшее и лучшее средство - покончить с собой. Но, видя, что у него не хватает духу для такого решительного поступка, она прибавила: «Не думай, друг мой, что твои страдания терзают меня меньше, чем тебя; чтобы избавиться от них, я хочу испытать на себе то же самое лекарство, которое я тебе предлагаю. Я хочу быть вместе с тобой при твоем выздоровлении, так же как была вместе с тобой в течение всей твоей болезни. Отрешись от страха смерти и думай о том, каким благом будет для нас этот переход, который избавит нас от нестерпимых страданий: мы уйдем вместе, счастливые, из этой жизни». Сказав это и подбодрив своего нерешительного мужа, она решила, что они выбросятся в море из окна своего дома, расположенного у самого берега. И желая, чтобы ее муж до последней минуты был окружен той преданной и страстной любовью, которую она дарила ему в течение всей жизни, она захотела, чтобы он умер в ее объятиях. Однако, боясь, чтобы руки его при падении и от страха не ослабели и не разомкнулись, она плотно привязала себя к нему и рассталась с жизнью ради того, чтобы положить конец страданиям мужа».

(О том, что такие способы смерти могут вызывать восхищения у других людей, скажем чуть позже)

Комментируя стремление «облегчить жизнь» тяжело больному, сажем кратко: оно является греховным, т.к. эвтаназия – грех против 6-ой заповеди: о намеренном убийстве тяжело больных для облегчения их предсмертных страданий.

Основы социальной концепции Русской Православной Церкви (12.8): «Один Господь является Владыкой жизни и смерти (1Цар. 2. 6). «В Его руке душа всего живущего и дух всякой человеческой плоти» (Иов.12.10). Поэтому Церковь, оставаясь верной соблюдению заповеди Божией «не убивай» (Исх. 20. 13), не может признать нравственно приемлемыми распространенные ныне в светском обществе попытки легализации так называемой эвтаназии, то есть намеренного умерщвления безнадежно больных (в том числе по их желанию). Просьба больного об ускорении смерти подчас обусловлена состоянием депрессии, лишающим его возможности правильно оценивать свое положение. Признание законности эвтаназии привело бы к умалению достоинства и извращению профессионального долга врача, призванного к сохранению, а не к пресечению жизни. «Право на смерть» легко может обернуться угрозой для жизни пациентов, на лечение которых недостает денежных средств. Таким образом, эвтаназия является формой убийства или самоубийства, в зависимости от того, принимает ли в ней участие пациент. В последнем случае к эвтаназии применимы соответствующие канонические правила, согласно которым намеренное самоубийство, как и оказание помощи в его совершении, расцениваются как тяжкий грех. … Вместе с тем необходимо помнить, что вину самоубийцы нередко разделяют окружающие его люди, оказавшиеся неспособными к действенному состраданию и проявлению милосердия. Вместе с апостолом Павлом Церковь призывает: «Носите бремена друг друга, и таким образом исполните закон Христов» (Гал.6. 2)».

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 6-й заповеди. Грех - Намеренное отравление тяжело больных для облегчения их предсмертных страданий): «Саул говорил своему оруженосцу: «подойди ко мне и убей меня, ибо тоска смертная объяла меня, душа моя все еще во мне. И я подошел к нему и убил его, ибо знал, что он не будет жив после своего падения» (2Цар.1,9-10). Ни просьба самого Саула о том, чтоб скорее ему умереть, ни сожаление к его страданиям вследствие ран, которые он получил на войне, ни уверенность в неминуемой его смерти, ничто не извиняло того воина, который окончательно прекратил его жизнь: «кровь твоя на главе твоей», было сказано этому войну - убийце. Да, и последнюю нить жизни человека властен прервать только Господь Бог. К тому же бывали примеры, что больные, совсем приговоренные к смерти, мало помалу выздоравливали. Между тем вот иные решаются скорей прекратить жизнь больного в уверенности, что он должен же умереть. Тут главными действователями бывают врачи; но часто и родственники просят врачей о прекращении жизни больного…. У тех и других побуждение одно — жалость к больному: хотят, чтоб больной не мучался долго, допускают, чтоб он умер несколькими часами или днями прежде того времени, как должен умереть по ходу своей болезни. Неуместное человеколюбие! Но, кроме того, эти люди нарушают в отношении к больному долг человеколюбия и в другом роде. Чем бы больше больной у самого порога к вечной жизни пострадал от своей болезни, тем в большую заслугу милосердый Бог вменил бы ему эти страдания. А они, между тем, лишают его этой заслуги, этого средства к очищению им грехов еще в настоящей жизни, сокращая его часы. Да если б и сам он просил врача, чтоб скорей прекратить ему жизнь какими либо медицинскими средствами — это нисколько не уничтожает преступности деяния со стороны врача. Человек может отчуждать от себя другому что либо только по своему имуществу, и то если не будет оттого вреда третьему лицу. Но жизнь и здоровье его не принадлежат ему: это Божии дары. Следовательно, и больной не может договариваться или соглашаться с врачом или с кем бы то ни было, чтоб для сокращения его страданий … прекращена была его жизнь. Ты, друг наш, верующий в бессмертие души и в воскресение мертвых! Страшись выразить в таком виде жалость к тяжелобольному. Даже и не говори о нем таких слов: «скорее бы кончился, чем мучился», как было говорено к страдающему от болезни Иову (Иов.2,9): но старайся облегчить его страдания своим сочувствием и пробуждением в нем надежд на будущую жизнь».

О людях склонных к самоубийству в любых трудных обстоятельствах

Существует множество исследований и теорий о том, какие типы личности склонны к суициду. Мы не будем говорить на эту тему, а только приведем следующие рассуждения христианских учителей:

Паисий Святогорец (Духовное пробуждение, ч.2): «Люди с тонкой душей, со многим любочестием и чувствительные должны быть внимательны, потому что диавол крутит своим хвостом и делает их еще более чувствительными, так что они могут дойти до уныния, или даже, Боже упаси, до самоубийства».

Прот. Евгений Попов (Страшная участь самоубийцы): «…надо щадить от испуга, угроз и других потрясений людей с неустойчивой психикой, пугливых, эмоционально подвижных, чтобы какой-либо жестокостью не толкнуть их к преступной мысли о самоубийстве».

Но может быть и так, что в случае, если бы человек был здоров, то он возможно даже и не пожелал бы смерти и, как правило, старался о ней не думать или желать внезапной смерти, при которой почти не будешь осознавать, что умираешь. А т.к. в данном случае приближение смерти связано с телесными и душевными страданиями, то человек не хочет их переживать и находит способ как их избежать.

Следует также отметить, что у большинства людей, покончивших жизнь самоубийством, «и раньше до установления диагноза онкологического заболевания очень часто отмечались суицидальные склонности» (Монография о самоубийствах).

На каких этапах при смертельных болезнях может быть желание смерти или совершение самоубийства

Что касается вопроса, на каком этапе смертельно больной человек может совершить самоубийство или когда у него появляются только мысли об этом, то на него нет определенного ответа, т.к. желание самоубийства или его осуществление может происходить на разных этапах, например: как только человек узнает о смертельном диагнозе.

Монография о самоубийстве: «вероятность суицида является повышенной в течение первых пяти лет онкологического заболевания. Риск самоубийства наиболее высок в первые месяцы после установления диагноза, когда продолжается кризис адаптации».

Так, например, в одном из исследований приводится следующий пример о человеке, который принял решение о самоубийстве сразу, как только узнал, что у него «рак».

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «Больной обследовался, ему предложили лечь в онкостационар, он отказался. Снова пришел к врачу, когда стала «болеть спина» и появилось кровохаркание. Решил спросить прямо, что у него. Получил уклончивый ответ, но понял, что «рак» и что оперироваться поздно. Страха, по его словам не испытал, но стало «пусто на душе». Решил, что дальше жить не стоит. Дома привел в порядок вещи, все вымыл «впервые за долгое время». Оделся во все чистое, купил водки и принял вместе с ней какие-то снотворные, две пачки. Был обнаружен приятелем и направлен в реанимацию. Там откачали и отправили домой. Был зол на врачей, ругал их…. Надежды вылечиться не питал, да и считал, что «не для чего жить»».

Риск самоубийства может быть и после очередного ухудшения состояния, к которому человек еще не привык и не научился с ним жить.

Монография о самоубийстве: «При многих других хронических и прогрессирующих соматических заболеваниях риск колеблется в зависимости от особенностей течения заболевания. Кроме того, суицидальный кризис могут спровоцировать обострение или ухудшение соматического заболевания. …Все серьезные соматические заболевания вызывают острый стресс и предъявляют требования, связанные с постоянной адаптацией к ухудшению состояния, но лишь некоторые пациенты кончают жизнь самоубийством. …Любое новое обострение хронического заболевания вынуждает страдающего человека заново учиться справляться с болезнью. Не все люди могут вынести подобное бремя».

Материалы семинара по паллиативной помощи: «На этапах лечения в онкологической клинике суицидальные тенденции снижаются, но в момент выписки, когда пациент возвращается домой инвалидом, с теми или иными дефектами, которые нарушают его социально-бытовую адаптацию, вновь отмечается всплеск суицидов».

Описаны случаи, когда самоубийство происходило во время стадии «гнева».

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «Редко агрессия обращается на себя. Суицидальная готовность ориентируется на «персонифицированный рак». Больные кончают самоубийством, чтобы «отомстить раку». Характер суицида позволяет предположить мотивы мщения. Больной не просто принимает смертельную дозу лекарства, а бросается на рельсы или с высотного здания. В посмертных записках звучат идеи «уничтожения зла» и «заразы»».

Также желание самоубийства возможно и при стадии «депрессия», когда больной человек испытывает душевную боль, ожидая своей смерти.

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «(При депрессии во время чувства вины) больные ощущали себя причиной зла, которое вошло в мир. В этот же период они нередко просили дать им смертельную дозу лекарств, чтобы скорее умереть. Однако эта суицидальная готовность … являлась скорее умственной, чем эмоциональной. В беседе больные легко переключались на другие темы».

Бывает и так, что человек предпринял попытку самоубийства вначале или середине тяжелой болезни, но она была неудачной. Одни люди более не пытаются повторить этого, а другие все же стремятся и далее покончить жизнь таким образом. Вот что говорит христианское учение об этом:

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 6-й заповеди, грех: покушение на свою жизнь, соединенное с решительными действиями): «Подобные покушения на свою жизнь, когда например, уже был принят яд, но сила его оказалась слабою; или когда уже было возложено на шею вервие Иудино, но добрые люди успели сорвать вервие, и возвратили к жизни полумертвого; или когда безумный сделал себе смертельные раны ножом, огнестрельным оружием, пригвоздил себя ко кресту (у раскольников), но ослабевшая рука не могла увеличить или повторить раны, а искусство врачей предотвратило опасность их для жизни — подобные решительные посягательства на свою жизнь, если допущены в памяти и с сознанием, следует считать окончательным убийством. Если оказались слабыми меры, принятые для самоубийства, если воспрепятствовали совершиться греху люди внезапным приходом или помощью, оказанною без просьбы, и таким образом, жизнь осталась в целости, это не смягчает вины ужасного греха. Самоубийца вполне «был мертв и ожил» (Лк.15,32) не по своему намерению, или без ведома своего, по одной лишь чрезвычайной милости Божией. Только бы тогда вина его была облегчённее, когда бы он сам остановился вполовину своего преступления; когда бы вдруг просветила его душу добрая мысль не довершать преступления, и он употребил бы усилия не довершить, хотя и эта мысль все же принадлежала бы не ему, а его ангелу-хранителю; когда бы он послушал голоса других людей, как например, темничный смотритель повиновался голосу апостола Павла (Деян.16,27-28); когда бы, придя к реке, чтоб утопиться, и увидев тут случайно поспевшее собственное дитя, почел это дитя своим ангелом-хранителем и с отвращением оставил бы бесовское намерение. Но, без сомнения, еще тяжелее, ужаснее вина того человека, который до нескольких раз повторяет покушение на свою жизнь. Тут преступно то, что этот человек не вразумляется чудесами Промысла Божия, который спасает его жизнь от него самого, что не трогается ужасами смерти насильственной, что не дорожит вечностью, в которой уже не будет ему возможности снова уничтожить себя. О, несчастные искатели собственной смерти! С одной стороны, вам нужно радоваться, что милосердый Бог не допустил совершиться вашей преступной решимости, а с другой — остается вам во все остальные годы и дни своей жизни служить Богу каким либо особенным подвигом покаяния. Считайте же себя не иначе, как возвратившимися с того света, да еще из пропастей ада. Знайте, что и те люди, которые после честной, приготовленной смерти снова возвращались чудесно к жизни (как например, воскресший Афанасий Печерский (Четь-мин. под 2 дек.), и те не могли наплакаться в новые и остальные годы свои, увидев лицом к лицу страшную участь на том свете грешников. И так «прочее время живота (вашего) в... покаянии (строжайшему) скончати»,—вот вам епитимия!».

Самоубийство может происходить в порыве отчаяния, а может обдумываться какое-то время

А теперь скажем о том, что желание смерти или его совершение может быть в порыве отчаяния, а может долго обдумываться человеком. Вначале приведем пример, когда тяжело страдающий человек во время боли, в порыве отчаяния хотел убить себя.

Нил Мироточивый (Посмертные вещания, ч.5, гл.4): «По временам боль делалась такой острой, что он (Феофан) кричал. Подобные припадки острой боли продолжались с ним до четверти часа. В ночь на воскресенье 23 января, когда Феофан был у заутрени в церкви, с ним сделался обморок; упав, он вывихнул себе совершенно руку в плече, так что из плечевого сустава она выскочила назад, рот его так свело судорогой, что он не мог нисколько открыть его, чтобы что-либо съесть или выпить, и не мог проговорить ни слова. … Братия, подняв Феофана, снесли его в готовую комнату, где и положили его. Феофан, хотя и пришел в сознание, но владеть ртом не мог, страдая от жажды и голода, не мог открыть рта для принятия пищи, и мучительно страдал от вывиха, а еще более тяжко страдал душевно. От этих невыразимых страданий он пришел, наконец, в такое отчаяние, что, увидав висевшие близ себя ножницы, протянул к ним правую руку, схватил их, решив покончить с собой и вонзить их себе в живот; держал их уже готовыми в руке, соображая только, каким образом удобнее это исполнить».

(О том, как ведет себя человек во время боли и о том, что боль может служить причиной суицида, мы скажем позже)

Но зачастую люди обдумывают, каким образом совершить самоубийство.

Интернет – источники: 1. «Практически у всех суицидентов самоубийства были заранее продуманы и спланированы, так как совершались в отсутствие других лиц и исключали возможность оказания экстренной медицинской помощи. Семь человек из девяти открыто сообщали врачам или ближайшим родственникам о своих суицидальных намерениях». 2. «У многих больных неизлечимыми соматическими заболеваниями, знающих о неизбежности углубления страданий и летального исхода, развивается суицидоопасная пессимистическая реакция. В основном это овдовевшие люди старшего возраста. Содержанием переживаний является рациональное подведение жизненных итогов, оценка пройденного пути, сравнение положительных и отрицательных аспектов продолжения жизнедеятельности. Подведение баланса происходит на фоне высокого уровня критичности, четкости и реалистичности суждений, сохранности личностного ядра. Принятие решения о самоубийстве происходит в связи с представлениями о неизлечимости заболевания и переживаниями физического страдания. Поведение в пресуициде (когда человек допускает вероятность совершить самоубийство) лишено аффективной напряженности («холодный пресуицид»). Подготовка к суициду носит тщательно скрытый характер, выбираются наиболее летальные способы суицида. В случае покушений, не закончившихся смертью, суицидальные намерения сохраняются и с большим трудом подвергаются обратному развитию».

Далее мы рассмотрим вопросы о том, какими мыслями и чувствами сопровождается желание самоубийства.

Об испытываемой печали в разных видах, могущей привести к желанию самоубийства

Ранее мы отмечали, что смертельно больной человек переживает различные виды печали, такие как страх, одиночество, беспомощность, отчаяние, безнадежие и т.п. (конечно, всё это человек может переживать и во всех других скорбных ситуациях). Все эти чувства могут приводить к гневу на других, депрессиям и к самоубийству, и сейчас мы скажем о последнем случае.

Интернет – источник: «В суицидальном состоянии возникает чувство беспомощности - безнадежности: «Я ничего не могу сделать (кроме совершения самоубийства), и никто не может мне помочь (облегчить боль (душевную и или физическую), которую я испытываю)»».

Святые отцы говорят, что такие расположения и чувства очень опасны.

Иоанн Златоуст (т.8, ч.2, беседа 78): «Опасна неумеренная печаль, опасна и может довести до смерти».

Самоубийство всегда бывает результатом отчаяния и безнадежия, происходящие от маловерия или неверия, гордости, самости, не смирения, не терпения и т.п.

Игнатий Брянчанинов (Письма к мирянам, п.202): «Самый тяжкий грех - отчаяние. Этот грех уничижает Всесвятую Кровь Господа нашего Иисуса Христа, отвергает Его всемогущество, отвергает дарованное Им спасение - показывает, что в этой душе прежде господствовали самонадеянность и гордость, что вера и смирение были чужды ей».

Заметим, что у одних людей отчаяние может быть эмоционально выражено, а у других - нет.

Что касается другого вида печали – безнадежия (о котором уже говорилось ранее), то оно вместе с отчаянием приводит людей в состояние безумия, при котором, например, можно легко совершить самоубийство.

Иоанн Златоуст (т.1, ч.1, К Феодору падшему. Увещевание 1): «Отчаяние … ввергает в сатанинское безумие, ибо и диавол сделался таким не от чего-либо другого, как оттого, что сперва отчаялся, а потом от отчаяния впал в безумие».

К сожалению, подобное безнадежие может быть и у верующих людей.

Иоанн Кронштадтский (Моя жизнь во Христе): «Бедствие христиан оттого, что не имеют христианской надежды. Вот у человека теснота греховная на сердце, тоска, скука грешная; если надежды христианской нет у него на сердце, то что он делает? … Прибегают к самоубийству».

Также следует знать, что мысли и чувства отчаяния и безнадежия порождает диавол, чтобы истребить надежду на Бога и ввергнуть человека в ад.

Ефрем Сирин (О покаянии): «Сатана злоумышленно старается опечалить многих, чтоб взять и чрез отчаяние ввергнуть их в геенну».

Иоанн Златоуст (т.1, ч.1, К Феодору падшему. Увещевание 1): «Диавол для того и ввергает нас в помыслы отчаяния, чтобы истребить надежду на Бога, - этот безопасный якорь, эту опору нашей жизни, этого руководителя на пути, ведущем к небу, это спасение погибающих душ».

Есть и еще одна причина, порождающая безнадежие. Когда мы будем говорить о ропоте на Бога по причине не смирения перед Его волей, то скажем, что люди, как правило, обнадеживают себя тем, что или умрут не скоро, или что их смерть будет легкой или красивой. Особенно это желание усугубляется, если человек не верит в бессмертие, Суд и т.п. И когда человек узнает о своей смертельной болезни, то эта надежда рушится, и это также может привести к самоубийству, через которое человек стремится самовольно умереть легко и быстро, хотя бы частично воплотив свои надежды.

Далее. Все описанные выше чувства (отчаяние и безнадежие) как предшествуют мыслям о самоубийстве, так и сопровождают их. Может быть и так, что после принятия решения о самоубийстве, эти тяжелые чувства сменяются холодным спокойствием.

Монография о самоубийстве: «Непосредственно перед суицидальным действием (попыткой или самоубийством) интенсивность суицидального процесса нарастает, чувства безнадежности, беспомощности и отчаяния…. Беспокойство воспламеняет суицидальный процесс, и сознание вращается только вокруг мыслей, как и когда, придет смерть. Когда человек принимает решение о смерти, хаос может смениться фазой спокойствия, которая часто вводит окружающих в заблуждение».

При таком ослаблении отчаяния человек как бы отдыхает от тягостных гнетущих чувств и это более утверждает его в правильности своего решения, т.к. видит, что только после согласия на самоубийство, он перестал так мучаться. И, к сожалению, он даже не подозревает, что есть другой выход, при котором отчаяние отойдет – это обращение к Богу.

Иоанн Шаховской (Семь слов о стране гадарийской): «Одно покаянное молитвенное слово, одно мысленное хотя бы начертание спасительного Креста и с верою воззрение на него - и паутина зла расторгнута, человек спасен силой Божьей от своей гибели... Только малая искра живой веры и преданности Богу - и спасен человек!».

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 2-ой заповеди, грех: отчаяние): «Без сомнения, и тогда не поздно было бы ему возложить печаль свою (Пс.54,23) на Бога: но он не способен к высшим надеждам, не привык надеяться на помощь Божию, не знаком с тем душевным состоянием, как «благо есть уповати ни Господа» (Пс.117,9). … Таким образом он не находит нужным или не хочет обратиться к милосердию Божию, которое между тем готово было бы принять его и помочь ему также, как нежный отец вышел на встречу к своему блудному сыну (Лк.15,20)».

Также человек, желающий самоубийства, не подозревает, что холодное спокойствие после принятия решения о самоубийстве - это уловка бесов, и что, при таком отступлении тягостных чувств человек становится в определенной мере безумным.

Итак, следует помнить, что ни в коем случае нельзя отчаиваться, т.к. тем самым мы позволяем свободно действовать диаволу.

Иоанн Златоуст (т.12, ч.1, Беседы о покаянии, беседа 1): «…не будем никогда отчаиваться, потому что нет ни одного столь сильного оружия у дьявола, как отчаяние».

Иоанн Златоуст (т.11, ч.1, беседа 8): «Если ты приходишь в отчаяние, то дьявол, – как достигший того, чего хотел, становится возле тебя; а Бог, как оскорбленный хулой, оставляет тебя и увеличивает твое бедствие».

Исходя из страшных последствий чувств отчаяния и безнадежности, отцы советуют стараться сразу замечать их, и тут же молиться Господу. При этом можно или говорить Ему о своей печали, или просить помощи по-христиански перенести любые скорби, или благодарить Его и т.д., и ни в коем случае не позволять желать себе смерти.

Исихий (Добротолюбие, т.2, ст.135): «Впадши в прискорбности, отчаянности и безнадежности (в крайности безвыходные, из которых выпутаться нет надежды), надобно нам и себе тоже делать, что делал Давид, - «изливать» сердце свое, и «моление свое» пред Богом, и «печаль» свою, как есть, «возвещать» Господу (Пс. 141, 3). Ибо мы исповедуемся Богу, Яко могущему премудро устроить все, нас касающееся, - и беду нашу, если полезно, сделать легкою (удобоносною и удобоисходною), и избавить нас от пагубной и разрушительной печали».

Иоанн Кронштадтский (Моя жизнь во Христе, п.1289): «Если тебе приходится переносить сильные напасти, скорби и болезни, то не малодушествуй, не унывай и не ропщи, не желай себе смерти, не говори дерзких речей пред всевидящим Богом, например, таких: «о, какая лютая скорбь, о какая не по силам моим напасть, - лучше бы уж умереть мне, или: лучше убил бы я себя!» Избави тебя Бог от такого малодушия, ропота и дерзости!»

Иоанн Златоуст (т.11, ч.1, беседа 8): «Если же ты благодаришь (Бога в скорбных ситуациях), то дьявол, как не получивший никакого успеха, отступает; а Бог, как приявший честь, в воздаяние награждает тебя большей честью».

Также кратко скажем об еще одном чувстве, которое сопровождает отношение к смерти - чувстве страха. Ранее мы говорили, что большинство людей боятся смерти и не желают умирать. При желании же самоубийства нет страха смерти, т.к. человек добровольно соглашается на нее, и более того – человек желает смерти. У самоубийц, скорее всего, страх жизни и страх физической или душевной боли становится сильнее естественного страха смерти.

Интернет – источник: «У потенциальных суицидентов нарушены программа и механизм страха смерти, естественный, природный, биологический механизм, который есть инстинкт жизни».

Во-первых, это может происходить оттого, что страх смерти неразрывно связан с желанием жить, а при нежелании жить соответственно происходит и ослабление страха смерти.

Во-вторых, при самоубийстве может отсутствовать страх смерти и потому, что у разных людей может быть разная сила страха смерти и разные причины такого страха еще до приближения смерти. Так, например, смерти могут бояться или не бояться люди, не верующие в Бога, в бессмертие и Суд Божий или сомневающиеся в этом, а истинные христиане, не боясь самой смерти, боятся Суда Божия (подробно о страхе и бесстрашии смерти будет подробно говориться в другой главе).

О мыслях, связанных с самоубийством

А теперь скажем о мыслях, которые появляются или после, или во время вышеперечисленных тяжелых чувств, и которые являются результатом поиска выхода из создавшейся скорбной ситуации. О наличии таких мыслей говорят абсолютно все исследователи.

Монография о самоубийстве: «Вначале мысль о самоубийстве может быть мимолетной. Ее могут отвергнуть, потом вновь вернуться к ней, еще раз отвергнуть... и так далее, пока, в конце концов, она не появится в виде единственно возможного выбора».

Но никто из исследователей не говорит о том, что эти мысли исходят от бесов. Мы же сейчас кратко скажем об этом для того, чтобы, во-первых, предостеречь незнающих о природе подобных мыслей, и, во-вторых, чтобы помочь христианам, у которых могут появляться такие мысли в различных скорбных ситуациях.

Итак, изначально такие мысли бывают от бесов, которые их нашептывают, и многие люди воспринимают их как свои мысли.

Николай Сербский (Символы и сигналы, гл.12): «Чувство крайнего отчаяния, направляющее мысли человека к самоубийству, есть ясный сигнал, что злой дух - дух уныния - завладел душой этого человека».

Иоанн Шаховской (Семь слов о стране гадарийской): «Самоубийцы, пред самоубийством своим, совсем не знают, что около них стоит гадкий (невыразимо) злой дух, понуждая их убить тело, разбить драгоценный «глиняный сосуд», хранящий душу до сроков Божьих. И советует этот дух, и убеждает, и настаивает, и понуждает, и запугивает всякими страхами: только, чтобы человек нажал гашетку или перескочил через подоконник, убегая от жизни, от своего нестерпимого томления... Человек и не догадывается, что нестерпимое томление не от жизни, а от того, от кого и все мысли, обосновывающие убиение себя. Человек думает, что это он сам рассуждает, и приходит к самоубийственному заключению. Но это совсем не он, а его мыслями говорит тот, кого Господь назвал «человекоубийцей искони». Человек только безвольно соглашается, невидимо для себя берет грех диавола на себя, сочетается с грехом и с диаволом... Но все ли люди, спасшиеся от убиения себя или от какого-либо другого греха, понимают, что около них стоял (а может быть, и еще стоит, или иногда к ним приближается) отвратительный злой дух, существо, обнаруживаемое только некоей духовной чуткостью и обостренным духовным вниманием?».

Вот пример таких нашептываний.

Жития, чудеса и поучения преподобных Оптинских старцев (Иларион Оптинский): «Один купеческий приказчик из Нижнего, средних лет, холостой, страдал несколько лет болезнью, не дававшею ему покоя. Он, по словам его, ощущал, что кто-то пошептывает ему мысли о самоубийстве. Подойдет он к воде, голос шепчет ему: «Зачем тебе больше жить на свете? Утопись!» Увидит он огонь, голос внушает ему кинуться в огонь. Увидит он нож или какое острое орудие, голос внушает ему зарезаться, так как незачем ему оставаться на свете…».

Также следует знать, что бесы действуют сообразно со страстями людей.

Никон Воробьев (Письма, п.45): «Как они это делают? Вот как: они стараются действовать на страсти человека и раздувать их до такой силы, чтобы они погубили человека. Например, кто любит выпить, того бесы понуждают пить больше и больше, пытаются довести до запоя, драк, убийства и самоубийства и этим погубить навеки».

А в случае, когда смертельно больной человек испытывает телесные и душевные страдания, он пребывает в малодушии, нетерпении, сильной печали, отчаянии и т.д., и этим пользуются бесы (об это мы говорили в прошлом разделе).

Также бесы могут подсказывать мысли о самоубийстве через других людей, которых они уже утвердили в правильности такого выхода из скорбной ситуации.

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «(Рассказ одного пациента) …один врач когда-то сказал мне: «Я не понимаю, как ты все это выдерживаешь, я бы убил себя».

Подобные решения могут вспоминаться человеком и из известных жизненных случаев, когда кто-то именно так прекращал свои страдания.

Как избегать мыслей о самоубийстве

Далее кратко скажем, как избегать мыслей о самоубийстве.

Ранее в примерах исследований говорилось, что некоторые люди фантазируют о своей смерти и суициде. Нужно знать, что ни в коем случае нельзя этого делать, т.к. это может быть бесовское воздействие предлагающее, например, план самоубийства, или такая фантазия может быть уже от самой души, которая утверждает себя в правильности своего решения таким образом окончить жизнь.

Василий Кинешемский (Беседы на Евангелие от Марка. Гл.4, ст.21-41): «Неизвестно, откуда появляются эти мысли и образы (от темной силы), властно захватывающие сознание и часто руководящие нашей деятельностью. Люди, духовно невоспитанные, обычно принимают их за собственные мысли и желания и не только не считают нужным с ними бороться, но, если они окрашены чувственно-приятным тоном, сами их снова вызывают, когда они исчезают, услаждаются ими, задерживая в сознании, и напрягают свою фантазию, чтобы разукрасить их еще привлекательнее новыми подробностями».

Так же, как было отмечено выше, мысли от бесов могут быть без фантазий, а как простое предложения это сделать. Но и в том, и в другом случае человек еще более подвергает себя духовной опасности и далее ему будет очень трудно избавиться от этих мыслей.

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 6-й заповеди, грех: одна мысль лишить себя жизни): «…усвоить себе его (врага) мысль (о самоубийстве) хоть на кратчайшее время, не отвергнуть ее с первого же раза с боязнью и презрением - (значит) уступить врагу. По опытам известно, что когда человек сделает такую уступку врагу, когда отпадет от Бога в духе веры, враг так и заманивает к себе несчастного мыслью о самоубийстве, так и шепчет ему на каждом шагу: «пореши себя...»».

Никон Воробьев (Письма, п.45): «...(через скорбные жизненные обстоятельства бесы) расстраивают и омрачают до того, что, мол, лучше повеситься, чем так жить. Если ты или кто-либо примет хоть на время эту мысль, то бесы с большей силой, с помощью других, более сильных бесов, (семь других, злейших себя, как сказано в Евангелии) будут стараться чаще и сильнее внедрить мысль о самоубийстве. Если человек не воспротивится этой дьявольской мысли всеми своими силами, а даст хоть некоторое согласие, то бесы по попущению Божию за страсти и нераскаянность, и злобу могут задушить человека, дают веревку или даже полотенце и помогут покончить с собой».

Заметим, что эти мысли (как впрочем, и другие страстные помыслы) многим людям тяжело останавливать, т.к. они не имеют навыка трезвения помыслов и брани с помощью Божией, и более того имеют порок – мысленно разговаривать, как им кажется, с самим собой. Поэтому отцы говорят, что как только услышишь мысль о самоубийстве, тотчас останавливайся и тут же начинай молиться, например, Иисусовой молитвой и ограждать себя крестом до тех пор, пока душа и сердце не успокоятся.

Антоний Оптинский (Письма к разным лицам): «…вы привыкли разговаривать сами с собою и думаете переспорить помыслы, но они отражаются молитвою Иисусовою и молчанием в мысли своей».

Тихон Задонский (Сокровище духовной, ст. Покой): «Не допускай душе твоей слушать долго шептания его, да не прельстит тебя, как змей Еву. Но тотчас, как только услышишь злой совет его, отвращайся от него и обращайся ко Всесильному Иисусу, Заступнику и Спасителю твоему, и молись Ему — да поможет тебе в подвиге твоем. … Если злой враг приступает к тебе, и слышишь злой совет его, тотчас ободрись и стань, как воин Христов, вспомни, что Бог видит все, и смотрит на тебя, и ожидает подвига твоего, и хочет помочь тебе».

Можно произносить и другие молитвы, например: «Огради мя, Господи, силою Честнаго и Животворящаго Твоего Креста и сохрани мя от всякаго зла» или «Отрицаюсь служению врагу моему и сочетаюсь Тебе, Христе, во имя Отца и Сына и святого Духа, аминь».

Также в момент отчаяния следует, переборов тягостные чувства, кратко напомнить своей душе о том, что она сейчас находится в греховном обольщении и на самом деле желает не в небытие, а в ад.

Иосиф Исихаст (Письма, п.32): «…ты говоришь в час твоего малодушия…, что «найду способ убить себя, покончить свою жизнь»! О, ослепление и мрак осязаемый! Убьешь себя или объединишься навечно с диаволом? Покончишь свою жизнь или сойдешь навсегда в ад? И не боишься, малодушная душа, вечного осуждения, разлуки со сладчайшим Иисусом, Жизнью и Светом?»

А также необходимо вспомнить, что эти мысли и чувства исходят от врага, чтобы человек потерял надежду на Бога, и поэтому нельзя их принимать.

Иоанн Кронштадтский (моя жизнь во Христе): «Кто знает постоянство и злобность над собою врагов бесплотных, тот не станет много унывать, хотя и всячески они повергают сердце его в уныние…. Только - необходимое условие - надо быть внимательным к себе, ибо враг нередко прикрывается нашим самолюбием и как бы ратует за наше благополучие, сам же положительно губит нас. - Надежда христианская! Сколь многие лишены тебя чрез козни невидимых врагов! Сколь многие впадают в отчаяние и лишают себя жизни! Вспомним добровольных удавленников, утопленников и иным образом налагающих на себя руки, затем пьяниц и проч.».

На этом закончим краткий обзор мыслей и чувств при желании самоубийства и перейдем к вопросу о возможных причинах самоубийств смертельно больных людей. Таким образом, мы рассмотрим, что происходит с тремя силами человека: чувствующей (эмоциональной), мысленной и желательной.

Некоторые причины самоубийств, определенные исследователями, и их соответствие христианскому учению

Говоря о желании самоубийства при приближении смерти, возникает логичный вопрос: «Почему человек желает самоубийства, когда смерть и так к нему приближается?». Один ответ на этот вопрос уже дан выше – это воздействие бесов, желающих погубить душу человека. А что касается причин, почему люди на это соглашаются, то сейчас кратко их рассмотрим. Эти причины (за исключением бесовского нападения) обозначены всеми исследователями, и заметим, что они частично согласуются с причинами указанными в христианском учении, хотя иногда и имеют различные названия и определения.

О самоубийствах по причине нетерпения интенсивных физических болей и телесной немощи

Во-первых, исследователи называют следующую основную причину самоубийств - хронические боли.

Интернет – источник: 1. «Люди, чьи болезни доставляют им тяжелые физические страдания или превращают их в жалких инвалидов, могут пытаться покончить жизнь самоубийством, полагая, что смерть неизбежна и близка. Они также могут проникнуться убеждением, что не в состоянии больше переносить физические страдания и справляться с проблемами, с которыми им пришлось столкнуться в результате болезни». 2. «С целью изучения причин суицидального поведения мы провели анализ девяти историй болезни онкологических больных, совершивших завершенные самоубийства. …Подробный анализ предшествующего суициду психического и соматического статуса (на основе данных истории болезни и беседы с лечащими врачами) позволяет выделить основные детерминанты (причины) самоубийства. У семи больных основу клинических проявлений, помимо нарастающей астенической симптоматики, составляли хронические боли. …Фармакотерапия болевого синдрома (при которой применяются лекарственные препараты) проводилась у всех пациентов, но носила несистемный характер. Полного контролирования болей не было достигнуто ни у одного из них. …Из представленного нами материала начальных исследований можно сделать следующие предварительные выводы: Хронический болевой синдром является одним из ведущих факторов риска суицида у больных с распространенными формами злокачественных новообразований. Отсутствие знаний и возможности оказания противоболевой терапии поддерживают суицидальные тенденции.

Отметим, что эта причина включает себя несколько аспектов: во-первых, самоубийство может совершаться от ожидания и страха тяжелых телесных страданий, которых сейчас нет, но могут быть в будущем (об этом стразе мы уже говорили ранее); во-вторых, самоубийство по причине нетерпение уже существующих интенсивных болей; и, в–третьих, по причине усталости от них.

О том, как ведет себя человек при болях, мы будем говорить чуть позже, а сейчас остановимся только на вопросе о самоубийстве по этой причине. (Исходя из того, что мы уже достаточно сказали о самоубийстве, в этом разделе будем или только напоминать о том, что говорили ранее, или дополнять некоторые особенности такого желания смерти)

Итак, мы говорили, что человек может сам решиться на самоубийство, а может просить это сделать других людей (т.е. путем эвтаназии), и говорили, что во время скорбных ситуаций в порыве отчаяния человек склонен желать себе смерти. А так как боли относятся к скорбям, то вполне понятно, что при телесных страданиях у людей может возникать желание освободиться от боли путем смерти. И хотя это желание и можно назвать естественным, но это все же выражение нетерпения и малодушия, и оно не должно влечь за собой самого самоубийства.

Далее. В разделе «Самоубийство может происходить в порыве отчаяния, а может обдумываться какое-то время» уже приводился пример, когда при сильных болях человек в порыве отчаяния хотел покончить жизнь самоубийством. А чуть позже будут приводиться примеры исследований об импульсивном желании совершить самоубийство при неприятных ситуациях и болях (и не обязательно при смертельных болезнях).

А теперь скажем о мнениях людей, считающих, что тяжелые телесные страдания являются разумным поводом совершить самоубийство (следует заметить, что эти поводы, к сожалению, многим людям кажутся вполне логичными и правильными). Например, есть мнение, что самоубийство оправдано и не порицается при следующих обстоятельствах:

Диоген Лаэртский (О жизни, учениях, и изречениях знаменитых философов, кн.7, Зенон): «Уйти из жизни, по (словам стоиков) для мудреца вполне разумно и за отечество, и за друга, и от слишком тяжкой боли, или увечья, или неизлечимой болезни».

Позже будет сказано, что некоторые философы считали, что как только жизнь теряет свою привлекательность, а при болезнях происходит именно это, то следует уйти из жизни.

Книга о самоубийстве: «Цицерон приписывает эпикурейцу Торквату следующие слова: «Помни, что сильные страдания завершаются смертью, слабые предоставляют нам частые передышки; таким образом, если их можно стерпеть, снесем их; если же нет - уйдем из жизни, раз она не доставляет нам радости, как мы уходим из театра»».

Также есть мнение, что не стоит терпеть такую тяжелую жизнь, которая и так скоро окончится.

Диоген Лаэртский (О жизни, учениях, и изречениях знаменитых философов, кн.4, Спевсипп): «Когда тело его (Спевсиппа) уже было поражено бессилием…, говорят, однажды его везли на тележке в Академию, а навстречу попался Диоген. «Здравствуй!» – сказал Спевсипп, но тот ответил: «А ты уж лучше и не здравствуй, чем терпеть такую жизнь!» Наконец, уже стариком он в упадке духа сам покончил свою жизнь».

Сенека (Нравственные письма к Луцилию, п.58): «…если тело не годится для своей службы, то почему бы не вывести на волю измученную душу? И может быть, это следует сделать немного раньше должного, чтобы в должный срок не оказаться бессильным это сделать. И поскольку жалкая жизнь куда страшнее скорой смерти, глуп тот, кто не отказывается от короткой отсрочки, чтобы этой ценой откупиться от большой опасности. Лишь немногих долгая старость привела к смерти, не доставив страданий, но многим их бездеятельная жизнь как бы даже и не пригодилась. Что ж, по-твоему, более жестокая участь - потерять кусочек жизни, которая и так кончится? Не надо слушать меня против воли, словно мой приговор касается и тебя, но все же взвесь мои слова. Я не покину старости, если она мне сохранит меня в целости - сохранит лучшую мою часть; а если она поколеблет ум, если будет отнимать его по частям, если оставит мне не жизнь, а душу, - я выброшусь вон из трухлявого, готового рухнуть строения. Я не стану бежать в смерть от болезни, лишь бы она была излечима и не затрагивала души; я не наложу на себя руки от боли, ведь умереть так - значит, сдаться. Но если я буду знать, что придется терпеть ее постоянно, я уйду, не из-за самой боли, а из-за того, что она будет мешать всему, ради чего мы живем. Слаб и труслив тот, кто умирает из-за боли; глуп тот, кто живет из страха боли».

В ответ на все эти мнения святые говорят следующее:

Бл. Августин (О граде Божием, кн.1, гл.26): «Мы одно говорим, одно утверждаем, одно всячески доказываем: что самовольно никто не должен причинять себе смерти ни для избежания временной скорби, потому что иначе подвергается скорби вечной; ни из-за чужих грехов, потому что иначе, не оскверненный еще чужим грехом, он совершит собственный, причем самый тяжкий грех; ни из-за своих прежних грехов, ради которых настоящая жизнь особенно необходима, чтобы можно было исцелить их покаянием; ни из-за желания лучшей жизни, приобрести которую надеется после смерти: потому что для виновных в собственной смерти нет лучшей жизни и после смерти».

И в заключении напомним, что христианское учение говорит о том, что самоубийство по причине не терпения болей и болезней происходит от нежелания человека нести свой крест (об этом еще скажем чуть позже).

Также смертельно больной человек, испытывающий периодические боли или боли, которые медикаментозно обезболиваются, в дополнение к этому может чувствовать долгое время отчаяние, страх и т.п. И тогда следует говорить, что самоубийство связано с депрессией, или со страстью печали, и с усталостью от физических страданий и проблем.

Самоубийства по причине депрессии

Следующей причиной самоубийств смертельно больных людей является депрессия.

Интернет – источник: «С целью изучения причин суицидального поведения мы провели анализ девяти историй болезни онкологических больных, совершивших завершенные самоубийства …Анализ изменений в психической сфере позволил диагностировать у двух человек (одного мужчины и одной женщины) психогенную депрессию. Выраженные аффективные нарушения послужили основой самоубийства, так как удовлетворительный соматический статус и отсутствие болей не могли определять тяжесть суицидального поведения. …Из представленного нами материала начальных исследований можно сделать следующие предварительные выводы: Психогенная депрессия увеличивает суицидальный риск у онкологических больных даже при отсутствии тяжелых соматических нарушений».

Таким образом, самоубийство смертельно больных людей может быть связано не только с телесными страданиями, а и с душевными, которые вызваны осознанием приближения смерти, крушением планов и надежд, страхом перед умиранием, напряжением от ожидания смерти и т.п. И тогда путем самоубийства человек желает избавиться от этих страданий.

Интернет – источник: «Человеку (бывает) настолько плохо, что более всего он хочет ослабить душевную боль, страдание».

(Более подробно о депрессиях и самоубийствах мы будем говорить при рассмотрении темы о последней стадии страсти печали – желании и мысли о самоубийстве. Также позже подробно скажем о состоянии депрессии при смертельных болезнях)

Самоубийство по причине усталости от скорбей или неприятностей и желания отдохнуть

Выше мы уже говорили, что отчаяние и безнадежие порождают очень тягостные состояния, от которых человек очень сильно устает, и думает приблизительно так: «Я устал. У меня ни на что нет сил. Я не могу так больше жить…». У одних людей такой ропот может проходить, у других он держится долгое время и тогда человек испытывает депрессию, у третьих может порождать стремление уйти, устраниться из ситуации и отдохнуть путем самоубийства.

Монография о самоубийстве: «Симптомы усталости от жизни и стремления к смерти очень часто встречаются при депрессии, особенно тяжелой и средней тяжести. Более того, многие пациенты размышляют о самоубийстве, предпринимают суицидальные попытки или кончают с собой».

Таким образом человек чувствует усталость не от жизни или каких-то обстоятельств, а от своей страсти печали, которая держит душу в таких тягостных состояниях.

Страдание святого мученика Уара… (Жития святых Дмитрия Ростовского, 19 октября): «…мне от горькой моей печали жизнь стала в тягость».

Кстати сказать, что так называемая «усталость от жизни» может быть и у христиан, и во многих других скорбных обстоятельствах. Приведем на эту тему поучение свт. Феофана.

Феофан Затворник (Письма к разным лицам, п.84): ««Устала жить!» — Это что такое? — Божие создание, Богом хранимое и ведомое ко спасению, как может тяготиться жизнью, коей конец Царство Небесное с неизреченными благами? Это у вас, должно быть, вырвалось случайно как. Пусть непросторно и нелегко вам живется; но посматривайте на конец сего тесного пути,— и забудете чувствовать тесноту и тяготу его. А утешения, какие, в залог будущих, подаются еще здесь, разве не сильны испарять такие чувства? — Отняты у вас ныне такие утешения. Но вот потерпите еще немного и опять заликуете. Напишите в сердце обетование, что ничто на сем пути претерпеваемое не пропадает даром. Тогда и усталости чувствовать не возможете, как не может чувствовать ее собирающий маргариты (жемчужины), когда они попадаются, что ни шаг. Если вы сердцем так почувствовали, как сказали, то тут слышится грешный ропот. Извольте исповедать грех сей Господу на духу».

Отметим и тот факт, что когда желание смерти происходит при тяжелых скорбях, а тем более при телесных мучениях, то святые отцы называют такое желание свойственно человеку.

Андрей Кесарийский (Толкование на Апокалипсис Святого Иоанна Богослова, отдел 9, ст.26): «… призывать смерть свойственно находящимся в скорбях».

Василий Кинешемский (Беседы на Евангелие от Марка, гл.15, ст.20-39): «…(при смерти от распятия) телесные мучения причиняли внутреннее страдание и тревогу, делавшие приближение смерти желанным и несказанным облегчением».

Григорий Нисский (Большое огласительное слово, гл.8): «…если кто проводит жизнь в мучениях, то таковой признает для себя более предпочтительным не существовать, нежели существовать и страдать».

Но все же желание самоубийства происходит от малодушия, нетерпения и неразумия.

Анатолий Оптинский (Душеполезные поучения преподобных Оптинских старцев, т.2): «…смерти ты желаешь потому, что … ты, матушка, сластолюбива, т.е. не хочешь терпеть скорбей, тоже не понимая ни цели, ни цены скорбей. В скорбях сокровенна есть милость Божия».

Вообще, желание об окончании каких-либо страданий может происходить импульсивно и как нахождение выхода из нескольких неприятных обстоятельств, которые сложились у человека на данный момент. Примечательно то, что иногда при одной и той же ситуации человек может по-разному реагировать. Так он может сейчас терпеть боль и относиться к ней спокойно, а через несколько часов может отчаяться до такой степени, что будет желать себе смерти. Вообще отчаяние в некоторых случаях может возникать сразу, как например, при внезапном несчастном случае, а может быть после постоянно повторяющихся неприятных ситуаций, например, при ссорах или при болях. В нижеприведенных примерах будет хорошо видно, как при болезнях (причем не смертельных), или болях, и некоторых неприятных обстоятельствах бесы могут легко и неожиданно внушать мысли о самоубийстве.

Монография о самоубийстве: «1. Сорокасемилетняя женщина проживает одна. Несколько месяцев назад умерла ее племянница, с которой она периодически общалась. Проживает в коммунальной квартире вместе с соседкой-пьяницей, отношения с которой далеки от идеала. Страдает тяжелым заболеванием почек, в связи с чем одна почка удалена, а из второй выведена стома. Получает мизерную пенсию как инвалид первой группы. Близкая подруга переехала к детям в другой город, а ее оставшиеся родственники живут очень далеко. Пенсии хватает только на хлеб и самые необходимые лекарства, временами не имеет денег, чтобы заплатить за квартиру и коммунальные услуги. Эпизодически общается с соседями по двору или навещающей ее работницей службы социальной помощи. В один из вечеров женщина занималась достаточно привычным для нее занятием, рассматривала один из альбомов с фотографиями артистов театра и кино (наряду с чтением книг это было ее основным времяпрепровождением по вечерам). Неожиданно она перевела взгляд на висевшую у нее на поясе на куске бинта перчатку, выполняющую роль мочеприемника, а затем вновь стала смотреть на какую-то фотографию. Как рассказывала в дальнейшем пациентка, в этот момент у нее совершенно неожиданно возникла мысль, что дальше жить не стоит. «Раньше, хотя и была неверующей, считала, что надо нести свой крест до конца, а здесь пришла мысль, и я уже не смогла от нее избавиться, что лучше покончить жизнь самоубийством, чем так жить». Женщина на протяжении некоторого времени обдумывает способ самоубийства. «Ни о чем другом уже не думала. Если и раньше ничего меня с жизнью не соединяло, а здесь как-то физически почувствовала, что одна на свете и дальше ничего хорошего меня не ждет». Она решает умереть …, пишет записку («никого не виню, дальнейшая жизнь не имеет смысла») …. Ее спасает случайность: соседка, … имеющая сама в прошлом опыт самопорезов, оказала ей весьма квалифицированную помощь и вызвала «скорую». ….2. Пациент с подросткового возраста страдает хроническим заболеванием почек, а последние три года диагностирована гипертоническая болезнь. С этого времени отмечаются периодические головные боли и метеозависимость. … В один из дней, в перерыве между занятиями в студенческой группе, где учился пациент, происходили весьма бурные «дебаты» по поводу организации какого-то цикла занятий. Студенческая «разборка» сопровождалась достаточно резкими выражениями по отношению друг к другу. Несколько «нелестных слов» досталось и нашему пациенту. С его слов, «это было очень обидно, так как я был вообще прав и никак не ожидал такого в свой адрес». В дальнейшем, объясняясь с родителями пациента, студенты группы совершенно искренне заявляли, что в тот день «вообще ничего не произошло, был обычный разговор, как всегда». Однако достаточно резкие выражения в свой адрес в этот день были восприняты пациентом не совсем обычно («стало очень обидно, и резко снизилось настроение»). Объясняя свою реакцию на произошедшее в группе «выяснение отношений», пациент сообщал, что его восприятие случившегося «непонятно» ему самому. «Может, потому что с утра болела голова, и слишком долго ждал транспорта, но после некоторых слов в свой адрес все стало как-то мерзко и противно. Хотя и отучился до конца занятий, но все уже воспринималось как со стороны, не все даже понимал, все только фиксировал». Дома начали раздражать всякие мелочи: долго занят был телефон, по которому хотел позвонить, не работал плеер, в комнате так прибрали, что никак не мог найти нужную книгу. Потом голова стала болеть еще сильнее, почувствовал себя «совсем плохо». Вскоре все стало противно, а потом безразлично, и думал только о том, как избавиться от головной боли. Вначале хотел просто принять несколько таблеток анальгина, а потом захотелось «прекратить вообще все и отдохнуть». Собрав лекарства из разных упаковок и пузырьков, стал принимать их горстями. Когда принимал и какое-то время после приема хотел «отключиться от всего», а потом пришла мысль, что «я делаю что-то не так, но сил что-либо сделать уже не было, просто лежал и как будто засыпал». Был обнаружен родителями в коматозном состоянии … и направлен в токсикологический центр. ….3. Со слов больной, за две-три недели до настоящей госпитализации постепенно начало снижаться настроение и вновь периодически стала болеть голова. Во время приступа болезни головные боли отличались большей интенсивностью: «в затылочной и височной области как будто обливали горячим, потом были озноб и потливость, в ушах звенело, и даже зрение портилось». Вначале отмечались состояния напряжения, но наносить себе самопорезы боялась, так как помнила, что последний раз, год назад, порезала себе вену и очень испугалась. Ощущала сухость во рту, все время хотелось пить. К трудностям засыпания присоединились ранние пробуждения. Настроение постепенно снижалось все больше, стала чувствовать постоянную усталость, трудно усваивать учебный материал, во время чтения книг «ничего не понимала». Несмотря на это, пыталась ходить на занятия, но никого не хотела видеть и даже с тетей разговаривала мало. В дальнейшем «вообще уже ничего не хотелось, наступило безразличие». Заниматься не могла вследствие головной боли и «невозможности думать». Потеряла аппетит, пыталась заставлять себя есть, но из-за этого еще больше падало настроение. Вернувшись в один из дней с занятий, почувствовала себя усталой, хотелось спать, «хотя знала, что все равно не усну». «Дальше, о чем бы ни подумала, все выходило плохо: с подружкой в ссоре, с молодым человеком отношения не получаются, надо расставаться. Хотела спать, но вспомнила, что надо ехать на отработку. Чувствовала усталость, а не имела права на отдых. Все надоело. Решила покончить все разом и отдохнуть». Начала искать лекарства, которые принимали тетя и она сама. Затем написала предсмертную записку, адресованную тете: «Извини меня. Никто не виноват, устала. Больше так жить не хочу. Не хороните, а кремируйте» (и затем приняла лекарства)…».

Как видим, все эти случаи объединяет чувство усталости от жизни и желание – «отдохнуть» от неприятностей и страданий, которое чувствуют не смертельно больные люди. И понятно, что у тяжело болеющего человека, который знает, что он скоро умрет, такие чувства легко могут привести к самоубийству.

(О том, что в такие моменты смерть представляется небытием или сном, будет сказано ниже)

Самоубийство по причине нежелания зависеть от других или быть для них обузой

Исследователями называется и другая возможная причина самоубийства: нежелание зависеть от других. Обычно это выражается следующими словами: «не хочу быть «обузой для родных» или «чтобы родные не видели, как я мучаюсь», или «чтобы не тратить денег, которых и так нет» и т.п.

Интернет – источник: «…(смертельно больной) переживает, что стал, по его мнению, обузой для вас (для семьи). В периоды таких раздумий больных нередко посещают навязчивые мысли о смерти».

На первый взгляд может показаться, что человек решается на самоубийство ради блага ближних, и, кстати сказать, некоторые исследователи считают такой мотив неким благородством.

Интернет – источник: «Правда, бывают случаи, когда человек решается уйти из жизни, чтобы не быть в тягость своим ближним. Это – особые случаи самоубийства, не основанные на эгоизме, а вызываются безнадежной болезнью, совершенной немощью или потерей способности к труду. Некоторые люди уходят из жизни, чтобы дать место другим, даже своим соперникам. Однако в любом случае, это было трагедией для близких».

Христианское же учение говорит, что каким бы мотивом не руководствовался человек, он все же совершает страшный грех, и им руководит гордость.

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 2-ой заповеди, грех: горделивое пренебрежение всякой помощи со стороны ближних): ««Просить стыжусь» (Лк.16,3). Это другая крайность: не хотеть просить сторонней помощи в самой необходимой или благородной нужде. От чего же? Или от стыда, или чтобы только не одолжаться у других (в характере особенно молодых людей). Прежде всего, тут человек напрасно обидит самого себя: терпит невыносимую нужду, и не хочет попросить. Затем, он уклоняется от такого порядка в жизни человеческой, установленного Самим Богом: «служить другим и принимать взаимно услуги от других». Господь Бог так мудро разделил между людьми способности, силы и блага, что люди необходимо нуждаются друг в друге (2Кор.8.14), и нет ни одного человека, который бы был «всем для себя», который мог прожить хоть один день без посторонней помощи. Только Он Сам, всемогущий, ни от кого и ничего «не требует» (Деян.17,25). Итак, пренебрегающий всякою помощью – услугою со стороны ближнего как бы думает быть самобытным существом».

Совершая самоубийство, человек может желать умереть красиво или добровольно

Также исследователи называют такую причину самоубийств: протест человека, желающего самовольно окончить свою жизнь, а не умереть естественным путем.

Интернет – источник: «Стремление вернуть себе контроль за окружением в определенных обстоятельствах, например: неизлечимо больной человек может пытаться совершить самоубийство в целях взять под контроль время своей смерти».

Вполне понятно, что таким образом гордый человек, считающий, что всё в его жизни происходило по его воле, и он управлял обстоятельствами, выражает активный протест против невольной смерти, решает не сдаваться, а уйти, как он сам захочет, и тем самым делает смерть добровольной. Такие протесты, как правило, совершаются с холодным чувством. (О том, что говорит христианское учение по этому поводу говорилось в разделе «Потрясение от известия о скорой смерти зависит от отношения человека к смерти и к настоящей жизни, а также от его приготовления или не приготовления к смерти», а о том, что гордый человек считает, что имеет право распоряжаться своей жизнью, будет сказано чуть ниже)

Есть примеры самоубийств при тяжелых болезнях, которые происходили не в порыве отчаяния, а при сознательном обдумывании такого решения, и не так от болей, как от желания умереть легко и красиво (об этом будет еще говориться далее, но сейчас приведем один пример).

Книга о самоубийстве: «Сенека приводит пример некоего Туллия Марцеллина, который провел спокойную молодость, но быстро состарился и заболел болезнью хотя и не смертельной, но долгой и мучительной. Потеряв возможность полноценно наслаждаться жизнью, он начал задумываться о смерти и обратился за советом к философу-стоику, человеку незаурядному, мужественному и решительному. Он сказал: «Перестань-ка, Марцеллин, мучиться так, словно обдумываешь! Очень важное дело! Жизнь - дело не такое уж важное: живут и все твои рабы, и животные; важнее умереть честно, мудро, храбро». Марцеллин, прислушавшись к словам философа, решил выбрать достойный себя способ смерти - легкий и красивый. Он обошелся без железа и крови: три дня воздерживался от пищи, приказав в спальне повесить полог. Потом попросил принести ванну, в которой он долго лежал и, покуда в нее подливали горячую воду, медленно впадал в изнеможение,- по собственным словам, не без некоторого удовольствия, какое обычно испытывают, постепенно теряя силы. Подобное удовольствие испытывают некоторые люди, теряющие сознание. Как пишет Сенека, Марцеллин сам избрал свою смерть и отошел легко, «словно выскользнул из жизни». Марцеллин в конце своей жизни попал в зависимость от собственного тела, которое болезнями и болями досаждало ему, не давая вести привычный свободный образ жизни, и он предпочел скорее освободиться от собственного тела и жизни, с ним связанной, чем утратить часть своей свободы».

Другие возможные причины самоубийств смертельно больных людей

Исследователями называются и другие причины самоубийств смертельно больных людей. Кратко укажем их.

1. Например, причиной бывает нежелание быть какое-то время инвалидом с физическими недостатками.

Монография о самоубийстве: «Заболевания органов, имеющих символическое значение для пациентов, например, груди у женщины или гениталий у обоих полов, также могут внести вклад в повышенный риск самоубийства, особенно в сочетании с другими факторами».

2. Есть и другая причина особенно у одиноких людей: «за мною некому ухаживать», которая также не является оправданием этому греху.

3. Самоубийство может происходить и оттого, что человек теряет смысл жизни. Так, если смысл жизни смертельно больного человека был связан только с этой жизнью и с физическим телом, то при приближении смерти этот смысл теряется, и он решается на самоубийство. Также если смысл жизни был только в получении различных наслаждений, или как говорится «бери от жизни всё», то по причине их утраты, человек не видит смысла жить дальше. Вот как говорит христианское учение о самоубийстве по причине потери наслаждений.

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 10 заповеди, грех: не приготовление к смерти): «Если желает скорей отойти такой человек, который провел свою жизнь в светских наслаждениях, которые наконец изменили ему: то желание его, очевидно, бывает следствием сильной привязанности к миру».

4. Также, как отмечалось выше, исследователи говорят, что путем самоубийства некоторые люди хотят «отмстить раку» или «уничтожить зло» и «заразу».

5. Зафиксированы случаи, когда больной человек столкнулся с невежеством близких, и в порыве обиды и отчаяния совершил самоубийство. Например:

Материалы семинара по паллиативной помощи: «У нас на памяти пример больной раком молочной железы. Больная после удачной операции поспешила домой. Не имея собственной семьи, она посвятила себя служению семье брата и воспитывала его детей. У порога ее встретила жена брата: «Ты с ума сошла, если идешь в наш дом. Ты же раковая и тебе не жалко принести болезни к моим детям?» Больная ушла и бросилась под электричку».

О духовных причинах, способствующих самоубийствам при смертельных болезнях, происходящих от неверия (или маловерия) в Бога, в Суд Божий, в бессмертие и от неправильного мнения о смерти и жизни

А теперь поговорим о других причинах совершения самоубийств.

В теме об отношениях к смерти мы будем подробно говорить об отношении людей к Богу, к Суду, к смерти и т.д., а сейчас скажем об этом кратко, чтобы увидеть, что склонность к самоубийству изначально происходит от духовных внутренних причин, а видимые причины, о которых было сказано выше, являются лишь внешними поводами, раскрывающими страшное духовное состояние человека. Поэтому далее скажем о том, что при стремлении к самоубийству существуют неправильные мнения о смерти, бессмертии, самоубийстве и жизни.

Анатолий Оптинский (Душеполезные поучения преподобных Оптинских старцев, т.2): «…смерти ты желаешь потому, что, во-первых, не понимаешь, что такое смерть и что нас там ожидает...».

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 2-й заповеди, грех: желание себе смерти в сильной горести): «Кто говорит: «смерть ко мне пришла; желал бы лучше умереть, чтоб избавиться от горя-беды» (а говорят так не какие-нибудь отчаянные, но и верующие люди): тот не понимает состояния той жизни; тот не представляет себе горестей и страданий для грешника в будущем, который столько страшны, что для спасения от них стоит здесь целую жизнь пострадать».

Незнание истин о смерти и возможных участей души являются выражением неверия в Бога и христианские истины. (Сразу отметим, что сейчас мы не будем приводить учения, доказывающие бессмертие, Суд Божий и т.д.)

Обращаем внимание та то, что все возможные мнения о жизни, смерти, бессмертии, самоубийстве и т.д. изложены в различных религиях и философских направлениях. Но сейчас для нас имеет ценность не указание этих религий или философских мнений, а их суть, т.к. подобные мнения могут существовать и у людей неверующих, и у тех, кто никогда не читал философские труды, и, к сожалению, у некоторых людей, считающими себя христианами, и особенно в моменты отчаяния и при скорбных ситуациях. Также отметим, что ниже будут приводиться некоторые цитаты из различных трудов известных философов и из одной современной книги о самоубийстве, которая раскрывает «красоту», или «эстетику» самоубийства, и я не буду называть ни автора, ни название этой книги, т.к. делаю это только для познания заблуждений человеческих, и обозначу ее как «книга о самоубийстве» (Позволю себе выразить свое отношение к тем страшным заблуждениям людей, о которых будет идти речь ниже: при каждом примере рождается желание оградить себя крестом и сказать: «Спаси и сохрани, Господи, от такого безумия!»)

Гордый и самостливый человек, желающий самовольно прекратить жизнь, игнорирует Бога и Суд Божий, а также может не верить в вечные муки

Христианское учение говорит, во-первых, что самоубийство – это грех против Бога.

Филарет (Дроздов) (Пространный Православный Катехизис…, ст.574): «Самоубийство есть самое законопреступное из убийств. Ибо если противоречит природе (противоестественно) убить другого, подобного нам человека, то еще более противоречит природе убить самого себя. Жизнь наша не принадлежит нам как собственность, но Богу, Который дал ее».

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 2-ой заповеди, грех: отчаяние): «Отчаянный отрекается Бога — несколько лишь иначе, чем безбожник. Последний своей философией или какими ни есть умствованиями и суждениями отвергает Бога. Отчаянный же и признает бытие Божие, но отвергает Бога самым делом или точнее сказать: отвергает Его, как существо милосердое и всемогущее. Этот человек представляет себе Бога безжалостным, жестоким или же слабым, бессильным. По его понятию Бог не хочет или же не в силах спасти его от какой-либо беды, и уже ему нечего умолять Бога о помощи. Значит, он восстает против самого существа Божия, которое «есть любовь» (1Ин.4,8). Что в полном отчаянии человека заключается отречение от Бога, видим из примера жены Иова: безумная советовала многострадальному праведнику прежде самоубийства отречься от Бога (Иов.2,9)».

Итак, самоубийство – это отречение от Бога, которое, кстати, может происходить и без памяти о Боге, как например, у неверующего в Бога. А может быть и с памятью о Нем, но с гневом и ропотом на Него, как например, у человека, сомневающегося в существовании Бога или обвиняющего Его в несправедливости, немилосердии и т.п.

Во-вторых, христианское учение говорит, что самоубийство – грех против себя, а также о том, что оно есть нелюбовь к себе.

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 6-й заповеди, грех: самоубийство): «…самоубийство, совершенное не в сумасшествии, а с сознанием и предварительною обдуманностью, виновнее всех человеческих преступлений. Оно преступнее всякого человекоубийства, хоть, по-видимому, человек тут не губит никого, а вредит одному себе. Почему же оно виновнее человекоубийства? Потому что закон охранять жизнь другого берется уже с жизни собственной: «возлюби ближнего твоего, как самого себя», сказано (Мф.22,39)».

Иннокентий Херсонский (Лекции. л. 6): «(Наряду с испорченной любовью к себе, к Богу и людям) в человеке естественном есть еще нелюбовь — к себе, ближним и Богу. Нелюбовь к себе выражается унынием или скукой и переходит в отчаяние».

Итак, вполне понятно, что у самоубийцы нет ни истинной и правой веры в Бога, ни надежды на Него, ни любви ни к Богу, ни к близким людям, ни к себе, т.к. он совершенно не заботится об участи собственной души в вечности; и остается безразличным и к Богу, и к Суду, и к вечным мукам. И именно поэтому при самоубийстве человек противится Богу, даже если он, совершая суицид, вовсе не вспоминает о Нем.

Вот одно из обольщенных мнений о том, что самоубийца не выступает против Бога.

Книга о самоубийстве: «Знаменитый скептик Давид Юм высказывал в своих произведениях оригинальное мнение, что вопрос о самоубийстве нисколько не противоречит промыслу Божьему. Согласно его точке зрения, закон Божий проявляется не в отдельных действиях, но только в общей гармонии. Все события производятся силами, дарованными Богом, а потому и всякое событие одинаково важно в беспредельной вечности. Если человек, преследуемый бедами и удрученный горем, нуждою или болезнями, добровольно прекратит свою жизнь, он вовсе не действует против воли Божьей и его промысла и не нарушает мировой гармонии. После нашей смерти те элементы, из которых мы состоим, будут далее служить мировому прогрессу... Самоубийца, покидая жизнь, вовсе не совершает бунт против Бога. Можно лишить себя жизни без ропота и без ожесточения в силу лишь убеждения, что дальнейшее существование бесполезно. Самоубийца, нанося себе смертельный удар, очень часто умирает с благодарностью на устах, превознося милость провидения, даровавшего ему свой выбор избежать страданий».

Во-вторых, есть и неверие в Суд, которое может происходить и от неверия в Бога, и от неправого мнения о бессмертии.

Иоанн Златоуст (т.1, ч.2, О Лазаре): «…не имеющий упования тамошнего суда, не имеет никакой надежды, не знает ни того, что есть Бог, ни того, что Он промышляет о всем настоящем, ни того, что над всем наблюдает Божественная правда. А кто не знает и не помышляет об этом, тот бессмысленнее всякого зверя, и изгнал из души своей законы, и суды и определения, и вообще все доброе; ибо кто не готовится отдать отчет в делах своих, тот будет уклоняться от всякой добродетели и предаваться всякому пороку».

Феофан Затворник (Мысли на каждый день года. Неделя 2-я по Пятидесятнице): «Одного спириты утешают: «Какой суд! Только родиться лишний раз придется». Другому книжники натолковывают: «Кого судить? Все атомы: разлетятся и всему конец». Но придет, други, час смерти; разлетятся мечты эти, как призраки, и существенность предстанет во всей своей неумолимости. Что тогда?... Бедное время наше!».

Конечно, такие мнения также могут привести к самоубийству.

В-третьих, есть люди, которые верят или неопределенно верят в существование Бога (или богов), но не верят в Суд или ад, или вечные муки, и тогда человек также способен на самоубийство. Кстати сказать, к сожалению, неверие в вечные муки может быть и у христиан.

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 1-ой заповеди, грех: будто не будет на том свете вечной муки): «Ясны и решительны слова Спасителя: «идите от Меня, проклятые, в огонь вечный... И пойдут сии в муку вечную» (Мф.25,41,46). Это не угроза Божия под условием, хотя много даже условных угроз выполнено со стороны Бога, когда люди сами не выдерживали условий, как например, смерть Адаму, потоп, казнь евреям и т. п. Нет; это, так сказать, одно пророчество Спасителя. Спаситель приводит слова, в которых Он произнесет свой суд на грешников, хотя вместе с тем Его пророчество не подвергает никого вечной муке «по какой-то необходимости». Итак, не соглашающийся с тем, что будут на том свете огонь и прочие муки, заслуженно по суду Церкви подвергается анафеме (Опред. 5 вс. соб.). Он называет эти наказания грешнику чрезмерными, жестокими. Но не дерзость ли считать себя милостивее Бога, Который, при своем милосердии, не щадит же нераскаянного грешника? Грешник сам себе созидает вечную муку своею неспособностью или неготовностью быть вместе с Богом и со святыми в раю».

Варсонофий Оптинский (Беседы, от 06.1909): «В настоящее время не только среди мирян, но и среди молодого духовенства начинает распространяться такое убеждение: вечные муки несовместимы с беспредельным милосердием Божиим, следовательно, муки не вечны. Такое заблуждение происходит от непонимания дела. Вечные муки и вечное блаженство есть не что-нибудь только извне приходящее, но есть, прежде всего, внутри самого человека. «Царство Божие внутрь вас есть» (Лк. 17, 21). Какие чувства насадит в себе человек при жизни, с теми и отойдет в жизнь вечную. Больное тело мучается на земле, и чем сильнее болезнь, тем больше мучения. Так и душа, зараженная различными болезнями, начинает жестоко мучиться при переходе в вечную жизнь. Неизлечимая телесная болезнь кончается смертью, но как может окончиться душевная болезнь, когда для души нет смерти? Злоба, гнев, раздражительность, блуд и другие душевные недуги — это такие гадины, которые ползут за человеком и в вечную жизнь. Отсюда цель жизни и заключается в том, чтобы здесь, на земле, раздавить этих гадов, чтобы очистить вполне свою душу и перед смертью сказать со Спасителем нашим: «идет князь мира сего, и во Мне не имеет ничего» (Ин. 14, 30). Душа грешная, не очищенная покаянием, не может быть в сообществе святых. Если бы и поместили ее в рай, то ей самой нестерпимо бы было там оставаться, и она стремилась бы уйти оттуда».

О мнении гордого и самостливого человека, что он имеет право сам распоряжаться своей жизнью и смертью

Как правило, человек, склонный к самоубийству, не видя своей богоборческой гордыни, не зная о бесовских воздействиях на человека, о грехе отчаяния и т.д. считает, что «это моя жизнь, и я имею право ею распоряжаться». Вот как это мнение гордости отображено в учениях многих философов и писателей.

Монография о суицидологи: «Роберт Нормандский (Роберт-Дьявол), покончивший жизнь самоубийством, написал сочинение, в котором доказывал, что никакие законы не воспрещают человеку лишить себя жизни. По его мнению, независимо от наличия или отсутствия загробной жизни, самоубийство не может быть преступлением, так как убивается только тело, а не душа, которая таким образом может перейти в лучший мир (в случае его существования). Если же душа умирает вместе с телом, она страдает от самоубийства очень мало. Дар жизни делается излишним, когда он тягостен, и тогда человек вправе от него отказаться».

(Как видим, и здесь сатанинская гордость стремится попрать великие дары Божии... Спаси, Господи, и сохрани от такого безумия!)

Книга о самоубийстве: «Выбор - важнейшая философская категория, связанная со свободой воли человека, возможностью самостоятельно распоряжаться собственной жизнью, лично отвечать за каждый свой сознательный поступок. Выбор в случаях индивидуального самоубийства проявляется даже в том, какое время и место выбирается самоубийцей для окончания жизни. …Свободен ли человек в своей жизни и свободен ли он также в выборе своей смерти? Казалось бы, здравый смысл подсказывает, что в руках самого человека решение вопросов, связанных если уж не со своей жизнью, то со своей смертью. Мы можем быть недовольны жизнью, жаловаться на нее, тяготиться ею и даже ненавидеть ее, но нашу смерть у нас никто не может отобрать. Монтень по этому поводу говорил: «Почему ты жалуешься на этот мир? Он тебя не удерживает; если ты живешь в муках, причиной тому твое малодушие: стоит тебе захотеть - и ты умрешь».

Вот что на это отвечает христианское учение.

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 6-й заповеди, грех: самоубийство): «И никакие причины, никакие побуждения к самоубийству не извиняют этого страшного греха. Так, если говорить, что «жизнь есть дар от Бога, а всякий подарок можно и не принять или отдать обратно», то такое поведение о даре совсем неприложимо к человеческой жизни. Человек не был бы волен принять или не принять этот-то дар от Бога, потому что до рождения своего никто не рассуждает и не действует. Следовательно, этот дар для каждого обязательный, или точнее сказать, это такой заем, которым никто не может распорядиться по своему произволу, от которого никто не может отказаться ни на одну минуту прежде того времени, как сам заимодатель возьмет его обратно (т.е. как Господь Бог позовет к себе человека из этой жизни). Да и возвратить дар можно было бы только в таком виде, как он получен, т. е. целым, полным, а не в обломках или негодных остатках его: между тем человек, получивший от Бога душу и тело и потом сам собой уничтоживши свою телесную жизнь, очевидно, не представляет Творцу своему обратно подарка жизни в целости».

На этом закончим краткое рассмотрение вопроса о том, почему самоубийца грешит не только против себя, но и против Бога, независимо верит он в Него или нет. Далее рассмотрим вопросы о неверии людей в бессмертие души, о неправильных мнениях о смерти и о возможном отношении гордых людей к самоубийству.

Совершению самоубийств способствуют неверие в бессмертие или неправые представления о жизни и смерти

Ранее мы уже рассматривали вопрос об отношении разных людей к истине о бессмертии, а сейчас кратко укажем, какие неправые мнения могут способствовать самоубийствам.

Выше мы говорили о том, что у некоторых людей существует мнение о смерти, заключающееся в том, что после смерти ничего нет, а значит - нет Бога, Суда Божия, Царствия Небесного, ада и т.д. Так, например, не верить в бессмертие души может человек с материалистическим пониманием мира.

Иннокентий Херсонский (Лекции, лекция 6): «Физиологи находят в человеке системы крови, нервов и мозгов… (и) отвергают его бессмертие».

(Ранее мы приводили результаты исследований, в которых говорилось, что самоубийство при смертельных болезнях часто совершается медиками).

Подобное безверие говорит об уже духовной смерти еще живого человека. И такое состояние может привести к совершению самоубийства.

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 6-й заповеди, грех: самоубийство): «Грех его (самоубийцы) совершился, может быть, в одну минуту, с одним выстрелом оружия. Но не от случая и не вдруг пришла к нему такая смерть. Нет, сильные страсти, а более всего — упадок веры до отступления от Бога, до отрицания в Боге и милости и всеведения и всемогущества, чтоб отвратить его беду: вот что довело его до этой смерти! Здесь-то и заключается полная вина его. Кто не подавил в себе природного убеждения в бессмертие души; кто сознает, что «положено однажды умереть, а потом суд» (Евр.9,27) — верит, что все мертвые воскреснут, и будет вечная мука для нераскаянного грешника: тот никогда не решится посягнуть на собственную жизнь. Значит, телесное самоубийство подготовляется полным самоубийством души. Самоубийца есть тварь, возмутившаяся против своего Творца».

Святые отцы четко говорят о том, что нет состояния небытия после смерти, на которое так рассчитывает неверующий человек или тот, кто совершает самоубийство.

Иустин Попович (О рае русской души)): «Человек никогда не может сделать себя существом конечным, преходящим, смертным. Даже если бы он захотел, не может совершить полного самоубийства, ибо дело самоубийства само по себе есть зло, и, как таковое, переносит душу самоубийцы в вечное царство зла. По самой природе своей человеческое самоощущение и самосознание бессмертно, непреходяще, вечно. Самим своим существом человек осужден на бессмертие и вечность. Только это бессмертие, эта вечность может быть двояка: добрая или злая, Божия или дьявольская. Человеку предоставлена свобода выбирать между этими двумя бессмертиями, между этими двумя вечностями. Он не может отречься от бессмертия и вечности, ибо для бессмертия и вечности предназначено его существо. Он не располагает ни внутренним органом, ни внешним средством, с помощью которых мог бы исторгнуть из себя или уничтожить в себе то, что бессмертно и вечно. Для такой затеи он должен был бы иметь нечто бессмертнее бессмертного и вечнее вечного. А он этого не имеет».

Также говорилось, что неверие в бессмертие может происходить от четко выраженной любви к удовольствиям этой жизни, и при потере этих удовольствий теряется смысл жизни, и это также способствует самоубийству.

Что касается неправых мнений об этой жизни, то, например, существует следующее философское отношение к жизни, при котором она оценивается как нечто такое, чему лучше было бы вовсе не быть. Земное существование, по мнению одного из философов (Шопенгауэра), – это определенного рода промах и случайность, а каждый индивид не что иное, как «частная ошибка», «ложный шаг» и «концентрация случайности». Или, например, есть мнение о том, что страдание - это сама жизнь человека.

Епископ Иоанн (возможно, это – Иоанн Шаховской) (Тайна Иова): «Философия Будды считает страданием человеческую жизнь и хочет уйти от страдания, уходя из смысла жизни. Некоторых прельщает эта мудрость. Нам она кажется земной, «человеческой», извращающей путь истинного приятия жизни. Нельзя считать нашу жизнь миражем в том смысле, в каком ее хотел считать Будда. Жизнь есть реальность; правда, не та, которую замечает в этом мире большинство людей, но жизнь есть великая реальность, - не мираж, не Майя».

Может быть и другое мнение об этой жизни, например, жизнь – это ни хорошо, ни плохо, т.е. когда человек не воспринимает жизнь ни как благо (т.к. видит множество скорбных обстоятельств), ни как зло (т.к. все же получает от жизни какие-то удовольствия). В этом случае человек живет так, как бы: «ну, живу и живу, а что еще остается делать». Исходя из такого неопределенного отношения к жизни, у него формируется и такое же неопределенное отношение к смерти: «ну, умру и умру, а что еще остается делать». Такой человек вполне может быть согласен с тем, что лучше было не существовать и может легко покончить жизнь самоубийством.

Что касается вопроса о том, что такое «смерть», то, как мы уже не раз говорили, у неверующих или маловерующих людей существуют разные неправильные отношения к смерти: оно может быть циничное, безразличное, с сильным страхом, в форме нежелания умирать и т.п. Как мы видели ранее, самоубийству более подвержены те люди, которые имеют циничное или безразличное отношение к смерти. Как правило, у них нет ни правильного, ни неправильного страха смерти, и они относятся к ней спокойно. О причинах такого «покоя» мы говорили в первой главе «Печаль, связанная со смертью. Предсмертные состояния людей» во втором разделе «Духовные причины предсмертного покоя людей не верующих или маловерующих в Бога». Напомним, что это и покой от своего представления о том, что есть смерть, это и духовная смерть, которая наступила еще при жизни, это и разные состояния совести, это и ложная уверенность, что ты все равно будешь в раю, это и безразличие к своей будущей участи.

В скорбях при отчаянии смерть представляется как благо или сон

Смерть также может восприниматься как благо, причем у разных людей по-разному: истинный христианин воспринимает ее как благо по причине соединения со Христом и т.к. заканчиваются его подвижнические труды ради духовного очищения от греха, а малодушный неверующий или маловерующий человек воспринимает смерть как благо по нескольким причинам: или желая уйти от мучительных телесных и душевных страданий, или имея неправильное представление о смерти, например, только как о встрече с родными, или, не веря, что он может оказаться в аду, т.к. считает себя человеком не хуже, а может и лучше других и т.д.

Сейчас же мы скажем о том, что во время отчаяния при каких-либо скорбных тяжелых обстоятельствах, смерть представляется как благо, т.к. умерев, человек перестает испытывать телесные и душевные страдания.

Авва Дорофей (Душеполезные поучения, п.12): «Есть некоторые люди, до того изнемогающие при случающихся скорбях, что они отказываются и от самой жизни, и считают сладкою смерть, лишь бы только избавиться от скорбей».

При этом скорби могут быть разными.

Иоанн Златоуст (т.12, толкование на книгу Иова, гл.3): «О, смерть! отраден твой приговор для человека, нуждающегося и изнемогающего в силах, для престарелого и обремененного заботами обо всем, для не имеющего надежды и потерявшего терпение».

Святые отцы четко называют причины, отчего это происходит.

Авва Дорофей (Душеполезные поучения, п.12): «… это происходит от малодушия и от многого неразумия, ибо таковые не знают той страшной нужды, которая встречает нас по исходе души из тела».

Мы уже ранее говорили об отчаянии и усталости от жизни, а сейчас обратим внимание на некоторые их особенности, связанные с неправильным пониманием смерти.

Во-первых, что касается отношения к жизни и к смерти, то при отчаянии человек воспринимает жизнь и окружающий его мир как зло, а смерть – как уход от этого зла. Вообще человек боится перестать существовать, и интересен и тот факт, что многие люди, когда они наслаждаются благами этой жизни, любят эту жизнь, не хотят умирать и стремятся к бессмертию, и, как уже говорилось ранее, они верят врагу рода человеческого, который говорит им «не умрете». Но во время какого-либо скорбного момента все эти отношения к жизни вдруг исчезают, и она воспринимается как тяжелое бремя, и человек слушает врага, говорящего: «умри, и все закончится». Вот как об этой подмене отношений к жизни и смерти говорят исследователи.

Интернет – источник: «В обыденных ситуациях мы редко осознаем, что нам нужна не только жизнь сама по себе, но и ее осмысленность. Мы и без того стихийно воспринимаем жизнь как нечто положительное. А вот к смерти, наоборот, относимся резко негативно, видим в ней нечто трагичное, внушающее страх. …Главный же механизм, специфичный для суицидального поведения и запускающий акт самоубийства, - это инверсия (перестановка) отношений к жизни и смерти. Жизнь утрачивает все степени положительного отношения и воспринимается только негативно, в то время как смерть меняет свой знак с отрицательного на положительный. С этого начинается формирование цели самоубийства и разработка плана ее реализации».

Во-вторых, часто происходит так, что в моменты желания смерти человек даже и не задумывается о жизни и смерти, о бытии и небытии, а просто в безнадежии, нетерпении и отчаянии решается на этот поступок, желая забыться каким-то способом. Исследователями описаны и такие случаи, когда человек находясь в таком состоянии, воспринимает смерть как сон.

Интернет – источник: «человеку (бывает) настолько плохо, что более всего он хочет ослабить душевную боль, страдание. Пациенты говорят об этом одними и теми же словами: «Думала - мне так плохо, мне невыносимо, а будет так хорошо и спокойно, все прекратится», «Я засну - и мне будет так хорошо...». При этом парадоксальность ситуации состоит в том, что мысли о смерти как таковой полностью отсутствуют. Пациенты говорят: «Умереть не хотела», «Ну, конкретно о самой смерти не думала, но жить так - не хотела». Пациенты употребляют слово «смерть» лишь в ответ на конкретные вопросы. Произвольно они вообще не думают и не говорят о смерти, употребляя выражения «заснуть», «что-нибудь с собой сделать». Суицид воспринимается как нечто умиротворяющее».

Ранее мы говорили, что смерть часто называется святыми отцами «сном», но этот «сон» - это момент, или миг умирания, а не состояние после смерти, как считают самоубийцы.

Также следует сказать, что у смерти действительно есть свойства – успокоение и «разрешение всех зол». Но эти свойства необходимо рассматривать не как повод к самоубийству, а как утешение в терпении скорбей.

Иоанн Златоуст (т.12, толкование на книгу Иова, гл.3): «Там беззаконные перестают наводить страх, и там отдыхают истощившиеся в силах» (ст. 17). … Затем выражается та последняя похвала смерти, что одни перестали делать худое, а другие освободились от тяжелой работы; одни нашли убежище от бедствий, а другие - препятствие к деланию худого; особенно же важно то, что нельзя ожидать возобновления прежнего, что, успокоившись навсегда, останутся при этом успокоении, поэтому она (смерть) служит разрешением всех зол. «Там узники вместе наслаждаются покоем и не слышат криков приставника» (ст. 18). … «Малый и великий там равны, и раб свободен от господина своего» (ст. 19). Большое, - говорит, - в настоящей жизни неравенство, большая после отшествия отсюда свобода и равенство, не нужно бояться там перемен, как здесь; смерть служит препятствием к деланию зла, она - освобождение от тяжкой работы. С ней оканчивается то, что является несчастием; боявшийся прежде своего господина не боится там. Там находятся все: малый и большой, занимавший высокое место и низкое».

Зная вышеназванные расположения грешного скорбящего человека, Господь дает в дар человеку сильное желание жизни, и оно во многом должно удерживать человека от стремления к смерти в скорбных ситуациях.

Иоанн Златоуст (т.12, толкование на книгу Иова, гл.3): ««На что дан свет человеку, которого путь закрыт, и которого Бог окружил мраком?» (ст. 23). Смысл этих слов такой: если смерть успокоение, то почему не спешат к ней многие? Для того Бог сделал вожделенною нам жизнь, чтобы мы не прибегали к смерти».

В период отчаяния христианами могут забываться истины о смерти и бессмертии

Итак, следует отметить, что все о чем мы прочитали выше, т.е. о типичных неправых мнениях о несуществовании, о смерти и т.д., всё это может незримо жить в уме и сердце даже христиан, которые знают христианские истины. Причины этому могут быть разные, во-первых, последствия старых неправых мнений об этих вещах, которые были до прихода в православную веру; во-вторых, в моменты каких-либо трудностей и при отчаянии некоторые из этих мнений начинают давать о себе знать. Так, как уже было отмечено, в моменты отчаяния даже христианин, верующий в бессмертие и Суд и знающий, что это смертных грех, может желать себе смерти, и, находясь в бесовском помрачении, забывает и о Боге, и о Суде, об аде и т.д.

Никон Воробьев (Письма, п.45): «Ты скажешь, что в это время ни о чем не думаешь, а готова лезть в петлю. Правду ты говоришь, что ничего не думаешь, забываешь Бога, будущие вечные муки. В этом и есть опять хитрость бесов и их действие на душу человека».

Такое беспамятство происходит потому, что при страстных реакциях и бесовском воздействии происходит греховное помутнение ума.

Феофан Затворник (Толков. на 1 послание Солунянам, 5, 14): «…в час скорби и малодушия выпадают из памяти и сердца все утешительные истины христианские».

(О том, как бороться с мыслями о самоубийстве, исходящими от врага, было сказано ранее)

Поэтому запомним, что при сильных страданиях, а тем более при простых неприятностях, ни в коем случае нельзя допускать мыслей, а тем более действий, чтобы самому покончить с жизнью.

Иоанн Златоуст (т.12, толкование на книгу Иова, гл.3): «И Иов, находясь в несчастии, желает смерти …(но), признававший смерть столь желанною для себя, считавший ее за великое благо, не дерзнул искать ее, когда была близка к нему».

О возможных отношениях к самоубийству гордых, самостливых и неправо верующих людей, а также о мужестве и малодушии при самоубийстве

Ранее мы уже говорили, что большинство людей боятся смерти, а при желании совершить самоубийство этот страх исчезает. Одни люди считают, что преодолеть страх смерти – это проявление силы, а другие - что это слабость, т.к. вместо того, чтобы бороться с трудностями жизни, человек отступает перед ними. В отношении этих мнений, кратко скажем следующее: у христиан преодоление страха смерти действительно выражает силу их духа, т.к. у них нет страха перед умиранием, страх смерти отсутствует как при жизни, так и при приближении смерти, и при скорбях они не хотят покончить жизнь самоубийством, а терпеливо, смиренно и мужественно переносят их, надеясь на Бога. Что касается мнения, что самоубийство – это слабость, то христианское учение однозначно говорит об этом.

Авва Дорофей (Душеполезные поучения, п.12): «Есть некоторые люди, до того изнемогающие при случающихся скорбях, что они отказываются и от самой жизни, и считают сладкою смерть, лишь бы только избавиться от скорбей: но это происходит от малодушия и от многого неразумия, ибо таковые не знают той страшной нужды, которая встречает нас по исходе души из тела. … Один весьма ревностный брат, спросил некоего Старца: «отчего душа моя желает смерти?» Старец отвечал ему: «оттого, что ты избегаешь скорби, и не знаешь, что грядущая скорбь гораздо тяжелее здешней».

Поэтому самоубийство – признак малодушия и слабости души, т.к. у нее не хватает ни мужества, ни терпения перенести тяготы и ждать смерти. Но для гордости, склонной к самоубийству, этот акт представляется не слабостью, а силой, и далее мы рассмотрим эти мнения.

Существует множество отношений к самоубийству, которые отображены в разных религиях и философских учениях. Сейчас будут приведены точки зрения некоторых учений, оправдывающих самоубийства и считающих, что самоубийство – это выражение свободы, силы и мужества человека (напомним, что нам следует обращать внимание на то, нет ли у нас таких мнений, которые, возможно, неосознанно живут в нашем сердце или согласия с ними).

Книга о самоубийстве: «Представителям школы стоиков принадлежит утверждение, что для мудреца жить по велениям природы - значит вовремя отказаться от жизни, хотя бы он и был в расцвете сил; для глупца же естественно цепляться за жизнь, хотя бы он и был несчастлив, лишь бы он в большинстве вещей сообразовался с природой. Гегесий говорил, что все, что касается нашей смерти или нашей жизни, должно зависеть только от нас. Единственный вопрос, по которому возникали споры, это: какие причины следует считать достаточно вескими, чтобы заставить человека принять решение лишить себя жизни. Стоики называли такое решение «разумным выходом», и почти все из них, в конце концов, приходили к заключению, что не любое самоубийство является прекрасным и разумным, а только то, в котором будет существовать какая-то мера… Эпикурейцы, в отличие от стоиков, ставили во главу своего учения гедонистический принцип. Красота - это удовольствие. Прекрасны боги, занимающиеся невозмутимым самонаслаждением. Прекрасен человек, наслаждающийся жизнью. Прекрасна возможность в любой момент уйти из жизни, если она перестанет доставлять наслаждение. Человек у эпикурейцев вместо того, чтобы грустно размышлять о своей судьбе, должен относиться к ней весело и легкомысленно. Он сознает свой эгоизм и логически вытекающие из него последствия, но он заранее принимает их, он решает одну задачу - удовлетворить свои потребности, всегда готовый, если этого не сможет достигнуть, разделаться со своим бессмысленным существованием. Самоубийство для эпикурейца является своеобразным прекрасным запасным выходом, через который можно без лишних раздумий ускользнуть, если ситуация по тем или иным причинам перестала удовлетворять его. Если жизнь перестает приносить удовольствие и перестает быть прекрасной - нет причины для задержки. Либо жизнь без печалей, либо счастливая смерть. … И Платон в своих «Законах» оправдывал самоубийство «по причине какой-либо неизбежной случайности или из-за невыносимого стыда». Среди древних философов даже возникали споры, какие причины достаточно вески, чтобы заставить человека принять решение лишить себя жизни. Они считали это «разумным выходом», ибо хотя, как они говорили, иногда приходится умирать из-за незначительных причин, так как те, что привязывают нас к жизни, недостаточно вески, все же в этом должна быть какая-то мера. Если эта мера соблюдена, самоубийство будет гармоничным и даже прекрасным, если нет - то «безрассудным и взбалмошным порывом». Плиний утверждал, что есть лишь три болезни, из-за которых можно лишить себя жизни; из них самая мучительная - это камни в мочевом пузыре, препятствующие мочеиспусканию. Сенека же считал наихудшими болезнями те, которые надолго повреждают умственные способности. При этом очевидно, что то, что считалось гармоничным в древности, в настоящее время совершенно не может рассматриваться подобным образом, так как те же камни в мочевом пузыре легко поддаются терапевтическому и хирургическому лечению и нет никакой необходимости лишать себя из-за этого жизни. И сегодня самоубийство по этой причине вряд ли кто-то расценил бы как соразмерное. … Мы уже говорили, что в некоторых странах государственная власть пыталась установить, в каких случаях самоубийство правомерно и допустимо добровольное лишение себя жизни, то есть пыталась найти тот критерий, когда самоубийство будет гармоничным завершением жизни. Одно время в Марселе хранился запас цикуты, заготовляемой за государственный счет и доступной всем, кто захотел бы укоротить свой век, но при условии, что причины самоубийства должны быть одобрены советом шестисот, то есть сенатом. Наложить на себя руки можно было только с разрешения магистрата и в узаконенных случаях. Подобный пример приводит Секст Помпеи, который во время путешествия присутствовал при самоубийстве одной всеми уважаемой женщины. Эта женщина прожила девяносто лет в полном благополучии, и телесном и духовном, и боязнь, что дальнейшая жизнь может привести к тому, что фортуна отвернет от нее свой благой лик, заставила ее обратиться к своим согражданам с просьбой разрешить ей покончить с собой. Сограждане выслушали изложенные ею причины своего намерения и единодушно его одобрили. После этого она дала наставления своим близким, призвала их к миру и согласию, разделила между ними свое имущество, затем твердой рукой взяла чашу с ядом и, вознеся мольбы Меркурию и попросив его уготовить ей какое-нибудь спокойное местечко в загробном мире, быстро выпила смертельный напиток. У многих северных народов, хотя и не регламентировалось жестко, однако, считалось просто неприличным достигать глубокой старости, и люди, дожившие до почтенного возраста, после славной пирушки бросались в море с вершины, специально предназначенной для этой цели скалы. «Раньше ты умрешь или позже - неважно, хорошо или плохо - вот что важно. А хорошо умереть - значит избежать опасности жить дурно... Самая грязная смерть предпочтительнее самого чистого рабства»,- утверждал Сенека…. Ясунари Кавабата в рассказе «Стон горы» приводит случай самоубийства двух стариков. Ему было шестьдесят девять лет, ей - шестьдесят восемь. Они вышли в неизвестном направлении из дома и не вернулись. В газетах были опубликованы их прощальные письма к приемному сыну, его жене, внукам. Они пишут: «...представляя себе, сколь убоги люди, влачащие жалкое существование забытых всеми, мы не хотим дожить до такого дня»».

Есть и более страшное мнение о самоубийстве как о нечто прекрасном и эстетичном.

Книга о самоубийстве: «Самоубийство рассматривалось как нечто прекрасное в Древней Индии и Японии, Древнем Египте и Палестине, Греции и Риме. Можем ли мы не считаться с этими фактами? … Самоубийство на протяжении многих столетий не препятствовало тому, чтобы человека считали мудрым, благородным, честным, храбрым, гордым, должны ли мы и дальше, по-христиански засучив рукава, забивать «осиновые колья» в могилу каждого самоубийцы и брезгливо морщить губы при упоминании о самоубийстве? (от составителя: прости, Господи, что приходится приводить такие безумства) … Не секрет, что у некоторых народов самоубийство было возведено в ранг искусства. Этому обучали с детства. Посмотреть, как человек будет совершать самоубийство, собирались десятки и сотни зрителей, и никому из них даже не приходило в голову помешать происходящему. …(от составителя: далее приведем восхищение автора этой книги о самоубийстве Сократа) Пример Сократа позволяет нам воочию увидеть, уловить и ощутить ту эстетическую ауру самоубийства, над которой не властны ни время, ни расстояние, ни религиозные запреты; ауру именно индивидуального самоубийства, источник сияния которой составляет не способ, не средство и не место самоубийства, а внутренняя гармония личности человека, его твердость в отстаивании, пусть даже таким путем, своих внутренних убеждений, идеалов и ценностей. … Самоубийство защищала и госпожа де Сталь, называя самоубийство возвышенным способом прекращения страданий. «Так как человек, совершающий самоубийство, становится выше природы в тот момент, когда отвергает жизнь, когда силою своей воли он умеет победить одно из величайших чувств - инстинкт самосохранения».

(Страшно видеть, как диавол и грех могут научить таким мнениям! Спаси и сохрани, Господи!)

Далее не будут комментироваться эти мнения, а только, во-первых, напомним, что мужеству и малодушию свойственны определенные черты (которые, к сожалению, перепутаны у гордых людей).

Феофан Затворник (Сборник слов на Господские, Богородичные и торжественные дни, 35. Слово на коронацию): «Оно (мужество) есть возвышеннейшее состояние нашего духа, возбуждение не одной какой-либо силы, но всех сил существа нашего. Бодро восстает оно против насилий совне и тем ограждает, можно сказать, корень своей жизни от всякого повреждения, весело встречает труды для усовершения себя внутреннего, не знает неприятностей и болезненных неудовольствий, для него (мужества) нет бремени неудобоносимого. Малодушие боится и бежит опасностей, мужество желает их и с открытым челом выходит против них; малодушие ищет как бы сложить весь труд на другого, мужество стремится восхитить у других и место, и время; малодушие хотело бы не быть или, по крайней мере, перестать существовать, пока минует опасность, мужество благословляет небо, что поставлено в таких затруднительных обстоятельствах, в которых оно может испытать и открыть свои силы. Не видно ли, что малодушие есть плод истощения сил, болезненная старость, преддверие смерти, а мужество — игра жизни, признак крепости сил, юношеской бодрости?».

Как видим, это малодушию свойственно желание при трудностях перестать существовать, а мужеству – достойно встречать все, что происходит в жизни, а не путем самоубийства устранять смерть.

И, во-вторых, приведем обличения святых на восхищенное отношение многих людей к философам и их безумным идеям.

Иоанн Златоуст (т.8, ч.1, Беседы на Еванг от Иоанна, беседа 2): «А в Платоне ничего нет удивительного, кроме этого одного. Подобно тому, как, открыв гробы, отвне окрашенные, ты увидишь, что они наполнены тлением и зловонием и сгнившими костями, подобно этому и в мнениях этого философа, если обнажишь их от прикрас в выражении, увидишь много мерзости, особенно когда он философствует о душе, без меры и превознося ее и унижая. Диавольская это хитрость - ни в чем не соблюдать умеренности, но, увлекая в противоположные крайности, вводить в заблуждение. Иногда он говорит, что душа причастна божескому существу; а иногда, возвысив ее так неумеренно и так нечестиво, оскорбляет ее другою крайностью, вводя ее в свиней и ослов, и в других животных, еще хуже. Но об этом довольно, или лучше сказать - и то уже через меру. Если бы можно было научиться от них чему-нибудь полезному, то следовало бы и более ими заняться. А так как нужно было только обнаружить их постыдные и смешные стороны, то и это сказано нами более надлежащего».

Также святые отцы говорят, что гордых и самостливых людей с подобными мнениями враг уже поставил на краю «пропасти» и обязательно предложит «броситься в нее».

Николай Сербский (Евангелие о победе над искушениями): «…это (второе искушение Христа, когда сатана предлагает Ему: «бросься вниз» (Мф.4,6)) предназначено в поучение надменным знайкам, ученым гордецам и книжникам, которые, приобретя из материальной природы и чувственной жизни сколько-нибудь знаний, гордо возносят себя превыше Церкви Божией, пока в момент их наибольшего опьянения самими собою сатана не повелит им броситься вниз в пропасть. Ибо, накапливая знания вне Бога и Церкви Божией, надменные люди думают, будто накапливают силу, в то время как на самом деле они накапливают немощь. Тот, кто взращивает гордыню, взращивает немощь. Тот, кто удаляется от Бога, становится все меньше и меньше духом и силою, пока, наконец, не исчезнет, как пепел, разметенный ветром. И когда гордец взрастит немощь свою до предела и окончательно удалится от Бога, он считает, что встал ногами своими на верх Церкви Божией, да даже и Самого Бога положил себе под ноги. И тогда сатана приступает к нему с искушением и говорит: «Бросься вниз и полети!» … Бес-искуситель поставляет их на высочайшую вершину гордыни, и предлагает им тогда броситься вниз. И они послушно бросаются и погибают. И имена их навсегда изглаживаются из книги жизни».

Об искажении христианских добродетелей и духовных деланий относительно смерти при желании самоубийства

Итак, вполне понятно, что самоубийство выражает желанием смерти. В начале раздела говорилось, что выделяется два вида желания смерти, это – вышерассмотренное желание смерти, приводящее к самоубийству и желание смерти, при котором нет желания или стремления прекратить жизнь самостоятельно. И сейчас поговорим именно об этом желании смерти, которое может быть: во-первых, великой степенью такой христианской добродетели, как любовь к Богу, во-вторых, выражением естественной усталости от скорбных ситуаций, в-третьих, выражением малодушия или отчаяния. Таким образом, мы увидим три состояния желания смерти (праведное, естественное и греховное), а также как желание смерти при самоубийстве искажает благое христианское желание смерти.

О праведном и греховном желании смерти

Ранее мы говорили, что истинный христианин испытывает радость при известии о скорой смерти, и это происходит от добродетели «желание смерти», от истинного христианского отношения к смерти и жизни, а также по причине постоянного ожидания и приготовления к смерти задолго до нее (на тему желания жизни и желания смерти мы еще будем подробно говорить позже, когда будем рассматривать тему о разном отношении людей к смерти).

Следует знать, что в христианском подвижничестве выделяется две высшие степени относительно смерти: ожидание смерти и желание смерти.

Иоанн Лествичник (Лествица, сл.6): «Тот без сомнения благоискусен, кто ежедневно ожидает смерти; а тот свят, кто желает ее на всякий час».

Вначале кратко рассмотрим праведное желание смерти, которое может быть добродетелью, и искаженное, которое может быть грехом.

Иоанн Лествичник (Лествица, Сл. 6): «Не всякое желание смерти достойно одобрения. Некоторые люди, насилием привычки увлекаемые в согрешения, желают смерти по чувству смирения; другие не хотят покаяться и призывают смерть из отчаяния; иные же не боятся ее потому, что в превозношении своем почитают себя бесстрастными; а бывают и такие, (если только в нынешнее время найдутся), которые, по действию Духа Святого, желают своего исшествия отсюда».

Мы уже не раз говорили о том, что святые подвижники имели желание смерти задолго до приближения смерти, которое относится к «печали по Богу», и вот как они говорят об этом:

Блаж. Августин (Беседы души с Богом, 1): «Ей, Господи, готов умереть, только бы видеть Тебя; увижу и умру здесь. Не хочу жить, хочу умереть, желаю «разрешиться и быть со Христом» (Фил.1, 23). Вожделеваю умереть, чтобы видеть Христа; отрекаюсь от жизни, чтобы жить со Христом».

Дмитрий Ростовский (Алфавит духовный, ч.2, гл.9): «Если готов будешь к смерти, то не убоишься смерти. Если возлюбишь Господа всем сердцем, то сам возжелаешь ее».

Иннокентий Пензенский (Письма, п. 29): «Желать смерти ничуть не странно. Только желание это должно быть терпеливое, тихое, как тих Господь Иисус Христос, радостное, поскольку Он есть радость, светлое, поскольку Он есть свет, любезное, поскольку Он есть любовь, Божественное, поскольку Он есть Господь Бог наш. Основание всему этому есть то, что в смерти совершается и достигается окончательное соединение — о тайна тайн! — соединение с Божественным естеством во Иисусе Христе! … Готовые души ожидают ее день и ночь, конечно, с радостью, ибо она облегчит от всего трудного, просветит, насытит, восхитит, воцарит, прославит в себе своей неизреченной, сладостной славой. Всемерно «желает душа моя»,— восклицал прозорливец, видевший сию славу,— «войти во дворы Господни, насытиться зрением славы Его! Когда приду и явлюсь лицу Божию?» (Пс.83, 3; 41, 3; Сир. 42, 26)».

Некоторые несведущие люди считают, что при желании смерти истинными христианами речь идет о желании совершить самоубийство. Вот что на это отвечают святые отцы, указывая на черты христианского стремления к смерти и на разные причины подобного желания.

Иоанн Златоуст (т.6, ч.2, Об утешении при смерти, слово 1): «…с большим усердием должно стремиться к небесному Царю, Который сделает тех, кого примет, не только участниками пиршества, но даже и общниками царствования, как написано: «если мы с Ним умерли, то с Ним и оживем; если терпим, то с Ним и царствовать будем» (2Тим.2:11,12). И не то я говорю, чтобы иной наложил на себя руки или умертвил сам себя вопреки воле Творца Бога, или изгнал душу из временного ее жилища — своего тела; но хочу сказать то, чтобы каждый, когда позовут туда его самого, или ближнего, с радостью и веселием и сам шел, и других идущих приветствовал. В том и состоит сущность христианской веры, чтобы ожидать истинной жизни по смерти, надеяться на возвращение после исхода».

Поучения старцев (под редакцией Д. Тациса, гл. 18): «На вопрос одной женщины, является ли грехом пожелание смерти, старец Иоиль ответил: «Если желаешь умереть, чтобы освободиться от страданий, это, конечно, грех, ибо ты ропщешь на Бога, попускающего тебе страдать. Но если ты желаешь умереть, дабы не грешить и не огорчать своими грехами Бога, то это совсем не грех. И снова, если ты желаешь умереть, потому что не выносишь разлуки с Богом и хочешь перейти поближе к Нему, тогда твое желание трижды благословенно»».

Нил Синайский (Письма, 2.81): «Иной еще в теле может быть со Христом, по сказанному Апостолом: «уже не я живу, но живет во мне Христос» (Гал.2, 20). А тем паче — совлекшись этой плоти, как пишет опять тот же Апостол: «имею желание разрешиться и быть со Христом» (Фил. 1, 23). Ибо душа, как Богом вдохновенная в некое чудное Его создание, есть нечто умопредставляемое и стремится к умопредставляемому. Посему, обременяемая земным телом по причине смертности, справедливо желает она ныне освободиться посредством смерти; и беспечально, небоязненно пребывать с Владыкою, отрешившись от смертного для бессмертного и непреложного, чтобы по нынешнем разрешении, в воскресении, воспринять собственное свое тело нетленным и бессмертным, оживотворенным Святым Духом; и вместе с ним жить в непрерывном веселье, блаженстве и безгрешности. Ибо должен ты быть восстановленным в естество чистое, или в состояние Божественное, нестареющее, беспечальное, свободное от всякой заботы».

Итак, благое христианское желание смерти не имеет стремления совершить самоубийство и не сопровождается отчаянием. Оно сопряжено с чувством любви к Богу, с покаянием, со страхом Божиим и признанием своего недостоинства. Благое желание смерти рождается от любви к Богу, от чистой совести, от подвига самоотвержения, от не пристрастия к этому миру, от нежелания более грешить и т.п. Желание смерти сопровождается несокрушимой верою в бессмертие и желанием вечно жить в Царствии Небесном, в котором уже не будет ни зла, ни греха и т.п. При этом оно может быть эмоционально кратким, а может быть устоявшимся чувством, и святые отцы кратко характеризуют его следующим образом:

Иннокентий Пензенский (Письма, п.37): «…желание смерти — часы милости Божией».

Несмотря на это, христианское учение предупреждает, что даже при таких праведных желаниях смерти все равно нужно быть терпеливым и ждать, когда на то будет воля Божия и не стремиться к самовольной смерти.

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 10 заповеди, грех – не приготовление к смерти): «…если желает скорого разрешения от тела благочестивый христианин, если и этот говорит: «теперь уже я готов умереть», то ему следует сказать в ответ: «Господь еще не готов принять тебя; потерпи немного».

Есть и греховное желание смерти при скорбях, происходящее от малодушия и врага рода человеческого, и которое связано с отчаянием и желанием совершить самоубийство.

Монография о самоубийстве: «…терминальное заболевание превращает смерть в неизбежно надвигающуюся реальность, что может подтолкнуть пациента к попытке побега от пугающего конца жизни с перспективой боли, тревоги и исчезновения. Некоторые люди предпочитают активный способ смерти посредством самоубийства».

(Об этом мы подробно говорили выше)

Если праведное желание смерти относится к печали по Богу, то желание смерти по малодушию относится к «печали мира сего».

Феофан Затворник (Толков. на 2 Коринф. 7,10): ««а сего мира печаль смерть соделовает». Печаль мира есть печаль из-за потерь славы, чести, имущества, утех, расстройства житейских или гражданских дел, вообще из-за чего-либо земного, этою жизнью ограничивающегося, спасения же и вечности не касающегося. Все эти печали убивают горем и поражают безотрадностью. Когда блага земные отнимаются, то лишаемый их так себя имеет, что у него будто душу вынимают».

О праведном и неправедном ожидании смерти и неожидании ее

А теперь скажем об искажении следующей добродетели – христианское ожидание смерти (об этом мы также будем подробно говорить в теме о приготовлении смерти задолго до приближения смерти, а сейчас отметим кратко).

Обозначим несколько видов ожидания и неожидания смерти: ожидание праведниками еще при здравии, которое, если сказать кратко, заключает в себе и стремление не грешить, помня о том, что смерть может наступить в любую минуту и духовное приготовление к ней; ожидание (или лучше сказать – неожидание) здоровых плотских людей и нерадивых христиан, которое сопряжено со страхом смерти и неприготовлением к ней); ожидание смертельно больных людей, которое зачастую проявляет себя тяжелыми душевными состояниями (и это мы увидим при рассмотрении реакции «депрессия); и неожидание естественной смерти, когда при самоубийстве человек желает избежать этого тяжелого для него этапа ожидания смерти. Кратко скажем о них.

Итак, выше мы говорили, что праведники, будучи как здоровыми, так и больными, каждый день ожидают расставания с жизнью и постоянно готовятся к телесной смерти. Вообще ожидание смерти является истинной заботой души о себе, т.к. оно приготавливает человека к встрече с Богом.

Антоний Великий (Добротолюбие, т.1, О доброй нравственности…, ст. 169): «Смертные должны заботиться о себе, зная наперед, что их ожидает смерть».

Феофан, Затворник (Письма, п.214): «Умирать? Это - не особенность какая. И ждать надо! Как бодрствующий днём ждёт ночи, чтобы соснуть, так и живущим надо впереди видеть конец, чтобы опочить. Только даруй, Боже, пожить о Господе, чтобы с Господом быть всегда».

Для неверующих же и плотских людей эта истина является безумием, т.к. их «забота о душе» связана только с настоящим материальным миром и телом, и при этом они не помнят о смерти.

Антоний Великий (Добротолюбие, т.1, О доброй нравственности…, ст.103): «Грехолюбивый человек любит многостяжание, а о правде нерадит, не помышляя о неверности, непостоянстве и маловременности жизни, и не помня о неподкупности и неизбежности смерти».

При самоубийстве же есть неожидание смерти и самовольное распоряжение временем и способом смерти (об этом уже подробно говорилось выше). Также заметим, что у многих людей при приближении смерти, а значит на последнем этапе жизни, происходит «духовный рост», когда человек переосмысливает свою жизнь, приходит к вере в Бога, кается в своих грехах или более собранно готовится к смерти, если он уже верующий в Бога (и об этом мы будем подробно говорить позже). А при самоубийстве происходит исключение всех этих возможностей.

О естественных желаниях смерти в скорбях, которые могут направляться к Богу

Кратко рассмотрев вопросы о добродетели «желание смерти», теперь сжато скажем о естественном желании смерти, которое возникает при скорбях, но не сопряжено с желанием окончить жизнь самостоятельно.

Желание смерти в скорбях может выражаться или в словах, или уже в действии (как в случае с самоубийством). Причем желания на словах могут иметь различные направления, и говориться с различными чувствами, например, могут быть направлены к Богу и человек не думает о самоубийстве, а просит себе смерти у Бога: «И молился он (Иона) Господу и сказал: …И ныне, Господи, возьми душу мою от меня, ибо лучше мне умереть, нежели жить» (Иона 4, 2.3) или «Я (Моисей) один не могу нести всего народа сего, потому что он тяжел для меня; когда Ты так поступаешь со мною, то (лучше) умертви меня, если я нашел милость пред очами Твоими, чтобы мне не видеть бедствия моего» (Чис.11, 14-15)». Такие обращения говорят о немощной природе человека, который страдает, но при этом понимает, что он без Бога ничего не может и что только Бог имеет власть над его жизнью и смертью. Вполне понятно, что при желании самоубийства таких осознаний нет.

Также слова, выражающие желание смерти, могут и не говориться Богу, а говориться другим людям, или могут быть только рассуждением о том, что смерть избавляет от страданий: «На что дан страдальцу свет, и жизнь огорченным душею, которые ждут смерти, и нет ее, которые вырыли бы ее охотнее, нежели клад, обрадовались бы до восторга, восхитились бы, что нашли гроб?» (Иов.3,20-23), или «душа моя желает лучше прекращения дыхания, лучше смерти, нежели (сбережения) костей моих» (Иов. 7,15). Вот как толкует подобные слова Иова Иоанн Златоуст.

Иоанн Златоуст (т.12, Толкование на книгу Иова, гл.3): ««...И проклял день свой.  И начал Иов и сказал:  погибни день, в который я родился, и ночь, в которую сказано: зачался человек» (ст. 2-3). Эти слова будем рассматривать не просто, но, имея при этом в виду то, что они сказаны скорбящей душой. Если бы он не сказал этого, то показался бы непричастным общей человеческой природе. …«Для чего не умер я, выходя из утробы, и не скончался, когда вышел из чрева?» (ст. 11). Когда Христос сказал: «лучше было бы этому человеку не родиться» (Мф.26,24), то этим не иное что показал, как то, что его ждет страшное и ужасное. Так и Иов, говоря: «если бы я не родился или, родившись, тотчас умер, так, чтобы смерть сопутствовала рождению», не порицает промышления Божия, а изображает величину несчастия. Но обрати внимание на осмотрительность в том, что изливает весь гнев на день, не осмеливаясь преступить этого предела, и постоянно говорит: «день», «ночь», выражая чрез это, что тогда не испытал бы он настоящих бедствий, хотя и не получил бы награды за благочестие».

Далее. И молитвы, и рассуждения, и обращения к людям могут произноситься или с возмущением, как например это делали иудеи в пустыни: «И не было воды для общества, и собрались они против Моисея и Аарона; и возроптал народ на Моисея и сказал: о, если бы умерли тогда и мы, когда умерли братья наши пред Господом!» (Чис.20, 2.3).

Но, несмотря на эти примеры и естественные рассуждения о смерти, следует знать, что:

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 2-й заповеди, грех: желание себе смерти в сильной горести): «желание себе смерти по нетерпеливости, по малодушию неразумно и грех. Нужно дорожить каждым лишним годом в своей жизни, чтоб успеть более приготовиться к будущей жизни».

Иоанн Кронштадтский (Моя жизнь во Христе, п.51): «Не трать же слов по-пустому, не говори: «лучше бы мне умереть», а говори чаще: «как бы мне приготовиться к смерти по-христиански - верою, добрыми делами и великодушным перенесением случающихся со мною бед и скорбей и встретить смерть без страха, мирно, непостыдно, не как грозный закон природы, но как отеческий зов бессмертного Отца Небесного, святого, блаженного, в страну вечности»».

О готовности и неготовности к смерти

А теперь скажем о таком состоянии человека, как готовность и неготовность к смерти при желании смерти.

Понятие «готовность к смерти» следует рассматривать в следующих аспектах: истинная готовность христианина встретиться со Христом, быть оправданным Богом на Суде Божием и вечно пребывать в Царствии Небесном, т.к. он был очищен от грех и любил Бога (в данном случае степени очищения и любви могут быть разными); обманчивая готовность человека к смерти (как встрече с Богом, к Суду и т.д.), которая происходит во время порыва малодушия или отчаяния; и греховная готовность, которая основана на безверии или маловерии и неправильном понимании смерти, бессмертия и т.д., и может приводить к самоубийству.

Выше уж говорилось и о том, что праведники, желающие соединиться со Христом, были истинно готовы к смерти, и что человек, желающий совершить самоубийство не может быть истинно готовым к смерти, т.к. совершает смертный грех. Он также не понимает, что готовность это – не твоя отчаянная решимость или малодушие, а это - примирение с Богом, это - признание своих грехов и исправление их, это – чистота совести и т.д.

А теперь скажем несколько слов об обманчивой готовности к смерти при возникающем в скорбях желании скорее умереть. Так, в христианских учениях есть примеры того, как подобный порыв, может быстро проходить, если смерть действительно придет.

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 2-й заповеди, грех: желание себе смерти в сильной горести): «Страшна еще, прежде всего, смерть сама по себе для того человека, который мало приготовлен к ней: желает—просит себе смерти иной, а как подойдет к нему смерть лицом к лицу, и—начинает другое говорить и чувствовать».

Иоанн Кронштадтский (Моя жизнь во Христе, п.51): «Ты в горести души своей желаешь иногда умереть. Умереть легко, недолго; но готов ли ты к смерти? Ведь за смертью следует суд всей твоей жизни (Евр.9, 27). Ты не готов к смерти, и если бы она пришла к тебе, ты затрепетал бы всем телом. … Вспомни старца, который, утрудившись под своим бременем, захотел лучше умереть, чем жить, и стал звать к себе смерть. Явилась - не захотел, а пожелал лучше нести тяжкое бремя свое».

Амвросий Оптинский (Жизнеописание в Бозе почившего старца…): «...Один старец говорил, что не боится смерти. Неся однажды из лесу охапку дров, он очень изнемог. Сел для отдыха и в скорби проговорил: «хоть бы смерть пришла». — А когда смерть явилась, он испугался и предложил ей понести охапку дров».

Житие преп. Анатолия Оптинского: «Он (Анатолий Оптинский) очень не любил, когда кто в скорби желал себе смерти, и обличал, а одну припугнул: «А хочешь я помолюсь, и ты умрешь?». Та, конечно: «Нет, нет!», – и стала просить прощения. Увидала, как мало она подготовлена к смерти, которой так легкомысленно просила себе».

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 10 заповеди, грех – не приготовление к смерти): «Иные из умирающих желают скорее умереть. …Нет; лучше этому человеку желать пожить хоть несколько дней, чтоб иметь возможность больше очиститься болезненными страданиями для будущего света».

На этом закончим рассмотрение реакции «желание самоубийства» и перейдем к реакции «гнев».

2.5. Реакция: гнев, или агрессия

По мнению современных исследований после стадии отрицания наступает стадия агрессии, или гнева, которая происходит после принятия человеком смертельного диагноза.

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «…позже, когда человек наконец-то понимает (что с ним случилось): «Да, ошибки нет, это действительно так», у него возникает другая реакция. …Когда пациент уже не в силах отрицать очевидное, его начинают переполнять ярость, раздражение, зависть и негодование».

(Но обращаю внимание, что составитель этих бесед считает, что гневу предшествует печаль, о которой говорилось ранее, и которая происходит от неправильного отношения человека к смерти и жизни, а что касается гнева, то это уже внешняя реакция, выражающая печаль от приближения смерти и нетерпения страданий)

Далее кратко перечислим, как характеризуют исследователи особенности этой реакции и причины, по которым происходит гнев (и напомним, что христианское учение несогласно с тем, что гнев или злоба, это – нормальные состояния людей).

Интернет - источники: 1. «Гнев. Часто обреченный человек, узнав о том, что ему предстоит, испытывает сильный гнев. Этот гнев может быть выражением страха и нежелания смириться с диагнозом. Иногда кажется, что гнев больного направлен на близких, тех, кто рядом, но это не так. Некоторые люди в этой стадии ропщут на Бога. Для этой стадии характерен вопрос: "Почему я?" Или: "Что я такое сделал и чем я это заслужил? За что мне такое наказание?"». 2. «Злость – абсолютно нормальный признак того, что человек начал осознавать происходящее. Злость на себя, на врачей, на родителей, на весь несправедливый мир – подходящий объект всегда найдется. «Это нечестно, несправедливо, почему именно я, за что?» 3. В отличие от предыдущей стадии, тут появляется много сил, энергии. Встают вопросы: «Кто виноват?» и «За что?» Возникает желание отомстить, жажда возмездия. …При этом поиск виноватых может вестись вовне, а может адресоваться и себе — и тогда агрессия превращается в аутоагрессию, то есть в ненависть к себе». 4. «Вы можете злиться на себя, своего партнера, семью, друзей, врачей, Бога или на мир в целом. И все это по разным причинам. … Можете злиться на партнера, друзей и семью за то, что они поступают не так, как вам хотелось бы. Вы можете злиться на врача из-за того, что он/она не может вас вылечить. Вас может злить отношение людей к вам и к этой болезни. Иногда ваш гнев может находить выход, когда вы вдруг обнаруживаете, что кричите на кошку или собаку. Выход гнева – частое явление, особенно когда вы не осознаете, что злитесь и не понимаете причины своей злости».

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «В фазе агрессии полученная информация признается, и личность реагирует поиском причины и виноватых. Не стоит забывать, что агрессия часто является реакцией, скрывающей в себе аффект страха. … Протест против судьбы, негодование на обстоятельства, ненависть к тем, кто, возможно, явился причиной болезни, - все это выплескивается или каким-то образом должно быть выплеснуто наружу».

(Заметим, что гнев на себя может выражаться желанием самоубийства, о котором было сказано выше)

Считается, что это очень трудный этап и для умирающего, и для всех, кто его окружает.

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «В противоположность этапу отрицания, с этапом гнева и ярости семье больного и сотрудникам больницы справиться очень трудно. Причина заключается в том, что возмущение пациента распространяется во всех направлениях и временами выплескивается на окружающих совершенно неожиданно».

Также напомним, что гнев (как и другие реакции) может происходить в любое время: и во время отрицания, и после понимания, что человек скоро умрет, и даже перед самой смертью.

Кстати заметим, что гнев может быть и в любых других ситуациях, не связанных с приближением смерти, и на разных этапах (о страсти гнева мы говорили в теме «Раздражительная сила. Страсть гнева»). Поэтому одни причины гнева умирающего могут иметь непосредственную связь с отношением к своей смерти; другие – происходить от тяжелого физического и душевного состояния, которые испытывает тяжело болеющий человек (И первые и вторые причины гнева мы и рассмотрим в этом разделе). Также гнев смертельно больного человека может быть от привычного действия страстей, которые происходили и когда человек был здоров, т.е. он всегда раздражался на какие-то слова или действия близких, и продолжает раздражаться на них по тем же поводам (о таких причинах мы не будем сейчас говорить, т.к. они более относятся к страсти гнева, причины которого не связаны со смертью или болезнями).

Гнев от печали о приближающейся смерти

А теперь кратко обоснуем почему составитель ставит реакцию гнева после реакции печали о смерти.

Как известно, гневу всегда предшествует огорчение, или досада, говорящая о том, что человеку что-то не нравится, т.к. это не соответствует его воле (об этом мы говорили в теме «Последовательные ступени развития страсти гнева», в разделе «Первая степень – внутреннее раздражение, как реакция на происходящее», но кратко напомним, о чем там шла речь). Огорчение (или неудовольствие), как первая эмоция на какое-то скорбное обстоятельство, не является возбуждением; вначале эта реакция имеет скорее подавленный характер, и может переходить в печаль, которая может надолго овладевать человеком. После огорчения может происходить и гнев, или серчание, через которое душа пытается отвергнуть то, что ей не нравится.

Нил Синайский (К Евлогию монаху. Слово 1, гл.7): «Печаль рождается от того, что противно (беды, скорби, огорчения – примеч.), от печали же происходит негодование (мрачное расположение духа (как говорится: он не в духе)) - примеч.), а от них обоих порождается умоисступленное злоречие (бессмысленная бранчливость (ворчание на все – примеч.))»

Что же касается гнетущего состояния, которое постоянно держит, например, больного человека в напряжении (а в данном случае, смертельно больного человека), то, говоря медицинским языком, человек находится в состоянии невроза.

Интернет – источник: «Согласно определению, принятому в нашей стране, невроз — психогенное (возникающее на нервной почве) нервно-психическое расстройство, которое формируется в результате нарушения особо значимых жизненных отношений человека. Проще говоря, невроз развивается тогда, когда человек в силу различных обстоятельств не может найти подходящего выхода из сложного положения, разрешить психологически значимую ситуацию или перенести какую-то трагедию. Симптомы невротического срыва общеизвестны: снижение настроения, раздражительность, бессонница, чувство внутреннего дискомфорта, вялость, апатия, ухудшение аппетита. Могут появляться навязчивости, вспышки агрессивности, злобность и т. п. Вся эта симптоматика сопровождается общим недомоганием, неприятными телесными ощущениями, вегетативными нарушениями. Проявления неврозов обобщенно могут быть именованы как устойчивая потеря душевного мира. При неврозе человек сохраняет ясную критику, тяготится своим состоянием, но ничего не может с собой поделать».

Исходя из этого, вполне понятно, что болезнь и смерть относятся к тем событиям, которые не нравятся людям (об этом мы уже говорили ранее), а значит и факт приближения собственной смерти вызывает у многих людей огорчение, которое, как правило, в последствии становится гнетущим долговременным чувством (или можно сказать: человек находится в состоянии невроза или депрессии). При этом следует учесть, о чем говорилось ранее: зачастую человек не желает умирать и боится смерти, а это означает, что он пребывает в состоянии сильного огорчения, а значит и в душевном напряжении. Такое гнетущее чувство печали, передающее негативное отношение человека к смерти, может легко переходить в раздражение и гнев, посредством которого душа старается защититься или изменить ситуацию.

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «Фаза агрессии также носит приспособительный характер, и сознание смерти смещается на другие объекты, возникает перенос страха как пассивного, мнительного в своем отрицании конца - в активный бросок навстречу угрозе, чего бы это ни стоило. Упреки, брань, гнев носят не столько агрессивный характер, сколько заместительный».

Вполне понятно, что такие защитные движения души против приближающейся смерти и желание изменить сложившуюся ситуацию, являются напрасными, и как уже говорилось ранее – безумными, но, наверное, грешной душе так легче…

Примеры реакции гнева, приведенные в современных исследованиях

Снова обратимся к исследованиям доктора мед. наук Гнездилова А. В. о том, как происходит реакция гнева у смертельно больных людей разного типа личности.

1. Тип личности – шизоидный, характеризующийся замкнутостью, холодностью и т.п.

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «Период агрессии у шизоидов обычно краткосрочен. Агрессия по отношению к близким носит характер не столько эмоциональный, сколько умозрительный. Больные упрекают своих родственников в холодности, равнодушии, недостаточном внимании. Однако наблюдаются ситуации, когда возникают параноидальные идеи, что родственники хотят от них избавиться, «околдовали» их, «сглазили», «наслали порчу». …Именно среди этого типа больных элемент «магии», «колдовства» толкал на сжигание одежды, на смену места жительства и даже подталкивал к перемене образа жизни. Вероятно, с этим связана потребность в расширении пространства. Больные не выносили пребывания в комнате, постоянно нуждались в больших открытых пространствах. У нескольких больных мы отмечали непереносимость красного цвета».

2. Тип личности – циклоидный, которому присуще смена настроений и противоречивость.

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «Период агрессии также был выражен не резко и длился недолго. Если возникали чувства раздражения, неприятия, озлобленности, то одни находили подтверждения в фактах реальной жизни, и упреки были справедливыми, другие винили врачей и близких за сокрытие правдивой информации о болезни. В конфликтах отсутствовала мстительность. Сам характер агрессивных реакций проявлялся во вспышках гнева, и после короткого «выплеска» больные быстро отходили, просили прощения. Аффект агрессии был скорее направлен на самого себя, чем на окружающих. … Больные не срывали злобы на ком-то, непричастном к ситуации. Также мы не могли фиксировать долгого поиска причин болезни. … Близость смерти в этот период расценивалась как урок для окружающих его родных, не замечавших прежде, кто (какой человек) работал и заботился о них. В отношении себя больные часто проявляли недовольство, осуждали свое тело, которое их подвело».

3. Тип личности – с тревожно-мнительными чертами, так называемые «психастеники».

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «Период агрессии был выражен слабо, агрессия почти не была направлена на окружающих. В основном агрессивные тенденции реализовывались в отношении себя. Больные искали причины в прошлой жизни, бесконечно перебирая причины причин. Иногда фантазировали на тему своей смерти и возможности суицида, на который почти никогда не решались. Они жаловались на неспособность концентрировать внимание, на постоянные колебания настроения: от надежды к отчаянию, отмечали, что борьба с собой «отнимает все силы». Часто отмечалось возникновение навязчивости. Больные предполагали, что, свершив какой-либо ритуал, они избавятся от своей судьбы, улучшат свое состояние. Поиск помощи в церкви перемежался с поисками гипнотизеров и экстрасенсов. Затем пациенты начинали обвинять себя то в излишней доверчивости, то в глупости. Контакт с близкими был нарушен. Потребность в постоянном диалоге реализовывалась в виде монологов с самим собой».

4. Тип личности - демонстративные личности, так называемые «истероидные».

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «Период агрессии часто обнаруживал, как больные могут подменить ситуацию. Одна из наших пациенток после разговора с онкологом придралась к поведению мужа и на следующий день затеяла развод, требуя немедленно его оформить. Другие больные нередко бросались «в политику»: их увлекали какие-то политические события, разоблачения, пикетирование мэрии. Однако нередко агрессия направлялась непосредственно на близкого человека: «Это ты убил меня». Обвинений самого себя почти не случалось. … Обладая пластичной психикой, в период агрессии больные демонстративно высказывали суицидные тенденции, заявляли врачам: «Скорее бы смерть!» В другой раз, задавая врачу вопросы о диагнозе, предлагалась готовая установка: «Скажите правду ведь у меня не рак, ведь еще не все потеряно?» В своих взаимоотношениях с окружающими больные были агрессивны, кроме как в отношении выбранного самостоятельно врача, которому доверяли. К своему телу относились бережно, старались сохранить эстетичность».

5. Тип личности – эпилептоидный, т.е. очень часто человек бывает раздражителен, нетерпелив и т.п.

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «Период агрессии. В этот период агрессивность больного также носит брутальный характер. Больной начинает мстить тем, кто еще вчера вторил ему, отрицая диагноз. И одновременно он пишет жалобы, вступает в конфликты с теми, кто, по его мнению, был недостаточно оперативен в постановке диагноза. Криминогенная готовность больного нередко толкает его на физическую расправу с объектом агрессии. Следует подчеркнуть, что агрессия этого типа больных — тоже бегство от себя, от истины, от «поражения». Взрывы ярости заставляют больного то писать, то рвать завещание, звать родных и прогонять их, подозревать близких людей в корысти. Нередки суицидные тенденции. В этой группе пациентов они реализуются чаще, чем во всех других. …Всё окружающее для больных являет собой преграду, которую они должны преодолеть. В палате эти больные стремятся занять лидирующее положение, подчиняют других своей воле, с окружающими постоянно вступают в конфликты. В отношении заболевания отмечается персонификация рака, который иной раз они пытаются уничтожить самым варварским способом: «сжечь йодом», просят «вырезать» метастазы, «не считаясь с риском». Период агрессии длится недолго, но носит взрывообразный характер».

Итак, подведем краткий итог из вышесказанного исследователями: во-первых, гнев может длиться долго, а может быть краткосрочным. Во-вторых, гнев направляется на людей, на себя и на Бога (о гневе на себя, как недовольство собой, скажем позже). В-третьих, гнев в основном происходит по следующим причинам: от зависти, гордости, страха перед смертью, от нежелания смириться с приближением смерти, от саможаления, от требования к себе внимания, от поиска виноватых и от ощущения собственной беспомощности. И далее рассмотрим некоторые эти аспекты. (Обращаем внимание, что в разделах будут приводиться и наблюдения исследователей, и тут же, что об этом говорят святые отцы)

О направлениях гнева

Как исследователи, так и святые отцы говорят, что гнев больных людей направляется на людей, на Бога и на себя (или в случае неверия в Бога – на судьбу или жизнь).

Вначале кратко скажем, что в психологии есть следующее определение о том, на кого может направляться агрессия человека.

Учебное пособие об эмоциях и чувствах: «…состояние фрустрации (психологическое состояние напряжения, тревоги, возникающее из-за невозможности достичь желаемого) по направленности может выражаться в трех формах поведения (реакций) человека: экстрапунитивной, интрапунитивной и импунитивной. 1. Экстрапунитивная форма связана с возникновением внутреннего «подстрекателя» к агрессии, с направленностью реакции вовне (внешнеобвинительные реакции). Человек обвиняет в случившемся обстоятельства, других людей. У него появляется раздражительность, досада, озлобленность, упрямство, стремление добиться поставленной цели, во что бы то ни стало. Поведение вследствие этого становится мало пластичным, примитивным, используются ранее заученные формы поведения, даже если они не приводят к нужному результату. 2. Интрапунитивная форма фрустрации характеризуется аутоагрессией: обвинением в неудаче самого себя, появлением чувства вины. У человека возникает подавленное настроение, тревожность, он становится замкнутым, молчаливым. При решении задачи человек возвращается к более примитивным формам, ограничивает виды деятельности и удовлетворение своих интересов. 3. Импунитивная форма реагирования связана с отношением к неудаче либо как к неизбежному, фатальному, либо как к малозначимому событию, исправимому со временем. Человек не обвиняет ни себя, ни других. По данным (некоторых исследователей) чаще всего (в 50 % случаев) преобладают экстрапунитивные (внешнеобвинительные) реакции, почти вдвое меньше - интрапунитивные (самообвинительные) реакции (27 %) и еще реже - импунитивные реакции (23 %). У мужчин больше экстрапунитивных реакций, а у женщин - интрапунитивных. Появление состояния фрустрации той или иной формы реагирования зависит от личностных особенностей человека…».

Обращаем внимание, что в случаях, когда человек не может изменить ситуацию, а в данном случае приближающуюся смерть, гнев выражает бессилие.

Что касается гнева, направляемого на врачей и медперсонал, то исследователи указывают часто встречающиеся поводы к гневу, например:

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «Врачи оказываются недостаточно хорошими специалистами, они не понимают, какие анализы нужно взять, какое питание назначить; они либо слишком долго держат пациента в больнице, либо не принимают во внимание его желания, требования особых привилегий; они допускают, чтобы в палату пациента положили очень неприятного больного, хотя получают большие деньги за уединение и покой, и так далее. Впрочем, еще чаще объектом раздражения становятся сестры. Что бы они ни делали, все неправильно. Стоит медсестре выйти из палаты, как пациент нажимает на кнопку звонка: огонек загорается в ту самую минуту, когда сестра начинает сдавать дежурство сменщице. Когда медсестра взбивает подушку и поправляет постель, ее тут же обвиняют в том, что больному не дают ни минуты покоя, но как только этот больной остается в одиночестве, он нажимает кнопку звонка и требует, чтобы его устроили в кровати удобнее».

Очень часто гнев направлен на родственников.

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «Больной встречает членов семьи без доброжелательности, ведет себя так, словно не ждал их прихода, что превращает посещение в мучительное событие. Родственники откликаются на такой прием скорбью и слезами, чувством вины и стыда, могут даже начать избегать новых визитов, но это только усиливает раздражение и злость больного».

(Ниже мы еще не раз увидим примеры гнева на родственников)

Также в вышеприведенных примерах из исследования Гнездилова А.В. говорилось о раздражении и гневе, направленном на таких же больных.

Примечательно то, что одни люди выражают гнев открыто и говорят о нем (и в исследованиях описываются именно такие случаи), а другие гневаются только внутренне, не показывая свои эмоции.

Далее подробнее рассмотрим гнев на людей и на Бога, который происходит от двух основных причин: от отношения человека к смерти и от испытываемых телесных страданий.

Гнев смертельно больного человека на других людей, происходящий от неправого отношения к смерти

В данном разделе кратко укажем возможные причины гнева смертельно больного человека на других людей, происходящие от его неправого отношения к смерти.

О том, как люди относятся к смерти, мы уже говорили ранее, и будем еще подробно говорить при рассмотрении вопроса об отношении людей к смерти и приготовлении к ней. А сейчас только кратко напомним то учение, которое уже приводилось во втором разделе.

Еп. Иоанн Шаховской (Беседы с русским народом, гл. Врата в жизнь): «К исходу из этого мира люди относятся по-разному. Есть окаменение пред лицом смерти, есть циническое отношение к ней; есть желание смерти - от уныния или отчаяния, когда призывает человек смерть, чувствуя страшную тяготу жизни; в этом состоянии он иногда сам накладывает на себя руки или хочет, чтобы его убили. Бывает состояние безразличия, когда человек принимает бездумно и жизнь, и смерть. Есть страх перед смертью, животная боязнь, достигающая иногда такой силы, что, находясь даже вне всякой видимой опасности для жизни, человек тягостно ожидает смерти, думает о ней, как об уничтожении своем».

Всё это может приводить к гневу.

Сразу отметим, что у истинных христиан отсутствует эта реакция, т.к. они в смирении придают себя в волю Божию, и тем более они давно уже желали своей смерти, чтобы соединиться в вечности с любимым ими Богом, и поэтому для них характерна противоположная реакция – радость, покой и стремление достойно приготовиться к переходу в вечную жизнь.

Далее рассмотрим возможные причины гнева болеющего человека на других людей, и пусть это поможет и нам, грешным, и когда мы здоровы, и во время возможных болезней, а тем более, если Господь пошлет нам тяжелые смертельные болезни.

Гнев, выражающийся в поиске людей, виновных в своей скорой смерти

Исследователи отмечают, что очень часто смертельно больные люди гневаются, ища причины и виновного в своей скорой смерти (это также может происходить открыто и только в мыслях) «Виновными» могут быть медицинские работники, родные и чужие люди, и Бог (сейчас мы рассмотрим примеры, когда виновными являются другие люди).

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «(Один пациент) выдал крайне агрессивную реакцию в адрес лечащего врача и оперировавших хирургов. Обвинял их в невежестве, в том, что не предупредили его о диагнозе, а дали гарантию, что он «еще их самих переживет». С угрозой говорил, что, если бы хватило сил, он бы и в самом деле их пережил. Эта реакция периодически повторялась, лишь только заходила речь о его болезни. …У больных отмечались раздражительность, недовольство окружающим, поиски причин, приведших к заболеванию, и, как одна из них, — обвинения в адрес медицинских работников в недостаточной оперативности. Нередко эти негативные переживания обращались на родственников, которые якобы «довели до болезни», не уделяли достаточно «внимания», уже «про себя похоронили» больного. ...Результаты (гнева) нередко могут быть крайне драматичными. Один наш больной ослепил врача, которого обвинил в том, что тот «проглядел диагноз»».

Также выше говорилось, что у некоторых людей «возникают параноидальные идеи, что родственники (или другие люди) хотят от них избавиться, «околдовали» их, «сглазили», «наслали порчу»». Об этих идеях мы не будем говорить, так как тема «порчи» или «сглаза» приличествует неверующим или маловерующим людям, и такого представления о «силе» бесов и зла вообще не должно быть у христиан.

В отношении гнева на врачей и обвинений в их адрес святые отцы говорят о том, что если больной не будет надеяться только на врачей, то он и не будет гневаться на них.

Феофан Затворник (Письма, п.458): «…на лекарей не серчайте. Они не сами лечат. А вылечивают, когда Бог благословит».

Феофан Затворник (Письма, п.348): «Не попал (лекарь, т.е. не подействовало назначенное им лекарство), (надо) переменить лекарство. Молитесь, чтоб Господь его надоумил. Если не надоумляет, верно лучше жить с больною головою (или с другой болезнью – от сост.)».

Иоанн Максимович (Илиотропион, кн.4, гл.6): «Если же врачи не помогают, или врач не определил правильно болезнь, и болезнь не прекращается, то не спеши безрассудно полагать причину безуспешности лечения тому или другому обстоятельству, и не изыскивай тому других причин, кроме того, что Богу неугодно, чтоб я выздоровел, или же Ему угодно продолжить мою болезнь».

Вообще христианское учение говорит о том, что искать виновных учит враг рода человеческого.

Никон Воробьев (Письма, п.300): «Если же человек будет роптать на скорби и болезни, будет искать виновника этим скорбям среди людей, бесов, обстоятельств, станет всеми средствами пытаться избежать их, то враг поможет ему в этом, покажет ему мнимых виновников (начальство, порядки, соседи и прочее, и прочее), возбудит в нем вражду и ненависть к ним, желание мстить, оскорблять и проч., и проч. А через это приведет душу такого человек в мрак, отчаяние, безнадежие, желание уйти в другое место, скрыться хоть под землю, лишь бы не видеть, не слышать мнимых врагов, а на самом деле, слушая и услаждая действительного смертельного врага своего – дьявола, внушающего ему все это зло и желающего погубить его, иногда довести даже до самоубийства, т.е. верной гибели».

Обычно так поступает гордая душа, которая часто ищет виновного, когда сама грешит и поступает неверно.

Марк Подвижник (Слово 5): «Ясно узнал я, о душа моя, что я и ты, обладаемые противоестественными действиями, неведением вовлекаемся в заблуждение, и потому обвиняем в своих грехах других, утверждая, что зло находится вне нас; иногда обвиняем Адама, иногда — сатану, а иногда — других людей, и, думая, что этим ведем борьбу с другими, боремся сами с собою; и, полагая, что защищаем друг друга, я и ты, воюем друг против друга…».

Также поиск виновных происходит и из-за забвения о том, что всем управляет Господь, и что это Он оказал смертельно больному человеку великую милость, дав время приготовиться к встрече с Ним.

Иоанн Максимович (Илиотропион, кн.5, гл.12): «Мы всегда находим тех, на кого бы могли возложить причину и грех, а сами, в слепоте своей, не видим Божьего провидения, управляющего всеми делами как великими, так и малейшими».

Макарий Оптинский (Письма к монахиням): «Ты скорбишь и ропщешь, полагаешь виновными других, а не относишь всего этого к Богу, попускающему так быть к твоей пользе и к излечению душевного твоего устроения».

Поэтому, если мы начнем искать виновных, то сразу вспомним о благом промысле Божием и успокоимся.

Иоанн Максимович (Илиотропион, кн.2, гл.6): «Случается иногда и в домашних отношениях между господами и служителями их нечто подобное. Например, добродушного, веселого характера господин заходит в дом своего служителя и не находит никого в доме. Чтобы дать заметить хозяину дома, что нельзя оставлять незапертый дом без надзора, все вещи, находящиеся в доме, переворачивает вверх дном, опрокидывает и все приводит в беспорядок, и уходит поспешно из дома, чтобы слуга не узнал, кто наделал беспорядок в его жилище. Слуга, возвратясь домой и, видя все вещи свои разбросанными и опрокинутыми, воспламеняется гневом и приходит в негодование на сделавшего беспорядок в доме. Но, узнав потом, что виновником этого беспорядка был его господин, успокаивается и молчит. Подобно этому слуге и Давид говорит себе: «Я стал нем, не открываю уст моих». Почему это? – «потому что Ты (не кто другой) нанес мне этот удар». Равно и каждый человек, преданный воле Божьей, чувствует в себе тяготу от приключившихся ему несчастий или обид и терпеливо переносит их, утешая себя промыслом Божьим и зная хорошо, что печалью и напрасным ропотом себе нимало не поможет. Он обращает очи свои на небо, говоря в себе: «Возвожу очи мои к горам, откуда придет помощь моя. Помощь моя от Господа, сотворившего небо и землю» (Пс. 120:1-2)».

Также святые отцы говорят, что вместо поиска виновных и ропота на них, христиане должны сознавать свои грехи и смиренно считать себя достойными любых скорбей (а в данном случае и смерти), но при этом и не терять надежды на прощение Божие.

Феофан Новоезерский (Наставление, п. 526): «Во время скорби, вместо ропота и дерзкого обвинения других, молитесь и сознавайтесь, что за грехи ваши достойно страждете».

Макарий Оптинский (Письма к монахиням): «По учению... св. Исаака в 51 Слове, когда мы других обвиняем, то и скорби умножаются и неудоботерпимы бывают; а когда себя виним и считаем достойными быть не только сих, но и больших скорбей, тогда оные легки бывают и скоро проходят».

Амвросий Оптинский (Письма к монашествующим, п. 38): «...мы, маловерные и малодушные, не подражаем святому Давиду, а, будучи наказуемы за грехи наши, ропщем на Бога и людей, обвиняем всех и всё, вместо того, чтобы смириться и приносить искреннее раскаяние в своей грешной жизни и постараться исправиться, или, по крайней мере, хоть не роптать и не обвинять других, а сознавать, что терпим болезнь или бедствие достойно и праведно. Через такое смиренное сознание и раскаяние с твердой решимостью не возвращаться на прежнее, можем получить помилование от Господа и в сей, и в будущей жизни. В настоящей жизни можем сподобиться помилования от Господа христианским напутствием пред кончиной, а в будущей — блаженного вселения с праведными. Еже буди всем нам получити неизреченным милосердием, Рождшагося ныне от Пресвятыя Девы, Сына Божия».

(Об обвинении себя при приближении смерти будет сказано позже)

Гнев от зависти к живым и здоровым людям

Также современные исследователи отмечают, что человек, узнавший о своей скорой смерти, может испытывать зависть к живым людям, находящимся в лучшем положении по сравнению с ним. Вот как описывает такую реакцию исследователи:

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «(У пациента) возникает следующий логичный вопрос: «Почему именно я?» Как выразился один из наших больных, доктор Г.: «Подозреваю, на моем месте практически любой думал бы, глядя на другого человека: ну почему эта беда случилась со мной, а не с ним? Я несколько раз ловил себя на такой мысли... По улице проходил один старик, которого я помню еще с детства. Ему восемьдесят два года, и он, как некоторые поговаривают, уже давно не жилец. Он скручен ревматизмом и хромает, он весь грязный — в общем, из тех, каким никто не хотел бы стать в старости. Тогда я как раз и подумал: почему судьба выбрала меня, а не старого Джорджа?».

Интернет – источник: «Когда пациент перестает настаивать на отрицании, он обычно, согласно исследованиям д-ра Росс, вступает в период гнева, ярости и негодования. Его «Нет, только не я!» становится «Почему я?». Он неистовствует против неотвратимого умирания, и его гнев нередко обращается на медперсонал. Пусть вслух он говорит: «Ваша еда совершенно холодная... Эта инъекция страшно болезненная...». На самом же деле он говорит этим: «Вы продолжаете жить, а мне предстоит умереть. Вы собираетесь вырастить детей и увидеть внуков, а я должен расстаться со своими детьми, которым еще расти и расти». Он негодует на больничный персонал не по каким-то конкретным причинам, а лишь потому, что они здоровы и им предстоит жить дальше».

Так же, как уже говорилось в примерах из исследований, умирающий человек может мстить, причем месть направлена и на людей и на саму болезнь, например, рак. Причем формы мести бывают абсурдными.

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «Больные кончают самоубийством, чтобы «отомстить раку»» … Больной начинает мстить тем, кто еще вчера вторил ему, отрицая диагноз …».

Исследователи объясняют причины такой агрессии и зависти следующим образом.

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «Проблема заключается в том, что лишь немногие люди пытаются поставить себя на место больного и представить, что может означать эта раздражительность. Скорее всего, мы чувствовали бы то же самое, если бы наш привычный образ жизни прервался так преждевременно. Все, что мы начали создавать, останется незавершенным или будет закончено другими. Заработанные тяжким трудом средства, которые были отложены, чтобы насладиться несколькими годами отдыха и удовольствий, путешествий и любимых занятий, теперь воспринимаются как наследство, предназначенное не для нас. И что делать с этой злостью? На кого ее выплеснуть? Только на тех людей, которые, вероятнее всего, воспользуются плодами наших трудов. На тех, кто деловито пробегает мимо и этим словно напоминает, что мы уже не можем встать на ноги. На тех, кто назначает неприятные лечебные процедуры и затягивает срок нашего пребывания в больнице, сковывает нас ограничениями и запретами, берет за это деньги, а вечером отправляется домой и радуется жизни. На тех, наконец, кто приказывает нам лежать спокойно, чтобы все эти иглы для вливаний и переливаний не сдвинулись с места, хотя мы готовы из кожи вон лезть, лишь бы сделать еще одно движение и убедиться, что мы еще на что-то годны! На чем бы ни остановился взгляд больного в этот период, всюду он видит поводы для недовольства. Включая телевизор, он видит группу веселых молодых людей, исполняющих какой-то современный танец, что невероятно раздражает пациента, ведь все его движения болезненны и скованны. Переключая каналы, он натыкается на вестерн, где хладнокровно убивают людей, а свидетели этого продолжают потягивать пиво — глядя на них, пациент сравнивает зевак со своей родней и сотрудниками больницы».

А теперь рассмотрим, что говорят святые отцы о гневе и зависти, и вполне понятно, что в их учениях мы не встретим подобного оправдания людей, пусть даже и смертельно больных.

Во-первых, самой главной страстью многих людей, конечно, является гордость, которая непосредственно связана с завистью и самолюбием.

Иоанн Златоуст (т.7,ч.2, беседа 65): «Гордый, одержимый всеми страстями, пресмыкается как червь в грязи. И зависть, ненависть и гнев постоянно волнуют его душу».

Паисий Святогорец (Страсти и добродетели, ч.4, гл.1): «(Вопрос)…из чего состоит зависть? (Ответ) Чего только в ней нет! Гордость, эгоизм есть, самолюбие есть... Нет любви и нет, естественно, смирения. - Значит, … в том, кто завидует, не может быть любви? - Конечно, не может! Невозможно, чтобы в одном человеке уживались одновременно зависть и любовь. Если даже у него есть немного любви, любовь его нечистая, потому что в этой любви есть его «я»».

К сожалению, эти страсти не оставляют человека даже при смерти и могут продолжать его волновать до последних дней жизни.

Во-вторых, следует отметить, что зависть может выражаться не только с гневом или раздражением, а и сопровождаться печалью.

Изречения старцев (Отечник Игнатия Брянчанинова): «Гневом омрачается ум человека … если завидует (ближнему)».

Тихон Задонский (Об истинном христианстве, кн.1, § 250): «О благополучии ближнего скорбеть и о радости унывать — дело зависти».

Прискорбно то, что гнев, зависть, ропот и т.п. только отягчают и без того тяжелое состояние человека.

Ефрем Сирин (Слово о добродетелях и пороках): «Горе завистливому; потому что сердце его всегда изнемогает от печали, тело снедается бледностью и силы его истощаются».

Макарий Оптинский (Письма к мирским особам): «...Только опасайтесь ропота и малодушия, ибо чрез них те же самые скорби тяжелее бывают».

Страшно и то, что когда болеющему завистливому человеку оказываются различные услуги, то он может еще более гневаться.

Василий Великий (Беседы, беседа 11): «…завистливые еще более свирепеют, когда оказывают им услуги».

В-третьих, вышеприведенное объяснение исследователей о причинах зависти явно показывают некоторые страсти и пристрастия людей, например: миролюбие, сребролюбие, многопопечительность, саможаление, малодушие и т.д. И поэтому святые отцы говорят:

Василий Великий (Там же, беседа 11): «…кто не поражается мирским как чем-то великим, к тому никогда не может приблизиться зависть».

В-четвертых, тот факт, что зависть испытывает смертельно больной человек, ни в коей мере не оправдывает душу, т.к. добродетель смирения или любви не зависят ни от телесного состояния человека, ни от любых скорбей.

Тихон Задонский (Об истинном христианстве, кн.1, § 79): «Смиренный же завидовать не может, ибо видит и признает свое недостоинство, прочих же достойнее себя считает».

В противовес такой зависти, приведем пример другого чувства: истинные христиане, ожидавшие и желавшие смерти, чтобы соединиться с Богом, во-первых, не завидовали живым и здоровым, а, во-вторых, когда слышали о чьей-то кончине, то печалились о том, что они еще живут, и испытывали к умершим людям чувство похожее на зависть.

Георгий Задонский (Письма, п. 1. 121): «Помяни нас, Господи, во Царствии Твоем. И у меня слеза прокатилась, когда унылый звук колокола выразил печаль вашу. Тогда вырубленный гроб мой (в келье своей Георгий Затворник поместил гроб – для памяти смертной и назидания приходящим) вещал мне, что он также, в свою очередь, имеет восприять и меня в свои тесные объятия; и я, по слабости моей, заплакал, что не скоро дождусь конца разрешения моего от заклепов плотской тяжести! Грубое тело мое, сопряженное с нежною душою, всегда обеспокоивает ее своею тяжестью и пожеланиями; земное — земными удовольствиями ищет усладить себя и тем причиняет досаду стесненной душе моей, лишая ее чистых созерцаний неба. Сознаюсь, я близок к зависти, что предупреждают меня спокойно разрешающиеся души. Они счастливее всего мира…».

К сожалению, многим из нас трудно даже понять такое чувство, а не то, что так чувствовать …

Гнев от гордости, потерявшей чувство своей силы и власть над другими

Хотя следующие наблюдения исследователей не совсем связаны с вопросом о гневе людей, исходящем от их отношения к смерти, но не хотелось бы оставить их без внимания, т.к., возможно, многие из нас смогут увидеть себя в этом наблюдении. Поэтому далее мы все же скажем о том, как тяжело принять смерть и свою беспомощность гордому человеку.

Так, исследователи указывают и другую причину гнева – гордость, потерявшую былую власть (об этом мы говорили в теме «Раздражительная сила. Страсть гнева», в разделе «Скрытые причины гнева, происходящие от страстей тщеславия и гордости»).

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «Еще одним трудным пациентом был мужчина, который всю жизнь руководил людьми. Когда ему пришлось расстаться со своей властью, он откликнулся на это раздражением и гневом. … Г-н О. был обеспеченным и удачливым предпринимателем … (и) заявлял, что все зависит только от него…. Однажды в мой кабинет со слезами на глазах вошла его жена. Она сказала, что уже не выдерживает. Ее муж всегда был тираном, жестко следил за делами и домашним бытом. Теперь, лежа в больнице, он отказывается рассказывать кому бы то ни было о текущих деловых операциях. Он рассердился на жену, когда она пришла его проведать, и впал в неистовство после того, как она попыталась расспросить его о делах и что-нибудь посоветовать. Г-жа О. попросила помощи, она не знала, как справиться с властным, требовательным и деспотичным человеком, который отказывается признать ограниченность своего положения и не отвечает на вопросы, настоятельно требующие решения. Мы объяснили г-же О. (на примере его стремления обвинять в своем «недомогании» только себя), что ее муж хочет управлять любыми обстоятельствами. … Для консультантов, психиатров, священников и сотрудников больницы работать с такими пациентами особенно трудно …. Именно эти пациенты обычно больше всего страдают от одиночества, не только потому, что общаться с ними очень тяжело, но и по той причине, что первое время они вообще отказываются от общения и соглашаются на него только на своих условиях. В этом смысле богатому, преуспевающему и властному человеку, «важной персоне», намного тяжелее, чем другим пациентам, поскольку он лишается именно тех преимуществ, которые тешили его всю жизнь. В конечном счете, все мы одинаковы, но господа просто не могут с этим согласиться. Они сражаются до самого конца и часто упускают возможность покориться смерти, смириться с окончательным исходом. Они вызывают у окружающих отторжение и раздражение, но, по сравнению с другими умирающими, пребывают в самом отчаянном положении…».

Как видим, этого наблюдения вполне достаточно, чтобы увидеть страшное состояние гордой души, которая, стараясь сохранить свою власть и самозначимость, мучает себя и окружающих ее людей. Но все же приведем поучения святых отцов об этом.

Во-первых, отметим, что властность связана с вышеупомянутой завистью, гордостью, гневом, с презрением других людей и т.п.

Иоанн Златоуст (т.11, ч.2, беседа 2): «…от зависти же происходит властолюбие…».

Феофан Затворник (Письма о разных предметах веры и жизни, п.77): «Гордость идет об руку с властолюбием, командованием и презрением других».

Авва Фалассий (Добротолюбие, т.3, сотня 4-я, ст.29): «гордости (свойственно) уничижать других и гневаться».

Тихон Задонский (т.5, слово 22): «Гордый человек всячески ищет чести, славы и похвалы. Он всегда хочет показаться нечто, и другим указывать, повелевать и начальствовать, а если кто препятствует его желанию, на того сильно гневается и злобится».

Во-вторых, при такой степени гордыни человеку очень тяжело воспринимать любые скорбные обстоятельства (в том числе и болезни, а тем более приближение смерти) и поэтому проявляет агрессию и в определенной мере безумие.

Тихон Задонский (т.5, Письма келейные, п.66): «…великое зло - властолюбие! Человек хочет другими владеть, но сам собою владеть не может».

Тихон Задонский (т.5, слово 22): «(Гордый человек) при уничижениях, презрении, в бедах и напастях не терпит, негодует, ропщет, а часто и хулит».

Иоанн Златоуст (т.7, ч.2, беседа 58): «Подлинно, нет ничего хуже высокомерия. Оно лишает нас самого обыкновенного благоразумия, выставляет глупцами, или, вернее, и совсем делает безумными».

Иоанн Златоуст (т.11, ч.2, Толков на 2 Фессал., беседа 1): «Человек надменный постоянно сокрушается скорбью, постоянно досадует, постоянно сетует. Ничто не может утолить его страсти. Если бы даже он видел, что царь униженно преклоняется и благоговеет пред ним, то и тогда не удовлетворился бы этим, но еще более воспламенился бы».

К сожалению, у гордых людей приближение к смерти и тяжелые телесные страдания могут усугублять их зло.

Игнатий Брянчанинов (Советы относительно душевного иноческого делания, гл.31): «…скорби и искушения действуют гибельно на сынов погибели! Зло низлагает их; они не умеют победить его и прежние свои законопреступления навершают новыми законопреступлениями».

Такие люди сильно страдают от своей же страсти.

Лука Крымский (Объяснение великопостной молитвы преп. Ефрема Сирина, гл. Страсть властолюбия): «Что такое дух любоначалия? Это стремление первенствовать, властвовать над другими. … Часто, часто Господь карает их: несчастная страсть их кончается крахом. Они озлобляются, отказываются от общественной работы, уходят в семейную жизнь и замыкаются в ней. Но самолюбие и тут их терзает, а они терзают своих ближних, и нет покоя в их душе»

И в данном случае гордым людям в силу болезни приходится вынужденно отдаляться от работы, семьи, удовольствий и т.д. И если раньше их гордость имела удовлетворение путем своей значимости, богатства и т.д., то теперь она ощутила себя беспомощной перед лицом смерти и выражает это агрессией.

Гнев на Бога в форме ропота от неправильного отношения умирающего человека к Богу и к смерти

Далее будет рассмотрен вопрос о гневе на Бога, который может быть ропотом в мыслях или выражаться вслух. Сейчас мы рассмотрим, как и почему смертельно больной человек, имеющий неправильное отношение к смерти, может роптать на Бога; а о том, как по этой же причине человек может совершать самоубийство уже было сказано ранее.

О ропоте на Бога мы уже говорили в теме «Раздражительная сила. Страсть гнева», гл. 2 «О чувствах человека и направлениях гнева на себя, на Бога и на людей» в разделе «О богохульстве и ропоте», а также в главе «Печаль, связанная со смертью близких людей», в разделе «Печаль о смерти ближнего греховна, если сопровождается ропотом на Бога и на людей». Но сейчас кратко напомним, что говорят святые отцы на эту тему и приведем некоторые примеры из исследований.

Итак, гнев и ропот на Бога может происходить в разных ситуациях.

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 3-ей заповеди, грех: ропот на Бога): «Одни из людей … произносят ропот на других: «зачем же это Бог отнимает (чрез смерть) мать у стольких малолетних детей?» Третьи смущаются промыслительными действиями Бога в истории целого человечества в какое либо данное время: «зачем допускались войны..., зачем бывают нужды людей?»».

Вполне понятно, что приближение смерти и телесные страдания, с этим связанные, также могут вызвать гнев на Бога.

Приведем следующий достойный внимания факт исследований:

Интернет – источник: «Интересно, что за несколько лет своих исследований американские ученые не обнаружили ни одного случая, когда бы умирающие, считающие себя неверующими, не заговорили, может быть и в сердцах, и с упреками, о Боге».

(Об этом мы также говорили в главе «Печаль, связанная со смертью. Предсмертные состояния людей», в частности в разделе «О возможном предсмертном раскаянии и покаянии неверующих, маловерующих или верующих людей, постоянно согрешающих тяжкими грехами», а также скажем и позже)

Далее. Исследователи отмечают, что человек может сразу начать роптать на Бога за то, что ему послана смерть. А иногда происходит так, что человек вначале гневается на людей, а затем понимает, что он гневается на Бога.

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «Во время следующего посещения (одной больной) я услышала целый ряд озлобленных и придирчивых замечаний в адрес медсестер, психиатров и всех остальных; после чего г-жа А. призналась, что испытывает зависть к молодым и здоровым людям и, в особенности, ко мне, так как я, по ее мнению, имела все, что только можно желать. Когда она поняла, что ее не собираются бросать в одиночестве, хотя временами она становится очень трудным пациентом, г-жа А. еще острее осознала причину своего гнева и без обиняков заявила, что это злость на Бога, который позволяет ей умереть молодой и бездетной».

Также исследователи отмечали следующий факт: некоторые люди начинают гневаться и на другого человека, и на Бога, когда ему говорят о смирении перед волей Божией.

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «(Наблюдение одной пациентки) Я хочу кое-что рассказать. Одна пациентка сказала мне: «Не приходи, чтобы сказать мне, что моя болезнь — Божья воля». Раньше я никогда не думала, что такое замечание может кого-то обидеть. Это была двадцатисемилетняя женщина, мать троих детей. Она сказала: «Ненавижу, когда мне об этом говорят. Я знаю только то, что это нестерпимая боль. Когда тебе больно, каменное лицо не сделаешь». В такое время человеку лучше сказать: «Ты очень страдаешь».

(К сожалению, и не у всех христиан получается успокоить свое недовольство, ропот, малодушии словами о благой воле Божией)

Конечно, у человека, который вовсе не верит (и даже не сомневается) в не существовании Бога, в бессмертие души, в Суд Божий и т.п. не будет гнева и ропота на Бога.

А теперь рассмотрим некоторые причины гнева и ропота смертельно больных людей, направляемых на Бога, по причине их отношения к Богу и к смерти, т.к., как мы будем рассматривать позже, отношение человека к смерти напрямую зависит от веры в Бога, в бессмертие, в Суд Божий и от отношения к этой земной жизни. И сразу отметим, что ропот и недовольства, направленные к Богу, эмоционально могут выражаться по-разному: от гневной категоричной претензии до вопроса с сожалением, и в последнем случае речь идет не так о гневе, как о печали.

Гнев и ропот на Бога у смертельно больных неверующих или маловерующих людей по причине не познания Бога

Далее кратко скажем, какими словами может выражаться гнев и ропот на Бога у смертельно больного неверующего или маловерующего человека.

Люди, не знающие Бога (и, как правило, даже не читавшие Библию и никогда не ходившие в церковь), думают и говорят приблизительно так (прости, Господи, что привожу такие безумные слова): «Зачем мне нужен такой Бог? Ничего Он мне по факту не дал, а только всё отнимал и продолжает отнимать. Никогда Он мне не помогал, а вот мешал - почти всегда. Из-за Него все мои надежды и желания не оправдались» и т.д. (Интернет – форум). Надеюсь, эти и подобные слова вызывают у вас такое же отвращение, как и у меня, поэтому более не будут приводиться эти богохульства; их и так уже достаточно, что увидеть безумство людей, обвиняющих Бога, когда они сталкиваются со скорбями. Да приведет их Господь к познанию истины и спасет их!

Приведем пример, как может звучать подобный ропот и хула, который приводится на одном из Интернет форумах, где задаются вопросы священнику. Отметим, что так говорит человек, неверующий и не знающий Бога. Мы приводим эти слова для того, чтобы увидеть в себе: а не бывает ли у нас таких мыслей или чувств, когда нам плохо и мы себя жалеем. (Спаси, Господи, и сохрани от таких мыслей!)

Интернет – источник: «Скажите, пожалуйста, что бы Вы могли ответить на мою жалость к себе? Вопрос состоит в следующем: иногда, когда мне плохо, я говорю, что если Бог бы не создал всё, то я бы сейчас бы не болел и не мучался! Если бы не Он, то не было бы горя и страданий! Есть даже атеистический анекдот, о том, что лучше б Ною было утопиться со всеми! Я, конечно, не хочу, чтобы Ной был убит, но и не хочу, чтобы он плодил грешников, которые должны в этой жизни только и делать, что спасаться и мучаться, редко доставляя себе наслаждение-счастье! …Почему глупое существо незнающее толком ничего само, то есть само несколько лет от роду, зачинает детей, если не умеет владеть даже собой? Почему люди плодятся даже в самых отвратительных условиях? У меня нет веры! Мне нужны чудеса и объяснения, почему я должен с детства натыкаться на всякие грабли? Почему совершив ошибку в молодости, она терзает тебя всю жизнь? Почему я должен страдать от врождённой глупости, почему ангел с детства не обучал и не предостерегал меня? Почему Высшие силы смотрят и не помогают и допускают боль в наших сердцах? Всё узнаётся по плодам его! Мне плоды Боговы эти горьки! Ибо я вижу слёзы! Мы же не игрушки! Если я и нарушил заповедь, то я же не проходил в Небесной канцелярии курсов по примерному поведению! Им там может всё понятно, а мне нет! Мне трудно нести свой крест, который я не понимаю, зачем человеку сдался? Если бы я был Богом, то я бы всем людям помог! Ни кто бы у меня не болел! И не плакал от горя! Ну а если я не прав, так, скорее всего, и есть, то не понимаю того, что хочу понять! И скажите, пожалуйста, почему всё так?».

Как видим, человек обвиняет Бога и в том, что Он всё создал, и в том, что из-за Него все страдают, и в том, что люди не могут просто получать различные наслаждения, а должны заниматься спасением своей души. Также отчетливо видно, что человеку не нужен Бог, и сам человек считает себя справедливее и гуманнее Бога и т.д.

Конечно, такой открытый ропот и богохульство вряд ли будет звучать из уст христианина, но, возможно, когда нам плохо, некоторые эти слова все же могут возникнуть в наших не смиренных сердцах…

Мы не будем подробно говорить о неверующих людях и по причине того, что вопрос неверия в Бога или не познания Его является очень обширным, и нас сейчас интересует реакция гнева смертельно больных людей на Бога, поэтому только кратко отметим некоторые моменты.

Вообще христианское учение говорит о состояниях разум у таких неверующих людей следующее:

Феофан Затворник (Начертание христианского нравоучения, В.аа.1): «…в разуме, пребывающем в отдалении от Бога и благодати Его, знание о мире духовном, которое он достает из развития идей предположительного достоинства и способами неверными и ненадежными. …У человека, работающего страстям, Слово Божие видит «омрачение» (Еф.5:11— 18), «тьму» (Еф.5: 8-10), «неведение Бога и Христа» (Еф.2:12; Деян.3:13); для него сокрыта «истинная мудрость» (2Кор. 4:4), и он не «может разуметь» (1 Кор. 2:14)».

А также называет три основных ложных мнения о Боге.

Иоанн Максимович (Илиотропион…, кн.1, гл.1): «Неправые сердцем, т.е. развратившиеся в сердце своем, держатся трех ложных мнений: 1) или что нет Бога; 2) или Бог неправеден, когда Ему все то (о чем обыкновенно говорят развратники и развращенные) есть благоугодно и любо, и он все то допускает; 3) или Бог не управляет делами людей, и не имеет никакого о них попечения, или заботливости. Эти три мнения ложны и составляют величайшее нечестие против Бога».

И конечно, такие люди при приближении смерти или вообще не будут вспоминать о Боге, т.к. не верят в Него, или будут обвинять Его в неправедности и несправедливости, возможно испытывая ненависть к Нему.

Гнев и ропот на Бога, говорящий о Божией несправедливости и неправедности

В разделе «Гнев от зависти к живым и здоровым людям» говорилось, что некоторые люди считают, что несправедливо, что умирают они, а не другие люди. Это мнение они могут направлять и к людям, и к Богу, и в никуда, подразумевая или судьбу, или жизнь и т.п. Вот что говорит христианское учение о таких словах о несправедливости, направленных к Богу.

Блаж. Августин (О 83 различных вопросах. В.82): «…лишь тот может сказать, что все это происходит несправедливо, кто, полагая, что существует лишь та смертная жизнь, которую ведем мы ныне, не верит в предсказанное Богом грядущее. И таковой понесет тяжелейшие кары за упорное пребывание в грехах и свое неверие».

Иоанн Максимович (Илиотропион…, кн.1, гл.1): «…строптивы, развращены и неразумны сердцем те, которые обо всем, что встретилось им потерпеть неприятного или злостного, говорят: «мы страдаем несправедливо», вменяя это Богу, по воле которого они страдают, или, если не дерзают явно приписывать несправедливости Богу, то не верят в Промысел Божий о мире, и таким образом отнимают у Бога управление миром. «Не может он делать неправды, - говорят они, - однако несправедливо то, что я страдаю, а другой не знает никакой беды; я знаю, что я грешен, но, сказать правду, есть же и горшие меня грешники, но они веселятся, а я страдаю. Это несправедливо, что худшие меня живут во всем изобилии радостей и удовольствий, а я, хотя и без порока или мало чем-либо грешен, живу в великой скорби и во всегдашних нападениях и обидах, а это есть явная несправедливость. А так как мне хорошо известно, что Бог не творит неправды, а неправда существует в мире, потому заключаю, что Бог не управляет делами человеческими и не заботится о нас».

Примечательно то, что такой ропот о несправедливости свойственен не только маловерующим людям, но и полу-христианам, когда они сталкиваются со скорбными обстоятельствами. Разница лишь в том, что неверующие люди говорят об этом открыто, а наши души могут так чувствовать…

Инок Агапий (Грешников спасение, ч.1, гл.3): «Когда к ним (особенно к женщинам) приходит какое-то зло или беда, они обращают гнев свой против ближнего и становятся неистовы против Промысла Божия и справедливости Его. Они безумно говорят, что в некоторых случаях Бог судит несправедливо. То есть, когда умрет родственник, или возлюбленный, или на него падет какое-то зло, или даже болезнь, они не благодарят, но проклинают день, когда родились, и с отчаянием жаждут смерти. Они испытывают боли и жалуются, что никак не выйдут из скорбей и мучений, а иногда, ослепленные, предают себя бесу, хулят и клянут себя. Все это — хула на Господа. Здесь они совпадают с мучимыми в аду, как будто хотят стать совладельцами их участи».

И как уже отмечалось ранее, также ропотом человек обвиняет Бога в неправедности.

Максим Грек (Догматические сочинения, сл.18): «При нашествии же печальных обстоятельств, обвиняем в этом Бога, как создателя зла».

Ропот от не смирения самости, имеющей свои желания о смерти и о дальнейшей жизни, отличные о тех, которые посылает Бог

Обычно мы, грешные, сталкиваясь со скорбными обстоятельствами, считаем:

Иосиф Ватопедский (Ватопедские оглашения, гл.22): «…будто нечто должно было случиться не так, как случилось».

Мы даже не задумываемся, что это только по нашему мнению произошло что-то не тогда, неправильно и ошибочно, и забываем, что у Господа нет случайностей и недоразумений.

Еп. Гермоген Добронравин (Утешение в смерти близких сердцу): «… этот ропот недостоин человека. Эти слезы преступны. Эти вздохи ненавидит Бог. Вы ропщете на Провидение за то, будто оно так неблаговременно потребовало от вас жертвы. Неблаговременно?... Что вы!... Только у нас на земле то или другое бывает не в пору, не вовремя. На небе - не так! Там нет слов «рано» или «поздно», там всему свое время!».

Это мы забыли, что всем людям положено умереть, и это мы сами обнадежили себя, что все будет так, как нам хочется, что мы или наши близкие будем жить долго, а если и умрем, то лучше быстро и безболезненно; к тому же у грешного человека может быть иллюзия собственного бессмертия. Вот как это факт описывают исследователи.

Гнездилов А. В. (Путь на Голгофу): «Мы часто проводили психологический эксперимент, как среди больных, так и среди здоровых людей, задавая один «запретный» вопрос, — как кто из них хотел бы умереть? При всем разнообразии ответов, тем не менее, была выявлена общая, наиболее часто встречающаяся тенденция, которую тезисно можно сформулировать так: умереть — быстро, легко и красиво. Понятие желаемой «быстроты» можно расшифровать, как желание умереть безболезненно. Зачастую «быстро» означает «незаметно для самого себя», — умирать, не зная, что ты умираешь. «Легко» — также подчеркивает безболезненность, но одновременно и предполагает положительное эмоциональное состояние, как, например, в окружении близких людей, в обстановке благожелательности. Заявленное понятие «красоты» умирания может показаться несколько странным, но, тем не менее, многие люди заявляли, что «если уж умирать, так красиво». Некоторые предполагали умереть на берегу моря, во время шторма, другие говорили о желании подняться на гору, увидеть там закат и умереть вместе с ним, иные мечтали умереть в саду в пору весны. Возвращаясь к реальности, мы, к сожалению, можем констатировать, что чаще всего наши пациенты умирают медленно, тяжело и в отсутствии какой бы то ни было эстетики».

А вот еще одно рассуждение этого ученого.

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «Понятие быстроты — это временное понятие, оно связано с качеством. Именно качество проживаемой жизни дает больному желанное ощущение быстроты («незаметности») умирания. Вспомните простой пример из обыденной жизни: когда «все хорошо», тогда и время летит незаметно, быстро. В этом же ключе возможна и расшифровка незаметности: незаметно, потому что страшно. Смерть порождает в человеке ужас, и не зря античность оставила нам образ Медузы-Горгоны, один лишь взгляд на которую убивает любое живое существо. Интересно, что «тяжесть, страх и болезненность» атеистами и верующими связываются именно с ситуацией перехода. Само пребывание в «небытии» или «ином бытии» уже не порождает столько проблем в сознании. Эстетика или красота смерти имеет явно компенсирующее значение, так как несет самостоятельный смысл. Возьмем ли мы гибель Пети Ростова из «Войны и мира» Л. Толстого, или смерть героини романа Ремарка «Три товарища», — элементы героики, подвига или жертвы поднимают человеческий дух над обстоятельствами, которые не преодолеть. Кроме того, определенный ритуал умирания, эстетичность сферы — словом, «красота», какой она видится больному, придает смысл самой нелепой смерти. О красоте применительно к смерти свидетельствуют многие философы, в том числе и Виктор Франкл. Наконец, желание умереть дома являет собой как бы комплекс всех чаяний, ведь дом — это и окружение знакомых лиц и предметов, и тепло твоих рук, вложивших жизнь и настроение в быт, и любовь тех, кто является твоей семьей. Вероятно, главным негативным фактором госпитализации является депривация (лишение) любви, которую заключает в себе дом как таковой».

Конечно, нельзя сейчас не сказать о том, что христиане также постоянно обращаются к Богу с прошением о смерти мирной, непостыдной и безболезненной. Такое желание отличается от мечтательного желания неверующих или маловерующих людей (и об этом мы скажем в разделе о том, как умирающий должен готовиться к смерти при приближении смерти).

Далее. Самость, мнящая себя управляющей жизнью, также гневается и ропщет, когда скорая смерть нарушает ее планы. В отношении лишения надежды на продолжение жизни есть следующее типичное выражение:

Интернет – источник: «Как только я узнал о своем состоянии, я был очень разгневан, что у меня отняли будущее».

Также люди ропщут по причине нежелания расставаться с близкими людьми, с увлечениями, работой, вещами и т.д. (и об этом мы уже говорили).

Ропот на Бога о тяжести своего креста

Также известно, что при скорбях верующий человек может жаловаться на тяжесть своего креста. О терпеливом несении своего креста мы будем говорить позже, и поэтому приведем откровение Божие, которое обличает неправость таких жалоб и претензий к Богу.

Иоанн Максимович (Царский путь Креста Господня…, ч.2, гл.7): «(Ангел сказал Ставрофиле) перестань скорбеть. Лучше болезнями и трудами сокрушаться ради спасения, нежели сохранять здравие тела на погибель души. Сколько понудишь себя, столько и приобретешь, и насколько предашься расслаблению, на столько лишишься будущих воздаяний. И так избирай сама, что хочешь или то, что трудно, но полезно, или что доставляет отраду, но вредно. То увеличивает мздовоздаяние, это уменьшает, и даже лишает оного. (Ставрофила) Но эта тяжесть мне не по силам. (Ангел) Итак, по-твоему, превечная премудрость Божия не знает, что могут и чего не могут понести силы человеческие? …«Верен Бог, Который не попустит вам быть искушаемыми сверх сил, но при искушении даст и облегчение, так чтобы вы могли перенести» (1Кор.10, 13). Врач знает, почему одному больному дает более горьких лекарств, нежели другому: сего требует свойство болезни или организм больного. От острых мазей чувствуется боль, но они заживляют раны. И опытный врач не перестает пользовать ими, доколе не уврачует болезни, хотя бы больной и просил его переменить лекарство. Господь знает, кого и как врачует, и потому больной не советы должен подавать Ему, а покориться, если желает исцеления (Блаж. Августина на Пс.88). «Увы, - говорила, воздыхая Ставрофила, - отяготела на мне десница Господня, и я изнемогаю под столь великим, столь тяжким, и столь скорбным крестом». (Ангел) Ты противишься Духу Божию, рекшему устами Св. Апостола: «не стужаем си», т. е. мы не должны унывать, «если внешний наш человек и тлеет». Почему же? Потому что тогда то «внутренний со дня на день обновляется. Ибо кратковременное легкое страдание наше производит в безмерном преизбытке вечную славу» (2Кор. 4,16,17). И так перестань роптать и говорить: «велик мой крест, тяжел мой крест, не могу переносить столь тяжких и продолжительных страданий». Что ты терпишь, то Апостол считает маловременным и легким. А ты еще не принимала таких тягчайших и многочисленных ударов, какие переносил от иудеев Апостол, не проводила дня и ночи в глубинах морских, не трудилась паче всех… Видишь ли, что все временные страдания недостойны славы грядущей! Все, что есть в них печального, кратковременно и легко; а что есть славного — вечно; и велика выше всякой меры слава на небесах».

Исходя из этого, запомним, что это не крест тяжел, а мы - малодушны и маловерны.

Макарий Оптинский (Письма к монахиням): «...Господь измеривает каждого силы и посылает крест, а изнеможение в оном происходит от нашего малодушия».

Игнатий Брянчанинов (т.1, Крест свой и крест Христов): «Терпеливое несение креста своего есть истинное зрение и сознание греха своего. В этом сознании нет никакого самообольщения. Но признающий себя грешником, и вместе с тем ропщущий и вопиющий с креста своего, доказывает тем, что он поверхностным сознанием греха лишь льстит себе, обманывает себя».

О ропоте на Бога и вопросах к Нему «за что и почему» послана какая-либо скорбь

Многим из нас известно, что в тяжелых скорбных ситуациях у нас появляются вопросы к Богу «за что мне это?» и «почему?». Мы уже не раз говорили, что эти вопросы относятся к хулениям Бога и ропоту на Него.

Тихон Задонский (Об истинном христианстве, кн.2, §316): «Хулится имя Божие роптанием против Бога, что бывает в несчастии и бедах. Есть обычай так роптать: «Что я сделал? Чем я согрешил? Неужели я самый грешный из всех?» — и прочие безумные речи. Ибо как все, так беды и напасти не без Промысла Божиего приключаются. А потому кто в бедах ропщет против Бога, хотя и не называет Его неправедным, но делом и негодованием своим показывает, что как бы неправедно посылаются на него напасти от Бога».

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 3-ей заповеди, грех: ропот на Бога): «Ропот не заключает, еще в себе ненависти к Богу: но он выражает гнев-досаду на самого Бога. Очевидно, он напрасен и безрассуден; «кто познал ум Господень? Или кто был советником Ему?» (Римл.11,34). Он составляет дерзость пред беспредельным величием Божиим: как же человек, всецело зависящий от Бога, может требовать себе отчета в действиях Божиих?».

Нельзя не сказать о том, что естественным является то, что человек не желает любых скорбных обстоятельств, будь то болезнь, стихийное бедствие, неприятности на работе и т.д. Но, как учат святые отцы относительно любой скорби, следует стараться не задавать вопросы типа: почему это случилось со мной.

Иосиф Ватопедский (Ватопедские оглашения, гл.22): «…будьте стойкими, не малодушествуйте и избегайте этого проклятого слова «почему», которое для нас, монахов, равняется богохульству. Неужели Бог Слово, Содержащий все в Своей власти, не управляет всем творением? Ведь без Его суда и решения ничто не может даже двигаться».

Но если все же возникает этот вопрос, то не следует ждать от Господа конкретного ответа; т.к. во-первых, если посмотреть, что отвечает Господь на подобные вопросы в Писании и откровениях, то увидим, что в этих словах нет четких ответов относительно каких-то отдельных неправильных поступков человека, которые желает услышать наша скорбящая и жалеющая себя душа.

Макарий Оптинский (Письма к мирским особам): «Ты, Которого неизреченной благости мы создание, скажи нам, почто жизнь нашу растворил горестями? Неужели Твое милосердие не трогается нашими страданиями? почто даешь мне бытие и потом восхищаешь оное мучительною смертью? «Не услаждаюсь Я, — вещает Бог, — твоими болезнями, о человек! но из семени скорбей твоих и твоих печалей желаю произрастить для тебя плоды вечного и величайшего наслаждения. Не в твоем единственно теле запечатлел Я закон смерти и разрушения, — запечатлел оный в каждом предмете сего видимого мира. Я заповедал всему миру вопить тебе, вместе с твоим телом, что жизнь сия не есть жизнь истинная и настоящая, что нет в сем мире ничего постоянного, к которому могло бы привязаться твое сердце любовью непредосудительною! Когда ты не внемлешь громкому гласу всей вселенной, тогда отеческое Мое благоутробие, непрестанно тебе желающее неограниченных благ, заставляет Меня поднять жезл наказания; тогда томлю тебя искушениями, измождаю недугами, угрызаю скорбями, дабы ты, оставив безумие, сделался премудр, оставив тени, за коими гоняешься, припал к стопам истины, и вместе к стопам спасения. Моя неизреченная благость и человеколюбие недомысленное заставили Меня восприять плоть; Моим уничижением Я доставил роду человеческому величие Божества (Ин. 14, 9). Претерпев крест ради спасения человеческого, кого хочу привлечь к Себе, того сперва поражаю скорбями и стрелами скорбей умерщвляю его сердце к временным сладостям. Жезл наказаний есть знамя любви Моей к человеку. Так некогда уязвлял Я страданиями сердце раба Моего Давида, и когда поток искушений отделил его от мира, тогда некоторое страшное размышление, некоторый расчет необыкновенный явились в уме его и заняли оный. «Размышляю о днях древних, о летах веков [минувших]» (Пс. 76, 6), то есть взглянул я на мимошедшие дни моей жизни, и они мне показались мгновенным сном, быстро исчезнувшим явлением, мертвою жизнью! Потом воспомянул о вечности; стал сличать ее с краткостью прошедшей моей жизни и, сравнив бесконечное с кратчайшим, временным, вывел результат; какой же результат сей? «Подлинно, человек ходит подобно призраку; напрасно он суетится» (Пс. 38, 7), т.е. сколько человек ни суетится, сколько ни заботится о разных временных приобретениях, однако все сие напрасно: ибо не престает он быть на земли некоторым кратким явлением, гостем, странником! Таковые чувства и размышления удалили его от мира страстей; он начал поучаться в законе Господнем день и ночь и стремиться к познанию себя и Бога, как жаждущий елень на источники прохладных вод».

Троицкие листки (Ст. 224): «Слово скорбящего: «За что так упорна болезнь моя, и рана моя так неисцельна, что отвергает врачевание?» (Иер.15; 18). «Нет мира в костях моих от грехов моих... я совсем поник, весь день сетуя хожу... я изнемог и сокрушен чрезмерно; кричу от терзания сердца моего!» (Пс. 37; 4, 7, 9). Слово утешающего: «Искушает тебя Господь, Бог твой, чтобы узнать, любишь ли ты Господа, Бога твоего, от всего сердца твоего и от всей души твоей» (Втор. 13; 3). «Плавильня — для серебра, и горнило — для золота, а сердца испытывает Господь» (Притч. 17; 3) «...Души праведных в руке Божией... хотя они в глазах людей и наказываются, но надежда их полна бессмертия» (Прем. 3; 1,4). «Блажен человек, которого вразумляет Бог, и потому наказания Вседержителева не отвергай...» (Иов. 5; 17)... «Господь, кого любит, того и наказывает; бьет же всякого сына, которого принимает. Если вы терпите наказание, то Бог поступает с вами, как с сынами. Ибо есть ли какой сын, которого бы не наказывал отец?» (Евр. 12; 6-7). «Будучи... судимы, наказываемся от Господа, чтобы не быть осужденными с миром» (1 Кор. 11; 32)».

И, во-вторых, не стоит задавать вопросов «почему и за что?» потому что человек может сам давать ответы о конкретных ситуациях или ошибках, которые, возможно, не соответствуют или частично соответствуют истине. Поэтому будем смирять свою душу христианскими истинами, терпением и покаянием.

Иоанн Кронштадтский (Моя жизнь во Христе, п.1289): «Но все это терпи великодушно, как посланное тебе от Бога за грехи твои, и с разбойником благоразумным повторяй: «достойная по делом моим приемлю» (ср. Лк.23,41), да взирай мысленными очами на страждущего на кресте Спасителя».

Антоний Оптинский (Письма к разным лицам): «А когда б вы были всегда здоровы, по всему довольны и покойны, и веселы, то, кто знает, может быть, тогда и вы, якоже и прочии человецы, уклонились бы в рассеянную жизнь и жили бы по вкусу нынешнего века. Но Бог, предвидя все, предохраняет нас, как Отец Милосердый, от всего бесполезного и Ему неугодного. А посему не смущайтесь вы и не испытывайте, почему случается не то, чего хочется, а то, чего никогда бы не хотелось, ибо Бог лучше знает, что для нас полезнее — здоровье или нездоровье. А наш долг с детскою покорностью все принимать от Отца Небесного, хотя бы то было и горькое... и говорить: «Отче наш, да будет воля Твоя!», или так говорить, как один старец богомудрый говаривал: «пришла ко мне болезнь, слава Тебе, Господи! Болезнь моя увеличилась, слава Тебе, Господи! Болезнь моя сделалась неисцельною, слава Тебе, Господи! Ибо мне лучше быть на небе с Тобою, нежели с людьми на земле». А по сему примеру даруй, Господи, и вам все случающееся благодушно переносить, и за все благодарить, и Бог спасения будет всегда с вами».

И, как известно из опыта, некоторые из нас хотя и говорят: «по грехам моим», но на сердце все же остается тяжесть. Поэтому попросим Господа, чтобы у каждого христианина после слов смирения и покаяния приходил в сердце мир Христов!

Советы отцов о недопущении ропота на Бога относительно смерти

Исходя из вышесказанного, христианское учение учит следующему:

Инок Агапий (Грешников спасение, ч.1, гл.3): «Если ты боишься сопричислиться им, то смирись и склони свою голову во всех бедах, которые тебе посылает Господь. Принимай их из Божественной длани как лекарство, как микстуру, приготовленную мудрейшим и действенным Врачом, чтобы помочь тебе. Верь без колебаний, что Он посылает тебе искушения праведно, с великой мудростью, на пользу твоей душе».

Арсений (Жадановский) (Духовный дневник): «Не будем же предаваться ропоту, не будем жаловаться на то, чего мы изменить не можем. Будем принимать все в духе кротости, относясь благодушно к встречающимся неудачам и веря, что во всем есть светлая сторона. Испытания послужат нам на пользу и принесут нам мир душевный».

Иоанн Максимович (Илиотропион, кн.4, гл.6): «Все, что есть и бывает в мире, существует по воле Божьей…, следовательно, должно быть, и мы не должны противоречить в том Богу, но быть Ему покорным, и не дерзать порицать существующего (Бытия). Весьма хорошее дело - не противиться установленному Богом порядку общего течения мировой жизни, и следовать законам… Божьим беспрекословно, и охотно покоряться воле Божьей во всем. Тот мужествен, кто совершенно предал себя Богу; напротив малодушен тот и глуп (отродный, юродивый), кто хочет противодействовать событиям, происходящим по воле или по допущению Божиему, считая их злом и неустройством течения жизни, и хочет исправлять лучше дела Божьего промысла, чем самого себя. Он порицает (осуждает) дела Всевышнего и Его Божественный промысел и желал бы лучше, чтобы все устроено было иначе, чем самого себя вразумить и исправить. Все это поставило нас в ненормальное положение: мы не хотим жить, не хотим и умирать: жизнью скучаем, а от смерти страх удерживает, и все в наших желаниях непостоянно, изменчиво. Никакая самая благополучная жизнь не в состоянии вполне нас удовлетворить».

Феофан Затворник (Рукописи из келлии, Разрешение сомнений…): «Извольте же пресечь свои критические замечания на дела Божии. Все они близки к хуле на Бога... Вот эту речь: «зачем Бог так гадко создал эту смерть?» — как назвать? — Это прямая хула.— Кайтесь и плачьте! «Нужные люди умирают, а не нужные живут».— Кто вам сказал, что, если б шло дело по-вашему, было бы лучше?! — Я же верю, что было бы гораздо хуже... И что в отвращение сего худшего Бог сделал так, как случилось. Начните и вы так веровать,— и будете покойны... а главное, избежите греха хулы на Бога».

Также отцы говорят о том, что враг рода человеческого постоянно старается, чтобы человек похулил и возроптал на Бога и особенно когда человек телесно страдает; и, к сожалению, у него это выходит, особенно с людьми неверующими или маловерующими в Бога.

Иоанн Златоуст (т.1, ч.2, О Лазаре, сл.3): «Что делаешь ты, человек, произнося хулу на своего Благодетеля, Спасителя, Заступника и Промыслителя? Или не чувствуешь, что ты несешься к пропасти и ввергаешь себя в бездну крайней погибели? Неужели ты облегчишь свое страдание, если будешь богохульствовать? Нет, ты только увеличиваешь его и делаешь свое мучение более тяжким. Для того диавол и наводит бесчисленные бедствия, чтобы низринуть тебя в эту бездну; и если увидит, что ты богохульствуешь, то немедленно умножает и усиливает бедствия, чтобы мучимый ими, ты опять возроптал…»

(О ропоте при телесных страданиях скажем чуть позже).

Поэтому будем помнить, что:

Максим Грек (Догматические сочинения, сл.18): «Поступая так (обвиняя Бога), мы по необходимости должны будем лишиться заступления от Бога, и тогда уже врагу удобно будет овладеть нами и свести нас на дно ада».

О гневе смертельно больных людей, происходящем от тяжелых страданий

В этом разделе мы будем говорить о гневе людей при болях, и хотя мы рассматриваем тему о реакциях людей при приближении смерти, но сейчас все же скажем о реакциях людей на боли, которые могут быть и у смертельно больных людей, и у больных не к смерти. Далее мы будем говорить, во-первых, о том, что происходит с душой во время телесных страданий, во-вторых, о гневе при болезнях, происходящем от желания заботы о себе, и, в-третьих, о гневе от нетерпения физических страданий. Это во многом поможет и тем, кто сейчас страдает в болезнях, и нам, грешным, т.к. для того, чтобы иметь добродетель терпения и не малодушествовать при возможных тяжелых смертельных болезнях, надо учиться правильно, по-христиански, переносить скорби уже сейчас.

Заметим, что речь будет идти о поведении человека при тяжелых физических состояниях, к которым относится как боль, так и другие физические проблемы (но больше будем делать акцент на болях).

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «Здесь же следует отметить, что помимо боли у пациентов достаточно других тяжелых физических симптомов и связанных с ними проблем: тошнота, рвота, запоры, анорексия, кахексия, дегидратация, дисфагии, кашель, икота, гиперкальцемия, расстройства сознания и т. д. и т. п.».

Паисий Святогорец (Семейная жизнь, ч.5, гл.2): «…не следует забывать и о том, что, получая помощь по-человечески, люди, страдающие тяжелым заболеванием, испытывают великие страдания. Они вынуждены пройти через настоящее мученичество. Им надо пережить множество обследований, операций, пересадок органов, химиотерапию, облучение. Им продырявливают руки, для того чтобы поставить капельницу, у несчастных лопаются вены, их кормят по трубочке, через нос, они не могут уснуть...».

Далее кратко скажем о состояниях тела и души при физических страданиях и их взаимном влиянии друг на друга.

О страданиях вообще святые отцы говорят следующее.

Иоанн Дамаскин (Точное изложение православной веры, кн.2, гл.22): «Слово «страдание» имеет различные значения. Есть страдание телесное, каковы болезни и раны; есть, с другой стороны, страдание душевное, каковы похоть и гнев».

В данном случае мы будем говорить и о боли или других болезненных симптомах, как о телесном страдании, которые имеют влияние на состояние души. Также следует сказать и о том, что при физических проблемах, связанных с болезнями, душа может страдать не только от них, но и от своих страстей, таких как: гордость, самость, гнев, печаль, страх, злопамятство и т.д. И, конечно, эти страсти усугубляют, и без того тяжелое, состояние человека. Но, благодаря правильным душевным состояниям и действиям Божественной благодати, возможно и облегчение телесных страданий.

Несмотря на то, что телесные и душевные страдания людей достойны самого большого сожаления, сейчас мы все же поговорим о том, как у тяжело страдающих людей проявляются страсти. И, опять таки, отметим, что это делается для того, чтобы помочь людям, которые уже сейчас телесно страдают и к смерти, и не к смерти, увидеть свои ошибки, покаяться и учиться воспринимать болезни по-христиански; а тем, кто сейчас здоров, надеюсь, эти учения святых отцов помогут учиться терпению, мужеству и т.д., потому что:

Нравственное богословие Е. Попова (Грехи против 6-й заповеди, грех: Огорчение больному или недосмотр за ним в беспамятстве его…): «Если кто раньше не предрасположит себя к терпеливости, опасаясь как человек болезни, тому уже слишком трудно не огорчаться, когда заболеет: и вот такой больной огорчается от самых маловажных случаев, привязывается к каждой мелочи!».

(Да поможет нам Господь!)

Краткие описания внешних реакций на телесные мучения

Вначале приведем примеры исследований, описывающие внешние выражения телесных страданий, происходящих невольно.

Интернет – источник: «Те выразительные движения при боли, которые существуют, меняются в зависимости от ее силы. Дети, например, даже при слабой боли испускают сильные продолжительные крики, закрывают глаза, открывают рот и судорожно дышат. У взрослых реакция наступает при более сильной боли. При мучительной боли люди мечутся в страшных судорогах, крепко сжимают рот, стискивают зубы, издают пронзительные крики и стоны, скрежещут зубами. Если боль мучительна и долговременна, то появляется бледность, бросает в дрожь, силы приходят в упадок; возможны обморочные состояния и бред».

Но исследователи говорят, что подобные невольные движения, сопровождающие телесные страдания, могут сдерживаться людьми с сильной волей.

И. М. Сеченов (Рефлексы головного мозга, гл. 2, §12): «…человек под влиянием одних и тех же условий, внешних и нравственных, может произвести известный ряд движений, может не произвести их все и, наконец, может произвести движения совершенно противоположного характера. Люди с сильной волей побеждают, как известно, самые неотразимые, по-видимому, невольные движения; например, при очень сильной физической боли один кричит и бьется, другой может переносить ее молча, покойно (т.е. без сокращения мышц), без малейших движений и, наконец, есть люди, которые могут даже производить движения совершенно несовместные с болью, например, шутить, смеяться».

Также обратим внимание на следующий факт – некоторые исследователи отмечают, что невольные выражения боли, такие как, например, крик и стоны, не всегда показывают силу физического страдания; и могут говорить о некоторых чертах характера человека, таких как нетерпимость, малодушие или эгоизм.

Пирогов Н.И. (Основные начала моей полевой хирургии): «На перевязочных пунктах, где скопляется столько страждущих разного рода, врач должен уметь различать истинное страдание от кажущегося... Во время войны скоро приучаешься различать малодушных и эгоистических крикунов от истинных страдальцев. С первыми не нужно терять много времени; их крики можно прекратить не болеутоляющими лекарствами, а строгим выговором и повелительным тоном; им нужно дать почувствовать, что намерение их понято; им нужно указать на товарищей, которые спокойно и безропотно переносят свои страдания, хотя и не легче их ранены. Но, если сильный вопль и стоны слышатся от раненого, у которого черты изменились, лицо сделалось длинным и судорожно искривлённым, бледным или посиневшим и распухшим от крика, если у него пульс напряжён и скор, дыхание коротко и часто, то, каково бы ни было его повреждение, нужно спешить с помощью».

А теперь приведем пример, в котором есть разные проявления страданий: и невольные движения, происходящие от боли, и слова, которые сопровождают эти страдания, и отношение страдающего человека к происходящему вокруг.

Симеон Новый Богослов (Слово 67): «Внутренняя боль естественно заглушает у него всякую другую боль, и великое томление сердца не дает ему подумать о внешних ранах или взглянуть на них. Бывает даже, что он от великой боли и несносного мучения руками своими раздирает одежду свою и, забыв о ранах на теле, ногтями своими еще больше разрывает их, забывает родных и друзей и не оборачивается, чтоб посмотреть на человека, который бы случайно бранил его с ожесточением, не печется уже об имении и оставляет расхищать богатство свое всякому кто хочет, даже хлеба не ест и вина не пьет по причине безмерной боли своей, и тем, которые приглашают его к тому, с гневом отвечает: «подите все прочь от меня, смерть сокрушает душу мою, - еще немного, и, может быть, она совсем возьмет ее от меня; да я и не хочу больше жить в настоящей жизни, потому что смерть лучше жизни, какою я теперь живу в таких мучениях». - Не имея покоя, катается он по постели своей или сбрасывается на пол с большим криком и рыданиями, не обращая внимания на тех, которые смотрят на это безобразничанье, ни на тех, которые слышат крик его и осуждают его; очи его - два ручья, они больше изливают слез, нежели сколько смотрят. Такой человек ублажает всякого человека, как Ангела, ублажает и живых, и умерших, и тех, кои еще не родились в мир сей, и всякое бессловесное животное и всякое пресмыкающееся, - все это ублажает он и говорит: «воистину благословенны все твари Божии, потому что не имеют моих страданий, но проводят жизнь в здоровье и радости. Я один имею такую тяготу …»».

Читая эти описания, невозможно не содрогнуться и не сказать следующие слова:

Исаак Сирин (Новооткрытые тексты, беседа 5): «Да будут помянуты пред Тобою, Господи, … те, кто страждет от сильных болей и горьких телесных болезней; пошли им ангела милосердия и умиротвори души их, измученные сильными страданиями тел их».

От болезней и болей страдает не только тело, но и душа человека

Так как тело и душа связаны между собой, то:

Антоний Великий (Добротолюбие, т.1, 170 глав, ст.85): «Душа состраждет телу, а тело не состраждет душе. Так, когда тело рассекают, страдает с ним и душа, и когда тело крепко и здорово, соуслуждаются тем и чувства душевные».

Исаак Сирин (Слова подвижнические, сл.3): «…душа соболезнует телу по общению с ним, как и тело соболезнует душе; душа веселится при веселии тела, приемлет в себя и скорби его».

Так, при приятных физических ощущениях, душа испытывает положительные эмоции, например, от вкуса при принятии пищи или от физических ощущений при половом возбуждении.

Что касается боли, то современные исследователи, изучающие ее клинико-психологические аспекты, также говорят, что боль имеет два аспекта: физическая боль и эмоциональная реакция человека на боль.

Интернет – источник: «Боль является субъективным ощущением, зависящим не только от величины вызывающего ее раздражителя, но и от психической, эмоциональной реакции личности на боль».

Вот как говорят святые отцы о том, как на физическую боль реагирует душа.

Макарий Оптинский (Письма к мирским особам): «Страдает тело, страдает и душа».

Паисий Святогорец (Семейная жизнь, ч.5, гл.2): «…постоянные скорби и боли угнетают душу, и она охладевает».

Иоанн Дамаскин (Точное изложение православной веры, кн.3, гл.26): «…душа, будучи способною страдать, хотя и не рассекается сама в то время как рассекается тело — однако же, терпит и страдает вместе с телом».

Василий Великий (Слово о подвижничестве 2): «…вред душе (бывает) …когда от недугов изнурена, расслаблена и неподвижна, потому что душа при таком состоянии тела не имеет времени свободно возводить взоры горе, но по всей необходимости бывает занята ощущением боли и ослабевает, подавляемая злостраданием тела».

Игнатий Брянчанинов (Письма к разным лицам, т.7, п.28): «Пишу Вам, потому что вы находитесь в болезненном состоянии. Знаю на опыте трудность этого положения. У тела отнимаются силы и способности; вместе отнимаются силы и способности у души; расстройство нервов сообщается духу, потому что душа связана с телом союзом непостижимым и теснейшим, по причине которого не могут не влиять друг на друга душа и тело».

Лука Крымский (Сборник проповедей «Спешите идти за Христом», Исцеление гадаринского бесноватого): «…болезни — это самая тяжкая скорбь человечества. Много есть болезней страшных и мучительных, совершенно искажающих жизнь человека, мешающих ему жить и действовать, повергающих его в безграничную скорбь, в тоску, слезы и уныние».

Лука Крымский (Беседы на Евангелие. Блаженны плачущие, ибо они утешатся): «Больше всего и чаще всего плачут люди от страданий телесных и душевных: плачут тяжелобольные подчас от невыносимой боли, плачут люди и от тяжкой душевной скорби».

Те святые отцы, которые учили о трех составах человека, говорят, что при болезнях может страдать и дух человека.

Лука Крымский (Проповеди, т.2, О терпении. Неделя Крестопоклонная): «…человек состоит из духа, души и тела, и что все тяжелое в жизни нашей – болезни, скорби житейские, обиды и оскорбления – все переносим мы этим трехчастным естеством нашим – и духом, и душою, и телом. Физические боли, страдания от болезней воспринимаются, нередко в сильнейшей степени, душой и духом нашими».

А вот что говорят исследователи об этом:

Интернет – источник: «Боль лишает человека сил, подавляет и угнетает его психику, делает людей слабыми, немощными, беспомощными. Все помыслы человека, испытывающего боль, направлены на то, чтобы от нее избавиться, успокоить ее, заглушить всеми доступными средствами».

Итак, душа (и дух) при телесных болях может испытывать следующие состояния: соболезновать телу, или жалеть его; испытывать бессилие или расслабление; быть занята ощущением боли; не может здраво думать о чем-либо и возвести взор выше; а также может становиться бесчувственной к духовным деланиям и к Богу.

Кстати сказать, это взаимосвязь состояний души и тела положена в основу многих современных методик «победы над раком» и других болезней, а также методик по снятию боли (об этом будет сказано позже).

Душевные страдания от физической боли могут усугубляться страстями, укоренившимися в человеке

Следует заметить, что к физической боли при болезнях, и особенно смертельных, а также к тяжелым эмоциональным переживаниям души об этом могут добавляться различные страхи и страдания души, связанные с проблемами, возникшими из-за болезни Вот как об этом говорят исследователи:

Интернет - источник: «Психологический (аспект боли), включает в себя целый комплекс проблем. Это и социальная боль от потери своего статуса, нарушения контактов с привычной средой, трудовым ритмом и т. д.; и боль эмоциональная - от потери своей эстетической цельности, привлекательности, перспектив на счастье; это и боль от утраты своих финансовых возможностей, утраты возможных дивидендов и т.п.; наконец, это и духовная боль, связанная с утратой веры в справедливость мира; а также межперсональная боль, выражающаяся в страхе потерять любовь окружающих».

К этому следует добавить и возможный страх смерти, и нежелание умирать, а у христиан - и неправильный, непокаянный страх Суда (и об этом мы говорили в реакции «печаль о смерти и жизни»). Также в вышеприведенных разделах уже шла речь о том, что когда человек узнает о своей скорой смерти, то он, как правило, не желает умирать и, находясь в состоянии тяжелого душевного напряжения, гневается по любому поводу, завидует живым и здоровым, ищет виновных в своей болезни и сложившихся обстоятельствах и т.д. Ранее мы говорили и том, что некоторые смертельно больные люди долго не могут смириться с действительностью, а также впадают в отчаяние, осознавая, что ничего не могут изменить.

Но и это еще не все страдания, которые сопровождают смертельно больного или старого человека - их мучают их же привычные страсти, например: не любовь к людям, злопамятство, самолюбие, самоугодие, многопопечительность, сребролюбие и т.д. Так, если человек был гневлив и быстро раздражался, то при телесных недомоганиях он может чаще раздражаться, а если человек был склонен к печали, то он будет чаще впадать в саможаление; но часто бывает и так, что или по причине наличия имеющейся сильной страсти гнева, и такой же страсти печали, или при долгих телесных страданиях, в человеке начинает поочередно действовать то страсть гнева, то печали. Или если человек имеет старое злопамятство на ближнего, то при болезнях и других неприятностях оно будет еще более усугубляться и выражаться обидами, раздражением, осуждением и т.п.

И, конечно, душе, всё это испытывающей, приходится очень тяжело. К тому же, если страдающий человек не верит в Бога или маловер, то ему даже негде искать ни помощи, ни утешения.

Паисий Святогорец (Семейная жизнь, ч.5, гл.1): «…человек, который, не веруя в истинную жизнь, не веруя в Бога, не просит Его милости в терзающих душу испытаниях, пребывает в полном отчаянии. Жизнь такого человека не имеет смысла. Он всегда остаётся беспомощным, неутешенным и измученным в этой жизни, но кроме этого ещё и навеки осуждает свою душу. … Относясь к испытаниям по-мирски, люди мучаются. … В противном случае (если человек без остатка не предает себя Богу) жизнь человека превращается в муку: он хочет, чтобы всё в его жизни шло, как хочется ему самому. Однако всё идет не так, как ему хочется, и поэтому его душа не находит покоя».

Святые отцы четко говорят о том, что все страстные эмоциональные реакции души такие как гнев, печаль, ропот, ненависть, страх и т.д., еще более усугубляют боли и болезни.

Макарий Оптинский (Письма к мирским особам): «…смущенный же дух имеет влияние и на телесный состав и болезнь умножает».

Иоанн Златоуст (т.10, ч.2, беседа 15): «…скорбящий по причине болезни не только не избавляется от болезни, но еще усиливает ее».

Иоанн Златоуст (т.2, ч.1, Беседы о статуях, бес.5): «Впал кто в немощь и в самую тяжкую болезнь? Стал он сокрушаться; но болезни не уничтожил, напротив еще усилил ее».

Феофан Затворник (Мысли на каждый день года, неделя 2-я по пятидесятнице, среда): «Ропотливость не избавляет от беды, а только ее отяжеляет».

Лука Крымский (Проповеди, т.2, О терпении. Неделя Крестопоклонная): «…неверие, ропот на Бога, вопли и крики грешных людей только усиливают страдания их».

Инок Агапий (Грешников спасение, ч.1, гл.6): «Подумай, что твой грех (богохульства) совершенно не приносит никакой пользы не только душе, но и телу, однако вызывает другие грехи, повреждающие душу. … Скажи мне, человек: когда от множества скорбей и несчастий, или больших бед бес подстрекает тебя к богохульству, - то какую прибыль и пользу ты от этого получаешь? Какое наслаждение вкушаешь? Что особенного находишь? Разве боль становится легче оттого, что ты богохульствуешь? Разве твое страдание становится глуше? Разве врачуется твое несчастье и скорбь? Разве меньше стал ущерб? Ты не понимаешь, безумный, что твоя рана углубилась, а ущерб увеличился. Тогда было только одно страдание тела, от которого ты смог уврачеваться терпением; а теперь, богохульствуя, ты прибавляешь к нему новые раны и грехи, что увеличивает все прежние скорби и наказания».

(Кстати отметить, что исследователи также говорят о влиянии негативных эмоций на переживание боли и течение болезней)

Далее заметим, что святые отцы и многие исследователи говорят, что и страсть гнева, и страсть печали сами по себе изначально усугубляют физическое состояние даже здорового человека и приводят к болезням.

Никита Стифат (Добротолюбие, т.5, ст.60): «Печаль есть страсть тлетворная для души и тела и самых мозгов касающаяся».

Также напомним, что было сказано в рассматриваемой ранее теме «Раздражительная сила. Страсть гнева», гл.1, раздел «О внутреннем состоянии организма при раздражении и гневе».

Нравственное Богословие (Грехи против 6-ой заповеди, грех – раздражительность и ярость, умаляющие дни): «…в раздражительности есть …отличительная и свойственная черта: частовременность и как бы непрерывность гнева. Еще не успел человек успокоиться от первого гнева, и при новом поводе к нему снова гневается, как бы кипящая в горшке вода. Это-то самое и препятствует восстановлению его истощенных сил. Отсюда раздражительный, обыкновенно, болеет и худеет».

А вот, что по этому поводу говорится в научных источниках (БСЭ): «В так называемых конфликтных ситуациях эмоции животных и человека могут перейти в эмоциональные стрессы, при которых эмоциональные возбуждения из центров головного мозга через вегетативную нервную систему и железы внутренней секреции начинают непрерывно распространяться на периферические процессы. Это может привести к изменению функций различных внутренних органов и развитию неврозов, ишемической болезни сердца, гипертонической болезни, язвенной болезни желудка, экземы и т. д.».

Итак, страсти не только отягощают ощущения боли и болезни, а у здоровых людей способствуют развитию болезней, но и прибавляют грехи.

О связи гнева при телесных страданиях и разных видов печали - саможаления, нетерпения, малодушия

Мы уже не говорили, что гневу всегда предшествует огорчение или печаль.

Авва Серапион (Собеседования Иоанна Кассиана, гл.16): «...от печали (рождается) брюзгливость, малодушие, раздражительность, отчаяние».

И в данной ситуации такой порядок не является исключением.

Вообще святые отцы четко говорят, что страсть печали имеет следующий плод – человеку становится очень тяжело на душе, и он теряет благорасположение даже к тем, кого любит.

Иоанн Кассиан (Послание к Кастору…, кн.9, гл.4): «…по влиянию тонкого врага (печали) мы вдруг подвергаемся такой скорби, что не можем о обычною приветливостью принимать посещение даже любезных лиц и родственников наших, и что ни было бы сказано ими в приличном разговоре, нам все кажется неблаговременным и лишним, и мы не даем им приятного ответа, когда все изгибы нашего сердца наполнены желчною горечью».

И тем более это может происходить, когда человек болеет.

В вышеизложенном материале, когда речь шла о печали и различных типичных синдромах при болезнях, было видно, что люди находятся преимущественно в состоянии различных видов печали, таких как: страх, тревога, отчаяние, саможаление, обиды, чувство одиночества и др. Так, например, вначале человек чувствует себя очень несчастным и одиноким, испытывает страх, может плакать, а затем уже раздражается при некоторых обстоятельствах. Но бывает, что человек не раздражается, а остается в печали или скрытой вражде и обособленности.

Интернет – источник: «в стрессовых ситуациях, (человек) испытывает тревожность… (Она) нередко скрывается за другими эмоциями. Раздражительность, агрессивность, враждебность могут выступать в качестве реакций на вызывающие тревогу ситуации. Некоторые клиенты сами объясняют, что, когда они начинают испытывать напряжение, то становятся саркастичными, язвительными, трудно уживчивыми. Другие клиенты в подобных ситуациях, наоборот, становятся холодными, скованными, неразговорчивыми».

Также у разных людей гнев и печаль могут быть сильными или слабыми, долговременными или кратковременными.

Святые отцы четко говорят, что подобные реакции говорят или об отсутствии терпения, или об его умалении, и это усиливает саможаление, которое, в свою очередь, перерастает в раздражение.

Феофан Затворник (Толк. на посл. Римл.12, 12): «Где нет (терпения в истинном своем виде), там качествует саможаление, не любящее ничего прискорбного и не могущее мириться с ним. От того там прискорбное несут, но терпения не имеют, а лишь страдают, ропщут, осуждают всех и всё и горят местью».

Итак, как может выражаться печаль в виде саможаления, переходящая в гнев? Она может сопровождаться мыслями о потере здоровья и привычного образа жизни, о болях, о скорой смерти и т.д., и если в такие моменты человеку не нравятся чьи-либо слова или действия, то он, как правило, начинает раздражаться, говоря или думая, например, такие слова: «Как мне тяжело, а еще вы разговариваете…», или «мне и так плохо, а еще приходится и самому что-то делать». Причем подобные слова могут произноситься в никуда или к людям. Также исследователи отмечают, что одним из основных чувств умирающих людей является чувство одиночества, и гнев является его отчаянным криком.

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «…(больной) может посмотреть выпуск новостей, составленный из репортажей о катастрофах, войнах, пожарах и других трагедиях — но миру нет никакого дела до бед и проблем одного-единственного человека, которого вскоре окончательно забудут. И тогда пациент начинает делать все возможное, чтобы его не забыли: повышает голос, чего-то требует, жалуется и просит уделить ему внимание. Это просто последний крик: «Я еще жив, не забывайте об этом. Вы слышите? Я еще не умер!» Если к больному относятся с уважением и пониманием, уделяют ему время и внимание, тон его голоса скоро станет нормальным, а раздраженные требования прекратятся. Он будет знать, что остается значимым человеком, что о нем заботятся, хотят помочь ему жить как можно дольше».

У некоторых людей саможаление сопровождается желанием заботы со стороны других людей и если оно не исполняется, то человек раздражается. К тому же, как отмечалось ранее, саможаление и гнев могут выражать обиды, злопамятство, нелюбовь к кому-либо, месть и т.д.; вот как описывают это исследователи.

Интернет-источник: «Стадия гнева. Направлена на окружающих: «они не понимают, как я страдаю, они продолжают жить своей жизнью. Как они могут улыбаться, смотреть телевизор, танцевать, когда я обречен?». Все это направлено на своих близких, хотят наказать близких за непонимание и невнимание».

Далее. Отцы четко говорят, что при саможалении, нетерпении и т.д. проявляется малодушие и от него может рождаться гнев и ропот.

Иосиф Исихаст (Письма, п.32): «Малодушие же - мать нетерпеливости. …От малодушия рождаются многие чада: ропот, непослушание, бесстыдство, сетования, хула, отчаяние и другие подобные им».

Хотя нельзя опять-таки не сказать, что при сильных телесных страданиях человеку действительно приходится очень тяжело и его малодушие имеет определенное оправдание, и вот как об этом говорят святые отцы.

Феофан Затворник (Толкование на 1 Кор., 1,18): «Святой Златоуст говорит: «Для страждущих смертельно бывает неприятна и здоровая пища, неприятны друзья и близкие, которых часто и не узнают они и даже тяготятся их присутствием».

Паисий Святогорец (Страсти и добродетели, ч.4, гл.2): «Одно дело, если человек в раздражении скажет резкое слово, потому что он устал, у него что-то болит, есть какие-то проблемы и т. д. Иной и на приветствие может ответить: «Да отстань ты» - хотя ему ничего плохого не сказали, сказали только «здравствуй». Но человек устал, ему больно, поэтому так и реагирует. Ведь даже самый терпеливый ослик, если его перегрузить, будет лягаться. Если человек болен, он иногда устаёт даже от звуков речи…».

(О том, как вести себя с гневающимся больным или умирающим человеком будет говориться в другом разделе)

К тому же следует учитывать, что умирающие люди от тяжелых болезней зачастую испытывают хронические боли, которые могут порождать тяжелые формы печали, или депрессии. Так, некоторые исследователи считают что:

Интернет – источник: «во всех случаях хронического болевого синдрома имеет место депрессия, основываясь на том факте, что боль всегда сопровождается отрицательно-эмоциональными переживаниями и блокирует возможность человека получать радость и удовлетворение».

(Подробно о терпении при болях мы еще будем говорить позже)

О возможных причинах гнева при болях и других болезненных состояниях

Далее кратко рассмотрим вопрос о вспышках гнева во время болезни или каких-либо физических страданий. Такая реакция может иметь несколько причин, и далее кратко укажем на них.

Вначале напомним, что мы уже говорили ранее в разделах «О направлениях гнева» и «Гнев, выражающийся в поиске людей, виновных в своей скорой смерти»: больные могут искать виновных в своей болезни и обвинять в этом родных или врачей. Например:

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «У больных отмечались раздражительность, недовольство окружающим, поиски причин, приведших к заболеванию, и, как одна из них, — обвинения в адрес медицинских работников в недостаточной оперативности. Нередко эти негативные переживания обращались на родственников, которые якобы «довели до болезни», не уделяли достаточно «внимания», уже «про себя похоронили» больного».

Кстати сказать, поиск виновного может быть привычным поведением человека и до болезни в каких-то нежелательных для него обстоятельствах, только в данной ситуации он усугубляется. (О том, что означает поиск виновных и как должен вести себя христианин, говорилось в разделе «Гнев, выражающийся в поиске людей, виновных в своей скорой смерти»)

Далее. Гнев у смертельно больного человека может быть по причине того, что гнев являлся характерной страстью этого человека еще до болезни, независимо от того в каких обстоятельствах он находился. Что касается поводов к гневу, то они могут быть привычными, т.е. человек всегда так реагировал на какие-то ситуации.

Наравне с этими обычными поводами к гневу могут быть и вспышки гнева, связанные с долговременными тяжелыми печальными чувствами, которые овладели человеком после известия об его смертельной болезни, или кратковременные эмоции, связанные с физическим недомоганием, что является выражением малодушия, нетерпения страданий или саможаления.

Нельзя не сказать о том, что святые отцы говорят, что при страданиях даже благочестивая душа также может чрезмерно горевать и склоняться к ропоту и на людей, и на Бога. Да и враг рода человеческого особенно нападает, внушая такие мысли.

Нил Синайский (Письма, п.3.108): «Враги наши демоны людям благочестивым и добрым, когда изнемогут они телом, не страдания только дают чувствовать, но даже внушают им хульные и ропотливые помыслы на Промысл Божий».

Поэтому когда речь идет о гневе больных людей, страдающих болями, а тем более о тех, кто скоро умрет, то следует учитывать все эти факторы.

И опять напомним, что не болеющим людям эта тема также будет полезна, т.к. всё это также относится к вопросу о гневе и печали при любых скорбных обстоятельствах, и каждый из нас может вести себя подобным образом.

О гневе больного человека на себя или на тело из-за болезни

Кратко скажем о гневе людей на себя при перенесении тяжелых телесных страданий.

Вопрос о гневе на себя мы рассматривали в теме «Раздражительная сила. Страсть гнева», во 2 главе, в разделе «О правильном и неправильном гневе на себя»; и там речь шла о том, что гнев на себя нужен при духовной брани со страстными желаниями и помыслами. Там же мы говорили о том, что есть правильное и неправильное самоуничижение; и напомним, что христианское самоуничижение основывается не на ненависти к себе, подобно той презрительной, которую мы испытываем к другим людям, а на осознании того, что в тебе нет ничего светлого и доброго, и что ты весь наполнен страстями, и что тебе нужен Господь для того, чтобы ты мог очиститься от всего этого смрада. Но так как вопрос о правильном самообвинении связан с вопросом о христианском покаянии, то мы его подробно рассмотрим в теме о печали по Богу.

А сейчас только скажем о том, как люди могут обвинять и гневаться на себя за то, что заболели. Такой гнев может выражаться недовольством своим нерадением о теле и недовольством самим телом.

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «В отношении себя больные часто проявляли недовольство, осуждали свое тело, которое их подвело».

Так, некоторые люди уверены, что болезнь – это итог только их небрежного отношения к своему здоровью и поэтому они злятся на себя за то, что не заботились о своем теле. Также есть смертельные болезни, в частности СПИД, которые могли произойти от неправильного образа жизни, но могли быть и результатом медицинской халатности или случайности. И вот как описывают исследователи и больные люди гнев на себя, который зачастую сопровождается поиском причин своей болезни (о поиске причин скажем позже).

Интернет – источник: 1. «Неопределенность и непредсказуемость жизни с ВИЧ/СПИДом угрожает тому, чего вы хотели достичь всю свою жизнь – независимости и контроля. Потеря контроля над своим телом и потеря независимости вызывают чувство безнадежности и беспомощности. Все это усиливает гнев. На самом деле, в различные периоды болезни вы можете обнаружить, что задаете себе вопрос: «Почему я?». Вы станете пытаться определить, чем вы заслужили такую немилость. …Вы можете в первую очередь злиться на себя за то, что заразились ВИЧ-инфекцией». 2. «Светлана, 38 лет, ВИЧ - положительная: «Я не понимала — как так получилось. Мне всегда казалось, что это болезнь геев, наркоманов, в общем каких-то специфических людей. А я ведь не наркоманка, никогда не шаталась по каким-то притонам, у меня всегда был круг общения достаточно высокого уровня. До сих пор неизвестно, как так получилось. Когда это выяснилось, мне сперва казалось, что это — наказание за какие-то проступки. Я вспоминала свою жизнь, искала ошибки и, конечно, находила. И тогда я думала, что так мне и надо. Я просто безумно злилась на себя! И только потом поняла, что это — болезнь, заразиться может каждый…».

Заметим, что, возможно, болезнь и является итогом небрежного отношения к своему здоровью, но здесь речь идет, во-первых, о том, что человек напрочь не помнит, что болезнь – это и промысел Божий о тебе, и испытание, и т.д. (об этом будем говорить позже); и, во-вторых, чрезмерная забота о теле является грехом (и как помним, у святых подвижников было очень мало попечений о теле, вся их забота была об оздоровлении души от греха).

Далее приведем некоторые поучения святых отцов по поводу заботы о теле.

Иоанн Златоуст (т.6, ч.2, Беседа на слова пророка Исаии: «Я образую свет…»): «…здоровье не есть прямое добро, если кто употребляет его не по надлежащему, а на худые дела или на безумное действие».

Иоанн Златоуст (т.3, ч.2, Слово о том, что кто сам себе не вредит, тому никто вредить не может): «Многие, по своим ошибочным мнениям, считают вредом (и злом) для нашего достоинства разное: одни - бедность, другие - болезнь, или потерю имения, или злословие, или смерть, и непрестанно об этом сокрушаются и плачут… Но никто не плачет о живущих нечестиво и, что всего хуже, часто даже называют их счастливыми, а это бывает причиной всех зол».

Авва Исаия (Слово 15): «Кто заботится о теле, тот не может (должным образом) заботиться о душе».

Нил Синайский (Слово подвижническое, гл.67): «…подлинно нечестиво на целую жизнь распростирать попечение о телесном и не оказывать никакого старания о будущем; для тела, хотя оно и не требует большего о нем тщания, тратить все время, а для души, у которой такой длинный путь к преуспеянию, что не достанет и целой жизни для довершения оного, не уделить и сколько-нибудь времени».

Как видим гнев на тело и о своем здоровье может говорить о следующем: человек высоко ценит свое телесное, а не душевное здоровье; считает болезнь и смерть горем и несчастьем; видит пользу для себя только в здоровье, а не в терпеливом перенесении болезней; заботится о теле не для служения душе и делу спасения, а для счастливой мирской жизни и т.д. Поэтому:

Григорий Богослов (Слово 14): «…не будем ни слишком высоко ценить во всяком случае здоровье, ни слишком осуждать болезни… Научимся лучше и презирать безумно употребляемое здоровье, которого плод - грех, и уважать благочестиво переносимую болезнь, почитая тех, которые страданием приобрели победу, почем знать, не кроется ли между болящими какой-нибудь Иов…».

Василий Великий (Беседа 21): «Если же кто хочет пощадить и тело, как единственное достояние, необходимое душе и содействующее ей в земной жизни, то не много займется его нуждами, чтобы только поддержать его и чрез умеренное попечение сохранить здоровым на служение душе, а не давать ему воли…».

Антоний Великий (Добротолюбие, т.1, Наставления, ст.12): «Все попечение надобно прилагать более о душе, а не о теле, и телу уступать по необходимости малое время, все же остальное посвящать наипаче душе и искать ее пользы, чтоб не увлекалась она телесными сластями, но паче себе порабощала тело».

Исаак Сирин (Слова подвижнические, сл.35): «Кто печется о духовном или о чем-нибудь служащем духовному, тому телесное, без попечения о том, доставляется соразмерно с настоятельною нуждою и со временем. А кто печется о телесном сверх потребности, тот невольно отпадает от Бога. Если же мы постараемся иметь попечение о том, что нужно, ради имени Господня, то Господь попечется о том и о другом, по мере подвига нашего».

О возможном обоснованном и необоснованном гневе больного от желания сочувствия, помощи и заботы о себе

Исходя из вышеизложенной связи гнева и печали, вполне понятно, что саможаление может выражаться желанием помощи, сочувствия и заботы о себе от других людей, и это естественное душевное желание.

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «(Слова одной пациентки) …в таком положении (сильных телесных страданий) ты отчаянно мечтаешь о том, что окружающие будут милосердными и принесут тебе облегчение».

Заметим, что у христианина должно быть духовное желание, которое выражается тем, что он изначально ждет помощи и утешения от Бога, а затем уже от людей (и об этом мы скажем позже). Желание же помощи и сочувствия от людей не является греховным, т.к. оно естественно, но оно может стать греховным, если переходит в гнев или обиду, а также, если существует только надежда на людей без надежды на Бога. Но как отмечают исследователи, это желание заботы о себе все же, как правило, зачастую перерастает в гнев и выражается определенными упреками, например:

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «Больные упрекают своих родственников в холодности, равнодушии, недостаточном внимании».

Причем упреки могут высказываться и не высказываться родным. Вот пример последнего варианта.

Гнездилов А. В. (Психология и психотерапия потерь): «(Больная) была приветлива, контактна. Однако через некоторое время стала сердиться на дочь. «Обещала прийти и не приходит, даже не позвонит по телефону. Сплавила меня с рук своих». При визите дочери скрывала свое раздражение, так как боялась, что та не возьмет обратно домой. … Агрессия была у больной довольно невыразительной и проявлялась в реальных раздражениях в адрес дочери. В дальнейшем больная раскаялась и просила прощения».

Далее следует сказать, что причины к гневу, связанные с желанием заботы о себе, могут быть обоснованными и необоснованными.

Обоснованными причинами считаются те случаи, когда за больным человеком действительно плохо ухаживают или когда родные долго не приходят его навещать. Далее приведем примеры, когда действительно те, кто ухаживают, делают это равнодушно или нерадиво. Но прежде заметим, что, читая эти примеры или видя подобные, нам следует не поддаваться духу осуждения, который может появиться: или от сочувствия к больным людям, или по причине своего негативного опыта, или от согласия с мнением, например, о медперсонале. Поэтому нам надлежит более обращать внимание на поведение больных для того чтобы, будучи больным, самому избегать подобного гнева, несмотря даже на его обоснованность. А обращать внимание на возможно неправое поведение ухаживающих людей стоит лишь для того, чтобы, будучи тем, кто ухаживает за больным, самому не повторять их ошибки. Итак, примеры.

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «Примером обоснованного гнева, вызванного реакцией сиделки, может послужить случай г-на К. На протяжении нескольких месяцев он был прикован к постели; днем ему лишь на несколько часов позволяли отключать аппарат искусственного дыхания. Прежде он вел очень деятельную жизнь и теперь тяжело переживал такое обездвиженное состояние. Он прекрасно понимал, что дни его сочтены, и больше всего мечтал о том, чтобы его тело переводили в различные положения (больной был парализован до самой шеи). Он упрашивал сиделку никогда не поднимать боковые поперечины кровати, поскольку при этом чувствовал себя лежащим в гробу. Сиделка, относившаяся к своему подопечному с неприязнью, пообещала, что перила будут опущены. Медсестру очень раздражало, когда ее отвлекали от чтения. Она понимала, что пока это желание выполняется, пациент не станет ее беспокоить. Во время моего последнего визита к г-ну К. я застала этого обычно спокойного человека в ярости …».

Также в этом исследовании есть и рассказ одной пациентки, в котором говорится о том, как тяжело приходится больному во время физических страданий, и при этом он, желая получить или помощь или сострадание, видит, что до него нет дела другим людям. И это рождает в нем и саможаление, и отчаяние, и обиды, и страх.

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «(Рассказ больной монахини) Я не тревожу медсестер, то есть стараюсь сама делать то, что могу, но при этом часто думаю, что они даже не подозревают, как я себя чувствую. Дело в том, что они не заходят ко мне, ни о чем не спросят. Знаете, мне иногда нужно просто почесать спину (вследствие болезни – от сост.), это, действительно, нужно, но медсестры заглядывают лишь время от времени и делают только то, что положено делать тяжелобольным. Я не могу сама почесать себе спину, просто сбрасываю с кровати одеяло и извиваюсь на голой сетке. Все остальное я делаю сама, даже если это получается медленно и временами причиняет боль. … Я часами думаю, я боюсь, что однажды, если у меня начнется кровотечение или случится шок, то меня найдет уборщица, а не медсестра. Знаете, они просто входят и дают тебе таблетку — а я принимаю всего по две таблетки в день, разве что попрошу болеутоляющее. …Когда начинаются сильные боли либо я не могу сама подняться с кровати, и никто не предлагает помощи. Я могла бы попросить о помощи, но не хочу думать, что когда-нибудь без нее не смогу обойтись. Думаю, они просто должны понимать, как идут дела у больных. Я не пытаюсь скрывать свои чувства..., но когда ты стараешься и делаешь все, что можешь, самостоятельно, за это приходится платить свою цену. Понимаете, иногда я чувствовала себя совершенно разбитой, когда... знаете, после азотного иприта и других лекарств... начинался сильный понос, и никто не заходил ко мне, чтобы проверить стул, просто спросить, как дела, ведь я бегала в туалет по десять раз подряд. Мне пришлось самой сказать об этом медсестрам — ну, о том, что я десять раз ходила в туалет. Вчера вечером я знала, что утренний рентген будет неправильный, потому что до того мне дали слишком много бария. Пришлось напомнить им, что мне нужно не меньше шести таблеток, чтобы пройти сегодня рентген. Я помню все это, ведь сама была сиделкой. Во всяком случае, дома, в нашей лечебнице, медсестры заходят и спрашивают, они действительно относятся ко мне как к пациентке, а тут - просто не знаю... может, я сама во всем виновата, но, в общем-то, мне нечего стыдиться. Я рада, что делаю для себя все, что могу, хотя пару раз, когда у меня начинались сильные боли, на звонки никто не отвечал. Кроме того, я не уверена, что они поспеют вовремя, если случится что-то серьезное. Думаю, они ведут себя так не только со мной, но и со всеми».

Кстати заметить, даже если человек по собственной инициативе не обращался за помощью к другим людям и самостоятельно ухаживал за собой, то возможно, что обиды и другие чувства, могут родить раздражение, которое выразится и не в этот момент, а позже (и это мы еще увидим из последующих примеров).

В данном исследовании есть несколько подробных описаний подобного отношения к больным со стороны сиделок и медперсонала, но мы не будем их приводить, т.к. говорим о гневе больных людей, а не о поведении здоровых.

Что касается необоснованных поводов к гневу, то он происходит, когда о больном тщательно заботятся, и вместо того чтобы быть благодарным, он все равно недоволен. Это свойственно самолюбию и нетерпению.

Нравственное богословие Е.Попова (Грехи против 6-ой заповеди, грех: нетерпеливость в болезни): «Но они (нетерпеливые) своею нетерпеливостью только усиливают болезнь; обременяют семейных и родственников, которые ухаживают за ними, обременяют ненужными беспокойствами; а если служат им посторонние лица, то и отталкивают от себя прислуживающих: между тем надлежало бы им благодарить последних даже за самые малые услуги и своим образом беречь их».

Возможный гнев больного человека по причине защиты интересов других больных

Исследователи также отмечают, что гнев больных людей может направляться на медперсонал в защиту других больных людей, которые нуждаются в помощи. Ранее мы уже приводили примеры описания страданий одной больной монахини, а теперь прочтем наблюдения исследователей о ее поведении, а также ее рассказ о поведении медперсонала. Сразу обратим внимание, что поведение медперсонала и этой больной, возможно, были и неправильными, но христианам нельзя поддаваться духу возмущения и осуждения ни на медперсонал, ни на эту женщину, т.к. все мы грешные, и неизвестно как бы мы повели себя в подобных ситуациях.

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «Сестра И. (молодая монахиня, медсестра по профессии) была раздражительной, требовательной пациенткой. Своим несносным поведением она обидела немало друзей и сотрудников больницы. По мере ухудшения состояния она становилась настоящей проблемой, особенно для сиделок. За время пребывания в больницах она завела привычку ходить по палатам, разговаривать с тяжелобольными и расспрашивать, в чем они нуждаются. После этого сестра И. останавливалась перед дежурной комнатой медсестер и требовала, чтобы те позаботились о больных. Разумеется, медсестер возмущало постороннее вмешательство и бестактное поведение. Поскольку сестра И. сама была достаточно серьезно больна, сотрудники больницы не вступали с ней в открытые столкновения; их негодование проявлялось в том, что они сокращали визиты в палату пациентки, избегали разговоров и, в целом, ограничили с ней общение. Дела шли все хуже и хуже. …(Далее приведем мнение самой больной о поведении медперсонала) Раньше я ходила по палатам, говорила с больными, чтобы выяснить, насколько они больны. Потом я подходила к столу дежурной медсестры и говорила: «Той-то и той-то нужно снять боли». Мне приходилось ждать по полчаса... (Вопрос врача): И как реагировали на это медсестры? (Ответ пациентки): По-разному, хотя только одна из них, ночная сиделка, вызвала у меня настоящее возмущение. (Далее приводятся примеры о нерадении этой медсестры и рассуждение о том, что при болях и бессоннице дается мало медпрепаратов) ... (Вопрос священника) Вы сами переживали подобное с тех пор, как стали лежать в больницах? (Ответ) Да, доводилось. И я обращала на это внимание. Думала, что это типично для этажей, где работают некоторые сиделки. Проблема где-то внутри, такое впечатление, что они перестали замечать чужие мучения. (Священник) Чем вы можете это объяснить? (Ответ) Думала, у них очень много забот. Но, похоже, они просто такие и есть. (Врач) Какие именно? (Пациентка) Я проходила мимо и видела, как они болтают, а потом идут на перерыв. И это приводит меня в ярость. Знаете, медсестра уходит на обед, а санитарка возвращается и говорит, что сестра внизу, ключи у нее, нужно немного подождать. Но больной попросил сделать ему укол еще до того, как медсестра ушла обедать! Думаю, на этом этаже всегда должен быть человек, который может прийти и дать тебе лекарство, чтобы ты не исходил потом еще полчаса, дожидаясь, пока они вернутся с обеда. Кстати, это совсем не значит, что они сразу кинутся к тебе: сначала ответят на телефонные звонки, изучат новое расписание и оставленные врачами распоряжения. Все это важнее, чем пациенты, медсестры даже не спрашивают, не просил ли кто-то из больных обезболивающее».

Мы не будем более приводить примеров и обсуждать, как ведет себя медперсонал или пациенты, т.к., во-первых, не наше дело судить, кто прав, а кто виноват в этих случаях, а, во-вторых, нашей задачей являются вопросы о том, как вести себя страдающему христианину и о том, как помогать другим людям, видя, что кто-то неправильно себя ведет, и особенно в отношении страждущих.

О том, что христиане не должны реагировать на скорби и страдания гневом и нетерпением

Далее кратко скажем о том, что христиане не должны реагировать на скорби и страдания подобным образом

О том, что христианин должен стараться не поддаваться вспышкам гнева во время телесных страданий

Выше мы уже приводили следующую цитату, но приведем ее еще раз, для того чтобы увидеть, как печаль о своих страданиях может выражаться раздражением и желанием смерти.

Симеон Новый Богослов (Слово 67): «(телесно страдающий) с гневом отвечает: «подите все прочь от меня, смерть сокрушает душу мою, - еще немного, и, может быть, она совсем возьмет ее от меня; да я и не хочу больше жить в настоящей жизни, потому что смерть лучше жизни, какою я теперь живу в таких мучениях».

Несмотря на тот факт, что при телесных болях страдает и душа, и человеку приходится выносить тяжелые испытания, все же христианское учение говорит о том, что нужно стараться терпеливо и мужественно всё это переносить, не гневаться и не роптать ни на Бога, ни на людей.

Амвросий Оптинский (Письма к монашествующим, п.133): «…более всего в болезненном положении остерегайся ропотливого расположения духа. Преподобный Исаак Сирин пишет: «Бог все немощи человеческие несет, ропщущего же не терпит, аще не накажет».

Иоанн Кронштадтский (Моя жизнь во Христе): «Особенно будь кроток и терпелив в болезни и в разных неблагоприятных обстоятельствах: ибо тогда мы особенно порываемся к раздражительности, изнеженные довольством, здоровьем, счастьем и покоем».

Тем более что есть люди, которые не являются верующими людьми, но которые мужественно переносят боли, молча, без криков, ропота, и даже, как говорилось ранее, улыбаясь и шутя. Поэтому и нам, христианам, имеющим помощь Божию и силу христианского духа, должно мужественно переносить телесные страдания.

Далее приведем наставление преп. Варсануфия Великого сказанное авве Иоанну «когда он, находясь в тяжкой болезни, а именно в сильной горячке, причем в течение многих дней, не вкушая пищи и пребывая без сна, с ропотом, по действию вражию, воскликнул на авву (игумена) и служащих ему братий».

Варсануфий Великий (Руководство к духовной жизни, ответ 45): «Брат! Зачем оводянело твое сердце и ты оставил возлюбленного и устремился вслед врагу? Не внял гласу Пастыря Христа, а последовал за волком диаволом. Что такое пострадал ты? Что претерпел? Что означают эти крики, которые апостол поставил наравне со злоречием, сказав: «и крик, и злоречивые со всякою злобою да будут удалены от вас» (Еф.4,31). Ты ничего не пострадал сверх силы, по слову апостола: «верен Бог, Который не попустит вам быть искушаемыми сверх сил» (1Кор.10,13), и прочее. Пробудись от этого смятения злых помыслов. Восприими жезл креста, которым отгонишь от себя волков, то есть демонов. Вспоминай слова Писания: «Что унываешь ты, душа моя, и что смущаешься? Уповай на Бога, ибо я буду еще славить Его, Спасителя моего и Бога моего» (Пс. 41, 6). А вперед бодрствуй и берегись горячиться, как неразумное дитя, еще не имеющее чувства самосознания; ибо ты должен взойти со Христом на крест, быть пригвожден гвоздями и прободен копием. Чего ожидаешь, окаянный, вопия против Христовой силы и укоряя твою братию? …Потерпи, умолкни и благодари за все, по слову: «за все благодарите» (1Сол. 5,18). Очевидно же, что благодарить следует и в нуждах, и в скорбях и болезнях, и в отраде. Непрестанно призывай Бога, и Он пребудет с тобою и подаст тебе силу о Имени Своем; Ему слава во веки, аминь».

Итак, как видим, боль нужно переносить с памятью о страданиях Господа. (По поводу других советов святых отцов о христианском перенесении болей и болезней будет сказано подробней позже)

Конечно, очень тяжело душе человека переносить телесные страдания (и об этом мы читали ранее); но, несмотря на это, всё же христианину нельзя оправдываться тяжестью страданий. Он в любых скорбных ситуациях должен бороться со своим недовольством, отчаянием или гневом, и ясно осознавать, что все эти реакции нельзя оправдывать ни болезнью, ни характером, ни темпераментом, ни обстоятельствами; и что все эти негативные эмоции происходят от нашей гордости, малодушия, несмирения, нетерпения и т.д.

Амвросий Оптинский (Некоторые общие наставления): «Никто не должен оправдывать свою раздражительность какою-нибудь болезнью - это происходит от гордости».

Амвросий Оптинский (Письма к мирским особам, п.217): «…раздражительное состояние духа происходит… от самолюбия, что делается не по нашему желанию и взгляду на вещи».

Житие Кирилла Филеота (Новый эклогион): «Когда кто-то смущается, скорбит и гневается на брата своего по якобы благовидной и душеполезной причине, уже понятно, что это не от Бога. Все, что от Бога, несет мир и приводит человека в смирение и осуждение самого себя, а не брата, возбуждая против него гнев».

Также христианин должен всегда помнить, что нельзя становиться хуже, оправдываясь тяжестью испытаний и несчастий.

Иоанн Златоуст (т.9, ч.2, беседа 9): «Но что сказать о людях, спрашиваешь ты, которые под влиянием скорби нередко изменяются к худшему? Такая порча бывает следствием не скорби, по людской слабости. Если кто, имея больной желудок, не может принять горького лекарства, которое бы его очистило, и погибает, то мы обвиняем не лекарство, а слабость органа; так и здесь причина - в слабости души. …Но как я могу, спросишь, не испортиться под влиянием несчастий? Если поймешь, что хочешь или не хочешь, но ты должен перенести то, что терпишь; и если станешь переносить с благодарением, то получишь весьма большую пользу, а если будешь сетовать, негодовать и роптать, то и несчастия своего этим не убавишь, и воздвигнешь еще большую бурю».

Христианин должен всё переносить смиренно и терпеливо, независимо от того обоснован или необоснован гнев больного человека на то, как за ним ухаживают другие люди

Прочитав вышеприведенные примеры об обоснованном гневе (и возможно вспомнив свои подобные ситуации, когда нам не оказывалась помощь или родные или медперсонал были не очень внимательны к нам), вначале может сложиться впечатление, что гнев больных праведен, т.к. кто-то действительно вел себя неправильно. Но сделаем некоторые уточнения по этому поводу: во-первых, праведным является гнев в защиту Бога, веры и других людей, а не в свою защиту (даже если ты сильно болен).

Паисий Святогорец (Духовное пробуждение, т.2, ч.1): «Какая ярость или гнев являются праведнейшими? - Вопиять и гневаться от действительной боли, когда обижают других, - это «праведнейший гнев». Гневаться, когда обижают тебя самого, - это гнев нечистый. …Когда духовный человек, негодуя, стремится защитить себя самого в чем-то личном, то это совершенно эгоистично, это действие диавола. Такой человек извне поддается бесовским воздействиям. Если же кого-то обижают или над кем-то издеваются, то за него должны заступиться другие, и ради справедливости заступиться, а не ради своей личной выгоды. Негоже ругаться за себя самого. Другое дело - противостать обидчикам, чтобы защитить серьезные духовные вопросы, то, что касается нашей веры, Православия. Это твой долг. Думать о других и противодействовать для того, чтобы их защитить, - это чисто, потому что это совершается от любви».

(О гневе в защиту других больных скажем чуть позже)

И, во-вторых, если вспомнить о христианских добродетелях: смирении, терпении, кротости и т.д., то это впечатление о праведном гневе больного меняется. О терпении телесных страданий мы еще скажем подробно позже, а сейчас укажем один нюанс.

Напомним определения понятий «терпение» и «кротость».

Ефрем Сирин (ч.1, Слово о добродетелях и пороках): «Долготерпеливый далек от гнева; потому что все терпит».

Григорий Двоеслов (40 бесед на Евангелие. Бес.35): «…терпение состоит в том, чтобы несчастья, наносимые отвне, терпеть равнодушно, и не иметь никакой досады на того, кто делает нам зло».

Дмитрий Ростовский (Поучение второе на день памяти … Петра, Митрополита Всероссийского): «Кротостью» обозначается удержание гнева, укрощение ярости. Кротким называется тот, кто, будучи кем-либо опечален и имея возможность отомстить, не мстит, не гневается и, оскорбляемый, не оскорбляет».

Из этих определений видно, что страдающий христианин, имеющий много поводов к печали, должен обладать и терпением и кротостью, независимо от сложившихся обстоятельств, т.к. именно в скорбях и немощах проявляется сила добродетелей.

Хотелось бы заметить, что бывает и так (как приводилось в примере выше) когда человек терпеливо самостоятельно переносил телесные страдания, но после этого стал досадовать, осуждать или возмущаться другими людьми; и в этом случае речь не может идти о чистой добродетели, т.к. после терпения пришла гневливость, а это противоречит определению истинной добродетели.

В теме «Раздражительная сила. Страсть гнева. Глава 3: О праведных реакциях христианина на различные виды злоречий и злых действий, направленных на него» мы говорили о том, как должен вести себя истинный христианин и приводили множество примеров об этом. Напомним, что есть высшие степени совершенства, когда человек не жалуется ни на кого, не ропщет, не обижается, не гневается и т.д., когда кто-то не просто не помогает ему, а вольно или невольно делает ему зло, например:

Древний Патерик (гл.16): «Рассказывали о старце, что он имел отрока, живущего с ним. Увидев его, что он сделал неполезное ему, сказал однажды: «отнюдь не делай сего». Отрок не послушал его. Старец оставил о нем попечение, наложив на него свой суд. Юноша же, заперши дверь кельи, в которой были доли хлеба, на три дня оставил его голодать; и не сказал ему старец: «где был или что делал вне?» Имел же старец соседа, который, когда узнал, что отрок замедлил, приготовлял немного вареного, подавал старцу чрез стену и просил его вкусить, и говорил старцу: «брат замедлил». Старец на это отвечал: «когда будет иметь удобное время, придет».

Нил Мироточивый Афонский (Посмертные вещания, ч. 4, гл.12): «Андрей, сходя с лестницы, наступив на горох, поскользнулся, упал вниз и так сильно расшибся, что от болезни не мог подняться; в то время как он усиливался встать, вылили на него еще кадку воды. И терпел все это благословенный Андрей, даже никогда не сказал Сервию ни одного о том слова, что братия его искушают».

А вот пример, как святой подвижник еще больше страдал по ошибке брата, ухаживающего за ним.

Авва Дорофей (Душеполезные поучения. п.7): «(Одному святому старцу) во время болезни брат влил в пищу, вместо меда, льняное масло, которое очень вредно. Однако же старец ничего не сказал, но ел молча и в первый, и во второй раз, и нисколько не укорил служившего ему брата, не сказал, что он небрежен, и не только не сказал этого, но даже ни каким словом не опечалил его. Когда же брат узнал, что он сделал, и начал скорбеть, говоря: «я убил тебя, авва, и ты возложил сей грех на меня тем, что промолчал», то с какою кротостью он отвечал ему: «не скорби, чадо, если бы Богу угодно было, чтобы я ел мед, то ты влил бы мне меду». И (таким образом) он возложил это на Бога. Какое дело Богу до сего, монах? Брат ошибся, а ты говоришь: «если бы Богу было угодно»; какое участие Богу в сем деле? Однако он говорит: «по истине если бы Богу было угодно, чтобы я ел мед, то брат и влил бы мне меду». Вот, хотя старец был в такой болезни и столько дней не мог принять пищи; однако же не поскорбел на брата, но возложил дело на Бога и успокоился. И хорошо сказал старец, ибо он знал, что если бы Богу угодно было, чтобы он ел мед, то и зловонное (льняное) масло претворил бы Он в мед».

Как видим, во всех этих примерах чувствуется дух смирения, не ропотливости, не обвинения других и т.п. Да дарует и нам Господь такие же добродетели!

Но, к сожалению, мы, грешные и не смиренные, еще не можем так реагировать на тяжелые скорби (как впрочем, и на нетяжелые). Но не будем отчаиваться, т.к. есть и другая христианская степень перенесения зла – смиренная защита своих интересов. Так, христианин не согрешит, если со смирением попросит что-то сделать, объясняя, например, что ему или так будет легче, или менее больно и т.д., а если просьба не исполнится, то смиренно потерпит.

Поэтому опять таки скажем о том, что нам нужно уже сейчас учиться быть смиренными, терпеливыми, благодарными, и т.д.. И тогда, если случится так, что мы заболеем и за нами будет кто-то ухаживать, то мы со смирением и кротостью будем переносить ошибки или нерадение людей, не осуждая их, а, понимая, что это Господь попускает людям ошибаться для нашего блага.

Амвросий Оптинский (Письма к монашествующим, п.133): «Также берегись роптать и на людей за неисполнение каких-либо твоих требований или по другим каким причинам. Что ни посылается к нашему терпению, все это попускается Промыслом Божиим к нашей душевной пользе, если только сами не повредим сего нашим неблагоразумием».

Авва Дорофей (Душеполезные поучения, п.7): «Если кто говорит: «как я могу не скорбеть, если нуждаюсь в вещи, и не получаю ее, тогда как она мне необходимо нужна», то даже и в таком случае он не имеет права укорять кого-нибудь или скорбеть на кого-либо. Ибо если он действительно нуждается в вещи, как говорит, и не получает ее, то он должен сказать: «Христос знает более меня, должен ли я получить (желаемое), и Он будет мне вместо сей вещи, или вместо сей пищи». …Так, если кому нужно яйцо, а он не получает его, но получает только овощи, то пусть скажет помыслу своему: «если бы мне было полезно получить яйцо, то Бог непременно послал бы мне его; однако Он может сделать, что и самые эти овощи заменят мне яйцо». И верую Богу, что сие будет ему (вменено) в мученичество. Ибо если кто по истине достоин покоя, то и сарацинскому (варварскому) сердцу Бог возвестит сотворить с ним милость, смотря по его надобности. Если же кто недостоин успокоения, или оно неполезно ему, то хотя бы он и новое небо, и новую землю сотворил, не найдет покоя. Однако иногда человек находит покой и сверх своей потребности, а иногда (не получает) и необходимого. Поелику Бог, как милостивый, каждому подает, что ему нужно. Но бывает, что Он посылает человеку более нужного ему; сим показывает избыток человеколюбия Своего, и научает его благодарению; когда же не посылает ему и нужного, то словом Своим (Мф. 4, 4.) заменяет действие той вещи, в которой человек нуждается, и научает его терпению. Итак, во всяком случае должны мы взирать горе. Добро ли нам кто-нибудь сделает, или злое потерпим от кого-либо, мы должны взирать горе и благодарить Бога за все, случающееся с нами, всегда укоряя самих себя и говоря, как сказали отцы, что если случится с нами нечто доброе, то это дело Божия промысла, а если злое, то это за грехи наши. Ибо по истине все, что мы ни терпим, терпим за грехи наши. Святые, если и страдают, то страдают за имя Божие, или для того, чтобы обнаружились добродетели их на пользу многим, или для того, чтобы умножились венцы и награда их от Бога. Но можем ли мы, окаянные, сказать это о себе, мы, которые так согрешаем ежедневно, и, удовлетворяя страстям нашим, оставили правый путь, указанный отцами, путь самоукорения, и идем кривым путем - укорения ближнего. И каждый из нас старается во всяком деле сложить вину на брата своего и на него возложить всю тяготу; каждый небрежет и не соблюдает ни одной заповеди, а от ближнего требует исполнения заповедей. …Поелику каждый оправдывает себя, каждый, как я прежде сказал, оставляет себя ничего не соблюдая, а от ближнего требуем исполнения заповеди, потому мы и не можем придти в познание и доброго; ибо, если хотя мало научимся чему-либо, тотчас и от ближнего требуем того же, укоряя его и говоря: он должен был это сделать; почему же он так не сделал? Почему мы лучше от себя не требуем исполнения заповедей, и не укоряем себя в несоблюдении их?».

И как говорилось ранее, христианин должен быть терпеливым и кротким независимо от поведения других людей, то тем более христианин не должен придираться к людям и требовать к себе повышенного внимания и заботы. Вот как обличает христианское учение поступающих таким образом.

Нравственное богословие Е.Попова (Грехи против 6-ой заповеди, грех: нетерпеливость в болезни): «Для (Иова) не было ни дома, ни больницы, ни больничной кровати, ни лекарств. Притом, болезнь его постигла после того, как сряду много бед обрушилось на его голову. Однако этот праведник до конца вынес свою болезнь. А вот наша-то нетерпеливость на одре болезни: жалуются, что негде им взять для лечения врача; ропщут на медленность лечения, когда начал пользовать врач; чрезмерно досадуют, что человеки не имеют послужить им, да передвинуть их на постели; или же недовольны и самыми услугами окружающих: думают, будто здоровому не остается ничего терпеть, тогда, как и уход за своенравным больным требует от него великого терпения».

Христианин должен следить за своим желанием помогать другим страждущим людям, чтобы оно не было страстным

Итак, выше мы рассматривали вопрос о том, что независимо от того обоснован или необоснован гнев больного человека на то, как за ним ухаживают другие люди, христианин должен переносить всё смиренно и терпеливо. В ситуации, когда христианин желает помочь другим больным, он также должен быть терпеливым и смиренным, а не гневливым и скандальным, несмотря на то, что, возможно, кто-то нерадиво исполняет свои обязанности.

Разбирая тему о реакциях на действительно согрешающих людей, мы будем подробно говорить о том, что гнев при защите других людей далеко не всегда бывает праведным, и что рвение часто движимо гордостью, и о том, что помимо защиты обижаемых, обязательно нужно молиться и за согрешающих, и за тех, против кого они согрешают, а также будем говорить о том, кому и когда можно обличать. А сейчас укажем только на некоторые значимые нюансы, которые очень важны для того, чтобы понять правильно ли человек гневается, защищая других, и почему гнев и рвение в защиту других могут быть проявлением страстей, а не добродетелями. (И т.к. ранее приводился пример о защите других больных монахиней, то на ее примере рассмотрим этот вопрос)

Во-первых, следует помнить, что стремление помогать другим может исходить как от смиренного, так и от гордого сердца. Стремление первого сопровождается кротостью, соучастием, не является учительством, командованием или осуждением, а также делается не напоказ и без наглости, а у гордого это желание проявляет себя следующим образом:

Тихон Задонский (т.5, слово 22): «(Гордый человек) в чужие дела самовольно вмешивается. Он везде и всякому хочет указывать, хотя и сам не знает, что делает. Так его ослепляет гордость».

Иоанн Крестьянкин (Опыт построения исповеди, 2-я запов.): «Мы любим учить, указывать, любим вмешиваться в чужие дела, по гордости своей, воображая себя много умнее и рассудительнее других. А некоторые даже без стыда хвалят себя: «Я и то сделал, и другое, я лучше других сделал».

При этом гордость очень любит укорять других в бессовестности.

Авва Дорофей (Душеполезные поучения, п.7): «Мы же в каждом деле устремляемся на ближнего, порицая и укоряя его, как нерадивого и не по совести поступающего».

Также, когда гордость заботится о других, то в ней чувствуется командный дух, желающий управлять, возможно, неосознанно прикрывшийся благой целью – помогать другим людям и бороться с несправедливостью. Вот как рассказывает о возгордившемся человеке схииг. Савва:

Схииг. Савва (Семена сатаны и любовь Христова, гл. Гордость): «(У одного из духовных чад) появилось обостренное чувство несправедливости, стал остро подмечать недостатки окружающих и возмущаться их «недостойным» поведением. На фоне «порочных» людей ясно видел свое превосходство и «исправность» жизни и, как фарисей, постоянно возносился над ними».

Если человек вел себя подобным образом на протяжении жизни (т.е. боролся с несправедливостью, осуждая и превозносясь) то, конечно, он будет вести себя также и будучи больным.

Также при исполнении добродетелей может примешиваться тщеславие.

Антоний Великий (Добротолюбие, т.1, Наставления…, ст.40): «(злой дух) научая совершать добродетели и творить дела милосердия, примешива(ет) к ним тщеславие»

В отношении справедливого гнева заметим, если христианин будет всегда помнить, что гнев – это грех, независимо от того справедлив он или нет, то это уже будет одним из факторов, способствующим сдерживанию гнева. Но если человек уверен, что его гнев праведен и именно так надо защищать себя и других, то это убеждение души никогда не даст избавиться от этой страсти (кстати, то же самое можно сказать и о брани с любой другой страстью).

Во-вторых, следует знать разницу между праведным гневом в защиту других и гневом, который является следствием твоих обид или осуждений. Так, выше мы говорили о том, что:

Паисий Святогорец (Духовное пробуждение, т.2, ч.1): «Вопиять и гневаться от действительной боли, когда обижают других, - это «праведнейший гнев».

Исходя из этого, можно сделать вывод, что человек правильно делал, гневно защищая других при нерадении медперсонала. Но не следует забывать, что следующая фраза старца Паисия звучит так:

Паисий Святогорец (Духовное пробуждение, т.2, ч.1): «Гневаться, когда обижают тебя самого, - это гнев нечистый».

Поэтому следует посмотреть, а были ли у больного саможаление, свои обиды и гнев на людей в подобных ситуациях. И из тех примеров, которые уже приводились ранее, было отчетливо видно, что, будучи в таких же ситуациях, женщина обижалась и была очень недовольна медперсоналом. А в этом случае не может идти речь о праведном гневе в защиту других, т.к. тогда проявляются злопамятство и месть, которые укрываются благим намерением помогать и защищать других людей. Об этом говорят и исследователи.

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «Беседа ясно показывает потребности этой пациентки. Ее переполняли раздражение и обиды… Она проведывала других больных и высказывала медсестрам требования от их имени — тем самым она пыталась удовлетворить их потребности (по существу, и свои собственные) и одновременно получала возможность открыто выразить свое возмущение недостаточной заботой о больных. Такие требования, высказываемые с явной враждебностью, разумеется, настроили сотрудников больницы против пациентки, но в то же время позволили ей рационально оправдывать собственную раздражительность».

В-третьих, защита других будет праведной, если защитник сам ведет себя истинно праведно и справедливо.

Амвросий Оптинский (Сборник «Советы Оптинских старцев христианам, живущим в миру»): «(Вопрос): «Не могу понять, как можно не возмущаться обидами и несправедливостями». Ответ старца: «Будь сама справедлива и не обижай никого»».

И если человек, например, часто раздражает других, и к тому же обвиняет в этом не себя, а тех людей, то здесь не может идти речь о праведности. Например:

Э. Кюблер-Росс «О смерти и умирании»: «(Слова больной монахини) Я многих раздражаю, но они сами виноваты в том, что у них возникают такие чувства. Я совсем не пытаюсь их злить. (Вопрос врача) Но и вас многие раздражают. (Ответ о поведении сестер по монастырю) Да, это - правда, но как можно оставаться спокойной, если человек заявляет тебе, что ты погружена в себя, хотя сам все время говорит об одном и том же, как заезженная пластинка».

Также отметим некоторые соотношения добродетелей справедливости и милости, которые необходимы христианину, когда он видит, что другой человек согрешает. Справедливость, например, требует прощать другого, когда тот попросит прощения, а милость – прощает независимо от действий другого человека. Или, например, справедливость имеет выраженный дух рвения, а милость – дух смиренного сочувствия, хотя и оба движимы желанием помочь другому человеку.

И в конце этого вопроса кратко напомним, что, защищая кого-либо, не следует нападать на обидчика, а следует быть миротворцем. А это значит, что сказать о нужде другого больного человека можно спокойно, без возмущения и не с чувством гнева, а чувством сочувствия. Просьба с такими чувствами воспринимается совсем по-другому и тот, к кому она обращена, также может испытать сочувствие и желание помочь. Если же человек, защищая другого, изначально подходит к тому, кого просит помочь, с обличением и негодованием, то, конечно, он несет не дух любви и милости, а дух вражды. И даже если тот, кто должен помочь, остается безучастным, то христианин должен сам помочь другому, например, тем, что участливо поговорит со страждущим или просто побудет рядом с ним, и, конечно, будет молиться об облегчении тяжелых страданий этого человека.